АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 апреля 2022 года

Дело №

А56-4979/2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Васильевой Е.С., судей Журавлевой О.Р., Родина Ю.А.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Внешстройпроект»  ФИО1 (доверенность от 15.01.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Архис» ФИО2  (решение от 12.01.2022), ФИО2 (паспорт),

рассмотрев 11.04.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Архис» и ФИО2 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021 делу № А56-4979/2020,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Внешстройпроект», адрес: 199106, Санкт-Петербург, 26-я линия В.О., д. 9, лит. А, пом. 24, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Архис», адрес: 191119, Санкт-Петербург, ул. Марата, д. 77, кв. 42, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), о взыскании 1 250 000 руб. неосновательного обогащения по договору от 19.10.2016 № 10-06/16 и 1 076 000 руб. неустойки, а также 3 080 000 руб. неосновательного обогащения по договору от 01.09.2017 № 01-09/17 и 360 000 руб. неустойки, а также 57 390 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (далее – ФИО2).

Обществом и ФИО2 заявлен встречный иск  о взыскании с Компании 1 828 000 руб. убытков, причиненных нарушением обязательств по договорам от 19.10.2016 № 10-06/16 и от 19.10.2016 № 19-10/16, а также о взыскании с Компании в пользу солидарных кредиторов Общества и ФИО2 5 580 000 руб. долга по договору от 01.09.2017 № 01-09/17. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.05.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021, первоначальный иск удовлетворен частично: с Общества в пользу Компании взыскано 4 330 000 руб. неосновательного обогащения и 300 000 руб. неустойки по договору от 19.10.2016 № 10-06/16, а также 150 000 руб. неустойки по договору от 01.09.2017  № 01-09/17 и 51 830 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано. В удовлетворении встречных исковых требований отказано. 

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, а также на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и нарушение ими норм процессуального права, просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, суды проигнорировали имеющееся в деле  задание КГИОП, не устранили противоречия между ним и ответами на адвокатские запросы, чем нарушили  требования статьи 71 АПК РФ об оценке доказательств в совокупности, что привело к вынесению необоснованного решения. Так, заявитель ссылается на некорректность положенных в основу решения адвокатских запросов, поскольку заявление о выдаче задания подавалось в КГИОП от имени учредителя истца ФИО3  генеральным директором Общества по доверенности ФИО2 При этом, Общество настаивает на том, что материалами дела безусловно подтверждается выполнение работ, предусмотренных дополнительными соглашениями № 3 и № 4, на общую сумму 1 534 000 руб., то есть в период действия договора Обществом выполнены работы и передан истцу их результат, имеющий для него потребительскую ценность, следовательно, требования Компании в данной части удовлетворены неправомерно. Общество полагает, что подпись генерального директора истца на задании КГИОП бесспорно подтверждает факт принятия истцом 25.08.2017 результатов работ (задание КГИОП) по дополнительному соглашению № 4 к договору и тот факт, что обязанность согласования задания КГИОП с собственниками возложена на истца и им осознавалась. В тоже время Общество указывает, что такие результаты работ, как историко-культурная экспертиза и предметы охраны передаче заказчику не подлежали, ибо были переданы в КГИОП как условие получения задания. Кроме того, заявитель настаивает на том, что наличие утвержденного и полученного истцом задания КГИОП доказывает выполнение предшествующего этапа работ (историко-культурная экспертиза, утверждение предмета охраны), предусмотренного дополнительным соглашением № 3. 

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, а также на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и нарушение ими норм процессуального права, просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, суды в нарушение статей 71 и 170 АПК РФ не привели оценку всех доказательств, положенных в обоснование выводов, в том числе о том, какие взаимные обязательства сторон возникшие, при заключении приложений № 2 и 3 к рамочному договору, к договору № 19-10/16 (10-06/16) на выполнение работ по объекту «Итальянская, 12» выполнены, а какие нет. Заявитель ссылается на то, что суд проигнорировал различное содержание спорных договоров и приложений к ним, неправильно установил, что полученные Обществом средства являются неосновательным обогащением, в действительности должен был признать не расторгнутым тот договор, на основании которого были заявлены встречные исковые требования, в связи чем принял бы другое решение, отличающееся по существу от обжалуемого. Кроме того, податель жалобы поддерживает доводы, приведенные в кассационной жалобе Общества.

Определением суда кассационной инстанции от 11.04.2022 на основании статьи 18 АПК РФ в составе суда произведена замена судьи Корабухиной Л.И., ранее участвовавшей в рассмотрении кассационной жалобы Общества по делу, в связи с ее отпуском, на судью Родина Ю.А. После замены состава суда рассмотрение кассационной жалобы Общества произведено с самого начала.

В отзывах на кассационные жалобы Компания просит оставить их без удовлетворения, считая принятые по делу судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель Общества и ФИО2 поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представитель Компании возражал против удовлетворения жалоб оппонентов.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом в пределах доводов кассационных жалоб.

Из материалов дела следует, что между Компанией (заказчиком) и Обществом (подрядчиком) заключен рамочный договор от 19.10.2016 № 10-06/16 (или № 19-06/16 – вследствие технической ошибки, далее – договор от 19.10.2016) на выполнение научно-исследовательских работ, проектной документации с согласованием приспособления под современное использование с раскрытием входа с лицевого фасада здания по адресу:  Санкт-Петербург, ул. Итальянская, д. 12, лит. Е, согласно условиям которого, подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы, обусловленные договором и дополнительными соглашениями к нему. 

В период с 01.12.2016 по 14.05.2018 в рамках договора от 19.10.2016 заказчик перечислил подрядчику 1 250 000 руб., что подтверждается представленными платежными поручениями. 

В счет уплаченной суммы подрядчик обязался выполнить работы, предусмотренные дополнительными соглашениями № 1, 2, 3 к договору от 19.10.2016 , а именно:  в рамках исполнения обязательств по дополнительному соглашению от 19.10.2016 № 1 к указанному договору выполнить аналитическую записку на предмет исследования возможности согласования раскрытия входа с лицевого фасада здания и приспособление под современное использование объекта культурного наследия федерального значения «Портик служебных конюшен», входящего в комплекс построек Михайловского (Инженерного) замка, на бумажном носителе и в электронном виде. Срок исполнения обязательства согласно пункту 3 дополнительного соглашения № 1 составляет 30 календарных дней с даты предоплаты. Предоплата в размере 100 000 руб., что составляет полную стоимость услуг по указанному соглашению, осуществлена заказчиком платежным поручением от 01.12.2016 № 340. Следовательно, срок исполнения обязательства истек не позднее 31.12.2016;  в рамках исполнения обязательств по дополнительному соглашению от 20.02.2017 № 2 к указанному договору предоставить техническую экспертизу с выводами о текущем состоянии и рекомендациями по восстановлению и ремонту на бумажном носителе и в электронном виде. Срок исполнения обязательства согласно пункту 1.3.2 дополнительного соглашения № 2 составляет 60 календарных дней с даты предоплаты. Предоплата в размере 230 000  руб. осуществлена заказчиком платежным поручением от 31.03.2017 № 88. Следовательно, срок исполнения обязательства истек не позднее 10.07.2017;  в рамках исполнения обязательств по дополнительному соглашению от 21.02.2017 № 3 к договору от 19.10.2016 получить опись предметов охраны на объект культурного наследия федерального значения «Портик служебных конюшен», входящего в комплекс построек Михайловского (Инженерного) замка, согласованную в КГИОП. Срок исполнения обязательства согласно пункту 1.4 дополнительного соглашения № 3 составляет 130 календарных дней с даты предоплаты. Предоплата в размере 230 000 руб. совершена заказчиком платежным поручением от 15.06.2017 № 159. Следовательно, срок исполнения обязательства истек не позднее 23.10.2017.

Доказательства выполнения работ по договору от 19.06.2016 Обществом в материалы дела не представлены. 

Ссылаясь на то, что подрядчиком нарушены сроки выполнения работ по договору от 19.06.2016, заказчик 15.09.2020 уведомил последнего о расторжении договора.

Поскольку договор расторгнут в одностороннем порядке, Компания полагает, что у подрядчика отсутствуют основания для удержания денежных средств в размере 1 250 000 руб., которые являются неосновательным обогащением.

На основании пункта 7.4 договора от 19.10.2016 подрядчик в случае нарушения сроков выполнения работ уплачивает заказчику неустойку в размере 1000 руб. за каждый день нарушения.

Размер неустойки за нарушение сроков исполнения договорных обязательств по договору от 19.10.2016 по расчету Компании за период с 01.01.2017 по 13.12.2019 составил 1 076 000 руб.

Сторонами также был заключен рамочный договор от 01.09.2017 № 01-09/17 на выполнение научно-исследовательских работ, проектной документации с согласованием реконструкции здания по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 32-34, лит. Н (далее – договор от 01.09.2017), согласно условиям которого, подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы, обусловленные договором от 01.09.2017 и дополнительными соглашениями к нему.

В период с 16.09.2017 по 29.08.2018 в рамках договора от 01.09.2017 заказчик перечислил подрядчику 3 780 000 руб., что подтверждается представленными платежными поручениями.

В счет уплаченной суммы денежных средств подрядчик обязался выполнить работы, предусмотренные дополнительными соглашениями № 1 и 2 к договору от 01.09.2017 г., а именно:  в рамках исполнения обязательств по дополнительному соглашению от 01.09.2017 № 1 к указанному договору предоставить аналитическую записку на предмет историко-градостроительного исследования о возможности включения территории объекта культурного наследия регионального значения «Жилые дома с дворовыми флигелями Римско-католической церкви Святой ФИО4», расположенного по адресу:  Санкт-Петербург, Невский пр., д. 32-34 в особо охраняемую зону на бумажном носителе и электронном виде. Срок исполнения обязательства согласно пункту 3 дополнительного соглашения № 1 составляет 45 календарных дней с даты предоплаты. Предоплата в размере 100 000 руб., что составляет полную стоимость услуг по указанному соглашению, совершена заказчиком платежным поручением от 15.09.2017 № 268. Следовательно, срок исполнения обязательства истек не позднее 31.10.2017;  в рамках исполнения обязательств по дополнительному соглашению № 2 от 20.02.2017 к указанному договору подготовить обращение в КГИОП Санкт-Петербурга о включении в список выявленных объектов культурного наследия дворовых флигелей (литера А; Н) объекта культурного наследия регионального значении «Жилые дома с дворовыми флигелями Римско-католической церкви Святой ФИО4» с получением задания с перечнем необходимых требований для здания, расположенного по адресу: 

<

...>, в составе: подготовить протоколы общего собрания собственников помещений многоквартирного дома о включении в список выявленных объектов культурного наследия (литера А; Н); подготовить обращение в КГИОП Санкт-Петербурга от лица собственников помещений многоквартирного дома о включении в список объектов культурного наследия; организовать сбор подписей под обращение в КГИОП Санкт-Петербурга о включении в список выявленных объектов культурного наследия у собственников помещений (литера А; Н), в количестве необходимом для принятия КГИОП Санкт-Петербурга положительного решения (о переводе) в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации; получения из КГИОП Санкт-Петербурга письма-задания с необходимыми требованиями для включения в список выявленных объектов культурного наследия (литера А; Н).

Срок исполнения обязательства согласно пункту  1.3.2 дополнительного соглашения № 2 составляет 90 календарных дней с даты предоплаты. Предоплата в размере 100 000 руб., что составляет полную стоимость услуг по указанному соглашению, совершена заказчиком платежным поручением от 01.03.2018 № 73. Следовательно, срок исполнения обязательства истек не позднее 30.05.2018.

Доказательства выполнения работ по договору от 01.09.2017 Обществом в материалы дела не представлены. 

Ссылаясь на то, что подрядчиком нарушены сроки выполнения работ по договору от 01.09.2017, заказчик 15.09.2020 уведомил последнего о расторжении договора.

Поскольку договор расторгнут в одностороннем порядке, Компания полагает, что у подрядчика отсутствуют основания для удержания денежных средств в размере 3 080 000 руб. (с учетом частичного возврата 700 000 руб. в ходе судебного разбирательства), которые являются неосновательным обогащением.

На основании пункта 7.4 договора от 01.09.2017 подрядчик в случае нарушения сроков выполнения работ уплачивает заказчику неустойку в размере 1000 руб. за каждый день нарушения.

Размер неустойки за нарушение сроков исполнения договорных обязательств по договору от 01.09.2017 по расчету Компании за период с 04.12.2018 по 29.11.2019 составил 360 000 руб.

Поскольку претензия Компании была оставлена Обществом без удовлетворения, заказчик обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Оспаривая первоначальные требования со ссылкой на то, что работы выполнены надлежащим образом до момента расторжения договоров и подлежат оплате и  подлежат возмещению понесенные убытки, причиненные нарушением обязательств по договорам, Общество обратилось в суд со встречным иском. 

Суд первой инстанции первоначальный иск Компании признал подлежащим  удовлетворению в части, с учетом снижения размера неустойки по правилам статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а  в удовлетворении встречного иска Общества отказал за недоказанностью.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, не находит оснований для отмены принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб. 

Как установлено статьей 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

По смыслу положений статей 702, 708, 709 и 711 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить работы надлежащего качества в согласованные сроки и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

В силу статьи 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

На основании пункта 1 статьи 760 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик обязан: выполнять работы в соответствии с заданием и иными исходными данными на проектирование и договором; согласовывать готовую техническую документацию с заказчиком, а при необходимости вместе с заказчиком - с компетентными государственными органами и органами местного самоуправления; передать заказчику готовую техническую документацию и результаты изыскательских работ.

В силу абзаца 2 статьи 762 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

Право заказчика по договору подряда на односторонний отказ от его исполнения предусмотрено пунктами 1 и 2 статьи 450.1, статьями 715, 717, 723 ГК РФ.

Как следует из части 2 статьи 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно условиям договоров от 19.10.16 и от 01.09.2017 договор считается расторгнутым по истечении 10 рабочих дней с даты направления подрядчику соответствующего уведомления.

В данном случае договор от 19.10.2016 и договор от 01.09.2017 были фактически расторгнуты в одностороннем порядке с 16.12.2019, после направления заказчиком в адрес подрядчика претензии с требованием возвратить сумму авансового платежа, а также уплатить неустойку за просрочку выполнения работ (пункт 3 статьи 450 ГК РФ).

Пунктом 4 статьи 453 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 данного Кодекса), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с приведенными нормами права заказчик вправе требовать от подрядчика возврата неотработанного аванса в качестве неосновательного обогащения в том случае, если к моменту расторжения договора им не получено встречное исполнение обязательства по выполнению работ, равное по стоимости сумме перечисленного аванса.

Таким образом, прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой (пункт 19 Обзора судебной практики № 2(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела судами установлено следующее.

К договору от 19.10.2016 заключены дополнительное соглашение  от 19.10.2016 №  1 (далее - ДС № 1), дополнительное соглашение от 20.02.2017 № 2 (далее – ДС № 2»), дополнительное соглашение от 21.02.2017 № 3 (далее – ДС № 3), дополнительное соглашение от 22.02.2017 № 4 (далее - ДС № 4), дополнительное соглашение от 27.02.2017 № 5 (далее - ДС № 5), дополнительное соглашение от 28.02.2017 № 6 (далее - ДС № 6), дополнительное соглашение от 01.03.2017 № 7 (далее - ДС № 7), дополнительное соглашение от 02.03.2017 № 8 (далее - ДС № 8).

Согласно указанным дополнительным соглашениям Общество обязалось: подготовить аналитическую записку на предмет исследования возможности согласования раскрытия входа с лицевого фасада здания и приспособления под современное использование объекта на бумажном носителе и электронном виде (ДС № 1);  выполнить обследование и техническую экспертизу объекта и передать заказчику техническую экспертизу с выводами о текущем состоянии и рекомендациями по восстановлению и ремонту на бумажном носителе и электронном виде (ДС № 2); выполнить государственную историко-культурную экспертизу на подготовку описи предметов охраны объекта и передать заказчику опись предметов охраны на объект, согласованную в КГИОП, дающую право на получение разрешительной документации на раскрытие входа (ДС № 3);  получить задание КГИОП и КГА на выполнение проектной документации на раскрытие входа для приспособления под современное использование объекта (ДС № 4); выполнить раздел проекта АИ (архитектурный интерьер), формирующий архитектурное и пространственное решение интерьера лестничного холла и внешний вид лестницы с передачей такого проекта на бумажном носителе и электронном виде заказчику (ДС № 5); выполнить проектную документацию на перепланировку с раскрытием входа на лицевом фасаде для приспособления под современное использование объекта с передачей такого проекта, согласованного в МВК, заказчику на бумажном носителе и электронном виде (ДС № 6); передать заказчику согласованную КГИОП государственную историко-культурную экспертизу проектной документации, подготовленной в рамках ДС № 6 (ДС № 7); собрать исходно-разрешительные документы и согласовать во всех органах, организациях и учреждениях, согласование с которыми установлено действующим законодательством Российской Федерации  проектную документацию на перепланировку с раскрытием входа на лицевом фасаде здания для приспособления под современное использование объекта (ДС № 8).

Кроме того, с даты заключения договора от 01.09.2017 между сторонами последовательно было заключено 6 дополнительных соглашений, а 31.07.2018 - дополнительное соглашение № 7 (далее - ДС № 7 к договору от 01.09.2017), в соответствии с которым стороны заменили виды и составы работ, предусмотренные дополнительными соглашениями № 2 - 6. 

В частности, согласно ДС № 7 к договору от 01.09.2017 подрядчик обязался: подготовить историко-градостроительное исследование территории по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 32-34, лит. Л, Н; подготовить на основании исследования эскизный проект реконструкции здания под 5 - 6-этажный апарт-отель, включая последний технический этаж, с отметкой по кровле на выше +20.300 и высотой этажа не менее 2,7 метра по указанному адресу (далее - проект); подготовить государственную историко-культурную экспертизу (ИКЭ) проекта; получить положительное заключение ИКЭ проекта в КГИОП;  подготовить проект организации строительства для согласования в КГИОП; получить положительное заключение КГИОП на проект.

Согласно пункту 1.4 ДС № 7 к договору от 01.09.2017 работы должны быть выполнены не позднее 03.12.2018.

В соответствии с пунктами 5.1 договоров от 19.10.2016 и 01.09.2017 подрядчик после завершения работ/этапа работ направляет заказчику акт сдачи-приемки работ.

Согласно пунктам  5.2 спорных договоров заказчик в течение 10 (десяти) рабочих дней с даты получения акта сдачи-приемки работ обязан направить подписанный акт либо мотивированный отказ от приемки с перечнем необходимых доработок.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о том, что с даты заключения каждого из договоров от 19.10.2016 и от 01.09.2017 Общество никакие работы по договорам не выполнило, уведомлений об окончании работ не направляло, на приемку Компании результатов  работ/этапа работ не вызывало.

Вопреки доводам жалоб о том, что у ответчика отсутствовала обязанность получения задания у КГИОП, суды пришли к выводу, что из взаимосвязанных положений договора от 19.10.2016, приложений к нему (техническое задание, смета, дополнительные соглашения № 1, 8) усматривается, что выполнение работ было обусловлено необходимостью подрядчика взаимодействовать, в том числе с КГИОП, КГА, МВК; из положений договора от 01.07.2017 усматривается, что выполнение работ было обусловлено необходимостью подрядчика взаимодействовать с КГИОП.

При этом судами приняты во внимание ответы предоставленных КГИОП, КГА, МВК Центрального района, по результатам рассмотрения адвокатских запросов из которых следует, что: ответчик в период с 2016 и по настоящее время с заявлением в отношении здания по адресу: Санкт-Петербург, ул. Итальянская, д. 12, лит. Е в интересах Истца в КГИОП не обращался (ответ КГИОП от 13.11.2020 № 01-25-21972/20-0-1); ответчик в период с 2016 и по настоящее время с заявлениям в отношении здания по адресу: Санкт-Петербург, ул. Итальянская, д. 12, лит. Е в интересах истца в КГА не обращался (ответ из КГА от 12.03.2021 № 01-21-18-7109/21); ответчик в период с 2016 и по настоящее время с заявлениями по вопросам согласования проектной и иной документации относительно помещений в многоквартирном доме по адресу: Санкт-Петербург, ул. Итальянская, д. 12, лит. Е в администрацию и (или) межведомственную комиссию Центрального района Санкт-Петербурга не обращался (ответ из Администрации Центрального района Санкт-Петербурга от 11.03.2021№ 01-13-771/21-0-1).

Аналогичным образом правомерно отклонены ссылки ответчика на выполнение работ по договору от 01.07.2017 со ссылкой на эскизный проект и полученное 21.09.2020 из КГИОП задание на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия.

Так, согласно ответу из КГИОП на адвокатский запрос № 48 первые обращения ответчика в КГИОП по договору от 01.09.2017 датируются мартом 2020 (то есть после подачи истцом настоящего иска в суд). При этом, в период с 2017 и до марта 2020 ответчик в КГИОП не обращался, что подтверждает ненадлежащее исполнение ответчиком принятых на себя обязательств.

Согласно ответа КГИОП на адвокатский запрос от 09.11.2020 № 48, ответчик обращался с соответствующими заявлениями о предоставлении заключения на эскизный проект 5 раз, при этом в 5 случаях КГИОП возвращал документы, указывая на несоответствие проекта требованиям закона, на наличие существенных недостатков проекта, несоответствие заявления и приложений к нему требованиям нормативно-правовых актов.

В частности, замечания к эскизному проекту указаны в обращениях КГИОП в адрес Ответчика от 24.03.2020 № 01-27-409/20-0-1, 15.07.2020 № 01-27-933/20-0-1 и 07.08.2020 № 01-27-1071/20-0-1. Из последующих обращений следует, что ответчик исправлял предъявляемые КГИОП замечания к эскизному проекту и предъявлял его в КГИОП вновь. При этом, ни сам эскизный проект, ни исправления, впоследствии внесенные в данный проект, ответчик с истцом не согласовывал.

Согласно ответа КГИОП на указанный адвокатский запрос ответчик в июле и августе 2020 обращался в КГИОП с заявлением о выдаче задания на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия.

При этом КГИОП 10.08.2020 направило в адрес ответчика отказ на выдачу задания на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, апеллируя к тому, что ответчиком не представлены документы, подтверждающие полномочия ответчика.

В повторном обращении ФИО2 представил в качестве документов, подтверждающих его полномочия, в том числе, ДС № 6 к договору от 01.09.2017.

В ответ на повторное обращение ответчика от 18.08.2020 КГИОП 21.09.2020 выдало ему соответствующее задание.

При этом ДС № 6 было аннулировано 31.07.2018 заключением ДС № 7 к договору от 01.09.2017, о чем ФИО2 было достоверно известно.

Между тем, согласно условиям ДС № 7 к договору от 01.09.2017 получение задания из КГИОП (КГА) на реконструкцию (надстройку) здания по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 32-34, лит. Н, не является предметом договора.

Судами из анализа представленных КГИОП документов также установлено, что в КГИОП в качестве представителя Общества обращался 

ФИО2 В целях подтверждения своих полномочий ФИО2 представил в КГИОП доверенность, выданную Обществом - организацией, в которой ФИО2 является единственным учредителем и директором. При этом, заявление в адрес КГИОП оформлено ФИО2 на бланке с реквизитами Компании. 5 из 7 заявлений, поданных ФИО2 в 2020 году в КГИОП, датированы 24.12.2018 и имеют один и тот же номер № 24-12, остальные два заявления также поданные в 2020 г. в КГИОП датированы 01.11.2018 и также имеют одинаковые номера № 01-11.

В тоже время договор от 01.09.2017 не содержит условия о наделении Компанией Общества и/или ФИО5 соответствующими полномочиями. Пункт 2.2.1 договора от 01.09.2017 предусматривает, что полномочия подрядчика и его ответственных представителей удостоверяются доверенностью, выдаваемой непосредственно заказчиком.

В связи с чем, суды пришли к верному выводу, что ответчик не имел права выдавать доверенность ФИО2 с правом представления интересов истца, следовательно, ФИО2 не имел права оформлять заявления в КГИОП от имени истца и на его бланке на основании доверенности, выданной ответчиком.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с выводом судов о том, что  ни один из этапов работ по договорам от 19.10.2016 и от 01.07.2017 ответчик не выполнил, на приемку истцу никакой документации не представил, в КГИОП до марта 2020 в интересах истца не обращался.

Как правомерно указано апелляционным судом, выполнение работ подрядчиком после получения претензии заказчика о возврате авансовых платежей не имеет юридического значения.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу приведенных требований процессуального закона представление возражений против иска и обосновывающих эти возражения доказательств лишь в суд кассационной инстанции и без указания уважительности причин невозможности предоставления этих возражений и доказательств в судах первой и апелляционной инстанций свидетельствует о недобросовестном процессуальном поведении ответчика.

Данное обстоятельство в соответствии с частью 3.1 статьи 70, частей 1 и 2 статьи 9 АПК РФ в силу принципа эстоппеля влечет для ответчика невозможность реализовывать соответствующие процессуальные права, приводить такие возражения и ссылаться на обосновывающие их доказательства в суде кассационной инстанции.

С учетом изложенного, впервые приведенный в кассационной жалобе указанный довод не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Доводы жалобы Общества и третьего лица о некорректности положенных в основу решения адвокатских запросов судом округа отклоняются, поскольку ранее данные доводы заявлены не были, соответственно не являлись предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций.

Указание ФИО5 на различное содержание спорных договоров и приложений к ним не может быть принято во внимание, поскольку сторонами еще в суде первой инстанции был обнаружен факт технической ошибки в номере договора от 19.10.2016. 

При предъявлении суду оригиналов на обозрение, сторонами совместно было заявлено о том, что стороны руководствуются договором от 19.10.2016 №10-06/16 (фактически признав техническую ошибку, т.к. предмет договора идентичен). Судом апелляционной инстанции отмечено, что за весь период рассмотрения настоящего дела ни у ответчика, ни у третьего лица не возникло претензий по поводу наличия в материалах дела договора, который не подлежит применению и/или о необходимости приобщения какого-либо иного договора. 

Поскольку соответствующий факт не  был опровергнут в судебном заседании, такой факт, по смыслу части  3.1  статьи 70 АПК РФ, считается признанным другой стороной процесса.

Кроме того, в судебном заседании от 11.08.2020 года со стороны ответчика были предъявлены на обозрение суду оригиналы дополнительных соглашений. Суд, установив идентичность документов в материалах дела, вернул оригиналы ответчику.

В  соответствии с пунктами 7.5 обоих договоров подрядчик в случае невыполнения работ, обусловленных договором и приложениями к нему, обязуется в течение 5 (пяти) календарных дней с даты предъявления требования возвратить заказчику все денежные средства, уплаченные ему по договору.

Поскольку спорные договоры расторгнуты, а доказательств выполнения работ на спорную сумму в нарушение статьи 65 АПК РФ, Общество не представило, основания для удержания денежных средств у ответчика отсутствуют. 

Первоначальный иск в данной части удовлетворен правомерно, а удовлетворение первоначальных исковых требований исключает удовлетворение встречного иска, недоказанного по праву и размеру.

Выводы судов о применении статьи 333 ГК РФ, в связи с чрезмерностью предусмотренной договорами неустойки в размере 1 000 руб. в день до 300 000 руб. по договору от 19.10.2016 и до 150 000 руб. по договору от 01.09.2017, соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подателями жалоб не оспаривается.

Одновременно по доводам кассационных жалоб не оспаривается и отказ в части взыскания ущерба по встречному иску.

Оснований не согласиться с выводами судов суд кассационной инстанции не усматривает и признает, что все существенные обстоятельства дела установлены судами, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

Доводы кассационных жалоб о неправильном применении судами норм материального права (статьи 715 ГК РФ) и процессуального права (статей 71 и 170 АПК РФ) подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании положений действующего законодательства применительно к установленным судами обстоятельствам настоящего спора.

Доводы кассационных жалоб фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражными судами первой и апелляционной инстанций и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие с оценкой судами доказательств.

Несогласие с выводами суда первой инстанции, апелляционного суда, иная оценка фактических обстоятельств дела и представленных доказательств не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, несоблюдение которых является основанием для отмены решения, постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах,  оснований для отмены судебных актов не имеется.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021 делу № А56-4979/2020 оставить без изменения, а кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Архис» и ФИО2 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.С. Васильева

Судьи

О.Р. Журавлева

Ю.А. Родин