Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-241074/17

136-1725 

28 августа 2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена «10» августа 2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено «28» августа 2018 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Петрухиной А.Н. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА СТРОИТЕЛЬНО-МОНТАЖНАЯ КОМПАНИЯ «СЕТИ СИБИРИ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 115114, 

<

...>)

к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МТС-БАНК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 115432, 

<

...>)

о признании недействительной сделки акционерного общества и применении последствий недействительности сделки,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ИНЖЕНЕРНО-СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ «СОЮЗ-СЕТИ» (117342, 

<

...>), Закрытого Акционерного общества «СоюзЭнергоИндустрия» (109316, 

<

...>), конкурсного управляющего ФИО2 (109029, 

<

...>) Акционерного общества  «Энерго-Строительная Корпорация «Союз» (119415, 

<

...>)

в судебном заседании приняли  участие:

от истца – ФИО3 по доверенности от 08.12.2017, 

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 16.10.2017, ФИО5 по доверенности от 11.08.2015

от третьих лиц:

от ВУ АО СМК «СЕТИ СИБИРИ» - ФИО6 (определение от 16.11.2017 по делу А40-101839/17-44-131Б)

от АО «ИНЖЕНЕРНО-СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ «СОЮЗ-СЕТИ» – представитель не явился, извещен.

от ЗАО «СоюзЭнергоИндустрия» – представитель не явился, извещен.

от КУ ФИО2 – представитель не явился, извещен

от АО «Энерго-Строительная Корпорация «Союз» – представитель не явился, извещен

Изучив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Строительно-монтажная компания «Сети Сибири» в лице акционера Emkalite Limited (Республика Кипр) обратилось в арбитражный суд г. Москвы с иском к публичному акционерному обществу «МТС-Банк» о признании недействительным Договора уступки прав требования № 09-09/2016, заключённого 23.09.2016 с публичным акционерным обществом «МТС-Банк» (Договор цессии), и применении последствий недействительности этой сделки в виде возврата публичному акционерному обществу «МТС-Банк» уступленных по Договору цессии прав требования к акционерному обществу «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» по кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2014 на сумму 1 440 231 006 руб. 82 коп., а акционерному обществу «Строительно-Монтажная Компания «Сети Сибири» уплаченной по Договору цессии денежной суммы в размере 5 000 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети»; закрытое акционерное общество «СоюзЭнергоИндустрия»; конкурсный управляющий ФИО2; акционерное общество «Энерго-Строительная Корпорация «Союз».

В судебном заседании истец поддержал исковые требования в полном объёме.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, представил отзыв на иск.

Временный управляющий акционерного общества «Строительно-монтажная компания «Сети Сибири» ФИО6 представил отзыв на исковое заявление, в котором поддержал позицию истца.

Изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, доводы отзывов на иск, исследовав и оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 23.09.2016 истец и ответчик заключили Договор № 09-09/2016 уступки прав требования (с дополнительным соглашением № 1 от 03.07.2017), по условиям которого ответчик обязался передать истцу права требования к акционерному обществу «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» (должник) по кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2014 на сумму 1 440 231 006 руб. 82 коп., а истец обязался принять права требования и оплатить их по цене 1 440 231 006 руб. 82 коп. в следующем порядке: 5 000 000 руб. - в день подписания Договора, оставшаяся сумма в рассрочку (500 000 000 руб. до 01.09.2017, 500 000 000 руб. до 01.09.2018, 435 231 006 руб. 82 коп. до 01.09.2019).

Впоследствии ответчик передал истцу документы, удостоверяющие права требования к должнику. 

Истец перечислил ответчику 5 000 000 руб.

Истец указывает, что права требования были уступлены ему по номинальной стоимости, хотя к моменту заключения Договора цессии должник уже имел признаки неплатёжеспособности, и Арбитражный суд г. Москвы ввёл в отношении него наблюдение. 

С учётом этого истец полагает, что Договор цессии является притворной сделкой, прикрывающей дарение в виде разницы между номинальной и рыночной стоимостью требования, которое в соответствии со ст. 575 ГК РФ между коммерческими организациями запрещено. 

Также истец указывает, что при заключении Договора цессии ответчик допустил злоупотребление свободой договора.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору па основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно п. 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. 

В частности должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность нрава (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки. 

Суду надлежит при оценке несоответствия размера встречного предоставления за переданное право объёму последнего исходить из конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о действительной стоимости спорного права (требования).

Как усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.02.2016 по делу № А40-176043/2015 в отношении должника была введена процедура банкротства - наблюдение. 

Из указанного определения следует, что представленные должником письменные пояснения с приложенными доказательствами свидетельствовали о его неудовлетворительном финансовом состоянии, невозможности в полном объёме удовлетворить требования всех кредиторов, а также о наличии исполнительных производств на сумму, превышающую сумму активов баланса.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.06.2016 по делу № А40-176043/2015 требования ответчика в общем размере 1 577 546 301 рублей 29 копеек включены в реестр требований кредиторов должника (третья очередь реестра требований кредиторов).

Для обоснования своей правовой позиции истец представил отчет об оценке ООО «Русская служба оценки» от 25.04.2018 №76/2018, согласно которому рыночная стоимость уступленных прав (требований) ответчика к должнику по состоянию на дату заключения Договора цессии (23.09.2016) составляла"382 417 000 рублей.

У ответчика имелись замечания по содержанию отчета, однако иной оценки при  наличии которой его достоверность, обоснованность и полнота могли быть поставлены под сомнение, ответчик не представил.

Довод ответчика о неотносимости к спору отчета об оценке суд отклоняет, так как в предмет доказывания по настоящему иску входит обстоятельство эквивалентности   или   неэквивалентности встречного представления ответчика по Договору цессии, при этом отчёт об оценке допустимым доказательством этого обстоятельства. 

Кроме того, поскольку ответчик не оспаривает сам факт значительного превышения цены договора цессии над рыночной стоимостью прав требования, его несогласие с конкретными результатами расчетов не имеет значения и не может быть принято во внимание.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что при заключении Договора цессии положительный экономический результат, а именно возможная прибыль истца сторонами не предполагалось. Учитывая реальную невозможность получения долгов с должника и цену, уплачиваемую за приобретаемые права, стороны должны были знать об убыточности спорной сделки.

В силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Истец полагает, что сторонами совершена притворная сделка, прикрывающая договор дарения между юридическими лицами. 

Денежные средства от должника в рамках производства по делу о банкротстве он не получил.

Руководствуясь ст. ст. 10, 166, 168, 170, 382, 384, 575 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд приходит к выводу о том, что Договор цессии в полном объеме является ничтожным, поскольку содержит признаки запрещенного в отношениях между коммерческими организациями дарения денежных средств в размере разницы между номинальной (1 440 231 006 руб. 82 коп.) и рыночной (382 417 000 руб.) стоимостью прав требования к должнику; оснований для предположения о совершении сделки по рыночной стоимости не имеется (ст. 180 ГК РФ).

В материалах дела отсутствуют доказательств того, что стороны при заключении договора допускали восстановление платежеспособности должника, либо наличие у него реальной возможности рассчитаться по долгам. 

Ответчик не привёл оснований, по которым четырёхкратное превышение цены встречного представления в его пользу по Договору цессии не может квалифицироваться как дарение.

Данные выводы согласуется с действующей судебной практикой (определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 305-ЭС15-5505 по делу № А41- 42963/2013).

Суд соглашается с доводом истца о наличии злоупотребления правом (свободой договора) на стороне ответчика.

В соответствии с п. п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав прямо названо в ст. 10 ГК РФ в качестве злоупотребления правом.

Ссылка ответчика на принцип свободы договора является необоснованной. Принцип свободы договора, закрепленный в ст. 421 ГК РФ, не является безграничным.  

Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участника гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Согласно п. 1 ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Встречное предоставление не должно приводить к неосновательному обогащению одной из сторон либо иным образом нарушить основополагающие принципы разумности и добросовестности, что предполагает соблюдение баланса прав и обязанностей сторон договора. 

Условия договора не могут противоречить деловым обыкновениям и не могут быть явно обременительными для его стороны (определение Верховного Суда РФ от 29.03.2016 №83-КГ16-2).

Уступку требования к должнику-банкроту, то есть заведомо неисполнимого на его первоначальных условиях, за цену в размере этого требования следует квалифицировать как злоупотребление свободой договора, которое в силу ст. ст. 10, 168 ГК РФ недопустимо. 

Суд считает, что оспариваемый Договор цессии нарушает права и законные интересы истца, поскольку является заведомо убыточной сделкой. 

На момент её совершения ответчику было достоверно известно о неспособности должника удовлетворить требовании кредиторов по денежным обязательствам, следовательно ответчику было известно, что данная сделка совершается в ущерб интересам цессионария.

Ответчик ссылается на то, что сделка совершена с согласия единственно акционера истца - компании Emkalite Limited (Республика Кипр).

Однако этот факт не имеет правового значения, поскольку ничтожная сделка в соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительна с момента ее совершения и не влечет юридических последствий. Одобрение такой сделки не может сделать её действительной.

Ответчик также указывает, что частичное исполнение Договора цессии (передача документов, подтверждающих требование к должнику, и уплата истцом 5 000 000 руб.) может свидетельствовать о том, что воля сторон была направлена на совершение именно сделки цессии.

Вместе с тем передача документов представляет собой лишь внешнее волеизъявление, которое, как подтверждается имеющимися в деле доказательствами, не совпадает с подлинной волей ответчика (безвозмездное приобретение имущества истца, т.е. требования к нему). 

Платёж со стороны истца следует квалифицировать как исполнение прикрываемого дарения.

Суд отклоняет довод истца о том, что предъявление иска является злоупотреблением правом и направлено на уклонение от исполнения обязательств, поскольку ничтожная сделка не создаёт никаких обязательств.

Наконец, довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности также следует признать несостоятельным, поскольку Договор цессии в силу указанных выше обстоятельств является ничтожной сделкой, а срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Договор цессии заключён 23.09.2016. Истец обратился с настоящим иском 14.12.2017, т.е. в пределах срока исковой давности.

Суд считает, что требования истца о возврате 5 000 000 руб., перечисленных по недействительной сделке, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины суд относит на ответчика.

Руководствуясь статьями 16, 17, 28, 102, 110, 167-171, 176, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА СТРОИТЕЛЬНО-МОНТАЖНАЯ КОМПАНИЯ «СЕТИ СИБИРИ» удовлетворить.

Признать недействительным договор уступки права требования от 23.09.2016 №09-09/2016 и применить последствия недействительности сделки в виде возврата ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МТС-БАНК» прав требования к Акционерному обществу «Инженерно-строительная компания «Союз-Сети» по кредитному договору от 26.03.2014 №

<

***> на сумму 1440231066 руб. 82 коп., АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ СТРОИТЕЛЬНО-МОНТАЖНАЯ КОМПАНИЯ «СЕТИ СИБИРИ» денежной суммы в размере 5000000 руб., уплаченной за уступленное право требования.

Взыскать с  публичного акционерного общества «МТС-БАНК» в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА СТРОИТЕЛЬНО-МОНТАЖНАЯ КОМПАНИЯ «СЕТИ СИБИРИ» государственную пошлину в размере 6000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы. 

Судья                                                                                А.Н. Петрухина