Арбитражный суд Липецкой области

пл. Петра Великого, 7, г. Липецк, 398019

http://lipetsk.arbitr.ru, e-mail: info@lipetsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А36-3931/2018

г.Липецк

12 апреля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена  12 февраля 2019 года.  

Решение в полном объеме изготовлено  12 апреля 2019 года.     

Арбитражный суд Липецкой области в составе судьи Канаевой А.В.,                    при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Добрыниной О.И., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «СМП-48» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>, каб.1)

к обществу с ограниченной ответственностью «Черноземье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>)

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «СтройМетПром-Л» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>),

о взыскании 868 000 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца – представитель не явился,

от ответчика – ФИО1, доверенность № 02 от 28.01.2019,

от третьего лица – представитель не явился,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СМП-48» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Черноземье» о взыскании основного долга в размере 868 000 руб. 

Определением арбитражного суда от 17.05.2018 исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «СтройМетПром-Л».

Истец и третье лицо в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещались о начавшемся судебном процессе.

Кроме того, информация о принятии искового заявления к производству, о времени и месте судебного заседания в соответствии с частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации размещена арбитражным судом в сети «Интернет».

При таких обстоятельствах, суд на основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в судебном заседании в отсутствие не явившихся лиц.

Определением от 19.12.2018 арбитражный суд вызвал в судебное заседание в качестве свидетеля ФИО2.

Свидетель в судебное заседание не явился, почтовая корреспонденция, направленная в его адрес, возвратилась с отметкой органа почтовой связи «Истек срок хранения».

Ответчик, явившийся в судебное заседание, полагал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося свидетеля.

От истца поступило ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании либо об отложении судебного разбирательства ввиду невозможности явки представителя общества в настоящее судебное заседание.

Ответчик на указанное ходатайство истца возразил.

В судебном заседании по ходатайству истца на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв сроком на четыре дня с учетом графика занятости представителя истца в иных судебных заседаниях, указанного в ходатайстве от 06.02.2019.

Информация об объявлении перерыва размещена на официальном сайте суда в сети «Интернет», что является публичным извещением.

После перерыва в судебное заседание не явились истец и третье лицо, суд считает возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

После перерыва ответчик иск не признал, ссылаясь на доводы, указанные в отзыве и дополнении к нему.

Арбитражный суд, выслушав ответчика, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, с учетом их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи, установил следующее.   

Как видно из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «СтройМетПром-Л» (хранитель) и обществом с ограниченной ответственностью «Черноземье» (поклажедатель) подписан договор хранения № 10 от 01.11.2017 (далее – договор), согласно которому хранитель принял на себя обязательство хранить имущество, переданное ему поклажедателем, а поклажедатель – принять это имущество обратно. Перечень передаваемого на хранение имущества указывается в приложении № 1 к договору.

В соответствии с пунктом 1.2 договора хранитель обязан осуществлять хранение лично. Временная передача хранения третьему лицу возможна только с согласия поклажедателя.

В пункте 1.4 договора указано, что имущество хранится на складских помещениях по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 4.1 договора его нормы распространяются на взаимоотношения сторон с 01.04.2016.

Срок хранения имущества – до 27.01.2017.

В соответствии с пунктом 4.3 договора вознаграждение за хранение составляет 868 000 руб., в том числе НДС 18% 132 406 руб. 78 коп.

Из материалов дела видно, что 01.11.2017 между ответчиком и третьим лицом подписан акт приема-передачи оборудования хранителем поклажедателю.

Как следует из материалов дела, 11.01.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «СтройМетПром-Л» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «СМП-48» (цессионарий) подписан договор уступки прав (цессии) № 2/1 (далее – договор цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права требования по договору № 10 от 01.11.2017, заключенному между цедентом и ООО «Черноземье» (должник).

В силу пункта 1.2 договора цессии сумма уступаемого в соответствии с пунктом 1.1 договора требования составляет: 868 000 руб., в том числе НДС 132 406 руб. 78 коп., образовалась в результате надлежащего выполнения цедентом условий договора хранения № 10 от 01.11.2017, заключенного с ООО «Черноземье».

В соответствии с пунктом 3.4 договора цессии с момента подписания договора цессионарий становится новым кредитором должника на основании договора, заключенного между ООО «Черноземье» и ООО «СтройМетПром-Л»,                     № 10 от 01.11.2017 на сумму 868 000 руб.

24.01.2018 третье лицо направило в адрес ответчика уведомление от 11.01.2018 о переходе прав кредитора к другому лицу.

22.03.2018 истец направил ответчику претензию № МСП-48-18 от 20.03.2018, в которой уведомил о состоявшейся уступке права требования, и предложил оплатить задолженность по договору хранения в размере 868 000 руб. 

Неоплата ответчиком суммы задолженности послужила основанием для обращения истца в суд.

Исходя из анализа условий подписанного между сторонами договора, арбитражный суд считает, что по своей правовой природе он является договором хранения, правоотношения в рамках которого регламентируются главой 47 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно пункту 1 статьи 889 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока.

В соответствии с пунктом 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

Статьей 900 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890).

Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд соглашается с доводом ответчика о том, что договор хранения, подписанный между ответчиком и третьим лицом, является мнимой сделкой.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 11746/11 данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

Из материалов дела видно, что договор хранения № 10 подписан между сторонами 01.11.2017.

В пункте 4.1 договора стороны предусмотрели, что он распространяется на взаимоотношение сторон с 01.04.2016.

Срок хранения имущества – до 27.01.2017.

При этом, статьей 887 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена простая письменная форма договора хранения, которая также считается соблюденной при выдаче хранителем поклажедателю сохранной расписки, квитанции, иного документа, подписанного хранителем, подтверждающего прием товара на хранение (в коммерческих отношениях между юридическими лицами применяется акт приема-передачи унифицированной формы МХ-1). Таким образом, договор хранения является реальным и вступает в силу с момента передачи товара на хранение и выдачи поклажедателю хранителем подтверждающего документа.

Согласно пункту 2 статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем.

Определениями от 17.07.2018, 15.08.2018, 22.11.2018, 19.12.2018 суд предложил истцу представить акт приема-передачи имущества поклажедателем хранителю и доказательства, подтверждающие принятие спорного оборудования на хранение ответственным лицом.

Вместе с тем, истцом в материалы дела указанные доказательства (подтверждающие прием третьим лицом имущества ответчика на хранение) не представлены.

Кроме того, из выписки из единого государственного реестра юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью «СтройМетПром-Л» усматривается, что последнее зарегистрировано в качестве юридического лица 03.10.2016, в связи с чем не могло осуществлять хранение ранее указанной даты.

Довод истца о том, что в пункте 4.1 договора была допущена опечатка – вместо 15.10.2016 указано 01.04.2016, не может быть принят судом во внимание, поскольку документально факт передачи имущества на хранение не подтвержден.

Более того, в соответствии с пунктом 6.2 договора любые изменения и дополнения к нему действительны при условии, что они совершены в письменной форме и подписаны надлежаще уполномоченными на то представителями сторон.

Доказательств внесения изменений в пункт 4.1 договора истцом в материалы дела не представлено.

Суд также учитывает, что поклажедателем должен являться собственник имущества либо лицо, владеющее вещью на законных основаниях.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что имущество, указанное в приложении № 1 к договору хранения, было получено ответчиком 27.12.2016 по договору № ВВК-117 от 18.09.2015, что подтверждается товарными накладными №№ 41, 42, 43, 44, 45, 46 от 27.12.2016 (т.1, л.д.108-141, т.2, л.д.113-118).

Таким образом, ответчик мог передать указанное имущество на хранение не ранее 27.12.2016.

Из материалов дела видно, что в качестве доказательства возврата имущества хранителем поклажедателю истцом представлен акт приема-передачи от 01.11.2017.

Между тем, из материалов дела следует, что оборудование, поименованное в приложении № 1 к договору хранения и в вышеназванном акте приема-передачи, 17.03.2017 и 20.03.2017 было передано ответчиком обществу с ограниченной ответственностью «ЛКС» для монтажа в экстракционный цех (насосная станция пожаротушения), здание грануляции лузги и шрота, склад упаковочной тары с погрузкой пелет, производственный комплекс, расположенные в с.Тербуны, что исключает факт его нахождения на хранении у третьего лица до 01.11.2017.

Указанные обстоятельства истцом в ходе рассмотрения дела не оспаривались.

Таким образом, на дату составления договора хранения от 01.11.2017 и акта приема-передачи от 01.11.2017 указанное в них оборудование уже было смонтировано ответчиком в своих производственных помещениях в с.Тербуны Липецкой области.

Кроме того, суд также принимает во внимание, что согласно пункту 1.4 договора имущество хранится на складских помещениях по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 1.2 договора хранитель обязан осуществлять хранение лично.

Определениями от 17.07.2018, 15.08.2018, 10.10.2018, 22.11.2018, 19.12.2018  суд предложил истцу представить доказательства, подтверждающие принадлежность третьему лицу помещения, расположенного по адресу: 

<

...>.

Истец определения суда не исполнил, указанные доказательства не представил.

При этом, из отзыва ответчика и общедоступной информации, размещенной в сети «Интернет», следует, что город Дзержинск в Московской области отсутствует, в Московской области расположен город Дзержинский, но улицы Энергостроителей там нет.

 Таким образом, установить место хранения имущества также не представляется возможным.

Более того, из пояснений, представленных истцом, следует, что третье лицо фактически хранение имущества ответчика не осуществляло.

В ходе рассмотрения дела ответчик подтвердил отсутствие у него намерения исполнять фактически договор хранения (передавать имущество на хранение и оплачивать вознаграждение).

Ссылка истца на гарантийное письмо № 687 от 02.12.2016, выданное ООО «Черноземье», не может быть принята судом во внимание, поскольку из текста указанного письма не следует, что речь идет о хранении оборудования, поименованного в последующем в договоре от 01.11.2017.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 пояснила, что указанное письмо было подписано ей под условием предоставления документов, подтверждающих хранение оборудования, однако, данные документы третьим лицом представлены не были.

Таким образом, доказательств, подтверждающих, что ответчик и третье лицо имели намерение на фактическое исполнение договора хранения в соответствии с деловой целью, характерной для такого вида сделок, и вели себя в спорный период как хранитель и поклажедатель в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что договор хранения является мнимой сделкой, совершенной без намерения создавать соответствующие ей правовые последствия, в связи с чем является ничтожным.

Пунктом 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

Если иное не предусмотрено законом, договор, на основании которого производится уступка, может предусматривать, что цедент не несет ответственности перед цессионарием за недействительность переданного ему требования по договору, исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, при условии, что такая недействительность вызвана обстоятельствами, о которых цедент не знал или не мог знать или о которых он предупредил цессионария, в том числе обстоятельствами, относящимися к дополнительным требованиям, включая требования по правам, обеспечивающим исполнение обязательства, и правам на проценты.

Как следует из пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», по смыслу статей 390, 396 ГК РФ невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора. Например, если стороны договора продажи имущественного права исходили из того, что названное право принадлежит продавцу, однако в действительности оно принадлежало иному лицу, покупатель вправе потребовать возмещения причиненных убытков (пункты 2 и 3 статьи 390, статья 393, пункт 4 статьи 454, статьи 460 и 461 ГК РФ), а также применения иных предусмотренных законом или договором мер гражданско-правовой ответственности.

Равным образом, если иное не вытекает из существа соглашения между цедентом и цессионарием, цедент, обязавшийся уступить будущее требование, отвечает перед цессионарием, если уступка не состоялась по причине того, что в предусмотренный договором срок или в разумный срок уступаемое право не возникло или не было приобретено у третьего лица.

Таким образом, права по недействительному договору хранения не могли перейти к истцу по договору цессии, в связи с чем исковые требования ООО «СМП-48» удовлетворению не подлежат.

Согласно части 1 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.   

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, судебные расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на него и распределению между сторонами не подлежат.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Липецкой области в месячный срок со дня принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                   А.В.Канаева