ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                          Дело № А25-1829/2018

25.01.2022

Резолютивная часть постановления объявлена 18.01.2022.

Полный текст постановления изготовлен 25.01.2022.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя публичного акционерного общества «Мосэнергосетьстрой» – ФИО2 (по доверенности от 01.10.2021), представителя АО «АктивКапиталБанк» – ФИО3 (по доверенности от 02.12.2020), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы России по Карачаево-Черкесской Республики на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.10.2021 по делу                               № А25-1829/2018,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Костромская мануфактура» (далее - ООО «Костромская мануфактура», должник) Управление Федеральной налоговой службы России по Карачаево-Черкесской Республики (далее – УФНС по КЧР, уполномоченный орган) обратилось в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.08.2017, заключенного между должником и ФИО4; признании ФИО5 недобросовестным приобретателем по договору купли-продажи недвижимого имущества от 27.09.2017, заключенного между ФИО5 и ФИО4; истребовании из незаконного владения ФИО5 в пользу должника недвижимого имущества; признании недействительным договора от 15.03.2018 № ДИ 10-18-0131-88 залога недвижимого имущества между АО «АктивКапиталБанк» и ФИО5 (уточненные требования).

Определением суда от 15.10.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован пропуском годичного срока на предъявление заявления об оспаривании сделок по отчуждению имущества должника. Ссылка заявителя на применение к настоящим требованиям трехгодичного срока исковой давности отклонена судом по мотиву того, что данные доводы направлены на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Не согласившись с принятым судебным актом, уполномоченный орган обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на необоснованность вывода суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности. Кроме того, апеллянт ссылается на то, что оспариваемые сделки являются недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а имущество должника по ним отчуждено безвозмездно ввиду недоказанности ответчиками факта оплаты денежных средств в пользу должника. О несоответствии цены по договорам, по мнению апеллянта, свидетельствует то, обстоятельство, что спорное имущество передано в залог АО «АктивКапиталБанк» по цене 38 500 000 руб.

В судебном заседании представители сторон озвучили правовые позиции по существу рассматриваемого обособленного спора.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.10.2021 по делу № А25-1829/2018 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 16.02.2017 между ООО «Завод Смолкабель» (продавец) и должником (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого продавец передает, а покупатель принимает и обязуется оплатить следующее имущество: 

- недостроенное нежилое здание (мазутно-насосная), общая площадь 923 кв. м, кадастровый номер 71:12:080503:3202, расположенный по адресу: Тульская область, Киреевский район, г. Болохово, площадка Ново-Тульской ТЭЦ;

- земельный участок, общая площадь 50 000 кв. м, кадастровый номер 71:12:020124:357, расположенный по адресу: Тульская область, Киреевский район, г. Болохово, площадка Ново-Тульской ТЭЦ.

Цена приобретаемого здания составляет 150 000 руб., земельного участка 350 000 руб. (пункты 3.1, 3.2 договора).

Спорное имущество передано от ООО «Завод Смолкабель» должнику по передаточному акту от 16.02.2017.

18.08.2017 между должником (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного имущества. Стоимость имущества определена сторонами в сумме 150 000 руб.

27.09.2017 между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного имущества. Стоимость имущества определена сторонами в сумме 150 000 руб.

02.04.2018 в отношении оспариваемого недвижимого имущества зарегистрирована ипотека АО «АктивКапитал Банк» на основании договор залога недвижимого имущества (ипотеки) от 15.03.2018 № ДИ 10-18-0131-88) в обеспечение исполнения ПАО «МосЭнергоСетьСтрой» обязательств по кредитному договору от 23.11.2017 № КЛВ10-17-000-0131 перед АО «АктивКапитал Банк». 

Определением суда от 15.08.2018 принято к производству заявление ликвидатора ООО «Костромская Мануфактура» ФИО6 о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Полагая, что данные сделки являются недействительными, уполномоченный орган должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. Требования заявлены на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что спорные сделки совершены в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом и при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, а также совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции АО «АктивКапиталБанк», ПАО «МЭСС», ФИО5 и ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности на оспаривание сделок должника.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из разъяснений, изложенных пунктах 10, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43), согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной составляет один год. Течение срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 32 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, уполномоченный орган обратился с настоящим заявлением 04.02.2020 – спустя один год и пять месяцев со дня открытия конкурсного производства в отношении должника. 

В дополнениях к заявлению ФНС России указала, что узнала об отчуждении должником недвижимого имущества из письма Управления Росреестра по Тульской области от 05.09.2019 № 02/03-20384НШ, приобщенного к материалам дела о банкротстве 12.09.2019, в связи с чем, по мнению уполномоченного органа, именно с 12.09.2019 следует исчислять годичный срок исковой давности.

Под федеральным уполномоченным органом в целях банкротства на основании абзаца девятого статьи 2 Закона о банкротстве понимается федеральный орган исполнительной власти, наделенный Правительством Российской Федерации полномочиями на представление в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в делах о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам. 

В соответствии с пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 29.05.2004 № 257 «Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве» (далее - постановление № 257) таким федеральным органом исполнительной власти является Федеральная налоговая служба (ФНС России). (Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Согласно пункту 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населённого пункта (муниципального образования) 

Место нахождения должника – ООО «Костромская мануфактура» является г. Черкесск. Постановка на учет в налоговых органах российской организации по месту нахождения организации, месту нахождения ее филиала, представительства осуществляется на основании сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц. 

В соответствии со статьей 83 Налогового кодекса Российской Федерации в целях проведения налогового контроля организации подлежат постановке на учет в налоговых органах соответственно по месту нахождения организации, месту нахождения ее обособленных подразделений, а также по месту нахождения принадлежащих им недвижимого имущества и транспортных средств. 

Согласно подпунктам 5, 5.1 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 18 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская отчетность представляется в ИФНС не позднее трех месяцев после окончания отчетного года, т.е. не позднее 31 марта года, следующего за отчетным. 

Сделка по отчуждению недвижимого имущества должником в пользу ФИО4 совершена – 18.08.2017. Следовательно, ООО «Костромская мануфактура» предоставила сведения о бухгалтерской (финансовой) отчетности не позднее 31 марта 2018 года. Таким образом, налоговый орган исходя из представленных сведений ООО «Костромская мануфактура» о (бухгалтерской (финансовой) отчетности) знал и должен был знать об отчуждении должником недвижимого имущества. 

В связи с чем, уполномоченный орган уже в апреле 2018 года знал о продаже имущества должником исходя из обязанности налогоплательщика ежегодно предоставлять бухгалтерскую отчетность. 

Более того, определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.08.2018 ФНС России привлечена к рассмотрению дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Костромская мануфактура». 

Поскольку уполномоченный орган привлечен в дело – 15.08.2018 АО «АК Банк» считает, что с указанной даты и подлежит исчислению годичный срок исковой давности. 

Уполномоченный орган лишь в феврале 2020 года обратился с заявлением об оспаривании сделки должника, поэтому вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности и об отказе в удовлетворении заявленных требований является законным и обоснованным. 

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 30 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 1 Закона РФ от 21.03.1991 № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» налоговые органы составляют единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах и т.д. В соответствии с пунктом 4 статьи 30 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы осуществляют свои функции и взаимодействуют с иными органами власти. 

В связи с чем, довод апеллянта об отсутствии сведений о продаже имущества в другом регионе (сведения направляются в налоговые органы по месту нахождения имущества – в уполномоченные органы Тульской области), подлежит отклонению.

Довод о том, что в силу части 4 статьи 85 Налогового кодекса Российской Федерации, уполномоченный орган не мог узнать о проведенной должником сделке в 10-дневный срок ввиду того, что объект находится в ином субъекте Российской Федерации, не может быть принят во внимание ввиду следующего.

Оспариваемой сделкой было отчуждено недвижимое имущество, находившееся в собственности должника, состоящее из недостроенного нежилого здания и земельного участка.

В соответствии со статьей 374 Налогового кодекса Российской Федерации, объектами налогообложения признаются: недвижимое имущество, находящееся на территории Российской Федерации и принадлежащее организациям на праве собственности или праве хозяйственного ведения, а также недвижимое имущество, учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

Согласно статье 372 Налогового кодекса Российской Федерации налог на имущество организаций (далее в настоящей главе - налог) устанавливается настоящим Кодексом и законами субъектов Российской Федерации, вводится в действие в соответствии с настоящим Кодексом законами субъектов Российской Федерации и с момента введения в действие обязателен к уплате на территории соответствующего субъекта Российской Федерации.

В соответствии со статьей 379 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым периодом признается календарный год. Отчетными периодами признаются первый квартал, полугодие и девять месяцев календарного года, если иное не предусмотрено настоящим пунктом.

В статье 383 Налогового кодекса Российской Федерации указано, что в отношении имущества, находящегося на балансе российской организации, налог и авансовые платежи по налогу подлежат уплате в бюджет по местонахождению указанной организации.

В силу статьи 393 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым периодом уплаты налога на землю признается календарный год. Отчетными периодами для налогоплательщиков-организаций признаются первый квартал, второй квартал и третий квартал календарного года.

В соответствии со статьей 397 Налогового кодекса Российской Федерации налог на землю подлежит уплате налогоплательщиками-организациями в срок не позднее 1 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом. Авансовые платежи по налогу подлежат уплате налогоплательщиками-организациями в срок не позднее последнего числа месяца, следующего за истекшим отчетным периодом.

Спорная сделка по отчуждению недвижимого имущества состоялась 18.08.2017. Следовательно, начиная с 4 квартала 2017 года, должник не обязан был исчислять и уплачивать налог на имущество, налог на землю, что должно было быть отражено в соответствующих декларациях.

По итогам хозяйственной деятельности 2017 года, должник должен был отразить в бухгалтерском балансе выбытие основных средств.

Доказательств искажения данных в отчетности налоговым органом представлено не было, хотя выше изложенные доводы заявлялись при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

Таким образом, налоговому органу уже в 4-м квартале 2017 года стало известно о выбытии имущества по спорной сделке, в любом случае не позднее срока сдачи годовой отчетности организацией должника (01.04.2018).

При этом, на получение сведений от органа, регистрирующего сделки с объектами недвижимого имущества, не влияет на территории какого субъекта Российской Федерации находится объект недвижимого имущества.

С 2016 года в соответствии с Приказом ФНС России от 14.03.2016 № ММВ-7-12/134@ утверждено Положение об автоматизированной информационной системе Федеральной налоговой службы (АИС «Налог-3»).

В соответствии с утвержденным Положением, автоматизированная информационная система ФНС России (АИС «Налог-3») представляет собой единую информационную систему ФНС России, обеспечивающую автоматизацию деятельности ФНС России по всем выполняемым функциям, определяемым Положением о Федеральной налоговой службе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 506, в том числе прием, обработку, предоставление данных и анализ информации, формирование информационных ресурсов налоговых органов, статистических данных, сведений, необходимых для обеспечения поддержки принятия управленческих решений в сфере полномочий ФНС России и предоставления информации внешним потребителям.

Как указано в Положении об автоматизированной системе, одной из задач АИС «Налог-3» служит обеспечение контроля над налоговой деятельностью налогоплательщика путем создания единого и достоверного ресурса, содержащего всю информацию по конкретному налогоплательщику, в том числе сведения, позволяющие своевременно выявлять признаки ухода от уплаты налогов.

Следовательно, сведения, направленные регистрирующим органом в налоговую инспекцию по месту нахождения спорного недвижимого имущества в 10-дневный срок с момента регистрации сделки должны были быть включены в единую информационную систему ФНС России и доступны налоговому органу любого субъекта Российской Федерации.

С учетом вышеизложенного, апелляционный суд считает верным вывод суда первой инстанции о пропуске заявителем срока на оспаривание сделки должника по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено пунктом 15 постановления Пленума № 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Ссылка апеллянта о том, что оспариваемые сделки являются недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а имущество должника по ним отчуждено безвозмездно ввиду недоказанности ответчиками факта оплаты денежных средств в пользу должника, т.е. с наличием признака злоупотребления правом, в связи с чем, к ничтожной сделке применим срок исковой давности 3 года, отклоняется судом.

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 127 от 25.11.2008 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки. Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии фактической оплаты приобретенного имущества.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015, наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. 

Однако, уполномоченным органом не представлено доказательств аффилированности лиц, участвующих в цепочке сделок, в том числе фактической.

В материалах дела отсутствуют доказательства, указывающие на юридическую и фактическую аффилированность ответчиков (они не являются коллегами по работе, не состоят во властно-распорядительных отношениях, в дружеских отношениях, сферы деятельности лиц не пересекаются, признаков, позволяющих говорить о способности одного лица оказывать влияние на предпринимательскую деятельность другого лица не выявлено, согласованности действий также не доказано).

Как усматривается из материалов дела, спорное имущество приобретено должником у ООО «Завод Смолкабель» за несколько месяцев до последующего отчуждения его в адрес ФИО4 При этом, при сравнении условий договоров купли-продажи от 16.02.2017 и от 18.08.2017, прослеживается их идентичность.

ФИО4 в пояснениях указала на то, что после приобретения имущества возникли сложности в использовании имущества, имущество являлось неликвидным, ввиду чего она приняла решение его реализовать по цене приобретения. Ввиду того, что прежний собственник ООО «Костромская мануфактура» отказался принять имущество по обратной сделке, отчуждение было произведено третьему лицу. Также ФИО4 пояснила, что расчеты между ней и должником были произведены в полном размере. Пояснения ФИО4 не были опровергнуты уполномоченным органом соответствующими доказательствами.

Исходя из выписок по расчетному счету должника, представленных в материалы дела, невозможно сделать однозначный вывод об отсутствии оплаты по сделке от ФИО4 Кроме того, выписки по расчетному счету не опровергают возможную оплату внесением наличных денежных средств в кассу должника.

Налоговым органом не представлено доказательств отсутствия воли на совершение сделки ФИО4 как с должником, так и с ФИО5, не представлено доказательств уклонения от регистрации перехода права собственности, не представлено доказательств фактического владения имуществом прежними собственниками, т.е. доказательств наличия признаков мнимости оспариваемых сделок.

Доказательств сговора лиц, участвующих в оспариваемых сделках в материалах дела не содержится. Доказательств того, что ФИО4 было известно об обстоятельствах неплатежеспособности должника на момент заключения сделки от 17.08.2017 не представлено.

Апелляционным судом также установлено, что в отношении первоначального владельца спорного имущества (ООО «Завод Смолкабель») возбуждено дело о банкротстве № А40-104375/2017. При этом, согласно сведениям из Картотеки арбитражных дел в сети «Интернет» следует, что ни конкурсным управляющим, ни конкурсными кредиторами не подавались заявления об оспаривании договора купли-продажи от 16.02.2017, по которому спорное имущество передано от ООО «Завод Смолкабель» к ООО «Костромская мануфактура».

Более того, фактически доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в соответствии с которыми апеллянт считает, сделки ничтожными относятся к признакам оспоримости сделки по специальным основаниям, изложенным в с. 61.2 Закона о банкротстве, по которым заявителем пропущен срок исковой давности.

Налоговым органом не доказаны обстоятельства, при которых оспариваемые сделки вышли бы за рамки признаков подозрительной сделки.

Налоговый орган не представил достаточных допустимых доказательств, свидетельствующих о недобросовестности покупателей имущества либо об их намерении совершить эту сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения, номинальности участников оспариваемых сделок, общности цели всех участников сделок.

Цель и экономическое содержание сделки покупателями разъяснены в письменных отзывах, приобщенных к материалам дела.

Ссылка заявителя на то, что договор залога недвижимого имущества от 15.03.2018, заключенный между ФИО5 и АО «Актив Капитал Банк» составляет единую цепочку сделок по купле-продаже имущества от должника к ФИО4, от ФИО4 к ФИО5, не принимается апелляционным судом.

Исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, залогодержатель вправе использовать способ защиты своего права залога ссылаясь на собственную добросовестность. В противном случае на добросовестного залогодержателя при отсутствии к тому должных оснований будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением сторонами сделок при отчуждении имущества требований действующего законодательства.

По смыслу статьи 10 и абзаца 2 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

В материалы дела налоговым органом таких доказательств не представлено, как и доказательств того, что ФИО4, ФИО5, и АО «Актив Капитал Банк» входят в одну группу лиц в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите конкуренции», статья 19 Закона о банкротстве.

Уполномоченным органом не доказан тот факт, что АО «Актив Капитал Банк» (в том числе каждое из лиц, принявшие коллегиальное решение о смене предмета залога) знали или должны были знать о недобросовестности ФИО5 при приобретении предмета залога в виде спорного имущества, а также о его недобросовестном поведении при передаче указанного имущества в залог АО «Актив Капитал Банк».

Из материалов дела не усматривается, что ФИО5 обладал сведениями о недобросовестности ФИО4 при отчуждении в его адрес спорного имущества, о спорности приобретения имущества самой ФИО4

Исходя из совокупности разъяснений, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П, с учетом положений пункта 2 статьи 223, статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010, при рассмотрении настоящего конкретного спора, налоговому органу, предъявившему требование об оспаривании договора залога и возврате спорного имущества должнику, надлежит доказать, что АО «Актив Капитал Банк» является недобросовестным залогодержателем спорного имущества.

Вместе с тем, налоговым органом не представлено доказательств того, что в результате совершения договора залога и заключенных последовательных договоров купли-продажи недвижимого имущества между различными лицами, был сохранен контроль над спорным имуществом со стороны учредителей должника или аффилированных с ним лиц.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления уполномоченного органа.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при их рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.10.2021 по делу № А25-1829/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.

Председательствующий               Н.Н. Годило

Судьи          З.А. Бейтуганов

            Н.В. Макарова