АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Ростов-на-Дону

«03» июня 2024 года                                                                                  Дело № А53-42571/23

 

Резолютивная часть решения объявлена   «21» мая 2024 года

Полный текст решения изготовлен            «03» июня 2024 года

 

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Корха С.Э.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Добровольской М.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Диспетчерская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании,

в отсутствии сторон, 

 

установил:

страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Диспетчерская» о взыскании в порядке регресса 12 000 руб.

Определением от 20.12.2023 дело принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 27.02.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом.

Ранее ответчик  отзыв возражал относительно заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, через канцелярию суда направил дополнительные пояснения, приобщенные судом к материалам дела.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правил статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о том, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

 

Как следует из материалов дела, 16.03.2023 произошло ДТП, в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству Mitsubishi Lancer государственный регистрационный номер ОЕ688ВМ177.

Водитель ФИО1 нарушил Правила дорожного движения РФ, управляя  принадлежащим ООО «Диспетчерская» транспортным средством Lada Vesta, государственный регистрационный номер 

<

***>.

На момент ДТП транспортное средство Mitsubishi Lancer государственный регистрационный номер ОЕ688ВМ177 застраховано по договору серия АА №108907491  в СПАО «Ингосстрах».

Обязательная гражданская ответственность при эксплуатации принадлежащего ООО «Диспетчерская» транспортного средства Lada Vesta, государственный регистрационный номер 

<

***> на дату ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору ХХХ № 0287314682.

Владелец ТС Mitsubishi Lancer государственный регистрационный номер ОЕ688ВМ177 обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в страховое акционерное общество «РЕСО-Гарантия», которое признало данный случай страховым и выплатило страховое возмещение.

СПАО «Ингосстрах» по данному страховому случаю, на основании ст. ст. 7, 14.1, 26.1 Закона об ОСАГО, исполняя свои обязанности по договору страхования XXX 0287314682, возместило страховой компании потерпевшего выплаченное страховое возмещение в сумме 12 000 руб.

Таким образом, фактический размер ущерба составил 12 000 руб.

С целью урегулирования спора, истцом в адрес ответчика направлено претензионное требование о возмещении денежных средств по правилам статьи  965 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) которое оставлено без ответа и финансового удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность  каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, приняв во внимание следующее.

Согласно требованиям статьи 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). Договор личного страхования является публичным договором (статья 426). В случаях, когда законом на указанных в нем лиц возлагается обязанность страховать в качестве страхователей жизнь, здоровье или имущество других лиц либо свою гражданскую ответственность перед другими лицами за свой счет или за счет заинтересованных лиц (обязательное страхование), страхование осуществляется путем заключения договоров в соответствии с правилами настоящей главы. Для страховщиков заключение договоров страхования на предложенных страхователем условиях не является обязательным. 

Пунктом 4 ст. 931 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Ответчиком в материалы дела представлен договор аренды автомобиля от 17.10.2022, заключенный между ФИО1 (арендатор) и ООО «Диспетчерская» (арендодатель).

Согласно п. 1. указанного договора, арендодатель предоставляет арендатору за обусловленную договором плату автотранспортное   средство в исправном состоянии согласно характеристикам, указанным в п. 1.2 настоящего договора, автомобиль во временное пользование (аренда), а арендатор обязуется оплачивать аренду и по истечении срока действия договора вернуть автомобиль в состоянии соответствующем отраженному в акте приема-передачи, с учетом нормального износа.

Согласно п. 6.7. договора арендатор  обязан самостоятельно и за свой счет в полном объеме нести ответственность в случае нарушения арендатором прав третьих лиц, причинения вреда здоровью или имуществу третьих лиц, обязуется урегулировать любые претензии к арендодателю со стороны третьих лиц и возместить в полном объеме понесенные арендодателем убытки.

Пунктом 4.1.21. договора предусмотрено, что арендатор обязан самостоятельно уплачивать штрафы, пени, наложенные в денежном выражении санкции на арендатора за нарушение ПДД, правил парковки, природоохранного, противопожарного, административного законодательства, федеральных законов о транспортной безопасности и безопасности движения, за совершение иных правонарушений, связанных с управлением и пользованием автомобилем.

Арендатор, управляя транспортным средством и эксплуатируя его, выступает по отношению к третьим лицам в качестве владельца источника повышенной опасности и самостоятельно несет ответственность за вред, причиненным третьим лицам транспортным средствам, независимо от его вины.

Обязанность возмещения вреда возлагается на арендатора в соответствии с главой 59 ГК РФ. 

В данном случае арендатор ФИО1 владел транспортным средством Lada Vesta, государственный регистрационный номер 

<

***> на момент ДТП на основании договора аренды от 17.10.2022.

Водитель, управлявший транспортным средством ответчика, на момент ДТП не состоял в каких-либо трудовых отношениях с ответчиком, трудовые обязательства или поручения от общества не выполнял, трудовой договор не заключал.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (статьи 632 и 640 ГК РФ). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (статьи 642 и 648 ГК РФ).

Установив, что спорное транспортное средство на момент ДТП принадлежало ФИО1  на праве аренды, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае ООО «Диспетчерская»  является ненадлежащим ответчиком и не может нести ответственность за вред, причиненный арендатором его имущества.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.11.2023 № 19-КГ23-30-К5 (дело с аналогичными обстоятельствами, а именно: ответчик является лизингополучателем, в момент ДТП ТС находилось во владении арендатора, которые не был включен в полис)  если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором. В силу требований закона к ответственности привлекается лицо, являющееся арендатором транспортного средства, то есть законным владельцем источника повышенной опасности. Отсутствие договора ОСАГО, а также условия договора лизинга, предусматривающие наличие письменного согласия лизингодателя на заключение соответствующего договора, какого-либо правового значения для разрешения вопроса о надлежащем ответчике не имеют. По смыслу статей 642 и 648 ГК РФ, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможности его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства.

Предъявление иска к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Кроме  того, является не доказанным факт действительной потребности страховщиков в совершении запрашиваемых действий для целей исключения злоупотребления правом лицами, заявившими о факте события ДТП.

Таких сомнений у страховых обществ, как потерпевшего, так и причинителя вреда не возникло. Событие было признано страховым, ТС потерпевшего было осмотрено, проведена страховая выплата потерпевшему и ее возмещение страховщиком виновника страховщику потерпевшего в соответствии с Соглашением.

Указанное обстоятельство является безусловно значимым для целей правовой квалификации фактических обстоятельств события и возникших в связи с этим отношений по поводу возмещения вреда.

При наличии сомнений в факте события, а также его обстоятельств и размера относимого ущерба при заявляющемся конкретном ДТП  Законом об ОСАГО предусмотрен специальный регламент совершения страховщиками действий по исключению любого вида мошенничества,  в том числе, связанного с необоснованным увеличением заявляющихся к возмещению убытков.

Такой регламент предполагает право страховщиков дополнительного требования к страхователю для восстановления обстоятельств заявляющегося события и его последствий.

Указанному праву корреспондирует обязанность страхователя  по воздержанию от ремонта ТС и, при необходимости и при наличии запроса, представления его для осмотра.

Такое право и обязанность ограничены пятнадцатидневный периодом после факта событияю. При этом указанный срок является безусловно пресекательным для целей формирования ответственности страхователя в случае нарушения условий, то есть, ремонта или утилизации ТС до истечении пятнадцатидневного периода или уклонении от осмотра.

Указанное обстоятельство одновременно опровергает довод истца о том, что страховщик вправе потребовать представить ТС для осмотра и по прошествии пятнадцати календарных дней после ДТП. Такое требование может иметь место при длящихся отношениях по определению размера ущерба, в том числе, для проведения экспертизы, однако, не предполагает правовых последствий в виде нормативной санкции о регрессном возмещении, поскольку права страхователя ограничены нормативно-определенным периодом.

Истец, обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, не обосновал, какие неблагоприятные последствия или затруднения в реализации своих прав и обязанностей, предусмотренных Законом об ОСАГО, возникли у страховщика в связи с непредставлением автомобиля для осмотра.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, обстоятельства дела, исходя из фактических обстоятельств осуществления истцом страхового возмещения, в отсутствие доводов страховщика о невозможности производства соответствующей страховой выплаты без осмотра транспортного средства ответчика, нарушении обществом иных требований, предписанных страхователю положениями статьи 11.1 Закона об ОСАГО, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае требование страхового возмещения в порядке регресса не соответствует правовому смыслу отношений, урегулированных положениями подпункта «з» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО.

Суд  констатирует отсутствие для страховщика неблагоприятных последствий, вызванных непредставлением ответчиком транспортного средства для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы и приходит  к выводу об отсутствии у компании права на возмещение произведенной выплаты в регрессном порядке за счет общества.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что истцу, как профессиональному участнику рынка страховых услуг, было достаточно сведений для признания случая страховым и акцепта выплаты страхового возмещения для компании потерпевшего, суд полагает, что требования истца не соответствуют сохранению баланса интересов между страховщиком и страхователем и носят формальный характер, не отвечающий принципам реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости.

При изложенных обстоятельствах в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

Аналогичный правовой подход изложен в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.10.2023 по делу № А25-3255/2022, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 20.07.2023 по делу № А40-232325/2022, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.11.2023 № А03-1647/2023.

Правовая природа страхового обязательства исходя из специфики его субъектного состава в особенности в условиях обстоятельств возникновения с участием любых заранее непоименованных лиц предполагает необходимость минимизации рисков необоснованной квалификации заявляющегося события как такового, как и придания ему статуса страхового.

Механизм правового регулирования данного института в страховом обязательстве для целей настоящего спора детально регламентирован нормами ст. 7, 11.1, 14.1 и 26.1 Закона об ОСАГО.

Указанные нормы ограничивают право страхователя, как собственника (владельца по распоряжению своим имуществом (ТС) для целей исключения сомнений в достоверности и последствиях заявляющегося события как страхового.

Указанные ограничения определяют право страховщика совершить предварительные фактические действия для исследования обстоятельств заявляющегося события и исключить возможность необоснованного вывода о его соответствии страховому случаю.

При этом, такое, соответственно, ограничение и право не являются формальным институтом, формирующим безусловную ответственность страхователя. Самой целью указанных в корреспонденции прав и обязанностей является не санкция, а вопрос достоверности факта.

В условиях, когда вопросы сомнения в достоверности факта преодолены, последующее действия этого регламента, как института ответственности прекращается.

Поскольку страховщик, как  профессиональный участник рынка данного правоотношения констатировал достаточность представленных доказательств, как по факту события в квалификации страхового случая, так и по размеру ущерба, предполагающегося страховому возмещению и завершил его фактом выплаты, все промежуточные предшествующие права и обязанности взаимопоглащаясь отпадают.

Поэтому, заявляя о требования о регрессе по условиям не предоставления ТС для осмотра, выплативший возмещение страховщик фактически  заявляет о необоснованности  такой выплаты. При этом, не приводится оснований того, что именно свидетельствует о такой необоснованности. Сам факт события, его действительные обстоятельства или размер относимого ущерба с учетом данных трасологии.

Кроме того, требование о предоставлении на осмотр для вышеуказанных целей предполагает параллельный осмотр ТС потерпевшего лица для восстановления технических условий события, порядка взаимодействия ТС и контактных пар.

Между тем, истцом не сообщается, что у страховщика потерпевшего возникли сомнения в факте события и необходимость такого исследования ТС виновника и потерпевшего путем осмотра.

Институт ответственности за не предоставление ТС не предполагается к формальному применению и призван обеспечить формирование страховщиком доказательственной базы для страховой выплаты, либо отказа от ее произведения.

При этом, страховщик не ограничен в своем праве отказать в выплате в случае наличия обоснованных сомнений, вызванных не предоставлением ТС для осмотра.

В данном случае страховщики таким правом не воспользовались, чем констатировали достаточность доказательств  для завершения страхового правоотношения по факту такого события.

С учетом изложенного, в удовлетворении  исковых требований истца надлежит отказать.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд, в том числе, распределяет судебные расходы.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

При подаче искового заявления истцом по платежному поручению от 16.10.2023 № 331197 оплачена государственная пошлина в сумме 2 000 руб.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы подлежат отнесению на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном и кассационном порядке в соответствии с главами 34, 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья                                                                                                                 С.Э. Корх