ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

15.06.2023                   Дело № А41-13529/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 07.06.2023

Полный текст постановления изготовлен 15.06.2023

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании:

от финансового управляющего должника – ФИО1, доверенность от 1508.2022,

от ООО «Холдинг Королевский» – ФИО2, доверенность от 02.03.2022,

от ФИО3 – ФИО4, доверенность от 15.12.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО5, ФИО3 и ФИО6

на определение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023

о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок в виде восстановления участия ФИО3 и его супруги ФИО5 в уставном капитале ООО «СВИГ», признании недействительными всех записей в ЕГРЮЛ об изменении состава участников ООО «СВИГ» с 10.03.2016,

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 22.06.2016 в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022 признаны недействительными ничтожными следующие сделки:

сделка должника по выходу из ООО «СВИГ» и по отчуждению доли в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 50% в пользу ООО «СВИГ»;

сделка ООО «СВИГ» по распределению доли должника в размере 50% в уставном капитале между ФИО5 и ФИО6 по 25%;

сделка ФИО5 по продаже доли в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 55% Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», Республика Сейшельские острова;

сделка ФИО6 по продаже доли в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 45% Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», Республика Сейшельские острова;

сделка Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», Республика Сейшельские острова, по продаже 100% доли в уставном капитале ООО «СВИГ» ФИО8

Применены последствия недействительности ничтожной сделки в виде восстановления участия должника в размере 40%, ФИО5 в размере 30% и ФИО6 в размере 20% доли в уставном капитале ООО «СВИГ».

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022 изменено в части применения последствий недействительности сделки.

Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления участия должника в размере 45% доли, ФИО5 в размере 27% доли, ФИО6 в размере 18% доли в уставном капитале ООО «СВИГ». 

В остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО5, ФИО3 и ФИО6 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и удовлетворить заявленные требования.

В кассационных жалобах заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО3 поддержал кассационные жалобы по указанным в них доводам, представители финансового управляющего должника и ООО «Холдинг Королевский» оставили вопрос о наличии (отсутствии) оснований для удовлетворения кассационных жалоб на усмотрение суда.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационные жалобы рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В пункте 9 Постановления № 63 разъясняется, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Исходя из смысла указанной статьи, для признания сделки недействительной необходимы следующие обстоятельства:

сделка совершена в течение года до принятия заявления о признании банкротом;

неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 5 и 7 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

Наличие указанных презумпций дает возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Пунктом 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки, либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.17 № 308-ЭС17-1556(1)).

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) определено, что участники общества вправе, в том числе, выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу.

Пунктом 6.1 статьи 23 Закона об ООО установлено, что в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу.

Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

В силу пункта 1 статьи 93 ГК РФ переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и Законом об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Заявление участника хозяйственного общества о выходе из общества в соответствии со статьей 26 Закона об ООО является односторонней сделкой, поскольку для прекращения участия в хозяйственном обществе достаточно воли участника, подавшего названное заявление.

Для порождения такой сделкой юридических последствий необходимо направление и получение обществом заявления участника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2016 № 306-ЭС16-3396).

При подаче заявления участника о выходе из состава участников общества наступают правовые последствия, которые состоят в переходе доли участника к обществу и возникновении у последнего обязанности уплатить стоимость доли. Отношения сторон возникают из односторонней сделки, но в результате этой сделки между участником и обществом возникает обязательственное правоотношение, на которое распространяются нормы гражданского законодательства об обязательствах. Общество обязано выплатить действительную стоимость доли (части доли) или выдать в натуре имущество такой же стоимости в течение одного года с момента перехода к обществу доли (части доли), если меньший срок не предусмотрен уставом общества (пункт 8 статьи 23 Закона об ООО).

Согласно пункту 2 статьи 24 Закона об ООО в течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, по состоянию на 16.02.2016 должник являлся участником ООО «СВИГ» с долей в уставном капитале общества в размере 50% согласно выписке из ЕГРЮЛ.

Остальные 50% долей в уставном капитале ООО «СВИГ» принадлежали ФИО5 – супруге должника (30%), ФИО6 –  дочери супруги должника (20%).

Согласно протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «СВИГ» от 29.02.2016 и нотариально заверенному заявлению от 26.02.2016  должник вышел из числа участников ООО «СВИГ», оставшись генеральным директором общества, о чем 10.03.2016 внесена запись в ЕГРЮЛ.

После выхода должника из ООО «СВИГ» его доля в уставном капитале в размере 50%, которая перешла обществу, продана за 120 00 руб. в равных долях по 25% его супруге ФИО5 (стала владеть 55%) и ее дочери ФИО6 (стала владеть 45%), что подтверждается договорами купли-продажи от 29.03.2016 № 1 и № 2, протоколом внеочередного собрания участников общества от 29.03.2016 № 6 .

Впоследствии ФИО5 и ФИО6 продали свои доли третьему лицу, оффшорной компании – Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», Республика Сейшельские острова, которая стала единственным владельцем общества, о чем в ЕГРЮЛ 12.05.2016 сделана соответствующая запись.

Судами установлено, что должник являлся мажоритарным акционером Компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», что подтверждается протоколом допроса в рамках уголовного дела, возбужденного по заявлению должника.

Впоследствии 100% доли в ООО «СВИГ» отчуждены Международной коммерческой компанией «Борд Пауэр Инкорпорейтед» иностранному гражданину ФИО8, о чем в ЕГРЮЛ 03.04.2018 сделана соответствующая запись.

Затем доля в уставном капитале в размере 10% уступлена ФИО8 в пользу Джорджевича Весны, о чем в ЕГРЮЛ 28.11.2018 сделана соответствующая запись.

Полагая, что сделка (цепочка сделок) по выводу из конкурсной массы актива должника в виде принадлежавшей должнику и его супруге ФИО5 доли в уставном капитале ООО «СВИГ» является недействительной по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве и нормами гражданского законодательства, финансовый управляющий должника и кредитор ООО «Кондитерский холдинг «Королевский» обратились в суд с заявлением о признании сделок недействительными.

Заявители указывали, что сделка по выходу должника из числа участников ООО «СВИГ» совершена накануне подачи в арбитражный суд заявления должника о признании его банкротом (15.03.2016), сделка по отчуждению ликвидного дорогостоящего актива в виде 50% доли в уставном капитале ООО «СВИГ» с учетом цены совершена должником на заведомо невыгодных условиях, сделка совершена между заинтересованными лицами.

По мнению заявителей, после выхода должника из состава участников ООО «СВИГ», оставаясь генеральным директором общества, имел возможность участия в обществе через долю своей супруги в размере 55 % и ее дочери в размере 45%. При этом должник подал заявление о собственном банкротстве, но фактически сохранил контроль над обществом, которое располагало крупными активами.

Заявители также полагали, что совершение оспариваемых сделок привело к уменьшению размера имущества (конкурсной массы) должника, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов.

В качестве правового основания для признания сделок недействительными заявители сослались на пункты 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168 ГК РФ.

Судами верно установлено, что оспариваемые сделки с учетом даты принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) 15.03.2016 совершены в пределах срока, установленного пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами верно указано, что выход должника из ООО «СВИГ» является односторонней возмездной сделкой.

В свою очередь, сделка по распределению долей ООО «СВИГ» между ФИО5 и ФИО6, а также последующее отчуждение принадлежащих им долей в уставном капитале ООО «СВИГ» в пользу Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед», ФИО8 являются возмездными двухсторонними сделками, распорядительными сделками в отношении имущества, за счет которого возможно было удовлетворение требований кредиторов.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, балансовая стоимость активов ООО «СВИГ» на 31.12.2015 (последняя отчетная дата перед сделкой) составляла 159 476 000 руб.

По данным бухгалтерской отчетности ООО «СВИГ» за 2015 год (последний отчетный период, предшествующий выходу должника из общества) стоимость чистых активов общества составляла 18 807 000 руб. (159 476 тыс. руб. («Активы» - строка 1600) – 140 669 тыс. руб. («Обязательства» сумма строк 1400 и 1500) = 18 807 тыс. руб.).

Следовательно, размер действительной стоимости доли ФИО3 в уставном капитале ООО «СВИГ» на момент ее отчуждения составлял 50% от 18 807 000 руб., то есть 9 403 000 руб.

Судами установлено, что в результате указанной сделки должником получена оплата за отчужденную долю в размере 100 000 руб.

Учитывая изложенное, суды пришли к верному выводу о том, что сделка по выходу должника из числа участников ООО «СВИГ» и отчуждению актива в виде 50% доли в уставном капитале ООО «СВИГ» заключена на заведомо невыгодных условиях, чем повлекла уменьшение стоимости и размера имущества должника.

Так, в результате указанной сделки в конкурсную массу должника не поступило 9 303 000 руб. (более 80% суммы требований согласно реестру требований кредиторов), что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет неполученных денежных средств и причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, после выхода должника из ООО «СВИГ» его доля в размере 50% перешла обществу, а впоследствии продана заинтересованным лицам ФИО5 и ФИО6 также по заниженной стоимости за 120 000 руб. (протокол внеочередного собрания участников общества от 29.03.2016 № 6, договоры купли-продажи доли от 29.03.2016 № 1 и № 2).

При этом номинальная стоимость части доли (25%), принадлежащей обществу, указана в договорах купли-продажи от 29.03.2016 № 1 и 2 и составляет 4 250 000 руб.

При таких обстоятельствах судами обоснованно обнаружены основания для признания указанных сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как верно указано судами, поскольку сделка по выходу должника из состава участников ООО «СВИГ» совершена за месяц до принятия к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а последующие сделки – после возбуждения настоящего дела, наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения сделок презюмируется.

Факт осведомленности контрагентов по сделкам установлен судами, поскольку сделки по выходу должника из числа участников ООО «СВИГ» от 29.02.2016, по распределению долей ООО «СВИГ» между ФИО5 и ФИО6, по продаже долей ФИО5 и ФИО6 в ООО «СВИГ» Международной коммерческой компании «Борд Пауэр Инкорпорейтед» совершены между заинтересованными лицами.

Так, должник, ФИО5 и ФИО6 находятся в отношениях родства (должник и ФИО5 являются супругами, ФИО6 является дочерью ФИО5).

Кроме того, должник является мажоритарным акционером Международная коммерческая компания «Борд Пауэр Инкорпорейтед».

Согласно имеющимся в материалах обособленного спора документам в настоящее время Международная коммерческая компания «Борд Пауэр Инкорпорейтед» ликвидирована в Торговом реестре Сейшельских островов с 23.03.2019.

Следовательно суды верно констатировали, что указанные лица располагали информацией о признаках неплатежеспособности должника, а также, зная о действительной стоимости долей общества и неплатежеспособности должника, совершили сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Из материалов дела следует, что ФИО8 заявляла о рыночной стоимости 100% доли в уставном капитале ООО «СВИГ» на дату ее приобретения в размере 1 (один) рубль.

Между тем 29.03.2019 специализированной оценочной компанией ООО «ИнвестКонсалт» проведена оценка рыночной стоимости недвижимого имущества ООО «СВИГ», свидетельствующая о том, что рыночная стоимость принадлежащих должнику объектов недвижимого имущества на указанную дату составляет 351 127 556,80 руб.

Указанный отчет размещен внешним управляющим ООО «СВИГ» на сайте ЕФРСБ и отражен в определении Арбитражного суда Московской области от 10.07.2020 об отказе в удовлетворении ходатайства о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства по делу № А41-17642/2016 о банкротстве ООО «СВИГ».

Экономическая целесообразность приобретения доли в обществе, в отношении которого подано заявление о признании его несостоятельным (банкротом), ФИО8 суду раскрыта не была, как не раскрыты обстоятельства совершения сделки (источник, из которого покупатель узнал о продаже доли ООО «СВИГ», как велись переговоры с представителем продавца МКК «Борд Пауэр Инкорпорейтед» и прочее).

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что ФИО8 приобрела долю в уставном капитале ООО «СВИГ» на условиях, не доступных обычным (независимым) участникам рынка.

Суд апелляционной инстанции также принял во внимание то, что доля ФИО5 в уставном капитале ООО «СВИГ», в то числе полученная в результате выхода из общества должника, являлась совместно нажитым с должником имуществом и подлежала включению в конкурсную массу должника.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о доказанности совокупности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, учитывая то, что после выхода из состава участников ООО «СВИГ» должник оставался генеральным директором общества, имея возможность участия в обществе через долю своей супруги в размере 55 % и ее дочери в размере 45%, фактически сохранил контроль над обществом, суды сделали обоснованный вывод о том, что указанная сделка совершена со злоупотреблением правом со стороны должника.

В связи с чем последующие сделки с учетом установленной судами аффилированности сторон и предоставления неравноценного встречного исполнения также обоснованно признаны судами недействительными как совершенные со злоупотреблением правом со стороны должника, ФИО5 и ФИО6, МКК «Борд Пауэр Инкорпорейтед».

Как верно указано судами, добросовестность ФИО8 опровергается тем обстоятельством, что сделка по приобретению ею 100% доли в ООО «СВИГ» у оффшорной компании совершена в условиях банкротства как самого ООО «СВИГ», так и должника, то есть в момент, когда из публичных источников (сайта ЕФРСБ и газеты «Коммерсантъ», данных ЕГРЮЛ ФНС РФ) уже было известно о процедурах несостоятельности этих лиц.

При таких обстоятельствах суды пришли к верному выводу о том, что совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о наличии оснований для признания сделки, совершенной между МКК «Борд Пауэр Инкорпорейтед» и ФИО8, недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Также в силу того, что у должника отсутствовали намерения утратить возможность фактического участия в ООО «СВИГ», цепочка сделок по выходу должника из ООО «СВИГ» и отчуждения доли в пользу супруги и ее дочери с последующей передачей этой же доли МКК «Борд Пауэр Инкорпорейтед», в которой сам должник является участником, суды пришли к верному выводу о том, что они совершены лишь для вида законного выбытия имущества, что свидетельствуют о мнимости указанных сделок и наличия оснований для признания их ничтожными по основаниям, установленным  пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.

Кроме того суды пришли к верному выводу о том, что срок исковой давности заявителем не пропущен, поскольку срок исковой давности для финансового управляющего в данном случае начал течь не ранее получения им сведений обо всех сделках, оценка которых привела к выводу о совершении должником цепочки сделок.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части признания оспариваемых сделок недействительными, но не может согласиться с принятием отказа финансового управляющего должника и ООО «Холдинг Королевский» от заявленных требований к ФИО9 и примененными последствиями недействительности указанных сделок ввиду следующего.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Частью 2 статьи 49 АПК РФ предусмотрено право истца до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. Вместе с тем согласно части 5 данной статьи арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, если это противоречит закону или нарушает права других лиц; в этих случаях суд рассматривает дело по существу.

По смыслу данной нормы арбитражный суд, прежде чем принять отказ истца от иска, обязан проверить, не противоречит ли отказ от иска (или от его части) закону и не нарушает ли прав других лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.01.2016 № 301-ЭС15-11442).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, собственником доли в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 10 % являлся умерший ФИО9. От требований о признании недействительной сделкой купли-продажи указанной доли заявители отказались, в связи с чем данная сделка не подлежала оценке судами.

Учитывая изложенное, применить последствия недействительности сделки в данной части суду первой инстанции не представлялось возможным.

В связи с чем судом первой инстанции применены последствия недействительности сделок в виде восстановления участия должника в размере 40%, ФИО5 в размере 30% и ФИО6 в размере 20% доли в уставном капитале ООО «СВИГ».

В свою очередь, суд апелляционной инстанции изменил судебный акт суда первой инстанции в части применения последствий недействительности сделок в виде восстановления участия должника в размере 45%, ФИО5 в размере 27% и ФИО6 в размере 18% доли в уставном капитале ООО «СВИГ».

Между тем суд кассационной инстанции полагает обоснованными доводы кассаторов о том, что суды, признавая цепочку сделок недействительной, не признали таковой сделку по купле-продаже 10% доли в уставном капитале ООО «СВИГ» от ФИО8 к ФИО9 лишь только по причине смерти последнего и отказа от требований о признании недействительной сделкой купли-продажи указанной доли. 

Ввиду принятия данного отказа от части требований суды не установили наличие (отсутствие) наследников названого ответчика, а также не рассмотрели вопрос об обоснованности предъявленных к нему требований.

По мнению судебной коллегии суда кассационной инстанции, принятие судом отказа от части указанных требований могло привести к нарушению права кассаторов на надлежащее применение последствий недействительности сделок путем возврата сторон в первоначальное положение согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ, пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Так, следствием принятия данного отказа явилось то, что суд первой инстанции вместо изначально принадлежащих должнику 50 % долей в уставном капитале ООО «СВИГ» восстановил участие должника только в размере 40%, а суд апелляционной инстанции вместо изначально принадлежащих ФИО5 долей в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 30 % восстановил ее участие только в размере 27%,  а вместо изначально принадлежащих ФИО6 долей в уставном капитале ООО «СВИГ» в размере 20 % восстановил ее участие только в размере18 %.

Тогда как в случае установления судом обоснованности предъявленных требований к ФИО9, стороны были бы возвращены в первоначальное положение.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции полагает, что в соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты в части принятия отказа финансового управляющего должника и ООО «Холдинг Королевский» от заявленных требований к ФИО9 и прекращения производства по обособленному спору в данной части требований, а также в части применения последствий недействительности сделок подлежат отмене.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 АПК РФ предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 АПК РФ.

В соответствии со статьей 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Суд округа приходит к выводу о том, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене в части принятия отказа финансового управляющего должника и ООО «Холдинг Королевский» от заявленных требований к ФИО9 и прекращения производства по обособленному спору в данной части требований, а также в части применения последствий недействительности сделок, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в указанной части в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует вернуться к вопросу о наличии (отсутствии) обоснованности заявленных требований к ФИО9, установить наличие (отсутствие) его наследников, правильно применить последствия недействительности сделок, учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 по делу № А41-13529/2016 отменить в части принятия отказа финансового управляющего должника и ООО «Холдинг Королевский» от заявленных требований к ФИО9 и прекращения производства по обособленному спору в данной части требований, а также в части применения последствий недействительности сделок. 

 В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда Московской области от 17.12.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 по делу № А41-13529/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

Судьи:                                                                         Н.А. Кручинина

Н.Н. Тарасов