ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.10.2019

                    Дело № А40-253465/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 10.10.2019

Полный текст постановления изготовлен 16.10.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании:

от ФИО1-ФИО2-дов. от 04.01.2019 сроком на  5 лет р № 21/23-н/21-2019-1-7

рассмотрев 10.10.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019,

на постановление от 13.08.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц - ФИО1 и Нова-хова Станислава

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2016 по делу № А40-253465/16 заявление о признании ООО «Истерн-Бурение» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2017 г. ООО «Истерн-Бурение» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении ООО «Истерн-Бурение» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 157 от 26.08.2017 г.

Конкурсный управляющий ООО «Истерн-Бурение» обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц - ФИО1 и ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Истерн-Бурение». Приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Истерн-Бурение» ФИО3 о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019 определение оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой. В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение норм процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления, в связи с чем просит обжалуемые судебные акты отменить в части признания доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Истерн-Бурение» и принять по делу новый судебный акт. Отказать в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Истерн-Бурение». В обоснование кассационной жалобы заявитель, указывает на то, что ФИО4 вступившим в законную силу постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2018 по делу № А40-120978/2017 установлен как бенефициар ООО «Истерн-Бурение» и, что он имел реальную возможность отдавать обязательные к исполнению указания, чем злоупотреблял предоставленными ему правами и действовал в личных интересах, а не в интересах общества не является основанием привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, поскольку из материалов дела следует, что она действовала согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и ее действия были направлены на предотвращение еще большего ущерба интересам кредиторов. По мнению заявителя, при вынесении решения судом не были приняты во внимание положения п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве». Заявитель также указала, что ФИО1 представила достаточные доказательства того, что ей была передана вся необходимая для ведения процедуры банкротства документация, в том числе и касающаяся места нахождения имущества.

В заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя кассационной жалобы поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как усматривается из материалов дела, в рассматриваемом случае конкурсным управляющим приведены обстоятельства, свидетельствующие о том, что объективное банкротство должника наступило в результате действий ФИО1 и ФИО4, совершенных во вред интересам должника.

 В соответствии выпиской из ЕГРЮЛ руководителем ООО «Истерн-Бурение» за период с 23.09.2014 по 25.08.2017 (в период с 02.03.2017 по 25.08.2017 - ликвидатор) являлась ФИО1.

Вступившим в законную силу судебным актом установлен бенефициар ООО «Истерн-Бурение» - ФИО4 (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2018 по делу № А40-120978/2017).

Согласно положениям Устава лицом, наделенным полномочиями давать обязательные для должника указания, является генеральный директор, то есть, в период с 23.09.2014 по 25.08.2017 - ФИО1.

В соответствии с вступившим в законную силу судебным актом фактическим бенефициаром и лицом, имеющим реальную возможность давать обязательные к исполнению должником указания, являлся ФИО4.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 61.16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по него обязательствам.

В соответствии со ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Пунктом 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что, согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Судами установлено, что, исходя из бухгалтерского баланса ООО «Истерн-Бурение», по состоянию на 01.01.2016 у должника имеются основные средства на сумму 17 516 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 78 823 тыс. руб., финансовые вложения в размере 734 002 тыс. руб., запасы в размере 40 856 тыс. руб., итого - совокупные активы - 885 938 тыс. руб.

При проведении инвентаризации с целью установления фактического наличия имущества и имущественных прав должника конкурсным управляющим не выявлено имущества и документов, подтверждающих фактическое наличие запасов, дебиторской задолженности либо каких-либо иных активов должника.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2018 по делу № А40-120978/2017 отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО «Истерн-Бурение» требования ФИО4 в общей сумме 657 742 325,32 руб., которым установлено, что бенефициаром ООО «Истерн-Бурение» является ФИО4. Так, судом установлена порочность представления денежных средств в сумме 657 742 325,32 рублей в займы ФИО4, который воспользовавшись тем, что в силу своего положения (бенефициара материнской компании «Нистро Бизнес ЛТД») его указания являются обязательными для заявителя - ООО «Истерн-Бурение», фактически определил действия заявителя по выдаче займов (п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве). Данный вывод подтверждается тем, что 91% полученных обществом заемных средств были предоставлены именно ФИО4, а не иным лицам. Таким образом, являясь фактическим бенефициаром группы компаний ООО «НК-Сигма», ООО «Истерн-Бурение», ОАО «Буровой Стандарт», ООО «Росэко», ФИО4 имел реальную возможность отдавать обязательные к исполнению указания, чем злоупотреблял предоставленными ему правами и действовал в личных интересах, а не в интересах обществ.

Судом апелляционной инстанции указано, что ПАО «Банк ФК Открытие» привлекло ФИО4 как бенефициара ООО «Истерн-Бурение» и лица фактически контролирующего заявителя в качестве поручителя в обеспечение кредитных обязательств между ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие» и ООО «Истерн-Бурение»; Фактически ФИО4 действуя как бенефициар ООО «Истерн-Бурение» заключил от имени ООО «Истерн-Бурение» с ПАО «Ханты-Мансийский Банк Открытие» договоры займа и после получения заемных денежных средств, действуя в личных интересах и злоупотребляя своими правами, дал обязательные для исполнения указания о заключении договоров займа от лица ООО «Истерн-Бурение» с самим собой. Таким образом, ФИО4 опосредованно через ООО «Истерн-Бурение» вывел денежные средства и распорядился по своему усмотрению в личных целях.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.04.2018 г. договор купли-продажи транспортного средства № ИТС-06/2017 от 23.06.2017 признан недействительным, применены последствия недействительной сделки в виде возврата в натуре имущества - транспортного средства BMW X5 xDrive35i (тип ТС: легковой), VI№: X4XKR094700K25426 в конкурсную массу ООО «ИСТЕРН-БУРЕНИЕ».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2018 г. признаны недействительными сделки:

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-01 от 02.11.2015, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», применены последствия недействительности сделок - восстановить задолженность ФИО6 перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-01 от 02.11.2015 в сумме 23 460 000,00 руб. основного долга и 2 269 101,82 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа.

- дополнительное соглашение № 1 от 31.10.2016 к договору займа № И-НГ-01 от 02.11.2015 об увеличении срока возврата займа, заключенное между ООО «Истерн-Бурение» и ФИО4;

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-02 от 30.11.2015, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», применить последствия недействительности сделок - восстановить задолженность ФИО6 перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-02 от 30.11.2015 в сумме 30 000 000,00 руб. основного долга и 2 815 567,93 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа;

- дополнительное соглашение № 1 от 28.11.2016 к договору займа № И-НГ-02 от 30.11.2015 об увеличении срока возврата займа, заключенное между ООО «Истерн-Бурение» и ФИО4;

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-03 от 23.12.2015, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», применить последствия недействительности сделок - восстановить задолженность Новахова Гаврилы перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-03 от 23.12.2015 в сумме 16 000 000,00 руб. основного долга и 1 450 848,38 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа;

- дополнительное соглашение № 1 от 09.12.2016 к договору займа № И-НГ-03 от 23.12.2015 об увеличении срока возврата займа, заключенное между ООО «Истерн-Бурение» и ФИО4;

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-04 от 28.01.2016, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», применить последствия недействительности сделок - восстановить задолженность ФИО6 перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-04 от 28.01.2016 в сумме 45 500 000,00 руб. основного долга и 4 526 056,22 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа;

- дополнительное соглашение № 1 от 26.01.2017 к договору займа № И-НГ-04 от 28.01.2016 об увеличении срока возврата займа, заключенное между ООО «Истерн-Бурение» и ФИО4;

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-05 от 09.03.2016, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», и применены последствия недействительности сделок, восстановлена задолженность ФИО6 перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-05 от 09.03.2016 в сумме 21 400 000,00 руб. основного долга и 1 021 857,92 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа;

- дополнительное соглашение № 1 от 06.02.2017 к договору займа № И-НГ- 05 от 09.03.2016 об увеличении срока возврата займа, заключенное между ООО «Истерн-Бурение» и ФИО4;

- соглашение о переводе долга от 01.09.2016 к договору денежного займа № И-НГ-06 от 27.04.2016, заключенное между ФИО5 Гаврилом, ФИО4 и ООО «Истерн-Бурение», применить последствия недействительности сделок - восстановить задолженность ФИО6 перед ООО «Истерн-Бурение» по договору денежного займа № И-НГ-06 от 27.04.2016 в сумме 68 700 000,00 руб. основного долга и 13 702 464,93 руб. задолженности по оплате годовых процентов за пользование суммой займа.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.11.2018 г. договор купли-продажи № ИСТ-22/04/16 от 22.04.2016 признан недействительным, применены последствия недействительной сделки в виде взыскания с Общества с ограниченной ответственностью «НК Сигма» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ИСТЕРН-БУРЕНИЕ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) рыночной стоимости имущества в общей сумме 9 195 052 рублей, которая состоит из стоимости котла водогрейного водотрубного газоплотного «Eurotherm 17/115», единичной мощностью 17,44 Мвт (15 Гкал/час) № 1 в размере 4 597 526 рублей; котла водогрейного водотрубного газоплотного «Eurotherm 17/115», единичной мощностью 17,44 Мвт (15 Гкал/час) № 2 в размере 4 597 526 рублей.

Данные сделки были признаны судом недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные между аффилированными лицами с целью причинения вреда и повлекшие вред имущественным правам должника и кредиторов, а также при наличии признаков злоупотребления правом, установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к выводу о том, что совершение ООО «Истерн-Бурение» в лице генерального директора ФИО1, в то время как конечным бенефициаром являлся ФИО4, вышеуказанных оспоренных сделок состоит в непосредственной причинно-следственной связи с неплатежеспособностью должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, и как следствие возможности привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Истерн-Бурение».

Конкурсный управляющий в обоснование требования также указал на то, что ему переданы документы частично, однако, дебиторская задолженность фактически не подтверждена документами, что свидетельствует либо об искажении бывшим руководителем информации о стоимости активов, указанной в бухгалтерском балансе, либо о сокрытии имущества должника, отраженного в балансе. При этом, информация о выбытии имущества и дебиторской задолженности отсутствует.

Отклоняя доводы кассационной жалобы о несогласии с указанными выводами, суд кассационной инстанции отмечает, что, как установлено судами, учетом сведений, содержащихся в бухгалтерском балансе ООО «Истерн-Бурение» по состоянию на 01.01.2016, передаче управляющему подлежали запасы должника на сумму 40 856 тыс. руб.; первичная документация, подтверждающая дебиторскую задолженность на сумму 78 823 тыс. руб. и финансовые вложения в размере 734 002 тыс. руб.; прочие оборотные активы.

Суды пришли к выводу о том, что непередача имущества, отраженного в строке баланса «Запасы», а также документов должника существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства и привело к невозможности формирования и последующей реализации конкурсной массы с целью удовлетворения требований кредиторов в деле о банкротстве ООО «Истерн-Бурение».

Из материалов дела следует, что доказательств обратного, стороной ответчика в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В силу п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения пп. 2 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» генеральный директор организует и ответственен за ведение бухгалтерского учета. Согласно Федеральному закону «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская отчетность подлежат хранению не менее пяти лет после отчетного года. В соответствии с положениями статей 6, 8, 9, 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», в редакции, действовавшей на дату введения процедуры (далее - Закон о бухгалтерском учете), ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. Бухгалтерский учет ведется организацией непрерывно с момента ее регистрации в качестве юридического лица до реорганизации или ликвидации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Все хозяйственные операции и результаты инвентаризации подлежат своевременной регистрации на счетах бухгалтерского учета без каких-либо пропусков или изъятий. Все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации. Аналогичные положения предусмотрены Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Обязанность хранения документов общества установлена и положениями ст. 51 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Данная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то бремя доказывания отсутствия вины, добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий не обязан доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве (абзац седьмой пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины должно доказываться лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Судами правильно распределено бремя доказывания, поскольку в данном случае, ответчики должны были представить доказательства того, что обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации, а также обязанность по передаче документации конкурсному управляющему были исполнены ими надлежащим образом.

Однако, в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 подобных доказательств в материалы дела представлено не было, а имеющиеся к таковым не могут быть отнесены.

Судами отмечено, что из содержания актов приема-передачи документации следует, что первичные документы, отражающие хозяйственную деятельность должника, в том числе, расшифровку данных о составе дебиторской задолженности, запасы должника на сумму 40 856 тыс. руб.; финансовые вложения в размере 734 002 тыс. руб.; прочие оборотные активы конкурсному управляющему не передавались.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683 для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию (непередача документов и имущества должника) конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Доказательств того, что ФИО1 действовала добросовестно и разумно в интересах должника, материалы не содержат, что опровергает доводы кассационной жалобы о несогласии с выводами судов в данной части.

Согласно п. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с п. 1 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При этом, суд апелляционной инстанции отметил, что документация, подтверждающая дебиторскую задолженность среди полученных управляющим документов отсутствует, а при проведении инвентаризации конкурсным управляющим не выявлено имущества и документов, подтверждающих фактическое наличие запасов, дебиторской задолженности, либо каких-либо иных активов должника.

При этом, отклоняя доводы ФИО1 о том, что совершение сделок нельзя отнести к недобросовестному поведению, суд апелляционной инстанции указал, что вступившими в законную силу судебными актами сделки признаны недействительными и применены последствия недействительности. Тогда как, являясь добросовестным руководителем ООО «Истерн-Бурение» ФИО1 должна была действовать осмотрительно.

Исследовав и оценив доводы сторон в соответствии с требованиями статей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводам о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Истерн-Бурение».

Доводы заявителя кассационной жалобы, опровергающие выводы судов первой и апелляционной инстанции подлежат отклонению, поскольку свидетельствуют о несогласии заявителя с оценкой фактических обстоятельств дела и основаны на ином толковании положений Закона, что не может означать допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

При этом, подлежат отклонению ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что признание определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2018г. соглашений о переводе долга недействительными не свидетельствует о намерении ФИО1 при заключении данных соглашений причинить вред кредиторам, а также существенной убыточности данных соглашений на момент совершения сделок.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать новые обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 17.02.2015 г. № 274-О, ст. ст. 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ст. ст. 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения данной кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе, нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), не усматривается.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019 в обжалуемой части по делу № А40-253465/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судьяЕ.А. Зверева

Судьи: Н.Н. Тарасова

Н.А. Кручинина