ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А14-19664/2020

г. Воронеж

11 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года.  В полном объеме постановление изготовлено 11 октября 2023 года.  

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ореховой Т.И.,  судей Безбородова Е.А.,  

 ФИО1,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,  

при участии в судебном заседании:  

от ФИО3 - ФИО3, паспорт гражданина  РФ; ФИО4, представитель по доверенности № 36 АВ 3545369 от  20.09.2021, удостоверение № 3708;  

от финансового управляющего ФИО5  - ФИО6, паспорт гражданина РФ;  

от финансового управляющего ФИО7  ФИО8 – ФИО9, представитель по  доверенности № 36 АВ 4062093 от 12.05.2023, паспорт гражданина РФ;  

от иных лиц, участвующих в деле, - представители не явились,  извещены надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  финансового управляющего ФИО5  ФИО6, ФИО3 на  определение Арбитражного суда Воронежской области от 27.02.2023 по делу   № А14-19664/2020  

по заявлению финансового управляющего ФИО7 ФИО8 о признании сделки  недействительной и применении последствий ее недействительности  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Калганова Евгения  Васильевича,  

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 (далее – ФИО10) обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом)  ФИО7 (далее – ФИО7, должник).  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 25.02.2021  заявление ФИО10 принято к рассмотрению, возбуждено дело о  несостоятельности (банкротстве) гражданина.  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 14.04.2021  заявление ФИО10 признано обоснованным, в отношении должника  введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим  утвержден ФИО8.  

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 05.09.2022  должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении ФИО7  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО8  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 27.02.2023  признан недействительным договор дарения от 18.11.2016, заключенный  между ФИО11 и ФИО5, применены последствия недействительности сделки: на  ФИО5 возложена обязанность возвратить квартиру общей  площадью 73 кв. м, расположенную по адресу: 

<

...>, в конкурсную массу ФИО7 На Управление  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по Воронежской области возложена обязанность погасить соответствующую  запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое  имущество.  

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его  незаконность и необоснованность, финансовый управляющий ФИО5 ФИО6, ФИО3 обратились в Девятнадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых  просили определение Арбитражного суда Воронежской области от  27.02.2023 отменить и принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявленных требований.  

Финансовый управляющий ФИО5 поддержал доводы  апелляционной жалобы.  

ФИО3 и его представитель подержали доводы апелляционной  жалобы с учетом письменных пояснений.  

Представитель финансового управляющего ФИО7 с доводами  апелляционной жалобы не согласился, считал обжалуемое определение  законным и обоснованным по основаниям, изложенным в отзыве, просил  оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.  

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не  явились.  

С учетом наличия у суда доказательств надлежащего извещения всех  лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте судебного  разбирательства, апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие  представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб,  письменных пояснений, отзывов на апелляционные жалобы, заслушав  позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что  обжалуемое определение арбитражного суда подлежит отмене по  следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий 06.09.2021  обратился в Ленинский районный суд г. Воронежа с исковым заявлением о  признании недействительным договора дарения от 18.11.2016, заключенного  между ФИО11 и ФИО5, о применении последствий  недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить  ФИО11 квартиру общей площадью 73 кв. м, расположенную по  адресу: 

<

...>, а также об обязании  Управления Росреестра по Воронежской области погасить соответствующую  запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое  имущество.  

Определением Ленинского районного суда г. Воронежа от 11.11.2021  гражданское дело № 2-5152/2021 по указанному иску финансового  управляющего передано по подсудности в Арбитражный суд Воронежской  области для рассмотрения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ФИО7  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 16.03.2022 к  участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен  ФИО3, определением Арбитражного суда Воронежской области от  24.05.2022 – ПАО «Совкомбанк».  

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий  указал, что 18.11.2016 между ФИО11 и ФИО5 заключен  договор дарения, по условиям которого ФИО11 (даритель) подарила  ФИО5 квартиру общей площадью 73 кв. м, расположенную по  адресу: 

<

...>, а ФИО5  (одаряемый) принял в дар указанный объект (пункт 1 договора).  

В Единый государственный реестр недвижимости 01.12.2016 внесены  записи о переходе права собственности на указанный объект с ФИО11 на ФИО5, что подтверждается соответствующими выписками  из ЕГРН.  

На момент совершения оспариваемой сделки ФИО11 состояла в  зарегистрированном браке с ФИО7 (брак заключен 04.10.1975,  расторгнут 10.01.2017), при этом спорная квартира была приобретена в  период брака (22.11.2000) и в силу положений пункта 1 статьи 34 Семейного  

кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) являлась общим  имуществом супругов. Поскольку титульным собственником имущества  значилась Калганова В.И., 18.11.2016 Калгановым Е.В. в соответствии с  пунктом 3 статьи 35 СК РФ было дано нотариально удостоверенное согласие  на дарение Калганову А.А. квартиры № 64, находящейся по адресу:  г.Воронеж, ул. Фридриха Энгельса, д. 39.  

ФИО5 является внуком ФИО7 и ФИО11, что  не оспаривается сторонами.  

Ссылаясь на то, что ФИО11 является супругой должника, а  спорное имущество находилось в их совместной собственности, вследствие  чего безвозмездная сделка по его отчуждению причиняет вред кредиторам  должника и обладает признаками злоупотребления права, финансовый  управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании  сделки должника.  

Возражая против заявленных требований, представитель ФИО5  указал на то, что оспариваемая сделка совершена более чем за три года до  возбуждения производства по делу о банкротстве, в силу чего не может быть  признана недействительной.  

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя требования  финансового управляющего ФИО8, принял во внимание  следующие обстоятельства.  

В отношении индивидуального предпринимателя главы крестьянского  (фермерского) хозяйства ФИО7 29.10.2014 было возбуждено дело   № А14-14138/2014 о несостоятельности (банкротстве).  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 09.12.2014  по делу № А14-14138/2014 в отношении ИП главы КФХ ФИО7 была  введена процедура наблюдения.  

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 25.12.2016  (резолютивная часть от 22.08.2016), принятым по делу № А14-14138/2014,  должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении ИП главы  КФХ ФИО7 открыта процедура конкурсного производства.  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 07.05.2018  по делу № А14-14138/2014 утверждено мировое соглашение, заключенное  между конкурсным управляющим ФИО12 и  представителем собрания кредиторов ФИО7 ФИО13, производство по делу о банкротстве прекращено.  

В числе кредиторов, заключивших мировое соглашение, значились ЗАО  «имени Ленина», ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО10.  

Впоследствии ИП ФИО10 было инициировано производство  по настоящему делу о банкротстве; в реестр требований кредиторов  включено, в том числе, его требование в размере 10 920 000 руб., являвшееся  предметом мирового соглашения. В реестр требований кредиторов должника  в рамках настоящего дела также включены требования ФИО13 в  

размере 9 245 280,96 руб., в отношении которых также ранее было заключено  мировое соглашение, утвержденное определением от 07.05.2018.  

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о том,  что неисполнение условий мирового соглашения перед ИП ФИО10  и ФИО13 привело к возбуждению второго дела о банкротстве,  следовательно, настоящее дело о банкротстве является фактически  продолжением первого, а потому в данной ситуации к оспариваемой сделке  должен быть применен период подозрительности, исчисляемый исходя из  первого дела. Поскольку договор дарения был заключен в период уже  инициированной процедуры банкротства, суд первой инстанции посчитал,  что указанная сделка по отчуждению имущества должника имела целью  причинение вреда имущественным правам кредиторов.  

Приняв во внимание то, что бенефициаром по оспариваемой сделке был  внук должника, в силу статьи 19 Закона о банкротстве являющийся  заинтересованным лицом, а сама сделка носила безвозмездный характер, суд  первой инстанции признал недействительным договор дарения от 18.11.2016,  заключенный между ФИО11 и ФИО5, как на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании статей 10, 168  ГК РФ.  

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с позицией суда  первой инстанции ввиду следующего.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны  в данном законе.  

В частности, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено,  что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным  судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех  лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен  вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала  об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная  сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она  признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или  в отношении заинтересованного лица.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5  постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  

связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ   № 63), в силу этой нормы для признания сделки недействительной по  данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало  наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного  Постановления).  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о  банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником  сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Как указано в пункте 7 постановление Пленума ВАС РФ № 63, в силу  абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается,  что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить  вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если  иное не доказано другой стороной сделки.  

Как следует из материалов дела, производство по настоящему делу о  банкротстве было возбуждено 25.02.2021, оспариваемый договор дарения  заключен 18.11.2016, то есть более чем за четыре года до возбуждения дела о  банкротстве ФИО7  

При этом пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве позволяет  оспаривать сделки, совершенные во вред кредиторам, в течение трех лет до  возбуждения дела о банкротстве.  

То обстоятельство, что ранее (с 29.10.2014) в отношении ИП главы КФХ  ФИО7 арбитражным судом рассматривалось дело № А14-14138/2014  о несостоятельности (банкротстве) и производство по нему было прекращено  07.05.2018 в связи с утверждением судом мирового соглашения от  22.12.2017, не может являться основанием для признания оспариваемого  договора дарения недействительным, поскольку дело № А14-14138/2014  было возбуждено арбитражным судом в отношении ИП главы КФХ  ФИО7  

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 09.12.2014  по делу № А14-14138/2014 в отношении ИП главы КФХ Калганова Е.В. была  введена процедура наблюдения.  

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 25.12.2016 по  делу № А14-14138/2014 ИП глава КФХ ФИО7 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура  конкурсного производства.  

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по  общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными  параграфом 3 главы X указанного Закона.  

Согласно пункту 3 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45  «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур,  применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»  положения Закона о банкротстве, касающиеся банкротства граждан, не  применяются к отношениям, связанным с банкротством крестьянских  (фермерских) хозяйств, в том числе, когда заявление о признании банкротом  подается в арбитражный суд в отношении гражданина, являющегося  одновременно индивидуальным предпринимателем - главой крестьянского  (фермерского) хозяйства (пункт 2 статьи 213.1 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 221 Закона о банкротстве (в том числе, в  редакции, действовавшей на момент открытия конкурсного производства в  отношении ИП главы КФХ ФИО7) в случае признания арбитражным  судом крестьянского (фермерского) хозяйства банкротом и открытия  конкурсного производства в конкурсную массу крестьянского (фермерского)  хозяйства включаются находящееся в общей собственности членов  крестьянского (фермерского) хозяйства недвижимое имущество, в том числе  насаждения, хозяйственные и иные постройки, мелиоративные и другие  сооружения, племенной, молочный и рабочий скот, птица,  сельскохозяйственные и иные техника и оборудование, транспортные  средства, инвентарь и другое приобретенное для крестьянского  (фермерского) хозяйства на общие средства его членов имущество, а также  право аренды принадлежащего крестьянскому (фермерскому) хозяйству  земельного участка и иные принадлежащие крестьянскому (фермерскому)  хозяйству и имеющие денежную оценку имущественные права.  

Имущество, принадлежащее главе крестьянского (фермерского)  хозяйства и членам крестьянского (фермерского) хозяйства на праве  собственности, а также иное имущество, в отношении которого доказано, что  оно приобретено на доходы, не являющиеся общими средствами  крестьянского (фермерского) хозяйства, не включается в конкурсную массу  (пункт 3 статьи 221 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на  момент открытия конкурсного производства в отношении ИП главы КФХ  ФИО7).  

Из определения Арбитражного суда Воронежской области от 09.12.2014  по делу № А14-14138/2014 усматривается, что ФИО7 был  зарегистрирован межрайонной инспекцией ФНС № 12 по Воронежской  

области в качестве индивидуального предпринимателя главы крестьянского  (фермерского) хозяйства 27.06.2002 за основным государственным  регистрационным номером 304360110700111.  

Из реестрового дела в отношении объекта недвижимости с кадастровым  номером 36:34:0401032:164, поступившего по запросу суда первой  инстанции из Управления Росреестра по Воронежской области, видно, что  квартира общей площадью 73 кв. м, расположенная по адресу: 

<

...>, была приобретена ФИО11 на  основании договора купли-продажи квартиры от 20.11.2000, заключенного с  ФИО15 Поскольку ФИО11 в момент приобретения  квартиры состояла в браке с ФИО7, последним 13.11.2000 было  выдано нотариально удостоверенное согласие на приобретение указанной  квартиры.  

Таким образом, на момент приобретения квартиры общей площадью 73  кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>, ФИО7 не был зарегистрирован в качестве индивидуального  предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства,  следовательно, указанное недвижимое имущество не может являться  приобретенным для крестьянского (фермерского) хозяйства. Доказательств  того, что квартира приобреталась на средства, полученные от деятельности  крестьянского (фермерского) хозяйства, материалы дела не содержат.  

В этой связи квартира не подлежала включению в конкурсную массу  ИП главы КФХ ФИО7  

При этом договор дарения от 18.11.2016, заключенный между  ФИО11 и ФИО5 в рамках дела № А14-14138/2014 ни  конкурсными кредиторами, ни конкурсным управляющим оспорен не был,  несмотря на то, что производство по указанному делу было прекращено в  связи с утверждением мирового соглашения.  

При вынесении определения от 07.05.2018 об утверждении мирового  соглашения по делу № А14-14138/2014 арбитражным судом исследовались  пояснительная записка, заключенные должником предварительные договоры  на поставку материалов ГСМ, семян для посева, а также ожидаемые объемы  прибыли от реализации сельскохозяйственной продукции, в результате чего  суд пришел к выводу о наличии у должника реальной возможности  восстановления хозяйственной деятельности и получения денежных средств  для погашения задолженности перед кредиторами в рамках заключенного  мирового соглашения.  

Производство по настоящему делу о банкротстве ФИО7 было  возбуждено только 25.02.2021, то есть по истечении более двух с половиной  лет с момента утверждения мирового соглашения по делу № А14-14138/2014.  

Совокупность указанных выше обстоятельств не дает судебной  коллегии прийти к выводу о том, что ключевым мотивом примирения с  конкурсными кредиторами в рамках дела № А14-14138/2014 выступила  угроза признания недействительным договор дарения от 18.11.2016, и что  именно во избежание соответствующих рисков ФИО7 были  

предприняты действия, направленные на прекращение первого дела о  банкротстве.  

Таким образом, настоящее (второе) дело о банкротстве ФИО7  не является продолжением первого, в связи с чем к оспариваемой сделке не  может быть применен период подозрительности, исчисляемый исходя из  первого дела.  

Поскольку заявление о признании должника банкротом в рамках  настоящего дела принято к производству 25.02.2021, суд апелляционной  инстанции приходит к выводу о том, что договор дарения от 18.11.2016,  заключенный между ФИО11 и ФИО5, не попадает под  установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве период  подозрительности и не может быть признан недействительным в  соответствии с данной нормой.  

Суд апелляционной инстанции не может согласиться и с выводом суда  первой инстанции о том, что имеются основания для признания  оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.  

В пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.09 № 32 «О  некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)», указано, что, исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты  при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию  арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о  банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено,  что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок, предусмотренных статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, само по  себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в  том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

На основании пункта 17 постановления Пленума ВАС РФ № 63 в  порядке главы III.1 Закона о банкротстве подлежат рассмотрению требования  арбитражного управляющего о признании недействительными сделок  должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным  законом (статей 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо  главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным  гражданским законодательством (в частности, по основаниям,  предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или  законодательством о юридических лицах).  

Таким образом, из приведенных положений Закона о банкротстве, с  учетом разъяснений постановлений Пленума ВАС РФ, следует возможность  обжалования сделок с участием находящейся в процедуре банкротства  

стороны не только по специальным основаниям, установленным Законом о  банкротстве, но по общегражданским, установленным ГК РФ.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на  основании статей 10, 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом  ВАС РФ и Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009,  определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17- 4886).  

Согласно сложившейся судебной практике, закрепленные в статье 61.2  Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные  на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного  поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают  приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового  принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего  критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

С учетом изложенного, применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в  том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы  дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок.  

Данные разъяснения направлены на то, чтобы к сделкам с  предпочтением и подозрительным сделкам, не имеющим других недостатков,  не применялись положения о ничтожности с целью обхода правил о сроке  исковой давности и сроков подозрительности по оспоримым сделкам.  

В связи с изложенным заявление финансового управляющего  ФИО7 ФИО8 по данному обособленному спору могло  быть удовлетворено только в случае доказанности им наличия в  оспариваемом договоре дарения пороков, выходящих за пределы дефектов  подозрительной сделки.  

Между тем, доказательств наличия в оспариваемом договоре дарения  пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, не  представлено.  

В этой связи оснований для признания договора дарения от 18.11.2016,  заключенного между ФИО11 и ФИО5, недействительной  сделкой не имеется.  

Согласно части 1 и 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает  доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на  всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств.  

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции  считает доводы апелляционных жалоб обоснованными и подлежащими  удовлетворению.  

В силу пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ определение подлежит  отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в  удовлетворении заявления.  

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные  лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт,  взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

За рассмотрение апелляционной жалобы ФИО3 была оплачена  государственная пошлина 3 000 руб., что подтверждается платежным  поручением № 40381033 от 10.03.2023.  

Финансовому управляющему ФИО5 Здановичу А.А. при  принятии апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка по оплате  государственной пошлины в сумме 3 000 руб. на срок до вынесения  судебного акта по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.  

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы с ФИО7 подлежат взысканию 3 000 руб. в доход федерального  бюджета, 3 000 руб. - в пользу ФИО3  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 27.02.2023 по  делу № А14-19664/2020 отменить.  

Отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего  ФИО7 ФИО8 о  признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки.  

Взыскать с ФИО7 в доход федерального  бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО3 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального  округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно  части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий судья   Т. И. Орехова 

Судьи Е. А. Безбородов 

 ФИО1