Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-39487/2022

14 июня 2023 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 14 июня 2023 года.

Решение в полном объеме изготовлено 14 июня 2023 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Уралэлектромонтаж» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании недействительным решения № 1587 от 18.07.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от ответчика – ФИО2 (доверенность от 23.01.2023, служебное удостоверение), ФИО3 (доверенность от 09.01.2023, диплом от 19.07.2019, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 09.01.2023, диплом от 07.06.2007, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО4 (доверенность от 14.12.2022, диплом от 07.06.2007, служебное удостоверение);    

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Уралэлектромонтаж» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО ПК «УЭМ») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 1587 от 18.07.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что в материалах проверки отсутствуют доказательства умышленных действий Общества, направленных на сознательное искажение сведений о фактах хозяйственной деятельности. Инспекцией недостаточно исследованы обстоятельства заключения спорных сделок, а доводы, изложенные в решении, являются необоснованными. Налогоплательщик проявил должную осмотрительность, все сделки исполнены и отражены в бухгалтерском учете. Вывод налогового органа об отсутствии документального подтверждения взаимоотношений с ООО «Прайд», ООО «Изумруд», ООО «Территория света», ООО «Бастион», ООО «Гуд Хаус», ООО «Сбат», ООО «Виалтория», ООО «Эдельвейс», ООО «Гратинвест», ООО «Стройторг» является необоснованным. Осмотры территории (помещений) проведены Инспекцией формально. На момент совершения сделок спорные контрагенты являлись действующими, имели положительную деловую репутацию. В материалах проверки отсутствуют документы, подтверждающие отсутствие производственных и трудовых ресурсов у спорных организаций. Протоколы допросов руководителей спорных контрагентов ФИО5 (ООО «Виалтория»), ФИО6 (ООО «Бастион»), ФИО7 (ООО «Гуд Хаус») не являются надлежащим доказательством недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, поскольку показания свидетелей не проверялись налоговым органом. Ответы банков свидетельствуют о хозяйственной деятельности спорных организаций. Налоговым органом не запрашивались данные о счетах, поручения в адрес кредитных учреждений не направлялись. Условия договоров, заключенных со спорными контрагентами, аналогичны условиям договоров с иными поставщиками, а анализ стоимости полученных ТМЦ, проведенный налоговым органом, не учитывает сроки поставки, технические характеристики, место поставки, даты приобретения ТМЦ, а также их производителя. Кроме того, работники Общества в ходе допросов подтвердили, что списание ТМЦ, согласно учетной политике производится не пообъектно, а в целом по предприятию. При ведении хозяйственной деятельности оформление ТТН и путевых листов для налогоплательщика необязательно. Налоговым органом при доначислении налоговых обязательств неправомерно не учтены вычеты по НДС и затраты при исчислении налога на прибыль организаций по счетам-фактурам, выставленным ООО «Уралэнергосбыт», поскольку Общество с 26.09.2019 по 31.12.2020 являлось иным владельцем объектов электросетевого хозяйства Озерского городского округа и выступало как потребитель, обязанность получения доходов иными владельцами (потребителями) объектов электросетевого хозяйства законодательством РФ не предусмотрено. Инспекция при получении ответа от ООО «Уральская энергосбытовая компания» об отсутствии хозяйственных взаимоотношений с Обществом, не учла явное противоречие между полученной информацией и существующими первичными документами, а также проигнорировала наличие арбитражных дел между ООО ПК «УЭМ» и ООО «Уральская энергосбытовая компания». Также при определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций должны быть включены в состав затрат суммы на незавершенное производство по контракту, а также расходы, связанные с арендой муниципального имущества.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода по сделкам со спорными контрагентами (ООО «Прайд», ООО «Изумруд», ООО «Территория света», ООО «Бастион», ООО «Гуд Хаус», ООО «Сбат», ООО «Виалтория», ООО «Эдельвейс», ООО «Гратинвест», ООО «Стройторг») по выполнению работ и поставке ТМЦ, реальность поставки и выполнения которых не имела место. Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности и противоречивости сведений, содержащихся в документах по сделкам со спорными контрагентами и невозможности исполнения указанными контрагентами обязательств по сделкам. Товар, поставка которых оформлена от имени спорных контрагентов, не использовались в производственной деятельности налогоплательщика и фактически не приобретались. Фактически у налогоплательщика имелись реальные поставщики товара, однако налогоплательщик прибег к взаимоотношениям со спорными контрагентами по нереальным сделкам. Кроме того, фактически спорные работы выполнены силами самого налогоплательщика, а также физическими лицами в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений. Налогоплательщиком осуществляется двойное списание ТМЦ в целях завышения расходов, учитываемых при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций, а также неправомерного заявления вычетов по НДС. Обществом намеренно совершены противоправные действия, направленные на занижение налогов; руководитель Общества осознавал противоправный характер своих действий, желал и сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий. Выводы о количестве и номенклатуре списываемых ТМЦ Инспекцией сделаны на основании регистров бухгалтерского учета налогоплательщика, представленных в ходе выездной налоговой проверки, первичных учетных документов, представленных налогоплательщиком, поставщиками и заказчиками по взаимоотношениям с налогоплательщиком. Кроме того по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией установлена неполная уплата НДС в результате занижения налоговой базы по НДС, выразившегося в невключении в состав налоговой базы доходов от реализации, в завышении размера налоговых вычетов по НДС с суммы предоплаты в момент реализации выполненных работ, в отсутствии восстановления принятого к вычету НДС с сумм предоплаты, (частичной оплаты), уплаченных налогоплательщиком поставщикам в счет дальнейшего приобретения ТМЦ (работ, услуг), арифметических ошибок, повторного включения счетов-фактур. Отдельные претензии налогоплательщика к оформлению протоколов осмотра, направления требований не могут быть приняты во внимание, поскольку данные документы не признаны недействительными, а сведения, отраженные в них, согласуются с иными доказательствами, полученными в ходе проверки. Расходы по сделкам с контрагентом ООО «Уралэнергосбыт» не направлены для целей осуществления приносящей доход деятельности, отсутствовали в учете ООО ПК «УЭМ», а также документально не подтверждены (отсутствие реально понесенных затрат), в связи с чем при определении налоговых обязательств Общества не учтены суммы НДС, отраженные в счетах-фактурах ООО «Уралэнергосбыт», расходы по сделке правомерно не учтены в составе затрат в целях исчисления налога на прибыль организаций. Стоимость незавершенного производства правомерно не включена Инспекцией в состав затрат при определении налоговых обязательств Общества по налогу на прибыль организаций, поскольку работы по установке узлов учета тепловой энергии по состоянию на 01.01.2018 завершены (оборудование введено в эксплуатацию в 2016, 2017 годах), необходимость в прохождении организационного периода и наладки передаваемого оборудования, иных доработок отсутствовала. Довод о неправомерном не учете расходов по аренде муниципального имущества не обоснован, поскольку учтен инспекцией при определении налоговых обязательств в оспариваемом решении.

В судебном заседании представители инспекции и управления против доводов заявления возражали по мотивам изложенным в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать. 

Налогоплательщик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания путем направления в его адрес копии определения о назначении судебного заседания заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечил. 

Рассмотрев поступившее непосредственно перед началом судебного заседания повторное ходатайство налогоплательщика об отложении судебного разбирательства (мотивированное возможностью представления дополнительных доказательств и неполучением поэпизодного расчета) арбитражный суд не нашел оснований для его удовлетворения.

Так, арбитражным судом ранее уже удовлетворено поступившее непосредственно перед началом судебного заседания 20.04.2023 ходатайство налогоплательщика об отложении судебного разбирательства (мотивированное возможностью уточнения заявления), предоставив налогоплательщику тем самым дополнительное время на срок практически 2 месяца.

Однако, такого уточнения заявления от налогоплательщика не поступило.  

О начавшемся судебном процессе налогоплательщик извещен с 16.01.2023, принимал участие в лице своих представителей в судебном заседании 14.02.2023, поэпизодный расчет представлен инспекцией в судебном заседании 20.04.2023, а потому у налогоплательщика имелось достаточное количество времени для реализации своих процессуальных прав.

Однако, налогоплательщик своими процессуальными правами не воспользовался (ст.ст. 9, 41, 65 АПК РФ).

Вместо этого, налогоплательщиком вновь непосредственно перед началом судебного заседания 14.06.2023 заявлено рассматриваемое ходатайство.

В судебном заседании представители инспекции и управления возражали против удовлетворения ходатайства налогоплательщика, сославшись на затягивание налогоплательщиком судебного процесса, а также на значительную удаленность инспекции от места проведения судебного заседания, которая, несмотря на неоднократное отсутствие явки налогоплательщика, во все без исключения судебные заседания обеспечивала явку своих представителей.    

При условии надлежащего извещения сторон объявление перерыва или отложение судебного заседания является не обязанностью, а правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего исследования доказательств по делу (ст.ст. 158 и 163 АПК РФ). 

При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные обстоятельства и рассматривает представленные стороной доказательства. 

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Отложение судебного разбирательства по ходатайству стороны при отсутствии обоснованных мотивов и соответствующего документального подтверждения влечет необоснованное увеличение сроков рассмотрения дела и затягивание судебного процесса. 

Учитывая изложенное, в совокупности с тем, что явка налогоплательщика не признана судом обязательной, доказательств невозможности обеспечения явки иного представителя либо руководителя организации не представлено, в повторном ходатайстве налогоплательщика об отложении судебного разбирательства не указаны документально подтвержденные основания, при наличии которых рассмотрение дела в настоящем судебном заседании не представляется возможным, что исключает возможность удовлетворения повторного ходатайства налогоплательщика об отложении судебного разбирательства.

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, по результатам которой составлен акт № 1114 от 24.02.2022, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 1587 от 18.07.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщику предложено уплатить НДС в сумме 11 350 087 руб., налог на прибыль организаций в сумме 8 081 073 руб., пени по НДС в сумме 4 916 523,65 руб., пени по налогу на прибыль организаций в сумме 3 366 100,89 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 109, 112, 113, 114 НК РФ) в общей сумме 96 939 руб., в том числе за неполную уплату НДС в сумме 44 458 руб., налога на прибыль организаций в сумме 52 481 руб., штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 113, 114 НК РФ) в общей сумме 145 370 руб., в том числе за неполную уплату НДС в сумме 48 306 руб., налога на прибыль организаций в сумме 97 064 руб., штраф по ст. 123 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 114 НК РФ) в сумме 837 руб. за неполную уплату НДС (налоговый агент), кроме того, установлено исчисление налога на прибыль организаций в завышенном размере в общей сумме 1 099 100 руб., в связи с чем сумма налога на прибыль организаций, подлежащая уплате в бюджет по результатам налоговой проверки, составила 6 981 973 руб.

Применив мораторий на начисление пени, инспекцией вынесено решение № 824/1 от 24.03.2023 о внесении изменений в решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого предложенные налогоплательщику к уплате пени составили в общей сумме 7 366 363,71 руб. 

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/006425@ от 19.10.2022, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение изменено путем отмены в резолютивной части решения (применив смягчающие налоговую ответственность обстоятельства):

- подп. 1 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ за неуплату НДС в сумме 24 153 руб., 

- подп. 2 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату НДС в сумме 22 229 руб., 

- подп. 3 п. 3.1 в части начисления штрафа по ст. 123 НК РФ в сумме 418,5 руб., 

- подп. 4 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2018-2020 годы (Федеральный бюджет) в сумме 7 279,5 руб., 

- подп. 5 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2018-2020 годы (Федеральный бюджет) в сумме 3 936 руб., 

- подп. 6 п. 3.1 в части начисления штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2018-2020 годы (Бюджет субъекта РФ) в сумме 41 252,5 руб., 

- подп. 7 п. 3.1 в части штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2018-2020 годы (Бюджет субъекта РФ) в сумме 22 304,5 руб., 

- п. 3.1 «ВСЕГО» в сумме 121 573 руб. (штраф).

В остальной части оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд. 

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Согласно п. 2 ст. 252 НК РФ расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Таким образом, при решении вопроса о возможности принятия к учету расходов в целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов, произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), экономической оправданности их несения, их надлежащего документального подтверждения и взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности налогоплательщика.

Нормой ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановление № 53).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

1. Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам выполнения работ и поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся отсутствием реальности товара и несоблюдением требований НК РФ о документальной подтвержденности заявленных расходов, а также выполнением работ силами самого налогоплательщика либо физическими лицами в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений.

Так, по результатам налоговой проверки инспекцией из состава налоговых вычетов по НДС исключены суммы НДС в размере 4 722 658 руб. по счетам-фактурам, полученным от контрагентов, в том числе: ООО «Виалтория» ИНН7451345346 (2,3 кварталы 2018 года) на сумму 233 068,07 руб.; ООО «Стройторг» ИНН4524009248 (3 квартал 2018 года) на сумму 498 993,05 руб.; ООО «Гуд Хаус» ИНН5904365163 (4 квартал 2018 года) на сумму 1 363 126,64 руб.; ООО «Эдельвейс» ИНН7430026613 (4 квартал 2018 года) на сумму 227 709,40 руб.; ООО «ДокастрТранс» ИНН7816630000 (4 квартал 2018 года) на сумму 248 803,17 руб.; ООО «Прайд» ИНН7453328280   (2 квартал 2019 года) на сумму 135 264,40 руб.; ООО «Изумруд» ИНН

<

***> (4 квартал 2019 года) на сумму 17 880,24 руб.; ООО «Территория Света» (4 квартал 2020 года) на сумму 622 430,89 руб.; ООО «Сбат» ИНН7453325200 (1 квартал 2019 года) на сумму 2 018 769 руб.; ООО «Тратинвест»  ИНН7720453511 (2 квартал 2019 года) на сумму 387 173 руб.; ООО «Бастион» ИНН9723057076 (4 квартал 2019 года) на сумму 234 777 руб.; ООО «Ингри» ИНН

<

***> (4 квартал 2019 года) на сумму 622 431 руб.

Кроме того, Инспекцией затраты в сумме 19 412 932 руб. (затраты по сделкам с ООО «ДокастрТранс», ООО «Изумруд», ООО «Ингри» в составе расходов Обществом не учитывались) по указанным сделкам исключены из состава расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций за 2018-2020 годы (налог на прибыль организаций составил – 3 882 586 руб.).

Инспекцией установлено, что обществом в проверяемом периоде со спорными контрагентами подписаны договоры поставок различных ТМЦ, связанных с проведением строительных и электромонтажных работ (окна ПВХ, уголки, лампы, светильники, монтажные профили, кабельно-проводниковая продукция и др.).

В отношении спорных контрагентов инспекцией установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о нереальности заявленных сделок, о недостоверности и противоречивости сведений, содержащихся в документах по сделкам со спорными контрагентами и невозможности исполнения указанными контрагентами обязательств по сделкам, заключенным с Обществом, а именно:

- отсутствие информации о наличии у спорных контрагентов имущества, транспортных средств, сотрудников, необходимых для достижения результатов хозяйственной деятельности;

- отсутствие организаций по адресу места регистрации, заявленному в ЕГРЮЛ;

- лица, заявленные в ЕГРЮЛ в качестве руководителей спорных организаций: ФИО5 (ООО «Виалтория», ООО «Стройторг»), ФИО7 (ООО «Гуд Хаус»), ФИО6 (ООО «Бастион») в ходе допросов сообщили о «номинальном» характере своего руководства организациями, либо вовсе не знали, что являлись руководителями каких-либо организаций, фактического участия в управлении организациями не принимали. В остальной части, согласно справкам №2-НДФЛ доходов в данных организациях лица, указанные в качестве руководителей контрагентов, не получали, что указывает на отсутствие руководства данными организациями заявленными лицами;

- по результатам анализа книг покупок и движения денежных средств по расчетным счетам по цепочке спорных контрагентов налоговым органом установлено отсутствие источника приобретения спорными контрагентами ТМЦ, по документам поставленных в адрес проверяемого Общества. Заявленная цепочка операций является формальной, не имеет под собой реального исполнения по поставке товаров, выполнения работ в адрес Общества заявленными контрагентами;

- контрагентами в проверяемом периоде представлялись налоговые декларации по НДС с «нулевыми» показателями, либо с минимальными суммами налога к уплате в бюджет;

- у организаций ООО «Изумруд», ООО «Территория света», ООО «Бастион», ООО «Ингри», отсутствуют расчетные счета, 

- оплата в адрес ООО «Гуд Хаус», ООО «ДокастрТранс», ООО «Сбат», ООО «Гратинвест», ООО «Изумруд», ООО «Бастион», ООО «Ингри», ООО «Территория света» проверяемым лицом не осуществлялась, 

- движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов носит «транзитный» характер;

- при сравнении цен на товары, поставленные по документам, оформленным от имени спорных контрагентов, установлено завышение цен по сравнению с аналогичными товарами, закупаемыми ООО ПК «УЭМ» в том же периоде у реальных поставщиков, в том числе с условиями отсрочки платежа;

- допрошенные в качестве свидетелей должностные лица и работники ООО ПК «УЭМ» указали, что спорные контрагенты им не известны, руководитель Общества пояснить порядок взаимоотношений и причины непредставления документов по ряду организаций не смог.

Также инспекцией по результатам проверки установлено, что ТМЦ, по документам приобретенные Обществом у спорных поставщиков, не использовались в финансово-хозяйственной деятельности проверяемого лица, заявленные строительно-монтажные работы не могли быть выполнены спорными контрагентами, в силу отсутствия необходимых условий для реального исполнения.

Более того, фактически Обществом осуществлялось двойное списание ТМЦ в целях завышения расходов, учитываемых при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций, а также неправомерного заявления вычетов по НДС.

При анализе списания Обществом ТМЦ, приобретенных у спорных контрагентов, налоговым органом установлены следующие обстоятельства.

В отношении сделок с ООО «Виалтория» инспекцией установлено, что ООО ПК «УЭМ» представило пояснения, что расходы в целях начисления налога на прибыль организаций по контрагенту ООО «Виалтория» включены в состав расходов, так как данные материалы были получены, оплачены и списаны при производстве работ по капитальному ремонту сетей электроснабжения п. Татыш, железнодорожная станция, производимых в рамках муниципального контракта от 07.05.2018 №05/18-МК, заключенного с Муниципальным казенным учреждением «Управление капитального строительства Озерского городского округа».

Иных документов налогоплательщиком не представлено.

В 3 квартале 2018 года ООО ПК «УЭМ» в адрес Муниципального казенного учреждения «Управление капитального строительства Озерского городского округа» (МКУ «УКС ОГО») ИНН 

<

***> осуществлена реализация по счету-фактуре от 02.08.2018 №26.

При анализе акта о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 02.08.2018 №2, представленного МКУ «УКС ОГО» по взаимоотношениям с Обществом, не установлено списания ТМЦ, полученных по документам от ООО «Виалтория». 

В акте о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 02.08.2018 №2 отражено количество ТМЦ только в объеме поступивших от реальных контрагентов (поставщиков).

В отношении сделок с ООО «Стройторг» инспекцией установлено, что списание ТМЦ, полученных от ООО «Стройторг» (таблица №30 на стр.79-80 акта), осуществляется ООО ПК «УЭМ» в 3 квартале 2018 года на объекты: Татыш сеть эл. снабжения, 503-е здание.

Оконные блоки, полученные ООО ПК «УЭМ» от контрагентов: ООО «Стройторг» и ООО «Гуд Хаус», списаны в 4 квартале 2018 года на объект МСЧ (см. ООО «Гуд Хаус»).

При анализе документов по объекту: Капитальный ремонт сетей электроснабжения, Челябинская область, г. Озерск, п. Татыш, железнодорожная станция, представленных МКУ «УКС ОГО», использование спорных ТМЦ, в том числе поставленных в адрес Общества по документам, оформленным от имени ООО «Стройторг», не установлено.

При анализе договоров ссылок на объект: «503-е здание» не установлено.

Налоговым органом проанализированы контрагенты-Заказчики на предмет установления объекта списания ТМЦ.

В договоре от 16.10.2017 №2478-юр/УКС на выполнение строительно-монтажных работ на объекте: «Реконструкция здания… для создания цеха…», заключенном между ФГУП «ПО «Маяк» (Заказчик) и ООО ПК «УЭМ» (Подрядчик), имеется ссылка на рабочую документацию 0301.156.0503 «Реконструкция здания… для создания цеха…»… (разд. 1 договора).

ФГУП «ПО «Маяк» по требованию о представлении документов (информации) от 20.03.2020 №703 представлены документы, составленные в рамках исполнения данного договора, при исследовании которых использование спорных ТМЦ также не установлено.

В отношении сделок с ООО «Гуд Хаус» инспекцией установлено, что в соответствии со счетами-фактурами и товарными накладными общая стоимость поставок ТМЦ (кабель), оформленных от имени ООО «Гуд Хаус» при отсутствии реальных поставок ТМЦ, составила 1 790 219,69 руб. (или 23,6% от общей стоимости (7 572 925,65 руб.) фиктивных поставок ТМЦ от данного контрагента).

Стоимость табло светового составляет 272 060 руб. (3,6%) (см. ООО «Эдельвейс»), оконного блока – 1 092 987,45 (14,4%), коробки взрывозащищенной – 394 325,03 руб. (5,2%) от общей стоимости фиктивных поставок ТМЦ от ООО «Гуд Хаус».

В соответствии с актами формы №КС-2, выставленными в адрес заказчиков, общее количество использованного кабеля различной номенклатуры составило 34 328,97 м, в то время как проверяемым лицом в производство списано 40 708 м.

При этом Обществом приобретено 34 593 м кабеля у иных реальных поставщиков, что свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика производственной необходимости в приобретении кабельной продукции у ООО «Гуд Хаус».

Иных доказательств использования кабельной продукции, приобретенной у ООО «Гуд Хаус» и ООО «Эдельвейс», в деятельности Общества не представлено.

Согласно бухгалтерскому учету списание оконных блоков, окон ПВХ осуществляется проверяемым лицом в 2018-2019 годах на объект МСЧ (медсанчасть), в 2020 году - на объект База.

При этом, Обществом документов, подтверждающих использование оконных блоков на объекте  База,  не представлено.  

Кроме того, согласно  пояснениям  Общества, полученные ТМЦ от ООО   «Гуд Хаус» были списаны при производстве работ на объекте МРУ (ФГУП «МАЯК») по договору от 16.10.2018 №039/10321-Д. Документацию по данному договору, справки по форме №КС-2, №КС-3 предоставить не представляется возможным. Ведомость формы №М-29 по списанию материалов на предприятии не ведется.

В отношении использования спорных ТМЦ на объекте МСЧ установлено, что Общество в проверяемый период осуществляло реализацию перечня энергосберегающих мероприятий в адрес Федерального Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № 71 Федерального медико-биологического агентства».

При анализе документов, представленных ФГБУЗ КБ №71 ФМБА, налоговым органом установлено, что ООО ПК «УЭМ» должно было осуществить в зданиях: Детская поликлиника №1, Детская поликлиника №2, Детская больница, Акушерский корпус, Инфекция, Заводская поликлиника, Женская консультация, Тубдиспансер, Главный корпус, Городская поликлиника (далее Объекты) работы по замене окон на пластиковые в количестве 606 окон.

На сайте zakupki.gov.ru содержится информация о прекращении контракта, а также установлено, что из Перечня мероприятий по энергосбережению и повышению энергетической эффективности, подлежащих на объектах заказчика, выполнена замена 308 окон.

При этом в ходе проверки установлены реальные поставщики окон (ООО «Евродизайн», ООО «Константа»), что сопоставимо с произведенными работами Общества на объекте МСЧ.

С учетом изложенного, окна, поставка которых оформлена от имени ООО «Гуд Хаус, не использовались в производственной деятельности и фактически не приобретались.

В отношении сделок с ООО «Эдельвейс» инспекцией установлено, что ООО «Эдельвейс» в адрес Общества поставляло ТМЦ различной номенклатуры, в том числе кабельную продукцию (82% от общего объема поставки, описание списания в разделе ООО «Гуд Хаус»), а также световое табло (8% от объема поставки).

Поставку табло светового помимо ООО «ГудХаус» и ООО «Эдельвейс» также осуществляли поставщики: ООО «ТД «ВЭЛАН» в количестве 20 шт., ООО «Компания СМД» в количестве 7 шт.

При исследовании актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) Инспекцией установлено, что табло световое использовано Обществом при осуществлении договорных обязательств в адрес ООО «Уралстройэнерго» и ФГУП ПО «Маяк» в общем количестве 27 штук.

На иных объектах при выполнении строительно-монтажных работ ООО ПК «УЭМ» табло световое в проверяемом периоде не использовалось.

ТМЦ, поставленные в адрес ООО ПК «УЭМ» по документам, оформленным от имени от ООО «Гуд Хаус» и ООО «Эдельвейс», не использовались налогоплательщиком в производстве строительно-монтажных работ.

В отношении сделок с ООО «ДокастрТранс» инспекцией установлено, что ООО ПК «УЭМ» оприходованы ТМЦ, полученные от ООО «ДокастрТранс», не по номенклатуре, указанной в счетах-фактурах (УПД).

Согласно бухгалтерским регистрам: карточка счета №10 «Материалы», оборотно-сальдовая ведомость по счету №10 «Материалы» (приложение №4 к акту), в учете отражено поступление ТМЦ от ООО «ДокастрТранс» как «

<

...>», количество ТМЦ отсутствует, учет ведется только в суммовой форме.

Из анализа ОСВ по счету №10 «Материалы» установлено, что ООО ПК «УЭМ» приобретало ТМЦ, которые не использовались в производственной деятельности в течение длительного периода (отсутствие списания), что подтверждается остатками ТМЦ на начало 01.01.2018, на 01.01.2019, на 01.01.2020, на 01.01.2021.

При проведении       инвентаризации       ТМЦ, приобретенных по документам от ООО «ДокастрТранс», не установлено (отсутствует количественный учет при оприходовании ТМЦ).

Кроме того, на документах, представленных ООО ПК «УЭМ» по взаимоотношениям с ООО «ДокастрТранс», отсутствуют какие-либо записи с указанием на объект списания.

На основании изложенного, отсутствовала фактическая поставка ТМЦ.

В отношении сделок с ООО «Прайд» инспекцией установлено, ООО «Прайд» по документам в адрес Общества поставляло муфты, скобы, втулки, профиль.

По карточкам счета №10 «Материалы» установлены, что Общество осуществляет списание ТМЦ, полученных от ООО «Прайд», на объекты под названием «МРУ», «Лесное озеро».

При этом в ответ на требование Инспекции от 02.12.2021 №4106 Общество представило пояснение, что материалы от ООО «Прайд» были использованы при производстве работ на МРУ и 503 здании (ФГУП ПО «Маяк»). 

Вместе с тем, подтверждающие документы не представлены, период включения затрат (отчетный, налоговый) не указан.

В ходе проверки установлено, что на объект «Лесное озеро» Обществом списан материал «профиль», поступивший от ООО «ЦСМ», с увеличением стоимости затрат за счет стоимости ТМЦ от ООО «Прайд» без изменения количества материала, что подтверждает факт двойного списания.

Согласно договору подряда от 16.10.2018 №039/10321-Д, заключенному ООО ПК «УЭМ» с заказчиком АО «НИКИМТ – АТОМСТРОЙ», предметом договора являются общестроительные и электромонтажные работы в здании 494, 493, 492А объекта «Модернизация реакторных установок…» (сокращенно МРУ).

При исследовании актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 10.04.2019 №4, от 10.04.2019 №5, от 27.05.2019 №6, от 27.05.2019 №7 использование муфт кабельных соединительных не установлено.

Кроме того, ТМЦ, приобретенные по документам от 20, 21 июня 2019 года у ООО «Прайд», не могли использоваться ООО ПК «УЭМ» при выполнении работ на указанном объекте во 2 квартале 2019 года, поскольку выполненные работы сданы заказчику АО «НИКИМТ – АТОМСТРОЙ» в апреле, мае 2019 года.

При исследовании актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) по объекту МРУ за 3 квартал 2019 года установлено применение материала Муфта концевая SENJ 12/35-50/450-L 12 в количестве 2 шт. и Муфта концевая SENJ 12/70-120/450-L 12 в количестве 20 шт. (акт приемки выполненных работ   от 25.07.2019 №9). 

Использование материалов: втулка, скоба не установлено.

Одновременно установлено, что ООО «ПК «УЭМ» в бухгалтерском учете отражено приобретение 19.06.2019 у ООО «МСК ЭНЕРГО» и списание 30.06.2019 материала Муфта концевая в количестве 22 шт.

Таким образом, при производстве работ на объекте использовались ТМЦ, приобретенные у ООО «МСК ЭНЕРГО», а взаимоотношения с ООО «Прайд» носят формальный характер при отсутствии фактической поставки ТМЦ.

В отношении сделок с ООО «Изумруд» инспекцией установлено, что согласно представленным счетам-фактурам (УПД) ООО «Изумруд» в 4 квартале 2019 года в адрес ООО ПК «УЭМ» выполняло работы и по договору от 28.08.2019 №043-УЭМ осуществляло поставку ТМЦ (кабеля).

При анализе ОСВ бухгалтерского счета №10 «Материалы» установлено, что ООО ПК «УЭМ» оприходованы по документам от ООО «Изумруд» материалы по номенклатуре «ААА», в том числе и работы также, как материалы. 

То есть, в учете ООО ПК «УЭМ» отсутствует расшифровка принятых на учет материалов в соответствии с учетными документами (счетами-фактурами (УПД), актами), оформленными от имени ООО «Изумруд».

Общая стоимость материалов и работ от ООО «Изумруд» без НДС, учтенная ООО ПК «УЭМ», составила 2 589 401,17 руб.

Вместе с тем установлено, что остатки по номенклатуре «ААА» составляют:

- по состоянию на 31.12.2019 в сумме 5 609 647,66 руб. (по данной номенклатуре отражено также поступление от организации ООО «Ингри» ИНН 

<

***>);

- по состоянию на 31.12.2020 в сумме 5 609 647,66 руб.

Таким образом, ТМЦ и работы, оформленные по документам от имени ООО «Изумруд», и отраженные ООО ПК «УЭМ» в учете по счету 10 «Материалы», в процессе производства и реализации не использовались и в расходах не учитывались.

При проведении инвентаризации установлено, что материалы с номенклатурой «ААА», включены ООО ПК «УЭМ» в опись товарно-материальных ценностей от 16.12.2021 №1 в сумме 7 238 989,92руб. в количестве 4 911,12 штук. 

По учету ООО ПК «УЭМ» в данную позицию включены товары и работы, которые в наличии отсутствуют.

В ответ на требование Инспекции от 02.12.2021 №4106 ООО ПК «УЭМ» представило пояснение, что материалы, приобретенные у контрагентов ООО «ДокастрТранс», ООО «Ингри» и ООО «Изумруд» должны были использоваться при производстве работ на заводах 23 и 45, но договоры по этим объектам были расторгнуты по соглашению сторон (приложение №7 к акту). 

Документы, подтверждающие данное пояснение, Обществом не представлены.

Оплата в адрес ООО «Изумруд» не осуществлялась.

Обществом по сделкам с ООО «Изумруд» учтены лишь отдельные операции, а именно, принят к вычету НДС.

Между ООО ПК «УЭМ» (Заказчик) и ООО «Изумруд» (Подрядчик) заключен договор подряда от 28.08.2019 №043-УЭМ, предметом которого является выполнение работ по устройству кабельных линий 0,4 6кВт, монтажу здания ТП, монтажу электрооборудования ТП на объекте: Жилой дом №1.1 (стр.) 1 очередь строительства в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная, расположенный по адресу: РФ, 

<

...>.

Также Обществом представлен акт о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 08.10.2019 №1, в верхней части которого указано: Заказчик – ООО «Флагман», Подрядчик – ООО ПК «Уралэлектромонтаж», Субподрядчик – ООО «Изумруд», Стройка - Жилой дом №1.1 1 очередь строительства в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная, Объект – Кабельные линии 6 кВ.

При этом в договоре подряда от 28.08.2019 №043-УЭМ, заключенном между ООО ПК «УЭМ» и ООО «Изумруд», указание на ООО «Флагман», как на сторону договора, отсутствует.

В ходе проверки установлено, что между ООО «Флагман» и Обществом заключен договор поставки от 01.11.2019 №151/ф для объекта: Жилой дом №1.1 (стр.) 1 очередь строительства в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная, по условиям которого не предусматривалось выполнение каких-либо работ. 

Кроме того, договор ООО ПК «УЭМ» с заказчиком ООО «Флагман» заключен более поздней датой (01.11.2019), чем ООО ПК «УЭМ» приняло работы у ООО «Изумруд» (08.10.2019).

ООО «Флагман» представило пояснение о том, что товар, указанный в договоре, приобретался ООО «Флагман» для строительства трансформаторной подстанции на объекте ж/д 1.1 в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная в г. Озерск Челябинской области.

Согласно спецификации от 01.11.2019 №1 поставщик ООО ПК «УЭМ» должен поставить товароматериальные ценности различной номенклатуры (кабели, муфты, термоусаживаемые уплотнители, трубу полиэтиленовую – всего 18 наименований).

При этом, номенклатура кабеля, закупленного ООО ПК «УЭМ» по документам у ООО «Изумруд», не соответствует номенклатуре кабеля, поставленного Обществом в адрес ООО «Флагман» в рамках договора и спецификации №1 к нему.

ООО «Флагман» представило пояснение о том, что передачи обязательств ООО ПК «УЭМ» по договору от 01.11.2019 №151/ф третьим лицам не было. ООО ПК «УЭМ» все обязательства по вышеуказанному договору исполнило само. ООО «Флагман» реализовало ТМЦ, приобретенные у ООО ПК «УЭМ», в адрес ООО Специализированный застройщик «Лидер».

ООО СЗ «Лидер» подтвердило приобретение блочной трансформаторной подстанции (изготовитель ООО «Завод промышленного оборудования» г. Кыштым), кабельной продукции и материалов у ООО «Флагман», а также представило пояснение, что для подключения к электроснабжению строящегося дома 1.1 (стр.) 1 очередь строительства в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная и для дальнейшего подключения новых домов застройки возвели новую стационарную блочную трансформаторную подстанцию (далее – ТП) и указало на сроки выполнения работ и исполнителей.

Так, монтаж фундамента для ТП произвел подрядчик ИП ФИО8 ИНН742207721889 по договору подряда от 01.12.2019 №11-2/л (работы окончены 25.12.2019).

Работы по монтажу на фундамент блочной трансформаторной подстанции и прокладку кабельных линий выполнила подрядная организация ООО «Комфорт-Сервис», используя давальческие материалы, полученные от ООО СЗ «Лидер» (первичный поставщик ООО «Флагман»), работы окончены 30.04.2020.

Между ООО СЗ «Лидер» (Заказчик), ООО «Комфорт-Сервис» (Подрядчик) и ООО «Флагман» (Генеральный подрядчик) заключен договор подряда, в соответствии с которым Подрядчик обязуется собственными силами и средствами в установленный договором срок по заданию Заказчика выполнить работы - устройство кабельных линий, монтаж здания ТП, монтаж электрооборудования ТП на объекте: Жилой дом №1.1 (стр.) 1 очередь строительства в границах улиц Горная, Монтажников, Октябрьская, Цветочная, расположенный по адресу: РФ, 

<

...>.

Указанные работы аналогичны работам, поименованным в договоре подряда, заключенным между Обществом и ООО «Изумруд».

При этом в документах, оформленных от имени ООО «Изумруд», включена стоимость и работ, и материалов, в то время как работы (договор с ООО «КС») производились с использованием давальческих материалов ООО СЗ «Лидер», поставку которых ранее осуществило ООО ПК «УЭМ» по договору с ООО «Флагман».

Кроме того, имеется несоответствие по времени: дата договора, заключенного с ООО «Изумруд» -28.08.2019, дата акта выполненных работ ООО «Изумруд» - 08.10.2019. В то же время дата договора с ООО «Комфорт-Сервис» - 21.10.2019. 

То есть с заказчиком ООО СЗ «Лидер» заключен договор на указанные работы позднее даты «выполнения» этих работ ООО «Изумруд»).

Акты выполненных работ ООО «Комфорт-Сервис» датированы 14.02.2020, 30.04.2020, 07.05.2020, документы от лица ООО «КС» подписаны директором ФИО9

Согласно показаниям ФИО9, она работала в ООО «КС», являлась исполнительным директором этой организации. Общее руководство ООО «КС» осуществлял ФИО10 (учредитель).

Согласно показаниям прораба ФИО11, являвшегося ответственным за указанные объекты, а также главного инженера ФИО12 организация ООО «Изумруд» им не известна, а работы выполнены силами ООО «ПК «УЭМ».

Таким образом, по совокупности полученных доказательств следует непричастность ООО «Изумруд» к выполнению работ и поставке товара (кабеля) в адрес ООО ПК «УЭМ».

В отношении сделок с ООО «Территория света» инспекцией установлено, что согласно бухгалтерскому учету Общества списание ТМЦ, полученных от ООО «Территория света», осуществлено на объект: «Реконструкция ВЛ-1-35 кВ».

Заказчиком по объекту: «Реконструкция ВЛ-1-35 кВ» является Федеральное государственное унитарное предприятие «Производственное объединение «Маяк».

По требованию налогового органа от 21.10.2021 №3704 ФГУП «ПО «Маяк» представлены: договор на выполнение комплекса работ по объекту: «Реконструкция ВЛ-1-35 кВ» от 19.08.2020, счета-фактуры, справки о стоимости работ и затрат (форма КС-3), акты о приемке выполненных работ (форма КС-2).

В вышеуказанных актах о приемке выполненных работ отсутствует выполнение строительных, монтажных работ. Работы, которые бы свидетельствовали о проведении монтажа (укладке) кабелей, проводов, а также установки ТМЦ, полученных от ООО «Территория света», не установлены.

Таким образом, ТМЦ, полученные от ООО «Территория света», на объекте: «Реконструкция ВЛ-1-35 кВ» в период с 19.08.2020 по 31.12.2020 фактически не использовались.

В отношении сделок с ООО «Сбат» инспекцией установлено, что в регистрах бухгалтерского учета ООО ПК «УЭМ» указано, что у ООО «СБАТ» приобреталось «оказание услуг сторонней организацией а/услуги», первичные документы отсутствуют.

Согласно представленной ООО ПК «УЭМ» карточке бухгалтерского счета 20 «Основное производство» стоимость оказанных услуг от контрагента ООО «СБАТ» списана в производственные затраты в 2019 году в полном объеме, то есть в сумме 1 093 845.24 руб. 

Списание расходов произведено без указания объекта, для которого данные услуги приобретались ООО ПК «УЭМ», в те же даты, что указаны в книге покупок ООО ПК «УЭМ» по контрагенту ООО «СБАТ».

В ответ на требование №4106 от 02.12.2021 (п.1.20) (приложение №7 к акту) ООО ПК «УЭМ» представило пояснение, что услуги от ООО «СБАТ» включены в расходы при расчете налога на прибыль при производстве работ на МРУ. 

При этом документы проверяемым налогоплательщиком не представлены, период включения затрат (отчетный, налоговый) не указан.

Таким образом, документы, подтверждающие затраты Общества по сделке с ООО «СБАТ», а также подтверждающие использование Обществом и основания списания ТМЦ (работ, услуг) от ООО «СБАТ», ООО ПК «УЭМ» не представило. 

Требования ст. 252 НК РФ о документальной подтвержденности заявленных расходов Обществом не соблюдены.

Как установлено инспекцией, договор №039/10321-Д от 16.08.2018 заключен между ООО ПК «УЭМ» и АО «НИКИМТ-Атомстрой» ИНН7715719854 (приложение №213 к акту).

Согласно книгам продаж ООО ПК «УЭМ» (приложение №202 к акту) реализация выполненных работ по данному договору осуществлялась Обществом в 4 квартале 2018 года, далее во 2, 3, 4 кварталах 2019 года, 2, 3 кварталах 2020 года.

Как следует из Договора №039/10321-Д от 16.08.2018, заключенного между АО «НИКИМТ-Атомстрой» (Генподрядчик) и ООО ПК «УЭМ» (Подрядчик), предметом договора является выполнение общестроительных и электромонтажных работ в здании 494, 493, 492А объекта: «Модернизация реакторных установок…». Работы выполняются на объекте, расположенном по адресу: Челябинская область, г.Озерск, промышленная площадка ФГУП «ПО Маяк».

Спорный объект расположен на промышленной площадке ФГУП «ПО «МАЯК» с пропускным режимом, закрытом для свободного доступа.

Как следует из документов, представленных Администрацией Озерского городского округа за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, ООО ПК «УЭМ» за разрешением на въезд для работников ООО «СБАТ» не обращалось (приложение №85 к акту).

Согласно информации, представленной ФГУП «ПО «МАЯК» (приложение №221 к акту), производственные пропуска с правом доступа на территорию промплощадки оформлялись в 2018-2019 годах следующим работникам ООО ПК «УЭМ»: ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО9.

Доступ на промплощадку №1 предприятия существовал для автомобилей, принадлежащих ООО ПК «УЭМ»: Урал 3574 г/н С534АТ74, ГАЗ 2705 Р637ТН174.

Таким образом, работы (оказывать услуги) на производственной площадке ФГУП «ПО «МАЯК» ООО «СБАТ» не выполняло.

В отношении сделок с ООО «Гратинвест» инспекцией установлено, что в регистрах бухгалтерского учета ООО ПК «УЭМ» поступление от ООО «ГРАТИНВЕСТ» оприходовано как «оказание услуг сторонней организацией выполненные работы», однако подтверждающие первичные документы отсутствуют.

Стоимость выполненных работ (за вычетом НДС) от контрагента ООО «ГРАТИНВЕСТ» списана на производственные затраты в 2019 году в сумме 229 252,50 руб. 

Списание затрат в производство произведено в июне 2019 года без указания объекта, для которого данные услуги приобретались ООО ПК «УЭМ» (приложение №4 к акту).

В ответ на требование №4106 от 02.12.2021 (п.1.22) (приложение №7 к акту) ООО ПК «УЭМ» представило пояснение, что услуги, полученные от предприятия ООО «ГРАТИНВЕСТ» на сумму 229 252,50 руб. включены в затраты при производстве работ на объектах ФГУП ПО «Маяк». 

При этом документы проверяемым налогоплательщиком не представлены, период включения затрат (отчетный, налоговый) не указан.

Таким образом, документы, подтверждающие затраты Общества по сделке с ООО «ГРАТИНВЕСТ», документы, подтверждающие использование Обществом и основания списания товаров (работ, услуг) от ООО «ГРАТИНВЕСТ», ООО ПК «УЭМ» не представило. 

Требования ст. 252 НК РФ о документальной подтвержденности заявленных расходов Обществом не соблюдены.

Работы на объектах ФГУП «ПО «МАЯК» выполнялись ООО ПК «УЭМ» в адрес заказчиков АО «НИКИМТ – АТОМСТРОЙ», ЗАО «УРАЛСПЕЦМОНТАЖ», ФГУП «ПО «МАЯК». 

Объекты расположены на промышленной площадке ФГУП «ПО «МАЯК», где действует пропускной режим.

Как следует из документов, представленных Администрацией Озерского городского округа за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, ООО ПК «УЭМ» за разрешением на въезд для работников ООО «ГРАТИНВЕСТ» не обращалось (приложение №85 к акту).

Таким образом, работы (оказывать услуги) на производственной площадке ФГУП «ПО «МАЯК» ООО «ГРАТИНВЕСТ» не выполняло.

В отношении сделок с ООО «Гратинвест» инспекцией установлено, что согласно представленной ООО ПК «УЭМ» карточке бухгалтерского счета 20 «Основное производство» (приложение №4 к акту) стоимость оказанных услуг от контрагента ООО «Бастион» включена в состав затрат в 2019 году в сумме 1 173 885,49 руб.

Списание расходов произведено без указания объекта, для которого данные услуги приобретались ООО ПК «УЭМ», в те же даты, что указаны в книге покупок ООО ПК «УЭМ» по контрагенту ООО «БАСТИОН».

В ответ на требование №4106 от 02.12.2021 (п.1.23) (приложение №7 к акту) ООО ПК «УЭМ» представило пояснение, что материалы, полученные от ООО «Бастион» в сумме 1 738 886,49 руб. включены в затраты при производстве работ на объектах ФГУП ПО «Маяк» (без указания контрагента, договора и конкретного объекта). 

Подтверждающие документы проверяемым налогоплательщиком не представлены, период включения затрат (отчетный, налоговый) не указан.

Таким образом, документы, подтверждающие затраты Общества по сделке с ООО «Бастион», документы, подтверждающие использование Обществом и основания списания товаров (работ, услуг) от ООО «Бастион», ООО ПК «УЭМ» не представило.

Требования ст. 252 НК РФ о документальной подтвержденности заявленных расходов Обществом не соблюдены.

Все Объекты ФГУП «ПО «Маяк», на которых налогоплательщик производил работы, расположены на территории промышленной площадки с пропускным режимом, то есть закрытой для свободного доступа.

Как следует из документов, представленных Администрацией Озерского городского округа за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, ООО ПК «УЭМ» за разрешением на въезд для работников ООО «Бастион» не обращалось (приложение №85 к акту).

Таким образом, ООО «Бастион» не оказывало услуги на объектах ФГУП ПО «Маяк».

В отношении сделок с ООО «Ингри» инспекцией установлено, что ООО ПК «УЭМ» на требование о представлении документов (информации) от 02.07.2021 №2594 (приложение №4 к акту) представлены: карточки и оборотно-сальдовые ведомости по счету №10 «Материалы» за проверяемый период.

При анализе оборотно-сальдовой ведомости бухгалтерского счета №10 «Материалы» установлено, что ООО ПК «УЭМ» приходует в учете по счетам-фактурам ООО «Ингри» ТМЦ по номенклатуре «ААА»: в учете отсутствует расшифровка материалов, принятых на учет как указано в счетах-фактурах от ООО «Ингри».

Остатки по номенклатуре «ААА» составляют в сумме:

- по состоянию на 31.12.2019 в размере 5 609 647,66 руб. (по данной номенклатуре отражено также поступление от организации ООО «Изумруд» ИНН 

<

***>),

- по состоянию на 31.12.2020 в размере 5 609 647,66 руб.

Таким образом, ТМЦ, полученные от ООО «Ингри», в процессе производства не использовались и реализация данных материалов не осуществлялась.

При проведении инвентаризации материалы с номенклатурой ААА включены ООО ПК «УЭМ» в опись товарно-материальных ценностей №1 от 16.12.2021 в сумме 7 238 989,92 руб. в количестве 4 911,12 штук (приложение №198 к акту). 

Расшифровка Обществом не представлена. 

По учету ООО ПК «УЭМ» в данную позицию включены товары и работы, которые в наличии отсутствуют.

Согласно представленным пояснениям налогоплательщика (требование от 02.12.2021 №4106), материалы, полученные от ООО «Ингри», приобретались для выполнения работ на заводах 23 и 45, но договоры по этим объектам расторгнуты по соглашению сторон (приложение №7 к акту). 

Однако, подтверждающие документы не представлены.

Инспекцией отмечено, что НДС по счетам-фактурам от ООО «Ингри» самостоятельно исключен ООО ПК «УЭМ» в 4 квартале 2020 года.

Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией опровергнута реальность товара и работ.

У ООО ПК «УЭМ» в ходе проверки неоднократно запрашивались документы, подтверждающие расходы Общества в проверяемом периоде (Требование от 04.10.2021 №3495, от 02.12.2021 №4106).

Документы, подтверждающие правомерность списания ТМЦ в затраты, Обществом не представлены.

Требования ст. 252 НК РФ о документальной подтвержденности заявленных расходов Обществом не соблюдены.

При этом, согласно пояснениям сметчика ООО ПК «УЭМ» ФИО20 (протокол допроса № от 20.12.2021), формы КС-2, КС-3 составляются на основании сметы заказчика. Объем работ для включения в формы КС-2, КС-3 предоставляют ФИО12 (главный инженер) и ФИО11 (прораб). Подготовленные формы КС-2, КС-3 передаются руководителю ООО ПК «УЭМ». Далее формы подписываются со стороны заказчика и подрядчика (ООО ПК «УЭМ»).

Установленные факты свидетельствуют о том, что спорные контрагенты не осуществляют реальную предпринимательскую и иную экономическую деятельность, направленную на фактическое получение доходов, а были специально созданы только для имитации такой деятельности.

Совокупность установленных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств свидетельствует о создании ООО ПК «УЭМ» формального документооборота с проблемными контрагентами и наличии в действиях руководства Общества умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов и получение необоснованной налоговой экономии.

Должностные лица Общества не могли не знать об отсутствии возможности поставки товара (выполнения работ) заявленными контрагентами, но, несмотря на это, операции по приобретению ТМЦ (работ) от спорных контрагентов были отражены в бухгалтерском и налоговом учете и налоговой отчетности ООО ПК «УЭМ», а суммы НДС по спорным сделкам предъявлены Обществом к вычету.

Реальное движение ТМЦ отсутствовало, документы, представленные в обоснование спорных налоговых вычетов по НДС, содержат недостоверные сведения и не подтверждают реальность совершения хозяйственных операций, Общество сознательно исказило сведения о фактах хозяйственной жизни путем отражения в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения с целью неправомерного заявления налоговых вычетов и расходов по спорным операциям.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок (выполнения работ и поставки товара) не имели реальной возможности их исполнения, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом того, что руководители ряда спорных контрагентов отрицали взаимоотношения с налогоплательщиком, а также в силу отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями либо не представления вовсе), 

- ряд спорных контрагентов зарегистрированы незадолго до совершения сделок,

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок,

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета, 

- имела место «закольцованность» товарных и денежных потоков у спорных контрагентов, а также их несоответствие заявленным налогоплательщиком операциям,  

- отсутствовал ряд первичных документов по сделкам, а в представленных – наличествовал целый ряд противоречий,

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорных контрагентов отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара, сопровождающаяся «задвоением» товарного потока в виде наличия реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным формированием нереального потока товара с участием спорных контрагентов без их встраивания в цепочку реальных сделок, 

- отсутствовала дальнейшая реализация налогоплательщиком приобретенного по документам товара, равно как и документы, подтверждающие использование спорного товара в производственной деятельности налогоплательщика, 

- налогоплательщиком осуществлялось необоснованное «двойное» списание одного и того же товара на различные объекты, 

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах работ, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, 

- ряд объектов выполнения работ являлись режимными, однако пропусков на имя спорных контрагентов не оформлялось, 

- конечные получатели работ опровергли их выполнение спорными контрагентами, подтвердив факт их выполнения силами самого налогоплательщика, 

- в подавляющем большинстве отсутствовала оплата по сделкам налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии отражения задолженности в учете налогоплательщика, а также совершения каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода (вплоть до их последующей ликвидации и исключения из ЕГРЮЛ), 

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников (с учетом наличия у налогоплательщика прямых хозяйственных отношений с реальными поставщиками),

- использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью в распоряжение налогоплательщика (под видом иной оплаты). 

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика, поскольку оплата по сделкам в полном объеме не произведена и возможность взыскания с налогоплательщика кредиторской задолженности утрачена ввиду исключения спорных контрагентов из ЕГРЮЛ. 

При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорных контрагентов, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции. 

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорных контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими реальной предпринимательской деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

Соответственно, довод налогоплательщика об отсутствии умысла и его вины в совершении налогового правонарушения не принимается. 

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Необходимо отметить, что инспекцией проведена реконструкция налоговых обязательств, предоставив налогоплательщику все обоснованные и документально подтвержденные расходы при исчислении налогооблагаемой прибыли (по контрагентам ООО «Изумруд», ООО «Докастртранс», ООО «Ингри»).

В остальной части, если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Поскольку в отношении спорных контрагентов налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорных контрагентов, что указывает на отсутствие у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Кроме того, в ситуации выполнения работ силами самого налогоплательщика либо физических лиц без надлежащего документального оформления взаимоотношений, сопровождающейся необоснованным «двойным» списанием одного и того же товара на различные объекты, признание в судебном порядке права на отнесение соответствующих расходов, документированных от имени проблемных контрагентов ведет к двойному учету соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль.    

Таким образом, поскольку формальный документооборот с участием спорных контрагентов организован непосредственно самим налогоплательщиком, спорные сделки не обладали признаком реальности, денежные средства в адрес реальных субъектов не перечислялись, в бухгалтерской и налоговой отчетности не отражались, налоги не исчислялись и не уплачивались, следует заключить, что произвольного завышения сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Указанный вывод арбитражного суда, в числе прочего, также соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.05.2022 № 310-ЭС22-6490 по делу № А09-4851/2021.

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией в ходе проверки не проведено исчерпывающих мероприятий налогового контроля, указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает. 

Ссылка налогоплательщика на неправомерность вывода инспекции о количестве и номенклатуре списанного товара представляется несостоятельной. Так, в ходе налоговой проверки инспекций у налогоплательщика по требованиям от 04.10.2021 № 3495 и от 02.12.2021 № 4106 неоднократно запрашивались документы, однако документов, подтверждающих правомерность списания товара в затраты не представлено. Соответственно, инспекцией правомерно использованы имеющие в распоряжении инспекции сведения регистров бухгалтерского учета налогоплательщика, первичных учетных документов, представленных налогоплательщиком, поставщиками и заказчиками.

Довод налогоплательщика относительно осмотров объектов недвижимости подлежит отклонению, поскольку в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что до начала выездной налоговой проверки налогоплательщика ООО «ДокастрТранс» и ООО «Ингри» исключены из ЕГРЮЛ 19.12.2019 и 28.06.2021, что исключило необходимость проведения мероприятий налогового контроля путем осмотров и составления актов осмотров. При этом инспекцией установлено, что договор аренды нежилых помещений от 06.03.2017 № БЛ/АН-170306-049 с ООО «ДокастрТранс» расторгнут арендодателем в одностороннем порядке с 01.11.2017, а в регистрационном деле имеется заявление заинтересованного лица о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ относительно ООО «ДокастрТранс». Также инспекцией установлено, что ООО «Ингри» исключено из ЕГРЮЛ 21.01.2021, в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности, каких-либо документов, подтверждающих нахождение организации по адресу регистрации в регистрационном деле не имелось.

Ссылка налогоплательщика на то, что отметки о вручении требований о представлении документов (информации) ООО «Территория света» и ООО «Бастион» подтверждают нахождение организаций по заявленным адресам, не принимается, поскольку требования, на основании поручений инспекции, этим организациям посредством почтовой связи не направлялись.

Касаемо довода налогоплательщика о ненаправлении требования ООО «Изумруд» необходимо отметить следующее. Так, инспекцией в ходе налоговой проверки в порядке межведомственного взаимодействия направлено поручение от 15.07.2021 № 2965 об истребовании у ООО «Изумруд» документов (информации) по взаимоотношениям с налогоплательщиком, на что получен ответ о невозможности исполнения поручения. Повторно поручение инспекцией не направлялось в связи с принятием 01.09.2021 в отношении ООО «Изумруд» решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ. При этом, инспекцией в отношении этой организации установлены признаки «фиктивной миграции» в виде неоднократной в течение непродолжительного периода времени сменяемости адреса местонахождения, при отсутствии фактического нахождения организации по таким адресам.  

Относительно ссылок налогоплательщика на отсутствие со стороны инспекции действий по направлению поручений об истребовании документов (информации) денежно-кредитным организациям, обслуживающим ООО «Стройторг», ООО «Сбат», ООО «ДокастрТранс» не направлялись, а также истребования данных о расчетных счетах ООО «Бастион», ООО «Изумруд», ООО «Территория света» следует отметить следующее. Как установлено инспекцией при анализе расчетных счетов, последняя банковская операция осуществлялась ООО «ДокастрТранс» 19.06.2017, при этом в период осуществления спорных сделок с налогоплательщиком банковские счета ООО «ДокастрТранс» не использовались для осуществления деятельности, что исключило целесообразность направления в денежно-кредитные организации соответствующих поручений. 

Довод налогоплательщика о том, что инспекцией не анализировались все расчетные счета спорных контрагентов подлежит отклонению, поскольку инспекцией проанализированы все действующие расчетные счета спорных контрагентов, по результатам чего установлено, что либо отсутствовало поступление и списание денежных средств (счет открыт, но движение денежных средств не осуществлялось), либо имелся «закольцованный» характер движения денежных средств (по всем расчетным счетам денежные средства перечисляются одним и тем же контрагентам).

При этом, инспекцией установлено, что в договоре от 19.12.2019 № 028/УЭМ, между ООО «Территория света» и налогоплательщиком, вообще отсутствовала информация о расчетных счетах контрагента. В договоре от 28.08.2019 №043/УЭМ, между ООО «Изумруд» и налогоплательщиком, указывались сведения о расчетном счете № 

<

***>, который ООО «Изумруд» не открывало. Расчетный счет, указанный в договоре как счет ООО «Ингри» (р/с 

<

***>) принадлежал другой организации, также исключенной из ЕГРЮЛ, в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности.

Довод налогоплательщика о формальном характере проведенной инспекцией выездной налоговой проверки и об избирательном подходе к оценке добытых доказательств представляется несостоятельным и не соответствующим материалам дела.  

Относительно довода налогоплательщика о недоказанности инспекций отсутствия у него потребности в приобретении спорного товара следует отметить, что это не явилось единственным и основополагающим для постановки указанных выше выводов инспекции, равно как и учитывалось ею в совокупности с целым массивом иных доказательств, собранных в ходе налоговой проверки.

Ссылка налогоплательщика на отсутствие со стороны инспекции налоговых претензий к спорным контрагентам не принимается, поскольку налоговые претензии инспекции к иным хозяйствующим субъектам находятся за пределами предмета исследования по настоящему делу. Предметом заявленных требований является оспаривание решения инспекции о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, а потому спор касается именно налогоплательщика и инспекции. Соответственно, факты, подлежащие установлению при рассмотрении настоящего дела, относятся только к конкретному налогоплательщику и его налоговым обязательствам, оценка деяний налогоплательщика имеет значение лишь для конкретного налогового спора. 

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет, поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет РФ. 

При этом, именно налогоплательщик, вступая в подобные хозяйственные отношения, несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности провести налоговые вычеты либо уменьшить налогооблагаемую прибыль ввиду отсутствия надлежаще оформленных первичных документов, подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172, 252 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью. 

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в указанной части у арбитражного суда не имеется.  

2. Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции: 

- о занижении налоговой базы по НДС на сумму 6 569 418 руб., выразившееся в невключении в состав налоговой базы доходов от реализации в адрес ФГБУЗ КБ № 71 ФМБА России, ЗАО «УСМ», ООО «ФЛАГМАН», ТСН «Зеленый мыс», СНТ   «Сосновый бор», СНТ «Союз», ТСН «Боровинка», в завышении размера налоговых вычетов по НДС с сумм предоплаты в момент реализации выполненных работ, в отсутствии восстановления принятого к вычету НДС с сумм предоплаты, уплаченных налогоплательщиком в счет дальнейшего приобретения товара (работ, услуг), арифметических ошибок, повторного включения счетов-фактур; 

- о неполном удержании и перечислении НДС в размере 66 939 руб. при оплате арендных платежей за аренду муниципального имущества налогоплательщиком в качестве налогового агента по НДС, что также повлекло начисление штрафа по ст. 123 НК РФ; 

- об излишнем начислении НДС в размере 8 928 руб. по сделкам с ЗАО «УСМ»; 

- об излишнем начислении налог на прибыль за 2018 и 2020 годы в размере 1 099 100 руб.,

- о неполной уплате налога на прибыль в сумме 4 198 487 руб., в результате занижения налоговой базы (в размере 10 101 406,91 руб. в связи с невключением в состав доходов сумм выручки от реализации товара (работ, услуг) в адрес ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, в размере 11 830 руб. в связи с необоснованным включением в состав расходов суммы доходов, полученных физическим лицом от сдачи металлолома, в сумме 185 161,27 руб. в связи с неправомерным невключением в состав внереализационных доходов, в виде признанных должником или подлежащих уплате должником на основании решения суда, вступившего в законную силу, штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных обязательств, в размере 80 628 руб. в связи с завышением налоговой базы по налогу на прибыль по перичине ошибочного включения в состав дохода суммы от реализации товара (работ, услуг) в адрес ЗАО «УСМ», в размере 7 584 591,09 руб. в связи с невключением в состав доходов суммы выручки от реализации товара (работ, услуг) в адрес ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, в размере 13 634 959,14 руб. в связи с невключением в состав дохода сумм выручки от реализации товара (работ, услуг) в адрес ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, ЗАО «УСМ», ООО «ФЛАГМАН», СТСН «Зеленый мыс», СНТ «Сосновый бор», СНТ «Союз», ТСН «Боровинка», в размере 89 987,50 руб., выразившееся в необоснованном включении в состав расходов суммы доходов, полученных физическим лицом от сдачи металлолома). 

Исходя из содержания текста заявления, выявленные инспекцией нарушения в этой части налогоплательщиком не оспариваются.

Между тем, налогоплательщик полагает, что инспекцией при вынесении оспоренного решения неправомерно не учтены вычеты по НДС и затраты по налогу на прибыль по счетам-фактурам ООО «Уралэнергосбыт», а также затраты на незавершенное производство по контракту с ФГБУЗ ЦМСЧ №71 ФМБА России и расходы по аренде муниципального имущества.

Однако, возражения налогоплательщика в части расходов по аренде муниципального имущества за 2019 год в сумме 3 135 037,50 руб. и за 2020 год в сумме 12 540 150 руб. приняты инспекцией и учтены при исчислении налоговых обязательств, что отражено на страницах 354-357, 382, 386 оспоренного решения.

Кроме того, в целях соблюдения прав налогоплательщика инспекцией при исчислении налога на прибыль в указанной части дополнительно приняты расходы в размере 16 030 370 руб. (в том числе: в 2018 году – 1 010 191 руб. дополнительных расходов, неучтенных по причине программного сбоя, в 2019 году – 2 480 029 руб. неучтенной части арендной платы, в 2020 году – 12 540 150 руб. суммы арендной платы), что также отражено в оспоренном решении.

Ссылка налогоплательщика на то, что при исчислении налога на прибыль следовало учесть затраты по контрагенту ООО «Уральская энергосберегающая компания» в сумме 17 701 083,38 руб., а сумму в размере 3 540 217 руб. включить в состав налоговых вычетов по НДС, не принимается.

Так, согласно ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. 

Прибылью в целях настоящей главы признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с гл. 25 НК РФ.

Нормой п. 1 ст. 252 НК РФ установлено, что налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ.

При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. 

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Таким образом, условия включения затрат в состав расходов, уменьшающих полученные доходы, предусмотрены ст. 252 НК РФ, согласно положениям которой для признания расходов (затрат) для целей налогообложения они должны соответствовать совокупным условиям:

- реальности этих расходов,  

- их надлежащего документального подтверждения, 

- экономической оправданности их несения, 

- взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности, направленной на получение прибыли. 

Несоблюдение одного из указанных условий лишает налогоплательщика права на учет затрат в составе расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 309-ЭС19-17541 по делу № А76-21177/2018).

Согласно подп. 5 п. 1 ст. 254 НК РФ расходы на приобретение топлива, воды и энергии всех видов, используемых на технологические цели, выработку (в том числе самим налогоплательщиком для производственных нужд) всех видов энергии, отопление зданий, а также расходы на трансформацию и передачу энергии относятся к материальным расходам.

При использовании метода начисления для целей налогообложения прибыли расходы принимаются в том отчетном периоде, к которому они относятся, независимо от фактической выплаты денежных средств (п. 1 ст. 272 НК РФ).

В силу п. 2 ст. 272 НК РФ датой осуществления материальных расходов признается: дата передачи в производство сырья и материалов - в части сырья и материалов, приходящихся на произведенные товары (работы, услуги); дата подписания налогоплательщиком акта приемки-передачи услуг (работ) - для услуг (работ) производственного характера.

Если расходы на приобретение электроэнергии фактически произведены в истекшем налоговом периоде, а первичные документы, подтверждающие понесенные расходы, датированы следующим налоговым периодом, то указанные расходы учитываются в составе расходов следующего налогового периода, уменьшающих налогооблагаемую прибыль.

Соответственно, расходы на оплату услуг сетевой компании по передаче электроэнергии подлежат учету на дату подписания акта об оказании услуг, при условии их соответствия критериям ст. 252 НК РФ.

В данном случае, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что в регистрах бухгалтерского учета за 2020 год, в книгах покупок за 2020 год налогоплательщика операции по сделке с контрагентом ООО «Уралэнергосбыт» не имели места.

Из анализа расчетных счетов налогоплательщика за проверяемый период расчетов по сделке не установлено, в числе контрагентов по бухгалтерским счетам 60, 76 ООО «Уралэнергосбыт» не отражен.

При этом инспекцией установлено, что расходы налогоплательщика по сделке с ООО «Уралэнергосбыт» относятся к деятельности по передаче электроэнергии, которую налогоплательщик начал осуществлять в 2021 году. 

Доход от деятельности по передаче электрической энергии налогоплательщиком получен в 2021 году от ОАО «МРСК Урала».

Налогоплательщиком по взаимоотношениям с ООО «Уралэнергосбыт» представлены счета-фактуры за 2020 год на сумму 21 241 300,04 руб. (НДС в размере 3 540 216,70 руб.).

В свою очередь ООО «Уралэнергосбыт» по требованию налогового органа представлены документы по взаимоотношениям с налогоплательщиком (договор, счета-фактуры, акты передачи электроэнергии (мощности), деловая переписка и т.п.) за 2020 год на общую сумму 37 639 099,45 руб. (НДС в размере 6 273 183,28 руб.).

Соответственно, счета-фактуры по контрагенту ООО «Уралэнергосбыт» за 2020 год представлены налогоплательщиком не в полном объеме.

Кроме того, акты приема-передачи электроэнергии (мощности) налогоплательщиком не представлены.

По результатам анализа представленных            ООО «Уралэнергосбыт» документов инспекцией установлено, что документы (договор, приложения и соглашения к договору, акты приема-передачи) налогоплательщиком не подписаны, оплата также не производилась.

Более того, представленные налогоплательщиком счета-фактуры, выставленные ООО «Уралэнергосбыт», приняты к вычету налогоплательщиком и отражены в налоговых декларациях по НДС за пределами проверяемого периода (1, 2 и 4 кварталы 2021 года) с указанием даты принятия товаров (работ, услуг) на учет: 31.03.2021, 30.06.2021, 31.12.2021.

В этой части инспекцией в ходе судебного разбирательства подтверждено, что указанные вычеты по НДС предоставлены налогоплательщику – соответственно в 2021 году.

С учетом изложенного, следует признать обоснованным вывод инспекции, что расходы по сделкам с контрагентом ООО «Уралэнергосбыт» не направлены на цели осуществления приносящей доход деятельности, отсутствовали в учете налогоплательщика в проверяемом периоде (2018-2020 год), а также документально не подтверждены (ввиду отсутствия реально понесенных затрат), в связи с чем при определении налоговых обязательств налогоплательщика правомерно не учтены суммы НДС, отраженные в счетах-фактурах ООО «Уралэнергосбыт», равно как и не учтены расходы в составе затрат при исчислении налогооблагаемой прибыли в 2020 году.

Не принимается ссылка налогоплательщика на договор от 08.06.2020 № 09/20 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, как не опровергающая выводов инспекции. Кроме того, как верно отмечено инспекцией, согласно полученным пояснениям должностного лица ООО «Уралэнергосбыт» ФИО21, в 2020 году налогоплательщик не мог выдавать документы и проводить технологическое присоединение потребителей, как не имеющий в 2020 году статуса сетевой организации, что также подтверждается актом от 16.03.2022 № 7/22 об осуществлении технологического присоединения.

Довод налогоплательщика о необходимости учесть в составе затрат 2018 года стоимость незавершенного производства в размере 8 394 812 руб. подлежит отклонению.

Согласно п. 1 ст. 318 НК РФ если налогоплательщик определяет доходы и расходы по методу начисления, расходы на производство и реализацию определяются с учетом положений настоящей статьи.

Расходы на производство и реализацию, осуществленные в течение отчетного (налогового) периода, для целей гл. 25 НК РФ подразделяются на прямые и косвенные.

К прямым расходам могут быть отнесены материальные затраты, расходы на оплату труда персонала, суммы начисленной амортизации по основным средствам, используемым при производстве товаров, работ, услуг. 

К косвенным расходам относятся иные суммы расходов, за исключением внереализационных расходов, определяемых в соответствии со ст. 265 НК РФ, осуществляемых налогоплательщиком в течение отчетного (налогового) периода.

Налогоплательщик самостоятельно в учетной политике для целей налогообложения определяет перечень прямых расходов, связанных с производством товаров (выполнением работ, оказанием услуг).

Прямые расходы относятся к расходам текущего отчетного (налогового) периода по мере реализации продукции, работ, услуг, в стоимости которых они учтены в соответствии со ст. 319 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 319 НК РФ под незавершенным производством в целях гл. 25 НК РФ понимается продукция (работы, услуги) частичной готовности, то есть не прошедшая всех операций обработки (изготовления), предусмотренных технологическим процессом. 

В незавершенное производство включаются законченные, но не принятые заказчиком работы и услуги. К незавершенному производству также относятся остатки невыполненных заказов производств и остатки полуфабрикатов собственного производства. Материалы и полуфабрикаты, находящиеся в производстве, относятся к незавершенному производству при условии того, что они уже подверглись обработке.

Оценка остатков незавершенного производства на конец текущего месяца производится налогоплательщиком на основании данных первичных учетных документов о движении и об остатках (в количественном выражении) сырья и материалов, готовой продукции по цехам (производствам и прочим производственным подразделениям налогоплательщика) и данных налогового учета о сумме осуществленных в текущем месяце прямых расходов.

При этом налогоплательщик самостоятельно определяет порядок распределения прямых расходов на незавершенное производство и на изготовленную в текущем месяце продукцию (выполненные работы, оказанные услуги) с учетом соответствия осуществленных расходов изготовленной продукции (выполненным работам, оказанным услугам).

Согласно абз. 4 п. 1 ст. 319 НК РФ такой порядок распределения прямых расходов (формирования стоимости) устанавливается налогоплательщиком в учетной политике для целей налогообложения и подлежит применению в течение не менее двух налоговых периодов.

В случае, если невозможно отнести прямые расходы к конкретному производственному процессу по изготовлению данного вида продукции (работ, услуг), налогоплательщик в своей учетной политике для целей налогообложения самостоятельно определяет механизм распределения указанных расходов с применением экономически обоснованных показателей.

Сумма остатков незавершенного производства на конец текущего месяца включается в состав прямых расходов следующего месяца. По окончании налогового периода сумма остатков незавершенного производства на конец налогового периода включается в состав прямых расходов следующего налогового периода в порядке и на условиях, предусмотренных настоящей статьей (абз. 6 п. 1 ст. 319 НК РФ).

В данном случае, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что разд. 4 Положения «Об учетной политике организации» налогоплательщиком определено, что налоговый учет совпадает с бухгалтерским учетом. Незавершенное производство и стоимость готовой продукции списываются на финансовые результаты полностью в конце месяца (в упрощенном порядке) конкретно по каждому виду деятельности.

Допрошенная в качестве свидетеля главный бухгалтер налогоплательщика ФИО22 пояснила, что уменьшала доходы организации на понесенные расходы произвольно, только чтобы не допустить убытка в налоговой отчетности, в результате чего на дебете счета 20 скопилось сальдо неопределенных (не фактических) расходов.

Инспекцией у налогоплательщика неоднократно истребовалась расшифровка незавершенного производства на начало и конец каждого налогового периода 2018-2020 годов с указанием объектов (требования от 14.10.2021 № 3628, от 15.04.2022 № 1329). 

Однако, документов и пояснений в отношении незавершенного производства налогоплательщиком не представлено.

Налогоплательщиком представлено пояснение, что стоимость незавершенного производства в сумме 8 394 812 руб. сформировалась на 01.01.2018 в связи с установкой приборов учета, которые должны были пройти организационный период и наладку, поэтому в 2017 году не были списаны на себестоимость, о чем представлены акты ввода в эксплуатацию от 28.12.2016 № 3, от 01.02.2017 № 4, от 01.03.2017 № 5, от 01.06.2017 № 6.

Исходя из анализа документов, представленных ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, инспекцией установлено, что с налогоплательщиком заключен контракт от 01.09.2016 №4К-16, в рамках которого им произведены энергоэффективные мероприятия в виде установки пунктов учета тепла и замену окон на пластиковые, при этом установка приборов учета в проверяемый период (2018-2020 годы) не производилась.

По условиям п. 4.2.3 Контракта акт приемки мероприятия подписывается Заказчиком в срок, не позднее пяти рабочих дней от даты приемки мероприятия, при условии, что работы, входящие в состав мероприятия, выполнены надлежащим образом. В силу 4.2.4 Контракта датой окончания мероприятия считается дата подписания акта приемки Сторонами или дата истечения срока на его подписания, если Заказчиком не представлены разногласия по акту.

Инспекций с целью установления обстоятельств выполнения контракта от 01.09.2016 №4К-16 допрошен заместитель главного врача ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России ФИО23 (протокол допроса свидетеля от 27.04.2022 № 79), который пояснил, что в рамках исполнения контракта налогоплательщик осуществил приобретение и установку 308 пластиковых окон взамен деревянных в главном корпусе больницы, а также приобретение и установку 12 комплектов автоматизированных тепловых узлов (с погодным регулированием) на разных объектах ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России. Автоматизированный тепловой узел представляет собой набор приборов, собранных по схеме. Передача узлов по стоимости в адрес ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России не осуществлялась. Установка узлов происходила в 2016-2017 годах, далее налогоплательщик, включая 2021 год, осуществлял их обслуживание.

Из содержания представленных в инспекцию ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, в ответ на требование от 04.05.2022 № 1551, актов следует, что основанием для их составления является Контракт от 01.09.2016 № 4К-16. На основании акта ввода в эксплуатацию Исполнитель передает, а Заказчик принимает во владение и пользование указанное в акте оборудование (узлы и пункты учета тепловой энергии и расхода воды на горячее водоснабжение). В актах указано, что: «претензий по внешнему виду и комплектации нет. Продемонстрирована работа системы в штатном режиме. С момента подписания акта наступает ответственность сторон контракта. Комплект документации получен. Замечаний нет».

Из пояснений от 19.04.2022 № 2100, представленных ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, следует, что акты доработок при установлении недостатков (в соответствии с п. 4.2.8 контракта отсутствуют, недостатки не выявлены).

Соответственно, работы по установке узлов учета тепловой энергии по состоянию на 01.01.2018 завершены, оборудование введено в эксплуатацию в 2016-2017 годах, а потому необходимость в прохождении организационного периода и наладки передаваемого оборудования, иных доработок, на что сослался налогоплательщик, отсутствовала.

Следовательно, затраты, связанные с установкой узлов учета, при условии их надлежащего документального подтверждения и обоснованности относятся к расходам 2017 года, когда налогоплательщиком получен соответствующий доход.

Таким образом, следует признать обоснованным вывод инспекции о том, что стоимость незавершенного производства по состоянию на 01.01.2018 в размере 8 394 812 руб. не подлежит включению в состав затрат 2018 года при определении налоговых обязательств по налогу на прибыль.

Довод налогоплательщика о том, что инспекция предвзято подошла к оценке расхождений между регистрами бухгалтерского учета и первичными документами, поскольку такое расхождение обусловлено использованием налогоплательщиком устаревшей программы по ведению бухгалтерского учета и совершено налогоплательщиком в отсутствие умысла, подлежит отклонению, как не опровергающий законности оспоренного решения инспекции.  

Ссылка налогоплательщика на судебные акты не принимается, поскольку налоговые последствия для налогоплательщика судами в судебных спорах не рассматривались. 

Иные доводы налогоплательщика не соответствуют материалам дела.

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания оспоренного ненормативного акта инспекции недействительным, что исключает возможность удовлетворения заявленных требований. 

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                                                                                                           А.П. Свечников