Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-15514/2020

15 ноября 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2022 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Парской Н.Н.,

судей: Волковой И.А., Первушиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи помощником судьи Талземе Л.И.,

с исполнением судебного поручения в осуществляющем видеоконференц-связь Арбитражном суде Красноярского края судьей Кошеваровой Е.А., при ведении протокола совершения отдельного процессуального действия секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в помещении Арбитражного суда Красноярского края представителя Федеральной налоговой службы ФИО2 (доверенность от 28.12.2021),

а также в помещении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа ФИО3 (паспорт) и представителя Федеральной налоговой службы ФИО4 (доверенность от 24.08.2022), который также принимал участие в судебном заседании после перерыва,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы Федеральной налоговой службы, ФИО3 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 26 апреля 2022 года по делу № А33-15514/2020, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Афина» (ИНН 

<

***>, далее – должник) Федеральная налоговая служба (далее – уполномоченный орган) в интересах группы лиц обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик), общества с ограниченной ответственностью «Малтатвуд» (далее – ООО Малтатвуд»), ФИО5 (далее – ФИО5), общества с ограниченной ответственностью «Ирбис» (далее – ООО «Ирбис») и взыскании с них: в пользу уполномоченного органа 43 649 409 рублей 13 копеек; в пользу общества с ограниченной ответственностью «СибМедЦентр» (далее – ООО «СибМедЦентр») 292 526 рублей 50 копеек; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Партнеры Омск» (далее – ООО «Партнеры Омск») 66 758 рублей; в пользу публичного акционерного общества «ТомскГазСтрой» (далее – ПАО «ТомскГазСтрой») 3 684 677 рублей 09 копеек; в пользу публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» (далее – ПАО «Красноярскэнергосбыт») 1 266 140 рублей 89 копеек; в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инвеко» (далее – ООО «Инвеко») 1 969 028 рублей.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21 мая 2021 года производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26 апреля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года, требования удовлетворены частично. ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. С ФИО3 взыскано: в пользу уполномоченного органа 43 649 409 рублей 13 копеек; в пользу ООО «СибМедЦентр» 292 526 рублей 50 копеек; в пользу ООО «Партнеры Омск» 66 758 рублей 92 копеек; в пользу ПАО «ТомскГазСтрой» 3 684 677 рублей 09 копеек; в пользу ПАО «Красноярскэнергосбыт» 1 266 140 рублей 89 копеек; в пользу ООО «Инвеко» 1 969 028 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, уполномоченный орган и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационными жалобами.

Уполномоченный орган просит обжалуемые судебные акты отменить в части отказа в привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ООО Малтатвуд», ФИО5, ООО «Ирбис», обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Красноярского края.

В кассационной жалобе и дополнении к ней заявитель указывает, что выводы судов основаны на неполном выяснении всех имеющих существенное значение для дела обстоятельств, и судебные акты приняты с нарушением норм материального и процессуального права.

Уполномоченный орган считает, что отказав в ходатайстве о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании и не истребовав доказательства по своей инициативе, на которые ссылался уполномоченный орган в ходатайстве, суды рассмотрели дело в отсутствие первичных документальных доказательств, подтверждающих, что ООО Малтатвуд», ФИО5 и ООО «Ирбис» являются конечными контролирующими выгодоприобретателями должника.

По мнению заявителя, суды неправильно распределили бремя доказывания, освободив ООО «Ирбис» от обязанности обосновать добросовестность и разумность своих действий, не дали правовую оценку доводам, подтверждающим взаимозависимость должника, общества с ограниченной ответственностью «СК «Паритет» (далее – ООО «СК «Паритет»), ФИО5

Уполномоченный орган считает, что судом апелляционной инстанции не дана правовая оценка показаниям ФИО3 о том, что он являлся номинальным руководителем должника и о том, что фактически деятельность должника осуществлял ФИО5, а также не проверены вновь открывшиеся обстоятельства, которые, по мнению заявителя, являются существенными для дела и не могли быть известны уполномоченному органу в силу тайны следствия – факт возбуждения в отношении ФИО5 уголовного дела и установления в нем обстоятельств подконтрольности ему должника.

ФИО3 в своей кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, отказать в его привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании с него в пользу кредиторов денежных средств.

ФИО3 считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между совершенными сделками и наступлением  банкротства должника.

Ответчик указывает, что им не осуществлялось отчуждение имущества должника, фактически у должника отсутствовало имущество для оплаты сформировавшейся задолженности. Также заявитель, ссылаясь на то, что у него отсутствовала финансовая возможность на оплату задолженности по налогу на добавленную стоимость, считает, что отсутствует факт его виновности.

ФИО3 указывает, что суды неправомерно возложили на него обязанность по выплате денежных средств кредиторам, отношения с которыми сложились после увольнения ответчика с должности директора должника.

Лицам, участвующим в деле, предложено заблаговременно представить отзывы на кассационные жалобы.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 уполномоченный орган выразил несогласие с содержащимися в ней доводами, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения в обжалуемой ФИО3 части.

Кассационные жалобы рассматриваются в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заинтересованные в рассмотрении кассационных жалоб участвующие в деле лица о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определения о принятии кассационных жалоб к производству и назначении судебного заседания выполнены в форме электронных документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлены лицам, участвующим в деле, посредством их размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

Участвующие в судебном заседании 03 ноября 2022 года представители уполномоченного органа и ФИО3 поддержали доводы, изложенные в своих кассационных жалобах и возражали доводам жалоб друг друга.

В судебном заседании 03 ноября 2022 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 11 часов 40 минут 10 ноября 2022 года.

После перерыва судебное заседание продолжено без использования систем видеоконференц-связи в обычном режиме.

Участвующий в судебном заседании после перерыва представитель уполномоченного органа настаивал на требованиях об отмене обжалуемых судебных актов.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителем должника в период с 18.09.2012 по 23.11.2016 являлся ФИО3

Уполномоченный орган, ссылаясь на совершение должником в период руководства ФИО3 налогового правонарушения, совершение сделок по выводу активов должника и перевод бизнеса на иное юридическое лицо (ООО «СК «Паритет»), обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, а также о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Малтатвуд», ФИО5 и ООО «Ирбис» как выгодоприобретателей по совершенным должником сделкам.

Суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился апелляционный суд, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, а также об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Малтатвуд», ФИО5 и ООО «Ирбис».

В силу пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

В отсутствие доказательств того, что ООО «Малтатвуд» и ФИО5 являются конечными контролирующим выгодоприобретателями и (или) обладают статусом контролирующих должника лиц, в отсутствие документов по сделкам, поставленным под сомнение уполномоченным органом, а также доказательств перевода бизнеса от должника к ООО «СК «Паритет», заключения каких-либо сделок под влиянием указанных лиц, поскольку решение о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.03.2017 не содержит каких-либо выводов о противоправности поведения ООО «Малтатвуд» и ФИО5 по получению денежных средств применительно к причинно-следственной связи между таким поведением и доведением должника до банкротства, суды обоснованно указали на невозможность установления наличия причинно-следственной связи между действиями ООО «Малтатвуд» и ФИО5 и наступлением неблагоприятных последствий в виде банкротства должника.

Из материалов дела следует, что между должником (лизингополучатель 1), ООО «Ирбис» (лизингополучатель 2) и обществом с ограниченной ответственностью «Икарлизинг» (лизингодатель) 09.07.2018 заключены соглашения о переводе лица в обязательстве по договорам внутреннего лизинга от 22.02.2017, от 28.02.2017, от 26.12.2016, от 21.11.2016, от 26.12.2016, по условиям которых лизингополучатель 1 в полном объеме переводит права (требования) к лизингодателю и переводит обязанность перед лизингодателем, а лизингодатель 2 принимает права и обязанности лизингополучателя 1 перед лизингодателем, возникшие из указанных договоров лизинга.

В отсутствие доказательств, указывающих на то, что передача прав лизингополучателя осуществлена в отсутствие равноценного встречного обязательства со стороны нового лизингополучателя по возврату выплаченных лизинговых платежей, учитывая, что сделка по переводу прав и обязанностей является возмездной, сумма сделки, а также порядок оплаты лизингополучатель 1 и лизингополучатель 2, согласовывают отдельно, без участия лизингодателя, что недействительными сделки не признаны, а также в отсутствие каких-либо доказательств, свидетельствующих об их совершении при одобрении ООО «Малтатвуд» и ФИО5, суды пришли к обоснованному выводу о невозможности установления наличия причинно-следственной связи между заявленными действиями (бездействием) ООО «Ирбис» и наступлением неблагоприятных последствий в виде банкротства должника.

При таких обстоятельствах, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления уполномоченного органа о привлечении ООО «Малтатвуд» и ФИО5 и ООО «Ирбис» к субсидиарной ответственности.

Доводы уполномоченного органа о наличии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности фактически направлены на переоценку исследованных судами доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, определенную Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Из материалов дела следует, что уполномоченным органом по результатам выездной налоговой проверки вынесено решение от 06.03.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения должником, которым доначислены суммы налогов, пеней и штрафов в общем размере 35 931 630 рублей 50 копеек. В последующем задолженность, установленная решением, включена в реестр требований кредиторов должника.

В рамках налоговой проверки установлено, что обществом с ограниченной ответственностью «Аргумент» (далее – ООО «Аргумент») в адрес должника выставлены счета-фактуры на общую сумму 167 897 222 рубля 06 копеек, в том числе налог на добавленную стоимость – 25 611 440 рублей 72 копейки. Материалами проверки подтверждается отсутствие у ООО «Аргумент» материально-технической базы, квалифицированных трудовых ресурсов, допуска к определенным видам работ, ООО «Аргумент» оформлено на сотрудника общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Коллегия», который фактически деятельности от лица организации не осуществлял, только формально подписывал документы. Поскольку все названные организации, в том числе должник, входят в группу компаний «Малтат», руководитель  должника располагал информацией о нереальности совершенных операций, по которым осуществлены доначисления налогов.

Судебными актами по делу № А33-15432/2017 отказано в удовлетворении заявления должника о признании недействительным решения от 06.03.2017.

На основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц (в частности руководителя должника), если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривает субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, за неподачу заявления должника в арбитражный суд лицами, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию соответствующего решения и подаче такого заявления. Субсидиарная ответственность наступает не по всем обязательствам должника, а лишь в отношении обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности имеет значение фактический момент возникновения признаков банкротства, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание отрицательную стоимость чистых активов с учетом кредиторской задолженности по налогам, судами сделан обоснованный вывод о наступления признаков объективного банкротства должника в конце 2015 года.

Установив неправомерность действий ответчика (получение необоснованной налоговой выгоды, уклонение от уплаты налогов, направление денежных средств технической организации – ООО «Аргумент») на протяжении длительного периода (как минимум с 2015 года), которые привели к постепенному ухудшению финансового состояния должника и появлению у него признаков объективного банкротства, обоснованно исходя из того, что именно ФИО3, как руководитель должника, обязан был минимизировать риски нарастания долговых обязательств, а не заключать подозрительные сделки с сомнительными контрагентами с целью занижения налоговых обязательств, суды пришли к последовательному выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы ответчика об отсутствии факта его виновности, поскольку у него отсутствовала финансовая возможность на оплату задолженности по налогу на добавленную стоимость, а также о том, что суды неправомерно возложили на него обязанность по выплате денежных средств кредиторам, отношения с которыми сложились после увольнения ответчика с должности директора должника, отклоняются судом округа, как несостоятельные.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Как верно отмечено судами, действуя разумно и осмотрительно, в интересах должника и его независимых кредиторов, именно ФИО3, как руководитель должника, мог и должен был избрать такую модель поведения (стратегию ведения бизнеса), которая обеспечивала расчеты с кредиторами даже в случае прекращения финансово-хозяйственной деятельности. Иное свидетельствует о том, что должник изначально вел деятельность в условиях недостаточности активов для расчетов с кредиторами, в результате выбранная модель поведения руководителя ФИО3 привела к невозможности должника выполнить обязательства перед кредиторами.

В отношении доводов уполномоченного органа о нарушении судами норм процессуального права ввиду отказа в проведении закрытого судебного заседания и неистребования необходимых доказательств суд округа считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с пунктом 4 статьи 82 Налогового кодекса Российской Федерации при осуществлении налогового контроля не допускаются сбор, хранение, использование и распространение информации о налогоплательщике (плательщике сбора, налоговом агенте), полученной в нарушение положений Конституции Российской Федерации, названного Кодекса, федеральных законов, а также в нарушение требования об обеспечении конфиденциальности информации, составляющей профессиональную тайну иных лиц, в частности адвокатскую тайну, аудиторскую тайну.

Пунктом 2 статьи 102 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что налоговая тайна не подлежит разглашению налоговыми органами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом. К разглашению налоговой тайны относится, в частности, использование или передача другому лицу информации, составляющей коммерческую тайну (секрет производства) налогоплательщика и ставшей известной должностному лицу налогового органа, органа внутренних дел, следственного органа, органа государственного внебюджетного фонда или таможенного органа, привлеченному специалисту или эксперту при исполнении ими своих обязанностей.

Вместе с тем, согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Правильно применив нормы права и разъяснения к ним, исходя из того, что передача уполномоченным органом арбитражному суду доказательств не является разглашением сведений, составляющих налоговую тайну, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных уполномоченным органом ходатайств о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании.

Также судом апелляционной инстанции правомерно отказано в удовлетворении ходатайства уполномоченного органа об истребовании доказательств, поскольку заявителем не доказана невозможность их самостоятельного получения.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд округа считает, что в рассматриваемом случае судами верно распределено бремя доказывания, обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела установлены верно, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационных жалоб Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 26 апреля 2022 года по делу № А33-15514/2020, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

Н.Н. Парская

И.А. Волкова

М.А. Первушина