АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-20349/2018

г. Челябинск

09 января 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена 25.12.2018

Решение в полном объеме изготовлено 09.01.2019

 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Ефимов А. В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

Акционерного общества «Трубодеталь», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск,

к ФИО2, г. Челябинск,

ФИО3, г. Челябинск,

о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности 3 165 809 руб. 33 коп,

 

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО4, действующая на основании доверенности от 14.11.2017, личность удостоверена паспортом, 

 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Трубодеталь», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск (далее - истец, АО «Трубодеталь») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО2, г. Челябинск, ФИО3, г. Челябинск  (далее – ответчики, ФИО2, ФИО3) о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности в сумме 3 165 809 руб. 33 коп.

В обоснование требований ссылается на причинение Обществом с ограниченной ответственностью «Ладога», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск (далее – ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>) при выполнении подрядных работ убытков имуществу АО «Трубодеталь» в результате пожара, взыскании решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 с ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, в пользу истца  5 128 666 руб. в возмещение убытков, 37 143 руб. 33 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, из которых лишь 2 000 000 руб. были выплачены страховой компанией, застраховавшей гражданскую ответственность причинителя вреда.

Отмечает исключение ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, как недействующего юридического лица, из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) записью за государственным регистрационным номером 6171690276873 от 17.07.2017, в результате чего исполнительное производство в отношении должника было прекращено.

Полагает, что ответчики, осуществлявшие функции единоличного исполнительного органа ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, действовали недобросовестно и неразумно, вследствие чего на них возможно возложение субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

В качестве подтверждения недобросовестности и неразумности действий расценивает непогашение ответчиками установленной судебным актом задолженности, изменение в 2016 места регистрации ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, с г. Челябинска на Республику Татарстан, неисполнение обязанности при наличии признаков банкротства по подаче в арбитражный суд заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), в результате чего АО «Трубодеталь» лишилось возможности получить возмещение по итогам проведения арбитражным управляющим процедур конкурсного производства.

Обращает внимание на выход ФИО2 в 2014 году из состава участников ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, с организацией в 2015 году нового юридического лица - Общества с ограниченной ответственностью Группа «Ладога», ОГРН 

<

***>.

Вину ФИО3 усматривает в следующем. После выхода ФИО2 из ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, и перехода его доли в уставном капитале обществу, ФИО3 не осуществила мероприятия, направленные на уменьшение уставного капитала, чем лишила АО «Трубодеталь», как кредитора общества, права требования досрочного исполнения соответствующего обязательства, возникшего в 2013 году, а при невозможности досрочного исполнения такого обязательства - его прекращения и возмещения связанных с этим убытков. Заключив сделку по приобретению 4% доли в уставном капитале ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, у которого на момент приобретения доли имелись долги перед АО «Трубодеталь» на сумму 3 165 809 руб. 33 коп, и став руководителем банкротного предприятия, ФИО3 не предприняла мер, направленных на финансовое оздоровление предприятия либо его ликвидацию. Именно в период руководства ФИО3 общество без особых оснований сменило юридический адрес на другой регион.

По мнению истца, приобретение ФИО3 доли в уставном капитале ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, не носило никаких экономических целей, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности и было направлено лишь на создание ситуации для дальнейшего исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего.

Указывает, что ФИО3 является аффилированным лицом порядка 12 компаний, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующие в период с 2015 по 2017 годы.

Истец считает, что ответчиками создана схема ухода от оплаты кредитору АО «Трубодеталь» значительной суммы денежных средств.

В дополнительных пояснениях к исковому заявлению исх. от 20.09.2018 (л.д. 12-13 т.2) истец высказал предположение, что ФИО2, в ходе осуществления выхода из ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, при наличии у общества признаков банкротства, тем не менее, получил действительную стоимость доли в уставном капитале.

В дополнительных пояснениях исх. от 13.12.2018 (л.д. 55-63 т.2) АО «Трубодеталь» указывает на данные бухгалтерской отчетности о резком ухудшении в 2012-2013 годах финансовых показателей ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>. Полагает, что положения п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») наделяют кредиторов при наличии признаков недобросовестности или неразумности привлечь к субсидиарной ответственности лиц, ссылка на которые имеется в пунктах 1 – 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчики в судебное заседание 18.12.2018 не явились.

В соответствии с ч. 1 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

В силу п. 2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом о возбуждении производства, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Направленные в адрес ответчиков копии определений суда о начавшемся судебном разбирательстве, отложении судебных заседаний возвращены органом связи с указанием об истечении срока хранения, при этом адреса на конвертах соответствовали сведениям ГУ УВМ МВД России по Челябинской области (л.д. 1, 3, 4, 8, 9, 26, 27 т.2).

С учетом указанного следует признать, что судом приняты надлежащие меры по извещению ответчиков о судебном разбирательстве.

Дело рассматривается в отсутствие ответчиков по правилам  ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании 18.12.2018 объявлялся перерыв по правилам ст. 163 АПК РФ, сведения о чем были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области.  

Истец на удовлетворении иска настаивал.

Заслушав истца и изучив имеющихся в материалах дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат отклонению по следующим основаниям.

Как видно из выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 27.06.2018 (л.д. 145-161 т.1) АО «Трубодеталь» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.06.1994 с присвоением 06.09.2002 ОГРН 

<

***>.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 13.06.2012 (л.д. 16-32 т.1) ООО «Ладога» в качестве юридического лица зарегистрировано 30.05.2006 с присвоением ОГРН 

<

***>. Уставный капитал общества составляет 12 000 руб., единственным участником общества с долей в уставном капитале номинальной стоимостью 12 000 руб. является ФИО2, он же указан в качестве единоличного исполнительного органа – директора.

Между ОАО «Трубодеталь» (правопредшественник АО «Трубодеталь») (Заказчик) и ООО «Ладога», ОГРН 

<

***> (Подрядчик) 22.09.2011 заключен договор №45-18/11 (л.д. 44-51 т.1).

В соответствии с п. 1.1 договора Подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по устранению дефектов крановых путей мостовых кранов, а Заказчик – принять их результат и оплатить обусловленную цену.

В исковом заявлении указано, что при проведении ремонта выполнялись огневые работы, послужившие причиной пожара в здании цеха АО «Трубодеталь». Поскольку в добровольном порядке ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, не произвело возмещение причиненного имуществу АО «Трубодеталь» ущерба, последнее обратилось в суд с иском.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 (л.д. 52-62 т.1) с ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, в пользу ОАО «Трубодеталь» взысканы убытки в сумме 5 128 666 руб., а также 37 143 руб. 33 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2013 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Федерального арбитражного суда Уральского округа от 14.05.2013 (л.д. 63-68 т.1) решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2012 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2013 оставлены без изменения.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Межрайонного специализированного отдела судебных приставов г. Челябинска от 04.07.2013 на основании исполнительного листа арбитражного суда от 28.02.2013 серии АС №003921186 в отношении ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, возбуждено исполнительное производство №27243/13/20/74 (л.д. 70 т.1).

ОАО «Трубодеталь» направило Страховому открытому акционерному обществу «ВСК» (далее – СОАО «ВСК») заявление исх. от 17.10.2013 о выплате страхового возмещения (л.д. 76 т.2). 

Платежным поручением №22671 от 03.02.2014 (л.д. 71 т.1) СОАО «ВСК» на счет ОАО «Трубодеталь» перечислено страховое возмещение в сумме 2 000 000 руб. 

21.11.2013 ОАО «Трубодеталь» направило в подразделение судебных приставов запрос о ходе исполнительного производства (л.д. 74 т.2).

Справкой исх. от 14.01.2014 (л.д. 79 т.2) Межрайонный специализированный отдел судебных приставов г. Челябинска сообщил отсутствие поступлений от ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, денежных средств на депозит отдела.

07.11.2016 АО «Трубодеталь» направило на имя старшего судебного пристава подразделения службы судебных приставов жалобу (л.д. 80-82 т.2), ссылаясь на продолжающееся в течение трех лет бездействие судебного пристава-исполнителя, потребовало обязать последнего совершить предусмотренные Федеральным законом «Об исполнительном производстве» действия по выявлению активов должника, обращения на эти активы взыскания.

Письмом исх. от 26.12.2016 (л.д. 83 т.2) Отдел судебных приставов сообщил АО «Трубодеталь» об утрате оригинала исполнительного листа и о направлении в Арбитражный суд Челябинской области заявления о выдаче его дубликата.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.03.2017 по делу А76-19030/2012 (л.д. 88 т.2) выдан дубликат исполнительного листа серии АС №003921186 от 28.02.2013.

04.08.2017 АО «Трубодеталь» направило на имя старшего судебного пристава очередную жалобу на бездействие судебного пристава-исполнителя (л.д. 89-92 т.2).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ (л.д. 103-107 т.2) ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, исключено из реестра на основании записи ГРН 6171690271824 от 17.07.2017 как недействующее юридическое лицо

12.09.2017 Межрайонным специализированным отделом судебных приставов г. Челябинска вынесено постановление (л.д. 79 т.1) о прекращении исполнительного производства №27243/13/20/74 в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении организации-должника.

 

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

В таком случае, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 – 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

 

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена ст. 53 ГК РФ, а также ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В частности, единоличный исполнительный орган, обязан возместить обществу убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием).

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 7 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В соответствии с подпунктом 5 п. 2 вышеуказанного постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях

В силу п. 7 вышеуказанного постановления не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в п. 8 вышеуказанного постановления удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В соответствии с п. 1 ст. 50 ГК РФ основной целью коммерческой организации является извлечение прибыли.

Из выписки ЕГРЮЛ (л.д. 103-107 т.2) следует, что 17.07.2017 ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ. На указанную дату директором и единственным участником юридического лица с долей в уставном капитале в размере 4% номинальной стоимостью 500 руб. являлась ФИО3

Согласно п. 2 ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом или другим законом.

В соответствии со ст. 1 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» Федеральный закон определяет в соответствии с ГК РФ правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества.

Согласно ст. 2 вышеназванного Федерального закона обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

В силу п. п. 1, 2 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом; общество не отвечает по обязательствам своих участников.

На основании ч. 1 ст. 21.1 Федерального закона N 129-ФЗ от 08.08.2001 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в п. 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица, регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении) (п. 2).

В силу ст. 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

В соответствии с п. 1 ст. 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководитель отвечает перед обществом за убытки, причиненные его виновными действиями или бездействием.

Ответственность директора общества по долгам возникает, если имеются такие признаки виновных действий или бездействия:

- совершение сделки в ущерб интересам управляемого им предприятия, исходя из личного интереса;

- сокрытие информации о деталях сделки или неполучение одобрения участников, когда такая необходимость есть;

- непринятие мер для получения информации, имеющей значение для сделки (например, не проверена добросовестность контрагента или не выяснены сведения о лицензировании деятельности подрядчика, если характер работ требует это);

- принятие решений о сделке без учета известной ему информации;

- подделка, утрата, хищение документов общества и др.

Решением арбитражного суда от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 установлено, что ущерб имуществу АО «Трубодеталь» причинен при проведении ремонтных работ электрогазосварщиком ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, в результате попадания частиц раскаленного металла на горючие материалы с последующим воспламенением, т.е. отсутствуют какие-либо виновные действия директора ФИО2, не обеспечившего, например, работника ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, необходимым оборудованием, принадлежностями, материалами (л.д. 57 т.1). Напротив, судом установлена вина должностных лиц ОАО «Трубодеталь», не в полном объеме осуществившими противопожарные мероприятия, указанные в наряде-допуске, что и привело к возникновению пожара.

Из материалов дела не следует, что ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, принимало на себя обязательства перед контрагентами, однако систематически не исполняло их, либо исполняло с нарушением порядка очередности именно перед АО «Трубодеталь».

Истцом не представлены доказательства, что ухудшение экономических показателей деятельности ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, обусловлено противоправными действиями ФИО2 по выводу из общества активов. Единственное предположение о получении ФИО2 при выходе из общества действительной стоимости доли не подкреплено ни одним документом, например, выпиской из расчетного счета общества-должника.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд не усматривает причинно-следственной связи между действиями директора ФИО2 и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на директора в субсидиарном порядке.

Иные приведенные в иске доводы (изменение места регистрации ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, создание и руководство в других хозяйственных обществах, неподача заявления о признании общества несостоятельным (банкротом)) не имеют правового значения применительно к имеющим место предмету и основанию иска. 

Аналогичные доводы об отсутствии оснований для возложения субсидиарной ответственности по долгам ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, относятся и к требованиям о взыскании ущерба с ФИО3 

 

Как отмечалось судом ранее, истец, обращаясь с настоящим исковым заявлением в суд, в качестве нормативного обоснования иска ссылается на п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Федеральным законом N 488-ФЗ от 28.12.2016 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в частности статьей 1 указанного закона, статья 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» дополнена пунктом 3.1 в следующей редакции: «Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства».

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно ст. 4 Федерального закона N 488-ФЗ от 28.12.2012 настоящий Федеральный закон вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу (ст. 4 Закона N 488-ФЗ от 28.12.2016 г.).

Принимая о внимание, что вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации - 29.12.2016, изменения в ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в части ее дополнения п. 3.1, вступили в законную силу 28.06.2017.

В силу п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе N 488-ФЗ от 28.12.2012 отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Следовательно, положения п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к имеющим место правоотношениям по возмещению ущерба, возникшим в 2013 году, применены быть не могут. 

При этом, действующим законодательством предусмотрен и иной способ защиты нарушенных прав кредиторов юридического лица, в случае ликвидации последнего - путем распределения нереализованного имущества ликвидированного юридического лица, в случае обнаружения соответствующего имущества.

При предъявлении иска в суд АО «Трубодеталь» платежным поручением №6047 от 21.06.2018 (л.д. 117 т.1) уплатило государственную пошлину в сумме 38 829 руб.

По правилам ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь ст. 110, 167, 168, 176 АПК РФ, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Челябинской области.  

 

          Судья                                                  А. В. Ефимов

 

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru.