ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-9300/2025 

Москва                                                                                Дело № А40-87256/21 

17 апреля 2025 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 17 апреля 2025 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей М.С. Сафроновой и Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.В. Панариной,   

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 14.01.2025 по делу № А40-87256/2021, вынесенное судьей С.В. Захаровой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТДЦ», 

о признании недействительными сделками перечисления с расчётного счета должника ООО «ТДЦ» в пользу ФИО1 в период с 18.11.2019 по 25.12.2019 денежных средств в общем размере 182 700 рублей;

при участии в судебном заседании:

от АО «Самарский трансформатор» - ФИО2 по дов. от 14.01.2025

от к/у ФИО3 – ФИО4 по дов. от 01.11.2024

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2023 ООО «ТДЦ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (член Ассоциации СРО «ЦААУ»). 

В Арбитражный суд города Москвы 17.05.2024 (направлено посредством системы «Мой Арбитр») поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделками перечисления 18.11.2019, 02.12.2019, 25.12.2019 денежных средств должником в пользу ФИО1 в размере 182 700 руб. (назначение платежей – оплата по договору аренды №7035 от 01.11.2019) и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы признаны недействительными сделками перечисления с расчётного счета должника ООО «ТДЦ» в пользу ФИО1 в период с 18.11.2019 по 25.12.2019 денежных средств в общем размере 182 700 руб. 

Применены последствия недействительности в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ООО «ТДЦ» денежных средств в размере 182 700 рублей.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 14.01.2025, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит названное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представитель АО «Самарский трансформатор»  доводы апелляционной жалобы поддержал, просил оспариваемое определение суда первой инстанции отменить.

Представитель конкурсного управляющего  против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий просил признать недействительными сделками перечисления должником в пользу ФИО1 денежных средств с расчетного счета 18.11.2019, 02.12.2019 и 25.12.2019 в общем размере 182 700 руб. 

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что сделка совершена со злоупотреблением правом во вред законным правам и интересам кредиторов, должником осуществлен безвозмездный вывод ликвидных активов, что в итоге повлекло уменьшение имущества должника и в дальнейшем утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление конкурсного управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых перечислений недействительными сделками.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно материалам дела, заявление о признании должника банкротом принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2021. Определением суда от 02.08.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения. Оспариваемые платежи совершены 18.11.2019, 02.12.2019 и 25.12.2019, то есть более чем за год, но в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, определениями суда, вынесенными в рамках настоящего дела и вступившими в законную силу (определения от 19.04.2024 (сделка с АО «Самарский трансформатор») и от 06.03.2024 (сделка с АО «СПЕЦИНЖЭЛЕКТРО»)) судом сделан вывод о возможности применения в рамках дела о банкротстве ООО «ТДЦ» № А40-87256/21-185-232 Б периода подозрительности, исходя из первого дела о банкротстве № А40- 159177/2020-66-131, с учетом даты возбуждения производства по указанному делу - 10.09.2020.

Как отметил суд первой инстанции, в случае исчисления периода подозрительности с даты возбуждения первого дела о банкротстве оспариваемые платежи попадают в годовой период подозрительности, однако не могут быть оспорены по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встреченного предоставления), поскольку расчеты платежными поручениями сами по себе не предполагают встречного предоставления, поскольку представляют собой одностороннюю сделку, однако попадают в трехлетний период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий полагает, что сделки совершены в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Судебными актами, вынесенными в рамках настоящего дела по иным обособленным спорам установлено наличие у должника признаков неплатёжеспособности в период декабрь 2019 – начало 2020 года (определения Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022 и от 25.07.2022, оставленные без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 и от 19.10.2022 соответственно и постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2022).

При проведении анализа финансового состоянии должника управляющим установлено, что показатель степени платёжеспособности по текущим обязательствам по состоянию на 31.12.2019 составлял 0, то есть текущие обязательства общества могли быть погашены не менее чем за 0 месяцев. В этот же период ниже нормативных значений находились коэффициенты абсолютной и текущей ликвидности, а начиная с начала 2020 наблюдалось ухудшение уже и так имевшихся неудовлетворительных финансовых показателей.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

В указанный период должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами: АО «ТОП Энерго» по оплате поставки оборудования по товарным накладными по ф. ТОРГ12: №148 от 20.09.2019, №152 от 29.09.2019, №158 и 159 от 07.10.2019, №162 от 10.10.2019, №163 и 164 от 14.10.2019 от 14.01.2020, №169 и 170 от 21.10.2019, №180 и 181 от 24.10.2019, №219 от 04.12.2019 (требование подтверждено решением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2020 по делу № А40-114702/20-144-919 и включено в реестр требований кредиторов определением суда от 06.12.2021), ООО «Теплоэлектрострой» (правопреемник – АО «Специнжэлектро») по Приложению № 17 к Спецификации № 3 (в редакции от 24.10.18) к Договору №ТЭС/5214/2017/ТЭС/104/2017 5 (требование подтверждено решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2020 по делу №А40-84333/20-122-592 и включено в реестр требований кредиторов определением суда от 18.11.2021).

Данные обстоятельства, по мнению, конкурсного управляющего, свидетельствуют об отсутствии достаточных оснований полагать, что на момент совершения оспариваемых платежей финансовое положение должника являлось устойчивым.

Исходя из изложенного, период совершения оспариваемых перечислений совпал с периодом возникновения у должника признаков неплатёжеспособности.

Кроме того, из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013.

Конкурсный управляющий указывает, что в результате перечислений денежных средств должником в отсутствие правовых оснований конкурсная масса должника уменьшилась, чем интересам конкурсных кредиторов, рассчитывающих на удовлетворение требований, был причинен вред.

В качестве второго условия для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсный управляющий указывал на безвозмездность сделки, отсутствие какого-либо встречного исполнения, а также отмечает заинтересованность сторон сделки.

Определениями суда от 04.07.2022, 25.07.2022, 23.07.2024 по данному делу, вступившими в законную силу установлено, что ФИО5, АО ХОЛДИНГОВАЯ КОМПАНИЯ «ОБЪЕДИНЕННЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ» (ОГРН: 

<

***>), ООО «Свет Н», АО «СТ», ООО «ЦентрСтройМонтаж» и должник на основании пункта 8 части 1 статьи 9 ФЗ «О защите конкуренции» составляют группу лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу судебное решение является обязательным для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежит исполнению на всей территории Российской Федерации. 

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела.

Также определением от 25.07.2022 установлено, что акционерами АО «СТ» являются: АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО ХОЛДИНГОВАЯ КОМПАНИЯ «ОБЪЕДИНЕННЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ТЕХНОЛОГИИ» (ОГРН: 

<

***>) – 34 % голосов; ФИО6 – 19,7 % голосов; ФИО5 – 16,6 % голосов; ФИО1 – 25,1 % голосов. ФИО1 также являлась акционером АО ХК «ОЭНТ» до 31.12.2021 (около 67% акций).

Кроме того, ФИО1 является супругой ФИО6 и матерью ФИО5, что подтверждается копией ответа ЗАГС по Самаркой области №01-44/573 от 05.04.2022.

С учетом изложенного суд признал доказанным факт заинтересованности ответчика по отношению к должнику.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 указано, что исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика, однако если из представленных заявителем платежных поручений усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, доказательства, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены безвозмездно, должны быть представлены заявителем.

Из назначений спорных платежей следует, что денежные средства были перечислены в счет оплаты по договору аренды ТС без экипажа № 7035 от 01.11.2019.

Ответчиком представлен отзыв с приложением копий указанного договора с приложениями, соглашения о расторжении договора аренды от 30.01.2020, акта приема-передачи транспортного средства от 30.01.2020, а также СТС, подтверждающего нахождение транспортного средства в собственности ФИО1

Реальность обязательств должника по договору аренды оспаривалась конкурсным управляющим.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним подлежат судебному исследованию. Проверяя заявление о дефектах сделки, суду следует установить реальность хозяйственных правоотношений по договору, в том числе с учетом наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений.

В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Таким образом, при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности хранения бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на истца и ответчика.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 № 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Исходя из условий договора следует, что ФИО1 передала в аренду ООО «ТДЦ» транспортное средство.

Из условий договора следует, что арендная плата вносится авансовым платежом до 01 числа текущего месяца, стоимость аренды составляет 60 900 руб. за один месяц. Договор действует до 31.12.2022.

Должником были внесены платежи за ноябрь-декабрь 2019 и за январь 2020. 30.01.2020 договор был расторгнут по соглашению сторон.

Конкурсный управляющий настаивал, что у должника отсутствовала экономическая целесообразность аренды транспортного средства, так как в указанный период должник являлся собственником трех транспортных средств. С учетом указанного также сомнения вызывает необходимость аренды по согласованной сторонами стоимости (60 900 руб. за один месяц). Не ясны также причины расторжения договора спустя три месяца после заключения договора.

Определением от 09.10.2024 суд предложил ФИО1 представить доказательства реальности правоотношений по договору, раскрыть обстоятельства заключения и экономическую целесообразность заключения договора, причины расторжения, сведения об уплате налога на полученный по сделке доход и пр.

Определение суда исполнено не было, дополнительные доказательства и документы не представлены.

В материалах дела имеется формальный перечень документов – копия договора и акта приема-передачи транспортного средства. Между тем, указанные документы сами по себе не подтверждают факт передачи транспортного средства, а аренду.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, посредством осуществления спорных перечислений ООО «ТДЦ» было передано имущество (денежные средства), однако какое-либо встреченное исполнение получено не было.

Денежные средства ООО «ТДЦ» вместо того, чтобы быть направленными на исполнение собственных обязательств ООО «ТДЦ» или впоследствии быть включенными в конкурсную массу для дальнейшего пропорционального распределения между кредиторами должника, были перечислены в пользу аффилированного лица по обязательствам, факт существования которых достаточными доказательствами не подтвержден.

Кроме того, из обстоятельств дела о банкротстве также следует, что аффилированными с должником лицами в период возникновения у должника признаков неплатежеспособности и впоследствии:

 - осуществлялось финансирование деятельности должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса (определения суда от 18.07.2022 и 25.07.2022 об удовлетворении требований ООО «ОЭнт-Центр» и АО «Самарский трансформатор» в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) 

- осуществлялись действия, направленные на вывод имущества должника из под возможного обращения взыскания в условиях возникновения у должника признаков неплатежеспособности (определения суда от 19.04.2024 (сделка с АО «Самарский трансформатор») и от 06.03.2024 (сделка с АО «СПЕЦИНЖЭЛЕКТРО»)).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано ранее, судом установлено наличие признаков заинтересованности между ООО «ТДЦ» и ФИО1, в связи с чем, осведомленность ответчика презюмируется.

Доводы конкурсного управляющего о заинтересованности ответчика, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не опровергнуты.

Таким образом, судом установлено наличие в оспариваемых сделках по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 признаков недействительности, предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку должником в пользу заинтересованного лица передано имущество, отчуждение которого в условиях отсутствия реальных оснований для перечисления и неполучения встречного исполнения по сделке, указанной в качестве таких оснований нарушило законные права независимых кредиторов.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок, в том числе по правилам ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ (п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Вместе с тем, в указанных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление 10 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886). 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращённого срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, периода подозрительности, и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании её недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1) но делу № А41-20524/2016).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не указал, и судом не установлено доказательств того, чем в условиях конкуренции норм о недействительности предполагаемые пороки сделок выходили за пределы диспозиции ст.ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем у суда не имеется оснований для признания спорных сделок недействительными по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применение статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации должно носить резервный и субсидиарный характер. Этот состав недействительности должен применяться только в тех случаях, когда у суда не обнаруживается того или иного специального механизма для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заявителем в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено. 

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, апелляционная жалоба не содержит доводов, которые могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда города Москвы

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 14.01.2025 по делу № А40-87256/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                        А.С. Маслов

Судьи:                                                                                                М.С. Сафронова

Н.В. Юркова