ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-3712/2021

город Ростов-на-Дону

05 июня 2024 года

15АП-6815/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 июня 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мезенцевой В.Д.,

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 15.04.2024;

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от  29.09.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 по делу № А53-3712/2021 

по заявлению финансового управляющего об оспаривании сделки должника,

ответчик: ФИО1,

третьи лица: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, АО «Первая ипотечная компания-Регион», ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО14 (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО14 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании брачного договора от 06.08.2018, заключенного между ФИО14 и ФИО1 (далее – ответчик), недействительным и применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 по делу № А53-3712/2021 признан недействительной сделкой брачный договор от 06.08.2018, заключенный между ФИО14 и ФИО1. Применены последствия недействительности сделки. Восстановлен режим совместной собственности в отношении имущества, являющегося предметом брачного договора от 06.08.2018. С ФИО1 в конкурсную массу ФИО14 взысканы денежные средства в размере 3 555 454 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал определение суда первой инстанции от 19.04.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба и дополнение к ней мотивирована тем, что суд первой инстанции пришел к неверным выводам о причинении вреда кредиторам. Податель апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции не принял во внимание наличие дохода от предпринимательской деятельности, ввиду чего признаки неплатежеспособности у должника на дату заключения брачного договора отсутствовали.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель финансового управляющего ФИО3 возражал против отмены судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства апеллянта  о приобщении дополнительных доказательств (выписка из ЕГРИП, решение суда, письмо) к материалам дела с учетом положений части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как податель жалобы не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО14 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании его несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.03.2021 заявление ФИО14 о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 21.04.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО15.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 81(7043) от 15.05.2021.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.01.2022 арбитражный управляющий ФИО15 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.05.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО3.

06.08.2021 финансовый управляющий ФИО15 обратился в суд с заявлением о признании брачного договора от 06.08.2018, заключенного между ФИО14 и ФИО1, недействительным и применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в виде возврата в конкурсную массу должника имущества, переданного в рамках Брачного договора 61АА7874384 от 06.08.2018 (за исключением отчужденного имущества): 1/2 доли в праве на нежилое помещение, назначение нежилое помещение площадь: общая 2920,6 кв.м подвал №1 кадастровый номер: 61:44:0020604:4187 находящееся по адресу: 

<

...> долей в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, назначение нежилое помещение площадь: общая 2502,1 кв.м цокольный этаж №1 кадастровый номер: 61:44:0020604:4186 находящееся по адресу: 

<

...>; взыскания в конкурсную массу должника стоимости реализованного имущества в размере 7 110 908 руб.

Заявление финансового управляющего мотивировано наличием оснований для признания указанной сделки недействительной, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Также финансовый управляющий ссылается на нормы статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из материалов дела следует, что спорный брачный договор заключен 06.08.2018, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.03.2021, в связи с чем изложенные финансовым управляющим доводы подлежат проверке на соответствие пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 44 Семейного кодекса Российской Федерации брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Как разъяснено в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63), брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы Ш.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацами вторым, пятым пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление N 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Материалами дела подтверждается, на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «ПИК-Комфорт» в размере 2 404 269,87 руб. за период с 21.12.2015 по 07.08.2018, возникшие до совершения оспариваемой сделки от 03.12.2018, что подтверждается решением суда от 08.10.2019 по делу № А53-15439/2019.

Определением от 13.09.2021 требование ООО «ПИК-Комфорт» в размере 3 618 567,98 руб. из которых: 2 404 269,87 руб. основной долг, 1 195745,75 руб. пени, 39 395,35 руб. расходы по оплате госпошлины, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции учитывает, что наличие задолженности, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника, может свидетельствовать о неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710 (3)).

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40 и 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статьи 34 названного кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, брачный договор может быть оспорен в рамках дела о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Материалами дела подтверждено и сторонами не оспаривается, на дату заключения спорного брачного договора ФИО1 являлась супругой должника, то есть по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве являлась заинтересованным лицом по отношению к должнику и не могла не знать о противоправных действиях должника, а также о наличии признаков неплатежеспособности.

Доводы ответчика о том, что при подписании брачного договора между супругами имелась устная договоренность по оплате кредитной задолженности перед иными кредитными организациями за счет средств, полученных от реализации части недвижимого имущества, которое переходит в собственность ФИО1 по условиям брачного договора, не опровергают наличие задолженности перед ООО «ПИК-Комфорт», в связи с чем верно отклонены судом первой инстанции.

Также судом первой            инстанции признаны несостоятельными доводы ответчика об отсутствии платежей со стороны супруга по алиментным обязательствам, поскольку данное обстоятельство в рамках настоящего спора не имеет правового значения.

Ответчиком представлены в материалы дела пояснения (т. 2 л.д. 139), согласно которым ФИО1 проживала совместно с ФИО14 у ее родителей по адресу: 

<

...>, с 2006 года; с января 2018 года супруги окончательно прекратили совместное проживание и ответчик не владела информацией о деятельности супруга; представлены пояснения соседей о том, что К-вы не проживают совместно с января 2018 года.

Вместе с тем, указанные пояснения оценены судом первой инстанции критически. Надоев М.Р. и ФИО16 в качестве свидетелей не вызывались в судебное заседание, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не предупреждались, сведения об их месте жительстве и взаимоотношениях с семьей К-вых достоверно не известны.

Кроме того, согласно адресной справке, полученной в отношении ФИО1, ответчик зарегистрирована с 06.07.2019 по адресу: 

<

...>; по указанному адресу с 05.06.2019 также зарегистрирован и должник - ФИО14, что подтверждается его паспортом, представленным в материалы основного дела и финансовым управляющим при подаче заявления об исключении квартиры, расположенной по указанному адресу, из конкурсной массы как единственного жилья (подано через систему «Мой арбитр» 31.10.2023).

Суд первой инстанции также принял во внимание, ответчик неоднократно указывал в подаваемых им документах (вплоть до последней даты судебного заседания 08.04.2024) адрес: 

<

...>, нотариально удостоверенные доверенности от 22.03.2022, от 29.11.2022, от 25.09.2023, выданные ответчиком на представление своих интересов (т. 1 л.д.126, т. 1 л.д. 50, т. 5 л.д. 33) содержат сведения об указанном адресе регистрации ответчика.

В то же время, определением суда от 07.12.2023 из конкурсной массы должника ФИО14 исключено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, как единственное жилое помещение, пригодное для проживания должника.

Таким образом, позиция ответчика является противоречивой.

Судом первой инстанции также установлено, определением суда от 03.11.2022 по настоящему делу (обособленный спор № 12) признан недействительным договор № 01 купли-продажи автомобиля от 11.12.2018, заключенный между должником ФИО14 и ФИО17 (матерью супруги должника).

В рамках указанного спора судом отмечена позиция ФИО17 по возмездности сделки и ее неоднократное изменение - с покупки автомобиля для зятя (ФИО14) и до оплаты стоимости указанной в договоре соответствующей техническому состоянию и последующий ремонт в соответствии с представленными заказ-нарядами. Договор заключен должником и матерью супруги в декабре 2018 года, то есть после того, как, по пояснениям ответчика, совместное проживание супругов прекратилось.

Определением суда от 17.11.2022 в рамках обособленного спора № 13 признан недействительным договор купли-продажи от 03.12.2018, заключенный между ФИО14 и ФИО18 (отцом должника).

В рамках указанного спора судом сделаны выводы о том, что на момент заключения оспариваемой сделки должником реализовано недвижимое имущество (август 2018 года), транспортные средства (договоры от 04.12.2018, 11.12.2018), также имелся брачный договор от 06.08.2018. Совокупность данных действий свидетельствует о принятии должником мер по выводу имущества из конкурсной массы. При этом финансовый управляющий в ходе проведенного анализа не выявил поступления денежных средств ни по оспариваемой сделке, ни по другим сделкам, что следует из отчета.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, должна была знать в момент заключения оспариваемой сделки о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Учитывая, что ответчик по настоящей сделке является заинтересованным лицом - бывшей супругой должника, следует признать, что она была осведомлена о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Доказательств иного не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, совокупность презумпций, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовым управляющим доказана и не опровергнута ответчиком.

Оценив процессуальное поведение сторон сделки, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что из поведения ответчика усматривается намерение последнего уклониться от несения бремени последствий оспариваемой сделки, направленности сторон на отчуждение ликвидного актива должника в пользу семьи.

Доказательства уведомления кредиторов о заключении между супругами брачного договора в материалы дела должником и ответчиком не представлены.

Таким образом, в результате заключения брачного договора от 06.08.2018 кредиторы лишились возможности на обращение взыскания на имущество должника, по причине его передачи в пользу супруги должника, которая впоследствии его частично реализовала, в том числе безвозмездно по договору дарения. В результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника без встречного предоставления выбыло ликвидное имущество должника

Представленные в дело доказательства позволяют прийти к выводу о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ответчик по отношению к должнику является заинтересованным лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, подтверждено причинение вреда имущественным правам кредиторов, при наличии признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки.

По условиям оспариваемого брачного договора должник утратил права на имущество, на которое распространялся режим общего имущества супругов, и на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам должника перед кредиторами.

Передача должником супругу права на имущество, на которое распространялся режим общего имущества супругов, является явно невыгодной для должника сделкой, поскольку направлена на приобретение супругом единоличного права собственности на имущество, хотя и приобретенное в период брака, но зарегистрированное на него лично.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума N 63, наличие специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Для применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В данном случае, финансовый управляющий в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ ссылался на те же обстоятельства и доказательства, что и при их оспаривании на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума N 63, следует, что такие обстоятельства как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств наличия в сделках пороков, а также превышения пределов дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в материалы дела заявителем не представлено. Таким образом, оспариваемая сделка не может быть признана ничтожной.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Признание недействительным брачного договора влечет, в силу закона, восстановление режима общей совместной собственности бывших супругов, и может являться основанием для внесения соответствующих записей о государственной регистрации на объекты недвижимости в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Суд первой инстанции установил, ответчиком отчуждена 1/2 доли объекта недвижимости с кадастровым номером: 61:44:0020604:4187, находящегося по адресу: 

<

...> (в пользу ФИО11); а также в отношении объекта недвижимого имущества с кадастровым номером: 61:44:0020604:4186 находящегося по адресу: 

<

...> отчуждено 3/100 и 1/100 в пользу ФИО12 и 1/200 и 3/200 в пользу ФИО13

Определением суда 24.07.2023 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО АФ «АУДИТ-КОНСАЛТИНГ» ФИО19.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

-          определить рыночную стоимость 1/2 доли объекта недвижимости с кадастровым номером: 61:44:0020604:4187 находящегося по адресу: 

<

...> (перешедшей к ФИО11), на момент совершения сделки - 06.08.2018;

-          определить рыночную стоимость разницы между долей ответчика составляющей 34/50 (на дату совершения спорной сделки - 06.08.2018) и долей ответчика составляющей 125/200 (с учетом частичного отчуждения долей на момент оспаривания сделки: отчуждено 3/100 и 1/100 ФИО12, отчуждено ФИО13 1/200 и 3/200) объекта недвижимого имущества с кадастровым номером: 61:44:0020604:4186 находящееся по адресу: 

<

...>, на дату совершения сделки - 06.08.2018.

16.10.2023 от эксперта поступило заключение экспертизы № 1-ОПМин-Э-08-2023.

Согласно выводам эксперта по первому вопросу: рыночная стоимость 1/2 доли нежилого помещения, площадью 2502,1 кв.м., кадастровый номер: 61:44:0020604:4186, этаж, на котором расположено помещение: цокольный этаж/расположенного по адресу: 

<

...> составляет 6 301 770 руб.

По второму вопросу эксперт пришел к выводу, что рыночная стоимость разницы между долей ответчика составляющей 34/50 (на дату совершения спорной сделки -06.08.2018) и долей ответчика составляющей 125/200 (с учетом частичного отчуждения долей на момент оспаривания сделки: отчуждено 3/100 и 1/100 ФИО12, отчуждено ФИО13 1/200 и 3/200) нежилого помещения, площадью 2920,6 кв.м., кадастровый номер: 61:44:0020604:4187, этаж: подвал, расположенное по адресу: 

<

...> составляет 809 138 руб.

Представленное в материалы дела экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», по форме и содержанию соответствует требованиям части 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Эксперт, которому было поручено проведение экспертизы, предупрежден судом об уголовной ответственности, документы о квалификации эксперта приложены к заключению.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательств наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, не имеется.

Несогласие ответчика с методикой проведения судебной экспертизы не свидетельствует об ошибочности выводов эксперта. Эксперт самостоятелен при определении методов проведения исследований при условии, если при их использовании возможно дать ответы на поставленные вопросы.

Ответчиком не приведено убедительных доводов, которые ставили бы под сомнение выводы эксперта, не представлены доказательства, объективно опровергающие выводы эксперта (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, представленная ответчиком рецензия не может быть принята как достоверное доказательство, опровергающее выводы судебной экспертизы, поскольку данный документ составлен по заказу ответчика, услуги по составлению данного заключения также оплачены ответчиком. Эксперт не предупреждался об уголовной ответственности, исследование произведено вне рамок судебного разбирательства. Из представленного мнения специалиста (рецензии) невозможно установить тот объем документов, который исследовался при подготовке данного документа.

Представленное мнение специалиста (рецензия) не предусмотрено процессуальным законодательством как форма доказывания. Данный вывод соответствует сложившейся судебной практике (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2014 N 305-ЭС14-3484 по делу N А40-135495/2012, постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.07.2016 по делу N А32-24417/2014, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.05.2016 по делу N А32-23257/2013, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.07.2015 по делу N А32-33381/2014 и проч.).

Экспертом даны дополнительные пояснения с учетом возражений ответчика, которые документально не опровергнуты.

Из представленного экспертного заключения с учетом дополнений следует, что при исследовании предмета оценки экспертом применялись те подходы и методы оценки, использование которых было целесообразным для ответа на поставленные судом вопросы, для целей выявления факторов, непосредственно влияющих на стоимость объекта исследования.

Составленное экспертом заключение является ясным и полным, содержит понятные и обоснованные ответы на поставленные судом вопросы. В ходе оценки заключения экспертизы судом нарушений Федерального закона от 31.05.2001 N 73 -ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и иных нормативных и ненормативных правовых актов не выявлено.

Документально и нормативно обоснованных доводов, опровергающих выводы эксперта, возражения ответчика не содержат, а само по себе несогласие ответчика с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для исключения ее из числа доказательств по делу.

Таким образом, основания для вывода о недопустимости проведенной по делу судебной экспертизы отсутствуют, а равно недостоверности содержащихся в заключении эксперта выводов.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы на судебный акт, принятый по результатам рассмотрения в деле о банкротстве заявления о признании сделки недействительной, подлежит уплате государственная пошлина в размере 3 000 руб.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Подателем апелляционной жалобы оплачена государственная пошлина в размере 150 руб.

С учетом изложенного с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию неоплаченная сумма госпошлины по апелляционной жалобе в размере 2 850 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.04.2024 по делу № А53-3712/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 2 850 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                                                Я.А. Демина

 

                                                                                                                           Г.А. Сурмалян