ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-4682/2019

11 сентября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Д.В.Бурденкова, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: 

от ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия»: представителя ФИО2 по доверенности от 04.07.2023; 

конкурсного управляющего ФИО3 на основании решения от 25.12.2019;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18758/2023, 13АП-19597/2023) жалобы Федерального казенного учреждения «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения Министерства внутренних дел по Республике Карелия» и УФНС России по Республике Карелия на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 22.05.2023 по делу № А26-4682/2019 (судья Н.А. Соколова), принятое 

по заявлению Федеральной налоговой службы о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Региональная топливная компания плюс»,

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») 13.05.2019 обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Региональная топливная компания плюс» (далее – ООО «РТК плюс») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда первой инстанции от 16.05.2019 заявление ПАО «Сбербанк России» принято к производству.

 Определением арбитражного суда первой инстанции от 25.07.2019 заявление ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении ООО «РТК плюс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.07.2019 № 132.

Решением арбитражного суда первой инстанции от 25.12.2019 ООО «РТК плюс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурным управляющим утвержден ФИО3 

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.12.2019 № 241.

Федеральное казенное учреждение «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения Министерства внутренних дел по Республике Карелия» (далее – ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия») 18.02.2020 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о включении в реестр кредиторов ООО «РТК плюс» требования в размере 17 061 406 руб. 

Определением арбитражного суда первой инстанции от 20.02.2020 требование ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» принято к производству.

Протокольным определением арбитражного суда первой инстанции от 24.09.2020 ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» заменено в порядке процессуального правопреемства на Федеральную налоговую службу Российской Федерации по требованию к дорожнику в размере 17 061 406 руб. 

29.03.2023 заявитель уточнил ранее заявленное требование до 12 682 808 руб. 17 коп., в том числе 12 611 895 руб. 09 коп. основного долга, 62 903 руб. 08 коп. штрафа и 8010 руб. расходов по делу. 

 Уточнение принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением арбитражного суда первой инстанции от 22.05.2019 в удовлетворении требования налогового органа отказано. 

ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» и налоговый орган, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратились с апелляционными жалобами, а также дополнительными пояснениями к ним, в которых просили определение от 22.05.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление о включении требования в реестр кредиторов ООО «РТК плюс» удовлетворить.

ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» в обоснование апелляционной жалобы указало, что суд первой инстанции ошибочно установил пропуск заявителем срока исковой давности по части рассматриваемых требований; момент исчисления начала течения срока давности установлен не верно; суд ошибочно указал на отсутствие убытков со стороны ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия»; в удовлетворении заявления в части штрафа и расходов отказано неправомерно.

УФНС России по Республике Карелия по тексту апелляционной жалобы указало, что срок исковой давности по заявленным требованиям пропущен не был; представитель ООО «РТК плюс» не доказал отсутствие вины со стороны общества в причинении убытков и не опроверг доводы о его недобросовестности.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО3 поступило ходатайство об участии её представителя в судебном разбирательстве посредством системы онлайн-заседание, которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено. 

От конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе. 

Представитель налогового органа 04.092.2023 направил в апелляционный суд ходатайство о рассмотрении жалобы в его отсутствие. 

В судебном заседании представитель ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» поддержал доводы апелляционных жалоб. Конкурсный управляющий ФИО3 возражала по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением частей 2, 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» (заказчик) и ООО «РТК плюс» (головной исполнитель) в период с 2013 по 2019 заключен ряд государственных контрактов, по условиям которых должник оказывал услуги по хранению автомобильного топлива заказчика, включающие прием, хранение и отпуск автомобильного топлива, а именно: 

1) Государственный контракт от 16.12.2013 № 0806100000313000177-0462141-01, сроком действия до 31.12.2014 и общим объемом оказываемых услуг хранения 117 333 тонн ;

2) Государственный контракт от 13.08.2014 № 23/177-2014, сроком действия до 31.12.2014 и общим объемом оказываемых услуг 27 608 тонн; 

3) Государственный контракт от 15.12.2014 № 0806100000314000286-0462141-01 (23/358-204), сроком действия до 31.12.2015 и общим объемом оказываемых услуг хранения 45 000 тонн; 

4) Государственный контракт от 05.05.2015 № 0806100000315000062-0462141-01 (23/122-2015), сроком действия до 31.12.2015 и общим объемом оказываемых услуг хранения 72 380 тонн; 

5) Государственный контракт от 07.09.2015 № 08061000003150000148-0462141-01 (23/243-2015), сроком действия до 31.12.2015 и общим объемом оказываемых услуг хранения 37 000 тонн; 

6) Государственный контракт от 16.02.2016 № 23/44-20156, сроком действия до 31.12.2016 и общим объемом оказываемых услуг хранения 175 730 тонн; 

7) Государственный контракт от 14.03.2016 № 0806100000316000018-0462141-0462141-01 (23/83-2016), сроком действия до 31.12.2016 и общим объемом оказываемых услуг хранения 660 000 тонн;

8) Государственный контракт от 14.06.2016 № 0806100000316000078-0462141-01 (23/164-2016), сроком действия до 31.12.2016 и общим объемом оказываемых услуг хранения 40 000 тонн; 

9) Государственный контракт от 10.10.2016 № 08061000003160000151-0462141-01 (23/371-2016), сроком действия до 31.12.2016 и общим объемом оказываемых услуг хранения 36 805.463 тонн; 

10) Государственный контракт от 10.01.2017 № 08061000003160000253-0462141-01 (23/6-2017), сроком действия до 31.12.2017 и общим объемом оказываемых услуг хранения 161 200 тонн; 

11) Государственный контракт от 22.11.2017 № 0806100000317000192-0462141-01-01 (23/366-2017), сроком действия до 31.12.2017 и общим объемом оказываемых услуг хранения 24 000 тонн; 

12) Государственный контракт от 11.01.2018 № 1717188100632001001259840/0806100000317000240-0462141-01 (23/15-2018), сроком действия до 31.12.2018 и общим объемом оказываемых услуг хранения 88 000 тонн; 

13) Государственный контракт от 13.08.2018 № 1818188100422001001259840/0806100000318000083-0462141-01 (23/255-2018), сроком действия до 31.12.2018 и общим объемом оказываемых услуг хранения 46 600 тонн; 

14) Государственный контракт от 14.01.2019 № 1919188100872001001259840/0806100000318000261-0462141-02 (23/28-2018), сроком действия до 31.12.2019 и общим объемом оказываемых услуг хранения 96 923,08 тонн.

Кроме того, в период с 01.12.2015 по 15.02.2016 между ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» и ООО «РТК плюс» сложились фактические отношения по оказанию услуг хранения топлива, переданного должнику, в том числе:

- в период с 01.12.2015 по 15.02.2016, что подтверждается отчетами по хранению топлива, актами от 24.12.2015 № 3653 и № 3654, от 14.01.2016 № 19, от 26.02.2016 № 255, от 31.03.2016 № 273 и № 453, счетами – фактурами от 24.12.2015 № 6403 и № 6404, от 26.02.2016 № 258, от 31.03.2016 № 456;

- в период с 01.01.2017 по 10.01.2017, что подтверждается отчетом по хранению топлива в январе 2017 года, актом от 22.02.2017 № 140 и счетом-фактурой от 22.02.2017 № 228; 

- в период с 09.11.2017 по 22.11.2017, что подтверждается отчетом по хранению топлива в ноябре 2017 года, актом от 05.12.2017 № 1656 и счетом-фактурой от 05.12.2017 № 3560; 

- в период с 09.01.2018 по 10.01.2018, что подтверждается отчетом по хранению топлива в январе 2018 года, актом от 09.02.2018 № 121 и счетом-фактурой от 09.02.2018 № 120.

Полагая, что топливо не было возвращено должником в полном объеме, заявитель предъявил ООО «РТК плюс» требование, размер которого определен на основании экспертных заключений о стоимости невозвращенного топлива по каждому из заключенных контрактов и в соответствии с фактическим объемом переданного топлива, который был определен по результатам судебного разбирательства в рамках дела № А26-11528/2019.

Конкурсный управляющий ФИО3 с заявленным требованием не согласилась, указывая на то, что по обязательствам, возникшим в период с 2013 года по 2016 год, истекли сроки исковой давности, а объем переданного в натуре топлива значительно превышает объем топлива, переданный по контрактам, заключенным после 01.01.2017. Требование о взыскании судебных расходов просила оставить без удовлетворения, поскольку в случае применения срока исковой давности результаты экспертизы применены быть не могут.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам о пропуске заявителем срока исковой давности по части требований; в оставшейся части судом установлен возмездный и равноценный характер отношений сторон сделки. 

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 886 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В силу статьи 890 ГК РФ в случаях, прямо предусмотренных договором хранения, принятые на хранение вещи одного поклажедателя могут смешиваться с вещами того же рода и качества других поклажедателей (хранение с обезличением). Поклажедателю возвращается равное или обусловленное сторонами количество вещей того же рода и качества.

В силу статей 889 и 900 ГК РФ хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока и возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением. В этом случае поклажедателю возвращается равное или обусловленное сторонами количество вещей того же рода и качества.

По истечении обусловленного срока хранения или срока, предоставленного хранителем для обратного получения вещи на основании пункта 3 статьи 889 настоящего Кодекса, поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь (пункт 1 статьи 899 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 901 ГК РФ предусмотрено, что хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 902 ГК РФ убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 названного Кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

Причинение поклажедателю убытков в случае утраты и недостачи вещей возмещаются в размере их стоимости (пункт 2 статьи 902 ГК РФ).

В конкурсном производстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 100 названного Закона кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления (в данном случае в ходе конкурсного производства). Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов и включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Как указывалось ранее, основанием настоящего требования служат коммерческие взаимоотношения, основанные на заключенных сторонами с 16.12.2013 по 14.01.2019 государственных контрактах, а также оказании должником ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» услуг хранения топлива в период с 01.12.2015 по 15.02.2016; с 01.01.2017 по 10.01.2017; с 09.11.2017 по 22.11.2017; с 09.01.2018 по 10.01.2018.

Отказывая во включении в реестр кредиторов должника требования налогового органа в части, основанием которого служили заключенные сторонами государственные контракты с 16.12.2013 по 10.10.2016 и услуги хранения, оказанные без договора в период с 01.12.2015 по 15.02.2016, суд первой инстанции исходил из истечения срока исковой давности, о применении которой заявлено конкурсным управляющим. 

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться с этим выводом.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В соответствии с положениями статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение срока исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пункт 3 статьи 100 Закона о банкротстве наделяет лиц, участвующих в деле, в том числе конкурсного управляющего, заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» (замененным в порядке процессуального правопреемства на налоговый орган) заявлено требование, у которого срок исковой давности по взысканию задолженности истек в 2019 году, тогда как настоящее требование направлено в суд лишь 18.02.2020, приняв во внимание отсутствие доказательств перерыва срока исковой давности, учитывая, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ), о котором было заявлено конкурсным управляющим, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции и с доводом конкурсного управляющего должником относительно пропуска заявителем срока исковой давности для предъявления по обязательствам, вытекающим из: государственного контракта от 16.12.2013 № 0806100000313000177-0462141-01, государственного контракта от 13.08.2014 № 23/177-2014, государственного контракта от 15.12.2014 № 0806100000314000286-0462141-01 (23/358-204), государственного контракта от 05.05.2015 № 0806100000315000062-0462141-01 (23/122-2015), государственного контракта от 07.09.2015 № 08061000003150000148-0462141-01 (23/243-2015), государственного контракта от 16.02.2016 № 23/44-20156, государственного контракта от 14.03.2016 № 0806100000316000018-0462141-0462141-01 (23/83-2016), государственного контракта от 14.06.2016 № 0806100000316000078-0462141-01 (23/164-2016), государственного контракта от 10.10.2016 № 08061000003160000151-0462141-01 (23/371-2016), и по услугам хранения, оказанным без договора в период с 01.12.2015 по 15.02.2016.

Довод подателей апелляционных жалоб о том, что в данном случае срок исковой давности не пропущен, поскольку между сторонами в течение 2017-2022 годов продолжались гражданско-правовые отношения, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным.

Течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Сам факт бездействия контрагента по взысканию задолженности не может являться основанием для изменения порядка исчисления срока исковой давности, который предусмотрен законом.

Ссылка подателя апелляционных жалоб о том, что об обстоятельствах недостачи топлива Учреждению стало известно только 01.02.2019, по итогам снятия остатков нефтепродуктов, признается судом апелляционной инстанции несостоятельной. 

В силу положений статьи 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. 

Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства. 

Таким образом, если стороны не согласовали условие о том, что после окончания срока действия договора обязательства сторон прекращаются, эти обязательства продолжают действовать до момента их исполнения сторонами, если иное не предусмотрено законом.

Судом первой инстанции установлено, что государственные контракты от 16.12.2013 № 0806100000313000177- 0462141-01, от 13.08.2014 № 23/177-2014, от 15.12.2014 № 0806100000314000286-0462141-01 (23/358-204), от 05.05.2015 № 0806100000315000062-0462141-01 (23/122-2015) и от 07.09.2015 № 08061000003150000148- 0462141-01 (23/243-2015) не содержат оговорок о прекращении обязательств сторон по истечении срока их действия. Однако указанные в контрактах сроки действия позволяют определить сроки хранения переданного топлива, которые обусловлены сроками окончания действия контрактов.

Также из материалов дела следует, что государственные контракты от 16.02.2016 № 23/44-20156, от 14.03.2016 № 0806100000316000018-0462141-0462141-01 (23/83-2016), от 14.06.2016 № 0806100000316000078-0462141-01 (23/164-2016) и от 10.10.2016 № 08061000003160000151-0462141-01 (23/371-2016) содержат условие о том, что окончание срока действия контракта влечет за собой прекращение обязательств сторон по соответствующему контракту.

При этом в деле не имеется ни одного документа, из которого бы следовал однозначный вывод о том, что невозвращенные остатки топлива передавались на хранение по последующим контрактам. 

Также следует отметить, что материалы дела не содержат документального оформления факта внедоговорных отношений в виде подписанных актов о приеме товарно-материальных ценностей, соглашений о дальнейшем хранении невозвращенных остатков, в том числе в рамках иного контракта, сведений о выставлении счетов за оказанные услуги хранения и об оплате услуг хранения по перечисленным контрактам или доказательств совершения иных конклюдентных действий сторон, свидетельствующих о продолжении оказания услуг хранения после окончание срока действия любого их контрактов.

Вышеуказанные доводы подателей апелляционных в рассматриваемой части не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Заявленными с соблюдением срока исковой давности являются требования вытекающие из: государственных контрактов от 10.01.2017 № 08061000003160000253-0462141-01 (23/6-2017); от 22.11.2017 № 0806100000317000192-0462141-01-01 (23/366-2017); от 11.01.2018 № 1717188100632001001259840/0806100000317000240-0462141-01 (23/15-2018); от 13.08.2018 № 1818188100422001001259840/0806100000318000083-0462141-01 (23/255-2018); от 14.01.2019 № 1919188100872001001259840/0806100000318000261-0462141-02 (23/28-2018); фактически оказанных услуг хранения топлива, переданного должнику, в том числе: в период с 01.01.2017 по 10.01.2017; в период с 09.11.2017 по 22.11.2017; в период с 09.01.2018 по 10.01.2018.

Вместе с тем, возврат ООО «РТК плюс» топлива по обозначенным контрактам и договорам подтверждается товарно-транспортными накладными, подписанными уполномоченными представителями сторон и скрепленными печатями организаций, а также материалами дела № А26-11528/2019.

Арбитражным судом Республики Карелия в рамках дела № А26-11528/2019 установлен факт возврата ООО «РТК плюс» в пользу ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» в 2022 году топлива в большем объеме, чем изначально передано обществу на хранение как в рамках вышеуказанных государственных контрактов, так и в рамках фактических отношений по оказанию услуг хранения топлива.

Податели апелляционных жалоб данные выводы не опровергли; доказательств обратного в материалы спора не представили. 

При таких обстоятельствах отсутствует основание полагать причинение заявителю какого-либо ущерба или убытков недостачей переданного на хранение топлива в рамках рассматриваемых отношений (договорных и бездоговорных), возникших с 01.01.2017. 

У ООО «РТК плюс» отсутствует задолженность перед заявителем по требованиям, срок исковой давности по которым не истек, в связи с чем в их удовлетворении обоснованно отказано. 

Требование в части 8010 руб. расходов, понесенных в связи с проведением внесудебной экспертизы по вопросам определения рыночной стоимости невозвращенного топлива, судом первой инстанции обоснованно отклонено, как противоречащие положениям статьи 110 АПК РФ, предусматривающей взыскание судебных расходов исключительно с проигравшей стороны, коей должник в настоящем обособленном споре не является. 

Требование о взыскании штрафов в сумме 62 903 руб. 08 коп. также не подлежит удовлетворению, поскольку обстоятельства наступления обязанности должника по оплате штрафных санкций, изложенные в претензии ФКУ «ЦХиСО МВД по Республике Карелия» от 21.08.2019 № 23/2030, материалами дела не подтверждаются. Из содержания государственного контракта от 14.01.2019 № 1919188100872001001259840/0806100000318000261-0462141-02 (23/28-2018) не следует, что он заключен во исполнение условий государственного контракта от 11.01.2018 № 1717188100632001001259840/0806100000317000240-0462141-01 (23/15-2018). Кроме того, материалы дела не содержат доказательств того, что по государственному контракту от 14.01.2019 на хранение должнику было передано хоть какое-то количество топлива и установлен факт его потери сверх норм естественной убыли, что является в силу положений пункта 4.15 дополнительного соглашения № 2 к государственному контракту, основанием для предъявления соответствующей претензии в части штрафных санкций.

Принимая во внимание установленные судом фактические обстоятельства, приведенные разъяснения и признание обоснованным заявления конкурсного управляющего о пропуске заявителем срока исковой давности в отношении части заявленных требований, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении завяленного требования. 

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает. 

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 22.05.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

Судьи

Д.В. Бурденков

 И.В. Юрков