ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-2943/2025

Дело № А41-85479/22

10 апреля 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 апреля 2025 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  Муриной В.А., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Поповой П.А.,

при участии в судебном заседании:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «СВС» на определение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2024 по делу  № А41-85479/22,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 29.06.2023 по делу №А41-85479/22 общество с ограниченной ответственностью «СВС» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре отсутствующего должника.

Конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Произведена публикация сообщений о введении процедуры в газете «Коммерсантъ» - 08.07.2023.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СВС».

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2024 в удовлетворении требования отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «СВС» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и удовлетворить заявленные требования.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, до 01.02.2022 ФИО2 являлся генеральным директором ООО «СВС».

В период с 01.02.2022 по 27.04.2022 ФИО3 исполнял полномочия генерального директора ООО «СВС».

С 27.04.2022 по 29.06.2023 ФИО4 являлась генеральным директором должника.

В своем заявлении конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к ответчиками сделок, которые усугубили положение должника и причинили существенный вред кредиторам ООО "СВС".

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, не установил необходимой совокупности условий для возложения на него субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 19 Постановления N 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 16 Постановления N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности (нормы статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В ходе проведения процедуры банкротства конкурсным управляющим из анализа выписок движения денежных средств по расчетным счетам должника установлено наличие следующих подозрительных сделок.

За период с 27.02.2022 по 17.03.2022 в пользу ИП ФИО5 общая сумма подозрительных сделок составила 6 280 505 рублей. Конкурсным управляющим подано в Арбитражный суд Московской области заявление об оспаривании указанных сделок должника, в настоящее время итоговый судебный акт по рассмотрению заявления не принят. Руководителем должника на момент совершения оспариваемых сделок руководителем должника являлся ФИО3.

За период с 22.07.2020 по 04.04.2022 в пользу ИП ФИО6 общая сумма подозрительных сделок составила 11 239 000,28 рублей. Конкурсным управляющим подано в Арбитражный суд Московской области заявление об оспаривании указанных сделок должника, в настоящее время итоговый судебный акт по рассмотрению заявления не принят. Руководителем должника на момент совершения оспариваемых сделок руководителем должника являлся ФИО2 до 01.02.2022 года, далее ФИО3.

За период с 06.02.2022 по 07.02.2022 в пользу ИП ФИО7 общая сумма подозрительных сделок составила 321 000 рублей. Конкурсным управляющим подано в Арбитражный суд Московской области заявление об оспаривании указанных сделок должника, в настоящее время итоговый судебный акт по рассмотрению заявления не принят. Руководителем должника на момент совершения оспариваемых сделок руководителем должника являлся ФИО3.

Также за период с 04.10.2021 по 10.03.2022 по снятию наличных денежных средств с расчетного счета должника общая сумма подозрительных сделок составила 7 267 000 рублей. Конкурсным управляющим подано в Арбитражный суд Московской области заявление об оспаривании указанных сделок должника, в настоящее время итоговый судебный акт по рассмотрению заявления не принят.

Руководителем должника на момент совершения оспариваемых сделок руководителем должника являлся ФИО2 до 01.02.2022 года, далее ФИО3.

Как указывает конкурсный управляющий, в данном случае имел место вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом нескольких сделок должника, которые заключаются в реализации активов по заниженной цене, что повлекло к выводу наиболее ликвидных активов должника и к невозможности удовлетворения всех требований кредиторов. Все эти действия (сделки купли-продажи, сдача в аренду) осуществлялись под непосредственным контролем участника и руководителя должника (сделке предшествовала оценка), и руководством должника могли быть выбраны альтернативные управленческие решения о судьбе предприятия. Однако участником было принято решение о продаже активов, а руководителем – данные сделки были фактически проведены.

Все это в совокупности доказывает умысел руководства должника для избежания удовлетворения требований кредиторов в соответствии с требованиями законодательства. Злоупотребление со стороны руководства должника принципом свободы договора, заключение договоров на заведомо невыгодных и убыточных условиях – стало одной из причин невозможности исполнения обязательств перед кредиторами должника, к прекращению основной деятельности должника.

Руководство должника имело представление о структуре активов и обязательствах.

У руководства должника было представление о последствиях такой реализации, а именно: по причине отсутствия основных производственных активов – ликвидация должника. Все это в совокупности доказывает умысел руководства должника для избегания удовлетворения требований кредиторов в соответствии с требованиями законодательства. Злоупотребление со стороны руководства должника принципом свободы договора, заключение договоров на заведомо невыгодных и убыточных условиях – стало одной из причин невозможности исполнения обязательств перед кредиторами должника, к прекращению основной деятельности должника. Данные обстоятельства доказывают факт того, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нём сведения соответствуют действительности.

В данном случае ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 являются контролирующими должника лицами, в отношении которых заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности на основании причиненного признанной недействительной сделкой ущерба.

Вместе с тем, само по себе совершение руководителями должника подозрительных сделок не свидетельствует о злонамеренной ели довести общество до банкротства.

Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц, руководителя должника является гражданско-правовой, в связи, с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения,

 включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между; противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания наличия этих условий лежит на заявителе, при этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность наличия всей совокупности этих фактов. Недоказанность одного из перечисленных составляющих исключает возможность удовлетворения требований заявителей.

Из представленных конкурсным управляющим доказательств невозможно установить, что указанные сделки однозначно явились следствием объективного банкротства должника, следовательно, установленные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности того, что действия ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4 привели к банкротству должника.

При этом суд учитывает, что в отношении сделок с ИП ФИО6 и ИП ФИО7 суд отказал в удовлетворении требований управляющего о признании их недействительными.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Наличие формальных признаков банкротства недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Начало момента объективного банкротства компании является последней временной точкой отсчета, когда руководитель должника (директор или управляющий орган) обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве компании.

Для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности нужно определить момент объективного банкротства должника.

Под объективным банкротством понимается момент, когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над стоимостью его активов. ВС подчеркивал, что неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией. Определение ее наличия относится к исключительной компетенции судов, равно как и категории добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и пр. (определение ВС от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837).

Наиболее распространенным способом определения момента наступления признаков объективного банкротства является анализ бухгалтерской отчетности должника (постановление АC Волго-Вятского округа от 04.09.2020 по делу № А29-7141/2016, постановление АC Западно-Сибирского округа от 13.05.2020 по делу №А03-4625/2017, постановление АC Восточно-Сибирского округа от 05.05.2021 по делу № А19-6959/2017).

Отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору ошибочно.

Это обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (определение ВС от 10.12.2020 № 305-ЭС20-1141).

Из-за многообразия причин и условий, способных вызвать банкротство конкретного должника, вопрос стабильности в каждом случае является оценочным, а выявление даты такой стабильности - критичным по каждому конкретному делу.

При этом объективное банкротство подразумевает именно стабильную неспособность должника удовлетворить требования кредиторов в будущем.

Объективное банкротство - это критический момент, в который должник изза снижения стоимости активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309- ЭС17-1801 объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей. Во всяком случае наличие задолженности должника перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Для определения момента объективного банкротства фактически необходимо определить стоимость чистых активов компании, но с определенными особенностями. При этом, компания считается объективно неплатежеспособной, если стоимость ее чистых активов (СЧА) имеет отрицательное значение.

Размер стоимости чистых активов определяется по методике, предусмотренной Приказом Минфина России от 28.08.2014 № 84н (ред. От 21.02.2018) «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов», в соответствии с которой, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. При этом объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются.

Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций).

Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации, за исключением доходов будущих периодов.

Размер чистых активов, как разница между стоимостью активов и размером обязательств дает реальное представление о финансовом положении компании в то или иное время.

Как указывает конкурсный управляющий, В период до 01.02.2022 года ФИО2 исполнял полномочия единоличного исполнительного органа – генерального директора ООО «СВС». В период с 01.02.2022 года до 27.04.2022 года ФИО3 исполнял полномочия единоличного исполнительного органа – генерального директора ООО «СВС». На момент подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), руководителем должника являлся ФИО4.

Дело о банкротстве должника возбуждено на основании заявления Общества с ограниченной ответственностью «Арматурная корпорация». Таким образом, ФИО2, ФИО3, ФИО4 не исполнили обязанность по подаче заявления в суд о признании должника банкротом.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Объем ответственности руководителя должника, несвоевременно исполнившего свою обязанность по подаче заявления о банкротстве, ограничен временными рамками. С него может быть взыскана задолженность по обязательствам должника, образовавшимся после нарушения срока подачи заявления в суд.

При обращении с требованием о привлечении его учредителя/руководителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до cостояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Заявителем не указана дата возникновения признаков банкротства и необходимости подачи заявления в суд. Также не указан соответствующий ей объем ответственности по возникшим после этого обязательствам.

При этом конкурсным управляющим не учтено, что само по себе наличие судебных споров либо задолженности не является безусловным основанием для вывода о том, что у должника имелись признаки объективного банкротства и (или) недостаточности имущества.

Указанный подход соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Установленная пунктом 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве презумпция является опровержимой и при решении вопроса о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших должника лиц и несостоятельностью последнего следует учитывать разъяснения, приведенные в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Указанная презумпция причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (абзац 10 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Решением суда от 29.06.2023 суд обязал орган управления должника в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую документацию.

Определением суда от 29.10.2024 суд обязал ФИО4 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «СВС» следующие документы и сведения, относительно деятельности должника согласно списка, а также обязал бывшего руководителя ООО «СВС» ФИО2 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «СВС» следующие документы, относительно деятельности должника согласно списка.

Согласно подпункту 2 пункта 12 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 17 и пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 12 Закона о банкротстве контролирующее лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, если в результате его конкретных умышленных действий (бездействия), создались условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу разъяснений ВС РФ в Пленуме № 53 от 21.12.2017 г. (п. 24), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Таких доводов и обстоятельств заявителем не приведено. Не указано, каким образом непередача документов о деятельности общества затруднила проведение процедуры банкротства.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших общество лиц и несостоятельностью последнего суды неверно распределили бремя доказывания и не учли положения подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснения, приведенные в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), согласно которым такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что ответчики являются субъектом субсидиарной ответственности и могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СВС».

При этом суд руководствуется статьями 32, 40, 44, 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ), статьей 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", разъяснениями, содержащимися в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), и исходит из отсутствия доказательств нахождения документов у ответчика и их неправомерного удержания.

Судебная коллегия апелляционного суда считает, что суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, неукоснительно соблюдая указания суда вышестоящей инстанции, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришел к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266-268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2024 по делу№ А41-85479/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия (изготовления в полном объеме).

Председательствующий

Н.В. Шальнева

Судьи

В.А. Мурина

 А.В. Терешин