Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-223526/17

62-1987 

22 февраля 2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена 12 февраля 2018 года

Полный текст решения изготовлен 22 февраля 2018 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Жежелевской О.Ю. единолично

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело 

по исковому заявлению ФИО2

к ответчикам 1) ООО «Инициатива» (ОГРН 

<

***>), 2) ЗАО «Лесной Квартал»

о признании незаключенным/недействительным договора купли-продажи векселей № 23-04/1, заключенный 23.04.2014 между ЗАО «Лесной Квартал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО «Инициатива» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); 

о признании отсутствия у ЗАО «Лесной Квартал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) права требования к ООО «Инициатива» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности по договору купли-продажи векселей от 23.04.2014г. № 23-04/1,

В судебное заседание явились: 

От истца – ФИО3 (дов. от 26.10.2017)

От ответчика 2 – ФИО4 (дов. от 02.08.2016)

В судебное заседание не явились: ответчик-1

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском  к ООО «Инициатива», ООО «Лесной квартал» о признании незаключенным/недействительным договора купли-продажи векселей № 23-04/1, заключенный 23.04.2014 между ЗАО «Лесной Квартал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО «Инициатива» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); о признании отсутствия у ЗАО «Лесной Квартал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) права требования к ООО «Инициатива» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности по договору купли-продажи векселей от 23.04.2014г. № 23-04/1. (с учетом принятых в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения заявленных требований).

Определением суда от 23.01.2018 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Лесной квартал».

Исковые требования мотивированы тем, что договор купил-продажи векселя не соответствует требованиям закона, нарушает права третьих лиц, подпись генерального директора ООО «Инициатива» ФИО2 Д,Ю. на нем не его.

Ответчик 2, заявленные требования не признал, по доводам письменного отзыва на иск, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель ответчика 1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, суд счел возможным рассмотрение дела в его отсутствие в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Истцом было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы (судебное заседание от 23.01.2018 г.) и истребовании дополнительных доказательств (судебное заседание от 12.02.2018 г.).

Рассмотрев ходатайство истца о назначении судебной экспертизы на предмет установления исполнения подписи от имени ФИО2 им самим или иным лицом, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении.

В соответствии со ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В данном случае истцом заявлено два взаимоисключающих требований о признании спорного договора незаключенным либо недействительным, при этом признание договора незаключенным не влияет на характер фактических правоотношений сторон, т.к. в соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения. Поэтому обязанность оплаты полученных юридическим лицом результатов работ зависит от самого факта их принятия этим лицом. Недостатки формы сделки не являются обстоятельством, исключающим обязанность лица оплатить (возместить) фактически полученное им.

Факт исполнение подписи на спорном договоре в свете предмета и оснований заявленных требований может быть оценена судом с учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств и применения ст. 182 ГК РФ, из чего не следует объективной необходимости в назначении судебной экспертизы.

Рассматривая ходатайство истца об истребовании доказательств, суд отказывает в его удовлетворении, поскольку в силу статей 9, 41, 65 АПК РФ бремя доказывания обстоятельств, на которых сторона основывает свои требования и возражения, лежит на этой стороне, применяя правила АПК РФ о состязательности и равноправии участников арбитражного судопроизводства, суд исходит из того, что непредставление истцом каких-либо дополнительных доказательств не препятствует рассмотрению дела по существу и является основанием для рассмотрения дела арбитражным судом по имеющимся доказательствам.

Учитывая предмет доказывания по настоящему спору, отсутствие в деле истребуемых документов не приведет к принятию незаконного судебного акта.

Помимо этого из положений абзаца 2 части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что в ходатайстве об истребовании доказательств должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, статья 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств.

Ходатайство истца об истребовании доказательств (копии платежных поручений № 916 от 24.04.2014 г. на сумму 17.122.958 руб. 91 коп., заявления на открытие счета 40702810600004049101, банковских карточек с образцами подписи за весь период действия договора, вех доверенностей предоставленных клиентом банка за период действия договора (у АО «АКБ «РУССОБАНК), и оригинал договора купли-продажи векселей № 23-04/1 от 23.04.2014 г. у ООО «Леной квартал» не отвечает требованиям абзаца 2 части 4 ст. 66 АПК РФ и не содержит идентифицирующих признаков истребуемых документов, указаний на то, что истец не имеет возможности самостоятельно получить указанное доказательство, документы, подтверждающие факт обращения с требованием о предоставлении необходимой информации также не представлены.

Кроме того, истребование доказательств при рассмотрении иска, в порядке, указанном в статье 66 АПК РФ, является правом суда и не может быть истолковано как возложение на суд обязанности по сбору доказательств по делу. 

Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, Решением Арбитражного суда г. Москвы от 17.08.2016 по делу А40-103006/2016 с ООО “Инициатива” в пользу ООО “Лесной квартал» взыскана задолженность по договору купли-продажи векселей №23-04/1 от 23.04.2014г. в размере 51 198 166 руб.

ООО “Лесной квартал” обратился с заявлением о банкротстве ООО «Инициатива», на основании вышеуказанного решения.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 22.02.2017 г. по делу №А40-224524/16-24-371Б в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Инициатива» введена процедура конкурсного производства как отсутствующего должника сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим назначена ФИО5.

23.04.2014г. между ЗАО «Лесной квартал» (Продавец) и ООО “Инициатива” (Покупатель) был заключен договор купли-продажи векселей №23-04/1, по которому ЗАО «Лесной квартал» передало ООО “Инициатива” простой вексель серии К №1 от 30.04.2012 г. на сумму 63 720 000 руб., что подтверждается актом приема-передачи векселя от 23.04.2014г. № 6/н. Срок платежа по векселю - по предъявлении, но не ранее 15.03.2014

По мнению истца, данный договор купли-продажи векселей № 23-04/1 от 23.4.2014 г является ничтожным, поскольку нарушает требования закона к содержанию договора купли-продажи:

В соответствии с п.п.1, 2 договора продавец обязуется передать в собственность

покупателя, а покупатель принять и оплатить вексель, указанный в пункте 2 договора, в порядке условиях, предусмотренных договором. Продавец передает покупателю простой вексель со следующими реквизитами (далее «вексель»): векселедатель: ООО «Калитвинское», место нахождение: 347033, Ростовская обл., Белокалтивинский р-н, х. Ильинка, ул. Ленина, 43/1, серия и номер векселя К№1, номинал векселя 63 720 000 руб. Дата составления 30.04.2012 г., срок исполнения по предъявлении, но не ранее 15.03.2014 г.

По договору №23-04/1 от 23.04.2014 

<

...>» передало ООО “Инициатива” простой вексель. Однако при ликвидации лица, обязанного уплатить по векселю, сам вексель перестает быть ценной бумагой, так как с этого момента он не удостоверяет никаких имущественных прав.

Векселедателем по указанному векселю является ООО «Калитвинское» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, место нахождения: 347033, Ростовская обл., Белокалитвинский район, х. Ильинка, уд Ленина, 43/1) Данное общество было ликвидировано 24.10.2013, то есть более чем за полгода до совершения сделки (Сообщение о ликвидации в Вестнике государственной регистрации - 03.04.2013). Так, ООО “Лесной квартал” передало ООО “Инициатива” по оспариваемому договору право требования к юридическому лицу, которого уже не существовало. Правопреемники у ООО “Калитвинское” отсутствуют.

Поскольку, как считает истец, в силу ликвидации векселедателя - ООО “Калитвинское” вексель серии К №1 от 30.04.2012 невозможно предъявить - а значит и реализовать права, которые он удостоверяет.

На момент заключения договора ООО “Лесной квартал” не имело прав требования, установленных векселем серии К №1 от 30.04.2012 г., передаваемым по договору купли-продажи. Исходя из вышеизложенного, в договоре №23-04/1 от 23.04.2014 г. отсутствует предмет договора, что нарушает требования закона к содержанию договора купли-продажи, установленные ст. 434-455 ГК РФ.

Арбитражным судом города Москвы вынесено решение о признании ООО “Инициатива” банкротом. Банкротство открыто на основании требования ООО “Лесной квартал” из-за неисполнения ООО “Инициатива” обязательств по договору купли-продажи векселей от 23.04.2014г. №23-04/1. Фактически, как указывает истец, при введении процедуры банкротства, суд ошибочно установил наличие задолженности, что повлекло легализацию необоснованного требования ООО “Лесная компания” к ООО “Инициатива”.

ФИО2 не был известно при заключении договора купли-продажи векселей от 23.04.2014 г. № 23-04/1, как и акт приема-передачи векселей, им не подписывался, по мнению истца, имеются основания как для признание спорного договора купли-продажи векселей как недействительным в силу ничтожности, так и незаключенным.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящими требованиями.

Согласно п. 2 ст. 166 ГК РФ сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В соответствии с п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В соответствии с п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Недействительной признается сделка, которая не порождает юридических последствий. То есть она не влечет за собой возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, кроме тех, которые связаны с недействительностью сделки. 

Общие последствия такой сделки приведены в ст. 167 ГК РФ: каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а если невозможно возвратить полученное в натуре (в том числе когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) — возместить его стоимость в деньгах при условии, что иное не предусмотрено законом.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ). 

Таким образом, правовая природа недействительных и незаключенных договоров различна. Незаключенный договор — это несуществующий договор. Правовым последствием признания договора незаключенным является отсутствие обязательственных отношений между сторонами по нему, в связи с чем незаключенный договор нельзя признать недействительным. 

Между тем истец заявил взаимоисключающие требования о признании сделок одновременно недействительными (ничтожными) и незаключенными, что не соответствует действующему законодательству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и конных интересов.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу абзаца шестого пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Таким образом, право оспаривания указанных в пункте 1 статьи 65.2 ГК РФ сделок,  принадлежит участникам корпорации (в частности, участникам общества с ограниченной  ответственностью).

Между тем, ФИО2 не является участником общества «Инициатива», поскольку 02 ноября 2017 г. в Единый государственный реестр юридических лиц на основании заявления самого ФИО2 внесена запись о недостоверности сведений о нем как об участнике.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 51 ГКФ РФ юридическое лицо подлежит государственной регистрации в уполномоченном государственном органе в порядке, предусмотренном законом о государственной регистрации юридических лиц. Данные государственной регистрации включаются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления. Лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, полагавшимся на данные единого государственного реестра юридических лиц, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем, за исключением случаев, если соответствующие данные включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица.

Пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предусмотрено, что в Российской Федерации ведутся государственные реестры, содержащие соответственно сведения о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, приобретении физическими лицами статуса индивидуального предпринимателя, прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, иные сведения о юридических лицах, об индивидуальных предпринимателях и соответствующие документы. Государственные реестры являются федеральными информационными ресурсами.

Согласно подпункту «д» пункта 1 статьи 5 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в Едином государственном реестре юридических лиц в числе прочих содержаться сведения об вредителях (участниках) юридического лица.

В силу пункта 9 статьи 14 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» информация, Содержащаяся в государственных информационных системах, а также иные имеющиеся в распоряжении государственных органов сведения и документы являются государственными информационными ресурсами. Информация, содержащаяся в государственных информационных системах, является официальной. Государственные органы, определенные в соответствиис нормативным правовым  актом, регламентирующим функционирование государственной информационной системы, обязаны обеспечить достоверность и актуальность информации, содержащейся в данной информационной системе, доступ к указанной информации в случаях и в порядке, предусмотренных законодательством, а также защиту указанной информации от неправомерных доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения и иных неправомерных действий.

Исходя из необходимости соблюдения принципа достоверности информации в Едином государственном реестре юридических лиц как государственной информационной системе, законодатель прямо предусмотрел внесудебную процедуру внесения записей о недостоверности содержащихся в реестре сведений в случае направления в регистрирующий орган заявления физического лица о недостоверности сведений о нем (пункт 5 статьи 11 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Из буквального толкования приведенных выше правовых норм следует, что физическое лицо, сведения о котором как об участнике юридического лица, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, признаны регистрирующим органом в установленном законом порядке недостоверными на основании его собственного заявления, не вправе впоследствии ссылаться на наличие у него статуса участника соответствующего юридического лица.

Следовательно, ФИО2 не вправе требовать признания недействительным спорного договора.

Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Сам по себе факт того, что ранее истец исполнял обязанности генерального директора общества «Инициатива» не наделяет его правом на оспаривание сделок последнего. Законом такое право прежнему руководителю юридического лица не предоставлено.

По общему правилу, закрепленному пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно абзацу шестому пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно- правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Следовательно, исчерпывающий перечень сделок, право на оспаривание которых предоставлено участнику корпорации, закреплен законом и в него не включены иные оспоримые сделки, за исключением указанных в статье 174 ГК РФ и законах о корпорациях отдельных организационно-правовых форм (в рассматриваемом случае – в Федеральном законе от 08 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Доказательства того, что спорный договор купли-продажи посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц в деле отсутствуют. Доводы иска о вероятном привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства общества «Инициатива» носят предположительный характер (такие требования к нему конкурсным управляющим не предъявлялись), а, кроме того, с учетом изложенных выше обстоятельств спора не свидетельствуют о заключении спорной сделки в целях причинения вреда иным лицам. ФИО2 не указал конкретные существующие у него право или законный интерес, нарушенные спорной сделкой в момент ее совершения, защита которых будет обеспечена в результате признания ее недействительной.

Следовательно, ФИО2 не имел бы права на оспаривание спорной сделки по заявленным основаниям даже при наличии у него статуса участника общества «Инициатива».

Истец полагает, что нарушение норм гражданского законодательства выразилось в продаже векселя, векселедатель по которому ликвидирован до даты сделки. По его мнению, в связи с ликвидацией векселедателя вексель «перестает быть ценной бумагой».

Однако, такие выводы являются ошибочными и сделанные без учета особенностей  вексельного регулирования.

Статьей 1 Федерального закона от 11 марта 1997 г. №48-ФЗ «О переводном и простом векселе» установлено, что в соответствии с международными обязательствами (Российской Федерации, вытекающими из ее участия в Конвенции от 7 июня 1930 г., устанавливающей Единообразный закон о переводном и простом векселях, на территории Российской Федерации применяется Постановление Центрального Исполнительного  Комитета и Совета Народных Комиссаров СССР «О введении в действие Положения о переводном и простом векселе» от 7 августа 1937 г. № 104/1341 (далее - Положение о простом и переводном векселе).

В соответствии с пунктом 77 Положения о простом и переводном векселе к простому векселю применяются, поскольку они не являются несовместимыми с природой этого документа, постановления, относящиеся к переводному векселю и касающиеся: индоссамента (статьи 11 - 20); срока платежа (статьи 33 - 37); платежа (статьи 38 - 42); иска в случае неакцепта или неплатежа (статьи 43 - 50, 52 - 54); платежа в порядке посредничества (статьи 55, 59 - 63); копий (статьи 67 и 68); изменений (статья 69); давности (статьи 70-71); нерабочих дней, исчисления сроков и воспрещения грационных дней (статьи 72, 73). Равным образом к простому векселю применяются постановления относительно аваля (статьи 30 - 32); в случае, предусмотренном в последнем абзаце статьи 31, если в авале не указано, за кого он поставлен, считается, что он поставлен за векселедателя по простому векселю.

Согласно пункту 43 Положения о простом и переводном векселе векселедержатель может обратить свой иск против индоссантов, векселедателя и других обязанных лиц при наступлении срока платежа, если платеж не был совершен, а также раньше наступления срока платежа:

1) если имел место полный или частичный отказ в акцепте;

2) в случае несостоятельности плательщика, независимо от того, акцептовал ли он вексель или нет, в случае прекращения им платежей, даже если это обстоятельство не было установлено судом, или в случае безрезультатного обращения взыскания на его имущество;

3) в случае несостоятельности векселедателя по векселю, не подлежащему акцепту.

В силу пункта 47 Положения о простом и переводном векселе все акцептовавшие, индоссировавшие переводный вексель или поставившие на нем аваль являются солидарно обязанными перед векселедержателем. Векселедержатель имеет право предъявления иска ко всем этим лицам, к каждому в отдельности и ко всем вместе, не будучи принужден соблюдать при этом последовательность, в которой они обязались. Такое же право принадлежит каждому, подписавшему переводный вексель, после того, как он его оплатил. Иск, предъявленный к одному из обязанных, не препятствует предъявлению исков к другим, даже если они обязались после первоначального ответчика.

Пунктами 30, 31 Положения о простом и переводном векселе предусмотрено, что платеж по переводному векселю может быть обеспечен полностью или в части вексельной суммы посредством аваля. Это обеспечение дается третьим лицом или даже одним из лиц, подписавших вексель. Аваль дается на переводном векселе или на добавочном листе; он может быть дан и на отдельном листе, с указанием места его выдачи. Он выражается словами «считать за аваль» или всякою иною равнозначною формулою; он подписывается тем, кто дает аваль. Для аваля достаточно одной лишь подписи, поставленной авалистом на лицевой стороне переводного векселя, если только эта подпись не поставлена (плательщиком или векселедателем. В авале должно быть указано, за чей счет он дан. При отсутствии такого указания он считается данным за векселедателя.

Согласно пункту 32 Положения о простом и переводном векселе авалист отвечает так же, как и тот, за кого он дал аваль. Его обязательство действительно даже в том (случае, если то обязательство, которое он гарантировал, окажется недействительным по такому бы то ни было основанию, иному, чем дефект формы.

Таким образом, вопреки доводам иска, сам по себе факт ликвидации векселедателя свидетельствует об утрате векселем юридической силы ценной бумаги и о невозможности получения исполнения по нему от иных обязанных лиц.

Как упоминалось выше, спорный вексель приобретен обществом «Лесной квартал» у иного лица (индоссанта). По нему обязывались и иные лица, помимо векселедателя.

Сведения о процедуре ликвидации векселедателя (общества с ограниченной ответственностью «Калитвинское») являлись открытыми и общедоступными, так как были опубликованы в Вестнике государственной регистрации № 13 от 03 апреля 2013 г. 

B этой связи общество «Инициатива», действуя разумно и проявляя осмотрительность при приобретении векселя, не могло не знать о наличии таких обстоятельств.

В рассматриваемой ситуации по аналогии применима правовая позиция, изложенная в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которой при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о значимых обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о  банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей. В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Однако, несмотря на исключение записи о векселедателе из Единого государственного реестра юридических лиц, самостоятельно действуя в своем интересе, общество «Инициатива» заключило спорный договор с ответчиком, что свидетельствует о наличии у него на момент сделки интереса к приобретению векселя. Это указывает на то, что общество «Инициатива», оценивая свои риски, рассчитывало на получение исполнения за счет иных обязанных по векселю лиц. Доказательства того, что обязательства по векселю заведомо не могли быть исполнены за счет иных обязанных лиц (индоссантов, авалистов) в деле отсутствуют, спорный вексель истцом в материалы дела не представлен.

Основополагающими принципами гражданского законодательства являются равенство участников регулируемых им отношений, свобода договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (пункт 1 статьи 1 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим я Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Таким образом, с учетом приведенных выше обстоятельств и норм права, основания для вывода о нарушении закона при заключении спорного договора отсутствуют.

При этом, суд учитывает, что согласно пунктам 1, 2 статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. До одобрения сделки представляемым другая сторона путем заявления совершившему сделку лицу или представляемому вправе отказаться от нее в одностороннем порядке, за исключением случаев, если при совершении сделки она знала или должна была знать об отсутствии у совершающего сделку лица полномочий либо об их превышении. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 123 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Как упоминалось выше, общество «Инициатива» частично произвело оплату по спорному договору, перечислив на счет Продавца денежные средства в размере 17 122 958 руб. 91 коп. платежным поручением № 916 от 24 апреля 2014 г., тем самым подтвердив действительность обязательств.

При таких обстоятельствах все права и обязанности по спорной сделке возникли непосредственно у общества «Инициатива».

Помимо этого, факты заключенности спорного договора и соответствия его закону подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17 августа 2016 г. по делу № А40-103006/2016- 1048 8 9, имеющим преюдициальное значение для настоящего дела. В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд находит его обоснованным.

Согласно ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1). Срок исковой щ давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

Таким образом, истец должен был узнать о заключении спорного договора не позднее 24 апреля 2014 г., когда по нему была совершена частичная оплата со счета общества «Инициатива», так как являлся в спорный период времени его генеральным директором.

Следовательно, истцом пропущены как сроки, установленные для оспаривания ничтожных сделок, так и сроки для предъявления исков о признании недействительными оспоримых сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При изложенных обстоятельствах, оснований к удовлетворению требований у суда не имеется.

В соответствии со статьёй 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Согласно ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Расходы по оплате госпошлины относятся судом в порядке ст. 110 АПК РФ на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь Федеральным законом от 11 марта 1997 г. №48-ФЗ «О переводном и простом векселе», ст. ст. 8, 9, 11, 12, 51, 65, 166, 167, 168, 174, 181, 183, 196, 199, 200, 421, 432 ГК РФ, ст. 4, 49, 64-68, 70-71, 82, 101-103, 110, 123, 156, 167-171, 176, АПК РФ арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Ходатайства истца об истребовании доказательств у ответчика (ООО «Лесной квартал») и у АО «АКБ «РУССОБАНК» оставить без удовлетворения.

Ходатайство истца о назначении судебной экспертизы оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.Ю. Жежелевская