﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6682/21 

Екатеринбург

27 сентября 2021 г.

 

Дело № А60-61652/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Пирской О.Н., Тихоновского Ф.И.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Устюжанина Максима Сергеевича (далее – заявитель кассационной жалобы, ответчик) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2021 по делу № А60-61652/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие Устюжанин М.С. – лично (предъявлен паспорт). 

Поступивший в электронном виде отзыв конкурсного управляющего Суворовой Эльвиры Рифатовны к материалам кассационного производства приобщаются ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

В Арбитражный суд Свердловской области 24.10.2019 поступило заявление от общества с ограниченной ответственностью «Ганза» о признании общества с ограниченной ответственностью «Элегия» (далее – общество «Элегия», должник) несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 31.10.2019, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2020  указанное заявление признано обоснованным, общество «Элегия» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Суворова Э.Р.

24.12.2020 в арбитражный суд от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Устюжанина М.С. по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021,  признано доказанным наличие оснований для привлечения Устюжанина М.С. к субсидиарной ответственности; рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе Устюжанин М.С. просит указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы указывает, что согласно приговору мирового судьи Верх-Исетского судебного района от 16.07.2020 он являлся «подставным» лицом и никакого отношения к управлению обществом «Элегия» не имел, сделок от имени должника не совершал, никакие документы общества ему не передавались, поэтому у Устюжанина М.С. как у номинального руководителя общества отсутствовала какая-либо возможность предоставить истребуемые управляющим документы.

Кроме того, заявитель жалобы отмечает, что судами не был исследован вопрос, непередача каких конкретно документов повлекла негативные последствия для процедуры банкротства; в определении от 19.02.2021 суд первой инстанции обязал конкурсного управляющего представить соответствующие письменные пояснения, но каких-либо убедительных пояснений по этому вопросу представлено не было; суды формально сослались на факт непередачи документов, не исследовав, отсутствие каких именно документов могло негативно повлиять на процедуру банкротства.

По мнению кассатора, суды не учли, что конкурсный управляющий ограничился предъявлением требования о привлечении к субсидиарной ответственности только фиктивного руководителя, не предъявив такого требования к фактическим контролирующим должника лицам (бывшим участникам, директорам), которые довели должника до неплатежеспособности.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа на основании статей 274, 284, 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь 24.10.2019 с заявлением о признании должника банкротом, общество «Ганза» ссылалось на наличие неисполненного обязательства по договору займа в сумме 6 382 509 руб. 28 коп.

Из приложенной к заявлению выписки следует, что на дату обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом в Едином государственном реестре юридических лиц имелись сведения о руководителе общества «Элегия» - Гачеговой Надежде Евгеньевне (дата внесения записи – 04.06.2019); кроме того, данному лицу принадлежало 2% доли в уставном капитале общества «Элегия» (остальные 98% принадлежали должнику).

После подачи заявления о признании должника банкротом и возбуждения дела о банкротстве 16.12.2019 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о начале процедуры ликвидации, ликвидатором назначен Устюжанин М.С.

Решением от 13.01.2020 должник был признан банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Вступившим в законную силу определением суда от 05.08.2020 на Устюжанина М.С. возложена обязанность передать конкурсному управляющему Суворовой Э.Р. бухгалтерскую и иную документацию, материальные ценности, касающиеся деятельности должника.

Поскольку указанное определение суда не было исполнено в полном объеме ответчиком, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ликвидатора общества «Элегия» к субсидиарной ответственности, указав в качестве основания то обстоятельство, что ответчиком не была исполнена обязанность по передаче управляющему документации должника.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что необходимые презумпции привлечения ответчика к субсидиарной ответственности заявителем доказаны; отметили, что непередача документов должника конкурсному управляющему привела к невозможности пополнения конкурсной массы и как следствие, к невозможности удовлетворения требований конкурсных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника; указанные обстоятельства ответчиком не опровергнуты.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, заслушав пояснения ответчика, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд округа считает, что они подлежат отмене ввиду следующего.

Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда вследствие негативных действий контролирующих должника лиц по доведению хозяйствующего субъекта до банкротства.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

Ответственность контролирующих должника лиц, установленная пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), является гражданско-правовой, поэтому лицо, требующее привлечения к субсидиарной ответственности, должно доказать состав гражданско-правового нарушения в действиях (бездействии) контролирующего должника лица, в том числе противоправность поведения привлекаемого лица, его вину, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступлением банкротства.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе, тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время – подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) также закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

При этом приведенные в пункте 4 статьи 10 (пункте 2 статьи 61.11) Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. 

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. 

Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Между тем суды, привлекая Устюжанина М.С. к субсидиарной ответственности, фактически вменили ему в вину сам факт непередачи документации должника конкурсному управляющему, не проанализировав и не раскрыв в судебном акте, каким образом это негативно сказалось на возможности проведения мероприятий процедуры конкурсного производства и их итоговом результате, не определив, какие конкретно документы, не переданные ответчиком (в отношении определенных активов должника, совершенных подозрительных сделок, негативных управленческих решений и т.п.) повлекли объективные трудности в формировании конкурсной массы и совершении мероприятий в ходе процедуры банкротства, то есть признали его виновным в доведении должника до состояния объективного банкротства и невозможности погашения требований кредиторов, исходя из наличия признаков, составляющих опровержимую презумпцию, без установления иных юридически значимых элементов, определяющих в совокупности состав правонарушения, влекущий применение ответственности.

При этом суд первой инстанции, назначая судебное разбирательство по заявлению о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, предложил конкурсному управляющему Суворовой Э.Р. представить пояснения о том, непередача каких документов негативно повлияла на банкротство должника; в то же время конкурсный управляющий ни в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, ни в ходатайстве о рассмотрении заявления в свое отсутствие не указала ни существо вменяемых ответчику противоправных деяний, ни причинно-следственную связь между непередачей документов конкурсному управляющему и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве (формирование и реализация конкурсной массы), ограничившись ссылкой на непередачу документов, в том числе на основании судебного акта.

Несмотря на подобное поведение конкурсного управляющего, подачу ею по сути формального заявления о привлечении ответчика как ликвидатора общества «Элегия» (назначенного менее месяца до даты признания должника банкротом и уже после возбуждения производства по делу о банкротстве) к субсидиарной ответственности, отсутствие каких-либо пояснений конкурсного управляющего относительно фактических оснований привлечения к ответственности, содержания противоправных действий, действительного влияния ответчика на управленческие решения в обществе, суды первой и апелляционной инстанций такое заявление – удовлетворили.

В то же время, общее указание судов на непередачу конкурсному управляющему документации должника, истребуемой определением суда от 05.08.2020, не свидетельствует о том, что заявленное конкурсным управляющим основание для привлечения к субсидиарной ответственности было должным образом исследовано и получило надлежащую правовую оценку суда согласно требованиям статей 168, 170 АПК РФ.

Судебное решение является обоснованным лишь тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов, а законным – когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Однако обжалуемые судебные акты указанным требованиям не отвечают, поскольку привели к применению к Устюжанину М.С. меры ответственности, являющейся исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, без должной проверки и установления наличия на то соответствующих оснований, исключительно исходя из самого факта непередачи документов. Вместе с тем, без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств применительно к заявленному конкурсным управляющим основанию ответственности выводы судов о наличии условий для привлечения Устюжанина М.С. к субсидиарной ответственности по этому основанию нельзя признать в достаточной степени обоснованными и мотивированными.

В связи с тем, что в противоречие положениям статей 8, 9, 65, 70, 71, 133, 168 и 170 АПК РФ выводы судов о доказанности наличия оснований для привлечения Устюжанина М.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника сделаны без исследования и установления необходимой совокупности фактических обстоятельств, оценки всех доводов сторон и представленных с их стороны доказательств, обжалуемые судебные акты приняты при существенном нарушении судами норм материального и процессуального права (части 2 и 3 статьи 288 АПК РФ), повлиявшем на итог рассмотрения спора, а изложенные в них выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам спора (часть 1 статьи 288 названного Кодекса), определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 по тому же делу подлежат отмене, обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе исследовать и надлежащим образом оценить доводы участвующих в деле лиц относительно того, каким образом повлияла непередача ответчиком конкретных документов управляющему на процедуру банкротства, исследовать обстоятельства назначения и исполнения ответчиком обязанностей руководителя (ликвидатора) должника и его действительное влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, определить реальный круг контролирующих должника лиц; с учетом комплексного анализа обстоятельств дела – исследовать и оценить все представленные доказательства и по результатам исследования и оценки этих доказательств принять судебный акт в соответствии с установленными обстоятельствами и надлежащими положениями законодательства.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2021 по делу № А60-61652/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021 по тому же делу отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Пирская 

 

                                                                                              Ф.И. Тихоновский