СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-1156/2025(1,2)-АК

Дело №А60-22127/2024

12 мая 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 мая 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Т.В. Макарова, Т.Н. Устюговой,   

при ведении протокола судебного заседания секретарями судебного заседания А.В. Черногузовой (до перерыва), ФИО1 (после перерыва), 

при участии в судебном заседании (до перерыва 14.04.2025):

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от истца акционерного коммерческого банка «Трансстройбанк» (акционерное общество) - ФИО2, паспорт, доверенность от 19.02.2024, ФИО3, паспорт, доверенность от 22.05.2024,

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от ответчика ФИО4 – ФИО5, паспорт, доверенность от 05.06.2024,

от ответчика ФИО6 – ФИО5, паспорт, доверенность от 05.06.2024,

от ответчика ФИО7 – ФИО5, паспорт, доверенность от 03.07.2024,

от ответчика ФИО8 – ФИО5, паспорт, доверенность от 26.06.2024,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

при участии в судебном заседании (после перерыва 28.04.2025):

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ответчика ФИО6 – ФИО5, паспорт, доверенность от 05.06.2024,

от истца акционерного коммерческого банка «Трансстройбанк» (акционерное общество) - ФИО2, паспорт, доверенность от 19.02.2024, 

от третьего лица общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-реставрационная компания «Ампир» - ФИО9, паспорт, доверенность от 29.09.2023,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ответчиков ФИО6 и ФИО7 

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 27 декабря 2024 года,

принятое судьей П.Б. Ваниным

по делу №А60-22127/2024

по иску акционерного коммерческого банка «Трансстройбанк» 

к ФИО10, ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО17 Ервандовичу

о привлечении к субсидиарной ответственности,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью Ремонтно-реставрационная компания «Ампир», некоммерческая унитарная организация «Краснодарский краевой фонд капитального ремонта многоквартирных домов»,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 23.04.2024 поступило исковое заявление акционерного коммерческого банка «Трансстройбанк» (акционерное общество) (далее – АКБ «Трансстройбанк» (АО), истец) о привлечении ФИО10 (далее – ФИО10), ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО7 (далее – ФИО7) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-реставрационная компания «Ампир» (далее – ООО РРК «Ампир») и взыскании солидарно с ФИО10, ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) задолженности в размере 5 438 648,28 рубля, а также судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 50 193,00 рублей.

Определением суда от 03.05.2024 исковое заявление принято к производству.

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 05.06.2024, 17.09.2024 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО РРК «Ампир», некоммерческая унитарная организация «Краснодарский краевой фонд капитального ремонта многоквартирных домов» (далее – НКО «Фонд капитального ремонта МКД»).

В дальнейшем при рассмотрении настоящего гражданского дела истцом подано заявление об уточнении исковых требований, в котором просил взыскать солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир» с ФИО10, ФИО6, ФИО4, ФИО8 и ФИО7 в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) задолженность в размере 5 408 648,28 рубля.

Данное уточнение принято судом в порядке статье 49 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2024 (резолютивная часть от 24.12.2024) исковое заявление АКБ «Трансстройбанк» (АО) удовлетворено частично. Взыскано солидарно в порядке субсидиарной ответственности с ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) 5 408 648,28 рубля, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 50 043,00 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. Возвращено АКБ «Трансстройбанк» (АО) из федерального бюджета 150,00 рублей государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению №16915 от 16.04.2024. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчики ФИО6 и ФИО7 подали апелляционные жалобы, в которых просят решение суда от 27.12.2024 отменить, в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме.

В апелляционных жалобах, содержащих тождественные доводы, апеллянты ссылаются на то, что являются необоснованными, несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, не подтвержденными относимыми и допустимыми доказательствами следующие выводы суда: участники общества РРК «Ампир» осуществили скоординированные действия, направленные на причинение убытков кредиторам должника; обществом РРК «Ампир» выдавались займы своим участникам, займы предоставлялись на значительный срок – 2 года, проценты за пользование заемными средствами не предусмотрены, что, безусловно, отклоняется от поведения независимых и добросовестных участников гражданского оборота; в рыночных условиях начисление процентов на указанные значительные суммы, переданные в займ коммерческой организацией, могло принести обществу РРК «Ампир» определенную выгоду в случае размещения денежных средств, например, во вклад, действительности имели место не заемные отношения, которые квалифицируются как таковые, если из собственности одного лица в собственность другого на время передаются деньги или вещи, определенные родовыми признаками, согласно статье 807 ГК РФ, а, по существу, совершено изъятие указанными участниками у общества РРК «Ампир» значительных денежных сумм в условиях, когда этими денежными средствами следовало расплатиться в пользу банка как с кредитором по обязательству, действительность и размер которого установлены вступившим в силу судебным актом; договоры займа являются недействительными (мнимыми) сделками согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ; ответчики не пояснили, в чем заключалась срочная необходимость в получении сразу всеми участниками в обществе займов на крупные сумму; скоординированные действия ответчиков должны быть квалифицированы как совместные действия, направленные на вывод денежных средств из общества в условиях, когда у общества имелась задолженность перед банком, размер и основания возникновения которой установлены вступившим в силу судебным решением; последующие действия контролирующих должника лиц повлекли за собой невозможность погашения задолженности, что является основанием для возникновения у контролирующих должника лиц ответственности, при этом ответчики и общество РРК «Ампир» никак не поясняют, по какой причине работающее, как утверждают ответчики, общество, прекратило все расчеты с 31.08.2023 при многообразии представленных документов о хозяйственной деятельности; анализ выписок по двум банковским счетам должника в ПАО «Сбербанк» показывает следующее движение денежных средств, подтверждающее не только вывод денежных в виде займов, а также и иные обстоятельства, связанные с использованием денежных средств обществом, повлекшее, в конечном итоге, прекращение хозяйственной деятельности общества; сохранение данных денежных средств на банковских счетах должника и (или) приобретение за счет этих средств недвижимого или движимого имущества в собственность должника позволило бы должнику произвести расчеты; обращают на себя внимание обозначенные банком операции по использованию денежных средств общества без получения обществом какого-либо встречного предоставления, что квалифицирует данные платежи как убытки; происходил вывод имущества в интересах участника должника ФИО8 (сумма  563 500,00 рублей); анализ документов, поступивших в материалы дела, показывает, что основными выгодоприобретателями от деятельности должника являлись ФИО11 (оплата личных расходов, в том числе оплата авиаперелетов, товаров АЗС, автодеталей и услуг автомойки), ФИО8 (оплата личных расходов, в том числе авиаперелетов, транспортных расходов супруги и дочери, оплата товаров АЗС и автодеталей, ежемесячный вывод части прибыли на супругу в качестве оплаты по договору оказания юридических услуг) и ФИО7 (оплата личного авиа перелета бизнес-классом, а также получение прибыли через АО «Консалт Ресурс», в котором ФИО7 является единственным акционером и руководителем); контролирующие должника лица избегали классического распределения прибыли между участниками путем выплаты дивидендов, используя иной порядок получения личной выгоды от деятельности должника; совокупность недействительных сделок согласно нормам статьи 61.3 Закона о банкротстве с контролирующими лицами на общую сумму 10 397 175,85 рубля оказали существенное и негативное влияние на платежеспособность должника, что, в результате, не позволило погасить задолженность перед банком в размере 5 438 648,28 рубля; договоры займа, получателями денег по которым на льготных условиях являлись участники общества – ответчики по делу, никак не связаны с хозяйственной деятельностью общества, договоры займа заключены на безвозмездной основе, без обязательства по уплате процентов, на длительный срок на сумму более 5 млн., в связи с их заключением из общества выведены денежные средства, которых оказалось бы достаточным для погашения задолженности общества РРК «Ампир» перед банком; ряд сделок с участниками общества либо с обществами, подконтрольными участникам общества, имели для должника убыточный характер, направленный на вывод имущества из общества с целью уклонения от исполнения денежных обязательств перед банком; однако, ФИО10 вступил в должность директора общества РРК «Ампир» только с 15.09.2023, то есть, уже после совершения всех указанных сделок, исполнение которых привело общество в состояние неплатежеспособности; управленческие решения директора ФИО6, в период руководства обществом, в отличие от деятельности ФИО13, была направлена на вывод денежных средств из общества в тот момент, когда у общества имелись не погашенные денежные обязательства перед банком; экономическую выгоду от недобросовестного поведения общества РРК «Ампир» извлекали все ответчики, за исключением ФИО10, поскольку он был назначен на должность руководителя только с 15.09.2023, то есть уже после вывода всех активов и прекращения хозяйственной деятельности должника; согласно аудиторскому заключению, по результатам анализа активов и обязательств общества РРК «Ампир» установлено, что первичные признаки кризисного состояния действительно появились на дату 30.09.2023, поскольку был один из признаков несостоятельности, а именно, недостаточность имущества, в результате чего, удовлетворение одного кредитора или нескольких привело бы к неисполнению других обязательств по причине недостаточности имущества; действительно, формально у общества имелась дебиторская задолженность в виде права (требования), возникшего из договоров займа с участниками, однако, в силу недействительности этих договоров, перечисление денег обществом своим учредителям повлекло возникновение убытка (пассива), к пассивным операциям необходимо было также отнести те расходы участников, которые не связаны с деятельностью общества, за счет самого общества;  указанный в названном заключении вывод о дате объективного банкротства 31.12.2023 не является достоверным; отклоняется также довод общества РРК «Ампир» о том, что со стороны банка имеет место недобросовестное поведение, поскольку, как уже было отмечено, иск банка основан, в том числе, на фактах и обстоятельствах, которые уже установлены судебными актами, а именно, решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2023 по делу №А40-250502/23-47-1980, согласно которому с общества РРК «Ампир» в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) взыскана задолженность в общем размере 5 388 704,76 рубля, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 49 943,52 рубля, в названном решении дана оценка действиям банка как правомерным; в рассмотренной судом ситуации после взыскания с должника задолженности по гарантии и прекращения производства по делу о банкротстве в обществе РРК «Ампир» не только не были разработаны меры по выходу из создавшейся ситуации, напротив, какая-либо стратегия ведения бизнеса, в целом, исчезла, участники общества распорядились значительными денежными средствами общества в свою пользу или в пользу аффилированных с ними лиц и вышли из состава участников общества; выписки по счетам должника, анализ которых проведен банком и ответчиками и третьим лицом не оспорен, показал, что последовательность совершения хозяйственных операций обществом, получение доходов от деятельности, расходование денежных средств, в том числе, на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью общества, привели к полному прекращению обществом расчетов с 31.08.2023 и такое завершение было заранее спланировано участниками, поскольку в дальнейшем все участники из общества вышли, ранее получив в обществе либо займы, либо оплатив за счет общества свои расходы, либо расходы аффилированных с ними лиц.

По мнению апеллянтов, является необоснованным вывод суда о том, что ФИО6 в период с 20.02.2023 по 15.09.2023 являлся директором должника, что подтверждается информацией о контрагенте из СПС «Гарант», данный вывод суда опровергается материалами дела, полномочия директора ФИО6 прекращены до 07.09.2024. Заявление о смене директора подал 08.09.2023 ФИО10 через нотариуса ФИО14, что доказывает, что ФИО6 уже по состоянию на 08.09.2023 не контролировал смену директора, не руководил такой сменой, не получал какую-либо выгоду от такой смены; следует исходить из отсутствия у ФИО6 вины в неудовлетворении требования перед истцом. Суд первой инстанции не обосновал, как в результате смены директора возникли признаки объективного банкротства, либо существенно ухудшилось финансовое состояние должника ООО РРК «Ампир», либо был причинен должнику и его кредиторам вред; при этом, на дату смены директора ФИО6 истец не являлся кредитором ООО РРК «Ампир»; в результате смены директора ФИО6 ООО РРК «Ампир» не прекратило хозяйственную деятельность. Требование банка о возмещении суммы, выплаченной по независимой гарантии в адрес ООО РРК «Ампир», было предъявлено после 07.09.2023, то есть после прекращения полномочий директора ФИО6 Заявление о смене директора подал ФИО10, что еще раз доказывает, что ФИО6 не контролировал смену директора, не руководил такой сменой, не получал какую-либо выгоду от такой смены. Суд первой инстанции не дал оценку первичным документам за период с августа 2023 года по ноябрь 2023 года в обоснование факта осуществления деятельности обществом ООО РРК «Ампир» в указанный период и в опровержение довода истца о том, что ФИО10 назначен на должность руководителя после вывода всех активов и прекращения с 15.09.2023 хозяйственной деятельности должника; указанные документы свидетельствуют о продолжении осуществления фактически деятельности в период с августа 2023 года по ноябрь 2023 года. Выводы суда первой инстанции о том, что участники общества ООО РРК «Ампир» ФИО4, ФИО8, ФИО7 осуществляли скоординированные действия, направленные на причинение убытков кредиторам должника, а также о том, что указанные участники избегали классического распределения прибыли между участниками путем выплаты дивидендов, используя иной порядок получения личной выгоды от деятельности должника суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергается материалами дела. Суд первой инстанции не установил, в материалы дела не представлены доказательства того, что по состоянию на 10.08.2023 существенно ухудшилась платежеспособность ООО РРК «Ампир»; суд не раскрыл, в чем именно выразилось ухудшение по состоянию на 10.08.2023 платежеспособности ООО РРК «Ампир». Полагают, что по состоянию на 31.08.2023 у ООО РРК «Ампир» отсутствовали признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества и объективного банкротства. Судом первой инстанции не дана оценка тому, что ФИО4, ФИО8, ФИО7 (участники общества) знали или должны были знать об уведомлении о расторжении договора от 24.07.2023 №4481-05/23. Уведомление о расторжении договора от 24.07.2023 №4481-05/23 подписано неуполномоченным лицом - исполняющим обязанности генерального директора ФИО15; к данному уведомлению не приложена доверенность на имя ФИО15 с полномочием на расторжение договора; оригинал уведомления о расторжении договора (от 24.07.2023 №4481-05/23) не был направлен в адрес ООО РРК «Ампир», следовательно, расторжение договора с ООО РРК «Ампир» не состоялось. ООО РРК «Ампир» были представлены в материалы дела доказательства осуществления деятельности после 31.08.2023; данные доказательства также подтверждают намерение ООО РРК «Ампир» продолжать деятельность по 2025 год, и опровергают выводы суда об умышленном прекращении после 31.08.2023 хозяйственной деятельности должника ООО РРК «Ампир» и закрытии текущих строительных проектов с целью не платить штраф 4 820 910,42 рубля.

Как указывают заявители апелляционных жалоб, выводы суда о подозрительности платежей и недействительности (мнимости) договоров займа, являются необоснованными.  Платежи ООО РРК «Ампир» по возврату и выдаче займов совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности; возврат займов обусловлен предоставлением обществу ООО РРК «Ампир»  соответствующих займов; выдача займов осуществлена на условиях возмездности, встречности и срочности. Платежи за услуги (работы, товары) осуществлены в счет оплаты фактически оказанных услуг, выполненных работ и полученных товаров. Платежи по выдаче подотчетных средств погашены путем предоставления оправдательных первичных документов на услуги, работы и товары, оплаченные за счет подотчетных средств. В отношении платежей в материалы дела были представлены доказательства, подтверждающие обоснованность перечисления денежных средств (договорю займа, отчетные документы и т.д.); признаки убыточности платежи не имеют; беспроцентность по договору займа допускается в силу закона; договоры займа заключены на условиях возвратности, истец не раскрыл обстоятельства недействительности договоров займа. По мнению апеллянтов, выводы суда относительно аффилированности (заинтересованности) ответчиков являются необоснованными; в материалы дела не представлены доказательства контроля участниками общества ООО РРК «Ампир» за текущей деятельностью ООО РРК «Ампир»; все участники общества могут получить информацию о деятельности общества только на ежегодном собрании участников, доказательства обратного в дело не представлены; в дело не представлены доказательства одобрения участниками сделок, убыточных для ООО РРК «Ампир». В отношении участников ФИО8 и ФИО4 заключены договоры займа, не имеющие признаков убыточности; на даты заключения данных договоров у ООО РРК «Ампир» отсутствовали кредиторы, признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства. АО «Консалт Ресурс», ООО СК «Вертекс», ФИО16 на сумму платежей предоставили встречное исполнение в виде услуг. На даты платежей в пользу ФИО8, ФИО4, АО «Консалт Ресурс», ООО СК «Вертекс», ФИО16 отсутствовали кредиторы, признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства. В этой связи сама по себе аффилированность (заинтересованность) данных лиц по отношению к ООО РРК «Ампир» не свидетельствует о том, что платежи в пользу данных лиц повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов. В материалы дела не представлены доказательства совершения субсидиарными ответчиками каких-либо действий (сделок), принятия субсидиарными ответчиками каких-либо управленческих решений, которые стали необходимой причиной банкротства должника или существенного ухудшения его финансового состояния (применительно к основаниям для привлечения к субсидиарной ответственности), либо которые не оказали влияние на финансово-хозяйственное положение должника, но причинили должнику и его кредиторам вред (применительно к основаниям для привлечения к ответственности за причиненные убытки); при этом, истец стал кредитором ООО РРК «Ампир» только 14.09.2023, когда ФИО6 не являлся руководителем ООО РРК «Ампир» и не мог и не должен был оказывать влияние на финансовую деятельность ООО РРК «Ампир». Суд первой инстанции не обосновал, как соотносятся дата 15.08.2023 отказа бенефициара от договора в одностороннем порядке с датой 05.10.2023 выхода участников из общества. Суд первой инстанции не обосновал, что в результате выхода участников из общества 05.10.2023 деятельность общества прекратилась. В дело не представлены доказательства того, что выход участников из общества 05.10.2023 повлек создание долгов общества либо вывод активов общества. Суд первой инстанции не устанавливал характер бездействия в отношении каждого ответчика, повлекшего односторонний отказ от договора и начисление штрафа. Суд первой инстанции не устанавливал степень участия каждого ответчика в соответствующем бездействии, повлекшем односторонний отказ от договора. Суд первой инстанции не устанавливал, какое поведение (какие действия) каждого ответчика повлекло имущественные потери у бенефициара (доказательства таких потерь в дело не представлены). Расторжение договора с бенефициаром (третьим лицом) в августе 2023 года обусловлено предпринимательским риском: экономической ситуацией в стране, конъюнктурой рынка, встречным неисполнением бенефициаром (НКО «Фонд капитального ремонта МКД») своих обязательств по договору. 

Также апеллянты считают, что какие-либо имущественные потери бенефициар не претерпел, поскольку по договору не предусмотрено было авансирование. Суд первой инстанции не устанавливал, какие сделки были совершены каждым ответчиком, в результате которых банк неосмотрительно перечислил бенефициару 4 796 805,86 рубля штрафа; в результате которых возник долг ООО РРК «Ампир» перед банком; какое отношение к договору с бенефициаром от 05.05.2023      имеют ответчики ФИО13,  ФИО4  (участник), ФИО8 (участник), ФИО7 (участник), как данные граждане повлияли на исполнение договора с бенефициаром от 05.05.2023, на расторжение данного договора и начисления штрафа по данному договору; когда возникли признаки объективного банкротства, неплатежеспособности и недостаточности имущества; в результате каких действий (сделок), управленческих решений возник долг ООО РРК «Ампир» перед банком либо стало невозможным погашение данного долга, в том числе, что указанные действия (сделки), управленческие решения имели место быть до 07.09.2023 включительно. Не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и заключением договора на оказание услуг от 05.05.2023 №РТ С223А230020, между действиями ответчиков и заключением договора предоставления независимой гарантии №ЭГ-1040609/23 от 05.04.2023, между действиями ответчиком и расторжением договора на оказание услуг от 05.05.2023 №РТС223А230020, между действиями ответчиков и исполнением банком в пользу бенефициара договора предоставления независимой гарантии №ЭГ-1040609/23 от 05.04.2023, между платежами ООО РРК «Ампир», указанными банком, и заключением и исполнением договора предоставления независимой гарантии №ЭГ-1040609/23 от 05.04.2023 и договора предоставления независимой гарантии №ЭГ-1040609/23 от 05.04.2023 , между действиями ответчиков, платежами ООО РРК «Ампир», указанными банком, с одной стороны, и невозможностью погасить задолженность банка в сумме 5 438 648,28 рублей. Ответчики и третье лицо ООО РРК «Ампир» не получали денежные средства в рамках договора с бенефициаром, в т.ч. не был оплачен и аванс по условиям договора. Платежи, совершенные до 05.05.2023 (до заключения договора от 05.05.2023 №РТС223А230020), в период с 05.05.2023 по 24.07.2023 (период действия договора от 05.05.2023 №РТС223А230020), с 23.08.2023 по 14.09.2023 (период исполнения банковской гарантии), после 14.09.2023 (после исполнения  банковской гарантии), не привели к возникновению у ООО РРК «Ампир» признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества и признакам объективного банкротства (к существенному ухудшению финансового состояния) ООО РРК «Ампир»; данные платежи являются исполнением неубыточных сделок ООО РРК «Ампир», совершенных в процессе обычной хозяйственной деятельности на условиях возмездности, встречности и срочности и в отсутствие у ООО РРК «Ампир» признаков платежеспособности, недостаточности имущества и объективного банкротства. Представленные в материалы дела выписки по расчетным счетам ООО РРК «Ампир», открытым в Сбербанк и Меткомбанк, свидетельствуют о признаках платежеспособности по состоянию на 05.05.2023. В 2023 году у ООО РРК «Ампир» имелись контракты (договоры подряда), которые составляли актив ООО РРК «Ампир». В материалы дела не представлены доказательства того, что размер денежных средств, поступавших на счета ООО РРК «Ампир» от исполнения контрактов (договоров подряда) был меньше размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей. В материалы дела не представлены доказательства того, что у ООО РРК «Ампир» имелись долги, определяющие наличие у ООО РРК «Ампир» признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства и существенное ухудшение финансового состояния ООО РРК «Ампир». По состоянию на 31.08.2023 у ООО РРК «Ампир» отсутствовали признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства, в связи с чем, у руководителя и участников ООО РРК «Ампир» не возникла в августе 2023 года и по 07.09.2023 обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), следовательно, основания для привлечения к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют. В период по 07.09.2023 у ООО РРК «Ампир» отсутствовали признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства, в связи с чем, у ФИО6 отсутствовала обязанность по подаче в суд заявления о признании ООО РРК «Ампир» несостоятельным (банкротом). С 07.09.2023 со сменой директора по решению участников, то есть не по воле ФИО6, последний утратил возможность подать заявления о признании ООО РРК «Ампир» несостоятельным (банкротом). В дело не представлены доказательства осведомленности ответчиков ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 по состоянию на 07.09.2023 о долге ООО РРК «Ампир» перед истцом, поскольку на 07.09.2023 такого долга не было. Истец не доказал убыточность платежей, совершенных ООО РРК «Ампир» в период с июля 2023 года по октябрь 2023 года, причинно-следственную связь между указанными платежами и причинами возникновения долга ООО РРК «Ампир» перед истцом. Убыточность платежей исключается, поскольку платежи осуществлены в счет встречного предоставления в виде товаров, работ, услуг. Выдача займов не является убыточной, поскольку договоры займа заключены на условиях возвратности; выдача займа неоднократно применялась в деятельности ООО РРК «Ампир», что не выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности ООО РРК «Ампир» и предпринимательского риска. Суд первой инстанции не установил, что ответчик ФИО6 получил какую-либо выгоду от совершенных ООО РРК «Ампир» платежей, поскольку такие платежи совершены в отношении контрагентов ООО РРК «Ампир», а не в отношении ФИО6, и на условиях равноценного встречного предоставления. Истец не доказал, что платежи ООО РРК «Ампир» в период с июля 2023 года по октябрь 2023 года вышли за рамки обычной хозяйственной деятельности. Суд первой инстанции не опроверг, что неисполнение ООО РРК «Ампир» обязательств по договору с третьим лицом не выходит за рамки предпринимательского риска и сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Истец не доказал, что на дату заключения договора банковской гарантии ООО РРК «Ампир» обладало признаками неплатежеспособности, недостаточности имущества, объективного банкротства. Истец не доказал, что ООО РРК «Ампир» в лице директора ФИО6 действовало обманным путем, со злоупотреблением правом, заведомо в отсутствие у ООО РРК «Ампир» ресурсов для исполнения договора с третьим лицом и договора банковской гарантии. 

Как указывают апеллянты, судом первой инстанции не учтено, что банк и бенефициар действовали неосмотрительно и недобросовестно со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) при определении размера штрафа с целью обогащения бенефициара и причинения убытка обществу ООО РРК «Ампир». Судом первой инстанции не учтено неосмотрительное поведение бенефициара (НКО «Фонд капитального ремонта МКД») и истца. Банк, уплачивая бенефициару штраф в сумме 4 796 805,86 рубля, вел себя неосмотрительно, поскольку у банка отсутствовали основания уплатить Бенефициару данную сумму, а у бенефициара отсутствовало право требования к банку уплатить данную сумму. Связь между просрочкой ООО РРК «Ампир» в исполнении договора от 05.05.2023 №РТС223А230020 и действиями бенефициара по предъявлению банку требования об уплате 4 796 805,86 рубля штрафа на основании пункта 17.9. договора отсутствует. Соответственно, отсутствует связь между просрочкой ООО РРК «Ампир» в исполнении договора от 05.05.2023 №РТС223А230020 и действиями банка по уплате 4 796 805,86 рубля штрафа на основании пункта 17.9 договора. Судом первой инстанции не учтены разъяснения в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров, вязанных с применением законодательства о независимой гарантии от 05.06.2019, согласно которым в данном случае вне всяких сомнений банк имел возможность оценить требование бенефициара на предмет очевидного злоупотребления правом и обогащения, т.к. начисление штрафа и требование о его платеже в силу условий договора за нарушение гарантийных обязательств не могли  быть начислены даже в силу сроков выполнения работ по договору. Истец не доказал наличие у ООО РРК «Ампир» по состоянию на 07.09.2024 тяжелого финансового состояния, которое само по себе не всегда говорит о наличии у общества признаков несостоятельности (банкротства), поскольку сумма задолженности образовывались в результате хозяйственной деятельности предприятия. Субсидиарные ответчики при исполнении своих обязанностей действовали добросовестно; доказательства обратного в материалы дела не представлены. Судом первой инстанции не учтено, что общество в равных суммах (на равных условиях) погашало задолженность по договорам займа, договорам подряда, договорам оказания услуг, договорам поставки без оказания предпочтения кому-либо из кредиторов. Из денежных операций по кредиту и по дебету видно, что денежные средства, полученные обществом в качестве оплаты за товары, работы, услуги, фактически были направлены на оплату товаров, работ, услуг, то есть указанные обороты свидетельствуют о том, что хозяйственная деятельность построена так, что расходы на материалы, товары, работы, услуги не превышают объем выручки, что свидетельствует о разумном подходе ведения предпринимательской деятельности. В связи с чем, имеются основания считать, что директор ФИО6 не злоупотреблял своим должностным положением, не оказывал в от ношении себя лично, в отношении частников общества предпочтение, а напротив, надлежащим образом исполнял свои публичные и социальные обязательства перед бюджетами (налоги, страховые взносы) и перед контрагентами общества, а общество получало прибыль, направленную на покрытие текущих расходов общества по оплате товаров, работ, услуг. Согласно представленному заключению, объективное банкротство ООО РРК «Ампир» определено, как возникшее 31.12.2023, что опровергает вывод суда первой инстанции о том, ответчики предпринимали действия по выводу активов и уклонению от исполнения обязательств ООО РРК «Ампир».

При подаче апелляционных жалоб ФИО6, ФИО7  уплачена государственная пошлина в размере по 10 000,00 рублей каждым, что подтверждается чеками по операции от 26.02.2025, от 20.02.2025, соответственно, приобщенными к материалам дела.

До начала судебного заседания от ООО РРК «Ампир» поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит апелляционные жалобы удовлетворить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении искового заявления АКБ «Трансстройбанк» (АО). Ссылается на то, что доводы апелляционной жалобы ФИО6 и ФИО7 заслуживают внимания. Основания для привлечения ФИО6 субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствуют. Не оспаривается лицами, участвующими в деле, что ФИО6 являлся самостоятельным руководителем, не связанным с участниками какими-либо иными правоотношениями, равно как и не ссылались стороны на наличие какой-либо  заинтересованности. С учетом позиций и оснований, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, в рамках данного дела: в отношении ФИО6 не было совершено сделок, в т.ч. в целях причинения вреда кредитору (истцу) (пп.1 п. 2 ст.61.11 Закона о банкротстве); документы бухгалтерского учета и отчетности ФИО6 были переданы последующему руководителю ФИО10, который в целях раскрытия фактических обстоятельств дела представлял все документы, имеющие отношение к делу, в т.ч. привлек специалиста для проведения аудита финансово-хозяйственной деятельности ООО «РРК «Ампир», а спор в отношении исследованных документов  отсутствовал (пп.2 п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве); ФИО6 не привлекался к уголовной, административной, налоговой или иной ответственности, в т.ч. связанной с кредитором (истцом) (пп.3 п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве); документы, нахождение которых в силу закона обязательно, имелись в наличии у последующего руководителя ФИО10, который представлял их в обоснование возражений (пп.4 п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве); в период выполнения функций единоличного исполнительного органа ФИО6, не было внесено в ЕГРЮЛ записей о недостоверности или иных записей, внесение которых являлось обязательным (пп.5 п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве). Судом не было установлено ни одного основания для вывода о том, что погашение требований истца стало невозможным в результате действий именно ФИО6 (п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве). ФИО6 доказал, что его вина в непогашении требований истца  отсутствует. Исходя из представленного в материалы дела финансового анализа ООО «РРК «Ампир», первичный признак кризисной ситуации возник только 30.09.2023, т.е. после прекращения полномочий ФИО6 по инициативе участников. На 31.08.2023 у ООО «РРК «Ампир» отсутствовали даже признаки кризисной ситуации, происходили без ограничений платежи. Первый признак кризисной ситуации на 30.09.2023 был обусловлен только фактом предъявления требований истцом о платеже, которое было направлено 15.09.2023, а право на его предъявление возникло у истца только 14.09.2023, т.е. оба события имели место быть после прекращения полномочий ФИО6 в качестве руководителя. Как верно отмечено в жалобе ФИО6, после прекращения его полномочий по инициативе участников, все документы по деятельности ООО «РРК «Ампир» подписывал и оформлял новый руководитель ФИО10, что подтверждается представленными в дело доказательствами. Факт осуществления реальной хозяйственной деятельности ООО «РРК «Ампир», преимущественно в сфере строительной деятельности лицами, участвующими в деле, не оспаривался и подтверждался. Вывод суда о том, что выдача займов участникам ФИО4 и ФИО8 стали следствием неплатежеспособности должника, не обоснован и сделан без учета комплексной оценки представленных доказательств и фактической деятельности должника. Согласно представленным в дело доказательствам (приложения к заключению о проведении экономического анализа ООО «РРК «Ампир») следует, что ФИО6 заключил в августе и сентябре 2023 года несколько договоров строительного подряда, в т.ч.: договор подряда №28-08/2023 от 28.03.2023 с ООО «ПКС «Юнит» с суммой выручки выполненных работ 16 620 000,00 рублей с НДС, сроки выполнения работ с 16.10.2023 по 26.12.2023, договор субподряда №СПГ.КГ.2/2023 от 06.09.2023 с ООО «СПГ» с суммой выручки выполненных работ 10 750 273,67 рубля с НДС, сроки выполнения работ с 02.10.2023 по 27.05.2024, договор подряда №461-2023 от 04.09.2023 с ООО «ЕРСМ Сибири» с суммой выручки выполненных работ 1 328 188,96 рубля с НДС, сроки выполнения работ с 29.09.2023 по 30.10.2023. Таким образом, при надлежащем исполнении обязательств по названным  договорам, ООО РРК «Ампир» получило бы прибыль и выручку на сумму не менее 28,5 млн.руб. только по указанным договорам. Невозможность исполнения принятых обязательств по указанным договорам была связана исключительно с неготовностью нового руководителя ФИО10 подготовить и организовать исполнение обязательств вследствие недостаточного опыта. Невозможность погасить требования истца была обусловлена исключительно неисполнением новым руководителем ФИО10 обязательств по уже заключенным договорам, срок исполнения которых наступил после прекращения полномочий ФИО6 и выручки от указанных договоров было достаточно как для исполнения договорных  обязательств, так и для погашения требований истца. Следовательно, невозможность погашения требований истца была обусловлена неисполнением обязательств новым руководителем ФИО10 по заключенным сделкам, однако указанное обстоятельство и доказательства не были оценены судом первой инстанции, что является существенным нарушением норм процессуального права и неполным выяснением обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения дела. Влиять на исполнение ООО «РРК «Ампир» обязательств по ранее заключенным договора ФИО6 не имел ни фактической, ни юридической возможности, что исключает обоснованность вывода о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности. При заблаговременном планировании прекращения деятельности ООО РРК «Ампир» (как это ошибочно посчитал суд первой инстанции) у ФИО6 не имелось объективной необходимости продолжать заключать договоры в целях извлечения прибыли на последующие месяцы и, планируя свою оперативную деятельность, ФИО6 имел достаточный запас поступающих денежных средств от выручки по заключенным договорам подряда. Исключительно досрочное прекращение полномочий ФИО6 в качестве руководителя стало причиной неполучения прибыли и выручки ООО РРК «Ампир» в 4 квартале 2023 года на сумме более 28,5 млн.руб. Как обоснованно указано в жалобе ФИО6, он не знал и не мог знать о  том, что последующий руководитель ООО РРК «Ампир» не примет меры к оспариванию неправомерного требования о платеже по банковской гарантии со стороны Краснодарского фонда капительного ремонта. Доводы о необоснованности и наличии правомерных возражений, который должны были быть заявлены со стороны ООО РРК «Ампир» были последовательно изложены, однако в нарушение требований статьи 170 АПК РФ так и не нашли своей оценки в судебном акте. Вывод суда о том, что выданные займы участникам ФИО4 и ФИО8 являются ничтожными, нельзя признать обоснованными, т.к. аналогичные займы выдавались и возвращались регулярно, т.е. такие сделки совершались даже в разрезе календарного года в качестве обычно совершаемых в хозяйственной деятельности сделок. Выдача типовых займов при наличии к тому достаточных средств из прибыли ООО РРК «Ампир» в ситуации отсутствия претензий и просроченных обязательств перед кредиторами в период управления ФИО6 ООО РРК «Ампир» не свидетельствует о цели причинения вреда кредиторам (в т.ч. истцу), т.к. право требования у истца возникло только 14.09.2023, когда полномочия ФИО6 были прекращены. На момент прекращения полномочий ФИО6 неисполненных обязательств ООО «РРК «АМПИР» не имело перед независимыми кредиторами, что само по себе исключает возможность причинения ФИО6 какого-либо вреда истцу. Вывод суда о том, что ФИО6 осуществил вывод денежных средств в  пользу заинтересованных лиц – ООО «СМУ 18» и АО «Консалт Ресурс» являются необоснованными. Как верно приведено в жалобе ФИО6, задолженность перед ООО «СМУ  18» погашалась по финансовым распоряжениям в пользу третьих лиц по обязательствам, возникшим до возникновения требований у истца и существование и обоснованность такой задолженности подтверждена относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. Аналогично правильно отмечено в жалобе ФИО6 и о наличии правовых и фактических оснований для оплаты денежных средств в АО «Консалт Ресурс» с учетом представленных документов первичного учета, ни один из которых не был оспорен (ст.65, ч.3.1 ст.70 АПК РФ). Погашение займа в пользу ООО «СК «Вертекс» необоснованно вменено как основание для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности, т.к. во-первых, погашение займа произведено в счет ранее полученного на расчетный счет, во-вторых, получение и погашение займа произведено в пределах одного календарного месяца, в-третьих, получение и погашение краткосрочного займа произведено до предъявления требований о платеже по банковской гарантии со стороны истца. Таким образом, неразумных и отличающихся от стандартных и предыдущих действий по управлению должником со стороны ФИО6 не подтверждено, конкурсная масса (актив должника) учтен в бухгалтерских документах и это подтверждено экономическим анализом специалиста, а сделок, направленных на безвозвратный вывод какого-либо имущества судом не установлено. Все денежные средства, полученные под отчет на командировки, документально обоснованы и подтверждены. Представленные документы лицами, участвующими в деле, не оспаривались, что свидетельствует о правомерном поведении и расходовании денежных средств на цели ООО РРК «Ампир». Выводы суда первой инстанции о мнимости сделок по предоставлению займов нельзя признать обоснованными, т.к. как было указано ранее они носили неоднократный характер и возврат по всем займам производился, кроме выданных 10.08.2023 займов ФИО4 и ФИО8, срок возврата которых не истек. Вывод суда о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности за невозможность погашения задолженности истца за счет средств ООО РРК «Ампир» недоказанным и противоречащим фактическим обстоятельствам, которым суд первой инстанции не дал оценку и не исследовал. Для определения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо было оценить и учесть поведение истца и Фонда капитального ремонта Краснодарского края. Как верно отмечено в апелляционной жалобе ФИО6, суд первой инстанции не оценивал и не учитывал характер поведения истца, с точки зрения  добросовестного поведения не просто любого участника гражданских  правоотношений, но и как специального профессионального субъекта контрактных отношений. Не обеспечив равноправие и состязательный характер сторон, суд первой инстанции не оценил довод ФИО6 о том, что истец произвел оплату штрафа по требованию Фонда капитального ремонта Краснодарского края, который не был предусмотрен условиями договора. Это юридически значимое обстоятельство, осталось без оценки, а его правовые и фактические последствия были возложена неправомерно на ФИО6 ФИО6 ссылался на ничтожность требования о платеже по банковской гарантии, предъявленное Фондом капитального ремонта Краснодарского края в связи с тем, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (статья 10 ГК РФ). Поскольку договор от 05.05.2023 №РТС223А230020 расторгнут по основаниям, предусмотренным пунктом 17.7 договора, а не по основаниям, предусмотренным разделом 13 договора, постольку у бенефициара не возникло право на штраф. К требованию бенефициара к банку от 23.08.2023 с требованием уплатить сумму штрафа был приложен договор от 05.05.2023 №РТС223А230020. Соответственно, банк как профессиональный субъект знал об отсутствии у бенефициара права на штраф при расторжении договора в соответствии с пунктом 17.9 договора. В данном случае требование о платеже от 23.08.2023 имело целью в результате злоупотребления правом причинения ущерба охраняемым законом интересам ответчика, а также сопряжены с нарушением публичных интересов в сфере государственных закупок. Правовых и договорных оснований, указанных как в требовании бенефициара, так и в уведомлении о расторжении договора, являющихся основанием для начисления и уплаты штрафа, не имелось. В качестве основания для субсидиарной ответственности ФИО7 вменено его участие в АО «Консалт Ресурс», которое имело договорные отношения с ООО РРК «Ампир» и которое получало при его содействии возможность заключить договоры, в т.ч. и с Фондом капитального ремонта Краснодарского края. Все платежи, поставленные судом по сомнение, имели встречное исполнение, а сами обязательства перед АО «Консалт Ресурс» возникли значительно задолго до возникновения обязательств перед истцом. Платеж от 17.08.2023 на сумму 1 500 000,00 рублей (назначение платежа: Возврат займа по договору займа от 10.08.2023) был оценен судом как вывод денежных средств, несмотря на то, что данный заем в сумме 1 500 000,00 рублей был правомерно возвращен, поскольку платежом от 10.08.2022 №1051 займодавец АО «Консалт Ресурс» предоставил заемщику ООО РРК «Ампир» краткосрочный займ в сумме 1 500 000,00 рублей. Возврат займа за счет полученной прибыли 17.08.2023 в отсутствие требований истца само по себе свидетельствует о том, что он не мог причинить вред имущественным правам кредиторов, включая истцу, т.к. при добросовестном поведении истца, он обязан был отказать Фонду капитального ремонта Краснодарского края в платеже по банковской гарантии, т.к. оснований для начисления штрафа условиями договора от 05.05.2023 №РТС223А230020 предусмотрено не было. Расходы на перелет ФИО7 в январе 2023 года в целях проведения переговоров по заключению договора от 05.05.2023 №РТС223А230020 были документально подтверждены и объяснены при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Более того, указанные расходы были произведены задолго как до заключения договора с Фондом, так и до заключения договора с истцом, что само по себе не может свидетельствовать о совершении ФИО7 действий, повлекших невозможность погашения требований истца, возникших 14.09.2023 на основании ничтожного требования бенефициара (Фонда капитального ремонта Краснодарского края). Иных оснований, предусмотренных нормами Закона о банкротстве или ГК РФ, в судебном акте не установлено, что свидетельствует о незаконности оспариваемого решения в отношении ФИО7

От истца АКБ «Трансстройбанк» (АО) поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Указывает на то, что ФИО6 являлся директором должника в период, когда совершались все убыточные для должника сделки. В апелляционной жалобе указано, что заявление о смене директора (с ФИО6 на ФИО10) подано через нотариуса 08.09.2023, однако, данный факт никак не влияет на квалификацию действий ответчиков, поскольку убыточные для должника сделки совершены ранее 08.09.2023. Последние убыточные сделки по счету должника были совершены 29.08.2023, когда директором был ФИО6 Довод апелляционной жалобы о том, что ООО РРК «Ампир» продолжило хозяйственную деятельность после сентября 2023 года, материалами дела не подтверждается. Формальное подписание документов со стороны директора ФИО10 не может подтверждать ведение хозяйственной деятельности. ООО РРК «Ампир» задолженность перед Банком не погашало. В счет погашения задолженности ООО РРК «Ампир» были платежи на сумму 30 000,00 рублей со счета физического лица ФИО10 По состоянию на 03.06.2024 со стороны ФНС России в отношении должника установлена приостановка операций по счетам в банках, код основания 02. Это означает, что ООО РРК «Ампир» не предоставляет налоговые декларации в налоговый орган более двадцати дней по истечении установленного срока предоставления налоговых деклараций. Директор ФИО10 не осуществлял свою деятельность в интересах ООО РРК «Ампир», поскольку не инициировал судебные споры о взыскании убытков против бывшего директора и участников ООО РРК «Ампир». Участники ООО РРК «Ампир» ФИО4, ФИО8 и ФИО7 осуществляли скоординированные действия, направленные на причинение убытков банку. В ходе судебного разбирательства была изучена хронологий событий, которые привели должника к состоянию неплатежеспособности. Последовательность событий и совершенных сделок демонстрирует стремление ответчиков сделать невозможным взыскание денег со стороны банка. 24.07.2023 ООО РРК «Ампир» получило от НКО «Фонд капитального ремонта МКД» уведомление о расторжении контракта с требованием выплатить штраф в размере 4 820 910,42 рубля; с 02.08.2023 по 21.08.2023 ООО РРК «Ампир» получило доход в размере 5 436 875,00 рублей от хозяйственной деятельности; 10.08.2023 - выдача займа ФИО8 на сумму 2 663 084,00 рублей; 10.08.2023 - выдача займа ФИО4 на сумму 2 663 084,00 рублей; 31.08.2023 - последние расходные операции по счетам должника в ПАО «Сбербанк» и ПАО «Меткомбанк». Ответчикам потребовалось немногим больше месяца для того, чтобы завершить строительные проекты должника, изъять денежные средства с банковских счетов и сделать невозможным для банка взыскание долга с ООО РРК «Ампир»; это было сделано в период, когда ООО РРК «Ампир» отказалось добровольно оплатить или оспорить штраф 4 820 910,42 рубля в пользу НКО «Фонд капитального ремонта МКД». Ответчики обладали сведениями о том, что штраф будет оплачен банком за счет независимой гарантии и понимали, что ООО РРК «Ампир» имеет договорное обязательство возместить банку сумму выплаченной независимой гарантии. Договоры займа с участниками ФИО4 и ФИО8 являются недействительными (мнимыми) сделками (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Суд пришел к верному выводу о том, что договор займа от 10.08.2023 с ФИО4 на сумму 2 663 084,00 рублей, договор займа от 10.08.2023 с ФИО8 на сумму 2 663 084,00 рублей, а также договор займа от 02.08.2023 с ФИО8 на сумму 1 480 000,00 рублей являются мнимыми сделками. ФИО4 и ФИО8 изъяли денежные средства на сумму 6 806 168,00 рублей без когда-либо намерения возвратить указанные денежные средства на банковские счета ООО РРК «Ампир». Доказательством обратного может быть только возврат ответчиками указанных денежных  средств на банковские счета ООО РРК «Ампир», что привело бы к прекращению настоящего спора. Сумма требований банка составляет 5 438 648,28 рубля, что существенно меньше сумм выданных «займов». Возврат займа 17.08.2023 в АО «Консалт Ресурс» на сумму 1 500 000,00 рублей является недействительной сделкой, поскольку направлен на причинение убытков независимому кредитору банку. Единственным акционером и руководителем АО «Консалт Ресурс» является ФИО7, что означает нахождение АО «Консалт Ресурс» и ООО РРК «Ампир» в одной группе лиц. Ответчики на 17.08.2023 обладали информацией о том, что ООО РРК «Ампир» обязано оплатить штраф в размере 4 820 910,42 рубля в пользу НКО «Фонд капитального ремонта МКД», однако, в результате скоординированных действий ответчиков должник исполнял обязательства только в пользу заинтересованных лиц, а наступившее обязательство перед независимым кредитором НКО «Фонд капитального ремонта МКД», не смотря на наличие средств, не было исполнено. Ответчики в ходе судебного разбирательства заявили, что не согласны с требованием НКО «Фонд капитального ремонта МКД» о выплате штрафа в размере 4 820 910,42 рубля. Чтобы не выплачивать штраф независимому кредитору ответчики потратили все денежные средства должника путем совершения сделок с участниками или сделок, совершенных в интересах участников. Дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» (№А60-864/2024) возбуждено 22.01.2024; указанная сделка с заинтересованным лицом совершена в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве; предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Платеж 30.06.2023 в АО «Консалт Ресурс» на сумму 2 265 920,00 рублей за консультационные и юридические услуги прикрывает передачу денег участнику ФИО7 Ни в суде первой инстанции, ни в апелляционных жалобах ответчики не раскрыли содержание юридических услуг, которые оказывало должнику АО «Консалт Ресурс»; АО «Консалт Ресурс» не оказывает юридические услуги по защите ответчиков в настоящем судебном споре, этим занимается ФИО5 (представитель ФИО6, ФИО7); ответчик ФИО7 является руководителем и единственным акционером АО «Консалт Ресурс», которое оказывает юридические услуги должнику; дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» (№А60-864/2024) возбуждено 22.01.2024, платеж на сумму 2 265 920,00 рублей совершен 30.06.2023, то есть в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве; предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Возврат займов в августе 2023 года в ООО СК «Вертекс» на сумму  701 000,00 рублей является недействительной сделкой, поскольку направлен на причинение убытков независимому кредитору банку. Ответчики на 17.08.2023 обладали информацией о том, что ООО РРК «Ампир» обязано оплатить штраф в размере 4 820 910,42 рубля в пользу НКО «Фонд капитального ремонта МКД», однако, в результате скоординированных действий ответчиков должник исполнял обязательства только в пользу заинтересованных лиц, а наступившее обязательство перед независимым кредитором НКО «Фонд капитального ремонта МКД», не смотря на наличие средств, не было исполнено. Дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» (№А60-864/2024) возбуждено 22.01.2024; возврат займа на сумму 701 000,00 рублей совершен в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве; предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Оплата за юридические услуги 10.08.2023 в пользу ФИО16 3 на сумму 563 500,00 рублей является недействительной сделкой, поскольку направлен на причинение убытков независимому кредитору банку, а также прикрывает передачу денег участнику ФИО8 Ни в суде первой инстанции, ни в апелляционных жалобах ответчики не раскрыли содержание юридических услуг, которые оказала должнику ФИО16; ФИО16 не оказывает юридические услуги по защите ответчиков в настоящем судебном споре; со стороны ФИО8 не подана апелляционная жалоба на решение суда первой инстанции; дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» (№А60-864/2024) возбуждено 22.01.2024, указанная сделка с заинтересованным лицом совершена в пределах шести месяцев до возбуждения дела о  банкротстве; предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Ответчики в силу положения Закона о банкротстве обладают статусом заинтересованного лица. Суд первой инстанции верно установил причинно-следственную связь между действиями ответчиков и невозможностью исполнения должником обязательств перед банком. Ответчики, которые привлечены судом к субсидиарной ответственности, не только обладали формальной связью с ООО РРК «Ампир», но также получили активы должника, которые превышают размер долга перед независимым кредитором банком. Сделки должника с заинтересованными лицами были всестороннее исследованы арбитражным судом. Установлено, что после 24.07.2023 ООО РРК «Ампир» уклонялось от исполнения обязательства в пользу НКО «Фонд капитального ремонта МКД», но активно совершало платежи (сделки) в пользу заинтересованных лиц. Данное поведение суд правомерно оценил как недобросовестное, поскольку фактически должником совершались сделки с предпочтением кредиторов - заинтересованных лиц перед независимым кредитором НКО «Фонд капитального ремонта МКД. Для настоящего спора имеет значение дата возникновения у ООО РРК «Ампир» обязательства выплатить штраф по договору №РТС223А230020 от 05.05.2023 в пользу НКО «Фонд капитального ремонта МКД». 24.07.2023 ООО РРК «Ампир» получило от НКО «Фонд капитального ремонта МКД» уведомление о расторжении контракта с требованием выплатить штраф в размере 4 820 910,42 рубля. Причины расторжения договора №РТС223А230020 от 05.05.2023 со стороны НКО «Фонд капитального ремонта МКД» никакого отношения к настоящему спору не имеют. К субсидиарной ответственности суд первой инстанции привлек ФИО6, ФИО4, ФИО8 и ФИО7 Все указанные лица имели возможность принять меры по оспариванию штрафа, в том числе обратиться в суд с иском о признании незаконным расторжения договора №РТС223А230020 от 05.05.2023 со стороны НКО «Фонд капитального ремонта МКД» или требовать в судебном порядке снижения размера штрафа. Но ответчиками была избрана иная стратегия, которая включала в себя три этапа: I. до сентября 2023 года завершить текущие строительные проекты ООО РРК «Ампир» и получить оплату от контрагентов (заказчиков); II. до сентября 2023 года изъять все денежные средства с банковских счетов должника путем выплат в пользу ответчиков и иных заинтересованных лиц; III. В сентябре-октябре 2023 года прекратить все формальные связи с ООО РРК «Ампир», то есть бросить компанию с невыполненными обязательствами. Ответчики реализовали выбранную стратегию, при этом, не оценивали риск привлечения к субсидиарной ответственности. Все платежи должника после 24.07.2023 в пользу заинтересованных лиц являются недействительными сделками согласно статье 61.3 Закона о банкротстве, а совершение контролирующими лицами недействительных сделок в силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве является основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании 14.04.2025 представитель ответчиков доводы апелляционных жалоб поддержал, просил решение суда отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представители истца с доводами апелляционных жалоб не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения по основаниям, указанным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

В судебном заседании 14.04.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 28.04.2025.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции представителя  ответчика ФИО6 ФИО5, представителя истца АКБ «Трансстройбанк» (АО) ФИО2, представителя третьего лица ООО РРК  «Ампир» ФИО9

Во время перерыва от третьего лица ООО РРК «Ампир» поступило заявление о вынесении на обсуждение юридически значимых обстоятельств, в котором просит вынести на обсуждение вопрос о вовлеченности каждого из ответчиков в совершение конкретных, предположительно убыточных сделок после возникновения обязательств перед АК «Трансстройбанк», и определение среди ответчиков потенциальных выгодоприобретателей в целях определения ответственности каждого из ответчиков.

В судебном заседании 28.04.2025 представитель третьего лица поддержал заявление о вынесении на обсуждение юридически значимых обстоятельств.

Арбитражным апелляционным судом заявленное ООО РРК «Ампир» ходатайство не рассматривается, поскольку оно являлось предметом исследования в суде первой инстанции. Указанные доводы подлежат оценке при рассмотрении доводов апелляционных жалоб. 

В судебном заседании 28.04.2025 представитель ответчика ФИО6 доводы апелляционных жалоб поддержал, просил решение суда отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представитель третьего лица ООО РРК «Ампир» доводы апелляционных жалоб поддержал, просил решение суда отменить, отказать в удовлетворении требований.

Представитель истца с доводами апелляционных жалоб не согласился, просил решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения по основаниям, указанным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению апелляционных жалоб в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ООО РРК «Ампир» (ИНН 

<

***>) 05.10.2017 зарегистрировано в качестве юридического лица инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району города Екатеринбурга за основным государственным регистрационным номером 1176658096449.

Основным видом деятельности общества являлась деятельность в области архитектуры (ОКВЭД 71.11), дополнительными видами деятельности – разработка строительных проектов (ОКВЭД 41.10), строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20), строительство мостов и тоннелей (ОКВЭД 42.13), строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения (ОКВЭД 42.21), строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки (ОКВЭД  42.99), разборка и снос зданий (ОКВЭД 43.11), подготовка строительной площадки (ОКВЭД 43.12), производство земляных работ (ОКВЭД 43.12.3), производство электромонтажных работ (ОКВЭД 43.21) и другие.

В период с 20.02.2023 по 15.09.2023 ФИО6 являлся директором должника, что подтверждается информацией о контрагенте из СПС «Гарант».

В период с 15.09.2023 по настоящее время ФИО10 является директором должника, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ в отношении общества РРК «Ампир».

ФИО4 в период с 05.10.2017 по 05.10.2023 являлся участником должника с долей участия 40%; ФИО8 в период с 05.10.2017 по 05.10.2023 являлся участником должника с долей участия 40%; ФИО17 в период с 26.04.2022 по 05.10.2023 являлся участником должника с долей участия 40%.

Между АКБ «Трансстройбанк»  (банк, гарант) и ООО РРК «Ампир» (далее - клиент, принципал) в электронной форме был заключен договор предоставления независимой гарантии №ЭГ-1040609/23 от 05.04.2023 в редакции изменения №1 к банковской гарантии от 13.01.2023, в соответствии с пунктом 1.1 которого банк обязуется выдать клиенту банковскую гарантию на сумму 4 820 910,42 рубля сроком по 20.02.2024 включительно, бенефициаром по договору является некоммерческая унитарная организация «Краснодарский краевой фонд капитального ремонта многоквартирных домов (далее – бенефициар).

В соответствии с пунктом 1.1.3.3 договора в случае исполнения банком своих обязательств по гарантии перед бенефициаром клиент уплачивает банку вознаграждение за платеж по гарантии, которое составляет 0,5% от суммы платежа согласно требованию бенефициара об осуществлении платежа по гарантии. Вознаграждение выплачивается одновременно с возмещением банку сумм, уплаченных бенефициару. В случае, если клиент не осуществил возмещение по регрессному требованию в порядке и в сроки согласно п. 2.6 настоящего договора суммы, перечисленной банком бенефициару, клиент уплачивает банку вознаграждение из расчета 36% (тридцать шесть процентов) годовых, начисляемых на фактическую сумму, выплаченную банком бенефициару, начиная с даты истечения срока, указанного в пункте 2.6. настоящего договора, по день полного возмещения клиентом уплаченных сумм. Вознаграждение выплачивается одновременно с возмещением банку сумм, уплаченных бенефициару

В силу пункта 2.6 договора клиент обязан произвести возмещение банку в порядке регресса уплаченные банком бенефициару суммы, согласно пункту 2.5 настоящего договора, в течение 3 (трех) рабочих дней с момента получения регрессного требования банка. По истечении указанного срока обязательства клиента по возмещению в порядке регресса требований банка считаются просроченными (пункт 2.6 договора).

Банк 07.09.2023 получил от бенефициара требование об осуществлении уплаты денежной суммы по независимой гарантии на сумму 4 796 805,86 рубля и оплатил ее, что подтверждается платежным поручением №14965 от 14.09.2023.

Банком 15.09.2023 обществу РРК «Ампир» было направлено требование о возмещении суммы выплаченной по независимой гарантии, в котором банк просил клиента в течение 3 (трех) рабочих дней с момента получения требования возместить сумму в размере 4 796 805,86 рубля и уплатить вознаграждение в размере 23 984,03 рубля.

Ссылаясь на то, что требование о возмещении суммы выплаченной по независимой гарантии обществом РРК «Ампир» не исполнено, АКБ «Трансстройбанк» (АО) обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО РРК «Ампир» о взыскании задолженности в общем размере 5 388 704,76 рубля.

Вступившим в законную силу решению Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2023 по делу №А40-250502/23-47-1980 с ООО РРК «Ампир» в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) взыскана задолженность в общем размере 5 388 704,76 рубля, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 49 943,52 рубля.

Указанное решение в добровольном порядке исполнено не было, задолженность не погашена. 

АКБ «Трансстройбанк» (АО) 15.01.2024 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ООО РРК «Ампир» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2024 по делу №А60-864/2024 принято к производству заявление АКБ «Трансстройбанк» (АО) о признании ООО РРК «Ампир» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024 по делу №А60-864/2024 производство по заявлению АКБ «Трансстройбанк» (АО) о признании ООО РРК «Ампир» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

В обоснование заявленных требований о  привлечении контролирующих деятельность должника лиц к субсидиарной ответственности истец сослался на следующие обстоятельства.

Банк оказался в ситуации, когда производство по делу о банкротстве  ООО РРК «Ампир» прекращено судом ввиду отсутствия средств на финансирование процедуры банкротства, что предполагает возможность применения иного способа защиты прав кредитора, а именно, привлечение контролирующих должника лиц по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, что имеет место в рассматриваемой ситуации.

При этом, истец ссылается также на то, что после вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2023 по делу №А40-250502/23-47-1980, которое в апелляционном и кассационном порядке не обжаловалось, а также после прекращения производства по делу о банкротстве определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024 по делу №А60-864/2024, которое также не обжаловалось, отдельные участники ООО РРК «Ампир», которые являются контролирующими должника лицами, совершили в свою пользу сделки имущественного характера, исполнение которых направлено на вывод из ООО РРК «Ампир» денежных средств, оспаривание этих сделок для кредитора оказалось невозможным в рамках дела о банкротстве, однако, несмотря на это, анализ условий этих сделок, хронология их совершения, указывают на то, что они были совершены и исполнены в ущерб имущественным интересам банка, права которого на получение денежных средств с должника возникли из приведенного судебного решения Арбитражного суда города Москвы.

С 31.08.2023 денежные средства на банковские счета должника от контрагентов не поступают. Ответчики ФИО4 и ФИО8 не возвращали на банковские счета ООО РРК «Ампир» полученные от должника суммы займов. Интересы должника в споре представляет ООО «Юридическая контора «Защитник» и его директор ФИО9. При этом, должник не имеет денежных средств для оплаты услуг ООО «Юридическая контора «Защитник»; ООО «Юридическая контора «Защитник» представляла интересы должника и до назначения руководителем ФИО10, а также представляло интересы ООО «СМУ 18», которое принадлежит ответчику ФИО4 Совокупность этих обстоятельств указывает на то, что ООО РРК «Ампир» реальной хозяйственной деятельности не ведет, при этом, руководитель должника ФИО10 осуществляет свои действия не в интересах должника, а в интересах иных ответчиков (бывших учредителей должника и бывшего руководителя ФИО6).

Вместо расчетов с истцом, должник принял на себя новые обязательства, в том числе обязательства по выплате беспроцентных займов участникам ФИО4 и ФИО8, в том числе 02.08.2023 ФИО8 в размере 1 480 000,00 рублей, 10.08.2023 ФИО4 в размере 2 663 084,00 рублей, 10.08.2023 ФИО8 в размере 2 663 084,00 рублей.

Указанные платежи, а также иные платежи должника на сумму 10 397 175,85 рубля в пользу заинтересованных лиц, были совершены в пределах 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве и при наличии обязательств по договору от 05.04.2023. Этих юридических фактов, по мнению банка, вполне достаточно, чтобы квалифицировать все указанные платежи в   качестве недействительных сделок с предпочтением одному из кредиторов по статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как указывает истец, скоординированное поведение ответчиков привело к прекращению хозяйственной деятельности ООО РРК «Ампир» и реальному переводу строительного бизнеса на иное юридическое лицо. Таковым может выступать ООО СК «Вертекс» (ИНН 

<

***>), которое в преддверии банкротства должника в августе 2023 года получило от должника 701 000,00 рублей в качестве возвратов займов. Генеральным директором ООО СК «Вертекс» является ФИО6, согласно данным бухгалтерской отчетности на портале pb.nalog.ru, в 2022 году компания имела доход в размере 8 407 тыс. руб., а в 2023 году сумма дохода выросла на 10 млн. рублей и составила 18 010 тыс. руб. Это может объясняться переводом с сентября 2023 года в ООО СК «Вертекс» строительных проектов должника.

Сумма требований истца 5 438 648,28 рубля в сопоставлении с масштабом сделок с предпочтением в интересах ответчиков на сумму более 10 млн. рублей, а также скоординированное поведение ответчиков в настоящем процессе являются достаточным основанием для солидарного привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, АКБ «Трансстройбанк» (АО) обратился в арбитражный суд с иском о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир» с ФИО10, ФИО6, ФИО4, ФИО8 и ФИО7 в пользу истца 5 408 648,28 рубля.

При рассмотрении настоящего гражданского дела третьим лицом НКО «Фонд капитального ремонта МКД» представлен отзыв, в котором указывает на то, что между ООО РРК «Ампир» и региональным оператором заключен договор от 05.05.2023 №РТС223А230020 на оказание услуг и (или) выполнение работ по оценке технического состояния многоквартирного дома, разработке проектной документации на проведение капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов и выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества многоквартирных домов в г. Новороссийске. АКБ «Трансстройбанк» (АО) для обеспечения исполнения обязательств ООО РРК «Ампир» по договору предоставило независимую гарантию от 28.04.2023 №ЭГ-1040609/23. ООО РРК «Ампир» допускало нарушения своих обязательств по договору, что привело к отправке в адрес ООО РРК «Ампир» писем от 11.07.2023, от 18.07.2024, от 24.07.2023. Требования регионального оператора со стороны принципала ООО РРК «Ампир» в добровольном порядке не исполнено, штраф в размере 4 820 910,42 рубля не оплачен. ООО РРК «Ампир» было согласно с наличием нарушений и правом регионального оператора на одностороннее расторжение договора. Это следует из того обстоятельства, что односторонний отказ не обжалован в судебном порядке со стороны ООО РРК «Ампир». Региональным оператором в адрес АКБ «Трансстройбанк» (АО) направлено требование об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии в размере 4 796 805,86 рубля (исх. от 23.08.2023 №5050-05/23). Указанная денежная сумма выплачена региональному оператору со стороны АКБ «Трансстройбанк» (АО). Исковые требования АКБ «Трансстройбанк» (АО) к ответчикам являются законными и обоснованными. Выписки по банковским счетам ООО РРК «Ампир» за июль-август 2023 года указывают на то, что доходы должника от основной деятельности были достаточными для оплаты штрафа в размере 4 820 910,42 рубля.

Ответчиками были заявлены возражения с указанием на то, что в подтверждение законности платежей в материалы дела представлены первичные документы, которые истцом не опровергнуты. По состоянию на 31.08.2023 у ООО РРК «Ампир» отсутствовали признаки неплатежеспособности, недостаточности имущества и объективного банкротства. Расторжение договора с НКО «Фонд капитального ремонта МКД» не состоялось, поскольку было заявлено неуполномоченным лицом. В дело не представлены доказательства того, что по состоянию на 23.08.2023 истец достоверно знал, что договор с ООО РРК «Ампир» расторгнут. ООО РРК «Ампир» представило доказательства осуществления деятельности после 31.08.2023. Является необоснованным довод истца о том, что после 24.07.2023 обществом РРК «Ампир» совершены платежи в пользу лиц, заинтересованных по отношению к должнику, которые являются выводом активов. Признаков убыточности платежи не имеют. Договоры займа, являющиеся основанием для перечисления денежных средств, заключены на условиях возвратности; беспроцентность по договору займа допускается законом. Истец не представил доказательства контроля участниками ООО РРК «Ампир» за текущей деятельностью должника.  В дело не представлены доказательства одобрения участниками сделок, убыточных для ООО РРК «Ампир». На даты совершения платежей кредиторы у ООО РРК «Ампир» отсутствовали. У ООО РРК «Ампир» не появились кредиторы в результате платежей в пользу ФИО8, ФИО4, ООО «Консалт Ресурс», ООО «Вертекс», ООО СК «Вертекс», ФИО16; платежи в пользу указанных лиц являются встречным предоставлением в пользу ООО РРК «Ампир», то есть отсутствует признак убыточности. 

Удовлетворяя частично заявленные требования, взыскивая солидарно в порядке субсидиарной ответственности с ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 денежные средства в пользу истца, суд первой инстанции исходил из того, что скоординированные совместные действия ответчиков направлены на вывод денежных средств из общества в условиях, когда у общества имелась задолженность перед банком, размер и основания возникновения которой установлены вступившим в силу судебным решением; в ситуации после взыскания с должника задолженности по гарантии и прекращения производства по делу о банкротстве в обществе РРК «Ампир» не только не были разработаны меры по выходу из создавшейся ситуации, напротив, какая-либо стратегия ведения бизнеса, в целом, исчезла, участники общества распорядились значительными денежными средствами общества в свою пользу или в пользу аффилированных с ними лиц и вышли из состава участников общества; последовательность совершения хозяйственных операций обществом, получение доходов от деятельности, расходование денежных средств, в том числе, на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью общества, привели к полному прекращению обществом расчетов с 31.08.2023 и такое завершение было заранее спланировано участниками, поскольку в дальнейшем все участники из общества вышли, ранее получив в обществе либо займы, либо оплатив за счет общества свои расходы, либо расходы аффилированных с ними лиц.

Отказывая в удовлетворении требований в части привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь бывшего руководителя должника ФИО10 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, а также недоказанности наличия всех необходимых и достаточных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий ФИО10 их противоправности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб,  отзывов на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как установлено пунктом 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. 

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом пункты 1,2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий исполнительного органа именно на истца.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Заявление истца о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир» вне рамок дела о банкротстве поступило в арбитражный суд 23.04.2024, обстоятельства, с которыми истец связывает привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности (неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, совершение действий, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов), имели место после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

В данном случае дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» по заявлению АКБ «Трансстройбанк» (АО) прекращено определением арбитражного суда от 19.02.2024 по делу №А60-864/2024 в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

Обоснованность требований, на которые ссылался истец, обращаясь с заявлением о признании должника банкротом, подтверждены вступившим в законную силу судебным актом (решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2023 по делу №А40-250502/23-47-1980).

В связи с чем, АКБ «Трансстройбанк» (АО) наделено правом предъявления требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, установленными статьями 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве, вне рамок дела о банкротстве в исковом порядке.

Определяя статус ответчиков в качестве контролирующих должника лиц, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 постановления от 21.12.2017 №53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления от 21.12.2017 №53 указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как указывалось ранее, ООО РРК «Ампир» зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 05.10.2017 инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району города Екатеринбурга; основным видом деятельности общества являлась деятельность в области архитектуры (ОКВЭД 71.11).

Судом установлено, что в период с 20.02.2023 по 15.09.2023 ФИО6 являлся директором должника, что подтверждается информацией о контрагенте из СПС «Гарант». В период с 15.09.2023 по настоящее время ФИО10 является директором должника, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО РРК «Ампир».

ФИО4 в период с 05.10.2017 по 05.10.2023 являлся участником должника; ФИО8 в период с 05.10.2017 по 05.10.2023 являлся участником должника; ФИО17 в период с 26.04.2022 по 05.10.2023 являлся участником должника.

Соответственно, с учетом положений статьи 19 Закона о банкротстве ответчики относятся к кругу лиц, контролирующих деятельность должника. 

Вместе с тем, рассматривая обоснованность заявленных истцом требований, суд первой инстанции правомерно исходил из степени вовлеченности каждого из контролирующих должника лиц в совершение действий, приведших к невозможности исполнения должником обязательств перед кредитором. 

Как указывалось выше, в обоснование заявленных требований истец АКБ «Трансстройбанк» (АО) указал на то, что ответчики совершили действия по выводу активов должника, несмотря на наличие задолженности перед истцом, что повлекло невозможность получения удовлетворения требований за счет имущества и средств ООО РРК «Ампир», скоординированное поведение ответчиков привело к прекращению хозяйственной деятельности ООО РРК «Ампир» и реальному переводу строительного бизнеса на иное юридическое лицо.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, в соответствии с которыми предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица пока не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В пункте 19 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления от 21.12.2017 №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления от 21.12.2017 №53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 18 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу приведенных законоположений, основывающихся на общих правилах о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо в случае доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия делинквента (например, совершение вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т.п.), а также причинно-следственную связь между вменяемыми контролирующему должника лицу деяниями и негативными последствиями на стороне конкурсной массы - объективным банкротством организации-должника, представляющим собой для целей Закона о банкротстве критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как указывает истец, участники ООО РРК «Ампир» ФИО4, ФИО8, ФИО7 осуществляли скоординированные действия, направленные на причинение убытков кредиторам должника.

Проанализировав представленные обществом РРК «Ампир» документы о своей финансово-хозяйственной деятельности, суд первой инстанции установил следующие обстоятельства.

ФИО4 имел право вносить и снимать денежные средства со счета должника в ПАО «Меткомбанк» в период с 11.08.2021 по 31.12.2023, что подтверждается доверенностью от 11.08.2021, им была предоставлена квартира в аренду должнику для юридического адреса (

<

...> д.*, кв.*), что подтверждается договором аренды от 15.01.2019.

При существенном  ухудшении платежеспособности должника ФИО4 получил от должника денежные средства, в том числе 10.08.2023 заем в размере 2 663 084,00 рублей со счета должника в ПАО «Сбербанк».

Также со счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк», регулярно оплачивались расходы за общество «СМУ 18». При этом, согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО4 является директором ООО «Строительно-монтажное управление 18».

ФИО8 27.07.2023 получил в подотчет 800 000,00 рублей со счета должника в ПАО «Меткомбанк», 02.08.2023 получил заем 1 480 000,00 рублей со счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк», 10.08.2023 получил заем в размере 2 663 084,00 рублей со счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк»; супруга ФИО8 ФИО18 10.08.2023 получила за юридические услуги 563 500,00 рублей со счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк». 

Судом установлено, что ФИО7 является генеральным директором и единственным акционером АО «Консалт Ресурс», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 07.08.2024. АО «Консалт Ресурс» регулярно получало денежные средства от должника, в том числе 2 265 920,00 рублей 30.06.2023 с назначением платежа «Оплата по счету №13 от 30.06.2023 за консультационные и юридические услуги». Однако, доказательства реального оказания услуг, либо выполнения работ в материалах дела отсутствуют.

Судом первой инстанции приняты во внимание условия, на которых обществом РРК «Ампир» выдавались займы своим участникам, в частности, займы предоставлялись на значительный срок – 2 года, проценты за пользование заемными средствами не предусмотрены, что отклоняется от поведения независимых и добросовестных участников гражданского оборота. Договоры займа со стороны ООО РРК «Ампир» подписаны директором ООО РРК «Ампир» ФИО6

Как обоснованно отмечено судом, в рыночных условиях начисление процентов на указанные значительные суммы, переданные в займ коммерческой организацией, могло принести обществу РРК «Ампир» определенную выгоду в случае размещения денежных средств, например, во  вклад.

Какое-либо обеспечение исполнения обязательств по возврату заемных средств заемщиками не предоставлено. 

На подобных условиях независимым участникам  гражданского оборота получение займов (кредитов) на крупные суммы на таких льготных условиях оказалось бы недоступным. 

Принимая во внимание, что ФИО4, ФИО8, ФИО7, получившие деньги у общества РРК «Ампир», являлись участниками общества и, по сути, формировали порядок управления имуществом общества, суд первой инстанции обоснованно признал, что посредством заключения названных договоров займа в действительности имели место не заемные отношения, а, по существу, совершено изъятие указанными участниками у общества РРК «Ампир» значительных денежных сумм в условиях, когда этими денежными средствами следовало расплатиться с банком - как кредитором по обязательству, действительность и размер которого подтверждены вступившим в силу судебным актом. 

Суд первой инстанции верно отметил, что с этой точки зрения  указанные договоры займа является недействительными (мнимыми) сделками на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

При этом, ответчики не пояснили, в чем заключалась срочная необходимость в получении сразу всеми участниками в обществе займов на крупные сумму. 

При изложенных обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно квалифицированы скоординированные действия ответчиков, как совместные действия, направленные на вывод денежных средств из общества в условиях, когда у общества имелась задолженность перед банком, размер и основания возникновения которой установлены вступившим в силу судебным решением.  

Как пояснил НКО «Фонд капитального ремонта МКД», что также подтверждено материалами дела, выписки по банковским счетам ООО РРК «Ампир» за июль-август 2023 года указывают на то, что доходы должника от основной деятельности были достаточными для оплаты штрафа в размере 4 820 910,42 рубля. 

Однако, последующие действия контролирующих должника лиц повлекли за собой невозможность погашения задолженности, что является основанием для возникновения у контролирующих должника лиц ответственности. При этом, ответчики и ООО РРК «Ампир» не пояснили, по какой причине работающее, как утверждают ответчики, общество, прекратило все расчеты с 31.08.2023 при многообразии представленных документов о хозяйственной деятельности.

Из материалов дела также усматривается, что все участники ООО РРК «Ампир» вышли из состава участников должника в одну и ту же дату, а именно 05.10.2023. 

Анализ выписок по двум банковским счетам должника, открытым в ПАО «Сбербанк», показывает следующее движение денежных средств, подтверждающее не только вывод денежных в виде займов, а также и иные обстоятельства, связанные с использованием денежных средств обществом, повлекшее, в конечном итоге, прекращение хозяйственной деятельности общества.

В частности, анализ выписки по счету №***8990 за период с 05.07.2021 по 22.01.2024:

Дата

Назначение

ИНН, получатель

Сумма, руб.

31.07.2023

Оплата за АО «Консалт Ресурс»

2 830,15

17.05.2023

За проектные работы по договору №212-04-23 от 27.04.2023

564303769468

200 000,00

16.05.2023

Возврат  займа  по  договору  займа  (процентный)   от 07.04.2023

<

***>

1 446 000,00

10.05.2023

За авиабилеты по счету № 140 от 04.05.2023

6679117440

8 419,00

04.05.2023

За авиабилеты по счету № 139 от 04.05.2023

6679117440

5 566,00

02.05.2023

Оплата страховой премии, договор №287/23/192/982 от 26.04.2023

7707067683

120 522,80

24.04.2023

Возврат займа по договору займа от 13.03.2023

<

***>

1 100 000,00

31.03.2023

Членский взнос за 2 квартал 23г. за ООО «СМУ 18» 

<

***>

8904061019

18 750,00

22.03.2023

ФИО4

7728168971

115 000,00

22.03.2023

оплата по счетам №28,42,51,53

6679117440

81 104,10

16.02.2023

оплата страховой премии по договору №31/23/192/982 от 14.02.023

7707067683

74 863,00

25.01.20233

оплата по сч-ф№5 от 30.12.2022, счет №1 от 25.01.2023 за услуги юридические, консультационные

<

***>

684 900,00

23.01.2023

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

<

***>

10 000,00

26.12.2022

Ежегодный членский взнос за 1 квартал 23г. За ООО СМУ 18 ИНН 

<

***>

8904061019

18 750,00

26.12.2022

Дополнительный целевой взнос в фонд коллективного страхования с 01.01.2023 по 31.12.2023 за ООО «СМУ18»

8904061019

6 000,00

26.12.2022

Дополнительный целевой взнос НОСТРОИ за 2023г. за ООО «СМУ18»

8904061019

6 800,00

23.12.2022

Оплата по дог.115 от 23.05.2022 за авиабилеты

6679117440

71 320,00

23.12.2022

Возврат займа по договору займа от 24.11.2022

<

***>

500 000,00

13.12.2022

Оплата по счету №364 от 02.12.2022 за авиабилеты

6679117440

12 012,00

21.11.2022

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

<

***>

6 000,00

11.11.2022

Штраф за неуплату НДС за 1 кв. 2022г. По решению №6323 от 06.10.2022

10 655,00

03.11.2022

Оплата за авиабилеты по счету №312 от 31.10.2022

6679117440

61 322,00

01.11.2022

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

<

***>

10 000,00

31.10.2022

Оплата по счету №306 от 27.10.2022 за авиабилеты

6679117440

14 472,00

28.10.2022

Оплата по финансовому поручению в счет погашения задолженности ООО «СМУ18»

6663003127

11 200,00

27.10.2022

Возврат займа по договору займа от 31.08.2022

<

***>

60 000,00

27.10.2022

Возврат займа по договору займа от 29.08.2022

<

***>

210 000,00

17.10.2022

Оплата по счету № 285 от 07.10.2022 и 294 от 13.10.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

57 474,00

17.10.2022

Ежегодный членский взнос за 4 квартал 22г. за ООО СМУ18 ИНН 

<

***>

СОЮЗ «УОС»

18 750,00

21.09.2022

Оплата по счету № 258 от 16.09.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

31 815,00

23.08.2022

Оплата по счету №202 от 23.08.2022

ООО «БНК-ЛИГА»

24 138,00

14.07.2022

Ежегодный членский взнос за 3 кв. 22г. за ООО «СМУ18» ИНН 

<

***>, по счету № 65686 от 25.06.2022г., НДС не облагается

СОЮЗ «УОС»

18 750,00

04.07.2022

Оплата по счету №136 от 30.06.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

61 398,00

29.06.2022

Оплата по счету №135 от 28.06.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

12 765,00

15.06.2022

Оплата по счету № 122 от 14.06.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

104 024,00

15.06.2022

За ООО «СМУ18» Договору 343/2021 от 22.01.2021 по письму от 15.06.2022

ООО

«Юридическая

контора «Защитник»

55 000,00

07.06.2022

Оплата по счету №118 от 06.06.2022 за авиабилеты

ООО «БНК-ЛИГА»

10 274,30

14.04.2022

Ежегодный членский взнос за 2 квартал по счету 63205 от 25.03.2022 за ООО «СМУ18»

СОЮЗ «УОС»

18 750,00

11.04.2022

Оплата за ООО «СМУ18» по договору от 25.06.2018

ООО «БНК-ЛИГА»

100 000,00

16.03.2022

Частичный возврат займа по договору б/н от 24.11.2021

ФИО4

110 000,00

09.03.2022

Частичный возврат займа по договору б/н от 24.11.2021

ФИО4

149 000,00

25.02.2022

Возврат займа по договору беспроцентного займа от 02.02.2022

ФИО19

100 000,00

31.01.2022

Возврат денежных средств перечисленных 12.01.2022 ПП 9624

ООО «Бам-Строй»

200 000,00

23.07.2021

Частичный возврат займа по договору беспроцентного займа №1 от 08.07.2021

ФИО19

30 000,00

23.07.2021

Частичный возврат займа по договору беспроцентного займа б/н от 20.05.2019

ФИО4

70 000,00

Общая сумма

6 038 624,35

Анализ выписки по счету №***4729 за период с 10.11.2021 по 22.01.2024:

Дата

Назначение

ИНН, получатель

Сумма, руб.

29.08.2023

Оплата по счету №5 от 29.08.2023 за СМР

662351590389

185 000,00

29.08.2023

Оплата по счету №30 от 29.08.2023 за СМР

662351542096

190 500,00

28.08.2023

Оплата за электромонтажные работы по счету №15 от 28.08.2023

662518695409

120 000,00

28.08.2023

Оплата за электромонтажные работы счет №8 от 28.08.2023

662704565090

440 000,00

28.08.2023

Оплата за электромонтажные работы счет №9 от 28.08.2023

662704565090

440 000,00

25.08.2023

Оплата за электромонтажные работы счет №5 от 25.08.2023

662704565090

400 000,00

25.08.2023

Оплата за электромонтажные работы счет №6 от 25.08.2023

662704565090

400 000,00

25.08.2023

Оплата за электромонтажные работы счет №7 от 25.08.2023

662704565090

200 000,00

22.08.2023

Оплата по счету № 14 от 31.08.2023 за СМР

745901721210

280 000,00

22.08.2023

Оплата по счету № 15 от 31.07.2023 за стройматериалы

745901721210

310 000,00

22.08.2023

Оплата за СМР по договору №14 от 14.08.2023

668200863003

390 500,00

18.08.2023

Оплата за СМР по договору №14 от 01.08.2023

668200863003

207 050,00

18.08.2023

Выплата под отчет по реестру №55 от 18.08.2023

10 000,00

17.08.2023

Возврат займа по договору займа от 10.08.2023

<

***>

1 500 000,00

10.08.2023

За юридические услуги по счету №4681766 от 10.08.2023

ФИО16

563 500,00

10.08.2023

Выдача займа беспроцентного по договору займа б/н от 10.08.2023

ФИО4

2 663 084,00

10.08.2023

Перечисление денег по договору беспроцентного займа от 10.08.2023

ФИО8

2 663 084,00

10.08.2023

Выплата под отчет по реестру №51 от 10.08.2023

160 000,00

10.08.2023

Оплата по счету №239 от 04.08.2023 за авиабилеты

ООО «БНК-Лига»

26 052,00

09.08.2023

Выплата под отчет по реестру №49 от 09.08.2023

379 000,00

09.08.2023

Выплата под отчет по реестру №48 от 09.08.2023

1 000 000,00

09.08.2023

Выплата под отчет по реестру №50 от 09.08.2023

1 152 000,00

03.08.2023

Возврат займа частично по договору процентного займа №1 от 26.01.2023

<

***>

500 000,00

03.08.2023

Выплата под отчет по реестру №47 от 03.08.2023

100 000,00

02.08.2023

Перечисление денег по договору беспроцентного займа от 02.08.2023

ФИО8

1 480 000,00

02.08.2023

Выплата под отчет по реестру №46 от 02.08.2023

91 000,00

28.07.2023

<

***>//667101001// за ООО «СМУ 18»//Налог на добавленную стоимость на товары (работы, услуги) реализуемые на территории РФ//требование №33745 от 02.08.22

Казначейство России

21 777,70

20.07.2023

Выплата под отчет по реестру №40 от 20.07.2023

25 000,00

17.07.2023

Выплата под отчет по реестру №39 от 17.07.2023

28 000,00

30.06.2023

Возврат займа по дог.займа от 07.04.2023 сумма 14000,00, по дог. займа от 11.04.23 сумма 1360000, по дог. займа от 14.09.22 сумма 985000, по дог. займа от 17.03.2023г. сумма 240000, НДС не облагается.

АО «Консалт Ресурс»

2 599 000,00

30.06.2023

Оплата по счету №13 от 30.06.2023г., за консультационные и юридические услуги

АО «Консалт Ресурс»

2 265 920,00

30.06.2023

Выплата под отчет по реестру №34 от 30.06.2023

500 000,00

30.06.2023

Выплата под отчет по реестру №35 от 30.06.2024

500 000,00

08.06.2023

<

***>//667101001//за ООО «СМУ 18»//Налог на добавленную стоимость на товары (работы, услуги) реализуемые на территории РФ//требование №33745 от 02.08.22

Казначейство России

5 000,00

30.05.2023

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

АО «Консалт Ресурс»

3 000 000,00

15.05.2023

Выплата под отчет по реестру №29 от 15.05.2023

30 000,00

28.04.2023

Выдача займа по договору займа (процентного) от 28.04.2023

7300008050

20 000,00

28.04.2023

Выплата под отчет по реестру №27 от 28.04.2023

54 500,00

11.04.2023

Выплата под отчет по реестру №21 от 11.04.2023

360 000,00

11.04.2023

Выплата под отчет по реестру №22 от 11.04.2023

500 000,00

11.04.2023

Выплата под отчет по реестру №23 от 11.04.2023

500 000,00

03.04.2023

Выплата под отчет по реестру №20 от 03.04.2023

85 000,00

22.03.2023

Выплата под отчет по реестру №17 от 22.03.2023

94 030,00

22.03.2023

Выплата под отчет по реестру №16 от 22.03.2023

14 000,00

22.02.2023

Перечисление

ФИО4

115 000,00

21.02.2023

Выплата под отчет по реестру №13 от 21.02.2023

94 000,00

21.02.2023

Оплата по счету №46 от 14.02.2023 за авиа и ж/д билеты

ООО «БНК-Лига»

24 736,60

20.02.2023

Выплата под отчет по реестру №11 от 20.02.2023

396 500,00

20.02.2023

Перечисление в подотчет сотруднику

ФИО6

39 000,00

25.01.2023

Выплата под отчет по реестру №6 от 25.01.2023

50 000,00

25.01.2023

Выплата под отчет по реестру №8 от 25.01.2023

94 000,00

20.01.2023

Перечисление

ФИО4

115 000,00

20.01.2023

Оплата по счету №2365087 от 20.01.2023

ФИО20

53 757,00

20.01.2023

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

АО 2Консалт ФИО21

42 000,00

20.01.2023

Перечисление

ФИО4

39 000,00

20.01.2023

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

АО «Консалт Ресурс»

7 000,00

13.01.2023

Оплата за авиабилеты по счету №6 от 10.01.2023

ООО «БНК-Лига»

33 208,40

12.01.2023

ЗА услуги по счету №2281656 от 10.01.2023

ФИО16

119 700,00

11.01.2023

За услуги по счету №2281646 от 10.01.2023

ФИО16

119 700,00

10.01.2023

За услуги по счету №2281649 от 10.01.2023

ФИО16

119 700,00

30.12.2022

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

АО «Консалт Ресурс»

98 000,00

30.12.2022

Возврат займа по договору займа от 14.09.2023

АО «Консалт Ресурс»

102 000,00

29.12.2022

За услуги по счету №2226225 от 29.12.2022 за период с 01.08.2023 по 31.08.2023

ФИО16

117 900,00

29.12.2022

За услуги по счету №2226237 от 29.12.2022 за период с 01.09.2023 по 30.09.2023

ФИО16

58 900,00

29.12.2022

За услуги по счету №2226241 от 29.12.2022 за период с 01.09.2023 по 30.09.2023

ФИО16

59 000,00

29.12.2022

За услуги по счету №2226262 от 29.12.2022 за период с 01.07.2023 по 31.07.2023

ФИО16

78 600,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209872 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

39 510,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209955 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

40 000,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209926 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

42 000,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209892 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

44 000,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209945 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

46 000,00

29.12.2022

Оплата по счету №2209909 от 28.12.2022 за работы

ФИО20

38 000,00

29.12.2022

За услуги по счету №2226256 от 29.12.2022 за период с 01.07.2023 по 31.07.2023

ФИО16

39 300,00

28.12.2022

За услуги по счету №2212145 от 28.12.2022 за период с 01.05.2023 по 31.05.2023

ФИО16

117 900,00

28.12.2022

За услуги по счету №2212152 от 28.12.2022 за период с 01.06.2023 по 30.06.2023

ФИО16

117 900,00

28.12.2022

За услуги по счету №2212134 от 28.12.2022 за период с 01.04.2023 по 30.04.2023

ФИО16

117 900,00

28.12.2022

Оплата за выполненные работы по счету №2197045 от 27.12.2022

ФИО20

29 000,00

28.12.2022

Оплата по счету №2196926 от 27.12.2022 за работы

ФИО20

36 000,00

28.12.2022

Оплата по счету №2197132 от 27.12.2022 за работы

ФИО20

43 000,00

28.12.2022

Оплата по счету №2197178 от 27.12.2022 за работы

ФИО20

46 000,00

28.12.2022

Оплата по счету №2196992 от 27.12.2022 за выполненные работы

ФИО20

47 000,00

28.12.2022

Оплата за выполненные работы по счету №2196872 от 27.12.22

ФИО20

48 000,00

27.12.2022

Выплата под отчет по реестру № 229 от 27.12.2022

200 000,00

27.12.2022

За услуги по счету №2195120 от 27.12.2022 за период с 26.12.2022 по 31.03.2023

ФИО16

353 715,00

27.12.2022

Выдача займа по договору б/н от 26.12.2022

ФИО4

355 000,00

27.12.2022

Оплата по счёту №2187726 от 26.12.2022 за выполненные работы, дог. №  от 26.12.2022

ФИО20

25 000,00

27.12.2022

Оплата по счету №2187654 от 26.12.2022 за сделанные работы

ФИО20

25 000,00

27.12.2022

Оплата по счету №2187183 от 26.12.2022 за выполненные работы, договор №1 от 26.12.2022

ФИО20

10 000,00

26.12.2022

Возврат займа по договору б/н от 14.06.2022

ФИО4

380 000,00

26.12.2022

Выплата под отчет по реестру №228 от 26.12.2022

94 500,00

23.12.2022

Возврат займа по дог. от 14.06.2022 ФИО4

ФИО4

70 000,00

23.12.2022

Возврат займа по договору займа от 14.09.2022

АО «Консалт Ресурс»

190 000,00

23.12.2022

Частичный возврат займа по договору б/н от 14.06.2022

ФИО4

334 000,00

12.12.2022

Оплата по договору финансовой аренды (лизинга) №KU2211LV/14-04 от 14.11.2022 (ФИО8)

ООО «Урал Лизинг 66»

130 527,78

12.12.2022

Частичный возврат займа по договору б/н от 14.06.2022

ФИО4

112 000,00

12.12.2022

Возврат займа по дог. от 14.06.2022 ФИО4

ФИО4

84 000,00

12.12.2022

Выплата под отчет по реестру №216 от 12.12.2022

51 000,00

12.12.2022

Выплата под отчет по реестру №219 от 12.12.2022

59 000,00

12.12.2022

Выплата под отчет по реестру №217 от 12.12.2022

67 500,00

05.12.2022

Выплата под отчет по реестру №212 от 05.12.2022

20 000,00

05.12.2022

Выплата под отчет по реестру №213 от 05.12.2022

5 000,00

07.12.2022

Выплата под отчет по реестру №214 от 07.12.2022

40 000,00

01.12.2022

Частичный возврат займа по договору б/н от 14.06.2022

ФИО4

10 000,00

24.11.2022

Возврат займа по дог. от 14.06.2022, ФИО4

ФИО4

70 000,00

25.11.2022

Оплата по счету №328 от 09.11.22 за авиабилеты

ООО «БНК-Лига»

10 707,00

25.11.2022

Выплата под отчет по реестру №209 от 25.11.2022

23 000,00

25.11.2022

Выплата под отчет по реестру №208 от 25.11.2022

95 000,00

Общая сумма

32 136 159,48

Как указывает истец в обоснование заявленных требований, ответчики в период подозрительности причинили должнику убытки на крупную сумму. Сохранение данных денежных средств на банковских счетах должника и (или) приобретение за счет этих средств недвижимого или движимого имущества в собственность должника позволило бы должнику произвести расчеты.

Кроме того, ответчиками совершены операции по использованию денежных средств общества без получения обществом какого-либо встречного предоставления, что квалифицирует данные платежи как убытки.  

В частности, имели место обстоятельства, связанные с оплатой расходов, не связанных с деятельностью общества, а именно: 

- авиаперелеты ФИО4, ФИО8, ФИО6, ФИО7, в том числе: 1) Перелет ФИО7 бизнес-классом по маршруту Москва – Адлер – Москва, даты 15 и 18 августа 2022 года, цена 101 488,00 рублей; 2) Перелет ФИО8 с супругой ФИО16 и дочкой ФИО22 по маршруту Сочи – Екатеринбург, дата 10.01.2023; 3) Проезд РЖД ФИО8 с супругой ФИО16 и дочкой ФИО22 по маршруту Краснодар – Адлер, дата 11.01.2023 (сумма 771 416,40 рубля);

- договор возмездного оказания юридических услуг от 30.12.2022, заключенный между должником и ФИО16. При этом, ФИО16 является супругой участника ООО РРК «Ампир», то есть заинтересованным лицом по отношению к должнику. Платежи в пользу ФИО16 по смыслу Закона о банкротстве являются подозрительными сделками, так как договор предусматривал ежемесячное получение ФИО16 оплаты в размере от 51 750,00 рублей до 100 000,00 рублей за юридическое сопровождение по муниципальному контракту с администрацией муниципального района «Усть-Илимского района», договору строительного подряда с ООО «Инжстройсити» и договору строительного подряда с ООО «СК Афина». Стоимость услуг дважды увеличивалась, что было мотивировано заключением нового договора. Акты оказанных услуг не раскрывают в полном объеме содержание оказанных юридических услуг. Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что происходил вывод имущества в интересах участника должника ФИО8 (сумма 563 500,00 рублей);

- договор поручения №342/2021 от 22.01.2021, заключенный между ООО «СМУ 18» и ООО «Юридическая контора «Защитник» для спора по делу №А40-255294/2020. Оплата на 55 000,00 рублей проведена со счета должника (сумма 55 000,00 рублей);

- кассовые чеки о расходах ФИО4, которые были компенсированы должником. Истец указывает, что как минимум 123 554,68 рубля не относятся к хозяйственной деятельности должника, в том числе 87 931,68 рубля за ДТ и АИ-92 на АЗС Газпромнефть, Лукойл; 27 200,00 рублей за неизвестные услуги нотариуса; 4 001,00 рублей за товары в автомагазине (масло моторное и фильтр в.); 3 420,00 рублей за услуги автомойки; 2 690,00 рублей за доверенность от лица ФИО4, 569,00 рублей за кофе BOURBON ARABICA (сумма 236 149,14 рубля);

- кассовые чеки о расходах ФИО8, в том числе 45 287,60 рубля за перелет и проживание в г. Москве 21.02.2023; 8 000,00 рублей стоимость автозапчастей (колодки, фильтры: салона, воздушный, топливный, масляный); 2 999,88 рубля АЗС Газпромнефть (сумма 58 037,48 рубля).

Анализ документов, поступивших в материалы дела, показывает, что основными выгодоприобретателями от деятельности должника являлись ФИО4 (оплата личных расходов, в том числе оплата авиаперелетов, товаров АЗС, автодеталей и услуг автомойки), ФИО8 (оплата личных расходов, в том числе авиаперелетов, транспортных расходов супруги и дочери, оплата товаров АЗС и автодеталей, ежемесячный вывод части прибыли на супругу в качестве оплаты по договору оказания юридических услуг) и ФИО7 (оплата личного авиаперелета бизнес-классом, а также получение прибыли через АО «Консалт Ресурс», в котором ФИО7 является единственным акционером и руководителем). 

При этом, исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств, усматривается, что контролирующие должника лица избегали классического распределения прибыли между участниками путем выплаты дивидендов, используя иной порядок получения личной выгоды от деятельности должника. 

Суд первой         инстанции правомерно согласился с произведенным истцом анализом поступления должнику денежных средств и расходования их должником, результатом чего явилась ситуация отсутствия у должника денежных средств, необходимых для финансирования процедуры банкротства.

Операции по приходу на счет денежных средств: 02.08.2023 приход на счет в ПАО «Сбербанк» 1 100 000,00 рублей от ООО «Спецстройсервис» - доход должника от выполнения работ по договору №12 от 03.07.2022; 02.08.2023 приход на счет в ПАО «Сбербанк» 2 099 144,74 рубля от ООО «Строймакс» - доход должника за монтажные работы на объекте «Школьный комплекс» на 1 200 мест»; 03.08.2023 приход на счет в ПАО «Сбербанк» 1 100 000,00 рублей от ООО «Спецстройсервис» - доход должника от выполнения работ по договору №12 от 03.07.2022; 17.08.2023 приход на счет в ПАО «Сбербанк» 1 078 905,00 рублей от ООО СК «Афина» - доход должника от строительной деятельности; 18.08.2023 приход на счет в ПАО «Сбербанк» 1 100 250,00 рублей от ООО СК «Афина» - доход должника от строительной деятельности; 21.08.2023 приход на счет в ПАО «Меткомбанк» 1 057 720,00 рублей от ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» - доход должника от продажи бордюра и поребрика.

В дальнейшем поступления на счет должника прекратились.

Операции по расходованию денежных средств: 28.07.2023 оплата за ООО «СМУ 18» НДС по требованию №33745 от 02.08.2022 ООО «СМУ 18» в размере 21 777,70 рубля; 31.07.2023 оплата за АО «Консалт Ресурс» АО «Консалт Ресурс» 2 830,15 рубля; 02.08.2023 перечисление денег по договору беспроцентного займа от 02.08.2023 в пользу ФИО8 в размере  1 480 000,00 рублей; 03.08.2023 возврат займа частично по договору процентного займа №1 от 26.01.2023 от ООО СК «Вертекс» 500 000,00 рублей; 10.08.2023 оплата за юридические услуги по счету №4681766 от 10.08.2023 в пользу ФИО16 в размере  563 500,00 рублей; 10.08.2023 выдача займа беспроцентного по договору займа б/н от 10.08.2023 в пользу ФИО4 в размере 2 663 084,00 рублей; 10.08.2023 перечисление денег по договору беспроцентного займа от 10.08.2023 в пользу ФИО8 в размере 2 663 084,00 рублей; 17.08.2023 возврат  займа по договору займа от 10.08.2023 от АО «Консалт Ресурс» 1 500 000,00 рублей.

Сделки по счету, открытому в ПАО «Меткомбанк»: 27.07.2023 перевод средств в подотчет сотруднику ФИО8 в размере 800 000,00 рублей; 30.08.2023 оплата за ООО «СМУ 18» по счету-оферте от 29.08.2023 в АО «ПФ «СКБ Контур» ООО «СМУ 18» в размере 1 900,00 рублей; 30.08.2023 возврат займа по договору процентного займа №1 от 26.01.2023 ООО СК «Вертекс» в размере 100 000,00 рублей; 30.08.2023 возврат займа по договору процентного займа №2 от 06.02.2023 ООО СК «Вертекс»  101 000,00 рублей.

Как следует из материалов дела, производство по дело о банкротстве ООО РРК «Ампир» №А60-864/2024 возбуждено определением арбитражного суда от 22.01.2024. 

Вышеприведенные сделки с заинтересованными лицами совершены в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве. 

Согласно статье 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора, может быть признана недействительной, если такая сделка влечен за собой оказание одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка с предпочтением может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, если другая сторона сделки знала о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. 

При этом для действия указанной презумпции не требуется судебный акт о признании оспоримых сделок недействительными, если заявление о признании сделки недействительной не подавалось. Это правило содержится в пункте 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции правомерно признал, что совокупность недействительных сделок согласно нормам статьи 61.3 Закона о банкротстве с контролирующими лицами на общую сумму 10 397 175,85 рубля оказала существенное и негативное влияние на платежеспособность должника, что в результате не позволило погасить задолженность перед банком в размере 5 438 648,28 рубля.

При этом, судом обоснованно учтено, что договоры займа, получателями денег по которым на льготных условиях являлись участники общества – ответчики по делу, никак не связаны с хозяйственной деятельностью общества, договоры займа заключены на безвозмездной основе, без обязательства по уплате процентов, на длительный срок на сумму более 5 млн. В связи с их заключением из общества выведены  денежные средства, которых было бы достаточно для погашения задолженности ООО РРК «Ампир» перед истцом.

Довод истца о том, что должник совершал и иные убыточные сделки в период июля-августа 2023 года судом первой инстанции отклонен, поскольку не нашел своего подтверждения ввиду того, что истец лишь предполагает, что иные получатели денежных средств являлись по отношению к должнику заинтересованными лицами, а именно, ИП Кеда О.А., ИП ФИО23, ИП ФИО24, ИП ФИО25, ИП ФИО26, ИП ФИО27, ИП ФИО28, ИП ФИО29

Как указал сам истец, у него имеются только лишь подозрения в том, что указанные лица являются аффилированными с участниками ООО РРК «Ампир» и не являются независимыми, что предопределяет недействительность сделок по перечислению денег в пользу указанных лиц.

Доказательств того, что указанные лица в действительности не поставляли товары, не оказывали услуги и не выполняли работы для должника, истцом не представлено, однако, это не опровергает тот факт, что ряд сделок с участниками общества, либо с обществами, подконтрольных участникам общества, имели для должника убыточный характер, направленный на вывод имущества из общества с целью уклонения от исполнения денежных обязательств перед банком.

Вместе с тем, судебный акт в указанной части истцом не обжалован. 

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к  верному выводу о том, что ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 совершены действия, не отвечающие критериям добросовестности и разумности, направленные на вывод активов ООО РРК «Ампир» и прекращение деятельности должника, что повлекло невозможность осуществления хозяйственной деятельности и погашения задолженности перед истцом, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО РРК «Ампир» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вопреки выводам апеллянтов, именно совместные согласованные недобросовестные действия ответчиков повлекли невозможность погашения установленной судебным актом задолженности, причинение имущественного вреда истцу, что является основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности лиц, причинивших такой вред.

Доводы апеллянтов о том, что необходимо было установить степень вовлеченности каждого из них в совершение действий, повлекших невозможность исполнения обязательств перед кредитором, были предметом исследования суда первой инстанции. Указанным доводам дана надлежащая оценка судом первой инстанции и сделан верный вывод о причинении вреда истцу совместными действиями ответчиков. То обстоятельство, что ФИО6 прекратил деятельность в качестве единоличного исполнительного органа 07.09.2024, в данном случае правового значения не имеет, поскольку действия, причинившие вред имущественным правам истца были совершены в период его деятельности в качестве руководителя общества-должника. соответственно, основания для его освобождения от гражданско-правовой ответственности перед истцом отсутствуют. 

В отношении ФИО10 судом установлено, что он вступил в должность директора ООО РРК «Ампир» только с 15.09.2023, то есть уже после совершения всех указанных сделок, исполнение которых привело общество в состояние неплатежеспособности. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО10 получена какая-либо необоснованная выгода за счет ООО РРК «Ампир», а также, что директор ФИО10 принимал такие управленческие решения, последствием которых стало неудовлетворительное финансовое состояние ООО РРК «Ампир», в материалы дела не представлены.

Таким образом, материалами дела не подтверждена причинно-следственная связь между действиями директора ФИО10 и возникшими убытками наравне с бывшим директором ФИО6, которым заключались подозрительные сделки и участниками общества, в пользу которых эти сделки исполнялись. 

При этом, сам истец обращал внимание суда на то, что экономическую выгоду от недобросовестного поведения ООО РРК «Ампир» извлекали все ответчики, за исключением ФИО10, поскольку он был назначен на должность руководителя только с 15.09.2023, то есть уже после вывода всех активов и прекращения хозяйственной деятельности должника.

Из материалов дела не усматривается, что после возникновения неплатежеспособности ООО РРК «Ампир» в лице директора ФИО10 приняло на себя заведомо неисполнимые обязательства по вновь заключенным сделкам, ввело кредиторов в заблуждение о своем финансовом состоянии, чем причинило ущерб этим кредиторам. В связи с чем, ФИО10 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир» за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и неразумности действий ФИО10, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир».

Судебный акт в указанной части истцом не обжалован. 

Согласно пояснениям представителя ООО РРК «Ампир» общество не имеет признаков неплатежеспособности, не является банкротом.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, данное утверждение не согласуется с представленным самим же обществом РРК «Ампир» экономическим заключением о проведении экономического анализа, выполненного по заказу общества РРК «Ампир» ФИО30, согласно которому заключению, по результатам анализа активов и обязательств общества РРК «Ампир» установлено, что первичные признаки кризисного состояния действительно появились на дату 30.09.2023, поскольку был один из признаков несостоятельности, а именно, недостаточность имущества, в результате чего, удовлетворение одного кредитора или нескольких привело бы к неисполнению других обязательств по причине недостаточности имущества. 

В этом же заключении указано, что проведен анализ во временном интервале, приведена система, когда с момента определения первичной даты кризисной ситуации, на обществе «РРК Ампир» в течение трех месяцев один из нескольких показателей несостоятельности непрерывно имел свое наличие. 

Так, в интервальный период на 31.10.2023, 30.11.2023, 31.12.2023 имелось наличие недостаточности имущества, а по состоянию на 31.12.2023 уже имелись три признака из четырех, что позволяет сделать вывод о том, что у общества РРК «Ампир» на дату 31.12.2023 имелись признаки объективного банкротства на основании активов и обязательств. 

В совокупности с договорами по хозяйственной деятельности, в соответствии с которыми имелись планируемые будущие поступления, дата объективного банкротства - 31.12.2023, как дата последнего отчетного периода, когда руководителем и собственником бизнеса должны были быть приняты управленческие меры по предотвращению банкротства (устранения признаков банкротства) либо не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств обратиться в Арбитражный суд.

Суд согласился с выводами указанного заключения в части наличия у ООО РРК «Ампир» признаков объективного банкротства согласно приведенному банку анализу движения денежных средств  по счетам должника.

Доказательства, свидетельствующие о том, что у должника имелись имущество и денежные средства либо планировалось поступление денежных средств в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалах дела отсутствуют.

Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции. 

К содержащемуся в заключении утверждению о том, что по состоянию на 31.08.2023 кризисной ситуации не имелось, баланс между активами и обязательствами положительный, признаков несостоятельности не было, суд первой инстанции обоснованно отнесся критически в силу следующего. 

На стр. 10 заключения указано, что для расчета коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности должника были использованы, в том числе,  следующие основные показатели: 

долгосрочная дебиторская задолженность: дебиторская задолженность, платежи по которой ожидаются более чем через 12 месяцев после отчетной даты; д) ликвидные активы: сумма стоимости наиболее ликвидных оборотных активов, краткосрочной дебиторской задолженности, прочих оборотных активов; 

наиболее ликвидные оборотные активы: денежные средства, краткосрочные финансовые вложения; 

краткосрочная дебиторская задолженность: сумма стоимости отгруженных товаров, дебиторская задолженность, платежи по которой ожидаются в течение 12 месяцев после отчетной даты (без задолженности участников (учредителей) по взносам в уставный капитал) и т.д.

Вместе с тем, из приведенных в настоящем решении фактов и обстоятельств следует, что указанные договоры займа в силу их недействительности на основании статьи 170 ГК РФ сами по себе никак не связаны с хозяйственной деятельностью общества, в результате совершения этих договоров не поставлялись товары, не выполнялись  работы и не оказывались услуги, денежные средства выданы обществом своим участникам в тот момент, когда общество должно было рассчитаться с банком по обязательству, размер и действительность которого установлены вступившим в силу судебным актом. 

Действительно, формально у общества имелась дебиторская задолженность в виде права (требования), возникшего из договоров займа с участниками, однако, в силу недействительности этих договоров, перечисление денег обществом своим учредителям повлекло возникновение убытка (пассива). К пассивным операциям необходимо было также отнести те расходы участников, которые не связаны с деятельностью общества, за счет самого общества.

Следовательно, содержащийся в названном заключении вывод о дате объективного банкротства 31.12.2023 не является достоверным.

Вопреки доводам апеллянтов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на 31.12.2023 на дату 31.12.2023 имелись признаки объективного банкротства.

Как верно отмечено судом первой инстанции, отказ в иске о привлечении контролирующих должника лиц был бы возможен в случае установления того, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо, что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд должен оценить существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из материалов дела следует, что в ситуации после взыскания с должника задолженности по гарантии и прекращения производства по делу о банкротстве в обществе РРК «Ампир» не только не были разработаны меры по выходу из создавшейся ситуации, напротив, какая-либо стратегия ведения бизнеса, в целом, исчезла, участники общества распорядились значительными денежными средствами общества в свою пользу или в пользу аффилированных с ними лиц и вышли из состава участников общества.

Доказательств иного суду не представлено; указанные выводы суда ответчиками не опровергнуты.

В такой ситуации, оценка действий участников общества никак не связана с какими-либо негативными и объективными рыночными факторами, либо с тем, что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

В рассматриваемой ситуации, суд первой инстанции, оценив выписки по счетам должника, анализ которых проведен банком и ответчиками и третьим лицом не оспорен, пришел к верному выводу о том, что последовательность совершения хозяйственных операций обществом, получение доходов от деятельности, расходование денежных средств, в том числе, на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью общества, привели к полному прекращению обществом расчетов с 31.08.2023 и такое завершение было заранее спланировано участниками, поскольку в дальнейшем все участники из общества вышли, ранее получив в обществе либо займы, либо оплатив за счет общества свои расходы, либо расходы аффилированных с ними лиц.

С учетом вышеприведенных норм права и разъяснений, исходя из установленных по настоящему делу конкретных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО4, ФИО8, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО РРК «Ампир» и взыскал с указанных лиц в пользу истца 5 408 648,28 рубля.

Кроме того, судом первой инстанции проанализированы и обоснованно отклонены доводы ООО РРК «Ампир» о том, что со стороны банка имеет место недобросовестное поведение, поскольку иск банка основан, в том числе на фактах и обстоятельствах, которые уже установлены судебными актами, а именно, решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2023 по делу №А40-250502/23-47-1980, согласно которому с ООО РРК «Ампир» в пользу АКБ «Трансстройбанк» (АО) взыскана задолженность в общем размере 5 388 704,76 рубля, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 49 943,52 рубля, в названном решении дана оценка действий банка как правомерных.

Вопреки доводам апеллянтов, судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Судебная коллегия также не находит оснований для освобождения апеллянтов от гражданско-правовой ответственности перед истцом, поскольку судом установлена вся необходимая совокупность обстоятельств для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности по обязательствам общества РРК «Ампир»

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, повторяют доводы возражений, представленных суду при рассмотрении настоящего гражданского дела, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого судебного акта.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению на их заявителей, поскольку в удовлетворении жалоб ответчикам отказано. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 27 декабря 2024 года по делу №А60-22127/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

Судьи

Т.В. Макаров 

Т.Н. Устюгова