ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-5367/2019

г. Вологда

23 июня 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2020 года.

В полном объеме постановление изготовлено 23 июня 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Зайцевой А.Я., судей Зориной Ю.В. и Шадриной А.Н. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Вологодской области от 12 февраля 2020 года по делу № А13-5367/2019,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (адрес: Санкт-Петербург; ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304352810700502; далее – ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд Вологодской области с иском к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании  1 208 647 руб. 36 коп. убытков.

Определением от 17.06.2019 по инициативе суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: бывшие конкурсные кредиторы общества с ограниченной ответственностью «Агрокомбинат Вологодский» (далее – Комбинат):  ФИО4 (арбитражный управляющий, исполнявший обязанности конкурсного управляющего Комбинат); общество с ограниченной ответственностью «Энтерпром» (адрес: 162600, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - Общество); Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области (адрес: 162608, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - Инспекция); ФИО5 – конкурсный кредитор; индивидуальный предприниматель ФИО6 – конкурсный кредитор Комбината (ИНН 

<

***>,                                       ОГРНИП 304352818000195, далее - ИП ФИО6).

Определением от 19.08.2019  удовлетворено заявление ФИО6 о присоединении его требования о взыскании убытков    в размере 333 841 руб. 54 коп. к заявлению ИП ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, в связи с этим его процессуальное положение третьего лица изменено,  он привлечен к участию в деле в качестве соистца, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Центр технического обслуживания «ДАША» (адрес: 162603, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - Центр).

Решением суда от 12.02.2020 (с учетом определения от 16.03.2020 об исправлении опечатки)  иски удовлетворены.

ФИО2 с решением суда не согласилась, в апелляционной жалобе просила его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Доводы подателя жалобы сводятся к следующему. Центр представил в суд сведения о взаимоотношениях Комбината за период с 2015 года, об отчужденном оборудовании, о происхождении оборудования, товарные накладные, договор поставки оборудование по счету от 05.06.2015 № УТ 2062. Суд необоснованно отклонил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц контрагентов Комбината: ФИО7 и ФИО8, истребовании у них подлинников договоров, актов, первичных бухгалтерских документов за период с 2015 по 2016 год, заключенных с Комбинатом. Решение суда затронет права и обязанности упомянутых лиц в случае оспаривания договоров оказания услуг или оплат по ним, поскольку предметом заявленного иска являются, в том числе, суммы, перечисленные указанным лицам. В нарушение подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ), пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 6/8) в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что отсутствие документации повлекло затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы и истребовании дебиторской задолженности, не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Изначально должник работал по не завышенным показателям, но в 4 квартале 2016 года его деятельность приобрела убыточный характер, появились признаки неплатежеспособности, по состоянию на 31.12.2016 выявлен скачок всех показателей. Изменение показателей произошло из-за увеличения убытков и кредиторской задолженности. Признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено. В нарушение пункта 3 статьи 61.14, пункта 1 статьи 61.20 Закона № 127-ФЗ заявителями не представлено доказательств того, что после завершения процедуры банкротства им стало известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, данные требования они имели возможность своевременно заявить в рамках дела о банкротстве, активно участвовали в процедуре банкротства, включили свои требования в реестр требований кредиторов должника. Поскольку процедура банкротства завершена, необходимость хранить документацию, доказательства реальности хозяйственной деятельности, оплат по договорам представлены в виде пояснений от контрагентов, запросов контрагентам (на дату заседания часть ответов не поступила) отпала. ФИО2 восстановила часть документации: бухгалтерские документы, копии расходных кассовых ордеров о выдаче наличных денежных средств ФИО7, ФИО8, копии договоров с ФИО7, с ФИО8, относительно представленных чеков Сбербанк онлайн дала пояснения, кому, за что и какие суммы переводились. Часть оригиналов документов, подтверждающих расходование денежных средств на хозяйственные нужды Комбината, представлена в судебном заседании. Все авансовые отчеты с подтверждающими документами предоставлены суду. ФИО2 приняла меры для погашения кредиторской задолженности, поскольку денежные средства для оплаты задолженности Комбината отсутствовали, всем кредиторам предлагалось имущество в счет погашения задолженности, конкретному кредитору предпочтение не отдавалось, однако на принятие имущества согласилось только закрытое акционерное общество МТЦ «Северо-Запад».

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения жалобы, представителей в суд не направили. От ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении дела без участия ее представителя. 

В связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в порядке, предусмотренном статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, приведенные в жалобе, апелляционная инстанция считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Вологодской области от 18.10.2016 по делу № А13-12013/2016 удовлетворен иск ИП ФИО3, в его пользу с Комбината взыскано 1 183 809 руб.                    36 коп. долга, составляющего стоимость поставленного в июне-июле 2016 года товара, и 213 796 руб. 35 коп. неустойки за просрочку его оплаты, кроме того суд взыскал в пользу истца 24 838 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Общая сумма взыскания составила 1 208 647 руб. 36 коп.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 31.01.2017 по делу № А13-17236/2016 принято заявление о признании Комбината несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 29.09.2017 по делу № А13-17236/2016 Комбинат признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначен ФИО4.

Определением суда  от 29.12.2017 по делу № А13-17236/2016 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра кредиторов данного должника требования ИП ФИО3 в размере 1 208 647 руб. 36 коп., а определением от 16.02.2018 – требования ИПП ФИО6 в размере     333 841 руб. 54 коп.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 08.10.2018 по делу № А13-17236/2016 завершено конкурсное производство в отношении Комбината, в котором указано, что требования кредиторов третьей очереди на                     2 101 432 руб. 89 коп., не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считать погашенными. Представленный конкурсным управляющим в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) реестр требований кредиторов свидетельствует о том, что требования кредиторов 1 и 2 очереди отсутствовали, требования четырех кредиторов, в том числе                        ИП ФИО3 и ИП ФИО6, остались непогашенными. В таблице № 13 реестра конкурсный управляющий отразил сведения, что погашения или частичного погашения требований кредиторов не производилось.

На основании судебного акта 28.11.2018 Комбинат исключен из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

Как указано в исковых заявлениях, ответчик, как руководитель Комбината, знал о наличии перед истцами долга, не приняла мер по его погашению, в момент совершения сделок и получения товара знал, что возглавляемый им Комбинат уже находится в стоянии неплатежеспособности, но не поставил ИП ФИО3 и ИП ФИО6 в известность об этом, на протяжении двух лет неоднократно получала наличные денежные средства Комбината, на общую сумму более  4 000 000 руб., но не представила бухгалтерской отчетности об их использовании, в результате таких  действий и бездействий Комбинат стал несостоятельным (банкротом) и не смог рассчитаться с ИП ФИО3 и ИП ФИО6 за поставленный товар.

Считая, что  убытки причинены по вине ответчика, как бывшего  руководителя Комбината, истцы обратились в арбитражный суд с настоящими исками.

Рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции признал их обоснованными по праву и размеру, удовлетворил иски.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены или изменения решения суда.

В соответствии с пунктами пункте 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленум № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона № 127-ФЗ, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ предусмотрено, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно статье 61.10 Закона № 127-ФЗ, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Из материалов дела видно, что с момента основания 07.05.2015 Комбината ответчик  являлся его генеральным директором. 

При этом 26.12.2016, то есть через полтора года с момента создания, принято решение о ликвидации Комбината. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона № 127-ФЗ правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона № 127-ФЗ, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Как правильно указал суд первой инстанции, поскольку требования ИП ФИО3 и ИП ФИО6 в заявленных ими размерах включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника и на момент исключения должника из ЕГРЮЛ остались не погашенными, они обладают правом на предъявление требований о привлечении бывшего генерального директора к субсидиарной ответственности по обязательствам Комбината. 

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ предусмотрены обстоятельства – презумпции, при которых, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица. 

К таким обстоятельствам относятся, в частности, следующие: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона № 127-ФЗ; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате этого существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в ЕГРЮЛ на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Как правильно установил суд первой инстанции, при рассмотрении арбитражным судом дела о несостоятельности (банкротстве) Комбинат не передал конкурсному управляющему ни бухгалтерской документации, ни иной отчетности о деятельности должника.

Определением от 31.05.2018  по делу № А13-17236/2016  суд удовлетворил требование конкурсного управляющего ФИО4 о возложении на ФИО2 обязанности передать конкурсному управляющему Комбината следующие документы о его деятельности, материальные и иные ценности за период с 07.05.2015: сведения о балансовой стоимости активов должника, отраженных в бухгалтерском балансе на отчетную дату, предшествующую принятию судом заявления о признании должника банкротом; документы, материальные и иные ценности в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона № 127-ФЗ; договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника, изменение структуры активов, увеличение или уменьшение кредиторской задолженности, и иные документы о финансово-хозяйственной деятельности должника; сведения, содержащие состав органов управления должника, а также о лицах, имеющих право давать обязательные для должника указания либо возможность иным образом определять его действия; сведения об имуществе должника, а также перечень имущества должника, приобретенного и/или отчужденного; сведения о дебиторах с указанием ИНН, юридического адреса и названия фирмы-дебитора; с приложением основания образования дебиторской задолженности и иных данных (договора поставки, оказания услуг, акта/товарных накладных, счета/счета-фактуры, переписки, уступка прав требования, перевод долга, транспортных сопроводительных документов, аренды транспорта и др.); акты сверок по дебиторской задолженности; в случае если производилась оплата дебиторской задолженности - данные (документы) по оплате; сведения о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами с указанием раздельно размеров основной задолженности, штрафов, пеней и иных финансовых (экономических) санкций; сведения о кредиторах должника с указанием размера основной задолженности, штрафов, пеней и иных финансовых (экономических) санкций за ненадлежащее выполнение обязательств по каждому кредитору и срока наступления их исполнения, а также копии договоров; сведения (документы) по оценке бизнеса, имущества должника, аудиторских заключениях, протоколах, заключениях и отчетах ревизионной комиссии, протоколов органов управления должника; сведения об аффилированных лицах должника; сведения о судебных процессах должника (с указанием номера дела, участников процесса, предмет и основание спора, результат рассмотрения); сведения о налоговых проверках должника (с приложением протоколов и иных документов по результатам проверок, исследуемых документов); заключенные должником договоры имущественного страхования, в частности, риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества, риск ответственности по обязательствам, риск убытков от предпринимательской деятельности; сведения с расшифровкой по строкам баланса должника, на отчетные даты: основные средства (из чего состоят и где находятся); доходные вложения в материальные ценности; долгосрочные финансовые вложения; незавершенное строительство;  запасы, сырье и готовая продукция (из чего состоят и где находятся); сведения о том, что является ли должник субъектом внешнеэкономической деятельности, включен ли должник в реестр лиц, осуществляющих деятельность в области таможенного дела, о внешнеэкономических сделках, которые были заключены должником, осуществлял ли должник декларирование товаров и (или) транспортных средств, наименование, количественные и качественные характеристики данных товаров, предварительную информацию о месте и времени прибытия товаров и (или) транспортных средств, принадлежащих должнику, о нахождении товаров и (или) транспортных средств, принадлежащих должнику, на таможенных складах временного хранения, в иных местах, определенных в соответствии с законодательством для хранения ввозимых, вывозимых товаров и (или) транспортных средств, о поступлениях сумм таможенных платежей (пошлин, налогов, акцизов) на счета таможенных органов от должника, о способах поступления и счетах, с которых данные суммы поступили, излишне уплаченных суммах, об авансовых перечислениях сумм таможенных платежей (пошлин, налогов, акцизов) на счета таможенных органов от должника, о способах поступления и счетах, с которых данные суммы поступили; сведения о ценных бумагах (а также ценные бумаги в наличии), принадлежащих должнику, с указанием дат и оснований приобретения/отчуждения, перехода прав, порядка расчетов.

Конкурсный управляющий получил исполнительный лист на принудительное исполнение данного судебного акта.

ФИО2 судебный акт не исполнила, истребованные у нее документы конкурсному управляющему не передала.

Конкурсный управляющий провел анализ финансово-хозяйственной деятельности Комбината за период с 2015 года по 2017 год в отсутствие данных документов. 

Несмотря на то, что конкурсным управляющим сделан вывод о том, что по запрошенным им в налоговых органах документам признаков преднамеренного банкротства не выявлено, непредставление                     ФИО2 истребованных у нее документов привело к невозможности сделать полный, развернутый и мотивированный анализ хозяйственной деятельности банкрота, оспорить сделки, выйти с исками к возможным должникам и прочие действия по восстановлению платежеспособности должника или по погашению требований третьей очереди кредиторов. Конкурсный управляющий мог принять надлежащие меры по розыску имущества предприятия банкрота, по анализу совершенных им сделок в преддверии банкротства. Отсутствие не переданных ФИО2 документов не позволили ему это сделать.

Из материалов дела видно, что ФИО2 в суде первой инстанции приняла попытки восстановить бухгалтерские документы, представила копии расходных кассовых ордеров о выдаче наличных денежных средств из кассы Комбината ФИО7 за грузоперевозки и ФИО8 за подработку, копии договоров с ФИО7 на перевозку грузов, с ФИО8 на возмездное оказание услуг по изготовлению полуфабрикатов, запайке лотков, проведению дегустации, чеки Сбербанк онлайн о списании с карты (информация зашифрована) на карты иных лиц (информация также скрыта) денежных средств. Дополнительных пояснений суду, о чем свидетельствуют данные операции, не дала.

Как следует из материалов дела, поскольку ИП ФИО3 заявил о намерении сделать заявление о фальсификации всех доказательств, представленных ФИО2, и потребовал представления последней их подлинников, суд обязал ответчика представить оригиналы документов. Данное требование суда ответчиком не исполнено.

Как правильно указал суд первой инстанции, поскольку ФИО2 не представила суду подлинники документов, при их оспаривании истцами они не отвечают требованиям статей 67, 68, части 6 статьи 71  АПК РФ.

При этом суд первой инстанции установил, что согласно представленным                                     ИП ФИО3 в материалы дела банковским выпискам за 2015-2017 годы со счета Комбината на счет ответчика перечислены денежные средства с назначением платежа «перечисление подотчетной суммы» (выделено желтым). Наличные выдавались с назначением платежа: «Выдача наличных по денежному чеку. Хоз. расходы». Общая сумма обналиченных ФИО9 денежных сумм составила более 4 688 551 руб. 20 коп. Суд указал, что  исходя из назначения платежа, в эту сумму не включены денежные средства, которые выдавались ФИО2 со счета Комбината с назначением платежа: «зарплата» или «аванс», предназначенные для выдачи работникам Комбината заработной платы. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, поскольку в материалы дела не представлены авансовые отчеты о расходовании полученных ФИО2 денежных средств на 4 688 551 руб. 20 коп. или иные допустимые доказательства, данные денежные средства потрачены ей на собственные личные нужды, а не для ведения хозяйственной деятельности Комбината и расчетов с кредиторами.

Пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) определен перечень документов, которые обязано хранить общество по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества согласно пункту 2 названной статьи Закона.

В силу статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума № 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона № 127-ФЗ в отношении руководителя должника действует опровержимая презумпция того, что именно это лицо определяло действия должника (это лицо является контролирующим должника лицом).

Согласно статье 61.11 Закона № 127-ФЗ, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. К презумпции доведения до банкротства относятся причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона № 127-ФЗ.

В соответствии со статьей 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В предусмотренных ГК РФ случаях юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Аналогичные требования к руководителю общества с ограниченной ответственностью предъявляются и в статье 44 Закона № 14-ФЗ.

В силу статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Как правильно указал суд первой инстанции, в данном случае в силу своего правового статуса относительно должника  ФИО10 имела право давать обязательные для должника указания и возможность иным образом определять его действия. 

Материалами дела подтверждено, что истцам в результате действия ответчика  причинены убытки: ИП ФИО3 в размере 1 208 647 руб.               36 коп., ИП  ФИО6 в размере  333 841 руб. 54 коп. 

Суд правильно указал, что размер убытков установлен судебными актами,  в силу статьи 69 АПК РФ не нуждается в повторном доказывании.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона                            № 127-ФЗ) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. 

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличных исполнительный орган организации обязанностей заключается не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности организации, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 15201/10.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что под управлением ответчика непосредственно перед банкротством должника им совершены сделки, направленные на вывод наиболее ликвидных активов должника – денежных средств и причинение тем самым ущерба кредиторам Комбината.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. 

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В соответствии с пунктом 56 Постановления № 53 по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). 

Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. 

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона Законом № 127-ФЗ).

Как правомерно указал суд первой инстанции, возлагаемый Законом                     № 127-ФЗ на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе № 127-ФЗ презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 АПК РФ).

Переложения на конкурсного управляющего, а, соответственно, и кредиторов должника негативных последствий не совершения контролирующим лицом процессуальных действий по представлению доказательств неправомерно.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 № 305-ЭС17-13674 по делу                                     № А40-153469/2016.

В силу пункта 2 статьи 61.15 Закона № 127-ФЗ представление отзыва на заявление о привлечении к ответственности является не правом, а обязанностью лица, в отношении которого подано заявление.

Согласно пункту 4 статьи 61.16 Закона № 127-ФЗ в случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

Как правомерно указал суд первой инстанции, в силу статьи 65 АПК РФ бремя опровержения доводов конкурсного кредитора перешло на руководителя должника, который имеет для этого объективные возможности, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений.

Из материалов дела видно, что суд первой инстанции неоднократно откладывал рассмотрение дела и предоставлял возможность ответчику сформировать позицию по заявленным требованиям, дать объяснения по всем доводам иска. Объективных доказательств, свидетельствующих об  обоснованном расходовании обналиченных денежных средств в спорный период при наличии иных  обязательств, в том числе,  перед истцами, в порядке статьи 65 АПК РФ ответчик не представил.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что, поскольку отсутствие такой документации у бывшего руководителя  должника (банкрота) относится в силу статьи 9 АПК РФ к процессуальным рискам ответчика. 

В связи с этим суд пришел к правильному выводу о том, что исковые требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности Комбината и взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности подлежат удовлетворению в заявленных истцами размере.

Таким образом, оснований для отказа в удовлетворении исков у суда первой инстанции не имелось. Иски удовлетворены правомерно.

Оснований не согласиться с данным выводом у апелляционной инстанции не имеется.

Ссылки подателя жалобы на допущенные судом первой инстанции процессуальные нарушения не принимаются во внимание. Все заявленные сторонами ходатайства судом рассмотрены с соблюдением норм АПК РФ. Процессуальных оснований для привлечения указанных ответчиком лиц к участию в деле в качестве третьих лиц (они же перечислены в жалобе), предусмотренных статьями 50, 51 АПК РФ, и истребовании дополнительных доказательств у суда не имелось. Нарушений норм процессуального права в данном случае не допущено.

Фактически все доводы подателя жалобы направлены на переоценку установленных по делу судом первой инстанции обстоятельств, доказательств и иные выводы, правовые основания для которых у апелляционной инстанции отсутствуют.

Поскольку судом первой инстанции полно исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не установлено, апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Вологодской области от 12 февраля                   2020 года по делу № А13-5367/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

          А.Я. Зайцева

 

Судьи

          Ю.В. Зорина 

          А.Н. Шадрина