АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Орел        Дело № А48–11234/2018

15 мая 2019 года 

Резолютивная часть решения оглашена 06 мая 2019 года

Полный текст решения изготовлен 15 мая 2019 года

            Арбитражный суд Орловской области в составе судьи Аксеновой Т.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению участника ООО «Русъ-Тара» ФИО2 к участнику ООО «Русъ-Тара» ФИО3

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью «Русъ-Тара» (302038, Орловская область, Орловский район, с/

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

2) акционерное общество «Россельхозбанк» в лице Орловского регионального филиала акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк" (юридический адрес: 119034, 

<

...>, адрес филиала: 302030, 

<

...>,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

об исключении ФИО3 из состава участников ООО «Русъ-Тара»,

при участии: 

от истца – представитель ФИО4 (паспорт, доверенность 57 АА 0923254 от 06.11.2018); 

от ответчика – представитель ФИО5 (паспорт, доверенность 77 АВ 8297631 от 01.08.2018);

от третьего лица (1) – представитель ФИО4 (паспорт, доверенность от 07.08.2018),

от третьего лица (2) – не явились, извещены надлежащим образом, 

установил:

Участник ООО «Русъ-Тара» ФИО2 (далее – истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к участнику ООО «Русъ-Тара» ФИО3 (далее – ответчик) об исключении ФИО3 из состава участников ООО «Русъ-Тара».

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик уклоняется от обязанности управлять обществом, а также своими действиями (бездействием) существенно затрудняет деятельность общества, наносит обществу материальный ущерб. В частности, истец указал, что ФИО3 уклонился от участия в общих собраниях участников ООО «Русъ-Тара» 23.10.2018, 24.12.2018, а также за счет причинения убытков ООО «Русъ-Тара» получал прибыль от другого подконтрольного ему юридического лица – ООО «СтеМаЛ» в результате заключения 13.07.2016 долгосрочного договора аренды земельного участка, по условиям которого основные активы ООО «Русъ-Тара» (земельный участок и расположенное на нем здание) были переданы в аренду ООО «СтеМаЛ» по заниженной стоимости.  

           Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, в отзыве на иск пояснил, что ФИО3 добросовестно исполняются обязанности участника ООО «Русъ-Тара», предусмотренные уставом общества и Федеральным законом от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью". Ответчик также указал, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты прав, поскольку в условиях длительного и обоюдного корпоративного конфликта между ФИО2 и ФИО3 устранение одного из участников от управления обществом в судебном порядке недопустимо.

            Третье лицо ООО «Русъ-Тара» в отзыве на иск от 10.01.2019 указало, что целью ФИО3 являлось получение прибыли от участия в ООО «СтеМаЛ» (через ООО «ВКПС») за счет причинения убытков ООО «Русъ-Тара», устранения общества от участия в инвестиционном проекте «Строительство завода по производству цементно-стружечной плиты (ЦСП)». Третье лицо (1) полагает, что указанная цель была достигнута ответчиком путем заключения следующих сделок: 

1) вывод недвижимости из ООО «Русъ-Тара» в пользу ООО «СтеМаЛ» (передача части недвижимого имущества в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» с последующим «выкупом» доли ФИО3, сдача остальной части недвижимости в аренду ООО «СтеМаЛ» на нерыночных условиях), 

2) вывод денежных средств из ООО  «Русъ-Тара» в пользу ООО «СтеМаЛ» (кредит в Джей энд Ти Банк (АО) для увеличения уставного капитала ООО «СтеМаЛ», выдача займа ФИО3, поручительство в АО «Россельхозбанк» по открытой кредитной линии для ООО «СтеМаЛ»),

3) ведение заведомо убыточной деятельности в ООО «Русъ-Тара» в целях ликвидации общества и приобретения недвижимого имущества по низкой цене.

            04.03.2019 третье лицо ООО «Русъ-Тара» заявило ходатайство об истребовании от ФИО6 документов о создании общества, о переходе прав на доли в уставном капитале ООО «Русъ-Тара», об увеличении уставного капитала, об оплате долей ФИО2 и ФИО3, договоров залога долей участников общества, документов о назначении на должность и освобождении от должности генеральных директоров, а также кредитного договора с Джэй энд Ти Банк (АО) (том 4, л.д. 1-2).

            В судебном заседании 09.04.2019 представитель истца и третьего лица пояснил, что не поддерживает ранее заявленное ходатайство об истребовании доказательств. Ввиду изложенного, ходатайство по существу судом не рассматривалось.

Определением от 15.04.2019 суд по ходатайству ФИО2 привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Россельхозбанк» в лице Орловского регионального филиала. При этом суд учел, что доли участников ООО «Русъ-Тара» находятся в залоге у АО «Россельхозбанк» в обеспечение исполнения обязательств по договору №151000/0094 об открытии кредитной линии от 24.06.2015, заключенному между залогодержателем и ООО «СтеМаЛ». 

В соответствии с п.1 ст. 67 Гражданского кодекса Российской Федерации  праву участника корпорации требовать исключения другого участника из общества корреспондирует обязанность соответствующего общества выплатить исключенному участнику действительную стоимость его доли участия.

Обращаясь в суд с иском об исключении участника из общества, истец не обязан одновременно заявлять требование о выплате исключенному участнику действительной стоимости его доли. 

Согласно ч.2 ст. 14 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.  С учетом разъяснений, изложенных в подп. «в» п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №90, Пленума ВАС РФ №14 от 09.12.1999 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", общество определяет размер действительной стоимости доли участника на основании данных бухгалтерской отчетности за год, в течение которого подано заявление о выходе участника из общества. Если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

 Таким образом, применяя аналогию закона, можно сделать вывод, что при исключении участника из состава корпорации на основании решения суда размер действительной стоимости доли исключаемого участника определяется на основании данных бухгалтерской отчетности за год, в течение которого подан иск об исключении из состава участников. В случае, если общество не выплатит исключенному по решению суда участнику действительную стоимость его доли в установленном законом порядке либо если исключенный по решению суда участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, соответствующий спор может быть рассмотрен судом по иску исключенного участника после вступления решения об исключении из  состава участников в законную силу.

 При изложенных обстоятельствах, поскольку по договору №151000/0094-17/2 от 11.12.2017 ФИО3 передал АО «Россельхозбанк» в залог долю в размере 50% в уставном капитале ООО «РосТара» (переименовано в ООО «Русъ-Тара») в обеспечение исполнения  обязательств по договору №151000/0094 об открытии кредитной линии от 24.06.2015, заключенному между залогодержателем и ООО «СтеМаЛ», суд пришел к выводу, что судебный акт по итогам рассмотрения спора может повлиять на права и обязанности АО «Россельхозбанк» как залогодержателя доли участия ФИО3 в ООО «Русъ-Тара».

Определением от 15.04.2019 суд оставил без удовлетворения ходатайство ФИО2 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Джей энд Ти Банк (АО), мотивируя тем, что определением от 26.03.2019 по делу №А48-2955/2019 заявление Джей энд ти Банк (АО) о признании ООО «Русъ-Тара» несостоятельным (банкротом) принято к производству,  заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику назначено на 06.05.2019. Таким образом, по состоянию на дату рассмотрения ходатайства о привлечении к участию в деле третьих лиц ни одна из процедур банкротства в отношении ООО «Русъ-Тара» не введена, следовательно Джей энд ти Банк (АО) не является кредитором в рамках дела о банкротстве. Имущественные требования, способные впоследствии повлиять на состав конкурсной массы, в рамках настоящего дела не заявлены. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что итоговый судебный акт по настоящему делу не повлияет на права и (или) обязанности Джей энд ти Банк (АО) по отношению к одной из сторон спора.

В судебном заседании 06.05.2019 истец заявленные требования поддержал, дополнительно пояснил, что недобросовестные действия второго участника ФИО3 фактически привели к банкротству общества.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований ФИО2, в отзыве на иск и письменных объяснениях в порядке ст. 81 АПК РФ указал, что в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о прекращении либо затруднении деятельности общества вследствие действий (бездействия) ФИО3 По мнению ответчика, именно незаконные действия истца, направленные на смену генерального директора ООО «Русъ-Тара», повлекли возникновение корпоративного конфликта между участниками.

 Третье лицо (1) ООО «Русъ-Тара» по существу спора поддержало позицию истца.

             Третье лицо (2) АО «Россельхозбанк» в лице Орловского регионального филиала письменный отзыв на иск не представило, в судебное заседании 06.05.2019 уполномоченного представителя не направило, о рассмотрении дела извещено надлежащим образом по правилам ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Руководствуясь ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица  (2) по представленным доказательствам.

           Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

           Общество с ограниченной ответственностью «РосТара» было создано на основании решения единственного учредителя ФИО7 от 03.04.2006. Уставный капитал общества в размере 10000 руб. был сформирован путем оплаты 100% на момент государственной регистрации общества (том 1, л.д. 148).  

11.04.2006 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) была внесена запись о создании общества с ограниченной ответственностью «РосТара» (ОГРН 

<

***>), единственным участником (учредителем) которого являлась ФИО7 (том 1, л.д. 10). 

 06.02.2008 ФИО7 (продавец), ФИО3 (покупатель 1) и ФИО2 (покупатель 2)  заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «РосТара» (том 4, л.д. 24-25), по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателей, а покупатели – принять и оплатить долю в уставном капитале  ООО «РосТара» номинальной стоимостью 10000 руб., составляющую 100% уставного капитала общества. Передача в собственность доли осуществляется в следующем порядке:

покупателю 1 – 50% доли, номинальной стоимостью 5000 руб.;

            покупателю 2 - 50% доли, номинальной стоимостью 5000 руб.

          По акту приема-передачи от 03.03.2009 ФИО3 передал в качестве дополнительного вклада в уставный капитал ООО «РосТара» имущество общей стоимостью 1 200 000 руб. (том 1, л.д. 150, том 4, л.д. 26). 

           Второй участник общества ФИО8 также передал в качестве дополнительного вклада в уставный капитал ООО «РосТара» имущество общей стоимостью 1 200 000 руб.. что подтверждается актом приема-передачи от 03.03.2009  (том 1, л.д. 149).

          Протоколом общего собрания учредителей ООО «РосТара» от 04.03.2009 №6 (том 2, л.д. 1) утверждены изменения в устав общества, согласно которым уставный капитал общества составляет 2410000,00 руб. и внесен денежными средствами и имущественными вкладами.  Уставный капитал разделен на две доли. Номинальная стоимость и размеры долей участников общества:

         ФИО3 – ½ доля, составляющая 50% уставного капитала общества, номинальной стоимостью 1 205 000,00 руб.;

         ФИО2 - ½ доля, составляющая 50% уставного капитала общества, номинальной стоимостью 1 205 000,00 руб. 

24.05.2018 за государственным регистрационным номером 2185749141026 было зарегистрировано изменение наименования общества с ООО «РосТара» на ООО «Русъ-Тара», что подтверждается листом записи ЕГРЮЛ (том 1, л.д. 144). 

Решением внеочередного общего собрания участников от 26.04.2018 утверждены изменения в Устав ООО «РосТара» (ООО «Русъ-Тара»), касающиеся изменения фирменного наименования общества (том 3, л.д. 119).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, по состоянию на дату обращения в суд с иском участниками ООО «Русъ-Тара» являются ФИО2, которому принадлежит доля в размере 50% уставного капитала общества номинальной стоимостью 1205000 руб., и ФИО3, которому принадлежит доля в размере 50% уставного капитала общества номинальной стоимостью 1205000 руб.  (том 1, л.д. 12).

Согласно п.1 ст. 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридические лица, учредители (участники) которых обладают правом участия (членства) в них и формируют их высший орган в соответствии с пунктом 1 статьи 65.3 настоящего Кодекса, являются корпоративными юридическими лицами (корпорациями). 

В соответствии с п. 22.1 Устава ООО «РосТара» (ООО «Русъ-Тара»), утвержденного решением внеочередного общего собрания участников протокол №41 от 10.11.2015 (с учетом изменений, утвержденных протоколом внеочередного общего собрания участников №1/18 от 26.04.2018), высшим органом общества является общее собрание участников общества. 

Следовательно, ООО «Русъ-Тара» является корпорацией по смыслу п.1 ст. 65.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или общества наряду с правами, предусмотренными для участников корпораций п. 1 ст. 65.2 ГК РФ, также вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Пунктом 17.1 Устава ООО «РосТара» (ООО «Русъ-Тара») также предусмотрено, что участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем 10% уставного каптала общества, вправе потребовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности, либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", к грубым нарушениям обязанностей участника общества, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации №306-ЭС14-14 от 08.10.2014 по делу №А06-2044/2013 разъяснено, что исключение участника из состава участников общества представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества. Названный механизм защиты может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо поведения участника, делающего невозможной или затрудняющей деятельность общества.

При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Из приведенных норм законодательства с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что действия (бездействие) участника являются основанием для исключения участника из общества, если они повлекли негативные для общества последствия в виде невозможности или существенной затруднительности деятельности общества либо привели к причинению значительного вреда обществу (при условии сознательного отношения участника общества к перечисленным обстоятельствам).

В соответствии с п.4 ст. 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участник корпорации обязан в том числе участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений; не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации; не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация.

Как следует из материалов дела, 23.10.2018 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «Русъ-Тара» с повесткой дня:

1. Избрание председательствующего и секретаря на общем собрании.

2. Определение способа подтверждения принятия решения общим собранием участников общества и состава участников общества, присутствующих при его принятии.

3. Определение стратегии развития общества на перспективу 2018-2020 годы.

4. О расторжении договора аренды, заключенного 13.07.2016 между ООО «РосТара» (в настоящее время ООО «Русъ-Тара») и ООО «СтеМаЛ».

5. О назначении временно исполняющего обязанности генерального директора ООО  «Русъ-Тара» ФИО2

В силу п.1 ст. 37 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", общее собрание участников общества проводится в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, уставом общества и его внутренними документами. Участники общества вправе участвовать в общем собрании лично или через своих представителей (п.2 ст. 37 указанного Федерального закона).

Участник ООО «Русъ-Тара» ФИО3 для целей участия в общем собрании участников общества 23.10.2018 уполномоченного представителя не направил, о проведении собрания извещен надлежащим образом, что подтверждается уведомлением от 13.09.2018 исх. №18/24, направленным в адрес ответчика 13.09.2018, а также уведомлением от 10.10.2018 исх. №18/33 о внесении изменений в повестку дня общего собрания, направленным в адрес ответчика 10.10.2018 (том 1, л.д. 27-29, 51-55).

Как следует из п.8 ст. 37 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", решения по вопросам, указанным в подпункте 2 пункта 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, а также по иным вопросам, определенным уставом общества, принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия такого решения не предусмотрена настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Решения по вопросам, указанным в подпункте 11 пункта 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, принимаются всеми участниками общества единогласно.

Остальные решения принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия таких решений не предусмотрена настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Внеочередное общее собрание участников ООО «Русъ-Тара» от 23.10.2018 признано неправомочным для принятия решений по вопросам повестки дня, поскольку не обеспечено необходимое большинство от общего количества голосов участников общества, что подтверждается протоколом №4/18 от 23.10.2018 (том 2, л.д. 22).

Внеочередное общее собрание участников ООО «Русъ-Тара» с той же повесткой дня было повторно назначено на 24.12.2018, о чем ФИО3 был извещен уведомлением от 19.11.2018 исх. №18/48, направленным в адрес ответчика посредством почтовой связи 19.11.2018 (том 1, л.д. 25-26, 31).  

Поскольку ФИО3 лично не явился на общее собрание участников ООО «Русъ-Тара», назначенное на 24.12.2018, и не направил уполномоченного представителя, собрание признано неправомочным, поскольку не обеспечено необходимое большинство от общего количества голосов участников общества, что подтверждается протоколом №5/18 от 24.12.2018 (том 1, л.д. 56, том 2, л.д. 23).

Как следует из представленной в материалы дела переписки участников ООО «Русъ-Тара» ФИО2 и ФИО3 по вопросам взаимодействия с целью разрешения возникшего корпоративного конфликта (том 1, л.д. 57-64), неявка ответчика на общие собрания акционеров общества обусловлена действиями истца по досрочному прекращению полномочий генерального директора ФИО6, выступавшего на общих собраниях участников от имени ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности. Ответчик полагает вышеуказанные действия истца незаконными, решения вновь избранного генерального директора  ФИО9 о созыве внеочередных общих собраний участников общества нелегитимными.

 Суд установил, что на внеочередных общих собраниях участников ООО «РосТара» (переименовано в ООО «Русъ-Тара») от 26.04.2018, от 17.05.2018 рассматривался в том числе вопрос о досрочном освобождении от должности генерального директора общества ФИО6. 

Поскольку участники собрания равным количеством голосов голосовали «за» и «против» досрочного освобождения ФИО6 от должности генерального директора общества, 26.04.2018 решение по указанному вопросу не было принято, что подтверждается протоколом №1/18 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара»  (том 1, л.д. 43-44). 

На собрание 17.05.2018 ответчик не явился, представителя не направил, ввиду чего общее собрание участников общества было признано неправомочным для принятия решений по вопросам повестки по причине отсутствия необходимого большинства от общего количества голосов, что подтверждается протоколом №2/18 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 17.05.2018  (том 2, л.д. 16).

03.07.2018 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «Русь-Тара» с повесткой дня: 

1. Избрание председательствующего и секретаря на общем собрании.

2. Определение способа подтверждения принятия решения Общим собранием участников общества и состава участников общества, присутствующих при его принятии.

3. Досрочное освобождение от должности генерального директора общества ФИО6.

4.  Избрание генеральным директором общества ФИО10.

5. Внесение изменений в сведения об обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц.

На общем собрании были зарегистрированы и приняли участие: ФИО2 50% голосов: ФИО6 – представитель ФИО3 50% голосов, действовавший на основании нотариальной доверенности от 28.06.2017 № 77АИ414681.

Наличие кворума – 100% голосов для принятия решений по вопросам повестки дня.

По итогам внеочередного общего собрания участников ООО «Русъ-Тара» по третьему вопросу повестки дня принято решение о прекращении полномочий генерального директора ООО «Русь-Тара» ФИО6; по четвертому вопросу повестки дня принято решение об избрании генеральным директором ООО «Русь-Тара» ФИО9, по пятому вопросу повестки дня принято решение о проведении регистрации изменений, вносимых в сведения об обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц.

Решения внеочередного общего собрания участников общества оформлены протоколом №3/18 от 03.07.2018 (том 2, л.д. 17-20).

Согласно протоколу от 03.07.208 № 3/18, по первым двум вопросам повестки дня в голосовании приняли участие ФИО2 (с долей участия 50%) и действующий от имени ФИО3 (с долей участия 50%) по  нотариально удостоверенной доверенности ФИО6  По остальным трем вопросам повестки дня: о досрочном освобождении от должности генерального директора общества ФИО6, об  избрании генеральным директором общества ФИО10, о внесении изменений в сведения об обществе, содержащиеся в ЕГРЮЛ, представитель ответчика ФИО6 не был допущен к голосованию на основании п. 3 ст. 182 ГК РФ.

На основании решения внеочередного собрания участников общества, оформленного протоколом  №3/18 от 03.07.2018, в ЕГРЮЛ была внесена запись о назначении директором общества ФИО9

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением о признании недействительными решений общего собрания участников ООО «Русь-Тара» от 03.07.2018 с момента его принятия и протокола внеочередного общего собрания ООО «Русь-Тара» от 03.07.2018 №3/18, а также о признании недействительной записи от 25.07.2018 за ГРН 2185749177128 о внесении сведений о лице, имеющим право действовать без доверенности от имени юридического лица. На основании искового заявления ФИО3 возбуждено производство по делу №А48-6934/2018.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 04.04.2019 по делу         №А48-6934/2018 исковые требования ФИО3  удовлетворены; суд признал решения внеочередного общего собрания участников  ООО «Русь-Тара», оформленные протоколом от 03.07.2018 №3/18, недействительными, а также признал недействительной запись в ЕГРЮЛ от 25.07.2018 за ГРН 2185749177128 о внесении сведений о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени юридического лица.

По состоянию на дату вынесения итогового судебного акта по делу                            №А48-11234/2018 решение Арбитражного суда Орловской области от 04.04.2019 по делу                          №А48-6934/2018 не вступило в законную силу, поскольку было обжаловано  в апелляционном порядке ООО «Русь-Тара».

22.01.2019 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «Русъ-Тара» с повесткой дня, включающей в том числе вопрос об избрании нового генерального директора общества в связи с досрочным увольнением генерального директора ФИО9 по собственному желанию. 

Надлежащим образом уведомленный о проведении собрания участник ООО «Русъ-Тара» ФИО3 для целей участия в собрании представителя не направил, лично не явился, вследствие чего  собрание  признано неправомочным для принятия решений по вопросам повестки дня, поскольку не обеспечено необходимое большинство от общего количества голосов участников общества, что подтверждается протоколом №1/19 от 22.01.2019 (том 2, л.д. 24).

Внеочередное общее собрание участников ООО «Русъ-Тара» по вопросам повестки дня об определении стратегии развития общества на перспективу 2019-2010 годы и об избрании нового генерального директора было повторно назначено на 28.02.2019, о чем ФИО3 был уведомлен посредством почтовой связи (том 3, д.д. 144-145). 

Поскольку ФИО3 не явился для участия в собрании 28.02.2019 и не направил уполномоченного представителя, собрание признано неправомочным для принятия решений по вопросам повестки дня, что подтверждается протоколом №2/19 от 28.02.2019 (том 3, л.д. 146).

Проанализировав в совокупности представленные в материалы дела доказательства, в том числе письма ответчика в адрес истца от 14.01.2019, от 20.02.2019 (том 3, л.д. 148-149), суд пришел к выводу, что неявка  ФИО3 на общие собрания участников ООО «Русъ-Тара», назначенные на 23.10.2018,  24.12.2018,  22.01.2019 и 28.02.2019 не свидетельствует о длительном противоправном неисполнении установленных законодательством и уставом общества обязанностей участника корпорации, но является следствием возникшего между ФИО2 и ФИО3 корпоративного конфликта, обусловленного сменой генерального директора ООО «Русъ-Тара» со ФИО6 на ФИО9 в отсутствие волеизъявления ответчика.

Истец в ходе рассмотрения настоящего спора ссылался на то обстоятельство, что действия (бездействие) ФИО6 в период осуществления функций единоличного исполнительного органа ООО «Русъ-Тара» были подконтрольны ФИО3 и направлены на причинение ущерба обществу. Доказательств в подтверждение указанного обстоятельства ФИО2 в материалы дела не представлено. Кроме того, суд учитывает, что истец на общем собрании участников ООО «РосТара» от 14.06.2017 голосовал за прекращение полномочий генерального директора ФИО10 и избрание генеральным директором общества ФИО6 (протокол общего собрания участников №100 от 14.06.2017), то есть, действуя своей волей и в своем интересе, одобрил возложение на  ФИО6  полномочий единоличного исполнительного органа общества.     

Довод истца о том, что  ФИО3 за счет причинения убытков ООО «Русъ-Тара» получал прибыль от другого подконтрольного ему юридического лица – ООО «СтеМаЛ» в результате заключения договора аренды единственного ликвидного актива общества на нерыночных условиях суд считает бездоказательным по следующим мотивам.

13.07.2016 между ООО «РосТара» в лице председателя ликвидационной комиссии ФИО11, действующего на основании протокола общего собрания участников ООО «РосТара» №45 от 10.05.2016 (арендодатель), и ООО «СтеМаЛ» (арендатор) был заключен договор аренды, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду следующее имущество:

- земельный участок общей площадью 6948 кв.м., расположенный по адресу: Орловская область, Орловский район, ул. Раздольная, д. 105, кадастровый (или условный) номер 57:10:0040101:5882,

- помещение, назначение: нежилое, общей площадью 4996,5 кв.м., расположенное по адресу: Орловская область, Орловский район, ул. Раздольная, д. 105, пом. 12, кадастровый (или условный) номер 57:25:0000000:4892.

Срок действия договора аренды согласован сторонами с момента его заключения до 31.12.2027. Договор был зарегистрирован в установленном законом порядке 29.07.2016, что подтверждается штампом регистрирующего органа на последней странице договора (том 1, л.д. 40-41).

Имущество, являющееся предметом договора, передано от арендодателя арендатору по акту приема-передачи от 13.07.2016.

Согласно п. 4.1 договора от 13.07.2016, арендная плата за земельный участок и помещение установлена в размере 100 000 руб. в год. Арендные платежи перечисляется арендатором на расчетный счет арендодателя ежегодно не позднее 20-го числа первого месяца года, следующего за расчетным.

В материалы дела представлен протокол заседания Проектной группы по сопровождению и координации планирования, проведения выездных налоговых проверок, судебно-правовой работы, обеспечения поступлений доначисленных налоговых платежей в бюджет от 03.07.2018 с повесткой дня: рассмотрение вопроса образования убытков от финансово-хозяйственной деятельности ООО «Русъ-Тара» за 2017 год. Как следует из названного протокола, в ходе заседания государственный налоговый инспектор отдела камеральных проверок доложил, что ООО «Русъ-Тара» осуществлялась сдача в аренду помещений общей площадью 4996,5 кв.м. и земельного участка по адресу: 

<

...> взаимосвязанному лицу ООО «СтеМаЛ», сумма арендной платы 100000 руб. в год, т.е. 8333 руб. в месяц. В связи с применением нерыночных цен на услуги по сдаче в аренду имущества ООО «Русъ-Тара» искусственно занижается сумма дохода и формируется убыток от ведения финансово-хозяйственной деятельности, что противоречит цели создания общества (том 1, л.д. 79).

Также в материалы дела представлен протокол заседания Проектной группы по сопровождению и координации планирования, проведения выездных налоговых проверок, судебно-правовой работы, обеспечения поступлений доначисленных налоговых платежей в бюджет от 20.07.2018 с повесткой дня: рассмотрение вопроса образования убытков от финансово-хозяйственной деятельности ООО «Русъ-Тара» за 2017 год, в ходе проведения которого  государственный налоговый инспектор отдела камеральных проверок доложил, что в 2007 году установлено снижение чистых активов предприятия на 7490 тыс. руб., в 2016 году – на 9084 тыс. руб. (том 1, л.д. 80).

В доказательство занижения величины арендной платы по договору от 13.07.2016 истец ссылается на заключение оценщика ИП ФИО12 от 25.01.2019, согласно которому ориентировочная рыночная стоимость арендных платежей за единый объект недвижимости, в состав которого входит земельный участок с кадастровым номером 57:10:0040101:5882 и расположенное на земельном участке помещение, назначение: нежилое, общая площадь 4996,5 кв.м., по адресу:  

<

...>, с учетом округления составляет 460 000 руб. (том 2, л.д. 122).

Внеочередным общим собранием участников ООО «РосТара» от 26.04.2018, на котором присутствовали ФИО2 и ФИО6 – представитель ФИО3 по доверенности №77АИ4146871 от 28.06.2017, рассматривался вопрос об изменении цены договора аренды от 13.07.2016, заключенного между ООО «РосТара» и ООО «СтеМаЛ» (вопрос 6 повестки дня общего собрания). Как следует из протокола внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 26.04.2018 №1/18, по шестому вопросу повестки дня выступал ФИО2, который предложил изменить размер арендной платы по договору аренды от 13.07.2016, установив ее в сумме 86 847 руб. 50 коп. в месяц. Участниками ООО «РосТара» единогласно принято решение о внесении изменений в договор аренды от 13.07.2016, заключенный между ООО «РосТара» и ООО «СтеМаЛ»  в части размера арендной платы, установив ее в сумме 86 847 руб. 50 коп. в месяц (с НДС) (том 1, л.д. 43-44).

 При изложенных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для вывода о том, что ФИО3 своими действиями (бездействием) способствовал заключению договора аренды на невыгодных для ООО «Русъ-Тара» условиях.

Суду не представлены доказательства, подтверждающие, что ФИО2 либо уполномоченные им лица обращались к ООО «СтеМаЛ» с целью внесения изменений в договор аренды от 13.07.2016 в части размера арендной платы во исполнение решения  внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 26.04.2018.

Документы, свидетельствующие, что ФИО3 препятствовал исполнению решения внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 26.04.2018 об увеличении размера арендной платы по договору от 13.07.2016, в материалы дела также не представлены.

При таких обстоятельствах является бездоказательным и не подтвержденным материалам дела довод истца о том, что ФИО3 как конечный выгодоприобретатель по сделке между аффилированными лицами причинил обществу материальный ущерб, поскольку получал выгоду за счет сдачи имущества ООО «РосТара» в аренду ООО «СтеМаЛ» по заниженной стоимости. Судом установлено, что представитель ответчика на внеочередном общем собрании участников ООО «РосТара» 26.04.2018 голосовал за увеличение размера арендной платы до предложенного истцом размера.

Суд также учитывает, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Доказательств того, что размер арендной платы в договоре аренды от 13.07.2016 установлен соглашением сторон с нарушением порядка свободного волеизъявления, в материалы дела не представлено.

Довод истца о том, что ответчик действовал недобросовестно, поскольку по требованию истца досрочно не возвратил заём в сумме 161 644 000 руб., предоставленный по договору №2/2-15 от 17.12.2015 с займодавцем ООО «РосТара», суд отклоняет как необоснованный по следующим мотивам.

Как следует из материалов дела, 17.12.2015 между ООО «РосТара» (заимодавец) в лице ФИО2 и ФИО3 (заемщик) был подписан договор займа №2/12-15, по условиям которого заимодавец предоставляет в собственность заемщику денежные средства в размере 162 144 000 руб., а заемщик обязуется вернуть сумму займа и уплатить проценты на нее в сроки и в порядке, предусмотренном договором (том 1, л.д. 90). 

Пунктом 2.1 договора займа от 17.12.2015 предусмотрено, что за пользование суммой займа заемщик выплачивает заимодавцу проценты из расчета 8,25% годовых. Проценты начисляются со дня, следующего за днем предоставления суммы займа, до дня возврата суммы займа включительно (п. 2.2 договора от 17.12.2015).

Протоколом №16 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 16.12.2015 подтверждается, что ФИО2 лично голосовал за одобрение выдачи займа ФИО3 на вышеуказанных условиях (том 4, л.д. 133-134).

Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором (п. 1 ст. 809 ГК РФ).

В силу п.1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Как следует из п. 1.3 договора займа №2/12-15 от 17.12.2015, сумма займа была предоставлена ФИО3 на срок до 17.01.2026 года включительно. Проценты за пользование суммой займа уплачиваются одновременно с возвратом суммы займа (п. 2.3 договора от 17.12.2015). 

06.09.2018 ФИО2 направил ФИО3 по электронной почте письмо, содержащее предложение о досрочном возврате займа в сумме 161 644 000 руб., полученного ответчиком по договору 2/2-15 от 17.12.2015 с займодавцем ООО «РосТара» (том 1, л.д. 32-33).

Изучив представленные в материалы дела доказательства,  суд пришел к выводу, что по состоянию на дату предъявления ФИО2 требования о возврате суммы займа согласованный сторонами срок возврата суммы займа по договору от 17.12.2015 не наступил.

Суд учитывает, что на основании ч.2 ст. 810 ГК РФ сумма займа, предоставленного под проценты в иных случаях, может быть возвращена досрочно с согласия займодавца, в том числе согласия, выраженного в договоре займа. Однако досрочный возврат суммы займа в рассматриваемой ситуации является правом, а не обязанностью заемщика.

          Проанализировав условия договора займа №2/12-15 от 17.12.2015, с учетом норм параграфа 1 главы 42 ГК РФ суд пришел к выводу, что у заимодавца ООО «Русъ-Тара» не возникло право требования от ФИО3 досрочного возврата суммы займа.  

         Следовательно, отказ ответчика возвратить до установленного договором срока заемные денежные средства ООО «Русъ-Тара» не может быть квалифицирован как бездействие ФИО3, причиняющее материальный ущерб обществу.

Изложенные в отзыве на иск доводы третьего лица (1) ООО «Русъ-Тара» о том, что целью ФИО3 являлось получение прибыли от участия в ООО «СтеМаЛ» (через ООО «ВКПС») за счет причинения убытков ООО «Русъ-Тара», устранения общества от участия в проекте ЦСП носят предположительный характер и не основаны на доказательственной базе.

Действительно, из представленных в материалы дела доказательств судом усматривается описанная третьим лицом (1) схема по переводу активов ООО «Русъ-Тара» в ООО «СтеМаЛ».

На основании решения учредителей ФИО3, ФИО2 и ФИО13 от 23.07.2015 создано ООО «ВКПС» (том 2, л.д. 29-30). Свидетельством серия 77 №017183687 подтверждается государственная регистрация общества 30.06.2015 за основным государственным регистрационным номером 1157746586524 (том 2, л.д. 41).

Выписками из ЕГРЮЛ по состоянию на 18.12.2018, на 24.01.2019 подтверждается, что ФИО3 принадлежит доля участия в обществе с ограниченной ответственностью «ВКПС» (далее – ООО «ВКПС») в размере 99,76% от уставного капитала общества номинальной стоимостью 10 725 000 руб. ФИО2 также принадлежит доля участия в ООО «ВКПС» в размере 0,12% от уставного капитала общества номинальной стоимостью 12500 руб. (том 1, л.д. 34-35, 71-72).

ООО «ВКПС», в свою очередь, является учредителем (участником) общества с ограниченной ответственностью «СтеМаЛ» (далее – ООО «СтеМаЛ») с долей участия 99,994% номинальной стоимостью 207 503 166,5 руб., что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ по состоянию на 18.12.2018, на 24.01.2019 (том 1, л.д. 36-39, 73-76, том 2. Л.д. 43-47).

Как следует из протокола №1 общего собрания учредителей (участников) ООО «СтеМаЛ» от 08.09.2012,  первоначально учредителями (участниками) общества являлись ООО «РосТара» и ООО «СоюзДревТара-групп», каждому из которых принадлежала доля в размере 50% уставного капитала общества номинальной стоимостью 50 000 руб. (том 2, л.д. 48-50).

Согласно протоколу №19 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 09.08.2012, ФИО2 и ФИО3 единогласно приняли решение об участии ООО «РосТара» в создании ООО «СтеМаЛ» в качестве учредителя и о внесении до момента государственной регистрации ООО «СтеМаЛ» денежных средств для формирования уставного капитала общества в размере 50 000 руб. (том 4, л.д. 71).

ООО «СтеМаЛ» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.10.2012, что подтверждается свидетельством серия 57 №00132488 (том 2, л.д. 62).

Как следует из протокола №25 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 24.02.2014, ФИО2 И ФИО3 голосовали за одобрение крупной сделки по внесению дополнительного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» денежными средствами в размере 6 000 000 руб. (том 4, л.д. 76-78).

03.03.2014 на внеочередном общем собрании участников ООО «СтеМаЛ» принято решение об увеличении уставного капитала до 6 100 000 руб. с учетом внесения ООО «РостТара» дополнительного вклада (том 4, л.д. 79-82).

На внеочередном общем собрании участников ООО «РосТара» от 10.06.2014 единогласно принято решение об одобрении крупной сделки по внесению дополнительного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» денежными средствами в размере 26 000 000 руб., что подтверждается протоколом собрания №28 (том 4, л.д. 83-85).

Как следует из протокола №36а внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 24.06.2015, ФИО2 и ФИО3 единогласно принято решение об одобрении крупной сделки по внесению дополнительного денежного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» в размере 15 760 000 руб., а также имущественного вклада в виде технической документации проектного инжиниринга (том 4, л.д. 89-92).

Согласно протоколу №30 внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара», 28.08.2014 участниками ФИО2 и ФИО3 единогласно принято решение об одобрении крупной сделки по внесению дополнительного неденежного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» следующим недвижимым имуществом: помещение и склад пиломатериалов, расположенные по адресу: 

<

...>, а также земельный участок по указанному адресу,  площадью 26000 кв.м., с кадастровым номером 57:10:0040101:5883 (том 4, л.д. 86-88).

По акту приема-передачи от 29.08.2014 ООО «РосТара» передало в качестве неденежного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» недвижимое имущество (помещение и склад пиломатериалов, расположенные по адресу: 

<

...>), а также земельный участок по указанному адресу,  площадью 26000 кв.м., с кадастровым номером 57:10:0040101:5883. Общая стоимость имущества, вносимого в качестве вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ», согласно независимой оценки ЗАО «2К Аудит-Деловые консультации/Морисон Интернешнл (отчет об оценке №Н-131/14 от 21.08.2014), составила 82 500 000 руб. (том 1, л.д. 69, том 2, л.д. 71-73).  

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 17.07.2015 одобрено совершение обществом крупной сделки – договора поручительства с ОАО «Россельхозбанк» в обеспечение исполнения обязательств ООО «СтеМаЛ» по договору об открытии кредитной линии №151000/0094 от 24.06.2015 (том 4, л.д.93-96).

14.08.2015 между ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» (кредитор) и ООО «РосТара» (поручитель) подписан договор №151000/0094-8 поручительства юридического лица (том 1, л.д. 86-89), по условиям которого поручитель обязуется отвечать в полном объеме перед кредитором за исполнение Обществом с ограниченной ответственностью «СтеМаЛ» (должник) своих обязательств по договору об открытии кредитной линии №151000/0094, заключенному 24.06.2015 между кредитором и должником.  В соответствии условиями договора об открытии кредитной линии кредитор обязался открыть должнику кредитную линию на сумму 3 211 000 000 руб. и предоставить денежные средства частями в пределах лимита выдачи на следующие цели: финансирование затрат по строительству завода по производству цементно-стружечной плиты (ЦСП), расположенного по адресу: Орловская область, Орловский район, ул. Раздольная, д. 105 (том 2, л.д. 102-121).  

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 30.07.2015 одобрено совершение обществом крупной сделки по внесению дополнительного денежного и имущественного вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ». Рыночная стоимость имущественного вклада определена в соответствии с отчетом независимого оценщика в размере 67 880 554 руб. (том 4, л.д. 97-100).

По акту приема-передачи от 26.10.2015 ООО «РосТара» передало в качестве вклада в уставный капитал ООО «СтеМаЛ» техническую документацию проектного инжиниринга стоимостью 67 880 554 руб., согласно отчету независимого оценщика №ОИКА-15-07-15-1А от 30.07.2015 (том 1, л.д. 70).  

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «СтеМаЛ» от 26.10.2015 уставный капитал ООО «СтеМаЛ» был увеличен до 207 515 554 руб. за счет внесения дополнительного денежного и имущественного вклада обществом с ограниченной ответственностью «РосТара»  в общем размере 83 640 554 руб.  

На основании решения внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 02.11.2015, на котором присутствовали ФИО2 и ФИО14 (том 4, л.д. 104-105), 23.12.2015 между ООО «РосТара» (продавец) и ООО «ВКПС» (покупатель) был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «СтеМаЛ» в размере 99,97%  стоимостью 207 453 166 руб. 50 коп. Как следует из п.5 договора купи-продажи, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора путем перечисления денежных средств платежным поручением Джэй энд Ти Банк (АО) от 18.12.2015 №28 (том 2, л.д. 75-80).

Согласно протоколу №46а внеочередного общего  собрания участников ООО «РосТара» от 14.11.2016, ФИО2 и ФИО3 единогласно одобрили сделки по передаче в залог долей участников в уставном капитале ООО «РосТара» в обеспечение  исполнения обязательств ООО «СтеМаЛ» по договору об открытии кредитной линии №151000/0094 от 24.06.2015, заключенному с АО «Россельхозбанк» (том 4, л.д. 101-103).

По договору №151000/0094-17/3 от 11.12.2017 ФИО2 (залогодатель) передал АО «Россельхозбанк» (залогодержатель) в залог долю в уставном капитале ООО «РосТара» в размере 50% номинальной стоимостью 1 205 000 руб. для обеспечения надлежащего исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии №151000/0094, заключенному 24.06.2015 между залогодержателем  и ООО «СтеМаЛ» (том 4, л.д. 41-48).  

Второй участник ООО «Русъ-Тара» ФИО3 по договору №151000/0094-17/2 от 11.12.2017 также передал АО «Россельхозбанк» (залогодержатель) в залог долю в уставном капитале ООО «РосТара» в размере 50% номинальной стоимостью 1 205 000 руб. для обеспечения надлежащего исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии №151000/0094, заключенному 24.06.2015 между залогодержателем  и ООО «СтеМаЛ» (том 4, л.д. 27-34).  

Оценивая описанные выше сделки в совокупности, суд установил, что сделки совершены между взаимосвязанными лицами, поскольку контролирующим конечным бенефициаром для ООО «ВКПС» и ООО «СтеМаЛ» по смыслу разъяснений, изложенных в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 №305-ЭС18-17629(2), является ФИО3 - участник ООО «Русъ-Тара», владеющий 50% уставного капитала общества.     

Вместе с тем, в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие, что все вышеуказанные сделки, в результате которых активы ООО «Русъ-Тара» были переданы взаимосвязанной организации – ООО «СтаМаЛ», ободрены  ФИО2 на общих собраниях участников ООО «РосТара» (переименовано в ООО «Русъ-Тара»).

Кроме того, в материалы дела представлен договор поручительства физического лица №151000/0094-9 от 21.07.2015, по условиям которого сам ФИО2, как и ООО «РосТара» (после переименования ООО «Русъ-Тара»), обязался отвечать  в полном объеме за исполнение Обществом с ограниченной ответственностью «СтеМаЛ» (должник) своих обязательств по договору об открытии кредитной линии №151000/0094, заключенному 24.06.2015 между кредитором и должником (том 2, л.д. 87-90).

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для вывода о том, что передача активов ООО «РосТара» (в настоящее время ООО «Русъ-Тара) в ООО «СтеМаЛ» осуществлялась в результате недобросовестных действий ФИО3 Напротив, суд установил, что решения о заключении вышеназванных сделок принимались истцом и ответчиком совместно, в отсутствие разногласий относительно стратегии дальнейшего развития общества.  

Довод третьего лица (1) о том, что ФИО3 причиняет ущерб ООО «Русъ-Тара» путем устранения общества от участия в инвестиционном проекте «Строительство завода по производству цементно-стружечной плиты (ЦСП)» также является необоснованным и бездоказательным.

Из пояснительной записки ФИО2 (том 1, л.д. 127-128), протокола внеочередного общего собрания участников ООО «РосТара» от 14.10.2013 (том 4, л.д. 72), а также актов об оказании услуг от 22.05.2013, от 30.12.2013, от 01.09.2014 (том 4, л.д. 73-75) следует, что именно ООО «РосТара» в период с 2013 по 2014 годы заключило с компанией BINOS GmbH контракты на оказание услуг по предварительному и основному инжинирингу, а также на оказание услуг по разработке технической документации, впоследствии переданные ООО «СтеМаЛ» по акту приема-передачи документации от 29.11.2016 (том 1, л.д.  131). 

Как следует из письма компании BINOS GmbH от 10.02.2014, адресованного ООО «РосТара», ФИО2, ФИО3 и ФИО13 (том 1, л.д. 129-130), компания  BINOS GmbH приняла к сведению и выразила согласие на смену партнера по контракту на строительство завода ЦСП на ООО «СтеМаЛ». 

В материалы дела представлено письмо ООО «Русъ-Тара» от 03.12.2018 исх. №18/57, адресованное генеральному директору ООО «СтеМаЛ», в котором содержится предложение об организации рабочего совещания по вопросу модернизации и технического перевооружения производственных площадей и помещений лесопильного цеха, принадлежащего  ООО «Русъ-Тара», для целей участия в проекте по строительству завода по производству цементно-стружечной плиты (ЦСП) (том 1, л.д. 77). 

В ответ на указанное письмо ООО «СтеМаЛ» сообщило, что проектно-сметная документация строительства завода по производству ЦСП не предполагает  модернизации и технического перевооружения производственных площадей, принадлежащих  ООО «Русъ-Тара» (том 1, л.д. 78). 

В письме от 29.01.2019 №19/11 ООО «СтеМаЛ» указало, что инвестиционный проект по строительству завода ЦСП не предполагает интеграции систем аспирации строящегося завода с существующей аспирационной системой лесопильного цеха ООО «Русъ-Тара», а также наличия в рабочем состоянии имеющегося у ООО «Русъ-Тара» грузоподъемного механизма – крана козлового (том 1, л.д. 137).

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что имела место смена партнера компании BINOS GmbH при реализации инвестиционного проекта по строительству ЦСП с ООО «Русъ-Тара» на ООО «СтеМаЛ» с целью получения кредитной линии от акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк". При этом и ООО «Русъ-Тара», и ФИО8 были осведомлены, что реализацию инвестиционного проекта будет осуществлять именно ООО «СтеМаЛ», и не возражали относительно указанного обстоятельства, но, напротив, своими действиями способствовали включению  ООО «СтеМаЛ» в инвестиционный проект, что подтверждается совокупностью установленных в ходе рассмотрения настоящего дела фактических обстоятельств. Вышеизложенный вывод суда основан в том числе на сведениях о составе участников ООО «СтеМаЛ» на момент создания общества, подтвержден фактами передачи имущества ООО «РосТара» в уставный капитал  ООО «СтеМаЛ», заключения ООО «РосТара» и ФИО8 договоров поручительства в обеспечение кредитных обязательств ООО «СтеМаЛ», передачи земельного участка и расположенного на нем объекта недвижимости в аренду ООО «СтеМаЛ» по нерыночной стоимости. Суд также учитывает, что именно ФИО8 передавал в ООО «СтеМаЛ» заключенные с компанией  BINOS GmbH контракты на оказание услуг по предварительному и основному инжинирингу, а также на оказание услуг по разработке технической документации (том 1, л.д. 131).

При изложенных обстоятельствах у суда отсутствуют основания полагать, что действия ФИО3, направленные на причинение материального ущерба ООО «Русъ-Тара», послужили основанием для исключения общества из инвестиционного проекта по строительству завода ЦСП. 

Как следует из системного толкования ст. 67 Гражданского кодекса Российской Федерации в совокупности со  ст. 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в Информационном письмо Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 №151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью», исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению нормальной деятельности общества. Названный механизм защиты может применяться только в исключительных случаях при доказанности грубого нарушения участником общества своих обязанностей либо поведения участника, делающего невозможной или затрудняющей деятельность общества.

В соответствии с ч.1 ст.9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств, объективно свидетельствующих, что хозяйственная деятельность ООО «Русъ-Тара» прекращена либо существенно затруднена вследствие недобросовестного поведения участника общества ФИО3, грубого нарушения последним корпоративных прав либо уклонения от исполнения обязанностей в материалы дела не представлено.

На основе полного и всестороннего изучения доказательств судом установлено, что в ООО «Русъ-Тара» имеется корпоративный конфликт между участниками ФИО2 и ФИО3, каждому из которых принадлежит доля в размере 50% уставного капитала общества.   

Исключение участника корпорации  не  может являться способом разрешения корпоративного конфликта с целью защиты частных экономических интересов одного из участников. Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2014 года №306-ЭС14-14 по делу №А06-2044/2013.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2 об исключении ФИО3 из состава участников ООО «Русъ-Тара», суд учел, что нормальной хозяйственной деятельности общества препятствуют равнозначные взаимные претензии его участников.

При изложенных обстоятельствах действительной причиной обращения в суд с иском об исключении ФИО3  из состава участников ООО «Русъ-Тара» является утрата участниками единой цели при осуществлении хозяйственной деятельности и желание за счет интересов второго участника разрешить внутрикорпоративный конфликт, а не действия (бездействия) последнего по причинению вреда обществу.

Согласно правовой позиции, закрепленной  в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014), суд отказывает в удовлетворении иска об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью в случае, когда нормальной хозяйственной деятельности общества препятствуют равнозначные взаимные претензии как истца, так и ответчика и при этом не доказано грубое нарушение обязанностей, связанных с участием в обществе, одного из них.

В Определении от 08.10.2014 № 306-ЭС14-14 по делу №А06-2044/2013 Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ разъяснила, что в ситуации, когда уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными его долями, достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной, целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями, предусмотренными Законом об обществах с ограниченной ответственностью и учредительными документами общества. Иски об исключении из общества другого участника в такой ситуации удовлетворению не подлежат.

На основании вышеизложенного, ввиду недоказанности совершения ФИО3 действий, заведомо противоречащих интересам ООО «Русъ-Тара», суд не усматривает оснований для исключения ФИО3 из состава участников общества.

 В удовлетворении исковых требований участника ООО «Русъ-Тара» ФИО2 следует отказать. 

В силу ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

            На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

          Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже через Арбитражный суд Орловской области.

Судья                                                           Аксенова Т.В.