1275/2023-178345(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-46173/2021

02 ноября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/общ.  Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2023 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Тойвонена И.Ю. судей Сотова И.В., Юркова И.В. 

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,  при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 25.08.2021, от иных лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-30306/2023) ФИО2, ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга  и Ленинградской области от 25.07.2023 по обособленному спору № А56-46173/2021  (судья Боканова М.Ю.), принятое по заявлению финансового управляющего  имуществом должника о признании долга ФИО2 и ФИО4 перед ФИО5 совместным  долгом супругов, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,  

установил:

ФИО5 27.05.2021 обратился в Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании  ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда первой инстанции от 04.06.2021 заявление ФИО5 принято к производству.  

Определением суда первой инстанции от 24.01.2022 заявление ФИО5 признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура  реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6.  

Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина  опубликованы в газете «Коммерсантъ» 05.02.2022 № 21.  

Решением арбитражного суда от 02.06.2022, резолютивная часть которого  оглашена 26.05.2022, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в  отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым  управляющим должника утвержден ФИО6  

Сведения о введении процедуры реализации имущества гражданина  опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 107 от 18.06.2022.  

Определением суда первой инстанции от 23.03.2023, резолютивная часть  которого оглашена 16.03.2023, арбитражный управляющий ФИО6  освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. В должности  финансового управляющего по делу № А56-46173/2021 утвержден ФИО6.  

В арбитражный суд первой инстанции поступило заявление финансового  управляющего, в котором просит: признать долг ФИО2 и  ФИО4 перед ФИО5  совместным долгом супругов, привлечь ФИО4 к солидарной ответственности.  

Определением суда первой инстанции от 25.07.2023 задолженность ФИО2 перед ФИО5, включенная в реестр требований кредиторов  должника, признана общим обязательством супругов - ФИО2 и ФИО4  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 и ФИО4  обратились с апелляционной жалобой, в которой просят обжалуемое определение  отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. В обоснование  указывают, что у финансового управляющего отсутствует право на обращение с  заявлением о признании долга должника общим обязательством. Отметили, что  кредитор ранее воспользовался своим правом по обращению взыскания с супруги  должника, однако отказался от указанного требования. Полагают, что поданное  заявление направлено на пересмотр решения суда общей юрисдикции. Также  отметили, что суд первой инстанции необоснованно не приостановил производство  по настоящему обособленному спору до рассмотрения заявления о пересмотре по  вновь открывшимся обстоятельствам решения Приморского суда Санкт-Петербурга  от 17.08.2018 по делу № 2-1324/2018, которым подтверждается задолженность  должника перед ФИО5 По мнению подателей апелляционной жалобы,  суд вышел за пределы своих полномочий, поскольку удовлетворил требования,  которые заявителем не предъявлялись. По существу указали, что вывод суда  первой инстанции о согласии ФИО4 на получение ФИО2 денежных  средств от ФИО5 и направления указанных денежных средств на  семейные нужды не обоснован и не подтвержден материалами дела.  

От финансового управляющего и ФИО5 поступили отзывы, в  которых они просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы,  изложенные в апелляционной жалобе.  

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное  заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело  рассмотрено в их отсутствие.  

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном  порядке.  

Как следует из материалов обособленного спора, задолженность должника  перед кредитором ФИО5 возникла в связи с перечислением последним  на счет ФИО2 денежных средств в следующие периоды: 03.04.2012 –  1 000 000 руб., 25.04.2012 – 1 000 000 руб., 10.05.2012 – 500 000 руб., 22.05.2012 –  

500 000 руб., тогда как Сухин А.А. 29.04.2015 в счет невозвращенных Дмитриеву  А.Ф. денежных средств перечислил на счет кредитора только 40 000 руб.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО5 с исковым заявлением о взыскании задолженности с ФИО2  

Решением Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от  17.08.2018 по делу № 2-1324/18 с ФИО2 в пользу ФИО5 взыскано 2  960 000 руб. неосновательного обогащения, 23 000 руб. расходов по уплате  государственной пошлины.  

Решением Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от  31.08.2020 по делу № 2-2054/20 с ФИО2 в пользу ФИО5 взыскано  904 854, 12 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.  

Определением суда первой инстанции от 24.01.2022 требование ФИО5 в размере 3 887 854, 12 руб. признано обоснованным и подлежащим  включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2  

Полагая, что возврат заемных средств является общим обязательством  супругов ФИО2 и ФИО4 перед кредитором ФИО5, поскольку  денежные средства занимались у кредитора на открытие стоматологической  клиники - ООО «Алви», в которой учредителями являются ФИО2 и жена  кредитора – ФИО7, тогда как ФИО4 являлась главным врачом, а  также, денежные средства, полученные супругами от кредитора, были также  израсходованы на первоначальный взнос по договору ипотеки и ремонт квартиры, в  которой супруги проживают по настоящий момент, на приобретение автомобилей и  моторной лодки, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым заявлением, уточненным его представителем в ходе судебного  заседания 13.07.2023 (в части отказа от заявления о привлечении супруги должника  к солидарной ответственности).  

Суд первой инстанции, установив, что полученные от кредитора денежные  средства были использованы супругами на развитие семейного бизнеса,  удовлетворил заявленные требования.  

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной  жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения  судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого  определения.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х названного  Закона, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом  2 главы XI Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все  имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о  признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и  выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения,  составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3  настоящей статьи.  

В соответствии с разъяснениями пункта 6 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 «О некоторых вопросах,  связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в  делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление N 48) в деле о банкротстве  гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам  самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Погашение  этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке.  Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по  текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости  общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства,  приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение  требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а  оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому  супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.  

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в  деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования  (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о  банкротстве).  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 323 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ) солидарные должники остаются обязанными  до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Поэтому само по себе  распределение общих долгов супругов между ними в соответствии с положениями  пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ),  произведенное без согласия кредитора, не изменяет солидарную обязанность  супругов перед таким кредитором по погашению общей задолженности. Указанная  норма Семейного кодекса Российской Федерации регулирует внутренние  взаимоотношения супругов, не затрагивая имущественную сферу кредитора.  

Так, в частности, супруги должны добросовестно исполнять обязательства  перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов  (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). В случае нарушения данной обязанности кредитор вправе  потребовать исполнения обязательства без учета произошедшего распределения  общих долгов, при этом супруг, исполнивший солидарную обязанность в размере,  превышающем его долю, определенную в соответствии с условиями распределения  общих долгов, имеет право регрессного требования к другому супругу в пределах  исполненного за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2  статьи 325 ГК РФ).  

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или  совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может  быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2  статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.  

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ, пунктом 2 статьи 253 ГК РФ установлена  презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим  имуществом.  

Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае  возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами,  действующее законодательство не содержит.  

Напротив, в силу пункта 1 статьи 45 СК РФ, предусматривающего, что по  обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на  

имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов  собственных обязательств.  

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или  совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может  быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2  статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 2 статьи 34 СК РФ к имуществу, нажитому супругами во  время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от  трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов  интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные  денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы  материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с  утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и  другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих  доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли  в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие  организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество  независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или  кем из супругов внесены денежные средства.  

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу  супругов), согласно пункту 2 статьи 34 СК РФ относятся, в том числе доходы каждого  из супругов от предпринимательской деятельности.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам  статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции правильно установил, что обязательства  ФИО2 перед ФИО5 возникли в период брака с ФИО4,  которая знала обо всех обязательствах ФИО2 перед кредитором, поскольку  фактически дала согласие на получение должником денежных средств на развитие  совместного бизнеса (стоматологической клиники), в котором сама занимала  должность главного врача, а также способствовала исполнению обязательств  ФИО2 перед ФИО5, предлагая варианты погашения имеющейся  задолженности, в частности, договаривалась о передаче предприятия в зачет  требований кредитора.  

У коллегии отсутствуют основания для несогласия с данным выводом суда  первой инстанции, поскольку фактические обстоятельства и представленные в дело  доказательства очевидно свидетельствуют об осведомленности супруги должника и  об одобрении совершенной супругом сделки, и в рамках апелляционного  обжалования данный вывод суда апеллянтом не опровергнут.  

Проанализировав представленные в дело доказательства с позиций  вышеприведенных норм, коллегия считает, что обязательство перед ФИО5 по займу денежных средств возникло по инициативе обоих супругов, которые,  получая заемные денежные средства, преследовали общие цели для развития  бизнеса, доходы от которого являлись единственным источником семейного дохода  должника и его супруги, поскольку получения денежных средств из иных трудовых  правоотношений на момент принятия долговых обязательств (в 2012 году), а также  в период осуществления руководством ООО «Алви», ни у ФИО2, ни у ФИО4 не имелось. Доказательств обратного в материалы спора не представлено.  

Указанное свидетельствует об устойчивой общности семейного бюджета при  обоюдном волеизъявлении супругов, непосредственно направленном на получение  заемных денежных средств на осуществление предпринимательской деятельности  и получения доходов в интересах их семьи, что свидетельствует об общем  характере обязательств супругов (Определение Верховного Суда РФ от 07.06.2023  

N 303-ЭС22-27207(3) по делу N А51-2681/2020, Верховного Суда РФ от 08.09.2021 N  306-ЭС21-15254 по делу N А55-7739/2018).  

Установленные судом первой инстанции обстоятельства в рамках  апелляционного обжалования супругами документально не опровергнуты.  

Возражая против представленной в материалы спора переписки между  ФИО4 и ФИО5, каких-либо доказательств, опровергающих  приведенные в ней обстоятельства, не представляют, о фальсификации и  проведении судебной экспертизы не заявляют, как и не опровергают  принадлежности e-mail адресов участникам настоящего спора. Кроме того,  указанная переписка была представлена в материалы дела в электронном виде  именно представителем ФИО2 - ФИО3 в качестве доказательства  «инвестиционного вклада ФИО5», следовательно, оснований для  признания содержащейся в ней информации недействительной, у судебной  коллегии не имеется.  

Между тем, из указанной переписки следует, что ФИО4 знала и вела  расчет по заемным обязательствам перед ФИО5, который, совместно со  своей женой, имеющей 50% доли в ООО «Алви», фактически уклонились от  руководства стоматологической клиникой, тогда как сама ФИО4 получала  заработную плату за осуществление функций главного врача. Кроме того, из  составленной ФИО4 таблицы прямо следует, что в бизнес вкладывались  полученные от ФИО5 денежные средства в размере 3 200 000 руб., а  также от ФИО2 и ФИО4 в размере 400 000 руб.  

Судом первой инстанции также принято во внимание, что ФИО4 в своих  пояснениях (как и в апелляционной жалобе) указывает, что денежные средства  полученные должником, являлись инвестиционным вкладом в создание совместного  бизнеса (стоматологической клиники) с супругами Дмитриевыми А.Ф., которые  впоследствии уклонились от совершения каких-либо управленческих решений,  оставив предприятие в управлении супругов ФИО2 и ФИО4,  следовательно, не имели цели в получении прибыли от указанной деятельности,  при том, что супруга ФИО8 за весь период существования стоматологической  клиники не получала дивидендов от указанной предпринимательской деятельности,  то есть фактически являлась гарантом возврата денежных средств, получив 50%  доли в клинике.  

При этом ФИО2 к моменту займа денежных средств у ФИО5  исходя из сведений регистрирующих органов был не трудоустроен, имел  задолженность по налогам, иной прибыли не получал, какое-либо имущество  отсутствовало, очевидно, что денежные средства, переданные супругам в качестве  займа, могли быть возвращены только ФИО4 с ее прибыли от  предпринимательской (стоматологической) деятельности, которая также шла на  погашение семейных нужд, поскольку сведений о трудоустройстве ФИО2 и  после совершения сделки суду не представлено.  

Необходимо обратить внимание и на то обстоятельство, что  стоматологическая клиника, ООО «Алви» (ИНН 

<

***>), на открытие которой  по инициативе ФИО4 у ФИО5 занимались денежные средства и  речь о которой идет в электронной переписке между сторонами по делу,  зарегистрирована 05.04.2012, то есть в тот период, когда ФИО5 начал  осуществлять ФИО2 денежные переводы-займы, установленные решением  Приморского суда Санкт-Петербурга от 17.08.2018 № 2-1324/2018.  

Доказательства, повергающие указанные выше обстоятельства, в материалы  спора не представлены.  

Апелляционный суд принимает во внимание, что исходя из специфики дел о  банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности  средств, а также между кредиторами и супругом должника, не желающим отвечать  по обязательству, стороной которого он предположительно является; конкуренция  кредиторов; высокая вероятность злоупотребления правом) и объективной  сложности получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств,  должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой  косвенных доказательств.  

Судебной практикой сформирован подход о справедливом распределении  судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Бремя  доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая  имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей  рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие  доказательства в обоснование своих требований и возражений.  

При этом следует учитывать, что конкурсные кредиторы и финансовый  управляющий ограничены в процессе доказывания обстоятельств наличия  совместных обязательств супругов, равно как и в возможности доказать расход  денежных средств последними непосредственно на нужды семьи, предусмотренные  положениями семейного законодательства.  

Если конкурсный кредитор либо финансовый управляющий приводит  достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные  свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его  аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65  АПК РФ бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на  супругов.  

Является очевидным, что супруги не заинтересованы в том, чтобы  обязательство, оформленное на одного из них, было признано общим, поскольку  это увеличит объем ответственности того супруга, который не был стороной  договора. Поэтому они не заинтересованы и в том, чтобы оказывать кредитору  содействие и представлять доказательства того, что все полученное по  обязательству потрачено на нужды семьи.  

В свою очередь, возражая против вывода суда и доводов кредитора и  финансового управляющего о расходовании полученных от кредитора денежных  средств на нужды семьи, должник и его супруга не опровергли данные сведения и  не представили доказательств того, что полученные от конкурсного кредитора  денежные средства были истрачены должником не на нужды семьи, а на иные цели,  не связанные с институтом брака.  

Приняв во внимание отсутствие сведений об объективном расхождении  целей и интересов супругов, применив указанные выше нормы права, суд первой  инстанции пришел к правильному выводу о том, что обязательство перед  ФИО5 является общим обязательством супругов ФИО2 и ФИО4, поскольку возникло по инициативе обоих супругов, что подтверждается  фактическими обстоятельствами дела и представленными в материалы дела  доказательствами.  

Ссылка апеллянтов на нарушение судом норм процессуального права,  выразившееся в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о  приостановлении производства по делу в связи с пересмотром решения  Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 17.08.2018 по гражданскому делу   № 2-1324/2018 по вновь открывшимся обстоятельствам, отклоняется судом  апелляционной инстанции. Судебная коллегия принимает во внимание, что  указанный пересмотр инициирован по заявлению должника, имеющего претензии по  

размеру задолженности, но не исключающего вовсе ее наличия. При этом в случае  пересмотра судебного акта, на основании которого кредитор был включен в реестр,  должник и иные заинтересованные лица вправе обратиться с соответствующим  ходатайством в порядке главы 37 АПК РФ и пересмотреть как определение о  включении требования в реестр, так и вынесенные судебные акты во всех  сопутствующих обособленных спорах.  

Довод об отсутствии у финансового управляющего права на подачу  заявления о признании требования кредитора общим обязательством супругов  опровергается судебной практикой (постановление Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 18.05.2022 N 08АП-2786/2022, постановление  Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.03.2023 N Ф08-1546/2023 по  делу N А32-44159/2017, постановление Арбитражного суда Северо-Западного  округа от 07.05.2023 N Ф07-3798/2023 по делу N А13-10978/2018 и т.д.). При этом  сам кредитор поддержал позицию финансового управляющего в суде первой  инстанции, представив подробные пояснения о фактических взаимоотношениях  сторон.  

Также апелляционный суд принимает во внимание, что ранее имевший место  отказ кредитора ФИО5 от взыскания долга с ФИО4 в Приморском  районном суде г. Санкт-Петербурга по делу № 2-1324/2018 не отменяет право  кредитора и финансового управляющего на подачу заявления о признании долга  общим, учитывая вступившее в силу решение о признании брачного договора  недействительным. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не  ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего  арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой  кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим  обязательством супругов (пункт 6 Постановления № 48).  

Кроме того, подателями апелляционной жалобы заявлено о том, что суд  первой инстанции вышел за пределы своих полномочий, поскольку рассмотрел  уточненные требования заявителя, не направленные в адрес заинтересованных  лиц.  

Отклоняя указанный довод, судебная коллегия принимает во внимание, что  финансовый управляющий в судебном заседании 13.07.2023 устно заявил об  уточнении требований, отказавшись в пользу ФИО4 от требования по  привлечению ее к солидарной ответственности, следовательно, ее права и  законные интересы указанным действием нарушены не были.  

Апелляционный суд также считает, что неизвещение ответчика об уточнении  исковых требований (в данном случае при уменьшении требований) в данном  случае, учитывая обстоятельства дела и обоснованность требований  управляющего, не привели к принятию неправильного решения и не относятся к  основаниям для безусловной отмены решения суда первой инстанции.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает  оснований для отмены обжалуемого определения, апелляционная жалоба  удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ,  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 25.07.2023 по делу № А56-46173/2021/общ. оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  Судьи И.В. Сотов  

 И.В. Юрков