69/2023-31351(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения

Дело № А65-16287/2020

г. Самара

06 апреля 2023 года

11АП-2916/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2023 года  Постановление в полном объеме изготовлено 06 апреля 2023 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Поповой Г.О., Серовой Е.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, с участием: 

от ФИО2 - представитель ФИО3 по  

доверенности от 09.11.2021; 

от ООО «ТК «НОВИТЭК» - представитель ФИО4 по доверенности от  

01.07.2022; иные лица не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 2, апелляционную жалобу  

ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан  

от 31 января 2023 года об отказе в удовлетворения заявления ФИО5 Раиля  

Рамилевича о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере  

6 000 000 руб. основного долга, 465 196,94 руб. процентов за пользование займом  

(вх.58684), по делу № А65-16287/2020 о несостоятельности (банкротом) ФИО6  

Викторовича, ИНН 

<

***>, 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 15 июля 2020 года поступило заявление  общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Новитэк» о признании  индивидуального предпринимателя ФИО6 несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22 июля 2020 года  заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке  обоснованности заявления.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 ноября 2020 года в  порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к  участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечена ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 августа 2021 года  (резолютивная часть оглашена 28 июля 2021 года) требования общества с ограниченной  ответственностью «Торговая компания «Новитэк» признаны обоснованными, введена  процедура реструктуризации долгов гражданина ФИО6,  финансовым управляющим утверждена ФИО8, член саморегулируемой  

межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных  управляющих».  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.10.2021 поступило заявление  ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 в размере 6 000 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 октября 2021 года  требование было принято к производству, в порядке статьи 51 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечена ФИО9.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021 судом  принято уточнение суммы требования до 6 000 000 руб. основного долга, 584 210,63 руб.  процентов за пользование займом.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.12.2022 судом  принято уточнение суммы требования до 6 000 000 руб. основного долга, 465 196,94 руб.  процентов за пользование займом.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2022 в порядке  статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в  деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечена ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 января 2023 г. в  удовлетворении требования ФИО2 о включении в реестр  требований кредиторов ФИО6 в размере 6 000 000 руб.  основного долга, 465 196,94 руб. процентов за пользование займом (вх. 58684) отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить,  принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 февраля  2023 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 30  марта 2023 г. на 12 час 20 мин.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В судебном заседании 30 марта 2023 г. представитель ФИО2 свою апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил  определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 января 2023 года отменить,  апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель ООО «Торговая Компания «НОВИТЭК» возражал против  удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без  изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в  порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  

имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не  усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X,  регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI  Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры  реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и  уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей  100 Закона о банкротстве.  

При этом в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о  банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется  судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной  стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными  могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"  (далее - постановление Пленума № 35).  

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность  предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения  в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке  доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми  нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера.  

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ),  заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих  требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.  

В рассматриваемом случае заявитель в обоснование завяленного требования  указывает на то, что 17.11.2016 г. между ФИО2 (инвестор по договору) и  ФИО6 (инноватор по договору) заключен договор инвестирования, по условиям  которого инвестор передает инноватору в собственность денежные средства в сумме  6 000 000 руб., а инноватор обязуется уплачивать инвестору денежные средства в порядке  и на условиях договора.  

В силу раздела 1 договора инвестиционные средства должны использоваться на  развитие бизнеса. Инноватор уплачивает инвестору 10% (в прописи указано 50%) от  суммы прибыли, полученной за чет использования инвестиционных средств. В случае  отсутствия прибыли, денежные средства считаются займом.  

В силу п.2.1 договора инвестиционные денежные средства передаются траншами  по мере необходимости в срок до 31.12.2019. Моментом передачи инвестиционных  денежных средств считается момент перечисления денежных средств на банковский счет  инвестора или наличным платежом любым не запрещенным законом способом, в том  числе через третьих лиц.  

В качестве доказательств передачи денежных средств по договору инвестирования  заявитель ссылается на расписку от 24.01.2017, выданную ФИО10, согласно  которой ФИО10 обязуется передать ФИО6 полученные от ФИО2 наличные денежные средства в сумме 6 000 000 руб. в качестве инвестирования.  

В обоснование передачи денежных средств от ФИО10 непосредственно  ФИО6 представлена выписка по счету о перечислении от ФИО10 на  счет ФИО6 – 01.11.2016 – 500 000 руб., 12.11.2016 – 500 000 руб., 17.11.2016 –  500 000 руб., 25.11.2016 – 500 000 руб., 03.02.2017 – 500 000 руб., 23.09.2017 – 499 000  руб.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в  собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные  родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег  (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и  качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и  его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ,  удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или  определенного количества вещей.  

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу  полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, а  также уплатить проценты на сумму займа в размерах и в порядке, определенных  договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).  

При рассмотрении дела в суде первой инстанции, финансовый управляющий  должника, возражая против требования кредитора, указал на аффилированность  кредитора и должника, поскольку они состоят в родственных связях, то есть являются  заинтересованными лицами, в связи с чем поставил под сомнение факт выдачи займа.  

С учетом специфики дела о банкротстве, определяющей повышенный стандарт  доказывания и предполагающей необходимость особой степени осмотрительности и  разумности в действиях контрагентов при совершении и исполнении сделок с должником,  указание в расписке на произведенный между сторонами расчет не является безусловным  доказательством реальности передачи денежных средств.  

Судебной практикой выработан правовой подход о необходимости применения  повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления об установлении  требований аффилированного с должником кредитора. В подобных случаях суд проводит  более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с требованиями  независимых кредиторов. Основанием ко включению требования в реестр является  представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и  размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об  отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума № 35, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).  

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по  передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, разъяснены в пункте 26  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве», а именно, при оценке достоверности факта наличия требования,  основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только  его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать  среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора  (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства,  имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были  истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и  налоговом учете и отчетности и т.д.  

Верховный Суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях  конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по  

задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником),  носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его  бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник  юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник  физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально  необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии  задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора;  пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств  дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и  такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не  участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр,  объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем  доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные  доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с  разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или  заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой  соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо  принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических,  физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить  спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не  исключает ее мнимость (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее  заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают  большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление  дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.  

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания  привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах  арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия  для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических  обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов  при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при  содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать  злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать  недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014,  фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения  заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их  внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное  создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего  инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.  В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но  

создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения  волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон.  

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся  между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения,  представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их  оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Кредитором в обоснование наличия денежных средств представлено: 

1) Справки по форме 2-НДФЛ за периоды 2016-2017 годы. Исходя из данных  справок следует, что ФИО2 заработал: за 2016 год - 2 937 106. 15 рублей, за  2017 год - 482 760 рублей.  

2) Декларации кредитора в статусе ИП за 2016-2017 годы. Исходя из данных  деклараций следует, что ИП ФИО2 заработал: за 2016 год - 2 589 812 рублей, за  2017 год - 1 494 180 рублей.  

3) Договоры займа № 01/3-к10/15 от 20.10.2015 г. и № 02/3-ЯА10/15 от 23.10.2015 г.  по выдаче денежных средств в пользу ООО «Руспетрол» и платёжные поручения о  возврате вышеуказанных займов. Исходя из данных документов следует, что ФИО2 были возвращены денежные средства в размере 4 050 000 рублей.  

4) Выписки из банка ВТБ. Исходя из выписки следует, что в период возврата  займов (основной задолженности) от ООО «Руспетрол» в адрес Кредитора также  выплачивались проценты на общую сумму 1 266 247,69 рублей.  

Оценивая критически указанные документы, суд первой инстанции обоснованно  исходил из того, что ФИО2 не раскрыты разумные экономические мотивы  заключения договора инвестирования от 17.11.2016, в договоре отсутствует цель  инвестирования (не указан конкретный вид деятельности), конкретные сроки для  открытия и ведения бизнеса, имеются несоответствия по условиям получения процента от  прибыли (10% или 50 %), при этом, с момента заключения договора (более 6лет)  изменения в договор внесены не были, равно как и не раскрыты обстоятельства возврата  займов и источники их погашения, что свидетельствует о незаинтересованности заявителя  в возврате предоставленных денежных средств, а также получения прибыли виде  процентов от деятельности.  

Судом правомерно приняты во внимание некорректные паспортные данные  должника, указанные в договоре от 17.11.2016, согласно которым паспорт выдан  11.05.2004, между тем, в доверенности, выданной на представителя, от 07.10.2021,  указано, что паспорт выдан должнику 11.10.2016, то есть на момент составления договора  у должника уже отсутствовал паспорт 2004 года и имелся вновь выданный.  

Доказательств принятия мер к принудительному истребованию задолженности по  договору займа не представлено.  

Каких-либо разумных пояснений относительно обстоятельств непредъявления  спорных требований к должнику с момента заключения договора кредитором ни в суде  первой, ни в суде апелляционной инстанции не приведено.  

Отсутствие разумного контроля со стороны кредитора по освоению должником  денежных средств с момента заключения договора и передачи денежных средств в январе  2017 вплоть до подачи настоящего требования в октябре 2021 ставит под сомнение  наличие реальной экономической цели.  

Такое поведение сторон свидетельствует о согласовании ими нехарактерных для  договора займа условий для независимых участников гражданских правоотношений.  Причины данного нетипичного поведения кредитором не раскрыты.  

Вопреки доводам ФИО2 действия, связанные с непринятием мер по  истребованию задолженности по договору займа, установлением срока возврата займа в  течение 360 дней с момента получения требования инвестора, очевидно, отклоняются от  обычного поведения добросовестного кредитора в рамках правоотношений из договоров  

займа и инвестирования, и позволяют сделать вывод об отсутствии у кредитора реальной  экономической цели, преследуется исключительно цель создания видимости наличия на  стороне должника денежного обязательства в значительных размерах. В обычном же  гражданском обороте участниками отношений преследуются цели скорейшего взыскания  задолженности, обращения за судебной защитой, принудительного исполнения судебного  акта, а не на создание видимости принятия мер по взысканию в целях сохранения  задолженности, в том числе для предъявления в деле о банкротстве.  

Кредитором не обоснована экономическая целесообразность изъятия из своего  оборота денежных средств и предоставления их должнику на столь длительное время без  контроля по их освоению должником.  

При этом, с учетом фактических обстоятельств и мотивов заключения договора  инвестирования на значительную сумму, судом правомерно учтено, что, действуя разумно  и добросовестно, кредитор, предоставляя должнику значительную сумму денежных  средств, оценивает его платежеспособность и возможность возврата денежных средств.  

Однако, сам должник в письменных пояснениях указывает на отсутствие у него  доходов, позволяющих надлежащим образом осуществлять действии, связанные с  последующим получением доходов от деятельности, на которую направлены  инвестиционные средства.  

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в  материалы дела доказательства в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК  РФ, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы, поскольку  представленные доказательства не подтверждают наличие у ФИО2 финансовой  возможности выдать спорный заем.  

Так, с учетом того, что оспариваемая сделка совершена в 2017 на общую сумму  6 000 000 руб., представленные сведения о доходах не могут являться неопровержимым  доказательством финансовой возможности кредитора, достаточным для приобретения  имущества на указанную сумму на дату сделки.  

Из представленных в материалы дела справок формы 2-НДФЛ и налоговых  деклараций судом установлено, что доходы ФИО2 за 2016-2017гг. не  подтверждают финансовую возможность кредитора для предоставления инвестиционных  денежных средств с учетом необходимости несения повседневных расходов на нужды  кредитора и его семьи, расходов на приобретение продуктов питания,  непродовольственных товаров и услуг, осуществления обязательных платежей и сборов.  

Таким образом, представляются обоснованными сомнения кредитора в финансовой  возможности заявителя с учетом имеющихся крупных финансовых затрат, в частности, на  осуществление заграничных поездок, оплаты дорогостоящих медицинских услуг.  

Кроме того, судом правомерно учтено, что ФИО2 является директором и  единственным участником ООО «Руспетрол», в связи с чем предоставленные платежные  поручения, подтверждающие переводы между аффилированными лицами не являются  достоверным доказательством получения прибыли. Также не представлены  доказательства финансовой возможности предоставления значительных сумм заемных  денежных средств подконтрольной кредитору организации.  

Представленные договора займа и платежные поручения не принимаются судом во  внимание, как не отвечающие признакам относимости и допустимости доказательств  (статьи 67, 68 АПК РФ), поскольку сами по себе (в отсутствие документов,  подтверждающих размер доходов, наличие в распоряжении достаточных денежных  средств для предоставления их в заем на момент заключения соответствующего договора  займа) не свидетельствуют о финансовой возможности предоставления займа ООО  «Руспетрол».  

Из материалов дела следует, что суд первой инстанции предлагал ФИО6  представить доказательства расходования якобы полученных им по договору денежных  средств.  

Должником представлены письменные пояснения, согласно которым денежные  средства были израсходованы на личные нужды, однако, без предоставления  соответствующих доказательств расходования столь крупной суммы (например, кассовых  чеков и т.п.), недостаточно для подтверждения этих обстоятельств.  

Между тем, указанное имеет прямое отношение к рассматриваемому спору в целях  оценки достоверности факта передачи денежных средств по договору инвестирования. Не  желая раскрывать соответствующих сведений, при отсутствии какого-либо разумного  обоснования такого отказа, заявитель и должник самостоятельно несут риск наступления  неблагоприятных последствий (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Вопреки доводам заявителя, договор купли-продажи здания и земельного участка  от 30.11.2016 также не подтверждает израсходования полученных денежных средств,  поскольку заключен до передачи денежных средств ФИО2 в долевую  собственность ФИО6 (1/2 доля) на сумму 700 000 руб. Доказательств освоения  земельного участка суду не представлено.  

Покупка должником квартиры по договору от 29.11.2016 за 7 300 000 руб.,  напротив, в случае фактической передачи заявителем должнику должна была вызвать  обоснованные сомнения относительно освоения инвестиционных денежных средств и их  целевого использования. Между тем, какие-либо претензии к должнику ФИО2 не предъявлялись.  

Приобретение должником земельного участка и жилого дома 02.02.2018 ввиду  временного промежутка не может относиться к доказательствам освоения денежных  средств, якобы полученных по договору от 17.11.2016 и расписке от 24.01.2017. Те же  обстоятельства относятся и к представленным представителем третьего лица ФИО7 материалам дела № 2-123/2020 по иску ФИО11 к должнику, поскольку не  представлено доказательств относимости установленных в рамках данного гражданского  дела обстоятельств к обстоятельствам настоящего обособленного спора.  

Указания кредитора на то, что спорная сумма перечислялась траншами с 2016 по  2018 гг. не подтверждены надлежащими и бесспорными доказательствами, при этом  обстоятельства того, каким образом аккумулировались, где хранились денежные средства  и за счет чего образовались, не раскрыты.  

Перечисление столь крупной суммы денежных средств без надлежащего  оформления документации есть риск заявителя, неблагоприятные последствия такого  поведения в виде невозможности доказать факт перечисления денежных средств лежат на  инвесторе.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой  инстанции о том, что кредитором не были устранены разумные сомнения относительно  экономической целесообразности заключения договора инвестирования и наличия  финансовой возможности выдать спорный заем.  

Исследуя представленные в материалы дела доказательства фактической передачи  должнику денежных средств, судом первой инстанции правомерно установлено наличие  несоответствий в действиях и поведении сторон.  

В частности, расписка, составленная ФИО10, датирована 24.01.2017,  между тем, согласно представленной должником выписке часть денежных средств  перечислялась уже начиная с 01.11.2016, то есть до заключения самого договора  инвестирования 17.11.2016 и, тем более, передачи денежных средств ФИО2  ФИО10 24.01.2017.  

Решение Советского районного суда г.Казани от 04.06.2020 по делу № 2-255/2020  не подтверждает однозначно правовую природу перечисленных денежных средств. При  рассмотрении дела в суде общей юрисдикции по иску ФИО10 к ФИО6  фигурировали иные платежи, помимо указанных должником в качестве обоснования  передачи денежных средств по договору инвестирования, что свидетельствует о наличии  иных правоотношений между ФИО10 и ФИО6, не связанных с  

договором инвестирования. ФИО6 является единственным учредителем ООО  «Новитэк», а ФИО10 - директором ООО «Новитэк».  

Ссылка заявителя и должника на решение Советского районного суда г.Казани от  04.06.2020 по делу № 2-255/2020 правомерно признана несостоятельной, поскольку  необходимо учитывать, что в соответствии с частью 3 статьи 69 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации для суда, рассматривающего дело,  преюдициальное значение имеют обстоятельства, установленные вступившим в законную  силу решением суда. Вопросы применения норм материального права преюдициального  значения не имеют.  

Правовая квалификация отношений, данная судом по ранее рассмотренному делу,  хотя и не образует преюдиции по смыслу статьи 69 АПК РФ, но учитывается судом,  рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, разрешающий второе дело, придет  к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы (постановление Пленума  ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики  рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением  договорных обязательств»).  

Правовые же выводы не могут рассматриваться в качестве обстоятельств, не  требующих доказывания.  

Именно такое толкование и применение оспариваемой нормы, вопреки  утверждению ответчика, находит отражение в сложившейся практике арбитражных судов,  последовательно придерживающейся того, что часть 3 статьи 69 АПК РФ освобождает от  доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой  оценки, которая зависит от характера конкретного спора.  

Судом общей юрисдикции указано лишь на иную правовую природу  перечисленных ФИО10 должнику денежных средств, тогда как прямое указание  на перечисление денежных средств в связи их получением от ФИО2 по  договору инвестирования от 17.11.2016, отсутствует.  

Более того, суд обращает внимание на установленный Судебной коллегией по  гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в апелляционном  определении от 21.12.2020 порок представленной расписки от 24.01.2017.  

Судебной коллегией по ходатайству ФИО10 определением от 7 сентября  2020 года назначена судебная техническая и почерковедческая экспертиза, проведение  которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Средне-Волжский  региональный центр судебной экспертизы»; перед экспертами поставлены вопросы: кем,  ФИО10 или иным лицом выполнена подпись в расписке от 24 января 2017 года;  определить последовательность нанесения реквизитов расписки от 24 января 2017 года  (что было выполнено ранее: напечатанный текст или подпись) об обязательстве  ФИО10 перечислить или передать наличными денежные средства ФИО6, полученные ей от ФИО12 наличными в размере 6 000 000 руб. в качестве  инвестирования.  

Согласно заключению указанного экспертного учреждения от 17 ноября 2020 года,  представленному в материалы настоящего обособленного спора, подпись от имени  ФИО10 в расписке от 24 января 2017 года выполнена самой ФИО10; в  данной расписке сначала была исполнена подпись от имени ФИО10, а затем  выполнен печатный текст документа.  

Данные обстоятельства свидетельствуют об оспаривании самой ФИО10  факта получения ею денежных средств от ФИО2 по договору инвестирования.  При этом, расписка, на которой печатный текст был составлен позднее подписи лица, ее  выдавшего, не может расцениваться судом как надлежащее доказательство передачи  денежных средств по договору инвестирования.  

Принимая во внимание повышенный стандарт доказывания, установленного для  кредитора в деле о несостоятельности, представляемые в суд доказательства в  обоснование заявленного требования, не могут носить формальный характер и  

основываться исключительно на признании обязательства должником, в том числе и  выраженного во внесудебном порядке, так как интересам кредитора при заявлении  требования противопоставляются не интересы должника, а интересы иных кредиторов, не  являющихся участниками правоотношений, из которых вытекает заявленное требование.  Лишь возложение на кредитора обязанности представлять объективные доказательства  обоснованности заявленных требований позволяет обеспечить защиту интересов других  кредиторов от возможных злоупотреблений в результате согласованных действий  недобросовестного кредитора и должника, направленных на создание видимости  задолженности для получения контроля над процедурами в деле о несостоятельности.  

Таким образом, поскольку заявителем в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не  представлены надлежащие и достаточные доказательства наличия реальных отношений  по оказанию услуг, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении  заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может  являться основанием для отмены судебного акта.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы  дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы  заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы  юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта.  

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений  норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной  отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной  инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 31 января 2023 года по делу № А65-16287/2020 является законным и  обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 января 2023 года по  делу № А65-16287/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров  

Судьи Э л е к т р о н н а я   п о д п и с ь   д е й с т в и т е л ь н а . Г.О. Попова   Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 08.02.2023 4:14:00

Кому выдана Серова Елена Анатольевна 

 Е.А. Серова 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 09.02.2023 7:50:00 

Кому выдана Попова Галина ОлеговнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 07.02.2023 3:35:00 

Кому выдана Александров Алексей Иванович