СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 город Томск                                                                                  Дело №А45-8266/2017

 Резолютивная часть постановления объявлена 25  января 2022 года.

 Постановление изготовлено в полном объеме 31  января 2022 года. 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

Усаниной Н.А., 

судей

Иванова О.А.,                

ФИО1,      

при ведении протокола судебного заседания  помощником судьи Гребенюк Е.И. с  использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную   жалобу  ФИО2 (№07АП-5421/2017(16)) на определение от 09.11.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-8266/2017 (судья Надежкина О.Б.) о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Стройрегионпроект» (633010, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего ФИО3: ФИО4 по доверенности от 15.07.2020 до 31.12.2021, в связи с истечением срока действия доверенности  не допущен к участию в процессе, присутствовал в качестве слушателя.               

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Стройрегионпроект»  (далее - общество, должник) его конкурсный управляющий  ФИО3 (далее- управляющий)  обратился  в Арбитражный суд Новосибирской области с заяв-

лением о привлечении ФИО2 (далее- ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 99 047 023 , 64 руб. 

Определением от 09.11.2021 Арбитражного суда Новосибирской области признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2  к субсидиарной ответственности; производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В поданной апелляционной жалобе ФИО2 просить отменить определение полностью и вынести новый судебный акт об отказе удовлетворении заявленных требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на  не исследование и не дачи судом правовой оценки всем доказательствам, которые были представлены со стороны ФИО2, суд подошёл к изучению вопроса формально и, как следствие, пришёл к неверным выводам относительно стабильности экономического состояния должника и периода возникновения признаков банкротств, следовательно, суд неверно установил дату, когда у руководителя возникла обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); относительно не передачи документов, привлекаемое к ответственности лицо представило доказательства в  опровержение отсутствия вины в непередаче документов, так  ФИО2 неоднократно пояснял, что часть имущества находится на режимном объекте и у него нет реальной возможности передать данное имущество конкурсному управляющему, правовая оценка данным доводам не дана; ни в заявлении конкурсного управляющего, ни в судебном акте не указано каким образом это нарушает права кредиторов и затрудняет проведение процедуры конкурсного производства, наличие какого имущества не удалось установить ввиду отсутствия документов; неприменение сроков исковой давности, в части неподачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) суд установил, что объективные признаки банкротства возникли 16.12.2015, срок исковой давности истёк 16.12.2016;  в части  ответственности за совершение сделок должником суд установил, что сделки были совершены 16.12.2014 и 05.03.2015, срок исковой давности истёк 05.03.2015; конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении должника к субсидиарной ответственности лишь 28.01. 2021, то есть спустя 2 года после признания данных сделок недействительными и спустя почти 6 лет после их совершения, то есть даже если бы конкурсным управляющим был восстановлен срок, он истекает 20.09.2019 (после назначения конкурсного управляющего) так как заявленные нарушения были совершены до вступления в законную силу новой редакции Закона.

Конкурсный  управляющий  в  представленном  отзыве  возражает  относительно 

доводов апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в  обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, представитель конкурсного управляющего ФИО4 по доверенности от 15.07.2020 до 31.12.2021, в связи с истечением срока действия доверенности  не допущен к участию в процессе, что согласно статье 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы,  поступившего на нее отзыва,  исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции не подлежащим отмене. 

Определением суда от 26.04.2017 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 20.09.2018 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал на неисполнение руководителем и одновременно  участником общества обязанности по подаче заявления  в арбитражный суд о  несостоятельности (банкротстве) должника, в случаях и в срок, который установлен статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве» (далее - Закон о банкротстве),  обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, повлекшее невозможность формирования конкурсной массы (статья 61.11 Закона о банкротстве), совершение сделки (соглашение об уступке права требования  от 24.08.2018, договор займа №20/12-201 от 16.12.2014, договор займа №05/03 от 05.03.2015), которые привели  к объективному банкротству должника.

Как следует из материалов дела, с 2014 года ФИО2 являлся руководителем должника, а также участником с размером доли 66,77%. 

Тем самым ответчик подпадает под признаки контролирующего должника лица, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.10  Закона о банкротстве.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.07.2010 №16-П, поскольку предпринимательская деятельность по своей природе направлена на извлечение прибыли и носит рисковый характер, а значит, может приво-

дить к нарушению прав и законных интересов значительного числа лиц, прежде всего клиентов и контрагентов субъекта такой деятельности, постольку законодатель правомочен определять условия занятия ею в целях согласования частной экономической инициативы с потребностями других лиц и общества в целом.

Исходя из общеправового принципа справедливости, действующего в сфере регулирования имущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, защита имущественных прав гражданско-правовых отношений должна осуществляться с учетом принципа соразмерности, с тем чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота: собственников, кредиторов, должников.

Тем самым объясняются вводимые законодателем ограничения, находящиеся в зависимости не только от предмета предпринимательской деятельности и ее субъекта, но и экономической ситуации в целом.

В частности, несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).

При этом успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).

В ситуации наступления у предприятия банкротства в его экономическом смысле действия контролирующих лиц противопоставляются стандартам добросовестного поведения, заключающимся в должной степени осмотрительности руководителей и принятии ими управленческих решений, направленных на вывод предприятия из состояния дестабилизации хозяйственной деятельности, разновидностью которых также является решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 9  Закона о банкротстве).

Когда осуществление контролирующими лицами управления не отвечают интересам подконтрольного им общества (статья 53 Гражданского кодекса РФ)  либо  пресле-

дует противоправные цели (статья 10 Гражданского кодекса) на них могут быть возложены негативные последствия их деятельности, в том числе приведшие к несостоятельности подконтрольного им юридического лица (невозможность полного удовлетворения предъявленных требований) либо возникшие вследствие несвоевременного исполнения обязанности о подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд (статьи 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).

Тяжесть таких последствий в каждом конкретном случае определяется исходя из существа совершенных ими деликтов, применительно к редакциям Закона о банкротстве, действующим в период их совершения, такое правовое регулирование объясняется гражданско-правовой природой института привлечения фактических руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия-банкрота.

Указанному, полностью корреспондируют положения Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Учитывая изложенное, для привлечения ФИО2  к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредиторами, исходя из вменяемых им деликтов - несвоевременная подача заявления о банкротстве должника, совершение сделок, непередача документации арбитражному управляющему (статьи 9, пункты 2, 4 статьи 10, статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве), помимо прочего необходимо установить:

1) возникновение у должника на указанные даты признаков объективного банкротства, и, соответственно, появление у руководителей обязанности по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд;

2) совершения контролирующими должника лицами сделок, применительно к масштабам деятельности должника являющихся существенно убыточными;

3) факт непередачи обязанным лицом первичной документации предприятия-банкрота антикризисному менеджеру, степень влияния данного факта на процедуру банкротства в целом.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия кото-

рого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательств по правилам главы 7 АПК РФ, судом первой инстанции установлено, что признаки объективного банкротства (критический момент, в который должник из-за снижения чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов) наступили у  общества уже с 2014 года,  формирование задолженности носило значительный характер, ее размер отвечал критерию существенности.

  Довод ФИО2  о недоказанности управляющим даты, с которой  возникла обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), подлежит отклонению, как противоречащий  фактически установленным обстоятельствам по делу.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 08.07.2019 по делу №А45-8266/2017 признаны недействительными сделки должника: договор займа №20/12-201 от 16.12.2014, договор займа №05/03 от 05.03.2015; сделками по перечислению денежных средств ООО «Стройрегионпроект» на расчетный счет ООО «АИГ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 24 000 000 руб. Применены последствия недействительности сделок. 

При этом судом установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, что  подтверждается судебными актами по делам №№ А45-19053/2016, А67- 1133/2016, А75-5255/2016, А75-5195/2016, которые приняты в 2016 году по обязательствам, возникшим по заключенным договорам в 2014 - 2015 годах. 

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019 судебный акт первой инстанции оставлен без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения. 

Таким образом, дата объективного банкротства должника - 16.12.2014  (более ранняя дата из двух признанных недействительными сделок), которая установлена вышеуказанными судебными актами по настоящему делу. 

В связи с чем, ссылка подателя жалобы об учете лишь финансового анализа должника не обоснована.

Вывод об объективной невозможности исполнить обязательства основан на изу-

чении всех материалов дела, в том числе судебных актов по настоящему делу, имеющих преюдициальное значение по отношении к данному обособленному спору, следовательно, как правомерно указал суд первой инстанции, по всем обязательствам, принятым на себя должником после 16.12.2015 в результате действий ФИО2, как директора, последний несет субсидиарную ответственность. 

Возражения ответчика относительно не дачи судом оценки,  представленных с его стороны  документов и объяснений, представляющих собой бизнес-план и позволяющих сделать вывод о том, что денежные средства, которые будут получены за выполнение контрактов, смогут обеспечить  должнику погашение всей кредиторской задолженности, не принимаются судом апелляционной инстанции.

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для отчуждения активов во вред кредиторам.

В рассматриваемом  случае,   данные документы конкурсному управляющему не передавались, при рассмотрении обособленных споров в материалы дела не представлялись.

Суд при рассмотрении настоящего обособленного спора обоснованно не принял во внимание бизнес-планы, представленные ответчиком,  поскольку, не передав документы, ФИО2 имеет возможность «изготавливать любые документы». Сведения о предоставлении бизнес-планов в банк/лизинговую компанию, соответствующей переписки  в материалы дела не представлены. 

Тот факт, что кредиторы не обращались в суд о признании должника банкротом, как указывает податель жалобы, не свидетельствует об отсутствии объективных признаков банкротства, подача заявления о признании должника банкротом является правом, а не обязанностью кредиторов.

Совершение  бывшим руководителем должника сделок  на значительные  суммы (договоры займа) в условиях убыточной деятельности общества  не является разумным поведением контролирующего лица коммерческой организации, не может самостоятельно выступать частью плана вывода из экономического кризиса, является убедительным доказательством доведения до банкротства общества «Стройрегионпроект».

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 01.07.2016 №308-ЭС16-6886, от 21.10.2016 №306-ЭС16-8660, для констатации наличия совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, должно быть доказано, что неисполнение руководителем обязанности по передаче документации общества конкурсному управляющему повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Обязанность по доказыванию фактов, указывающих на невозможность формирования конкурсной массы в отсутствие документов должника, в силу положений статьи 65 АПК РФ возложена на заявителя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2016 №308-ЭС16-6886).

Как ранее действовавшая статья 10 (пункт 4), так и статья 61.12 Закона о банкротстве содержат презумпцию доведения должника до банкротства в результате отсутствия документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации. 

В рассматриваемом случае,  определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.01.2019  на ФИО2 была возложена обязанность передать документы и имущество конкурсному управляющему. 

ФИО2 лишь частично передал документы 06.05.2019, транспортные средства ФИО2 конкурсному управляющему не переданы, информации об их местонахождении не представлено, не переданы документы, подтверждающие законное нахождение транспортных средств у третьих лиц. 

В связи с фактическим отсутствием транспортных средств и безрезультатности мероприятий по их розыску (в том числе судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства), 18.06.2021. собранием кредиторов принято решение о списании пяти  транспортных средств. Списание транспортных средств является прямым следствием неисполнения ФИО2 определения Арбитражного суда Новосибирской области от 15.01.2019 в результате чего должнику причинен вред. 

Кроме того, необходимо принимать во внимание, что передача документов бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему является собственной обязанностью бывшего руководителя  должника,  которая  должна быть  исполнена  в течение трех дней с  даты утверждения конкурсного управляющего (статья 126 Закона о банкротстве). 

Как следует из пояснений ФИО2, он не отрицает утрату материальных ценностей (транспортных средств) и непередачу в связи с этим их конкурсному управляющему, ссылаясь лишь на то, что конкурсный управляющий был вправе обратиться в правоохранительные органы с заявлением для розыска похищенных транспортных средств. 

Соответствующие розыскные мероприятия были проведены Службой судебных приставов в рамках представленных полномочий, имущество не найдено. 

ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора не представлены документы, подтверждающие законное выбытие (отчуждение) транспортных средств из владения должника. 

Бухгалтерская документация должника до настоящего времени не передана, в частности расшифровки по строке «Запасы» на сумму 106 849 тыс. руб., «Основные средства» на сумму 8 816 тыс. руб., по счетам 60, 62, 76 - итоги инвентаризации расчетов с контрагентами на сумму 53 994 тыс. руб.;  расшифровка финансовых вложений на сумму 5 373 тыс. руб.;  расшифровка заемных средств по счету 66 на 15 980 тыс.руб. и по счету 67 на сумму 9000 тыс. руб.;  расшифровка по счетам 60,62 кредиторской задолженности на сумму 136 830 тыс. руб.,  указанные сведения напрямую влияют на формирование конкурсной массы, так как «Запасы» и «Основные средства» это товарно-материальные ценности, которые могут быть включены в конкурсную массу и затем реализованы. 

Таким образом, сокрытие ФИО2 документов и транспортных средств, вопреки его возражениям,  не позволяет конкурсному управляющему провести инвентаризацию, реализовать имущество и осуществить расчеты с кредиторами. 

Сам по себе  факт передачи бывшим руководителем части первичной документации должника, материальных ценностей антикризисному менеджеру, не  исключает возможность привлечения его  к субсидиарной ответственности за непередачу остальной части документов.

В части доводов апелляционной жалобы в отношении пропуска срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности. 

В настоящее время срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к ответственности составляет три года (пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

По смыслу разъяснений, изложенных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», при рассмотрении споров об ответственности контролирующих должника лиц под-

лежат применению нормы материального права, действовавшие в период совершения этими лицами вменяемых им действий.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757(2,3)).

Исковая давность является институтом материального права (статья 195 Гражданского кодекса РФ).

Презумпция банкротства должника вследствие совершения контролирующим лицом сделок, причинившим вред имущественным правам кредиторов, включена в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.06.2013 №134-ФЗ.

Федеральными законами от 22.12.2014 №432-ФЗ, от 23.06.2016 №222-ФЗ, от 28.12.2016 №488-ФЗ в названную статью вносились изменения, в том числе в положение пункта 5 о сроке исковой давности по заявлению о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности.

Так, в соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №432-ФЗ) срок исковой давности по такому требованию составлял один год.

Впоследствии законодатель отказался от сокращенного срока исковой давности как в следующей редакции названного пункта, так и в действующей редакции главы III.2 Закона о банкротстве.

Согласно редакции, введенной Законом №488-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

По общему правилу пункта 1 статьи 4 Закона № 488-ФЗ он вступил в силу по истечении ста восьмидесяти дней со дня его официального опубликования.

При этом в соответствии с пунктом 3 названной статьи пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, введенной Законом №488-ФЗ, применяется к поданным после 01.07.2017 заявлениям  о привлечении  контролирующих  должника  лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 59 Постановления №53, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №302-ЭС14-1472(4,5,7)).

Срок исковой давности для конкурсного управляющего по обстоятельствам, изложенным в заявлении не мог начать течь ранее даты его утверждения и передачи ему документов временным управляющим, так как ранее этой даты конкурсный управляющий как лицо, имеющее право на подачу такого заявления, не мог и не должен был узнать о наличии  соответствующих оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности.

Так как эта дата наступили после 01.07.2017, то этот срок не может быть равен одному году, поскольку норма, устанавливающая годичный срок исковой давности, утратила силу в связи с принятием Закона №488-ФЗ.

Ответчик указывает дату 24.09.2018 как начало течения субъективного срока исковой давности по требованию о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту  2 статьи  10 Закона о банкротстве. Трёхлетний срок исковой давности на 27.01.2021 - дату подачи конкурсным управляющим заявления о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности - не истёк.

 Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018), срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для  привлечения к  субсиди-

арной ответственности. В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим выявлены сделки, подлежащие оспариванию, которые, по его мнению, явились причиной банкротства должника и невозможности погашения требований кредиторов, включенных в реестр.

О наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту  4 статьи  10 Закона о банкротстве конкурсному управляющему стало известно с момента вступления в законную силу судебных актов по обособленным спорам о признании недействительными сделок должника: определение от 08.07.2019 по делу № А45-14939/2018 вступило в силу 25.09.2019; определение от 12.11.2019 вступило в законную силу 27.11.2019, с настоящим заявлением  в суд конкурсный управляющий обратился 28.01.2021 в пределах трехлетнего срока исковой давности (Закон №488-ФЗ).

В части не передачи документации,  определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.01.2019 на ответчика  возложена обязанность  передать конкурсному управляющему финансово-хозяйственную документацию и имущество было возбуждено исполнительное производство. У конкурсного управляющего были все основания полагать, что принудительные меры воздействия приведут к исполнению ответчиком судебного акта.

08.10.2020  исполнительное производство, возбужденное на основании определения Арбитражного суда Новосибирской области от 15.01.2019  было прекращено. 

Таким образом, именно с 08.10.2020  необходимо исчислять срок исковой давности, поскольку после окончания исполнительного производства конкурсному управляющему стало достоверно известно о невозможности погашения требований всех кредиторов, так как документы и имущество фактически не были переданы управляющему. 

Факт неисполнения требований исполнительного документа подтверждается ответом Управления ФССП по Томской области от 17.02.2021, после вынесения постановления об окончании исполнительного производства (несмотря на подачу жалобы) конкурсным управляющим мог быть сделан обоснованный вывод о невозможности получения документов, имущества от ответчика и, как следствие, недостаточности активов для погашения требований кредиторов применительно к возникновению оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

С учетом изложенного, в данном обособленном споре срок исковой давности не пропущен и судом обоснованно сделан вывод о соблюдении установленного срока. 

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, 

а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ), поскольку управляющим не завершены все мероприятия по формированию конкурсной массы для расчетов с кредиторами должника, суд приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности.

Суд  апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции, верно, определен предмет доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора, в полном объеме исследованы обстоятельства по делу, дана оценка доводам лиц, участвующих в деле, имеющим значение для разрешения спора.

По существу доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указывают на несогласие ее подателя с оценкой установленных обстоятельств и не опровергают правильного применения судом  первой инстанции  норм материального права об определении оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам общества -банкрота.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 270  АПК РФ, судом апелляционной инстанции  не установлено.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269,  статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

                                                     ПОСТАНОВИЛ: 

определение от 09.11.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-8266/2017 оставить без изменения,  а апелляционную  жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление  может быть обжаловано в  порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца    со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Новосибирской области. 

 

Председательствующий                                                                         Н.А. Усанина

Судьи                                                                                                       О.А. Иванов           

                                                                                                                  ФИО1