АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

                                              

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А64-888/2019

26 апреля 2021  года

город Калуга

Резолютивная часть постановления оглашена 19 апреля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 апреля  2021  года.

 Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Ипатова А.Н.

Андреева А.В. 

ФИО1

судей

при участии в заседании:

от заявителя жалобы:

от ФИО2:

от АО «БиоТехнологии»:

от УК «Медеу»:

от иных лиц, участвующих в деле: 

ФИО3 – представитель,

доверенность от 18.05.2020;

ФИО4 – представитель,

доверенность от 27.05.2020; 

ФИО5 – представитель,

протокол  от 08.05.2020; 

не явились, извещены надлежаще;

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 18.11.2020 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по делу   №А64-888/2019,

                                                       УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Тамбовской области 07.02.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «РХК АгроСервис» (далее - ООО «РХК АгроСервис», должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

28.08.2019 (рез. часть от 21.08.2019) заявление ООО «РХК АгроСервис» признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6. 

07.09.2019 сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» N 162 (публикация N 38010022118).

В Арбитражный суд Тамбовской области 19.09.2019, уточнив заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ, обратился ФИО2 (далее - кредитор, заявитель) с заявлением об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 103 099 384 руб. 16 коп.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 18.11.2020, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021, во включении в реестр требований кредиторов ООО «РХК АгроСервис» требования ФИО2 отказано. Требование ФИО2 к ООО «РХК АгроСервис» в размере 103 099 384 руб. 16 коп., в том числе: 77 495 841 руб. 71 коп. - основной долг, 22 032 364 руб. 22 коп. - проценты за пользование займами, 3 571 178 руб. 23 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Не согласившись с вынесенными судебными актами в части отказа во включении требований в реестр требований кредиторов должника (субординации требований), ссылаясь на их незаконность и необоснованность, ФИО2 обратился в суд с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт, которым заявленные ФИО2 требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить.

Представитель АО «БиоТехнологии» и  УК «Медеу» на доводы кассационной жалобы возражал, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд округа не явились. Дело рассмотрено без их участия в порядке, предусмотренном ст. 284 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, судебная коллегия кассационной инстанции считает необходимым определение суда первой инстанции и апелляционное постановление оставить без изменения в связи со следующим.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, между ФИО2 (заимодавец) и ООО «РХК АгроСервис» (заемщик) 26.12.2016 заключен договор N 7 денежного займа с процентами (далее - договор займа N 7), согласно которому ФИО2 передает должнику заем на сумму 50 000 000 руб., а должник обязуется вернуть указанную сумму займа, а также начисленные проценты полностью не позднее 31.12.2017 (пункты 1.1 и 2.1 договора займа N 7).

Согласно пункту 2.2 договора займа N 7 проценты за пользование предоставленным займом составляют 12% в год. При расчете процентов число дней в году считается равным 365 в обычном году и 366 в високосном. Проценты выплачиваются ежемесячно, не позднее 10 (десяти) календарных дней после окончания каждого месяца.

Исходя из позиции заявителя, фактически им по вышеуказанному договору была перечислена должнику сумма в размере 39 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением N 1 от 12.01.2017 и выпиской со счета в Банке «Новый Символ» (АО) за 12.01.2017.

Дополнительным соглашением N 1 от 28.12.2017 срок возврата займа был продлен и установлен как не позднее 30.06.2018, а дополнительным соглашением N 3 от 29.06.2018 повторно продлен - не позднее 31.12.2018.

Должник исполнил свои обязательства по договору займа N 7 не в полном объеме, в связи с чем, его задолженность по основному долгу составила 35 988 130 руб. 21 коп.

В связи с вышеизложенным, заявителем на основании пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) были начислены проценты за пользование чужими денежными средствами, размер которых составил 1 658 411 руб. 92 коп.

Также заявителем на основании положений пункта 2.2 договора займа были начислены должнику проценты на сумму займа в размере 11 388 369 руб. 16 коп.

14.03.2017 между ФИО2 (заимодавец) и ООО «РХК АгроСервис» (заемщик) заключен договор N 5 денежного займа с процентами (далее - договор займа N 5), согласно которому ФИО2 передает должнику заем на сумму 30 000 000 руб., а должник обязался вернуть указанную сумму займа, а также начисленные проценты не позднее 30.06.2017 (пункты 1.1 и 2.1 договора займа N 5).

Согласно пункту 2.2 договора займа N 5 проценты за пользование предоставленным займом составляют 14% в год. При расчете процентов число дней в году считается равным 365 в обычном году и 366 в високосном. Проценты выплачиваются ежемесячно, не позднее 10 (десяти) календарных дней после окончания каждого месяца.

Заем был перечислен заявителем должнику в полном объеме в размере 30 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением N 19 от 14.03.2017 и выпиской со счета в Банке «Новый Символ» (АО) за период 14.03.2017.

Дополнительными соглашениями к вышеуказанному договору срок возврата суммы займа продлевался несколько раз и дополнительным соглашением N 4 от 29.06.2018 срок возврата окончательно установлен - не позднее 31.12.2018.

Должник исполнил свои обязательства по договору займа N 5 не в полном объеме, в связи с чем, его задолженность по основному долгу составила 27 907 711 руб. 50 коп.

Заявителем на основании п. 1 ст. 395 ГК РФ были начислены должнику проценты за пользование чужими денежными средствами, размер которых составил 1 286 048 руб. 51 коп.

Также заявителем на основании положений пункта 2.2 договора займа были начислены должнику проценты на сумму займа в размере 9 611 885 руб. 47 коп.

12.02.2018 между ФИО2 (займодавец) и ООО «РХК АгроСервис» (заемщик) заключен договор N 1-2018 денежного займа с процентами (далее - договор займа N 1-2018), согласно которому ФИО2 передает должнику заем на сумму 13 600 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и начисленные проценты полностью в срок не позднее 01.07.2018 (пункты 1.1 и 2.1 договора займа N 1-2018).

Согласно пункту 2.2 договора займа N 1-2018 проценты за пользование предоставленным займом составляют 5% в год. При расчете процентов число дней в году считается равным 365 в обычном году и 366 в високосном. Заем был перечислен Должнику в полном объеме, что подтверждается платежным поручением N 1 от 12.02.2018.

Заем был перечислен заявителем должнику в полном объеме в размере 13 600 000 руб., что подтверждается платежным поручением N 1 от 12.02.2018 (т. 7 л.д. 32).

29.06.2018 дополнительным соглашением N 1 к договору срок возврата займа был установлен не позднее 31.12.2018.

Должник не исполнил свои обязательства по договору займа N 1-2018, в связи с чем, его задолженность по основному долгу составила 13 600 000 руб.

Заявителем на основании пункта 1 статьи 395 ГК РФ были начислены должнику проценты за пользование чужими денежными средствами, размер которых составил 626 717 руб. 80 коп.

Также заявителем на основании положений пункта 2.2 договора займа были начислены должнику проценты на сумму займа в размере 1 032 109 руб. 59 коп.

Ссылаясь на то, что исполнение обязательств по указанным договорам займа должником выполнены не в полном объеме, ввиду чего у ООО «РХК АгроСервис» перед ФИО2 образовалась задолженность в размере 77 495 841 руб. 71 коп. - основной долг, 22 032 364 руб. 22 коп. - проценты за пользование займами, 3 571 178 руб. 23 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

По мнению суда округа, принимая обжалуемый судебный акт, руководствуясь сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)), суды первой и апелляционной инстанций, правомерно исходили из следующего.

Факт предоставления денежных средств, размер основного долга, арифметическая правильность расчета процентов участниками спора не обжалуется.

В соответствии со ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются арбитражным управляющим в реестр на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Временный управляющий АО «РХК Агросервис», АО «БиоТехнологии» ООО УК «Медеу» и ФНС России возражали относительно включения требования ФИО2 в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь на аффилированность ФИО2 и ООО «РХК АгроСервис».

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление N 53) разъяснено, что предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (п. п. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами, о ее наличии может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Фактическая аффилированность может проявляться, в том числе, в подконтрольности одному и тому же бенефициару либо фактическом участии неаффилированного лица в едином проекте (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2019 N 305-ЭС18-22264).

Как уже указывалось ранее, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «РХК АгроСервис» учредителями (участниками) должника являются ФИО7 и АО «БиоТехнологии» (24% и 76% долей в уставном капитале соответственно). Из правовой позиции АО «Биотехнологии» следует, что паритетными акционерами АО «БиоТехнологии» являются закрытое акционерное общество «Русская холдинговая компания» (далее - АО «РХК») и Фабелстон Файненс Лимитед. При этом, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении АО «БиоТехнологии» его учредителем является АО «РХК», в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении АО «РХК» его учредителем является ФИО2 Кроме того, судами установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 является бенефициаром и непрерывно с момента создания - Председателем Совета директоров АО «РХК».

ФИО2 и ФИО7 до 17.04.2019 являлись соучредителями (участниками) общества с ограниченной ответственностью «Зерновая логистическая компания» (ИНН 

<

***>) (далее - ООО «ЗЛК»).

АО «РХК», бенефициаром которого является заявитель, ООО «ЗЛК», участником которого ранее был заявитель наравне с ФИО7, а в настоящее время единственным участником и руководителем которого является ФИО7, и ООО «РХК АгроСервис» (арендовавшее помещение у закрытого акционерного общества «Русская недвижимость» (ИНН 

<

***>) (далее - ЗАО «Русская недвижимость») как минимум с 01.04.2017 располагались по одному и тому же юридическому адресу: 105066, 

<

...>.

В соответствии с дополнительным соглашением N 14 от 23.09.2015 к договору N 100209/0009 об открытии кредитной линии от 14.12.2010 АО «БиоТехнологии», АО «РХК», ЗАО «Русская недвижимость», ООО «РХК АгроСервис» входят в группу компаний (для целей консолидации бухгалтерской отчетности).

Помимо прочего, о наличии аффилированности (фактической) между заявителем и должником свидетельствует совокупность условий сделок, на которых заявитель основывает свое требование, выдача займов в условиях объективного банкротства, неоднократное продление сроков возврата займа и длительное отсутствие претензий со стороны заимодавца вплоть до банкротства должника.

Как верно отмечено судами обеих инстанций, подобные условия и действия сторон не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подконтрольности ФИО7, а значит и ООО «РХК АгроСервис», заявителю.

Учитывая изложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о подконтрольности должника заявителю.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений, в рамках которых возможно и ведение общего бизнеса аффилированными компаниями.

Само по себе наличие признака аффилированности не свидетельствует о мнимости правоотношений и не является основанием для отказа во включении требований заявителя в реестр требований кредиторов должника, при наличии в материалах дела достаточных документальных доказательств, подтверждающих обоснованность заявленного требования.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о представлении заявителем в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих наличие задолженности в размере 103 099 384 руб. 16 коп., в том числе: 77 495 841 руб. 71 коп. - основной долг, 22 032 364 руб. 22 коп. - проценты за пользование займами, 3 571 178 руб. 23 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами.

Разрешая вопрос об очередности удовлетворения подтвержденных некорпоративных требований ФИО2, относящегося к числу контролирующих должника лиц, судами верно учтено следущее.

Как следует из пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее - Обзор), требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

К таким требованиям пунктами 3.1 и 3.2 Обзора отнесено, в том числе, финансирование, оформленное договором займа, а также финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

Как указывалось ранее, определением Арбитражного суда Тамбовской области от 16.04.2019 по заявлению ООО «РХК АГроСервис» возбуждено производство по делу о его банкротстве в связи с наличием у должника просроченной задолженности в сумме 147 646 920 руб. 43 коп.

ФИО2 в течение длительного периода времени не принимал необходимых и достаточных мер по взысканию задолженности по указанным выше договорам займа, продлял сроки возврата без экономического обоснования такого действия.

В силу п. 3.2 Обзора, если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Из материалов дела о банкротстве ООО «РХК АГроСервис» усматривается, что у должника имелись признаки имущественного кризиса на даты возникновения обязательств перед заявителем. В этот период у должника формировались обязательства перед следующими кредиторами: АО «2К», АО «БиоТехнологии», ООО «БК Плюс», ОАО «Дубовскхлебопродукт», ИП ФИО8, ИП ФИО9, ЗАО «Русская недвижимость», ООО «Системы связи», ООО «СП Групп», ИП ФИО10., ООО «ЗЛК», АО «ВЭБ-Лизинг», ООО «Агромир», ООО УК «Медеу», ФИО2, требования которых не были погашены.

В рассматриваемом случае ФИО2, заключив договоры займа от 26.12.2016 N 7, от 14.03.2017 N 5, от 12.12.2019 N 1-2018 на существенный размер (39 000 000 руб., 30 000 000 руб. и 13 600 000 руб. соответственно), сроки возврата которых неоднократно продлевались, не принял никаких мер по взысканию в принудительном порядке с должника задолженности и не потребовал в установленные договорами сроки возврата денежных средств, и после введения в отношении должника процедуры наблюдения (рез. часть от 21.08.2019) обратился 19.09.2019 в арбитражный суд с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов должника.

Более того, не подтвержден достаточными и достоверными доказательствами экономический смысл заключения последующих договоров займа, при неисполнении заемщиком обязанности по возврату денежных средств (в т.ч. с учетом продления сроков).

Таким образом, договоры займа от 26.12.2016 N 7, от 14.03.2017 N 5, от 12.12.2019 N 1-2018 были заключены ФИО2 с должником в период, предшествующий имущественному кризису последнего в преддверии его объективного банкротства.

Как следует из пункта 4 Постановления N 53, по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Из позиции временного управляющего следует, что по данным финансового анализа в период выдачи займов (конец 2016 года - начало 2018 года) размер обязательства должника превышал стоимость его ликвидных активов, то есть предприятие находилось в состоянии объективного банкротства.

Должник был неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективное банкротство) уже по итогам 2016 года.

По итогам 2016 года предприятие имело отрицательную структуру баланса. Так, общий размер кредиторской задолженности составлял 191 066 тыс. руб., который обеспечивался 132 736 тыс. руб. ликвидных активов, из которых на собственные средства должника приходилось всего 14 643 тыс. руб.

За период с 2016 года до настоящего времени ситуация не изменилась и, более того, ухудшилась. Так, ликвидные активы должника составляли в 2017 году 78 871 руб., в 2018 году - 84 098 руб. При этом собственные средства у должника в 2017 и 2018 годах отсутствовали.

Должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, что, как указывалось выше, явилось впоследствии основанием для возбуждения производства по делу о его банкротстве на основании его заявления.

Материалами обособленного спора подтверждается факт предоставления кредитором денежных средств должнику, реальность указанного правоотношения.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В рассматриваемом случае иная причина прекращения исполнения должником вышеуказанных денежных обязательств не доказана и судами не усматривается.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Между тем, в соответствии с п. 3.1 Обзора внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Анализ представленных документов позволяет прийти к выводу о том, что имущественное положение должника не позволяло ему самостоятельно исполнять обязательства, о чем кредитору было известно.

Действия кредитора, связанные с последовательным предоставлением денежных средств должнику в целях выхода из кризисной ситуации (отсутствие собственных средств), неоднократное продление сроков возврата заемных средств, непринятие мер по взысканию задолженности свидетельствуют о наличии корпоративной/внутригрупповой связи.

Заявитель не представил убедительных доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности предоставления займов должнику. Неустраненные контролирующим должника лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

На основании изложенного суды пришли к правомерному выводу о том, что предоставление указанного займа со стороны ФИО2 является финансированием должника аффилированным лицом в преддверии объективного банкротства должника, ввиду чего включение требований заявителя в реестр требований кредиторов должника наряду с независимыми кредиторами является недопустимым.

В связи с этим, основания для включения заявленных требований в реестр требований кредиторов должника отсутствуют.

В силу пункта 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Исходя из вышеизложенного, суды обеих инстанций правомерно определили, что требования заявителя могут быть удовлетворены после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам части 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Доводы заявителя жалобы о неправомерности вывода о том, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, а также неправильном применении нормы права, в частности п.4 ст. 142 Закона о банкротстве, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд округа, оснований для переоценки не имеется.

Поскольку убедительных доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, заявителем кассационной жалобы не приведено, с учетом отсутствия нарушений судами нижестоящих инстанций норм процессуального права, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемых судебных актов.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тамбовской области от 18.11.2020 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по делу                 №А64-888/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения  в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном  ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.Н. Ипатов

Судьи А.В. Андреев 

ФИО1