СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9415/2021(5)-АК

Дело № А60-8367/2021

19 января 2024 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 января 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой  И.П.,

судей                                 Гладких  Е.О.,  Макарова  Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем  ФИО1,

при участии:

лица, участвующие в  деле, не явились, извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного  общества  «Техторг» ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 02 ноября 2023 года, 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного  «Техторг» солидарно ФИО3, общества с ограниченной  ответственностью «Торговый дом «Подъёмно-транспортное оборудование», общества с ограниченной ответственностью Производственное объединение «НИИ Проектный институт подъемно-транспортных машин», общества  с ограниченной ответсвтенностью «Строительный трест»,

вынесенное (принятое) в рамках дела №А60-8367/2021 о признании несостоятельным (банкротом) акционерного  общества  «Техторг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

установил:

Решением арбитражного суда Свердловской области от 25.08.2021 процедура наблюдения в отношении акционерного общества   «Техторг» завершена. Акционерное общество «Техторг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 18.02.2022. 

Объявление в газете «Коммерсантъ» №66030383377  стр.192 №159(7121) от 04.09.2021. 

Определением от 25.02.2022 утвержден конкурсным управляющим открытого акционерного общества «Техторг» ФИО2, член Союза  арбитражных  управляющих  «Авангард».  

22.02.2023 в суд поступило заявление конкурсного управляющего акционерного общества «Техторг» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного  общества  «Техторг» (далее  - общество  «Техторг», должник) солидарно ФИО3, общества с ограниченной  ответственностью «Торговый дом  «Подъёмно-транспортное оборудование» (далее – общество «Торговый дом  «Подъёмно-транспортное оборудование» общество «Торговый дом «ПТО»), общества с ограниченной ответственностью Производственное объединение «НИИ Проектный институт подъемно-транспортных машин» (далее – общество ПО «НИИ Проектный институт подъемно-транспортных машин»), общества с ограниченной ответственностью «Строительный трест» (далее – общество «Строительный трест»).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2023 (резолютивная часть оглашена 23.10.2023) в удовлетворении заявления конкурного управляющего общества «Техторг» о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий общества «Техторг» ФИО2  обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, признать доказанным основания для привлечения к субсидиарной ответственности пор обязательствам ОАО «Техторг» солидарно ФИО3 и общества «Строительный трест»; Приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и общества «Строительный трест» до окончания расчетов с кредиторами. 

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает на то, что согласно информации, полученной из Государственного информационного реестра бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурса БФО), анализа бухгалтерского баланса  общества  «Техторг» на 31.12.2019 следует  ухудшение финансового состояния должника с 2019. Так отчет о финансовых результатах общества  «Техторг» выявил, что выручка предприятия с 11 039 000 руб. в 2018 году снизилась до 1 480 000 руб. за 2019 год; прибыль с 13 809 000 руб. в 2018 году упала до убытка в 1 706 000 руб. в 2019 году (в том числе чистая прибыль); совокупный финансовый результат анализируемого периода снизился с 12 644 000 руб. в 2018 году до 3 012 000 руб. в 2019 году. Так же о неудовлетворительном финансовом состоянии должника свидетельствует и отчет о движении денежных средств, в соответствии с которым денежные поступления от текущих операций в 2018 году составили 3 974 000 руб., тогда как в 2019 году этот показатель согласно данным бухгалтерской отчетности должника равнялся нолю. Аналогичный вывод относительно поступления денежных средств был сделан конкурным управляющим при проведении анализа движения денежных средств по счетам должника за три года до возбуждения дела о банкротстве (за период с 05.03,2018 по 06.09.2021. Согласно сведениям об открытых/закрытых банковских счетах должника, полученных в территориальном налоговом органе, ОАО «Техторг» имело два банковских счета: расчетный счет № 

<

***>, открытом в филиале «Уральский» АО «Банк Интеза» в г. Екатеринбурге; расчетный счет № 

<

***>, открытый в ПАО «Сбербанк России» Свердловское отделение № 7003. Анализ выписок по счетам должника выявил, что совокупный размер денежных средств, поступивших на счет должника, открытом в АО «Банк Интеза», за три года до возбуждения дела о банкротстве составил около 3 630 000 руб., на расчетный счет в ПАО Сбербанк за три года поступило лишь 13 000 руб., при этом в период с 01.01.2019 по 31.12.2020 гг. расчетные операции по счету не осуществлялись, а за период с 01.01.2021 по 29.04.2021 произведены только расходные операции по уплате налогов и сборов по решению о взыскании денежных средств уполномоченного органа на общую сумму 3000 руб. Полагает, что вывод об ухудшении финансового состояния общества  «Техторг» с 2019, сделанный конкурсным управляющим, является обоснованным. Отмечает, что в соответствии с бухгалтерским балансом должника на 31.12.2020 активы должника на 31.12.2020 составляли 146 257 000, из которых 72 892 000 руб. (49,84%) составляла безнадежная дебиторская задолженность. При этом кредиторская задолженность составляла 72 772 000 руб., выручка 320 000 руб., а совокупный финансовый результат деятельности должника ушел в минус (чистая прибыль убыток - 75 851 000 руб.). Общество «Техторг» вело убыточную деятельность, имело явные признаки неплатежеспособности и неудовлетворительного финансового состояния. Данные выводы о неплатежеспособности должника на момент совершаемой сделки и принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств с приложенными к ним подтверждающими документами, а именно: анализом движения денежных средств по счетам общества  «Техторг»; выписками по счетам должника; бухгалтерскими балансами должника на 31.12.2019 и на 31.12.2020, были приложены в дополнительных пояснениях конкурсного управляющего от 14.07.2023 и рассмотрены в судебном заседании 19.07.2023. Выводы суда о том, что действия должника в лице его учредителей по заключению обеспечительных сделок не могут расцениваться в качестве неразумных и недобросовестных, так как в конечном итоге были направлены на получение имущественной выгоды для самого должника и обеспечение требований кредиторов, заемщиками перед которыми выступали иные компании той же группы, основаны на определении Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2020 по делу №А60-29886/2018. Указанным определением в удовлетворении заявления АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» и общества «Век технологий ГОТО» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, общества «ПО «Научно-исследовательский и проектный институт подъемно-транспортных машин», общества «Строительный трест» было отказано. Рассматривая заявление о привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью ТД «Подъемно-транспортное оборудование» арбитражный суд рассматривал исключительно экономическое состояние должника общества «Торговый дом ПТО». Экономические показатели деятельности общества  «Техторг» не являлись предметом исследования в деле № А60-29886/2018, Конкурсным управляющим общества  «Техторг» приведен подробный анализ финансового состояния общества, анализ движения денежных средств по счетам должника за три года до возбуждения дела о банкротстве. Все представленные документы и пояснения явно свидетельствуют, что общество «Техторг» вело убыточную деятельность, имело явные признаки неплатежеспособности и неудовлетворительного финансового состояния. Одним из оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам ОАО «Техторг» является то обстоятельство, что общество фактически доведено контролирующими должника лицами до банкротства, имущество должника выбыло в отсутствие какого-либо разумного основания. В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим было установлено, что 31.01.2018 между аффилированными лицами общества  «Техторг» (Продавец) и общества  «Стройтрест» (Покупатель) был заключен договор купли-продажи оборудования бывшего в эксплуатации (с отсрочкой платежа). Цена договора составляет 13 394 785 руб. 03 коп. Обязательства по оплате оборудования общества «Стройтрест» выполнены не были. При этом общество «Техторг», имеющее на момент исполнения сделки в 2018 признаки неплатежеспособности и реальную угрозу в обращении взыскания на принадлежащее ему имущество, ограничилось лишь направлением претензии в адрес общества «Стройтрест», так и не получив реального исполнения. Конкурсным управляющим общества «Техторг» была выявлена невзысканная дебиторская задолженность в размере 13 394 785 руб. 03 коп. по договору купли-продажи оборудования бывшего в эксплуатации с отсрочкой платежа. Общество  «Техторг»  в лице конкурсного управляющего ФИО2 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о взыскании 13 394 785 руб. 03 коп. к обществу  «Стройтрест». К исковому заявлению общества «Техторг» был приложен ответ на претензию общества «Стройтрест» от 10.09.2018, согласно которому генеральный директор общества «Стройтрест»  сообщает, что сумма долга будет погашена в полном объеме в срок до 31.12.2018. Таким образом, вопреки выводам суда первой инстанции о непредставлении конкурсным управляющим гарантийного письма о погашении обществом «Стройтрест» задолженности в срок до 31.12.2018, прерывающее течение срока исковой давности и не приобщенное к материалам дела А60-4950/2023, не соответствует действительности. Возражения относительно отзыва ответчика о пропуске срока исковой давности в отношении требований к ООО «Стройтрест» по вине конкурсного управляющего также неоднократно давались в судебных заседаниях по рассмотрению заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам общества «Техторг».

До судебного заседания в материалы дела от кредитора АО «Корпорация развития среднего Урала» поступил отзыв, в котором просит апелляционную жалобу удовлетворить, определение суда первой инстанции отменить. 

В материалы дела от ФИО3 поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Определением  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  13.12.2023  рассмотрение  апелляционной жалобы о привлечении  к субсидиарной ответственности контролирующих  должника  лиц отложено на  17.01.2023. Предложено  конкурсному управляющему  ФИО2 к судебному заседание представить  размер  субсидиарной ответственности ФИО3  по  основанию не обращения в суд  с заявлением о признании  должника  несостоятельным  (банкротом), то есть возникновение  новых обязательств, возникших после  даты  объективного   банкротства ООО «Техторг»; указать  причины банкротства должника, учитывая  осуществление   хозяйственной деятельности должником  в группе  компании. ФИО3  представить мотивированные пояснения   по  доводам отзыва  АО «Корпорация  развития  Среднего  Урала» в части  невзыскания дебиторской  задолженности. Поставлен перед сторонами  вопрос о  взыскании с контролирующих должника  лиц  убытков.    

До судебного  заседания от конкурсного  управляющего  ФИО2 поступили  дополнительные пояснения, в которых  указывает, что   имеются основания   для привлечения  ФИО3 к ответственности в виде  убытков  за невзыскания  дебиторской  задолженности  на сумму  19  779 577, 04 руб.

От  кредитора  общества «Корпорация  развития  Среднего  Урала»  поступили  так же  дополнительные пояснения, в которых  указывает, что   имеются основания   для привлечения  ФИО3  к ответственности в виде убытков  в пользу конкурсной  массы должника на сумму   39 951 100, 03 руб.

От  ФИО3  поступили  возражения  на   отзыв  кредитора  и  дополнительные  пояснения конкурсного  управляющего ФИО2, в которых возражает  против  привлечения  ответчика  к субсидиарной ответственности и взыскания  убытков.

Определением  Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от  17.01.2024   в соответствии   с частью 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса  Российской  Федерации произведена  замена  судьи Устюговой  Т.Н. на судью  Макарова Т.В., рассмотрение  дела  начато сначала.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной  жалобы.

Как  следует  из заявления  конкурсного  управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих должника лиц, общество «Техторг» зарегистрировано в качестве юридического лица 22.11.1999, размер уставного капитала составляет 4800026 руб., основным видом деятельности является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом. Генеральным директором общества  «Техторг» с 1999 года являлся ФИО3 Совладельцами компании акционерами общества  «Техторг» являются ФИО3 с долей участия в уставном капитале равной 76 % и общество «Торговый дом «Подъемно- транспортное оборудование» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 23.12.2022 деятельность юридического лица прекращена в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства) с долей участия в уставном капитале общества 24 %. В свою очередь, участниками общества «Торговый дом «Подъемно-транспортное оборудование» являются ООО Производственное объединение «НИИ Проектный институт подъемно-транспортных машин» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с размером доли в уставном капитале 25 % и общество «Строительный трест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с размером доли в уставном капитале 75%. 

В настоящее время в реестр требований кредиторов должника включены требования АО «Корпорация развития Среднего Урала» в размере 73 306 635,36 руб. основного долга, требования Администрации Пышминского городского округа в размере 915 663 руб. основного долга, 250 364 руб. неустойки, а также требования МИФНС № 19 по Свердловской области в размере 28 586,42 руб. основного долга, 92 840,56 руб. - требования уполномоченного органа, включенные во вторую очередь реестра требований кредиторов.

Конкурсный  управляющий  полагает, что ФИО3, ООО «Торговый дом «Подъемно-транспортное оборудование»,         общество  Производственноеобъединение«НИИ  Проектныйинститут подъемно-транспортных машин» и общество  «Строительный трест» являются контролирующими должника лицами, последними  не исполнена обязанность по передаче документов и сведений о должнике; не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника; совершены действия, которые  привели к невозможности погашения требований кредиторов.

Суд первой инстанции, отказывая  в удовлетворении требований  конкурсного  управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих должника  лиц,  не установил   соответствующих правовых оснований.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва, письменных  пояснений, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции в силу следующего. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" следует, что к спорным правоотношениям в части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как установлено судом и не противоречит материалам дела, обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением имели место после вступления в силу Закона N 266-ФЗ, а заявление о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности поступило в суд 30.06.2022, поэтому в отношении ответчиков подлежат применению положения статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

При этом нормы процессуального права подлежат применению в редакции закона, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц к субсидиарной ответственности по указанному основанию возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 61.12 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Конкурсный  управляющий указывает, что  между обществом с ограниченной ответственностью Торговый дом «Подъемнотранспортное оборудование» и обществом «Корпорация развития Среднего Урала» 12.03.2015 и 24.07.2015 были заключены договоры займа на общую сумму 55 000 000 руб., обязательства по которым должником в 2015-2016 годах не исполнялись и 01.12.2016 сторонами были подписаны дополнительные соглашения, в которых установлена рассрочка платежей по займам, начало платежей с 27.03.2017 по 25.09.2017; в обеспечение исполнения обязательств по договорам займа с 01.12.2016 должником заключены договоры поручительства с аффилированными лицами (общество ПО «Научно-исследовательский и проектный институт подъемно-транспортных машин», общество «Управляющая строительная компания «ПТО-Холдинг», общество «Пышминский лифтостроительный завод», общество «Техторг»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2018 по делу №А60-52127/2017 установлено, что  договоры займа заключались в целях пополнения оборотных средств для финансирования заемщиком обществом «ТД ПТО» не только своей предусмотренной уставом обычной деятельности, но и для финансирования деятельности группы предприятий ПТО, таких как: общество «Техторг», общество «УСК «ПТО-Холдинг», общество «ПО НИПИ ПТМ», ООО «ПЛЗ», общество «ПТО Строймашкомплекс».

При этом, как установлено в Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2020 по делу № А60-29886/2018 (банкротство основного заемщика - общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Подъемнотранспортное оборудование») - просрочка в исполнении обязательств группой допущено начиная с 26.05.2017. Кроме того, 01.12.216 акционерным обществом «Корпорация развития Среднего Урала» согласовало изменение срока возврата займов до 25.04.2018 включительно. Соответственно, конкурсный управляющий полагает, что дата объективного банкротства должника наступила – 25.05.2018г. (с учетом уточнений), то есть спустя месяц после истечения срока возврата займа; кредитор АО «КРСУ» связывает указанную дату с датой изготовления в полном объеме судом апелляционной инстанции судебного акта по делу №А60- 52127/2017, то есть 25.06.2018.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Вместе с тем законодательство о несостоятельности (банкротстве) не предполагает, что руководитель общества обязан немедленно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, а наличие обязательств, в том числе по обязательным платежам, само по себе не является достаточным основанием для вывода о наличии обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве организации.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротства должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В этой связи в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве. Иное толкование Закона о банкротстве означало бы автоматическое признание наличия у юридического лица признака неплатежеспособности в случае, если им незамедлительно не исполняются принятые на себя денежные обязательства.

Согласно бухгалтерской отчетности должника за 2020 год балансовая стоимость активов составляла 1462570000 руб., в том числе  73360000руб. - основные средства, 72 892000 руб. - дебиторская задолженность.

В отзыве на апелляционную  жалобу  ответчик  ФИО5 указывает, что по состоянию на 25.06.2018 кризисная финансовая ситуация на предприятии отсутствовала. Должник являлся платежеспособным, имел достаточное количество движимого и недвижимого имущества (стоимостью более 300 000 000,00 руб. что подтверждается агентским договором, заключенным между  обществом  «Техторг»  и  обществом  «КРСУ», имел в наличии транспортные средства, нематериальные активы, дебиторскую задолженность, что подтверждается представленными в материалы дела балансами должника, с расшифровкой имеющегося в собственности имущества в пояснениях от 30.06.2023. Более того, возврат долга по договорам займа обеспечивался поручительством нескольких юридических лиц, входящих в одну группу компаний ПТО, а так же двух физических лиц (ФИО6 и ФИО3).

Таким образом, в условиях вхождения должника в группу компании ПТО, в целом представляется неочевидными доводы заявителей о возникновении признаков объективной неплатёжеспособности у должника с 26.06.2018, поскольку иной кредиторской задолженности в рамках масштабов деятельности у должника не было.

В рассматриваемом случае, как верно  указывает суд первой инстанции, конкурсный управляющий ошибочно отождествляет неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Кроме того, невыполнение руководителем требований Закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте  1 статьи  9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Как следует из материалов дела, после определенной конкурсным управляющим и кредитором даты возникли следующие обязательства перед: ООО «ИТМ», сумма - 55 526,00руб., период образования задолженности 2019 - 2020; Администрация ПГО, 2019г.-2021- 911 946,31руб; МРИ ФНС №19 по Свердловской области, сумма - 177 403,00руб., период образования задолженности 2019-2020.

Требования указанных кредиторов, принимая во внимание величину активов за 2020 год - 1462570000 руб., не могут рассматриваться как значимые в масштабах деятельности должника, влекущие необходимость обращения руководителя в суд с заявление о банкротстве.

При  таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному  выводу, что конкурсный управляющий и кредитор не доказали объективную необходимость обращения руководителя должника с заявлением о собственном банкротстве именно после мая-июня 2018 года.

Кроме того, исходя из приведённых ранее данных (величина активов за 2020 год - 1462570000 руб.), а также дату подачи кредитором заявления о признании должника банкротом – 26.02.2021 отсутствуют основания полагать, что имеются кредиторы, права которых могут быть восстановлены в порядке статьи 61.12. Закона о банкротстве.

С учетом  изложенного суд первой инстанции верно  не установил   основания  для привлечения  ФИО5 к субсидиарной ответственности   за необращение в суд с заявлением о признании  должника несостоятельным (банкротом).

Также конкурсный управляющий указывает, что  контролирующими должника  лицами совершены    неправомерные  действия, которые  привели к невозможности  погашения  требований кредиторов, ссылается на  заключение  договора поручительства,  между должником обществом «КРСУ», в соответствии с которым общество «Техторг»  поручилось  за  Торговый дом «Подъемнотранспортное оборудование» по возврату  займа  АО  «КРСУ».

В силу положений, содержащихся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В отзыве  на апелляционную жалобу  ФИО5 указывает, что  в ходе проведения переговоров по заключению договоров займа АО «КРСУ» выдвинул основному заемщику обществу  «Торговый дом «ПТО» обязательное требование, представить обеспечение поручительство третьих лиц. В материалах судебного дела № А60-52127/2020, содержится письмо АО «КРСУ» об определении тех предприятий, которые должны выступить поручителями в обеспечение исполнения обязательств общества  «Торговый дом «ПТО» по договорам займов, что  подтверждается п. 3.12 Договора займа №1-2015. Таким образом, заключение поручительства с определёнными лицами, была исключительная инициатива АО «КРСУ», которое определило данных лиц, как потенциальных поручителей. Кроме того, перед подписанием договоров поручительства АО «КРСУ» на основании бухгалтерской и налоговой отчетности, представленной должником, проверил его финансовое состояние после чего, действуя в своем интересе, подписалдоговоры поручительства.

Одобряя сделку - заключение договоров поручительства с АО «КРСУ в обеспечение исполнения обязательств общества  «Торговый дом ПТО» участники должника не сомневались в исполнении основным заемщиком обществом  «Торговый дом «ПТО» своих обязательств.  Действия руководителя должника (одобрение сделки) не выходили за пределы обычного делового риска, поскольку ранее должник уже выступал поручителем по обязательствам основного заемщика  общества  «Торговый дом ПТО».

Верховным Судом Российской Федерации высказана позиция о том, что выдача поручительства за аффилированное лицо (даже если размер активов меньше размера обеспеченного поручительством обязательства) не может быть основанием для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности, так как при кредитовании группы лиц выгоду получают все ее члены, поскольку в совокупности имущественная база данной группы прирастает (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611). Указанный правовой подход закреплен также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2018 при рассмотрении апелляционной жалобы на решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-52127/2017 установлено, что в период с 2012 по 2016 год в целях финансирования указанной группы лиц привлекалось, в том числе, за счет средств ПАО «Сбербанк России» на основании договора № 42873 от 22.10.2012 об открытии возобновляемой кредитной линии на сумму лимита 90 млн. руб., что подтверждается дополнительным соглашением № 4 от 24.04.2015 к договору № 42873 от 22.10.2012, заключенным между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Торговый дом ПТО», а также письмом заемщика от 14.04.2016 № 8/04. При этом в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика ООО «Торговый дом ПТО» по заключенным договорам займа как с истцом, так и с ПАО «Сбербанк России», предприятиями, входящими в группу компаний ПТО на протяжении 2012-2016 годов неоднократно предоставлялось поручительство и залог недвижимого имущества. Некоторые из заключенных с истцом договоров поручительства получили одобрение акционеров  (участников) поручителей как крупные сделки и сделки с заинтересованностью. С учетом изложенного, является правильным вывод суда первой инстанции о сложившейся между кредиторами, должником и поручителями устойчивой практики выдачи займов на пополнение оборотных средств с предоставлением по таким займам (кредитам) обеспечения в виде поручительства и залога недвижимости, что позволяет рассматривать оспариваемые сделки, включающие в себя условия предыдущих договоров поручительства от 19.03.2015 (одобренного общим собранием акционеров ОАО «УСК «ПТОХолдинг») и от 12.03.2015 (одобренного общим собранием акционеров общества «Техторг») в качестве сделок, совершенных в рамках обычной хозяйственной деятельности, которые не требовали одобрения в соответствии со ст.ст.78, 81 ФЗ №208-ФЗ«Об акционерных обществах».

Кроме  того, сам по себе договор поручительства по своей правовой природе не связан с каким-либо отчуждением имущества. Иное толкование действующих правовых норм о договоре поручительства нивелирует сам по себе институт поручительства, который заведомо не предполагает получение какой-либо материальной выгоды (либо встречного обеспечения) для поручителя от его заключения. То есть, заключение должником договоров поручительства с АО «КРСУ» в связи с получением  обществом «Торговый Дом ПТО» суммы займа не могло причинить ущерб, ни должнику, ни кредиторам должника, поскольку на момент подписания договоры поручительства не являлись для должника убыточными, так как никакое имущество не отчуждалось, и активы не уменьшались. Сделки совершались в обеспечение разумного экономического интереса и обусловлены наличием хозяйственных связей с другими юридическими лицами. Аналогичный вывод сделан в судебных актах, вступивших в законную силу по делу А60- 29886/2018 и по делу А60-74700/2018, где принимал участие конкурсный кредитор АО «КРСУ» и было заявлено требование о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, в требованиях было отказано. Судебные  акты вступили в  законную силу.

С учетом изложенного  вывод  суда первой инстанции  о том, что действия должника в лице его учредителей по заключению обеспечительных сделок не могут расцениваться в качестве неразумных и недобросовестных, является законным и обоснованным.

Так же конкурсный управляющий считает, что  общество доведено до банкротства  контролирующими должника  лицами  в связи с заключением с обществом «Строительный трест» договора купли-продажи движимого имущества бывшего в эксплуатации.

В пункте  23 Постановления №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.  Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточно следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из материалов дела  следует, 10.01.2022  в суд поступило заявление о признании договора купли - продажи оборудования бывшего в эксплуатации (с отсрочкой платежа), заключенного между обществом «Техторг» и обществом «Стройтрест» недействительным, применении последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности общества  «Техторг» и возврата обществом «Стройтрест» в конкурсную массу имущества. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2022 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано. Судебный  акт  вступил в законную силу. Указано, что договор не является сделкой уменьшающей действительные активы общества «Техторг», поскольку сделка являлась возмездной и равноценной; проданное обществу «Стройтрест» имущество фактически не использовалось должником поскольку, некоторое оборудование 1950-1960 годов выпуска требовало ремонта, краны были изготовлены по заказу, но не были выкуплены заказчиком; после продажи бывшего в эксплуатации оборудования общества «Техторг» не утратило возможность осуществлять свою деятельность, поскольку основной вид деятельности это сдача в аренду собственного недвижимого имущества.

Таким образом, наступление факта банкротства должника не означает, что последнее  явилось следствием заключения должником в лице ФИО3 сделки с обществом «Стройтрест», обратного в материалы дела конкурсный управляющий ФИО2 не представил.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 19 Постановление № 53 от 2112.2017, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций пункта 2 статьи 61.11 Закона о (банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

ФИО5  считает, что банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами, такими как: неисполнение основным заемщиком ООО «Торговый дом ПТО» в установленные договором займа сроки оплаты процентов за пользование суммой займа; неоказание финансовой поддержки в рамках Стратегии социально-экономического развития Уральского федерального округа на период до 2020 года, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 6 октября 2011 г. № 1757-р г. со стороны Правительства Свердловской области, а также неоказание помощи со стороны Администрации Пышминского района в рамках Постановления Главы администрации от 12.10.2015 №596 «О создании муниципального промышленного парка (технопарка) для субъектов малого и среднего предпринимательства в границах Пышминского городского округа, путем создания Индустриального парка «Технопарк Восточный», что  привело к невозможности реализовать крупный проект и создать Промышленный индустриальный парк «Восточный», на промышленных площадках, расположенных в п.г.т. Пышма, на ул. Заводская 3, который включал в себя, в том числе модернизированное производство, продажу и дальнейшее обслуживание грузо-пассажирских лифтов; несмотря  прилагаемые усилия, участников группы ПТО, в частности в 2017 был создан новый проект развития промышленного парка «Восточный», проведены переговоры с президентом Чешской республики и подписан предварительный договор по производству каскадных котельных, представление в министерство промышленности Свердловской области презентаций по проектированию и изготовлению лифтовых механизмов, а также развитие других направлений, изыскать денежные средства, привлечь сторонние инвестиции и реализовать проект по созданию Индустриального парка «Технопарк Восточный» не удалось.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии того, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют. Эти положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. В свою очередь, Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

Таким образом, неисполнение руководителем должника (и иными лицами) возложенной Законом о банкротстве обязанности либо ее исполнение не в полном объеме, а именно не передача документации должника конкурсному управляющему, препятствует осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе, по выявлению, инвентаризации и реализации имущества должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов в установленные сроки, препятствует формированию конкурсной массы и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Доводы конкурсного управляющего о непередаче документов судом первой  инстанции   отклонены. Действительно Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2022 по делу № А60-8367/2021 частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего общества «Техторг» об истребовании бухгалтерской и иной документации должника. Однако ответчиком ФИО5  в материалы дела представлен реестр документов по требованию по ИП №66062/18/81661, основания полагать, что какие – либо документы не переданы – отсутствуют.

В отношении доводов о  невозможности взыскания дебиторской задолженности  установлено следующее.

В соответствии с пунктом  1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

По мнению  конкурсного  управляющего ФИО2 ФИО3, будучи  генеральным директором общества «Техторг», не предпринимал необходимых действий для взыскания дебиторской задолженности общества.

Так, определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2022 по делу № А60-29886/2018 отказано в удовлетворении заявления общества  «Техторг» в лице конкурсного управляющего ФИО7 к обществу ТД «Подъемно-транспортное оборудование» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 3 046 593 руб. 38 коп. Обществом  «Техторг» за период в пользу общества  Торговый дом «ПТО» перечислены денежные средства на общую сумму 2 320 000 руб. 00 коп. Судом было установлено, что конкурсному управляющему договоры займа, заключенные между обществом  «Техторг» и обществом  Торговый дом «ПТО» не переданы. При этом конкурсный управляющий исходил из того, что фактически между сторонами возникли заемные отношения, что подтверждалось операциями по расчетному счету должника общества  «Техторг» за период в пользу общества  Торговый дом «ПТО»  перечислены денежные средства на общую сумму 2 320 000 руб. 00 коп. Однако, исходя из того, что выписка по счету подтверждает только факт перечисления денежных средств, но не факт неосновательного обогащения со стороны должника, при этом денежные средства в пользу должника перечислены с определенными назначениями платежа, суд сделал вывод о том, что наличие указанной совокупности фактических обстоятельств, необходимых для удовлетворения заявленного требования, материалами дела не подтверждается.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.05,2023 по делу № А60-4950/2023 в удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего общества «Техторг» к обществу «Стройтрест» (о взыскании 13 394 785 руб. 03 коп, отказано. Отказывая в удовлетворении искового заявления конкурсного управляющего, суд в частности исходил из того, что истцом не представлена первичная документация в подтверждение взыскиваемых сумм, которая была запрошена судом.

Так же конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Свердловской области с требованием о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника общества «ПТО СМК» задолженности в размере 3 338 198,63 руб. в рамках дела № А60-32437/2021. Обосновывая свои требования, конкурсный управляющий указывает, что общество «Техторг» были перечислены денежные средства в пользу общества «ПТО СМК» на общую сумму 803 680 руб., о чем свидетельствуют операции по счету должника. В назначении платежа указано, что денежные средства были перечислены по договорам займа между контрагентами. Однако указанные договоры, заключенные между обществом  «Техторг» и обществом «ПТО СМК» должником не переданы.

Согласно бухгалтерской отчетности должника активы должника на 31.12.2020 составляли 146 257 000, из которых 72 892 000 руб. (49.84%) составляла дебиторская задолженность. Данного имущества хватило бы на погашение большей части кредиторской задолженности общества. Однако, не передача документации, в том числе относительно запасов, дебиторской задолженности, сделок должника и пр., отсутствие действий по взысканию дебиторской задолженности с срок, что привело в последствии к невозможности ее взыскания в связи с истечением сроков исковой давности не позволяет в полной мере исполнить обязанности по поиску активов должника, предъявлению требований к третьим лицам, взысканию дебиторской задолженности и пр.

ФИО3, действуя добросовестно и разумно, должен был предпринимать все необходимые действия для взыскания дебиторской задолженности общества «Техторг», а также хранить всю документацию за предыдущий период в отношении бухгалтерской отчетности и отчетов о прибылях и убытках организации. Не передача документации, в том числе относительно запасов, дебиторской задолженности, сделок должника и пр., не позволяет в полной мере исполнить обязанности по поиску активов должника, предъявлению требований к третьим лицам, взысканию дебиторской задолженности и пр. Данные действия бывшего руководителя должника не позволяют конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу для расчета с кредиторами, а также причинили убытки обществу в сумме 19 779 577,04 руб.

Судом первой инстанции установлено, что все договоры  (в том числе и договоры займа), заключенные между обществом  «Техторг»   и обществом  Торговый дом  «ПТО» были переданы конкурсному управляющему ФИО7 по акту №3 приема-передачи оригиналов договоров  общества  «Техторг» 09.09.2021 (п.12 и п.13), при этом, в любом случае, в 2018   общество «Техторг» самостоятельно направляло в Арбитражный суд Свердловской области в рамках дела №А60-29886/2018 заявление о включении в реестр требований кредиторов должника общества  Торговый дом  «ПТО», но во включении в реестр требований было отказано.

В определении Арбитражного суда Свердловской области о завершении конкурсного производства от 26.10.2022 по делу №А60-2988б/2018 указано, что конкурсным управляющим предприняты все меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы. Денежные средства от реализации конкурсной массы направлены на погашение текущих расходов. Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 238 279 572, 84 руб., не погашен в связи с недостаточностью денежных средств его для погашения. 

В отношении дебитора общества «ПТО Строймашкомплекс» конкурсный управляющий ФИО2 в рамках дела А60-32437/2021 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с требованием о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника  задолженности в размере 3 338 198,63 руб. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2023  в удовлетворении требований отказано, указано, что  принимая во внимание представленные  ФИО3 доказательства осуществления должником (общество «ПТО Строймашкомплекс») оплат в пользу кредитора (общество «Техтогр»), отсутствие возражений кредитора по представленным доказательствам, суд приходит к выводу об отсутствии задолженности перед кредитором, признает требования необоснованными.

В отношении отчуждения имущества в пользу общества «Стройтрест», конкурсный управляющий ссылается на отказ в рамках дела №А60-4950/2023 в удовлетворении требования о взыскании долга, ввиду также непредствления первичной документации, что не соответствует действительности, поскольку отказано судом, ввиду истечения сроков исковой давности. При этом, ответчиком указано, что ФИО3 передал конкурсному управляющему ФИО7 по акту №3 от 09.09.2021 гарантийное письмо о погашении обществом «Стройтрест» задолженности в срок до 31.12.2018, прерывающее течение срока исковой давности и не приобщенное к материалам дела А60- 4950/2023.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что ввиду истечения срока исковой давности отсутствует возможность взыскать дебиторскую задолженность, ввиду чего данная дебиторская задолженность является убытками бывшего руководителя, отклонена судом, поскольку для взыскания убытков по данному основанию заявителю необходимо доказать, что данная дебиторская задолженность была реальна к взысканию, но не взыскана исключительно ввиду бездействия руководителя должника. В данном случае как верно  указывает суд первой инстанции такие доказательства не представлены ни конкурсным управляющим должника, ни кредитором АО«КРСУ» (ст. 9, 65 АПК РФ).

В отношении  взыскания  иной  дебиторской  задолженности, указанной   кредитором АО  «КРСУ» в отзыве на апелляционную жалобу установлено следующее.

Как следует из представленных должником объяснений, подтверждённых материалами дела (приложение к возражениям, поступившим в суд 06.09.2023г.), судебным приставом-исполнителем в связи с исполнением исполнительного документа Исполнительного листа № ФС 028567053 от 29.06.2018г., выданного Арбитражным судом Свердловской области по делу А60-52127/2017, вступившем в законную силу 25.06.2018г. о взыскании в пользу АО «КРСУ» с должника общества «Техторг» задолженности в размере 73 791 402,48 руб. возбуждено исполнительное производство №66062/18/81661, в рамках которого судебный пристав-исполнитель выставил  общество  «Техторг» требования о предоставлении сведений о дебиторской задолженности, с приложением всех документов по дебиторам. Во исполнение этих требований ФИО3 как руководитель общество  «Техторг» передал все запрашиваемые судебным приставом - исполнителем документы, что подтверждается ответом на требование со штампом о принятии документов - в том числе и по вышеуказанным дебиторам (договоры, акты сверки). Судебный пристав исполнитель вынес Постановление об аресте дебиторской задолженности.

Более того следует отметить, что все указанные дебиторы - являются юридическими лицами, входящими с должником в одну группу компаний ПТО и были взаимосвязаны между собой. Общество Торговый дом  ПТО» было одним из основных предприятий, так называемый «контрактодержатель» группы, (предприятие было одним из крупнейших фирм - продавцов/поставщиков грузоподъемного оборудования, металлоконструкций) и финансовый оператор как во взаимоотношениях с контрагентами так и с участниками группы ПТО. Общество  «Представительство Пышминского завода ПТО»  являлось изготовителем подъемно-транспортного оборудования; общество   «ПТО Строймашкомплекс»  занималось поставкой материалов и выполняло работы по пуско-наладке подъемно-транспортного оборудования; общество «Строительный трест» - занималось строительными и ремонтными работами; общество «Техторг» являлось собственником недвижимого имущества (производственных помещений, где изготавливалось и хранилось подъемно-транспортное оборудование). Как правило, участники группы компании ПТО часто прекращали обязательства друг перед другом путем подписания актов взаимозачетов, до тех пор, пока ООО  Торговый дом ПТО» - основной должник (заемщик) не был признан несостоятельным (банкротом).

При изложенных обстоятельствах  суд апелляционной  инстанции не усматривает   оснований для привлечения  ФИО5 к ответственности в   виде взыскания убытков.

Суд апелляционной инстанции соглашается  с выводом суда первой инстанции, что  из материалов дела следует, что лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности, действий, направленных на вывод активов должника, получения контроля над процедурой банкротства, реализацию договоренностей, направленных на причинение вреда иным кредиторам, не совершали. Доказательств обратного, в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Суд первой инстанции со ссылкой на активы должника, характер длительных хозяйственных связей должника и кредиторов, верно не установил оснований для привлечения контролирующих должника к субсидиарной ответственности.

Все доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

При принятии судебного акта суд первой инстанции полно исследовал обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, верно применил нормы права, подлежащие применению, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам и доводам лиц, участвующих в деле, и принял законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Таким образом, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражной суда Свердловской области от 02 ноября 2023 года по делу № А60-8367/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий                                       И.П. Данилова 

Судьи                                                                    Е.О. Гладких 

                                                                                         Т.В. Макаров