Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-2638/2020

Дело № А40-92725/15

г. Москва

06 марта 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2020 г.

Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2020 г.

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.А. Комарова,

судей В.В.Лапшиной, Ю.Л. Головачевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ООО "Технопарк" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2019 по делу № А40-92725/15 о признании недействительными сделками между ООО «Решение» и ООО «Технопарк» по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Решение»

при участии в судебном заседании:

от ООО "Технопарк" –ФИО1 по дов.от 31.07.2019,

от к/у ООО «Решение» - ФИО2 по дов.от 07.11.2019,

Иные лица не явились, извещены.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01 июля 2015 г. принято заявление ОАО "Сбербанк России" б/н от 22.04.2015 г. о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Решение" и возбуждено производство по делу № А40-92725/15-4-381 Б.

Определением Арбитражного суда города Москвы 10 февраля 2017 (резолютивная часть объявлена 16 декабря 2016 г.) в отношении ООО "Решение" введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №240 от 24.12.2016, стр. 47.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 22 февраля 2018 г. в отношении ООО "Решение" открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (адрес для направления корреспонденции: 115419, 

<

...>, а/я "ФИО3."). Указанные сведения опубликованы в газете "Коммерсантъ №38 от 03.03.2018, стр. 64.

В Арбитражный суд города Москвы 07.05.2018 г. поступило заявление конкурсного управляющего ООО "Решение" - ФИО3 о признании сделки недействительной, а именно: зачетов однородных требований; договоров аренды, заключенных между должником и ООО «Технопарк» в период с 02.02.2015 г. по 20.02.2018 г.; договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ООО «Технопарк» в пользу ООО "Решение" денежных средств в размере 298 114 107,70 руб.

Определением суда от 07.12.2018 года зачет однородных требований от 29.03.2018 г.; зачет однородных требований от 12.02.2018 г.; зачет однородных требований от 12.01.2018 г.; зачет однородных требований от 11.12.2017 г.; зачет однородных требований от 13.11.2017 г.; зачет однородных требований от 10.10.2017 г.; зачет однородных требований от 13.09.2017 г.; зачет однородных требований от 14.08.2017 г.; зачет однородных требований от 12.07.2017 г.; зачет однородных требований от 14.06.2017 г.; зачет однородных требований от 11.05.2017 г.; зачет однородных требований от 10.04.2017 г.; зачет однородных требований от 10.03.2017 г.; зачет однородных требований от 10.02.2017 г.; между ООО «Решение» и ООО «Технопарк» признаны недействительными сделками.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2019 г. определение Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2018 г. по делу № А40-92725/15-4-381Б оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.06.2019 г. определение Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2018 г., постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2019 г. по делу № А40-92725/15-4-381Б отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2019 года суд признал сделки недействительными.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО "Технопарк" обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить, принять по делу новый судебный акт.

От конкурсного управляющего ООО "Решение" поступил отзыв на апелляционную жалобу.

На основании п. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства, представленные апеллянтом, подлежат возвращению, поскольку заявитель не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции, а также не доказал, что в приобщении именно этих доказательств отказал суд первой инстанции.

Отменяя определение Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2018 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2019 г. суд кассационной инстанции указал следующее.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из перечисленных условий..

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (п. 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Заявление о признании ООО «Решение» банкротом принято Арбитражным судом города Москвы определением от 01.07.2015, процедура наблюдения введена определением суда от 10.02.2017.

Соответственно, спорные сделки по зачетам от 29.03.2018, от 12.02.2018, от 12.01.2018, от 11.12.2017, от 13.11.2017, от 10.10.2017, от 13.09.2017, от 14.08.2017, от 12.07.2017, от 14.06.2017, от 11.05.2017, от 10.04.2017, от 10.03.2017, от 10.02.2017 подпадают в период подозрительности, установленной п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В то же время, с учетом того, что сделки совершены после введения в отношении должника процедуры наблюдения, судам следовало установить, не относятся ли с учетом условий заключенных между сторонами договоров обязательства, по которым произведен зачет, к текущим обязательствам.

Из разъяснений, изложенных в п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, следует, что сделки по удовлетворению текущих платежей могут быть признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве в том случае, если они совершены с нарушением очередности удовлетворения требований по текущим платежам, установленной п. 2 ст. 134 названного Закона, и в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности.

Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки, имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, такая сделка не может быть признана недействительной.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 5 п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо.

В то же время, судами не исследовались и не устанавливались обстоятельства - по каким именно обязательствам, в том числе с каким сроком исполнения, предусмотренным договорами, были произведены зачеты.

Не может суд округа согласиться и с позицией судов об отказе в удовлетворении требования конкурсного управляющего должника о признании недействительными договоров аренды по причине того, что в просительной части заявления конкурсным управляющим не указаны конкретные договоры, заключенные между должником и ответчиком.

Суд кассационной инстанции учитывает, что в тексте заявления конкурсного управляющего перечислены заключенные между сторонами договоры аренды с указанием конкретных реквизитов, тексты договоров приложены конкурсным управляющим к заявлению.

При этом из определений суда первой инстанции о принятии заявления к производству, об отложении судебных заседаний не следует, что суд первой инстанции предлагал конкурсному управляющему уточнить заявленные требования и указать в просительной части заявления конкретные оспариваемые договоры, заключенные между должником и ответчиком.

Таким образом, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что суды уклонились от рассмотрения по существу заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными.

Судами также не дана оценка и доводам конкурсного управляющего должника о том, что в своей совокупности сделки по передаче в аренду принадлежащего должнику имущества, договор управления, односторонние зачеты совершены с нарушением как ст.61.2 Закона о банкротстве, так и со злоупотреблением правом, направлены на вывод активов должника, в том числе в условиях неплатёжеспособности должника - после принятия заявления о признании должника банкротом и после введения процедуры наблюдения.

В обоснование данных доводов конкурсный управляющий в суде первой инстанции ссылался на то, что договоры аренды заключены на заведомо невыгодных условиях для должника, по существенно заниженным ставкам стоимости аренды одного квадратного метра помещений, ответчик не намеревался оплачивать арендную плату по договорам, то есть договоры заключены безвозмездно, поскольку арендных платежей ответчиком в пользу должника не осуществлялось, при этом, ответчик заключил в отношении арендованных помещений договоры субаренды с иными лицами по значительно большей стоимости арендной платы и фактически получал от субарендаторов денежные средства за субаренду. Также конкурсный управляющий указывал, что договор управления между сторонами заключен без указания стоимости как отдельных услуг, так и общей стоимости (ежемесячно или за год), при этом, ответчиком в одностороннем порядке произведены зачеты встречных однородных требований без подтверждения объема и стоимости оказанных услуг.

Конкурсный управляющий в судах также указывал, что условия оспариваемых договоров и поведение сторон в ходе исполнения данных сделок, в том числе сдача должником в аренду высоколиквидного актива в городе Москве без получения соответствующей прибыли в условиях неплатежеспособности, непринятие должником мер по взысканию задолженности по арендных платежам с ответчика, при этом получение ответчиком от субарендных платежей большей прибыли, чем должник, будучи собственником сданного в аренду имущества, свидетельствуют о фактической аффилированности должника и ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 28.03.2019 №305-ЭС18-17629(2) по делу №А40-122605/2017 по смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций.

Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния.

Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какимилибо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение лиц, которые, по мнению подателя жалобы, входили в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

Конкурсный управляющий в суде первой инстанции ссылался на то, что должник и ответчик по сделкам входят в одну группу лиц, контролируемую ФИО4, указывая в своих письменных пояснениях на определенные, свидетельствующие об этом, факты и обстоятельства, что также, по мнению управляющего, подтверждает недействительность сделок по заявленным основаниям.

Однако, из судебных актов не следует, что судами дана надлежащая оценка данным доводам и представленным доказательствам.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, с учетом вышеуказанных позиций Верховного Суда РФ установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм арбитражного процессуального закона, распределив правильно бремя доказывания, дать оценку доводам конкурсного кредитора об аффилированности лиц, участвовавших в сделках, с учетом представленных в дело доказательств, предложить ответчику представить доказательства в опровержение данных доводов управляющего; предложить конкурсному управляющему уточнить требования в части оспаривания договоров аренды; проверить доводы конкурсного управляющего о том, что сделки в совокупности совершены в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, со злоупотреблением правом, с направленностью на вывод активов должника в условиях неплатежеспособности; рассмотреть требования конкурсного управляющего в соответствии с заявленными основаниями недействительности сделок, с учетом всех доводов заявителя и возражений ответчика; в случае отсутствия оснований для признания оспариваемых зачетов недействительными по заявленным основаниям, проверить их недействительность по ст.61.3 Закона о банкротстве с учетом возражений ответчика относительно текущих обязательств (платежей) и применения вышеуказанных разъяснений постановления Пленума №63.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Как усматривается из доводов заявления, а также подтверждается материалами дела, между Должником и заинтересованным лицом (Управляющей компанией) был заключен Договор № ТХ -05-17 на оказание услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) Здания, сетей инженерно-технического обеспечения и систем инженерно-технического обеспечения от 30.01.2017 г. (далее - Договор управления»).

Согласно п. 4.1. и 4.2 договора следует, что расчет стоимости услуг предоставляемых Управляющей компанией производится на основании расчета стоимости услуг - приложение № 4 к договору.

Также заявитель указывает на заключение между должником и ООО «Технопарк» в период с 02.02.2015 г по 20.02.2018 г. договоров аренды № РШ-19-16 от 26.09.2016г., №РШ-20-16 от 03.10.2016г., № РШ -22-17 от 30.08.2017г., № РШ -04-15 от 03.03.2015г., № РШ -16-16 от 01.08.2016г., №РШ-03-16 от 26.02. 2016г., № РШ -12-16 от 26.09.2016г., №РШ-09-17 от 02.05.2017г., №РШ-01-15 от 03.03.2015г., №РШ-10-16 от 23.06.2016г., №РШ-01.1-16 от 02.02.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ 1715 от 01.03.2017г., № РШ -09 2-15 от 15.02.2016г., №РШ-14-16 от 25.07.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ-08-16 от 14.06.2016г., №РШ-11-16 от 27.05.2016г.

Кроме того, из доводов заявления усматривается, а также подтверждается материалами дела, что ООО «Технопарк» 29.03.2018 г.; 12.02.2018 г.; 12.01.2018 г.; 11.12.2017 г.; 13.11.2017 г.; 10.10.2017 г.; 13.09.2017 г.; 14.08.2017 г.; 12.07.2017 г.; 14.06.2017 г.; 11.05.2017 г.; 10.04.2017 г.; 10.03.2017 г.; 10.02.2017 г. совершены односторонние зачеты однородных требований с Должником.

Обращаясь в арбитражный суд, конкурсный управляющий ООО «Решение» просил признать зачеты однородных требований; договоры аренды, заключенные между должником и ООО «Технопарк»; а также договор №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. недействительными сделками на основании п. 1 и 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также – Закон о банкротстве) как подозрительные сделки, совершенные с заинтересованным лицом в целях причинения вреда имущественным правам кредитором, а также на основании ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 ГК РФ как сделки, совершенные при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, а также по основаниям мнимости указанных сделок и совершения их фактически аффилированными лицами при злоупотреблении правом.

В письменных пояснениях, представленных 26.09.2019, конкурсным управляющим должника также изложены доводы о недействительности зачетов однородных требований по основаниям п. 2 ст. 61 3 Закона о банкротстве, как совершенных при оказании предпочтения кредитору при наличии иных текущих обязательств.

Из материалов дела следует, что ООО «Решение» является собственником нежилых помещений, в отношении которых заключены договор №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. и договоры аренды с ООО «Решение», впоследствии обязательств по которым стороны зачли на основании оспариваемых односторонних зачетов требований.

Учитывая изложенное, а также изложенную правовую позицию ВС РФ и ВАС РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что реализацией указанных правоотношений ООО «Решение» и ООО «Технопарк», не имевшие цели получения ООО «Решение» прибыли от сдачи помещений в аренду ООО «Технопарк», лишили ООО «Решение» возможности извлекать прибыль из принадлежащего ему актива, что повлекло негативный экономический эффект для имущественного положения должника. Взаимосвязь оспариваемых сделок причинила вред кредиторам, о чем будет изложено ниже.

Таким образом, суд расценил оспариваемые сделки в качестве единого механизма, а не отдельных сделок, направленных на различные экономические цели.

Оценив заявленные требования о признании сделок недействительными применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии таких оснований ввиду следующего.

Судом было установлено, что оспариваемые сделки совершены в ходе процедуры наблюдения и конкурсного производства в отношении ООО «Решение».

Таким образом, суд установил факт совершения оспариваемых сделок в определенный период подозрительности.

Исследовав фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции установил наличие совокупности необходимых условий, свидетельствующих о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов на основании следующего.

Проверив доводы заявителя относительно того, что на момент совершения оспариваемых сделок ООО «Решение» имело существенную непогашенную задолженность перед кредиторами и обладало признаками неплатёжеспособности, суд первой инстанции признал их обоснованными исходя из следующего.

Из материалов дел следует, что определением Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2011 г. по делу № А40-103114/10-29-893 утверждено мировое соглашение, по которому ООО «Решение» признало в полном объеме задолженность перед ПАО Сбербанк по кредитному договору № 

<

***> от 17.10.2007 г. в размере 1 626 905 632,70 руб.

В связи с неисполнением основным заёмщиком ООО «Решение» и поручителем ООО «Премьер Плаза» (ответчиками) обязательств по мировому соглашению арбитражным судом выдан исполнительный лист от 10.08.2011 г. серии АС № 004196167 на принудительное исполнение мирового соглашения, на основании которого в УФССП России по Москве возбуждено соответствующее исполнительное производство.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2011 г. по делу № А40-103113/10-47-914 утверждено мировое соглашение, по которому ООО «Решение» признало в полном объеме задолженность перед ПАО Сбербанк по кредитному договору № 

<

***> от 30.06.2008 г. в размере 933 071 557,01 руб.

В связи с неисполнением основным заемщиком ООО «Решение» и поручителем ООО «Премьер Плаза» (ответчиками) обязательств по мировому соглашению арбитражным судом выдан исполнительный лист от 16.05.2011 г. № АС000265761 на принудительное исполнение мирового соглашения, на основании которого в УФССП России по Москве также возбуждено соответствующее исполнительное производство.

Впоследствии (после февраля 2011 г.) ООО «Решение» предложило не исполнять свои обязательства по указанным мировым соглашениям, что прямо подтверждается вступившими в законную силу судебными актами в рамках дел № А40-103113/10, № А40-103114/10. В данных судебных актах арбитражным судом установлено, что ООО «Решение» неоднократно признавало тот факт, что находится в крайне тяжелом финансовом положении и просит предоставить ему отсрочку исполнения условий мировых соглашений.

Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2017 г. и от 19.08.2017 г.

Также судом было установлено, что в тот момент времени у ООО «Решение» имелась существенная непогашенная задолженность и перед иными кредиторами – ЗАО «Пресненские пруды», ООО «ЭнергоСтройМонтаж», ООО «Марлис-Торг», ИФНС России № 3 по г. Москве, что установлено вступившими в законную силу судебными актам по настоящему делу.

Так, в определении Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2017 г. по делу № А40-92725/15, которым ЗАО «Пресненские пруды» включено в реестр требований кредиторов ООО «Решение», суд установил, что задолженность образовалась из неисполнения условий договора поставки № 012/2014 от 14.02.2014 г., что подтверждается актом сверки взаимных расчетов, подписанным сторонами за период с 01.01.2014 г. по 31.12.2015 г.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2017 г. в реестр требований кредиторов ООО «Решение» включено требование ИФНС России № 3 по г. Москве. Документами (доказательствами), исследованными в указанном судебном акте, установлено, что у ООО «Решение» имелась задолженность по уплате налогов и сборов с 1 квартала 2012 г. по 2 квартал 2015 г.

В частности, в материалах указанного обособленного спора имеются декларации и требования об уплате налогов и сборов, подтверждающие факт и сроки возникновения задолженности. К примеру, по налогу на имущество организаций за 1 квартал 2014 г. (то есть до заключения оспариваемых сделок) непогашенная задолженность составила 1 577 044,00 руб. При этом требование ИФНС № 3 по г. Москве об оплате такой задолженности получено должником 20.08.2014 г., что не оспорено им. За 1 квартал 2015 г. указанная задолженность составила 619 152,00 руб., в связи с чем при заключении оспариваемых сделок руководство ООО «Решение» не могло не знать о наличии недоимки перед бюджетом, равно как и её непогашении.

Кроме того, при решении вопроса о введении в отношении ООО «Решение» процедуры наблюдения Арбитражным судом города Москвы установлено, что его просрочка по мировым соглашениям по состоянию на 22.04.2015 г. (дата подачи ПАО Сбербанк заявления о признании должника банкротом) составляла: по договору № 

<

***> от 17.10.2007 г. - в размере 27 598 316,14 руб., по договору № 

<

***> от 30.06.2008 г. – в размере 52 378 668,36 руб., т.е. более чем 300 000 руб. (определение Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2017 г. по делу № А40-92725/15).

Согласно утвержденному определением Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2011 г. по делу № А40-103114/10-29-893 мировому соглашению и графику погашения образовавшейся по договору № 

<

***> от 17.10.2007 г. задолженности, задолженность в размере более 27 000 000 рублей могла образоваться, только в случае, если ООО «Решение» не исполнял свои обязанности по договору с конца осени 2014 года (примерно 5 месяцев просрочки).

Также вывод о тяжелом финансовом состоянии ООО «Решение» можно сделать из Определений Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2015 г. по делу № А40-103113/10, от 18.06.2015 г. по делу № А40-103114/10, в которых установлено, что в марте 2015 г. ООО «Решение» обратилось в суд с заявлениями, где признало факт того, что находится в крайне тяжелом финансовом положении, вследствие чего просит предоставить ему отсрочку исполнения условий мировых соглашений. Это также свидетельствует о наличии у ООО «Решение» существенной задолженности, невозможности ее погашения.

Учитывая, что все оспариваемые сделки ООО «Решение» с ООО «Технопарк» совершены в период после марта 2015 г., когда ООО «Решение» уже имело крайне существенную по размеру непогашенную задолженность перед ПАО Сбербанк (превышающую 300 000 руб.) и иными кредиторами, суд приходит к выводу, что оспариваемые сделки заключены в момент наличия у ООО «Решение» признаков неплатежеспособности.

Вместе с тем, доводы заявителя, а также возражения заинтересованного лица и участника ООО «Решение» относительно наличия/отсутствия признаков неплатежеспособности ООО «Решение» по состоянию на 2011 год, судом первой инстанции были отклонены, поскольку не имеют правового значения с учетом момента совершения оспариваемых сделок, в том числе в период проведения процедур банкротства в отношении ООО «Решение», в связи с чем, доводы и возражения лиц участвующих в деле, относятся к периоду времени, который не входит в предмет исследования по настоящему обособленному спору.

В результате совершения сделок причинен вред имущественным интересам ООО «Решение» и его кредиторов в виде вывода ликвидных активов ООО «Решение» в пользу третьих лиц, лишения ООО «Решение» возможности извлекать прибыль из принадлежащего ему имущества.

Фактически стороны при заключении договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., а впоследствии договоров аренды не имели цели получения ООО «Решение» прибыли от сдачи принадлежащих ему помещений в аренду ООО «Технопарк», а лишь только действовали во вред имущественным интересам ООО «Решение» и его кредиторов, перед которыми должник имел непогашенную задолженность.

Данные действия ООО «Решение» и ООО «Технопарк» стали причиной преднамеренного банкротства ООО «Решение», о чем изложено в заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства ООО «Решение» от 24.05.2017 г., где временный управляющий ООО «Решение» пришел к выводу о наличии признаков преднамеренного банкротства у должника по вышеуказанным основаниям.

В данном случае, причинение вреда имущественным правам кредиторов и самому должнику заключается в том, что должник, передавая в безвозмездное пользование все свое имущество (активы должника) фактически не получил имущественной выгоды от использования имущества третьими лицами, а также фактически был лишен возможности осуществлять деятельность и способность исполнять обязательства перед кредиторами.

ООО «Технопарк», сдавая помещения, принадлежащие ООО «Решение», в аренду, в свою очередь, извлекало прибыль. При этом ООО «Технопарк» также имело возможность получать денежные средства и от ООО «Решение» по договору №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., факт оказания услуг по которому не доказан.

Так, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ в ходе рассмотрения обособленного спора ООО «Технопарк» не представлено доказательств оказания ООО «Решение» услуг в рамках №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., хотя бы на суммы, указанные в зачетах однородных требований от 29.03.2018г., от 12.02.2018г., от 12.01.2018г., от 11.12.2017г., от 13.11.2017г., от 10.10.2017г., от 13.09.2017г., от 14.08.2017г., от 12.07.2017г., от 14.06.2017г., от 11.05.2017г., от 10.04.2017г., от 10.03.2017г., от 10.02.2017г.

Проверив доводы заявителя относительно того, что оспариваемые сделки заключены между заинтересованными лицами (ст. 19 Закона о банкротстве), суд пришел к выводу о неподтвержденности таковых, однако усмотрел обстоятельства фактической аффилированности между ООО «Решение» и ООО «Технопарк» ввиду следующего.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что должник и ООО «Технопарк» входят в одну группу лиц, контролируемую ФИО4, указывая в своих письменных пояснениях на определенные, свидетельствующие об этом, факты и обстоятельства, по мнению управляющего, подтверждает недействительность сделок по заявленным основаниям.

В подтверждение факта того, что оспариваемые сделки заключены между аффилированными (заинтересованными) лицами, конкурсный управляющий должника указывает следующее:

- ФИО4 создана группа компаний «Восток», где он с 05.02.2003 г. по 14.03.2017 г. являлся Президентом ОАО «Восток» (главной компании группы). В данную группу входили также ООО «Решение», ООО «Риттер», ООО «Алекса», ООО «Стартур», ООО «Маренго», ООО «Марлис-Торг» и др., владеющие нежилыми помещениями в Здании, и сдающими их в аренду третьим лицам. Руководство группы компаний «Восток», в частности её неформальный глава ФИО4, всецело контролировало сдачу в аренду помещений указанными собственниками, входящих в группу, в том числе имело возможность определять управляющую компанию Здания, которая являлась центром консолидации денежных средств, получаемых от собственников помещений и субарендаторов (подтверждается протоколами допросов и иными материалами по уголовному делу № 11701450149002572, возбужденному в отношении ФИО4).

- первоначально управляющей компанией Здания являлось ООО «Премьер Плаза», также входящее в группу компаний «Восток». В последующем, в феврале 2015 г. на его основе (то есть по тому же юридическому адресу, месту осуществления хозяйственной деятельности, с той же ресурсной базой и аналогичным функционалом) создано ООО «Технопарк», в тот момент времени, когда ООО «Премьер Плаза» признано банкротом и руководство компанией полостью перешло от ФИО4 к конкурсному управляющему ООО «Премьер Плаза», что означало уже невозможность консолидации ООО «Премьер Плаза» денежных средств ООО «Решение» от схемы по сдаче принадлежащих ООО «Решение» помещений в субаренду третьим лицам (фактически сосредоточения денежных средств в руках бенефициаров группы компаний «Восток»),

- на общих собраниях собственников Здания от 05.05.2015 г. и 24.01.2017 г. кандидатура ООО «Технопарк» как управляющей компании Здания предложена ОАО «Восток» в лице ФИО4 (неформальный руководитель и конечный бенефициар группы компании «Восток», президент ОАО «Восток», бывший участник ООО «Решение», а также наряду с ООО «Премьер Плаза» поручитель за ООО «Решение» по кредитным договорам № 

<

***> от 17.10.2007 г. и 

<

***> от 30.06.2008 г. с ПАО Сбербанк) и ООО «Решение» в лице генерального директора ФИО5, подконтрольного ФИО4 и имеющего с ним в течение долгого времени тесные деловые отношения, вместе обладающими на данных собраниях более 80 % голосов. При этом исключительно от их воли, а не от воли других собственников помещений Здания, зависел выбор новой управляющей компании Здания,

- на момент избрания управляющей компанией ООО «Технопарк» существовало менее трёх месяцев, ранее не занималось деятельностью по управлению недвижимостью. ООО «Решение», равно как ОАО «Восток», предложившие кандидатуру ООО «Технопарк», не могли знать об указанном обществе, только если не были с ним аффилированы,

- бывший руководитель ООО «Технопарк» ФИО6 до своего назначения на должность директора ООО «Технопарк» являлась сотрудником ООО «Премьер Плаза», входящей в группу компаний «Восток», что следует из материалов уголовного дела № 11701450149002572,

- интересы ООО «Решение», ООО «Технопарк» и иных юридических лиц, входящих в группу компаний «Восток», в частности в судебных заседаниях, представляли одни и те же лица,

- в открытых средствах массовой информации имеется информация о подконтрольных ФИО4 лицах, в том числе о вхождении в группу компаний Восток» и ООО «Технопарк»,

- ООО «Технопарк» со своего банковского счета № 40702810500000038365 в Банке ВТБ (ПАО) регулярно осуществляло оплату юридических услуг за ООО «Решение» (платёжные поручения №№ 394, 395, 396 от 04.08.2017 г., №№ 404 и 405 от 04.08.2017 г. и др.), юридических и бухгалтерских услуг за ОАО «Восток» (платежные поручения № 632 от 14.10.2016 г., № 640 от 19.10.2016 г., № 736 от 09.02.2017 г., № 214 от 25.04.2017 г.), юридических услуг за ООО «Премьер Плаза» (платежные поручения № 639 от 19.10.2016 г., № 55 от 03.02.2017 г., № 56 от 06.02.2017 г.) и т.п., что подтверждается банковскими выписками со указанного банковского счета ООО «Технопарк».

Судом первой инстанции было установлено, что как при первом рассмотрении обособленного спора, а также при повторном от ООО «Технопарк», ссылающегося на независимый характер его отношений с должником, не представлено опровергающих доводы конкурсного управляющего должника доказательств. Возражения заявлены исключительно применительно к юридической заинтересованности, предусмотренной положениями ст. 19 Закона о банкротстве.

Оценив указанные заявителем доводы, суд первой инстанции пришел к выводу, что они не подтверждают обстоятельства заинтересованности, изложенные в ст. 19 Закона о банкротстве.

Доказательств, что ООО «Технопарк» попадает под признаки, установленные ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", либо под признаки аффилированного лица по смыслу ст. 4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", в связи с чем, является заинтересованным лицом по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве, в материалах дела также не имеется.

Вместе с тем, суд, с учетом представленных доказательств, пришел к выводу о наличии обстоятельств фактической аффилированности ООО «Технопарк» и ООО «Решение», а именно в рассматриваемом случае: их подконтрольности единому центру – ОАО «Восток» в лице президента М.В. Баласаняна, поскольку действия субъектов группы, подконтрольной ФИО4 синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они также противоречат экономическим интересам одного члена группы – ООО «Решение» и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы – ООО «Технопарк»; тогда как данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу.

Следовательно, организации, входящие в группу компаний «Восток», были подконтрольны ФИО4 Отсюда он влиял на осуществление исполнительно-распорядительной деятельности руководителей всех организаций группы, в частности на ФИО5 как генерального директора ООО «Решение», контролировал их решения и действия.

Фактически ФИО4 осуществлял функции исполнительно-распорядительных органов юридических лиц, входящих в группу компаний «Восток», в т. ч. и ООО «Решение», ООО «Технопарк», ООО «Премьер Плаза», что подтверждается среди прочего протоколами допросов и иными материалами по уголовному делу № 11701450149002572, возбужденному в отношении ФИО4

Данное обстоятельство установлено также в определении Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2019 г. по делу № А40-92725/15.

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сделки совершены должником с фактически аффилированным лицом.

Таким образом, оспариваемые сделки совершены в период неплатежеспособности должника, между фактически аффилированными лицами, в результате которых причинен вред имущественным интересам ООО «Решение» и его кредиторов, который выразился в лишении должника возможности извлекать прибыль из принадлежащего ему актива-недвижимого имущества.

Учитывая изложенные обстоятельства и содержание абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд пришел к выводу о наличии при совершении взаимосвязи оспариваемых сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Рассмотрев также доводы заявителя применительно к положениям ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 ГК РФ о недействительности оспариваемых сделок, суд первой инстанции также пришел к выводу об их обоснованности на основании следующего.

Ввиду наличия фактической аффилированности между ООО «Решение» и ООО «Технопарк», которая была установлена судом выше, презюмируется порочность воли каждой из сторон оспариваемых сделок.

В рассматриваемом случае наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий сторон по заключению оспариваемых договоров. Из факта аффилированности можно сделать вывод, что такие договоры заключались с нарушением ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Судом было установлено, что взаимосвязанные оспариваемые сделки не имели целью их реальное исполнение в ходе хозяйственной деятельности обеих сторон сделок, а были направлены исключительно на прикрытие противоправной схемы по выводу денежных средств из конкурсной массы ООО «Решение» в пользу третьих лиц.

На протяжении длительного периода времени ООО «Решение» не исполняло свои обязательства перед кредиторами, обосновывая это отсутствием денежных средств, тогда как обладало активом, который мог бы приносить ему значительные доходы ежемесячно, в том числе от сдачи его в аренду, но не использовало его самостоятельно, оставляя возможность получать от него прибыль иным аффилированным с ним лицам, не обременёнными обязательствами перед его контрагентами.

Отсюда суд усмотрел, что единственной целью заключения договора управления и договоров аренды между ООО «Решение» и ООО «Технопарк» было искусственное создание правового основания для последующего проведения зачетов и предоставления таким образом ООО «Технопарк» возможности получать прибыль от субарендаторов без несения каких-либо расходов на уплату арендных платежей.

Очевидно, что, стремясь вывести имущество и получить неосновательную прибыль, лица будут стремиться формально соблюсти все требования действующего законодательства. В данном случае, оспариваемые договоры выступали прикрытием схемы по выводу активов ООО «Решение». В таком случае, необходимо изучения фактических взаимоотношений между аффилированными лицами с целью выявления безвозмездности указанных сделок.

Указанные выше обстоятельства подтверждают, что договор управления заключался исключительно с целью создания правового основания для последующего проведения зачетов и предоставления таким образом ООО «Технопарк» возможности получать прибыль от субарендаторов без несения каких-либо расходов на уплату арендных платежей.

Рассматривая оспариваемые сделки как единую цепочку сделок, суд первой инстанции пришел к выводу, что все части указанной цепочки заключались с целью воплощения схемы вывода средств, получаемых от использования помещений, принадлежащих ООО «Решение» на праве собственности, минуя необходимость удовлетворения требований иных кредиторов ООО «Решение».

Кроме того, в условиях наличия существенных обоснованных сомнений в добросовестном поведении аффилированных лиц, которые привел конкурсный управляющий в своем заявлении, бремя опровержения сомнений в реальности осуществления оспариваемых сделок лежит на ООО «Технопарк», поскольку именно оно должно обладать всеми доказательствами своих правоотношений с Должником.

Однако, доказательства, подтверждающие реальность оказания услуг по управлению Зданием в объеме в рамках договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. ООО «Технопарк» представлены в ходе рассмотрения обособленного спора (с 14.05.2018 г.) не были.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. и договоры аренды с ООО «Решение», как и заключенные впоследствии зачеты встречных требований заключены исключительно для создания видимости реальности правоотношений и равноценности встречного исполнения со стороны ООО «Технопарк»

На основании изложенного суд признал договор №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г. и договоры аренды, заключенные между ООО «Технопарк» с ООО «Решение» как совершенные односторонние зачеты встречных требований в качестве мнимых сделок (п. 1 ст. 170 ГК РФ), а также совершенных при злоупотреблении правом (ст. 10, 168 ГК РФ).

Рассмотрев требования заявителя о признании договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., зачетов однородных требований от 29.03.2018г., от 12.02.2018г., от 12.01.2018г., от 11.12.2017г., от 13.11.2017г., от 10.10.2017г., от 13.09.2017г., от 14.08.2017г., от 12.07.2017г., от 14.06.2017г., от 11.05.2017г., от 10.04.2017г., от 10.03.2017г., от 10.02.2017г.; договоров аренды № РШ-19-16 от 26.09.2016г., №РШ-20-16 от 03.10.2016г., № РШ -22-17 от 30.08.2017г., № РШ -04-15 от 03.03.2015г., № РШ -16-16 от 01.08.2016г., №РШ-03-16 от 26.02. 2016г., № РШ -12-16 от 26.09.2016г., №РШ-09-17 от 02.05.2017г., №РШ-01-15 от 03.03.2015г., №РШ-10-16 от 23.06.2016г., №РШ-01.1-16 от 02.02.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ 1715 от 01.03.2017г., № РШ -09 2-15 от 15.02.2016г., №РШ-14-16 от 25.07.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ-08-16 от 14.06.2016г., №РШ-11-16 от 27.05.2016г. недействительными применительно к положениям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из доводов конкурсного управляющего, заявляя о недействительности договора управления №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., он указывает на нерыночные условия (исходя из сведений зачетов, проведенных в одностороннем порядке ООО «Технопарк»), а также отсутствие каких-либо первичных документов, обосновывающих количество и размер оказанных услуг, а также факт оказания услуг ненадлежащего качества, в объеме существенно меньшем, чем установлено договором.

Заявляя о недействительности договоров аренды, а следовательно и зачетов встречных требований, он ссылается на данные банковских выписок ООО «Решение» за период с 02.02.2015 г. по 31.12.2016 г., согласно которым информация об оплате по договорам аренды со стороны ООО «Технопарк» не имеется, тогда как из выписок по расчетным счетам ООО «Технопарк» выявлены платежи по договорам субаренды помещений, принадлежащих ООО «Решение», в период с 01.04.2015 г. по 29.03.2018 г. на общую сумму 297 448 828,38 руб., в частности за период с 01.04.2015 г. по 31.12.2016 г. - 236 825 419,19 рублей.

Судом было установлено, что 30.01.2017г. между ООО «Решение» и ООО «Технопарк» действительно заключен Договор № ТХ - 05-17 на оказание услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) мест общего пользования Здания, сетей инженерно-технического обеспечения и систем инженерно-технического обеспечения.

Согласно п. 4.3. договора ООО «Решение» обязано оплачивать услуги в размере 5 932 912 руб., включая НДС (Приложение №4 к Договору), ежемесячно авансом не позднее 5 календарного дня месяца, за который осуществляется оплата, путем перечисления денежных средств на расчетный счет общества, а также переменную часть, составляющую компенсацию затрат Исполнителя на поставку коммунальных ресурсов: электрической энергии, тепловой энергии в горячей воде, холодной воды и сброс сточных вод в городскую канализацию.

Таким образом, исходя из положений действующего законодательства и фактических взаимоотношений сторон в рамках заключенного Договора, суд пришел к выводу, что последний имеет возмездный характер в виде обязанности ООО «Решение произведения авансовой оплаты за оказанные ООО «Технопарк» услуги.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в нарушение положений ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлено доказательств неравноценного встречного исполнения обязательств со стороны ООО «Технопарк», а также того факта, что цена оспариваемых сделок существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Также суд признал, что представленные коммерческие предложения от иных управляющих компаний, составленные в настоящий период времени, в доказательство неравноценного встречного исполнения обязательств, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку исходя из содержания последних не представляется возможным выявить полный спектр предлагаемых услуг, объемы и порядок их оказания.

Коммерческие предложения в силу их характера, не являются заключенными договорами и не могут расцениваться в качестве аналогичных сделок для проведения сравнительного анализа. Кроме того, в материалы дела заинтересованным лицом предоставлены аналогичные сделки рассматриваемого периода, а именно заключенные договоры на техническое обслуживание с иными собственниками помещений в здании, согласно которым условия являются аналогичными с оспариваемым договором, что позволило суду прийти к выводу о наличии в оспариваемом договоре рыночных условий.

Сведения банковских выписок со счетов ООО «Технопарк» не могут сами по себе свидетельствовать о нерыночности арендных ставок, предусмотренных договорами аренды № РШ-19-16 от 26.09.2016г., №РШ-20-16 от 03.10.2016г., № РШ -22-17 от 30.08.2017г., № РШ -04-15 от 03.03.2015г., № РШ -16-16 от 01.08.2016г., №РШ-03-16 от 26.02. 2016г., № РШ -12-16 от 26.09.2016г., №РШ-09-17 от 02.05.2017г., №РШ-01-15 от 03.03.2015г., №РШ-10-16 от 23.06.2016г., №РШ-01.1-16 от 02.02.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ 1715 от 01.03.2017г., № РШ -09 2-15 от 15.02.2016г., №РШ-14-16 от 25.07.2016г., №РШ-09-16 от 26.05.2016г., №РШ-08-16 от 14.06.2016г., №РШ-11-16 от 27.05.2016г.

Вместе с тем, суд первой инстанции указал, что факты оказания услуг ненадлежащего качества в рамках договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., как и отсутствие оплаты по договорам аренды не свидетельствует о недействительности указанных договоров по основаниям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а может выступать в качестве основания предъявления соответствующих исковых требований к ООО «Технопарк» о взыскании задолженности по арендным платежам, а также относительно ненадлежащего оказания услуг.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что, конкурсным управляющим не доказано неравноценного встречного исполнения обязательств или намеренного занижения сторонами стоимости сделок: зачетов однородных требований, договоров аренды и договора №ТХ-05-17 от 30.01.2017 г., предусмотренных п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в абз. 4 п. 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, самостоятельно применив положения п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве, пришел выводу о недействительности односторонних зачетов ООО «Технопарк» от 29.03.2018 г.; 12.02.2018 г.; 12.01.2018 г.; 11.12.2017 г.; 13.11.2017 г.; 10.10.2017 г.; 13.09.2017 г.; 14.08.2017 г.; 12.07.2017 г.; 14.06.2017 г.; 11.05.2017 г.; 10.04.2017 г.; 10.03.2017 г.; 10.02.2017 г. также ввиду того, что они повлекли за собой оказание предпочтения ООО «Технопарк» перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований на основании следующего.

С учетом принятия заявления о признании ООО «Решение» несостоятельным (банкротом) определением Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2015г. по настоящему делу, оспариваемые сделки – односторонние зачеты, произведенные ООО «Технопарк» 29.03.2018 г.; 12.02.2018 г.; 12.01.2018 г.; 11.12.2017 г.; 13.11.2017 г.; 10.10.2017 г.; 13.09.2017 г.; 14.08.2017 г.; 12.07.2017 г.; 14.06.2017 г.; 11.05.2017 г.; 10.04.2017 г.; 10.03.2017 г.; 10.02.2017 г. за счет ООО «Решение» совершены после принятия судом заявления о признании ООО «Решение» несостоятельным (банкротом) и введения процедуры наблюдения в отношении должника.

Доказательства наличия недобросовестности контрагента при этом не требуются.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. № 63).

Оспариваемые сделки - односторонние зачеты, произведенные ООО «Технопарк» за счет имущества ООО «Решение», совершены после принятия арбитражным судом заявления о признании ООО «Решение» несостоятельным (банкротом) (01.07.2015 г.), а также после введения в отношении него процедуры наблюдения (16.12.2016 г.).

Следовательно, на основании п. п. 1 и 2 ст. 5 Закона о банкротстве все денежные обязательства к ООО «Решение», возникшие после 02.07.2015 г. являются текущими платежами. При этом проведение расчетов по удовлетворению требований кредиторов должника по текущим платежам проводится в строгой очередности их погашения, установленной в п. 2 ст. 134 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Кроме того, в силу п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве во взаимосвязи с п. 1 ст. 6 ГК РФ с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не допускается прекращение денежных обязательств должника путем зачета встречного однородного требования, если при этом нарушается установленная законом очередность удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам.

Судом из содержания оспариваемых зачетов было установлено, что они направлены на прекращение текущих обязательств Должника.

По смыслу п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве оплата услуг ООО «Технопарк» относятся к эксплуатационным расходам ООО «Решение» (четвертая очередь текущих платежей), тогда как судом установлено, что в момент проведения оспариваемых зачетов у ООО «Решение» имелись непогашенные обязательства из текущих платежей приоритетных очередей удовлетворения перед другими кредиторами.

Так, из отчета временного управляющего ООО «Решение» о проделанной работе от 13.06.2017 г. (страницы 4-5) следует, что на момент составления отчета не были погашены ни расходы на проведение процедуры наблюдения, равно как ему не было выплачено законно установленное вознаграждение временного управляющего за весь период наблюдения (в общей сумме - 408 тысяч рублей), несмотря на то, что такие расходы относятся к первой очереди удовлетворения текущих платежей.

Данные обязательства ООО «Решение» из текущих платежей погашены 26.04:2018 г., т.е. уже в процедуре конкурсного производства, что подтверждается банковской выпиской по расчетному счету ООО «Решение» № 40702810601100014154 из АО «АЛЬФА-БАНК».

Исходя из справки № 12648 о состоянии расчетов по налогам и сборам, пеням, штрафам, процентам организаций и индивидуальных предпринимателей на 20.02.2018 г., выданной ИФНС России № 3 по г. Москве, у ООО «Решение» имелась непогашенная задолженность по уплате текущих обязательных платежей в бюджеты в размере более 1,85 млн рублей, в частности: НДФЛ в общей сумме 981 912,82 рублей, из них 642 408,00 рублей - основная задолженность, 339 504,82 рублей – задолженность по уплате штрафных санкций; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, зачисляемые в бюджет ПФР до 01.01.2017 г., в общей сумме 728 020,13 рублей, из них 551 594, 91 рублей - основная задолженность, 176 425,22 рублей - задолженность по уплате штрафных санкций; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование (страховая часть) в общей сумме 119 852,57 рублей, из них 112 523,76 рублей - основная задолженность, 7 328,81 рублей - задолженность по уплате штрафных санкций; страховые взносы на обязательное пенсионное страхование (накопительная часть) в общей сумме 27 716,40 рублей, из них 19 148,00 рублей - основная задолженность, 8 568,40 рублей - задолженность по уплате штрафных санкций.

Данные текущие платежи подлежали удовлетворению во второй очереди, т.е. ранее, чем текущие требования ООО «Технопарк», связанные с эксплуатацией недвижимого имущества ООО «Решение» (четвертая очередь).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 Постановления N 63, сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной.

Как уже ранее было установлено, ООО «Технопарк», являясь фактически аффилированным по отношению к ООО «Решение» лицом, не могло не знать о наличии у ООО «Решение» признаков неплатёжеспособности, введении в отношении него процедуры банкротства - наблюдения и связанных с этим фактом законно установленных последствий ввиду опубликования таких сведений в газете «Коммерсантъ» №240 от 24.12.2016, стр. 47.

При сложившихся обстоятельствах совершение зачетов однородных требований оказало большее предпочтение ООО «Технопарк» в отношении удовлетворения его требований к ООО «Решение», поскольку на момент их проведения у ООО «Решение» имелись другие кредиторы по текущим платежам преимущественных очередей удовлетворения, в установленном порядке предъявившие к нему свои требования и не получившие их удовлетворения в установленный срок. При этом погашение задолженности ООО «Решение» перед ООО «Технопарк» изменило очередность удовлетворения требований кредиторов ООО «Решение» в пользу ООО «Технопарк».

В результате совершения оспариваемых зачетов ООО «Технопарк» получило удовлетворение своих требований к ООО «Решение» в общем размере 88 934 316,39 рублей как кредитор, немедленно, вне установленной законом очередности. Указанным ООО «Технопарк» было освобождено от необходимости заявлять свои требования для включения в реестр текущих платежей в деле о банкротстве должника в части зачтенной задолженности.

Следовательно, совершением ООО «Технопарк» зачетов односторонних требований за счет имущества (денежных средств) ООО «Решение» нарушена очередность удовлетворения обязательств из текущих платежей ООО «Решение», в результате чего произошло преимущественное удовлетворение требований ООО «Технопарк» как кредитора во вне установленной законом очередности, в общем размере 88 934 316,39 рублей.

Учитывая вышеизложенное, также факт того, что в настоящее время текущие обязательства ООО «Решение» перед кредиторами, имевшими приоритет, погашены не в полном объеме суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые зачеты однородных требований между ООО «Технопарк» и ООО «Решение» являются недействительными сделками также и на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

На основании изложенного, суд первой инстанции признал сделки недействительными, применил последствия их недействительности.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

Ссылка заявителя на п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве, согласно которому сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период, подлежит отклонению в силу следующего.

Так в частности суд первой инстанции признавая оспариваемые сделки недействительными, в том числе ссылался на п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве в данном случае не применим. К тому же ответчиком не было доказано, что оспариваемые сделки были совершены в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником.

Довод заявителя о том, что конкурсным управляющим не была доказана осведомленность ООО «Технопарк» о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в нарушение п. с ст. 61.2 Закона о банкротстве, подлежит отклонению, поскольку судом первой инстанции была установлена фактическая аффилированность ответчиков, что является достаточным основанием полагать об осведомленности ООО «Технопарк» о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Довод заявителя о том, что оспариваемые платежи относятся к текущим, был подробно рассмотрен судом первой инстанции и суд пришел к правомерному выводу о наличии иных непогашенных текущих требований, которые подлежали удовлетворению ранее, чем текущие требования ООО «Технопарк», связанные с эксплуатацией недвижимого имущества ООО «Решение». Из указанного следовало наличие основания для признания сделок недействительными по п. 1 ст. 61.3 о банкротстве.

Довод заявителя о том, что обстоятельства, установленные в деле № А40-92725/15 по спору о признании недействительным собрания собственников от 24.01.2017 имеют преюдициальное значение для настоящего спора, подлежат отклонению, поскольку при рассмотрении указанного спора не устанавливались судом условия оспариваемых сделок, наличие или отсутствие основания для признания договоров аренды недействительными, в том числе по банкротным основаниям, в связи с чем сам по себе факт отказа в признании недействительным собрания собственников от 24.01.2017 не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора.

Довод заявителя о том, что конкурсным управляющим не были приложены к заявлению тексты оспариваемых договоров, подлежит отклонению, поскольку противоречит постановлению Арбитражного суда Московского округа от 25.06.2019, в котором суд указал, в тексте заявления конкурсного управляющего перечислены заключенные между сторонами договоры аренды с указанием конкретных реквизитов, тексты договоров приложены конкурсным управляющим к заявлению.

Довод заявителя о том, что суд первой инстанции не правомерно отказал в приобщении новых доказательств, подлежит отклонению, поскольку настоящий спор рассматривается с мая 2018 года, тогда как новые доказательства были представлены ответчиком в последнем судебном заседании в декабре 2019 года, уже на стадии прений, что явно свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика. При этом последним документально не обоснована невозможность представления данных документов ранее.

Довод заявителя о том, что сделки не превышают 20% активов должника, подлежит отклонению, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов была установлена судом через фактическую аффилированность ответчиков, что соответствует абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим была доказана совокупность всех условий, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, о чем было указано выше, в связи с чем довод заявителя в данной части также подлежит отклонению.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2019 по делу № А40-92725/15  оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО "Технопарк" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                    А.А. Комаров 

Судьи:                                                                                                                          В.В. Лапшина  

 

                                                                                                                      Ю.Л. Головачева