ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-2437/2022

01 февраля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6

Резолютивная часть постановления объявлена     24 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Герасимовой Е.А., Тарасовой М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

согласно протоколу судебного заседания от 24.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-35115/2022, 13АП-35114/2022)  (заявление)  финансового управляющего ФИО2 и ФИО3 на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2022 по делу № А56-2437/2022/тр.6, принятое 

по заявлению, поступившему в арбитражный суд 13.07.2022 от ФИО4 о включении требования в размере 9 356 602 руб. 79 коп. в реестр кредиторов должника по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 

об удовлетворении заявления в части, 

установил:

ФИО6 (далее – заявитель, кредитор) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО5 (ИНН 

<

***>, место жительства: 197375, 

<

...>, литер А, кв. 61) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда от 04.03.2022 указанное заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.05.2022 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №98(7299) от 04.06.2022.

13.07.2022 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (направлено через систему «Мой Арбитр» 11.07.2022) от ФИО4 поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 13 765 822 руб.

Заявлением от 27.07.2022 кредитор уточнил требование, просил включить в реестр требований должника требование в общем размере 9 356 602 руб. 79 коп., из которых: 4 329 650,00 рублей - сумма основного долга в размере 65 000 евро в рублевом эквиваленте по официальному курсу пары евро/рубль ЦБ РФ на 19.05.2022, 2 303 602,94 рубля - проценты за пользование займом в размере 34 583,44 евро за период с 28.08.2019 г. по 19.05.2022 г. в рублевом эквиваленте по официальному курсу пары евро/рубль ЦБ РФ на 19.05.2022 г., 2 723 349,00 рублей - пени за невозврат займа в размере 40 885 евро за период с 29.08.2020 г. по 19.05.2019 г. в рублевом эквиваленте по официальному курсу пары евро/рубль ЦБ РФ на 19.05.2022 г.

Определением от 20.10.2022 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО5 требование ФИО4 в размере 5 781 946 руб. 87 коп., в том числе 4 329 650 руб. основного долга, 610 454 руб. 87 коп. процентов за пользование займом, 841 842 руб. неустойки за неисполнение обязательства по возврату займа по договору денежного займа № 28-19 от 28.08.2019; в остальной части требования отказал. При этом, суд указал, что требование в размере 841 842 руб. неустойки учитывается в составе требований кредиторов третьей очереди отдельно и подлежит удовлетворению после погашения требований кредиторов в части основного долга и причитающихся процентов.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, финансовый управляющий ФИО2 и ФИО3 обратились в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указал, что судом первой инстанции не дана оценка доводов финансового управляющего, возражающего против включения в реестр требований кредиторов ФИО4, об отсутствии удовлетворительных сведений о том, как полученные средства были истрачены должником, а также доводов об отсутствии фиксирования полученных денежных средств в отчетности должника и подтверждающих реальность совершаемой сделки.

Как полагает финансовый управляющий, представленные в дело доказательства свидетельствуют, как о юридической, так и фактической аффилированности кредитора и должника, что в сложившейся ситуации предполагает повышенный стандарт доказывания обстоятельств, на которых стороны оспариваемого договора строят свою позицию. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, финансовый управляющий пришел к выводу, что воля сторон по сделке, положенной в обоснование наличие задолженности не была направлена на фактическую выдачу займа, а действия сторон были направлены на создание искусственной кредиторской задолженности, что указывает на недобросовестность поведения, как должника, так и кредитора, и злоупотребление ими правом.

Финансовый управляющий ФИО2 считает требование ФИО4, включенное в реестр требований кредиторов ФИО5 на основании договора займа № 28-19 от 28 августа 2019 года в размере 5 781 946,87 руб. в том числе 4 239 650,00 руб. - основной долг, 610 454,87 руб. - проценты за пользование денежными средствами, 841 842,00 руб. - неустойка за неисполнение обязательств по договору, необоснованным и не подлежащим включению в реестр требований кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 фактически аналогичны доводам жалобы финансового управляющего.

От ФИО4, ФИО5 в материалы дела поступили письменные отзывы.

В судебном заседании 24.01.2023 представитель финансового управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представители ФИО4 и ФИО5 против удовлетворения жалоб возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме; представил письменные возражения на отзывы; ходатайствовал об истребовании из Уральского банка ПАО «Сбербанк» сведения с лицевого счета ФИО4 № 4081797861654.0010213 за период 01.01.2018-31.12.2019, с расшифровкой оснований поступления и списания денежных средств.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 N 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны. Суд же оказывает участвующему в деле лицу по его ходатайству содействие в получении тех доказательств, которые им не могут быть представлены самостоятельно, и вправе предложить сторонам представить иные дополнительные доказательства, имеющие отношение к предмету спора.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

В данном случае, апелляционным судом учтена достаточность представленных по делу доказательств, в связи с чем оснований для удовлетворения ходатайства ФИО3 об истребовании не имеется.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Согласно положениям части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы Х Закона о банкротстве (статьи 213.1 - 213.32). В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона. 

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

В силу пункта 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований. 

На основании статьи 4 Закона о банкротстве, размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Закона о банкротстве. 

В силу части 1 статьи 64, статей 68 и 71 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. 

Исходя из указанных выше норм права, арбитражному суду при рассмотрении требований кредиторов необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности на основе положений норм материального права, существования задолженности на дату вынесения определения, убедиться в достоверности доказательств, в том числе дать оценку заявленным по требованию возражениям иных участвующих в деле лиц. 

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан представить допустимые доказательства, подтверждающие правомерность его требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств. 

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 N 305-ЭС17-6779 по делу N А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, требование лица, создавшего фиктивную задолженность должника-банкрота, не признается обоснованным и не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника. При этом в отличие от рассмотрения обычного судебного спора проверка обоснованности и размера требований кредиторов предполагает большую активность самого суда. Таким образом, для включения в реестр требований кредиторов должника кредитору необходимо доказать наличие у него денежного требования к должнику. В силу изложенного, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия неисполненного денежного обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими ясными и убедительными доказательствами. 

В обоснование заявления ФИО4 указал, что заявитель (далее – Займодавец) и должник (далее – Заемщик) заключили договор № 28-19 денежного займа с процентами от 28.08.2019, в соответствии с которым Займодавец передал заемщику денежный заем, а Заемщик обязался вернуть сумму займа в срок, установленный договором и уплатить за нее проценты. 

Сумма займа: 65 000 евро (пункт1.1 Договора). 

Срок возврата суммы займа и процентов за пользование: до 28.08.2020 (п.п. 2.1., 2.2 Договора). Срок возврата процентов за пользование: до 28.08.2020 (п. 2.2. Договора). Размер процентов за пользование займом: 2% в месяц (п. 1.2. Договора).

Ответственность за несвоевременный возврат суммы займа и процентов за пользование установлена в виде неустойки в размере 0,1% от суммы невозвращенного займа за каждый день просрочки до дня ее фактического возврата Займодавцу (п. 3.1. Договора). 

28.08.2019 Заявитель передал Должнику денежный заем на сумму 65 000 евро, что подтверждается распиской от 28 августа 2019 г. 

По состоянию на 11.07.2022 Должник сумму займа и проценты за пользование не возвратил. 

В подтверждение наличия собственных денежных средств для исполнения обязательств по Договору и реальности совершенной сделки ФИО4 представил расширенную выписку по собственному счету ПАО Сбербанк (номер договора 40817.978.6.1654.0010213, дата заключения договора: 22.01.2015 г., вид счета: сберегательный счет, валюта: евро). Согласно расшифровке операций, указанной в данной выписке, 27.08.2019  произведена операция в виде частичной выдачи денежных средств со сберегательного счета в размере 65 000.00 евро.

Должник факт получения денежных средств от ФИО4 по договору займа подтвердил.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, с учетом правовых позиций лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, суд первой инстанции счел заявление ФИО4 обоснованным и подлежащим удовлетворению частично. Так, с учетом отсутствия разногласий по сумме задолженности по договору займа от 28.08.2019 № 28-19 суд на основании пункта 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве признал требование кредитора обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При этом, арбитражный суд, применив положения ст. 333 ГК РФ, пришел к выводу, что размер процентов за пользования суммой займа следует исчислять, исходя из 6,36 % годовых, что за период с 01.03.2019 по 19.05.2022 составляет 610 454,87 руб. 

Также, применив положения п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», суд первой инстанции исключил из периода начисления неустойки период, начиная с 01.04.2022 года, то есть 48 дней и применив положения ст. 333 ГК РФ признал обоснованным требование о начислении неустойки в размере 841 842 руб.

Определение в части отказа в удовлетворении заявления подателями жалобы не оспаривается. Предметом апелляционного обжалования является включение в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО5 требование ФИО4 в размере 5 781 946 руб. 87 коп., в том числе 4 329 650 руб. основного долга, 610 454 руб. 87 коп. процентов за пользование займом, 841 842 руб. неустойки за неисполнение обязательства по возврату займа по договору денежного займа № 28-19 от 28.08.2019.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" разъяснено, что При применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Против рассмотрения определения в обжалуемой части стороны не возразили. Суд проверяет законность и обоснованность определения в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Исходя из положений статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обязательства возникают из договора и из иных оснований, указанных в ГК РФ. 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному основанию, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), бюджетным законодательством Российской Федерации. Статьей 8 ГК РФ предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Согласно статье 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы (пункт 1). 

Договор займа является реальным договором, в связи с чем, ссылаясь на наличие задолженности заемщика по договору займа, займодавец должен представить доказательства передачи заемщику денежных средств. Таким образом, передача займодавцем заемщику суммы займа является основным условием заключения договора займа. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. 

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа, а также уплатить проценты на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ). 

Оценивая реальность заемных отношений, следует исходить из того, что в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа является заключенным с момента передачи заимодавцем заемщику денег или других вещей, и в подтверждение такого договора согласно части 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или количества вещей. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. 

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств. 

В подтверждение выдачи займа по договору кредитор представил расписку должника. 

Принимая во внимание утверждение кредитора о передаче денежных средств согласно условиям договора, арбитражный суд апелляционной инстанции, рассматривая заявленные требования, руководствуется разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, исследовав наличие у ФИО4 финансовой возможности предоставить ФИО5 денежные средства по Договору.

Как было указано выше, в подтверждение наличия собственных денежных средств для исполнения обязательств по Договору и реальности совершенной сделки ФИО4 представил расширенную выписку по собственному счету ПАО Сбербанк (номер договора 40817.978.6.1654.0010213, дата заключения договора: 22.01.2015 г., вид счета: сберегательный счет, валюта: евро). Согласно расшифровке операций, указанной в данной выписке, 27.08.2019  произведена операция в виде частичной выдачи денежных средств со сберегательного счета в размере 65 000,00 евро.

В Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 8 мая 2019 г. N 305-ЭС18-25788 (2) изложена следующая правовая позиция: «Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности».

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции, судом не дана оценка доводам финансового управляющего, возражающего против включения в реестр требований кредиторов ФИО4, об отсутствии удовлетворительных сведений о том, как полученные средства были истрачены должником, а также доводам об отсутствии фиксирования полученных денежных средств в отчетности должника и подтверждающих реальность совершаемой сделки.

При этом суд не учел, что ФИО4 не представил доказательства источника данных денежных средств (накопление на протяжении длительного времени, доход от какой-либо деятельности, реализации имущества, т.п.).

Расширенная выписка предоставлена за за 5 дней до даты займа - с 22.08.2019 г. подтверждает, только тот факт, что с 22.08.19 по 27.08.19 денежные средства в сумме 65 000 евро находились на расчетном счету заявителя. Иных доказательств финансовой возможности выдать займ, включая раскрытие источников дохода, налоговые декларации, т.п., заявитель не предоставил.

Согласно требованию кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов ФИО5, интересы кредитора представляет ФИО7, адвокат Адвокатской конторы № 9 г. Екатеринбурга (Доверенность № 66/169-н/66-2022-3-579 от 07.06.2022, выдана ФИО8, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Екатеринбург, Свердловской области, Российской Федерации, ФИО9).

Согласно Требованию кредитора ФИО10 о включении в реестр требований кредиторов ФИО5, интересы кредитора представляет ФИО7, адвокат Адвокатской конторы № 9 г. Екатеринбурга (Доверенность № 66/169-н/66-2022-1-454 от 31.05.2022, выдана ФИО9, нотариусом нотариального округа города Екатеринбург, Свердловской области, Российской Федерации).

Согласно Ответу (вх. № б/н от 28 июня 2022 года) на Требование-запрос финансового управляющего к должнику о предоставлении документов (исх. № 3 от 01 июня 2022 года), направленному на электронную почту финансового управляющего, отправителем является адвокат Адвокатской конторы № 9 г. Екатеринбурга ФИО11. (Доверенность №66/201-н/66-2020-15-34 от 11.11.2020, выдана ФИО12, нотариусом города Екатеринбурга).

В деле № 2-3262/2021, рассматриваемом в Приморском районном суде города Санкт-Петербурга, деле № 33-10521/2021 (№ 2-1395/2021), рассматриваемом в Свердловском областном суде, деле № 2-1395/2021, рассматриваемом в Кировском районном суде г. Екатеринбурга, представителем ФИО5 также выступала ФИО7.

Согласно информации с сайта Адвокатской палаты Свердловской области, в состав Адвокатской конторы № 9 г. Екатеринбурга входят 7 адвокатов:

- Захарова Ольга Александровна, № в реестре 66/2163;

- ФИО13, № в реестре 66/2335;

- ФИО14, № в реестре 66/2776;

- ФИО11, № в реестре 66/896;

- ФИО15, № в реестре 66/1275;

- ФИО16, № в реестре 66/2779;

- ФИО7, № в реестре 66/1386.

Указанные сведения подтверждают, что интересы кредиторов должника и должника представляют лица, состоящие в одной адвокатской конторе. Требования указанных кредиторов возникли на основании Договоров займа, также подтверждены расписками в получении денежных средств.

Совокупность изложенных выше обстоятельств вызывает сомнения относительно реальности спорной сделки и направленности воли сторон на формальное подтверждение искусственно созданной задолженности в целях участия кредитора в распределении конкурсной массы.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2018 № 308-ЭС17-10337 по делу № А32-16352/2016, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063 (2), № 305-ЭС18-17063 (3), № 305-ЭС18-17063 (4), № 305 ЭС18-17063 (5) по делу № А40-233621/16, в условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309- ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018, требование лица, создавшего фиктивную задолженность должника-банкрота, не признается обоснованным и не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

При этом в отличие от рассмотрения обычного судебного спора проверка обоснованности и размера требований кредиторов предполагает большую активность самого суда.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015.

Между тем, ни кредитор, ни сам должник какого-либо обоснования экономической целесообразности заключения спорной сделки не представили.

Вышеизложенные факты свидетельствуют, как о юридической, так и фактической аффилированности кредитора и должника, что в сложившейся ситуации предполагает повышенный стандарт доказывания обстоятельств, на которых стороны оспариваемого договора строят свою позицию.

Кроме того, учитывая, что условиями Договора займа предусмотрен срок возврата денежных средств до 28.08.2020, судом проанализирован доход должника, который за 2019 год составлял в среднем 47 332,54 руб. в месяц, за 2020 год - 111 132,41 руб. в месяц, за 2021 год - 7 530,81 руб. в месяц, пришел к выводу о том, что выдача займа на значительную сумму должнику была для кредитора экономически нецелесообразна, разумные экономические мотивы предоставления займа сторонами не раскрыты. 

Кроме того, кредитором не раскрыты цели, необходимость и целесообразность выдачи спорного займа наличными на столь крупную денежную сумму, в условиях отсутствия обеспечения обязательств залогом или поручительством, отсутствие у должника (учитывая размер его дохода) возможности произвести возврат займа в обусловленный договором срок, что не может отвечать признаку разумного поведения со стороны кредитора, равно как и не предъявление кредитором требования к должнику о возврате заемных денежных средств до момента обращения в суд. 

Подобное поведение кредитора и должника, по мнению суда апелляционной инстанции, также свидетельствует о наличии у должника и заявителя признаков фактической аффилированности, поскольку демонстрируемое ими поведение очевидно существенным образом отклоняется от поведения обычных (незаинтересованных) участников гражданского оборота и, безусловно, такие отношения характерны исключительно для аффилированных друг с другом лиц, поскольку не несут какого-либо экономического смысла, противоречат существу гражданско-правовых отношений по предоставлению денежных средств в заем в виде получения в том или ином виде материальной выгоды. 

Предоставление займа на указанных выше условиях противоречит обычным условиям гражданского оборота, влечет необоснованное каким-либо интересом отвлечение средств из оборота займодавца, при этом, суд полагает необходимым отметить, что ни в коей мере не обоснована передача должнику в займы крупной суммы наличных средств без каких-либо гарантий ее возврата, одновременно исключающая объективное доказывание факта займа.

Сведения о дальнейшем движении денежных средств, полученных ФИО5 от ФИО4 в качестве займа по договору, а также об их использовании, трате, аккумулировании в материалах дела отсутствуют, равно как и отсутствуют сведения, подтверждающие отражение полученных средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора именно на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта. 

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии бесспорных, не требующих дополнительной проверки, документов, подтверждающих заключение договора займа, равно как и наличие у кредитора финансовой возможности предоставления займа. По мнению суда апелляционной инстанции, сложившиеся фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника и кредитора намерения создать не гражданско-правовые отношения по выдаче и последующему возврату займа, а о наличии иной цели. 

В данном случае, с учетом фактических обстоятельств дела, такой целью суд полагает противоправную цель создания подконтрольной задолженности в деле о банкротстве с целью оказания влияния на ход процедуры, а также направление средств из конкурсной массы на погашение искусственно созданной задолженности аффилированного кредитора в ущерб требованиям независимых кредиторов (в случае недостаточности имущества для погашения всех требований). 

При наличии в действиях сторон признаков злоупотребления правом, суд отказывает в защите нарушенного права, в связи с чем, апелляционная коллегия признает заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

С учетом изложенного, Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 20.10.2022 по делу №  А56-2437/2022/тр.6 в обжалуемой части подлежит отмене, как принятое при несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 20.10.2022 по делу №  А56-2437/2022/тр.6 в обжалуемой части отменить.

Отказать в удовлетворении заявления ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.М. Кротов

 

Судьи

Е.А. Герасимова

 М.В. Тарасова