ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-4797/2024

Дело № А40-260898/22

г. Москва

28 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Савенкова О.В.,

судей Бондарева А.В., Панкратовой Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бабарыкиной М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "Каркаде"

на решение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2023

по делу №А40-260898/22-118-2027, принятое судьей Антиповой А.Г.

по иску ООО "Каркаде" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "Гиперстрой" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании задолженности по Договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021, неустойки, 

по встречному иску ООО "Гиперстрой" и ИП ФИО1 к ООО "Каркаде" о взыскании совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения,

 

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО2 по доверенности от 04.03.2024, диплом 107724 3152761 от 28.06.2019;

от ответчика и ИП ФИО1: ФИО3 по доверенностям от 19.01.2023 и 05.11.2023, диплом 107724 0342955 от 11.07.2014; 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Каркаде» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Гиперстрой» (далее – ответчик, ООО «Гиперстрой») о взыскании задолженности по Договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 в размере 1321913,52 руб., неустойки, начисленной на сумму 1321913,52 руб. за период с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5948,61 руб. за каждый день просрочки, о взыскании задолженности по Договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 в размере 1330670,71 руб., неустойки, начисленную на сумму 1330670,71 руб. за период с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 5988,01 руб. за каждый день просрочки.

ООО «Гиперстрой» не признав требования первоначального иска, предъявило встречный иск о взыскании совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021 в размере 6058502,12 руб., процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 6058502,12 руб. за период: с 01.11.2022 по 06.04.2023 в размере 195448,94 руб. с 07.04.2023 по дату фактической выплаты задолженности. Встречный иск принят судом первой инстанции для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

В судебном заседании суда первой инстанции 06.06.2023 заявлено ходатайство об уменьшении встречного иска неосновательного обогащения в размере 5533532,76 руб., увеличении процентов до 239919,76 руб., которое удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2023 по встречному иску произведена замена ООО «Гиперстрой» на правопреемника ИП ФИО1 (далее – ИП ФИО1) в части требований 40% от суммы неосновательного обогащения по договорам лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021 и начисленных процентов.

В судебном заседании суда первой инстанции 14.12.2023 истцом по первоначальному иску заявлено ходатайство об увеличении суммы исковых требований, а именно: о взыскании задолженности до 3167727,76 руб. по Договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021, неустойки, начисленной на сумму 3167727,76 руб. за период с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14257,77 руб. за каждый день просрочки, о взыскании задолженности по Договору лизинга от 21.10.2021 №30339/2021 в размере 3176484,88 руб., неустойки, начисленной на сумму 3176484,88 руб. за период с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14284,18 руб. за каждый день просрочки.

Указанное ходатайство удовлетворено Арбитражным судом города Москвы в порядке ст.49 АПК РФ.

Истцами во встречному иску заявлено ходатайство об уменьшении размера исковых требований, а именно: о взыскании с ООО «Каркаде» в пользу ООО «Гиперстрой» совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021 в размере 2291179,06 руб., процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 2291179,06 руб. за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 236399,46 руб., с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности; о взыскании с ООО «Каркаде» в пользу ИП ФИО1 совокупного неосновательного обогащения по договорам лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021 в размере 1527452,70 руб., процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 1527452,70 руб. за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 157599,64 руб., с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности. Указанное ходатайство удовлетворено судом первой инстанции в порядке ст.49 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 21.12.2023 по делу №А40-260898/22 в удовлетворении требований первоначального иска отказано. Взыскано:

- с ООО «Каркаде» в пользу ООО «Гиперстрой» неосновательное обогащение в размере 2291179 руб. 06 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 236399 руб. 46 коп. по состоянию на 14.12.2023 с последующим начислением в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) за период с 15.12.2023 по дату фактического исполнения обязательства.

- с ООО «Каркаде» в пользу ИП ФИО1 неосновательное обогащение в размере 1527452 руб. 70 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 157599 руб. 64 коп. по состоянию на 14.12.2023 с последующим начислением в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 15.12.2023 по дату фактического исполнения обязательства.

- с ООО «Каркаде» в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 44063 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Каркаде» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить и вынести новый судебный акт об удовлетворении требований первоначального иска и отказе в удовлетворении встречного иска. Заявитель апелляционной жалобы указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального права.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца требования апелляционной жалобы поддержал по изложенным в ней мотивам, просил решение суда первой инстанции отменить и вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Представитель ответчиков требования апелляционной жалобы не признал. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Кроме того, заявил ходатайство о замене по встречному иску ООО "Гиперстрой" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) на ООО «Бренд» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>).

Рассмотрев ходатайство ООО "Гиперстрой" о замене стороны в порядке процессуального правопреемства, суд считает, что оно подлежит удовлетворению, поскольку согласно ч.1 ст.48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношения (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, пришел к выводу, что оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, между ООО «Каркаде» (лизингодателем) и ООО «Гиперстрой» (лизингополучателем) были заключены договоры лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021, в соответствии с которыми лизингодателем по договорам купли-продажи приобретены в собственность и переданы лизингополучателю в лизинг транспортные средства, в комплектации согласно спецификациям к договорам купли-продажи и Договорам лизинга.

Предметы лизинга приняты лизингополучателем, что подтверждается соответствующими актами приёма-передачи.

На основании п. 4.1 Договоров лизинга они состоят из самого Договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и Общих условий, которые являются неотъемлемой частью Договоров (далее – Общие условия). Получение лизингополучателем Общих условий, его согласие с содержанием и условиями настоящей сделки закреплено в п. 4.2 Договоров лизинга.

Согласно п. 5 ст. 15 Федерального закона от 29 октября 1998г. №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) по Договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга. 

В соответствии с п. 2.3.1 Общих условий лизингополучатель обязан выплачивать лизинговые и прочие платежи согласно Договору лизинга.

Учитывая нарушение лизингополучателем платежной дисциплины, ООО «Каркаде» направила лизингополучателю уведомление о расторжении Договоров лизинга.

Предметы лизинга переданы лизингодателю и реализованы по договорам купли-продажи.

Суд первой инстанции принял во внимание, что по общему правилу расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно правилам, установленным постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление Пленума ВАС РФ №17).

Согласно п. 5.9 Общих условий в случае досрочного расторжения Договора лизинга по основаниям, предусмотренным п. 5.2. Общих условий и его подпунктов, и изъятия предмета лизинга, стороны определяют взаимное предоставление СТОРОН (сальдо взаимных предоставлений), применяя следующую формулу:

Сальдо = СПД + С + У – Ц, где:

Сальдо - результат расчета взаимных обязательств сторон по Договору(ам) лизинга, совершенных до момента его(их) расторжения, рассчитываемый по формуле, закрепленной в настоящем пункте Общих условий;

СПД - сумма прекращения договора, которая равна стоимости досрочного исполнения договора в соответствии с графиком платежей на дату лизингового платежа, следующего после расторжения Договора лизинга; если Договор лизинга расторгнут в период, когда его досрочное исполнение не допускается (соответствующая отметка стоит в графике платежей), то сумма прекращения Договора лизинга определяется как наиболее ранняя из указанных в графике стоимость досрочного исполнения в совокупности с суммой платежей, подлежащих начислению с даты расторжения Договора лизинга по дату платежа, начиная с которого возможно досрочное исполнение;

С - санкции, которые складываются из общей суммы непогашенной задолженности лизингополучателя на дату расторжения Договора лизинга, включая задолженность по лизинговым платежам, пени за просрочку уплаты лизинговых платежей в соответствии с п. 2.3.4. Общих условий, убытки лизингодателя в связи с неисполнением и (или) несвоевременным исполнением лизингополучателем обязанности по оплате страхования предмета лизинга в соответствии с п. 4.4 Общих условий, начисленные штрафы, задолженность по оплате комиссии, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с даты расторжения Договора лизинга по дату реализации предмета лизинга, но не более чем до истечения шести месяцев с даты расторжения Договора лизинга или с даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло позднее), а также расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга в размере, установленном в п. 5.8. Общих условий;

У - убытки лизингодателя, в том числе реальный ущерб лизингодателя, включающий сумму расходов лизингодателя с даты расторжения Договора лизинга или даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло раньше), такие как затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт, реализацию предмета лизинга и другие.

Ц - стоимость возвращенного предмета лизинга. Определяется как цена реализации предмета лизинга третьим лицам (если предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (если предмет лизинга не реализован), при этом:

• Срок реализации предмета лизинга не должен превышать 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения Договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее. При этом лизингодатель вправе по своему выбору рассчитывать сальдо как на основании цены реализации возвращенного предмета лизинга, так и на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (в том числе ранее истечения 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения Договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее).

• Если на изъятый предмет лизинга наложено ограничение на совершение регистрационных действий, арест, иной вид ограничений, препятствующий продаже предмета лизинга лизингодателем или снижающий стоимость предмета лизинга, или предмету лизинга был присвоен компетентными органами статус вещественного доказательства (далее - ограничение), срок 180 дней, указанный в определении «Ц» начинает течь с даты прекращения всех ограничений. Если предмет лизинга был зарегистрирован не на лизингодателя, резюмируется, что ограничения наложены на предмет лизинга по вине лизингополучателя, бремя доказывания иного возлагается на лизингополучателя. лизингодателю достаточно доказать факт наличия ограничений минимальными доказательствами, включая, предоставление заверенной лизингодателем распечатки изображения с официального сайта ГИБДД с указанием на ограничение на предмете лизинга.

Истцом по первоначальному иску произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по Договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий правилам и формулам, из которого следует, что сумма прекращения договора (СПД) составляет 4382635,16 руб.

Санкции (С) - 2093604,20 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 177603,40 руб.

Пени в размере 24357 руб.

Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8359,53 руб.

Расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга в размере 37470,03 руб.

Штраф по п.6.7 Общих условий лизинга - 1845814,24 руб.

Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку Транспортного средства - 2900 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) - 3311411,60 руб.

По расчетам ООО «Каркаде» сальдо взаимных представлений по Договору лизинга №30338/2021 в пользу ООО «Каркаде» составило 3167727,76 руб.

На основании п. 5.11. Общих условий в случае если сальдо взаимных представлений, определенное в порядке, предусмотренном п. 5.9. Общих условий, складывается в пользу лизингодателя (составляет положительную величину), то лизингодатель вправе требовать с лизингополучателя оплаты неустойки, начисленной в размере 0,45% от размера представленного финансирования и платы за финансирование, за каждый день просрочки возврата указанных сумм, с момента истечения 15 (пятнадцати) календарных дней с даты направления соответствующей претензии и до момента ее фактического исполнения. Стороны договорились, что настоящий пункт Общих условий действителен и действует до фактического исполнения, указанного в нем обязательства лизингополучателем вне зависимости от расторжения/прекращения Договора лизинга.

ООО «Каркаде» просило взыскать неустойку с 25.11.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14257,77 руб. за каждый день просрочки.

ООО «Каркаде» сослалось на то, что сальдо взаимных представлений сторон по Договору лизинга №30339/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий правилам и формулам, из которого следует, что сумма прекращения договора (СПД) составляет 4382635,16 руб.

Санкции (С) - 2092361,32 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 177603,40 руб.; Пени в размере 24693,16 руб.; Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 6780,56 руб.; Расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга в размере 37470,03 руб. Штраф по п.6.7 Общих условий 1845814,24 руб.; Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку Транспортного средства составляют 2900 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) составляет 3301411,60 руб.

Соответственно, сальдо взаимных представлений по Договору лизинга №30339/2021 складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 3176484 руб. 88 коп.

На основании п. 5.11. Общих условий в случае если сальдо взаимных представлений, определенное в порядке, предусмотренном п. 5.9. Общих условий, складывается в пользу лизингодателя (составляет положительную величину), то лизингодатель вправе требовать с лизингополучателя оплаты неустойки, начисленной в размере 0,45% от размера представленного финансирования и платы за финансирование, за каждый день просрочки возврата указанных сумм, с момента истечения 15 (пятнадцати) календарных дней с даты направления соответствующей претензии и до момента ее фактического исполнения. Стороны договорились, что настоящий пункт Общих условий действителен и действует до фактического исполнения, указанного в нем обязательства лизингополучателем вне зависимости от расторжения/прекращения Договора лизинга.

По расчетам истца с лизингополучателя необходимо взыскать неустойку с 16.10.2022 по дату фактической оплаты задолженности из расчета 14284,18 руб. за каждый день просрочки.

Кроме того, ООО «Каркаде» представлены расчеты сальдо встречных представлений по договорам лизинга от 21.10.2021 №30341/2021 и от 21.10.2021 №30340/2021, без предъявления требований о взыскании задолженности по данным договорам.

ООО «Каркаде» произведен расчет сальдо взаимных представлений сторон по Договору лизинга от 21.10.2021 №30340/2021 по указанным в п. 5.9 Общих условий, из которого следует, что Сумма прекращения договора (СПД) составляет 9199361,87 руб. Санкции (С) составляют 4323 802,46 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 381091,51 руб.; Пени в размере 42682,57 руб.; Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 18172,33 руб.; Расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга в размере 78 49,01 руб.; Штраф по п.6.7 Общих условий 3803107,04 руб.; Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку Транспортного средства - 0 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) 8911411,60 руб.

Соответственно, сальдо взаимных представлений по Договору лизинга №30340/202 складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 4611752 руб. 73 коп.

По расчету ООО «Каркаде» сальдо взаимных представлений сторон по Договору лизинга от 21.10.2021 №30341/2021:

Сумма прекращения договора (СПД) составляет 9199361,87 руб.; Санкции (С) 4135197,30 руб., в том числе задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения, в размере 218534,94 руб.; Пени в размере 24645,93 руб.; Проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10160,38 руб.; Расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга в размере 78749,01 руб.; Штраф по п.6.7 Общих условий 3803 107,04 руб.; Убытки лизингодателя (У), в том числе расходы на оценку Транспортного средства - 0 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц) 9151411,60 руб.

Соответственно, сальдо взаимных представлений по Договору лизинга №30341/2021 складывается в пользу ООО «Каркаде» и составляет 4183147 руб. 57 коп.

По расчетам лизингополучателя сальдо встречных обязательств по Договорам лизинга №30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021 сложилось в пользу лизингополучателя.

Так, согласно п. 15 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021г. (далее – Обзор ВС РФ от 27.10.2021), при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат. Установление сальдо взаимных обязательств сторон в таком случае не является зачетом встречных однородных требований по смыслу ст.410 ГК РФ.

Так как между лизингополучателем и лизингодателем заключено четыре Договора лизинга (№30338/2021 от 21.10.2021, №30339/2021 от 21.10.2021, №30341/2021 от 21.10.2021, №30340/2021 от 21.10.2021), а не два, то подлежит определению совокупный сальдированный результат.

На основании п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ №17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п.п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Указанная в п.п. 3.2 и 3.3 постановления Пленума ВАС РФ №17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по Договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

(П - А) - Ф

ПФ = --------------------------------------------------------------------- х 365 х 100 %

ФхСдн

 

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

 

По встречному иску сальдо встречных обязательств по Договору лизинга от 21.10.2021 №30338/2021: общий размер платежей по договору - 5340344,44 руб.; Сумма аванса по Договору лизинга - 184647,20 руб.; Закупочная цена предмета лизинга - 3691628,49 руб.; Расходы на оценку составляют 2900 руб.; Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга - 3283,86 руб.; Размер финансирования - 3506981,29 руб.; Срок Договора лизинга - 1847 дней; Фактический срок финансирования – 371 дней. Плата за финансирование за период пользования финансированием - 331171,42 руб.; Сумма внесенных лизингополучателем платежей - 266764,15 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга – 3767694 руб. (по судебной экспертизе).

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 190121 руб. 58 коп. и является неосновательным обогащением на стороне лизингодателя.

Расчет сальдо встречных обязательств по Договору лизинга №30339/2021: общий размер платежей по Договору - 5340344,44 руб.; Сумма аванса по Договору лизинга - 184647,20 руб.; Закупочная цена предмета лизинга - 3692944,14 руб.; Расходы на оценку составляют 2 900 руб.; Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга - 3283,86 руб.; Размер финансирования - 3506981,29 руб.; Срок Договора лизинга – 1847 дней.; Фактический срок финансирования – 328 дней.; Плата за финансирование за период пользования финансированием - 292787,67 руб.; Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 292787,67 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга – 3781405 руб. (по судебной экспертизе).

Соответственно, по Договору №30339/2021 разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 242216 руб. 33 коп. и является неосновательным обогащением на стороне лизингодателя.

Расчет сальдо встречных обязательств по Договору лизинга №30340/2021: общий размер платежей по договору - 11207815,43 руб.; Сумма аванса по Договору лизинга - 375697,16 руб.; Закупочная цена предмета лизинга - 7606214,08 руб.; Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга - 9485,02 руб.; Размер финансирования - 7230516,92 руб.; Срок Договора лизинга – 1847 дней; Фактический срок финансирования – 373 дня; Плата за финансирование за период пользования финансированием - 727340,18 руб.; Сумма внесенных лизингополучателем платежей - 552619,99 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга – 8911411,60 руб. 

Соответственно, по Договору №30340/2021 разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, - 1496869 руб. 47 коп. и является неосновательным обогащением на стороне лизингодателя.

Расчет сальдо встречных обязательств по Договору лизинга №30341/2021: общий размер платежей по договору - 11207815,43 руб.; Сумма аванса по Договору лизинга - 375697,16 руб.; Закупочная цена предмета лизинга - 7606214,08 руб.; Неустойка за просрочку передачи предмета лизинга - 5476,87 руб.; Размер финансирования - 7230516,92 руб.; Срок Договора лизинга – 1847 дней; Фактический срок финансирования – 380 дней; Плата за финансирование за период пользования финансированием - 7740989,99 руб.; Сумма внесенных лизингополучателем платежей - 715176,56 руб.; Стоимость возвращенного предмета лизинга – 9151411,60 руб.

Соответственно, по Договору №30341/2021 разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 1889604 руб. 38 коп. и является неосновательным обогащением на стороне лизингодателя.

На основании п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

С учетом заключенного Договора цессии истцы по встречному иску просили взыскать с ООО «Каркаде» в пользу ООО «Гиперстрой» совокупное неосновательное обогащение по Договорам лизинга №30338/2021, №30339/2021, №30341/2021, №30340/2021 в размере 2291179,06 руб., проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 2291179,06 руб. за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 236399,46 руб., с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности; взыскать с ООО «Каркаде» в пользу ИП ФИО1 неосновательное обогащение по Договорам лизинга №30338/2021, №30339/2021, №30341/2021, №30340/2021 в размере 1527452,70 руб., проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 1527452,70 руб. за период: с 06.11.2022 по 14.12.2023 в размере 157599,64 руб., с 15.12.2023 по дату фактической выплаты задолженности.

Проверив расчеты сальдо встречных представлений сторон, Арбитражный суд города Москвы установил, что расчеты ООО «Каркаде» составлены неверно с нарушением правил, установленных постановлением постановления Пленума ВАС РФ №17.

Разногласия истца и ответчика заключались в определении формулы расчета встречных представлений сторон, в цене возвращенных предметов лизинга по Договорам лизинга №30338/2021 и №30339/2021, в расчете неустойки, а также в размере заявленных лизингодателем убытков.

Исследовав материалы дела, а также условия Договоров лизинга, Арбитражный суд города Москвы пришел к выводу о невозможности применения для расчетов завершающей обязанности сторон формулы, установленной в п.5.9 Общих условий.

Так, согласно ст. 2, 4 и 19 Закона о лизинге и п. 2 постановления Пленума ВАС РФ №17 договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Из взаимосвязанного содержания условий п. 5.9 Общих условий видно, что расчеты, предусмотренные Общими условиями, не позволяют определить реальные предоставления сторон, среди которых: сумма финансирования, плата за пользование финансированием, лизинговые платежи, оплаченные лизингополучателем. Таким образом, расчеты по п. 5.9 Общих условий существенно отличаются от предусмотренного в постановления Пленума ВАС РФ №17 расчета встречных предоставлений сторон Договора лизинга.

Предоставления лизингодателя по основному предмету договора в расчетах по п. 5.9 Общих условий учитываются путем исключения из расчетов лизинговых платежей, оплаченных лизингополучателем, а также путем включения в расчет задолженности лизингополучателя, образовавшейся из неоплаченных лизинговых платежей до момента реализации предмета лизинга.

Таким образом, на стороне лизингодателя учитывается сумма платы за фактический срок пользования финансированием и сумма финансирования с учетом его частичного погашения, поскольку лизинговые платежи до момента реализации предмета лизинга включают в себя плату за пользование финансированием и возврат части финансирования.

В свою очередь, предоставления лизингополучателя по основному предмету договора в расчетах п. 5.9 Общих условий учитываются путем исключения из расчетов всей суммы предоставленного лизингодателем финансирования, поскольку сумма финансирования была частично погашена лизинговыми платежами до момента реализации предмета лизинга.

При таком учете встречных предоставлений сторон существенное значение имеет остаток финансирования (то есть то, что осталось неисполненным, тело кредита), сложившийся на момент расчета сальдо (момент реализации предмета лизинга, с момента реализации которого финансирование считается возвращенным (п.17 Обзора ВС РФ от 27.10.2021). Однако п. 5.9 Общих условий вместо учета суммы остатка финансирования учитывает сумму оплаты досрочного выкупа, которая определяется исходя из графика платежей на момент реализации предмета лизинга, что не допустимо.

Довод лизингодателя о том, что сумма досрочного выкупа компенсирует сумму финансирования и платы за финансирование, также не соответствует действительности. Сумма досрочного выкупа превышает остаток финансирования.

Кроме того, уплата суммы досрочного выкупа не является обязательством по Договору лизинга и определяется сторонами как отступное, размер которого может носить любой произвольный/вероятностный характер. Намерение сторон исполнить отступное при заключении договора отсутствует. Возможность прекратить свое обязательство путем

выплаты отступного является правом, а не обязанностью или обязательством лизингополучателя. Условие п. 5.9 Общих условий превращает право лизингополучателя в его обязанность.

Суд первой инстанции указал, что согласно определению Верховного Суда РФ от 16.08.2022 №305-ЭС22-7116 не подлежит применению условие договора, которое создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п. 3 - 4 ст. 1 ГК РФ), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Кроме того, несправедливость и необоснованность формулы «СПД» также подтверждается и тем, что она предполагает включение в сальдо задолженности лизингополучателя по лизинговым платежам.

Лизингодатель не вправе возлагать на лизингополучателя убытки (сумму заранее оцененных потерь/убытков), в условиях их нераскрытия, неуказания в общих условиях лизинга алгоритма их определения, а также без представления доказательств, подтверждающих их размер

Как разъяснено в постановления Пленума ВАС РФ №17, возмещению подлежат лишь те потери, которые уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем, а соглашение о возмещении потерь - должно быть явным и недвусмысленным. В случае неясности того, что устанавливает соглашение сторон - возмещение потерь или условия ответственности за неисполнение обязательства, положения статьи 406.1 ГК РФ не подлежат применению.

Возможность применения статьи 406.1 ГК РФ к договорным отношениям должна быть прямо санкционирована их сторонами, а сама норма не допускает возмещения потерь в произвольном размере, поскольку не освобождает кредитора от раскрытия доказательств, подтверждающих как факт возникновения у него соответствующих потерь, так и разумность избранного сторонами алгоритма к определению их размера.

Также установление цены сделки в предпринимательской деятельности по общему правилу в экономическом смысле предполагает формирование стоимости (цены) реализуемого имущественного блага, которая компенсирует имущественные расходы предлагающей услугу стороны (в данном случае лизингодателя), то есть по общему правилу потери лизингодателя, возникающие при ведении им собственной предпринимательской деятельности, учитываются при определении размера лизинговых платежей. Поэтому в составе уже произведенной другой стороной платы до расторжения договора затраты компании на содержание своих ресурсов не могут не покрываться (полностью или частично) (Определение от 14.11.2023 №305-ЭС23-11168).

Однако в договоре лизинга, Общих условий отсутствует указание на конкретный заранее определенный размер имущественных потерь, которые должны с безусловностью наступить у лизингодателя в случае нарушения обязательств лизингополучателем и (или) при наступлении обстоятельств, связанных с исполнением договора, риск наступления которых несет лизингополучатель.

При таких условиях применение суммы прекращения договора, оговоренной в Правилах лизинга (договор присоединения), для целей сальдирования встречных обязательств сторон может привести к произвольному получению лизинговой компанией предоставления, превышающего величину ее потерь от прекращения договора, подлежащих возмещению со стороны лизингополучателя.

В любом случае, лизингодателем не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие потери, которые уже понесены лизинговой компанией, а также подтверждающие расчет суммы финансирования и платы за него, на компенсацию которого направлен размер суммы досрочного выкупа.

В отсутствие данного обоснования учет суммы досрочного выкупа вместо суммы финансирования и платы за него с очевидностью влечет нарушение эквивалентности встречных предоставлений (определение ВС РФ от 29.09.2022 №307-ЭС22-5301).

Из положений указанных условий Договоров лизинга видно, что Общие условия носят типовой характер, они разработаны лизингодателем заранее, а лизингополучатель принял их путем присоединения.

Однако отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора (определения Верховного суда от 14.11.2023 №305-ЭС23-11168, от 10.10.2023 №305-ЭС23-12470, от 06.10.2022 №307-ЭС22-5301, от 16.08.2022 №305-ЭС22-7116, от 01.09.2022 №305-ЭС22-2207, от 01.09.2022 №305-ЭС22-2212, 27.12.2021 №305-ЭС21-17954).

Общие условия разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к Общим условиям применяются положения ст. 428 ГК РФ о договоре присоединения. В таком случае пока не доказано иное предполагается, что лизингополучатель был ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора. 

Согласно определению ВС РФ от 19.05.2022 №305-ЭС21-28851 в том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной.

Следовательно, при применении п. 5.9 Общих условий применение суммы прекращения договора, оговоренной в Общих условиях (договор присоединения), для целей сальдирования встречных обязательств сторон может привести к произвольному получению лизинговой компанией предоставления, превышающего величину ее потерь от прекращения договора, подлежащих возмещению со стороны лизингополучателя.

На основании п. 26 Обзора ВС РФ от 27.10.2021 условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу регулирования отношений сторон по Договору лизинга и является ничтожным.

В настоящем деле, поскольку предмет лизинга был возвращен лизингодателю и подлежит установлению сальдо, то начисление и взыскание задолженности по лизинговым платежам после расторжения Договора лизинга не допустимо и нарушает баланс интересов сторон.

Учет лизингодателем суммы неполученных платежей в предоставлении лизингодателя приведет к необоснованному уменьшению предоставления лизингополучателя, включающего в себя сумму выплаченных платежей. Включение суммы неполученных от лизингополучателя платежей приводит к уменьшению суммы полученных платежей, что не соответствует фактическому результату соотнесения предоставлений.

Сальдо встречных представлений является разностью между поступлениями и расходами. Размер задолженности устанавливается при сопоставлении поступлений и расходов, а не участвует в этом сопоставлении.

Также, задолженность лизингополучателя не относится ни к расходам, ни к убыткам лизингодателя. Кроме того, в составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя. Двойной учет платы за финансирование, как отдельной составляющей расчета, так и в составе долга по лизинговым платежам, влечет неосновательное обогащение лизингодателя.

Расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Указанный принцип постановления Пленума ВАС РФ №17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

В состав лизинговых платежей (п. 1 ст. 28 Закона о лизинге) входит возврат финансирования и выплата причитающегося лизингодателю дохода. Посредством уплаты лизинговых платежей лизингополучатель возвращает лизингодателю предоставленное финансирование (возмещает закупочную стоимость предмета лизинга и иные связанные с его приобретением расходы) и вносит плату за финансирование (проценты), даже если в конкретном договоре названные составляющие лизинговых платежей не выделены отдельно.

Таким образом, компания, опираясь на п. 5.9 Общих условий, по сути потребовала от лизингополучателя внесения одного и того же предоставления дважды: возврата финансирования (Ф) и внесения платы за пользование финансированием (ПФ), начисленных до дня возврата финансирования (с даты начала Договора лизинга до даты реализации предмета лизинга), а также задолженности по лизинговым платежам (Пр), в объем которой уже частично вошел как возврат финансирования, так и плата за пользованием им за соответствующие периоды.

Лизингодатель указывал, что в сальдо подлежат включению расходы на ведение дела согласно п. 5.8 Общих условий, по которому в состав показателя «Пр», используемого для расчета сальдо, включаются расходы на ведение дела вследствие расторжения Договора лизинга, определяемые в размере 1% от расходов по закупке предмета лизинга, но не более 100000 руб. Размер таких расходов считается заранее согласованным и оспариванию не подлежит.

В силу принципа свободы договора (п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 ГК РФ) и с учетом объективной сложности доказывания убытков участники экономического оборота вправе использовать различные механизмы, в том числе договориться об особенностях привлечения к гражданско-правовой ответственности, например, заранее оценить убытки на случай вероятного нарушения того или иного обязательства одной из сторон, установив своим соглашением способ определения размера убытков (ст. 15 ГК РФ) или согласовать денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, установив неустойку (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

Однако такое соглашение, как и любой гражданско-правовой договор, должно соответствовать основным началам гражданского законодательства, отдельным императивным нормам и существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, не допускающих, в частности, значимого превышения заранее согласованной суммы возмещения над возможной (предвидимой для должника) величиной имущественных потерь кредитора.

Заключение соглашения, посвященного оценке размера убытков, если оно не сводится к установлению неустойки, не исключает при последующем возникновении спора о взыскании убытков необходимости исследования судом вопроса о реальном размере убытков, определяемом в соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ.

Если величина заранее согласованных потерь (убытков) установлена в договоре в твердой сумме и должником (лизингополучателем) приводятся убедительные доводы, свидетельствующие о несоответствии этой суммы реальной величине потерь, которые могли возникнуть у кредитора (лизингодателя), на последнего переходит бремя обоснования принципов, положенных в основу оценки потерь, а также раскрытия данных, на основании которых в договоре установлена твердая величина компенсации в соответствующем размере.

Уклонение кредитора (лизинговой компании) от раскрытия указанных доказательств в силу п. 2 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ лишает его права ссылаться на заранее оцененную величину потерь (убытков), как она указана в договоре, и в этом случае доказывание размера потерь производится на общих основаниях (определения Верховного Суда РФ от 03.08.2023 №307-ЭС23-4085, от 13.04.2023 №307-ЭС22-18849).

В п. 5.8 Общих условий заранее согласован упрощенный способ определения размера убытков, которые, как предполагается, возникают у лизингодателя в связи необходимостью судебного разрешения спора с лизингополучателем.

Однако величина расходов на ведение дела в суде не имеет прямой связи с размером финансирования, предоставленного лизингополучателю. 

То есть имеется видимое противоречие между характером убытков и закрепленным в п. 5.8 Общих условий способом определения их размера.

В данном случае лизингодатель не представил пояснений относительно разумности спорного договорного условия, как и доказательства, подтверждающие размер потерь, которые могут возникнуть у него в связи с проведением судебной работы.

Суд первой инстанции указал, что включение в расчет сальдо штрафа за уступку права требования является незаконным.

На момент заключения Договора цессии отношения между лизингодателем и лизингополучателем в рамках Договоров лизинга прекращены в связи с расторжением ООО «Каркаде» Договоров лизинга.

Согласно п. 3 ст. 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

По смыслу данной правовой нормы, уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности. В настоящем случае уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с осуществлением сторонами по Договору лизинга предпринимательской деятельности, что в силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по Договору лизинга, из которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.

На основании п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее - постановление Пленума ВС РФ №54) уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (п. 3 ст. 388 ГК РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

Таким образом, согласно указанным разъяснениям, лишь в случае, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ), доказательств чему истцом не предоставлено.

Истцом не представлено правовых обоснований, в связи с чем, личность кредитора при расчете сальдо встречных обязательств по Договору лизинга имеет для него существенное значение (п.2 ст.388 ГК РФ), учитывая что фактически договорные обязательства прекратились расторжением.

Условие договора, предусматривающее изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам в сальдо встречных предоставлений, позволяет лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и заведомо получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении.

При заключении Договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора, так как Общие условия лизинга разработаны лизинговой компанией и носят типовой характер.

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось только формальным, и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом (п.3 ст.4 ГК РФ) требования разумности и добросовестности поведения.

Поскольку заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускается, следует вывод о недействительности (ничтожности) спорного условия договора и его неприменения при разрешении спора.

Условия Договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении Договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ (п.28 Обзора ВС РФ от 27.10.2021).

При таких данных суд первой инстанции пришел к выводу, что положение п.6.7 (п.2.2.17, п.3.5) Общих условий договоров лизинга является ничтожным.

Цена предметов лизинга по договорам лизинга №30338/2021 и №30339/2021 определены судом на основании судебной экспертизы. 

Суд первой инстанции указал, что при реализации предметов лизинга лизингодатель действовал неразумно, поскольку торги не проводились, имущество реализовано по непрозрачной процедуре аффилированной компании ООО «Каркаде-Сервис».

Истцами по встречному иску заявлено ходатайство об уменьшении пени за просрочку оплаты лизинговых платежей в соответствии со ст.333 ГК РФ в связи с её несоразмерным характером последствиям нарушения обязательства, которое подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 №263-О указал, что задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности. Суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестанет быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п. п. 1, 2 ст. 333 ГК РФ).

В информационном письме от 14.07.1997 №17 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и др.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии со ст.71 АПК РФ.

В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом обстоятельств спора и взаимоотношений сторон. Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда по существу возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Неустойка подлежит снижению ввиду её чрезвычайно завышенного характера (164,25% годовых (0,45% в день)).

Уменьшая размер подлежащей взысканию неустойки, суд учитывает баланс интересов сторон, компенсационный характер неустойки и размер основного обязательства, принцип соразмерности начисленной неустойки последствиям неисполнения обязательств ответчиком и длительность периода начисления неустойки, а также то обстоятельство, что неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств и мера имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, по смыслу ст. 12, 330, 332, 394 ГК РФ, исключительно направлена на стимулирование своевременного исполнения обязательств, позволяя значительно снизить вероятность нарушения прав кредитора, предупредить нарушение, и, следовательно, неустойка не должна служить средством обогащения кредитора.

На основании изложенного суд первой инстанции посчитал, что размер начисленной неустойки за просрочку оплаты лизинговых платежей подлежит снижению, по ставке 0,1% в день, и составляет 3283,86 руб. по Договору лизинга №30338/2021 и 3283,86 руб. по Договору лизинга №30339/2021.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что требования по встречному иску являются арифметически и методологически верными, учитывающие актуальную судебную практику по данной категории споров.

По этим основания суд первой инстанции удовлетворении заявленные требования по встречному иску и отказе в удовлетворении требований первоначального иска 

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, Девятый арбитражный апелляционный суд принимает во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и не могут являться основанием к отмене судебного акта.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции полным и надлежащим образом оценил все представленные сторонами доводы и доказательства при расчете сальдо. Суд первой инстанции также, действуя в соответствии с принципом состязательности, исходил из предпринятых сторонами процессуальных действий и представленных доказательств. Судом верно применены закупочная цена с учетом условий Договора лизинга, а также внесенные лизинговые платежи. Кроме того, сам лизингодатель в суде первой инстанции не выражал несогласие с указанными параметрами и расчетами лизингополучателя в части данных параметров.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС23-8962 от 18.10.2023 указано по аналогичному делу с ООО «Каркаде» при рассмотрении аналогичного вопроса указал, что величина расходов на ведение дела в суде, на первый взгляд, не имеет прямой связи с размером финансирования, предоставленного лизингополучателю. То есть имеется видимое противоречие между характером убытков и закрепленным в пункте 5.8 Общих условий способом определения их размера.

В ходе рассмотрения дела компания не представила пояснения относительно разумности спорного договорного условия, как и доказательства, подтверждающие ориентировочный размер потерь, которые могут возникнуть у нее в связи с проведением судебной работы.

Вместе с тем включение в договор положений, приводящих к уменьшению предоставления лизингополучателя за сам факт его обращения за судебной защитой, и в действительности не направленных на компенсацию имущественных потерь лизингодателя, не может быть признано допустимым.

В силу принципа свободы договора (п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 ГК РФ) и с учетом объективной сложности доказывания убытков участники экономического оборота вправе использовать различные механизмы, в том числе договориться об особенностях привлечения к гражданско-правовой ответственности, например, заранее оценить убытки на случай вероятного нарушения того или иного обязательства одной из сторон, установив своим соглашением способ определения размера убытков (ст. 15 ГК РФ) или согласовать денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, установив неустойку (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

Однако такое соглашение, как и любой гражданско-правовой договор, должно соответствовать основным началам гражданского законодательства, отдельным императивным нормам и существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, не допускающих, в частности, значимого превышения заранее согласованной суммы возмещения над возможной (предвидимой для должника) величиной имущественных потерь кредитора.

Заключение соглашения, посвященного оценке размера убытков, если оно не сводится к установлению неустойки, не исключает при последующем возникновении спора о взыскании убытков необходимости исследования судом вопроса о реальном размере убытков, определяемом в соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ.

Если величина заранее согласованных потерь (убытков) установлена в договоре в твердой сумме и должником (Лизингополучателем) приводятся убедительные доводы, свидетельствующие о несоответствии этой суммы реальной величине потерь, которые могли возникнуть у кредитора (лизингодателя), на последнего переходит бремя обоснования принципов, положенных в основу оценки потерь, а также раскрытия данных, на основании которых в договоре установлена твердая величина компенсации в соответствующем размере.

Уклонение кредитора (Лизинговой компании) от раскрытия указанных доказательств в силу п. 2 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ лишает его права ссылаться на заранее оцененную величину потерь (убытков), как она указана в договоре, и в этом случае доказывание размера потерь производится на общих основаниях (определения от 03.08.2023 № 307-ЭС23-4085, от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849).

В данном случае в п. 5.8 Общих условий заранее согласован упрощенный способ определения размера убытков, которые, как предполагается, возникают у Лизингодателя в связи необходимостью судебного разрешения спора с лизингополучателем.

Однако величина расходов на ведение дела в суде не имеет прямой связи с размером финансирования, предоставленного Лизингополучателю. То есть имеется видимое противоречие между характером убытков и закрепленным в п. 5.8 Общих условий способом определения их размера.

В настоящем деле Лизингодатель не представил пояснений относительно разумности спорного договорного условия, как не привел ни одного доказательства, подтверждающего заявляемые им убытки: якобы на процесс сопровождения действий процесса расторжения, оценку неких трудозатрат и т.п. Каких-либо надлежащих документов, обосновывающие данные расходы, подтверждающие их несение, действительность их несения, Ответчик не представил, за исключением своих рассуждений, в т.ч. штатное расписание также не предоставлено. При этом интересы Лизингодателя представляют штатные юристы Каркаде.

Вместе с тем включение в договор положений, приводящих к уменьшению предоставления лизингополучателя за сам факт его обращения за судебной защитой, и в действительности не направленных на компенсацию имущественных потерь лизингодателя, не может быть признано допустимым.

Таким образом, в любом случае является необоснованным включение в сальдо расходов на ведение дела, на что было верно указано судом первой инстанции.

Суд первой инстанции правомерно не включил в расчет сальдо штраф за уступку права требования, поскольку права и законные интересы лизингодателя совершенной уступкой не нарушаются. Лизингодатель обязан вернуть неосновательное обогащение любому кредитору. Для должника не имеет значения, кому выплачивать денежные средства (на какой расчетный счет, при этом это будет делать в любом случае Банк по предъявлению исполнительного листа).

Судом первой инстанции исследованы обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела, дана надлежащая оценка доводам сторон и имеющимся в деле доказательствам.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права арбитражным апелляционным судом не установлено. И у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь ст.ст. 110, 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 АПК РФ, суд - 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Заменить по встречному иску ООО "Гиперстрой" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) на ООО «Бренд» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

Решение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2023 по делу №А40-260898/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                  О.В. Савенков

 

Судьи:                                                                                             А.В. Бондарев

 

Н.И. Панкратова