СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                                                   Дело № А27-18231/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  27 мая 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                     Логачева К.Д.

судей:                                                                    Дубовика В.С.,

                                                                              Михайловой А.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Н.В. с использованием средств аудиозаписи и системы веб-конференции, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ООО «МыскиСтройСервис» (№ 07АП-12092/22(3)) и ФИО1 (№ 07АП-12092/22(4)) на определение от 06.03.2024 с учетом дополнительного определения от 11.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18231/2021 (судья Язова М.А.) по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и взыскании убытков в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Стимул» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 652845, 

<

...>).

При участии в судебном заседании:

ФИО2, паспорт.

У С Т А Н О В И Л:

решением от 13.04.2022 Арбитражного суда Кемеровской области отсутствующий должник общество с ограниченной ответственностью «Стимул» (далее – ООО «Стимул», должник) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий). 

Указанные сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве №8945802 от 06.06.2022, опубликованы в газете «Коммерсантъ» №72 от 23.04.2022 года. 

Конкурсный управляющий 11.08.2022 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и взыскании убытков. 

Конкурсный управляющий, с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стимул» солидарно ФИО1 (далее – ФИО1), общество с ограниченной ответственностью «Промбетон» (в настоящее время общество с ограниченной ответсвенностью «МыскиСтройСервис»), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4); взыскать солидарно с ФИО1, ООО «Промбетон» (в настоящее время ООО «МыскиСтройСервис»), ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Стимул» в порядке субсидиарной ответственности 14 302 325,23 руб.; взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Стимул» 378 499,98 руб. убытков. 

Определением от 06.03.2024 Арбитражного суда Кемеровской области заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стимул» привлечены ФИО1, ООО «МыскиСтройСервис», ФИО3 в размере 14 302 325,23 руб.

Дополнительным определением от 11.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области отказано в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стимул» ФИО4. Отказано во взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Стимул» убытков в размере 378 499,98 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «МыскиСтройСервис» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 06.03.2024 в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «МыскиСтройСервис» и ФИО3 отменить. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы общество указывает, что не представлены доказательства тому факту, что ООО «МыскиСтройСервис» и его директор ФИО5 являлись контролирующими должника лицами, имели возможность участвовать в управлении данным юридическим лицом, совершали действия, которые привели ООО «Стимул» к банкротству. Судом первой инстанции при рассмотрении дела допущены процессуальные нарушения.

ФИО1 так же подана апелляционная жалоба, в которой просит определение отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что в рамках налоговой проверки ФИО1 полностью раскрыл информацию о реальном руководителе, было установлено фактически контролировавшее должника лицо. ФИО1 не имел доступа к печати организации, к распоряжению денежными средствами, к налоговым и бухгалтерским документам, что само по себе исключает возможность руководить персоналом, управлять финансовыми потоками и объективно оценивать деловую ситуацию. Объективной причиной банкротства должника является деятельность ООО «МыскиСтройСервис» и ФИО3, которые фактически стали выгодоприобретателями, извлекшими существенные преимущества из совершения сделок с ООО «Стимул».

В отзыве на апелляционную жалобу, представленном в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), конкурсный управляющий с доводами апелляционных жалоб не соглашается, указывает, что оспариваемый судебный акт, с учетом дополнительного определения, является законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции с использованием системы веб-конференции конкурсный управляющий поддержал доводы отзыва на апелляционные жалобы.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзыва и письменных пояснений ответчика, заслушав участника процесса, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения с учетом дополнительного определния, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя заявление конкурсного управляющего исходил из наличия оснований для привлечения ФИО1, ООО «МыскиСтройСервис», ФИО3 к субсидиарной ответственности, размер которой определяется совокупным размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, ФИО1, ООО «МыскиСтройСервис», ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 14 302 325,23 руб. солидарно.

Дополнительным определением от 11.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области отказано привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам должника, поскольку отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО4 имел возможность определять действия должника. Поскольку размер субсидиарной ответственности определен, и он покрывает причиненный кредиторам ущерб в полном объеме, отсутствуют основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Стимул» убытков в размере 378 499,98 руб. сверх покрывающего их установленного судом размера субсидиарной ответственности.

Седьмой арбитражный апелляционный суд, повторно рассматривая дело исходит из следующего.

В соответствии с положениями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ). Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 9 АПК РФ). 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятии арбитражным судом заявлении о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставной капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В пункте 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Единственным участником ООО «Стимул» с момента создания общества (16.02.2021) является ФИО1, он же являлся руководителем должника с даты создания общества и по дату введения процедуры конкурсного производства.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) в отношении ООО «МыскиСтройСервис» (ранее ООО «Промбетон») ФИО3 является его директором с 29.07.2020 по настоящее время. Он же является единственным участником данного общества с 10.07.2020.

Должник и ООО «МыскиСтройСервис» имеют одинаковые коды видов экономической деятельности. Большая часть кодов ОКВЭД одинакова у обоих обществ.

Материалами дела подтверждается, что единственным контрагентом должника после его создания, от которого осуществлялись поступления денежных средств в ходе хозяйственной деятельности должника, являлось ООО «Промбетон».

Договор подряда № 18/02 от 18.02.2021 между ООО «Промбетон» (заказчик) и  ООО «Стимул» (подрядчик) согласно которому заказчик поручил подрядчику выполнить работу по изготовлению изделий из бетона, используемых в строительстве, сырьем и материалами заказчика, был заключен через два дня с даты создания общества.

Согласно анализу соотношения получаемого от ООО «Промбетон» дохода в виде ежемесячно выставляемых к оплате актов выполненных работ и размера всех необходимых расходов ООО «Стимул» помесячно в период с февраля 2021 г. по сентябрь 2021 г. усматривается ежемесячное превышение суммы минимально необходимых расходов над суммой начисленного дохода.

Вступая в хозяйственные отношения с ООО «Промбетон» и определяя стоимость оказываемых в пользу ООО «Промбетон» услуг, контролирующим должника лицом не были учтены и заложены в стоимость все необходимые расходы предприятия, включая оплату всех обязательных налогов и сборов, выплату заработной платы и прочих хозяйственных расходов.

После прекращения фактического выполнения обязательств по договору от 18.02.2021 обязательства должника продолжали появляться и расти: продолжала начисляться заработная плата, страховые взносы, налоговые платежи. За несвоевременную уплату и просрочку уплаты обязательных платежей доначислялись пени и штрафы. Разница между запланированным доходом и наступившими расходами составила более 10 млн. руб.

При этом, у должника отсутствовало иное имущество, за счет которого было бы возможно погашение возникших требований. В результате занижения и неверного определения стоимости выполняемых должником работ, а также в условиях задержки оплаты выполненных работ контрагентом предприятие оказалось неспособно в полном объеме оплачивать обязательные платежи в бюджет, что привело к образованию задолженности, послужившей основанием для обращения Федеральной налоговой службы в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Заключение договора на заведомо невыгодных для должника условиях, привело к неплатежеспособности общества.

16.09.2021 между ООО «Промбетон» (поставщиком) и ООО «Стимул» (покупателем) был заключен договор № 145-1/2 на изготовление и поставку щебня фр 5-20.

Во исполнение указанного договора 12.01.2022 г. ООО «Промбетон» поставило ООО «Стимул» ПГС (песчано-гравийная смесь) на сумму 3 986 400 руб. (УПД № 4 от 12.01.2022 г.).

01.02.2022 ООО «Стимул» и ООО «Промбетон» был подписан протокол проведения зачета взаимных требований, в соответствии с которым ООО «Промбетон» погасило задолженность перед ООО «Стимул» по договору подряда № 18/02 от 18.02.2021 в сумме 3 986 400 руб., а ООО «Стимул» в свою очередь погасило задолженность перед ООО «Промбетон» по договору поставки от 16.09.2021 № 145- 14/2 за поставленный 12.01.2022 ПГС в той же сумме.

В результате проведения зачета задолженность перед одним из кредиторов (ООО «Промбетон») была погашена преимущественно перед удовлетворением требований другого кредитора – ФНС России. Согласно заявлению о признании должника банкротом задолженность должника перед бюджетом возникла во втором квартале 2021 года. Задолженность перед ООО «Промбетон» по договору поставки от 16.09.2021 № 145-14/2 (п. 2.3 договора, УПД № 4 от 12.01.2022) возникла 12.01.2022, то есть позже возникших перед ФНС требований, и, тем не менее, была погашена ранее.

В результате произведенного зачета вместо денежных средств от погашения дебиторской задолженности, за счет которых могли быть погашены обязательства перед бюджетом, должник получил ПГС (песчано-гравийную смесь). При этом, должник в момент проведения зачета уже не вел хозяйственную деятельность, операции по счетам отсутствовали (дата последней операции – 17.08.2021), отчетность не сдавалась, работники были уволены. То есть должник приобрел заведомо ненужный товар на невыгодных для себя условиях.

Должником в результате совершения указанной сделки фактически было замещено право требования «живых» денежных средств с дебитора на заведомо ненужный должнику материал – песчано-гравийная смесь, которым он не имел возможности и необходимости воспользоваться, так как уже не вел хозяйственную деятельность на момент совершения зачета.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 01.12.2022 сделка по зачету взаимных требований между ООО «Стимул» и ООО «Промбетон» совершенная 01.02.02022 путем подписания протокола проведения зачетов взаимных требований, признана недействительной. Применены последствия недействительности сделки: восстановлена задолженность ООО «Промбетон» перед ООО «Стимул» по договору подряда № 18/02 от 18.02.2021 в сумме 3 986 400 руб. и восстановлена задолженность ООО «Стимул» перед ООО «Промбетон» по договору поставки от 16.09.2021 № 145-14/2 в сумме 3 986 400 руб.

Материалами дела установлено, что фактически должник и ООО «Промбетон» находились по одному адресу. Согласно ответу интернет-провайдера ООО «РТА связь» IP-адрес должника, используемый для доступа к счету должника в АО «Кузнецкбизнесбанк», принадлежит ООО «Промбетон».

Из пояснений ФИО1 следует, что в ООО «Стимул» всей финансово-бухгалтерской, кадровой, статистической отчетностью и документооборотом занимался ФИО4 (заместитель директора ООО «Стимул»), а также привлеченные им сотрудники ООО «Промбетон». Документы, которые подписывал ФИО1, передавались ему из ООО «Промбетон».

Пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (ред. от 26.12.2018), разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В ходе проведения налоговой проверки в отношении ООО «Стимул» (Акт № 176 от 09.02.2023, дополнение к Акту налоговой проверки № 17 от 18.05.2023) уполномоченным органом установлено, что ФИО1 фактически не осуществлял руководство ООО «Стимул», являлся формальным руководителем. Со стороны ООО «Стимул» отсутствовало волеизъявление на приобретение ПГС ввиду отсутствия у предприятия органа управления, фактически ООО «Стимул» создавал видимость финансово-хозяйственной деятельности. ООО «Промбетон» полностью контролировало деятельность ООО «Стимул». Деятельность ООО «Стимул» находится под непосредственным контролем и управлением ООО «Промбетон», ООО «Стимул» не ведет самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность, обладает признаками «технической компании». В ООО «Стимул» был сформирован искусственный штат работников. В учете ООО «Промбетон» использован формальный документооборот с участием ООО «Стимул», не ведущего реальной экономической деятельности и не исполняющего налоговые обязательства. Платежи по расчетному счету должника и направление налоговой отчетности осуществлялись ООО «Промбетон».

Причинами объективного банкротства ООО «Стимул» явилась задолженность должника перед налоговым органом, что и послужило причиной возбуждения дела о банкротстве. В результате действий ответчиков единственный кредитор был лишен возможности получить от должника удовлетворение своих требований.

Схема ухода от налогообложения, направленная на минимизацию налоговых платежей ООО «Промбетон», привела к невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника, что является в соответствии с абзацем 3 пункта 4 статьи 10 (подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11) Закона о банкротстве основанием для привлечения ООО «Промбетон» (в настоящее время ООО «МыскиСтройСервис»), ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в полном объеме.

Фактически сделки от 18.02.2021, от 16.09.2021, ухудшившие экономическую судьбу должника и повлекшие его банкротство, заключены под влиянием ООО «Промбетон», определившего существенные условия этих сделок, в связи с чем ООО «МыскиСтройСервис» (ранее ООО «Промбетон») обоснованно признано судом первой инстанции контролирующим должника лицом.

ООО «Промбетон» как юридическое лицо не могло формировать свою волю без воли единственного учредителя и директора ФИО3 Последний как собственник юридического лица имеет прибыль от его деятельности. ФИО3 также подлежит признанию контролирующим должника лицом.

Доказательств свидетельствующих о том, что ФИО4 имел возможность определять действия должника, материалы дела не содержат, к таким действиям решение производственных вопросов не относится, основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

ООО «МыскиСтройСервис» и ФИО3 фактически стали выгодоприобретателями, извлекшими существенные преимущества из совершения сделок с ООО «Стимул». При этом вторая сделка была совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в условиях, когда хозяйственная деятельность должника оказалась под угрозой.

ФИО1 в обоснование позиции по делу указывает на номинальность своего статуса, возражения указанного ответчика по существу сводятся к недоказанности налоговым органом совокупности условий, необходимых для его привлечения к ответственности как контролирующего должника лица.

Вместе с тем, в отношении данного ответчика установлена презумпция контроля. Ответчик являлся учредителем и руководителем должника в период с даты начала ведения деятельности до введения конкурсного производства, то есть исходя из положений подпунктов 1, 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве являлся контролирующим должника лицом.

Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 6 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Все вышеуказанные действия, в результате которых произошло возникновение кредиторской задолженности, и, как следствие, наступило банкротство должника, совершались под руководством и при непосредственном участии контролирующего должника лица – ответчика по делу ФИО1, который лично подписывал договоры от имени должника, хоть и под контролем иного лица.

Суд обоснованно признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности данного ответчика, непосредственно участвующего в схеме уклонения общества от уплаты налогов и причинении вреда бюджету Российской Федерации. 

Доказательств совершения действий, способствовавших восстановлению нарушенных прав кредиторов и являющихся основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности, в материалы дела не представлено и судом не установлено.

На основании вышеизложенного правомерно отклонены доводы ФИО1 относительно уменьшения размера субсидиарной ответственности.

Расчеты с кредиторами завершены 15.02.2024, остаток денежных средств на основном счете должника составляет 0,00 рублей, способы пополнения конкурсной массы исчерпаны. Остались непогашенными требования кредиторов в размере 14 302 325,23 руб., включая штрафы за несвоевременное перечисление или неуплату налога.

ФИО1, ООО «МыскиСтройСервис», ФИО3 обоснованно признаны судом первой инстанции подлежащими привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 14 302 325,23 руб. солидарно.

Поскольку разрешая по существу спор о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, судом первой инстанции не принято решение по требованию конкурсного управляющего о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Стимул» 378 499,98 руб. убытков, Арбитражным судом Кемеровской области вынесено дополнительное определение от 11.04.2024.

Виды гражданско-правовой ответственности как субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц и взыскание с них убытков не тождественны.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Обращаясь в суд с заявлением, конкурсный управляющий просил одновременно привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в размере реестра требований кредиторов должника, а также взыскать убытки.

Требования о взыскании убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности имеют зачетный характер, и взыскание убытков применяется в случае, если размер субсидиарной ответственности не покрывает причиненный кредиторам ущерб, при этом целью взыскания как убытков, так и субсидиарной ответственности является восстановление прав кредиторов должника, нарушенных в результате неправомерных действий контролирующих лиц.

Размер субсидиарной ответственности определен, и он покрывает причиненный кредиторам ущерб в полном объеме. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Стимул» убытков в размере 378 499,98 руб. сверх покрывающего их установленного судом размера субсидиарной ответственности.

Поскольку определение от 06.03.2024 Арбитражного суда Кемеровской области не содержало выводов об отказе в удовлетворении требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд указал об этом в дополнительном определении от 11.04.2024.

Оценивая изложенные в апелляционных жалобах доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу. 

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, в связи с чем, удовлетворению не подлежат. 

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 06.03.2024 с учетом дополнительного определения от 11.04.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18231/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы ООО «МыскиСтройСервис» и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

 

Председательствующий                                                                                    К.Д. Логачев

 

Судьи                                                                                                                   В.С. Дубовик

 

                                                                                                                             А.П. Михайлова