ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-13707/2019

г. Киров

05 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2025 года.  

Полный текст постановления изготовлен 05 марта 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Калининой А.С., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,

без участия в судебном заседании сторон,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок № 1» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 15.11.2024 по делу № А29-13707/2019, принятое

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок № 1» ФИО1

к ФИО2, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок 5», обществу с ограниченной ответственностью «Центр взыскания задолженности»

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок № 1» (далее – должник, ООО «ЖЭУ 1») конкурсный управляющий должником ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3), общество с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок 5» (далее – ООО «ЖЭУ 5»), общество с ограниченной ответственностью «Центр взыскания задолженности» (далее – ООО «ЦВЗ») к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 15.11.2024 (с учетом определения от 15.11.2024 об исправлении опечатки) принят отказ от  заявленных требований в части взыскания убытков в размере 757623,97 руб. Производство в данной части прекращено. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, заявленные требования в данной части удовлетворить.

По мнению заявителя, с начала 2019 года (после завершения основного вида деятельности) на предприятии должника была выстроена модель управления, титульной целью которой было извлечение прибыли для погашения требований кредиторов – взыскание дебиторской задолженности. Фактически такой способ организации работы был направлен на вывод денежных средств должника через выплату заработной платы и премий работникам в условиях, когда общество прекратило работу и отвечало признакам неплатежеспособности. Вся деятельность сводилась к направлению в суд для взыскания судебных приказов (порядка 1500 штук), объем и характер деятельности не соответствовал представленному возмещению – объем работы не требовал такого штата и количества рабочего времени. Одновременно с указанным штат нанятых исполнителей производил аналогичную работу по взысканию дебиторской задолженности на другом предприятии – ООО «ЖЭУ 5», которое фактически составляет с должником единую корпоративную группу. ООО «ЖЭУ 5» не имело сотрудников в штате, однако работа по взысканию проводилась, предприятие не имело необходимости выплачивать заработную плату, не имело кредиторов, в результате чего доходы от взыскания поступали непосредственно ФИО2 и ФИО3 На счет ООО «ЦВЗ» направлялись денежные средства от взыскания дебиторской задолженности ООО «ЖЭУ 5», работу по взысканию проводили сотрудники ООО «ЖЭУ1». Данная система организации работы была создана для возложения бремени расходов на должника, а выгод и доходов на ООО «ЖЭУ 5» и ООО «ЦВЗ». На момент организации деятельности по взысканию Общество не имело достаточного количества денежных средств (или иных активов) для погашения имевшихся обязательств. По мнению конкурсного управляющего, деятельностью ответчиков был причинен ущерб в размере 1845411,06 рублей, который определен как сумма выплаченных премий работникам ООО «ЖЭУ 1» на основании приказов о премировании за период с мая 2018 года по апрель 2020. Всего за время деятельности директора ФИО3 и ФИО2 на счета должника поступили денежные средства в размере более 3 млн. рублей, все они были направлены на погашение заработной платы, премий и налогов из этих выплат, требования кредиторов не погашались; требования кредиторов после введения процедуры погашены всего на 14 %. Имело место заключение сделок во вред интересам должника, которые оспорены конкурсным управляющим и частично удовлетворены судом.

ООО «ЦВЗ» в отзыве указало, что после введения процедуры банкротства конкурсному управляющему были переданы документы должника от бывшего директора, в том числе перечень поданных заявлений о выдаче судебных приказов в рамках работы по взысканию дебиторской задолженности. Из представленного списка следует, что было подано порядка 1500 судебных приказов за период с 2018 года по 2020 год, размер денежных средств, поступивших в конкурсную массу за время процедуры, составляет 9989241 руб. Доказательства того, что по аналогичным должностям на других предприятиях региона размер заработной платы работников был значительно ниже, чем установлен ответчикам в оспариваемый период, в материалы дела не представлено. Из материалов дела не следует, что ответчики уклонялись от исполнения возложенных на них обязанностей либо выполняли их ненадлежащим образом. Материалами дела также не подтверждено наличие оснований для признания оспариваемых приказов, начисление и выплату премий мнимыми сделками, либо сделками, заключенными при злоупотреблении правом. ООО «ЦВЗ» отмечает, что не является аффилированным по отношению к ФИО4, ФИО2, ФИО3, ООО «ЖЭУ 5». Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют. ФИО4 и ООО «ЖЭУ 5» являются контрагентами ООО «ЦВЗ», с которыми заключались договоры. Ответчик поясняет, что 10.07.2018 был заключен договор цессии (уступки права требований) № 1-Ф/Л между ООО «ЖЭУ 5» и ООО «ЦВЗ», который предполагал передачу требований к потребителям цедента в пользу цессионария. Передача прав требований осуществлялась за 70 % от номинальной стоимости передаваемой задолженности с условием отсрочки оплаты. Организацией работы по взысканию задолженности занимались бывший директор ООО «ЦВЗ» ФИО5 (организационно-техническое и материальное снабжение) и адвокат Ашихмин Д.Н. (правовое обеспечение). С адвокатом Ашихминым Д.Н. ООО «ЦВЗ» заключило соответствующее соглашение, которое ранее было представлено в материалы дела по запросу суда. Непосредственно выборкой должников для взыскания, составлением заявлений на взыскание задолженности (о выдаче судебных приказов и исков), формированием пакета материалов для взыскания задолженности занимались адвокат Ашихмин Д.Н. и привлеченные им специалисты (ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9). Функциональные обязанности указанных специалистов непосредственно были определены в соглашениях, заключенных с ними (ранее по запросу суда соглашения были представлены в материалы дела). Суды (судебные участки мировых судей г. Воркуты, Воркутинский городской суд и Арбитражный суд Республики Коми) находились на значительном удалении от г. Ижевска (где непосредственно была организована работа по взысканию задолженности). Кроме того, в процессе претензионной работы выяснилось, что имеется множество возражений по размеру задолженности потребителей ООО «ЖЭУ 5». В связи с этим было принято решение об организации работы таким образом, что заявления на взыскание задолженности с пакетом обосновывающих документов будут направляться не напрямую в суды, а через представителей в г. Воркуте (ФИО10, ФИО11, ФИО12). Указанным представителям от имени ООО «ЦВЗ» были выданы соответствующие доверенности. С ними были заключены договоры оказания услуг (ранее по запросу суда они были представлены в материалы дела). Все привлеченные в г. Ижевске и г. Воркуте специалисты привлекались на возмездной основе, оплата им производилась в соответствии с условиями заключенных с ними договоров (соглашений). Ранее по запросу суда были представлены платежные документы по оплате услуг привлеченных представителей в г. Воркуте (ФИО10, ФИО11, ФИО12). Оплата по договорам оказания услуг осуществлялась с 2019 года по 2023 год за работу, выполненную в период 2018 – 2020 г.г. Общая сумма выплат ООО «ЦВЗ» в пользу ФИО12, ФИО10, ФИО11 по договорам оказания услуг (с учетом компенсации накладных расходов) составила 966957,62 рублей. Ответчик указал, что конкурсный управляющий не заявлял о причинении ущерба в размере 1845411, 06 рублей в суде первой инстанции соответственно, указанный довод не может являться предметом проверки суда апелляционной инстанции. Приведенная конкурсным управляющим в качестве ущерба сумма, состоящая из выплаченных премий работникам ООО «ЖЭУ 1», была предметом рассмотрения в рамках оспаривания сделки должника по делу № А29-13707/2019 (З-33272/2021). Фактов совершения ответчиками каких-либо противоправных действий, в том числе, в отношении имущества должника (незаконный вывод активов и т.п.), материалами дела не подтвержден. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО2 в отзыве указал, что требования кредиторов возникли в период до 01.01.2018 в связи с неполной оплатой потребителей за жилищно-коммунальные услуги, оказанные должником. Единственным активом должника являлась дебиторская задолженность, размер которой многократно превышал размер кредиторской задолженности должника. Единственным средством удовлетворения требований кредиторов должника была организация претензионно-исковой работы. С 21.05.2018 был расторгнут агентский договор № 1-А от 01.09.2015, на основании которого ООО «ЖЭУ 1» управлялось агентом ООО «Сервисная компания», которое фактически не вело работу по взысканию дебиторской задолженности. С этого же дня, т.е. с 21.05.2018 в ООО «ЖЭУ 1» на новые рабочие ставки (должности) были приняты работники, включая ответчика ФИО2 Таким образом, произошло замещение агента своими собственными работниками. Сопоставление фактического размера фонда оплаты труда за указанный период с фондом оплаты труда, определенным штатным расписанием, указывает на факт экономии денежных средств Общества на выплатах по трудовых договорам работникам должника, включая ответчиков – ФИО2 и ФИО3 Представитель конкурсного управляющего в судебных заседания признал тот факт, что дебиторская задолженность должника была взыскана в максимально возможном объеме. Данные обстоятельства подтверждаются также вступившим в силу определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.08.2023 года по делу № А29-13707/2019 (З-33272/2021). За период, который предшествовал введению конкурсного производства и в котором производились начисление и выплаты премий работникам ООО «ЖЭУ 1», кредиторская задолженность должника сократилась более чем на 40 %. Сокращение кредиторской задолженности связано с ее погашением, т.е. оплатой со стороны должника. Все обязательные сборы и налоги Должником в спорном периоде были оплачены, что не может указывать на вывод всех поступающих на счет предприятия денежных средств под видом премий и/или иных выплат по трудовым договорам. Как следует из банковской выписки, имеющейся в материалах дела, все поступавшие на расчетный счет ООО «ЖЭУ 1» денежные средства распределялись по банковской картотеке, в том числе по предъявленным к исполнению исполнительным документам (т.е. в счет погашения требований кредиторов). Таким образом, выплата заработной платы (в том числе премий работникам Должника) в спорном периоде времени не носила приоритетный характер, что прямо указывает на необоснованность приведенного довода заявителя. Поступление денежных средств в период конкурсного производства должника является прямым следствием надлежащим образом организованной работы по истребованию дебиторской задолженности ООО «ЖЭУ 1». В отсутствие такой работы поступление денежных средств в период конкурсного производства отсутствовало бы вообще. В материалы дела представлены доказательства привлечения ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО11, ФИО12 для работы в интересах ООО «ЖЭУ 5» в рамках действовавшего агентского договора № 5-А от 01.09.2015, а также доказательства оплаты их работы. В трудовых отношениях ООО «ЦВЗ» с указанными лицами не находится и не находилось. Доказательств того, что выплата премий работникам ООО «ЖЭУ 1» ставилась в зависимость от их работы в других организациях, не представлено. Каких-либо доказательств привлечения ФИО14, ФИО15, а также ФИО13 к работе, выполняемой в интересах ООО «ЦВЗ», не представлено. Спор по обоснованности премий работников должника и их выплат по существу рассмотрен арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, в требованиях конкурсного управляющего должника отказано в полном объеме. Ставя под сомнение выводы арбитражных судов во вступивших в силу судебных актах, конкурсный управляющий пытается пересмотреть вступившие в законную силу судебные решения. Судебные акты арбитражных судов, на основании которых были удовлетворены требования конкурсного управляющего к ФИО2 и ФИО3, вступили в законную силу. Со стороны ответчиков судебные акты исполнены добровольно, денежные средства Должником получены в полном объеме, что подтверждается платежными документами, представленными в материалы дела. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Должником заявлено ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью обеспечить явку в судебное заседание.

Частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) предусмотрено, что в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель должен также обосновать невозможность рассмотрения дела без совершения таких процессуальных действий и в его отсутствие.

В рассматриваемом случае явка лиц, участвующих в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции обязательной не признана. Из содержания ходатайства об отложении судебного заседания не следует, что заявитель ходатайства намеревался представить какие-либо дополнительные обоснования в подтверждение доводов жалобы, либо дополнительные доказательства, которые по уважительной причине не смог представить ранее. Заявитель также не представил аргументы, свидетельствующие о невозможности рассмотрения апелляционной жалобы по имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся сторон.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Коми от 24.03.2020 по делу № А29-13707/2019 ООО «ЖЭУ 1» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий, посчитав, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, обратились в Арбитражный суд Республики Коми с соответствующим заявлением.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим документально не подтверждено наличие оснований для привлечения ответчиком к субсидиарной ответственности. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности в качестве контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО3, ООО «ЖЭУ 5», ООО «ЦВЗ».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Из пункта 7 Постановления № 53 следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждено, что ФИО2 является единственным учредителем должника, ФИО3- руководителем с 17.04.2018 до даты признания должника банкротом. 

ООО «ЖЭУ 5» с 07.05..2018 стало аффилированным по отношению к должнику лицом (ФИО3 стала руководителем общества, с 15.10.2018 - его единственным учредителем).

Таким образом, указанные лица являются контролирующими должника в силу закона.

Контроль ООО «ЦВЗ», к которому предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, подлежит доказыванию.

Требования конкурсного управляющего основаны на статье 61.11 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 названной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В рассматриваемом случае в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на организацию работы ООО «ЖЭУ 1» в 2019 году (после прекращения деятельности предприятия), целью которой стал вывод денежных средств с общества путем выплаты заработной платы, премий и иных выплат ФИО2, ФИО3 и работникам, деятельность которых не принесла предприятию результата в виде какой-либо прибыли, а наоборот, причинила убытки. В подтверждение указанного довода заявитель сослался на то, что в то время как должник нес финансовую нагрузку в виде выплаты заработной платы и премий работникам за выполнение работы, объем которой не оправдывал осуществляемых выплат, ООО «ЖЭУ 5» являлось получателем денежных средств. На предприятии должника, после завершения основного вида деятельности (с начала 2019 года) была выстроена модель управления, титульной целью которой было извлечение прибыли для погашения требований кредиторов – взыскание дебиторской задолженности. Однако, фактически, по мнению конкурсного управляющего, такой способ организации работы был направлен на вывод денежных средств должника через выплату заработной платы и премий работникам в условиях, когда общество прекратило работу и отвечало признакам неплатежеспособности.

Из материалов дела следует, что с 01.04.2013 по 31.12.2017 ООО «ЖЭУ1» осуществляло деятельность по управлению многоквартирными домами на территории МО ГО «Воркута».

01.09.2015 между ООО «ЖЭУ I» (принципал) и ООО «Сервисная компания» (агент) заключен агентский договор № 1-А, в соответствии с которым агент обязуется выполнять функции бухгалтерского  и операционного учета, функции финансово-экономического планирования, правового сопровождения деятельности принципала, функции организации и координацию финансово-хозяйственной и производственной деятельности и иные функции.

Согласно штатному расписанию с 17.11.2017 по 31.12.2017, утвержденному приказом от 17.11.2017 № 24, штат ООО «ЖЭУ 1» состоял из 43 единиц, а именно: 1 директор с окладом - 13060 руб., 1 заместитель директора с окладом - 11040 руб., 1 производитель работ с окладом 11040 руб., 6 мастеров, 2 паспортиста, 1 секретарь, 3 штукатура-маляра, 5 плотников, 8 дворников, 8 рабочих, 2 уборщика, 4 монтажника сантехнических систем, 1 электросварщик.

С 2018 года ООО «ЖЭУ 1» прекратило деятельность по обслуживанию многоквартирных домов, в связи с чем, приказом директора от 29.09.2017 № 21 было изменено штатное расписание должника, согласно которому с 01.01.2018 по 31.12.2018 штат ООО «ЖЭУ 1» сокращен до 4 единиц, а именно: 1 директор с окладом - 13060 руб., 1 производитель работ с окладом 11040 руб., 1 паспортист с окладом 6040 руб.; 1 секретарь с окладом 5016 руб.

17.04.2018 единственным участником ООО «ЖЭУ 1» принято решение:

1. признать работу по взысканию дебиторской задолженности ООО «ЖУ 1» наиболее приоритетной;

2. отменить решение единственного участника ООО «ЖЭУ 1» от 05.08.2015 в части передачи административно-управленческих функций сторонней организации;

3. организовать работу ООО «ЖЭУ 1» с учетом нормативных требований ведения бухгалтерского и налогового учета, а также кадрового делопроизводства без привлечения сторонних организаций;

4. организовать службу по работе с дебиторской задолженностью ООО «ЖЭУ 1» со штатной численностью не менее 5 единиц.

Во исполнение данного решения 20.04.2018 между ООО «ЖЭУ 1» н ООО «Сервисная компания» подписано соглашение о расторжении агентского договора.

Приказом от 24.04.2018 № 07 вновь назначенный директор ФИО3 утвердила новое штатное расписание должника, согласно которому штат ООО «ЖЭУ 1» увеличен до 9 единиц, а именно: 1 директор с окладом 50000 руб. ФИО3, 1 исполнительный директор с окладом 20000 руб. (ФИО2), 1 заместитель директора по взысканию задолженности потребителей с окладом 40000 руб. (ФИО10), 3 специалиста по взысканию задолженности потребителей с окладом 33489 руб. (ФИО11, ФИО12), 1 главный бухгалтер с окладом 35000 руб. (ФИО15), 1 специалист по управлению персоналом с окладом 17190 руб. (ФИО14),  1 производитель работ с окладом 11040 руб. (ФИО13).

Данные обстоятельства установлены постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023, принятым по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой трудового договора от 21.05.2018, заключенного между ООО «ЖЭУ 1» и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 1612009,31 руб. в конкурсную массу должника.

Кроме того, определением арбитражного суда от 17.08.2023 А29-13707/2019 (З-33272/2021), принятым по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «ЖЭУ 1» ФИО1 о признании недействительными сделками приказов о начислении премии за период с мая 2018 по апрель 2020 года и начисление премий работникам должника:  ФИО15 – 506155 руб. 10 коп., ФИО11 – 217001 руб. 59 коп., ФИО12 – 199466 руб. 09 коп., ФИО10 – 700794 руб. 02 коп., ФИО13 – 127518 руб. 02 коп., ФИО14 – 9447 руб. 24 коп., установлено, что введение в штатную численность единиц работников (ответчиков) было обусловлено именно работой по взысканию дебиторской задолженности. Агентский договор с ООО «Сервисной компанией» был расторгнут. Конкурсный управляющий не опроверг, что данная работа велась надлежащим образом. После введения процедуры банкротства конкурсному управляющему были переданы документы должника от бывшего директора, в том числе перечень поданных заявлений о выдаче судебных приказов в рамках работы по взысканию дебиторской задолженности. Из представленного списка следует, что было подано порядка 1500 судебных приказов за период с 2018 года по 2020 год, размер денежных средств, поступивших в конкурсную массу за время процедуры, составляет 9989241 руб. В удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023 выше названное определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Суд апелляционной инстанции указал, что доводы апеллянта о возможности выполнения всех работ по взысканию дебиторской задолженности ООО «ЖЭУ 1» за три месяца, надлежащим образом не подтверждены. Материалами дела подтверждено, что деятельность ответчиков не ограничивалась направлением заявлений о выдаче судебных приказов. Так, доверенности всем работникам службы по истребованию задолженности были выданы на полный комплекс процессуальных и иных юридически значимых действий, направленных на истребование дебиторской задолженности по всем группам должников. Значительная часть дебиторской задолженности ООО «ЖЭУ 1» была взыскана через Арбитражный суд Республики Коми. В материалы дела представлены перечни дел, рассмотренных в Арбитражном суде Республики Коми. Кроме того, ответчики указали на возникшие сложности при взыскании дебиторской задолженности. Как пояснили ответчики, в ходе работы с задолженностью по жилому фонду выяснилось, что часть задолженности имеется за пустующими квартирами, находившимися в муниципальной собственности. Однако для установления таких требований необходимо было произвести сверку жилья по разным базам данных (Росреестра, БТИ, Администрации МО ГО «Воркута») для уточнения периода владения, площади жилых помещений, наличия/отсутствия нанимателей данного жилья. Данные обстоятельства подтверждаются протоколом совещания от 25.06.2018.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами установлено отсутствие оснований для признания начислений и выплату премий недействительными сделками.

Из отчета конкурсного управляющего по состоянию на 22.01.2024 следует, что поступления по исполнительным производствам являлись основным источником поступления денежных средств в конкурсную массу должника и составили 12317281 руб., в том числе задолженность населения взыскана в размере 6013136 руб., что составляет 87,9% от суммы задолженности населения. Конкурсным управляющим за счет поступивших денежных средств произведено частичное погашение требований кредиторов третьей очереди.

При данных обстоятельствах отсутствуют основания считать, что ФИО2 и ФИО3 была выстроена модель работы, направленная на вывод активов должника.

Доводы заявителя о том, что трудовые договоры с ФИО2 и ФИО3 причинили вред должнику, не могут быть признаны обоснованными.

Действительно, определением Арбитражного суда Республики Коми от 20.06.2023 по обособленному спору № А29-13707/2019 (З-32903/2021) признаны недействительными сделками начисление ФИО3 заработной платы, премий и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01.11.2018 по 22.04.2020 в размере 1339566,09 руб. и выплата ФИО3 заработной платы, премий и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01.11.2018 по 22.04.2020 в размере 1165422,50 руб. Применены последствия недействительности сделок, взыскано с ФИО3 в конкурсную массу ООО «ЖЭУ 1» 1165422,50 руб.  

Кроме того, постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 признан недействительным пункт 4.1 трудового договора от 21.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.06.2018, заключенного между ФИО2 и ООО «ЖЭУ 1», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 776910,53 руб.

В тоже время данные судебные акты ФИО3 и ФИО2 исполнены добровольно, денежные средства в полном объеме перечислены в конкурсную массу должника.

Таким образом, вред причиненный кредиторам, возмещен в полном объеме.

Конкурсный управляющий также сослался на то, что силами работников должника и за счет его средств была организована работа в пользу ООО «ЖЭУ-5» и в пользу ООО «ЦВЗ» (на счет ООО «ЦВЗ» направлялись денежные средства от взыскания дебиторской задолженности ООО «ЖЭУ 5», работу по взысканию проводили сотрудники ООО «ЖЭУ 1»). ООО «ЦВЗ» в спорный период (в 2019 году) не имело в штате сотрудников для организации работы, а заработная плата директора составляла 5 тысяч рублей, что является нерыночными условиями труда, а основным контрагентом и получателем денежных средств являлся ФИО4 (временный управляющий должника, заявленный ООО «ЖЭУ-5»). Конкурсный управляющий указал, что данная система организации работы была создана для возложения бремени расходов на должника, а выгод и доходов на ООО «ЖЭУ-5» и ООО «ЦВЗ».

По мнению конкурсного управляющего, к работникам должника, выполняющим  работу по взысканию задолженности в пользу ООО «ЖЭУ 5» и «ЦВЗ» относятся ФИО10, ФИО13, ФИО14,ФИО15, ФИО11, ФИО12

Вместе с тем материалами дела подтверждено, что ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО11, ФИО12 осуществляли работы в интересах ООО «ЖЭУ 5» в рамках действовавшего агентского договора № 5-А на осуществление функций обслуживания организации от 01.09.2015, заключенного между ООО «ЖЭУ 5»  и ООО «Сервисная компания», являясь работниками ООО «Сервисная компания» по совместительству.

В материалы дела налоговым органом представлены сведения, подтверждающие факт начисления  указанным лицам заработной платы, а также подтверждающие оплату НДФЛ за работу в ООО «Сервисная компания». 

Материалами дела также представлены доказательства дополнительной оплаты труда ФИО10, ФИО11, ФИО12 

Доказательства того, что оплата заработной платы указанным работникам производилась за счет средств должника, в материалы дела не представлены.

Кроме того, большая часть услуг ООО «ЖЭУ 5» была оказана до 2018 года.

Из сведений с официальных сайтов судов г.Воркуты следует, что в октябре 2018 на взыскание задолженности в пользу ООО «ЖЭУ 5» было подано 36 заявлений, в январе 2020 года – 3 заявления. Остальные заявления соответствуют более раннему периоду.

Данное обстоятельство также связано с тем, что 10.07.2018 между ООО «ЖЭУ 5» (цедент) и ООО «ЦВЗ» (цессионарий) заключен договор цессии (уступки права требований) № 1-Ф/Л который предполагал передачу требований к потребителям цедента в пользу цессионария.

Согласно договорам оказания услуг от 01.08.2018 и 27.05.2021 ФИО10, ФИО11, ФИО12 были привлечены к оказанию услуг по взысканию дебиторской задолженности в интересах ООО «ЦВЗ».

Платежными поручениями за 2019-2023 подтвержден факт оплаты привлеченным специалистам оказанных услуг.

Отсутствие между ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ООО «ЦВЗ» трудовых отношений не свидетельствует о невозможности совершения действий по взысканию дебиторской задолженности в рамках договоров оказания услуг.

Действующее законодательство не содержит положений, обязывающих заключать трудовые договоры в целях взыскания дебиторской задолженности.

Учитывая изложенное, материалами дела не подтверждено наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанным конкурсным управляющим основаниям, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 15.11.2024 по делу № А29-13707/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок № 1» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

Судьи 

А.С. Калинина

Е.Н. Хорошева