Д Е В Я Т Ы Й    А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й    А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й    С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

                                                                 адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru         

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП- 54037/2024

г. Москва                                                                                          Дело № А40-49345/23

03.10.2024                                                                  

Резолютивная часть постановления объявлена 19.09.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 03.10.2024 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи М.С. Сафроновой,

судей А.С. Маслова и Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.07.2024 по делу № А40-49345/23, вынесенное судьей Омельченко А.Г., об отказе в удовлетворении жалобы на действия (бездействия) ликвидатора ФИО1 и об отказе в удовлетворении заявления о взыскании убытков,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран»,

 

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 23.06.2024

от ГК «АСВ» - ФИО3 по дов. от 13.01.2023

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

Приказом Банка России №ОД-2321 от 21.07.2016 аннулирована лицензия на осуществление деятельности по пенсионному обеспечению и пенсионному страхованию Негосударственного Пенсионного Фонда «Первый профессиональный пенсионный фонд «Ветеран» с 21.07.2016. 

Приказом Банка России МЮД-2323 от 21.07.2016 назначена временная администрация по управлению НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд «Ветеран», руководителем временной администрации был утвержден ФИО4 

Банком России 25.07.2016 в Арбитражный суд города Москвы подано заявление о принудительной ликвидации Фонда. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2016 по делу №А40-157824/16 в отношении должника НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран» введена процедура принудительной ликвидации. Обязанность по ликвидации Фонда возложена на учредителей Межрегиональную общественную организацию содействия оздоровлению детей, Региональную общественную организацию содействия развитию спорта «Прогресс и Спорт». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.07.2017 по делу №А40- 157824/16 учредители Негосударственного Пенсионного фонда «Первый профессиональный пенсионный фонд «Ветеран» Межрегиональную общественную организацию содействия оздоровлению детей, Региональную общественную организацию содействия развитию спорта «Прогресс и Спорт» освобождены от возложенной на них обязанности по ликвидации Фонда. Ликвидатором НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран» утверждена ФИО1

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2023 НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран» признан несостоятельным (банкротом), в его  отношении открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 06.05.2023 № 80. 

ГК «АСВ» обратилось в суд с заявлением о признании незаконным бездействия ликвидатора ФИО1, выразившихся: 

в непроведении актуарной оценки обязательств участников негосударственного пенсионного фонда «Ветеран» по выплате пожизненной негосударственной пенсии, 

во внесении денежных средств в депозит нотариуса в отношении умерших кредиторов Фонда и их наследников, в необоснованном расходовании денежных средств Фонда на нотариальные услуги за внесение денежных средств в депозит нотариуса в отношении умерших кредиторов и их наследников, 

в выплате денежных средств умершим кредиторам, в выплате денежных средств наследникам умерших кредиторов Фонда, в нарушении требований о пропорциональности удовлетворения требований кредиторов Фонда при выплате денежных средств, взыскании с ликвидатора ФИО1 в пользу Фонда убытков в общей сумме 4.380.027,40 руб. 

Определением суда от 03.07.2024 в удовлетворении жалобы ГК «АСВ» отказано.

ГК «АСВ» не согласилось с определением суда, обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, заявление удовлетворить.

От ГК «АСВ» 02.09.2024 также поступили письменные пояснения в дополнение к своей позиции.

В судебном заседании представитель ГК «АСВ» доводы апелляционной жалобы поддержал, просил суд ее удовлетворить.

Представитель ФИО1 возражал против ее удовлетворения, указывая на законность определения суда.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда.

Непроведение актуарной оценки обязательств участников негосударственного пенсионного фонда «Ветеран» по выплате пожизненной негосударственной пенсии.

ГК «АСВ» указала, что бывшим ликвидатором ФИО1 не была проведена актуарная оценка, эту оценку пришлось провести ей. На проведение актуарной оценки было потрачено 540 000 руб., тогда как в 2016 – 2017 гг. стоимость актуарной оценки в среднем равнялась 135 428, 57 руб. ГК «АСВ» полагает, что разница в размере 404 571,43 руб. является убытком для конкурсной массы. 

Между тем п. 3 ст. 186.5 Закона о банкротстве утратил силу с 01.01.2023, в связи с чем у ГК «АСВ» отсутствовала обязанность проводить актуарное оценивание обязательств Фонда. 

Следовательно, затраты на проведение актуарного оценивания не могут быть взысканы с ФИО1 

Кроме того, представленные ГК «АСВ» сведения о стоимости актуарной оценки в 2016 г. не отражают реальную стоимость услуг. 

В таблице, представленной ГК «АСВ», отражены данные о проведении актуарного оценивания только двумя актуариями, которые непосредственно аккредитованы при ГК «АСВ». 

При этом из таблицы невозможно определить, из чего складывалась цена за проведение актуарной оценки. 

Вместе с тем цена за проведение актуарного оценивания завит от многих факторов, в том числе, от объема работы, от количества застрахованных лиц, от масштабов деятельности НПФ, от сложившихся деловых отношений между заказчиком и актуарием и т.д. 

В связи с тем, что в процедуре ликвидации Фонда отсутствовали денежные средства, ФИО1 было принято решение самостоятельно провести актуарное оценивание без привлечения ответственного актуария. 

ФИО1 имеет специальные знания, позволяющие ей проводить актуарное оценивание. 

ФИО1 закончила Новосибирский государственный университет по специальности «экономист-математик». 

Кроме того, прошла повышение квалификации по дополнительной профессиональной программе «Подготовка арбитражных управляющих в делах о банкротстве профессиональных участников рынка ценных бумаг, управляющих компаний инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов, негосударственных пенсионных фондов». 

То есть ФИО1 обладает компетенцией для проведения актуарного оценивания. 

Процедура ликвидации Фонда находилась под контролем Банка России. 

В Банк России направлялись все документы, в том числе и актуарное заключение. 

За все время проведения процедуры ликвидации жалоб, требований, возражений на действия ликвидатора ФИО1 не поступало. 

В решении Арбитражного суда г. Москвы по настоящему делу  от 03.05.2023 о введении в отношении должника конкурсного производства указано: установить, что требования кредиторов, включенные ликвидатором в реестр требований кредиторов НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран», считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены в соответствии с Законом о банкротстве и включены в реестр требований кредиторов НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран». 

При введении в отношении Фонда процедуры банкротства судом был принят расчет обязательств, произведенный ФИО1 

Направление денежных средств на депозит нотариуса в отношении умерших кредиторов и их наследников; выплата денежных средств умершим кредиторам и их наследникам. 

В своей жалобе ГК «АСВ» указывает, что согласно правилам Фонда правопреемство в случае смерти участника Фонда не предусмотрено. 

Вместе с тем ГК АСВ не учтено следующее.

Процедура ликвидации в отношении Фонда введена 03.10.2016.

Смерть указанных в жалобе лиц наступила в период с 2017 по 2022 гг., т.е. уже после введения процедуры ликвидации. 

Согласно п. 4 ст. 61 ГК РФ с момента принятия решения о ликвидации юридического лица срок исполнения его обязательств перед кредиторами считается наступившим, в связи с чем лица, указанные заявителем в жалобе, были включены в реестр требований кредиторов Фонда. 

На дату введения процедуры принудительной ликвидации был произведен расчет выплат кредиторам Фонда. 

Из представленных ФИО1 документов следует, что в соответствии с п. 4.2. договоров пожизненных пенсионных выплатах начисленная пенсия подлежит наследованию. 

Данный факт также подтвержден вступившими в силу судебными актами в рамках дела № А40-157824/16. 

Так, суд произвел замену в реестре требований кредиторов умершего кредитора на его наследника. 

Таким образом, у ФИО1 отсутствовали правовые основания для отказа в выплате денежных средств наследникам умерших кредиторов. 

В связи с тем, что у ФИО1 отсутствовали реквизиты некоторых кредиторов, а также их наследников, ею было принято решение во исполнение абз. 2 п. 2 ст. 142 Закона о банкротстве перечислить денежные средства на депозит нотариуса. 

В данном случае ФИО1 действовала на основании договоров пожизненных пенсионных выплат, вступивших в силу судебных актов о замене умершего кредитора на наследника и действующего законодательства. 

Нарушение требований о пропорциональности при выплате денежных средств кредиторам. 

ГК «АСВ» указывает, что ликвидатором ФИО1 неправильно были рассчитаны выплаты кредиторам Фонда. 

Согласно актуарному заключению ГК «АСВ» переплата составила 834 620,07 руб., а недоплата – 611 103,99 руб. 

ГК «АСВ» полагает, что сумма убытков по данному эпизоду составила 1 445 724,06 руб. 

Вместе с тем сумма недоплат не может быть вменена как сумма убытков, поскольку уменьшения конкурсной массы не произошло. 

В отношении суммы переплат следует принять во внимание, что разные суммы в актуарном заключении, представленном ГК «АСВ», и расчетах ликвидатора ФИО1 связаны с разной методикой расчетов коэффициентов. 

ФИО1 производила свои расчеты в 2017 г., актуарное заключение ФИО5 составлено в 2023 г. 

ФИО1 и ФИО5 в своих расчетах использовали разные нормативные акты и стандарты. ФИО5 использовал в своих расчетах нормативные акты и стандарты, которые были приняты в 2019 г. Также при расчете ФИО1 и ФИО5 могли использовать разные коэффициенты и данные, в том числе таблицы смертности, ставка дисконтирования и т.д. В результате произошла разница в расчетах ФИО1 и актуария ФИО5 При этом данный факт не означает, что расчеты ФИО1 или у ФИО5 неверные. Как указывалось, выбор различных коэффициентов и данных (выбор которых допускает методика проведения актуарного оценивания) может привести к варьируемым цифрам в пределах 10%-15%. 

Между тем ГК «АСВ» не привела доказательств причинения этими действиями ФИО1 убытков  Фонду. 

Так, ФИО1 проведен самостоятельный расчет оценивания обязательств негосударственного пенсионного по выплате пожизненной негосударственной пенсии. При этом, указанный расчет признан судом обоснованным, что подтверждено вступившим в законную силу решением от 03.05.2023. 

Таким образом, ГК «АСВ» не доказана связь между непроведением актуарного заключения ФИО1 и причинения убытков Фонду. 

Кроме того, в ходе исполнения ФИО1 обязанностей ликвидатора Фонда от контролирующего органа – Банка России не поступало требований о проведении актуарной оценки. Также от Банка России не поступали возражения, жалобы и прочие уведомления в адрес ФИО1 относительно состава, размера и очередности удовлетворения требований кредиторов (реестр требований кредиторов). 

В силу п 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

Согласно п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что убытки причинены в результате его неправомерных действий. 

В соответствии с положениями ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Исходя из взаимной связи статьи 15 ГК РФ и статьи 20.4 Закона о банкротстве лицо, требующее возмещения убытков, причиненных арбитражным управляющим, должно доказать факт неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. 

Для удовлетворения иска о взыскании убытков необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: нарушение ответчиком взятых на себя обязательств, размер понесенных истцом убытков и причинно-следственную связь между действиями ответчика и полученными истцом убытками. Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска. 

Заявитель жалобы не доказал совокупность указанных обстоятельств: что своими действиями ФИО1 нарушила права или законные интересы лиц, участвующих в деле, и нанесла убытки конкурсной массе.

Как правильно отметил суд первой инстанции, действительно, норма п. 3 ст. 186.5 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период осуществления ФИО1 функций ликвидатора Фонда, предусматривала обязательное проведение актуарной оценки. 

Суд первой инстанции правомерно указал, что формальное непривлечение ФИО1 актуария не является основанием для взыскания с нее убытков. 

Установлено, что  при исполнении ФИО1 функций ликвидатора Фонда она провела самостоятельную оценку обязательств негосударственного пенсионного фонда по выплате пожизненной негосударственной пенсии. 

Как уже указывалось, вступившим в законную силу решением суда от 03.05.2023 определено, что требования кредиторов считаются установленными в размере, составе и очередности, установленной действующим законодательством. 

В связи с принятием 28.12.2023 Закона о внесении изменений в Федеральный Закон «О негосударственных пенсионных фондах» и Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» № 556-ФЗ - п. 3 ст. 186.5 Закона о банкротстве утратил силу с 01.01.2023, ввиду чего у Агентства отсутствовали основания для привлечения актуария и проведения актуарной оценки. 

При этом позиция ГК «АСВ» о том, что следует руководствоваться нормами, которые существовали на момент введения ликвидации являются несостоятельными, поскольку процедура банкротства – конкурсное производство введено после 01.01.2023. 

Статьей 4 ГК РФ, закрепляющей общий принцип действия гражданского законодательства во времени, определено, что акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (пункт 2 статьи 4 ГК РФ). 

Исходя из приведенных нормативных положений во взаимосвязи с правовой позицией Конституционного Суда (в частности, выраженной в пункте 5 его постановления от 21 января 2010 г. N 1-П) общим принципом существования закона во времени является его действие на будущее время, придание закону обратной силы относится к исключительному праву законодателя, при этом недопустимо придание обратной силы нормам, ухудшающим положение лиц, на которых распространяется их действие. 

При этом изменения в Закон о банкротстве от 28.12.2022 не предусматривают переходных положений относительно применения п. 3 ст. 186.5 Закона, в связи с чем можно сделать вывод, что не подлежит применению указанная норма в отношении процедур банкротств, введенных после 01.01.2023. 

В этой связи суд полагает, что расходы ГК «АСВ» следует квалифицировать как расходы, связанные с проведением процедуры банкротства (в порядке ст. 20.7 Закона о банкротстве). 

Таким образом, конкурсный управляющий имеет право, но не обязан осуществлять такие расходы за счет средств должника. 

Ввиду того, что норма п. 3 ст. 186.5 Закона о банкротстве утратила силу с 01.01.2023 и при наличии вступившего в законную силу решения от 03.05.2023 в котором суд установил, что требования кредиторов, включенные ликвидатором в реестр требований кредиторов НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран», считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены в соответствии с Законом о банкротстве № 127-ФЗ, и включены в реестр требований кредиторов НПФ «Первый профессиональный пенсионный фонд Ветеран», у ГК «АСВ» отсутствовали основания для проведения актуарного заключения. 

При этом вопрос о привлечении ГК «АСВ» специалиста для проведения актуарной оценки не является предметом настоящего спора, ввиду чего судом не может быть дана оценка данному доводу ФИО1 

Жалоба на действия (бездействие) ликвидатора кредитной организации, ликвидируемой в принудительном порядке, подлежит рассмотрению по правилам положений статьи 60 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве кредиторы вправе обратиться в арбитражный суд с жалобой на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы. 

По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения такой жалобы является установление арбитражным судом фактов несоответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего Закону о банкротстве и нарушение такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов. 

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); факта несоответствия этих действий требованиям разумности; факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности. 

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы, и ее удовлетворение приведет к восстановлению нарушенных прав. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: податель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы должника (кредиторов), а арбитражный управляющий, в свою очередь, имеет право представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности. 

Толкуя категорию разумности и добросовестности поведения арбитражного управляющего, судебная практика признает, что деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 N 308-ЭС19- 18779(1,2), от 16.11.2020 N 307-ЭС20-11632). 

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно абзацу 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в интересах должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. 

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами. Заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. 

Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). 

Возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 20 постановления N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт I статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. В связи с чем, рассмотрение данного обособленного спора должно производиться исходя из общих норм гражданского законодательства о возмещении убытков. 

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ). 

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. 

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ). 

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. 

Согласно разъяснениям, данным в п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. 

Таким образом, закон устанавливает возможность взыскания с директора или лица, исполняющего его полномочия, убытки в пользу общества, при наличии на то соответствующих оснований. 

Аналогичные положения закреплены в разъяснениях абзаца 1 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица". 

В данном пункте постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 также приведено следующее разъяснение о том, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях; неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, либо когда при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункты 2 и 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62). 

Из указанных положений закона и разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками. Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

Судом не усматриваются основания для взыскания убытков за вменяемые ГК «АСВ» действия ФИО1, связанные с нарушением требований о пропорциональности при выплате денежных средств кредиторам Фонда. 

Согласно п. 1 ст. 10 Закона об актуарной деятельности стандартами актуарной деятельности определяются требования к порядку и методикам осуществления актуарной деятельности, математическим моделям, используемым при осуществлении актуарной деятельности. 

В силу п. 2 ст. 10 Закона об актуарной деятельности стандарты актуарной деятельности подразделяются на федеральные стандарты актуарной деятельности, и стандарты и правила саморегулируемой организации актуариев. 

Таким образом, при подготовке актуарного заключения применяются федеральные стандарты, и стандарты и правила саморегулируемой организации актуариев. В связи с этим  расхождения в суммах в актуарном заключении ФИО5 и расчетов ФИО1 объясняются применением разной методики расчетов коэффициентов, стандартов проведения оценки и тп. Актуарные расчеты – это, по своей сути, оценка размера обязательств с применением математических методов и стандартов, установленных ст. 10 Закона об актуарной деятельности. Актуарием, привлеченным ГК «АСВ», при проведении актуарного оценивания, в основном, использованы нормативные акты и стандарты, которые были введены в 2019 году и позднее, что, по сути, привело к значительным изменениям в расчетах. 

При этом, расчетный размер обязательств по выплате негосударственных пенсий не является одной единственной возможной цифрой и зависит от используемых при его расчете данных, а именно: таблица смертности (существуют различные таблицы смертности, основанные на данные Роскомстата и на данных различных пенсионных фондов), ставка дисконтирования. 

При этом до введения в действия Федерального стандарта – ФСАД-Ликвидация, согласованного с Банком Российской от 15.10.2019 № 015-52-4/7769 могли использоваться различные ставки, исходя из доходности различных долговых инструментов и даже из учетной ставки Банка России, размер постоянной части вознаграждения фонда и размер необходимых расходов управляющих компаний, размер дохода Фонда, направляемого на пополнение пенсионных резервов и др. 

Таким образом, при проведении актуарного оценивания размера обязательств могут быть получены различные данные. Разные результаты, сами по себе, не являются неверными. В этой связи при применении разных коэффициентов (выбор ставок дисконтирования, таблицы смертности и т.д.) размер/сумма обязательств будет разной. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что при проведении актуарной оценки иным актуарием, из другой саморегулируемой организации - размер обязательств будет отличаться от тех, которые получены ФИО1 и/или ФИО5 Различия в результатах, полученных при расчетах ФИО1 и ФИО6 сами по себе не означают наличия ошибок при проведении расчетов, что не учтено ГК «АСВ» при предъявлении к ней убытков. 

С учетом изложенного внесение изменений в реестр требований кредиторов привело к уменьшению кредиторской задолженности, что по своей сути не означает, что выполненный ФИО1 расчет является недостоверным. Вместе с тем, оценке поведения ФИО1 подлежат ее действия с учетом имеющихся обстоятельств в процедуре ликвидации, а не установленных и созданных ГК «АСВ» после введения в отношении Фонда процедуры банкротства – конкурсное производство. 

При проведении ликвидации ФИО1 был подготовлен реестр требований кредиторов Фонда, который решением суда от 03.05.2023 признан достоверным и обоснованным, что в силу ст. 69 АПК РФ не подлежит дополнительному доказыванию. При этом, в рамках дела №А40-157824/2016 были вынесены определения о процессуальном правопреемстсве. 

В соответствии с ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. 

В силу указанной нормы, ФИО1 не могла не исполнять судебные акты, вынесенные в рамках дела №А40- 157824/2016. 

По мнению ГК «АСВ», внесение ФИО1 денежных средств на депозит нотариуса в отношении умерших кредиторов и правопреемников является незаконными действиями, поскольку правопреемство не предусмотрено пенсионными правилами. Поскольку были произведены расходы на нотариальные услуги, то действия ФИО1 по перечислению денежных средств на депозит нотариуса повлекли к убыткам Фонда. 

Суд также не находит обоснованной позицию ГК «АСВ» о неправомерной выплате денежных средств умершим кредиторам Фонда, наследникам умерших кредиторов Фонда с депозита нотариуса умершим пенсионерам и/или их наследникам. 

Вопреки позиции Агентства дата смерти в отношении лиц, указанных в таблице, наступила после решения о ликвидации Фонда (03.10.2016) и утверждения ФИО1 ликвидатором Фонда (15.06.2017). 

Таким образом, ФИО1 были включены указанные лица в реестр требований кредиторов, поскольку на дату вынесения решения суда о ликвидации указанные лица были живы. 

В силу пункта 4 статьи 61 ГК РФ с момента принятия решения о ликвидации юридического лица срок исполнения его обязательств перед кредиторами считается наступившим. Судом установлено что, с 03.10.2016 Арбитражным судом г. Москвы по делу №А40-157824/16 принято решение о принудительной ликвидации Фонда. 

Следовательно, срок исполнения обязательств наступил у должника 03.10.2016. Таким образом, ФИО1 был произведен расчет выплат кредиторам Фонда (начислена пенсия) на дату введения процедуры принудительной ликвидации, что соответствует действующему законодательству. 

Ссылка ГК «АСВ» на правила страхования, в частности на п. 3 Пенсионных правил Негосударственного пенсионного фонда «Первый профессиональный пенсионный фонд «Ветеран» (редакция № 3 от 18.02.2009), пенсионной схемой № 3 правопреемство не предусматривается, в связи с чем права требования указанных кредиторов не наследуются не применима к данным обстоятельствам, как и п. 4.1 договоров о пожизненных пенсионных выплатах. 

Согласно договорам пожизненных пенсионных выплатах (п. 4.2) начисленная пенсия подлежит наследованию. В связи с тем, что в силу ст. 61 ГК РФ обязательства Фонда перед его кредиторами считаются наступившими, то обязательства перед последними подлежат установлению на дату введения процедуры ликвидации (03.10.2016). 

В этой связи суд приходит к выводу, что установленная ФИО1 сумма является начисленной пенсией на дату введения принудительной ликвидации, в связи с чем она подлежит наследованию. Данное обстоятельство находит свое отражение во вступивших в законную силу судебных актах в рамках дела №А40-157824/2016. 

Также суд считает, что определение от 11.10.2023 не имеет преюдициальное значение, поскольку в нем не исследовался данный вопрос и не были учтены судебные акты, вынесенные в рамках дела №А40-157824/2016. Поскольку ФИО1 установила требования кредиторов на дату, когда они были живы, а также при наличии определений о правопреемстве в рамках дела №А40- 157824/2016, она не могла не исполнить свои обязанности по привлечению нотариуса в случае отсутствия у нее реквизитов кредиторов Фонда. 

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 142 Закона о банкротства (в редакции от 04.08.2023) в случае невозможности перечисления денежных средств на счет (вклад) кредитора причитающиеся ему денежные средства вносятся конкурсным управляющим в депозит нотариуса по месту нахождения должника, о чем сообщается кредитору. 

В связи с отсутствием у ФИО1 платежных реквизитов кредиторов Фонда, во исполнение абз. 2 п. 2 ст. 142 Закона о банкротстве денежные средства были перечислены в депозит нотариуса. Такое поведение является разумным и добросовестным и направлено на соблюдение как действующего законодательства, так и прав кредиторов Фонда. 

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) ликвидатора, и, не установив в его действиях нарушений, которые могли привести к нарушению прав и законных интересов кредиторов, правомерно отказал во взыскании убытков. 

Определение суда законно и обоснованно. Оснований дл его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.07.2024 по делу № А40-49345/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                                  М.С. Сафронова

Судьи:                                                                                                          А.С. Маслов

 

                                                                                                                      Н.В. Юркова