ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-90402/2019

14 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     06 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Рычаговой О.А., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

 согласно протоколу судебного заседания

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы(регистрационный номер  13АП-3915/2022, 13АП-4453/2022)  ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7  на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2022 по делу № А56-90402/2019/сд.1 (судья  Семенова И.С.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО8 

об оспаривании сделки должника 

ответчики: ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО3 

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Галатея», 

установил:

ФИО9 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Галатея» (далее - ООО «Галатея», должник, Общество) несостоятельным (банкротом).

Определением от 16.08.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Галатея».

Определением от 20.11.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО8. 

Решением от 05.10.2020 процедура наблюдения в отношении ООО «Галатея» прекращена, общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО8

Конкурсный управляющий ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного  между ФИО2 и  ООО «Галатея» договора от 01.04.2016 №01/2016 купли-продажи нежилого помещения площадью 871,55 кв.м, с  кад.№ 47:01:0601001:4563, расположенного по адресу: 

<

...>,   и земельного участка   с кад. № 47:01:0601001:10 занятого этим помещением (запись о регистрации права от 17.05.2016 47- 47/015-47/015/003/2016-8449/1), а также о признании недействительной сделкой по  продаже вышеуказанного имущества ФИО2 в пользу ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 в равных долях по 1/4 доле каждому нежилого помещения и 1/4 доли земельного участка, совершённой 03.03.2017 на бланке 47 БА 2278668-2278683 врио нотариуса ФИО10 ФИО11.

Конкурсный управляющий просил  истребовать в порядке виндикации из незаконного владения ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 по 1/4 доле у каждого вышепоименованных нежилого помещения земельного участка.

Определением от 31.01.2022 заявленные требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, просит определение отменить,  в удовлетворении заявленных требований отказать, указывая, что  настоящее дело о банкротстве Общества возбуждено неправомерно,  в обществе имеется корпоративный конфликт, о чем свидетельствуют судебные акты  по делу №А56-80444/2014. Судом первой инстанции не принято во внимание,   судебные акты по делу №2-1897/2017, в рамках которого судом отказано в удовлетворении   требований ФИО9 и ФИО12 о признании недействительными оспариваемых рамках в настоящего дела сделок.

В апелляционной жалобе ФИО2 также, считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела,  просит определение отменить,   в удовлетворении заявленных требований отказать,  полагая, что суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание  судебные акты по делу №2-1897/2017, в рамках которого рассматривались аналогичные требования. 

ФИО2 указывает, что оспариваемые в рамках настоящего дела сделки заключены за пределами  установленных Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"  (далее – Закон о банкротстве) сроков подозрительности сделок,  конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

Конкурсный управляющий должником, ФИО9, ФИО12, ФИО13 возразили против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзывах, просили определение оставить без изменения, полагая, что судом дана надлежащая оценка имеющимся  в материалах дела доказательствам, срок исковой давности по заявленным требованиям не является пропущенным.

В судебном заседании ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 заявили ходатайство  о приостановлении рассмотрении настоящего обособленного спора  до рассмотрения судом  заявления ФИО6 о пересмотре решения от 05.10.2020, которым  в отношении ООО «Галатея» введена процедура наблюдения.

Представитель ФИО9, ФИО12, конкурсного управляющего возразили против удовлетворения   данного ходатайства.

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство, суд апелляционной инстанции протокольным определением отказал в его удовлетворении ввиду того, что указанное ответчиком обстоятельство в настоящем случае не является условием для приостановления производства по настоящему обособленному спору. Предусмотренные стать 143 АПК РФ основания приостановления производства по делу отсутствует.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ)  с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ  апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции  и следует из материалов дела,  между ООО «Галатея» (продавец) и ФИО2 (покупатель)  заключен договор от 01.04.2016 №01/2016 кули-продажи   нежилое помещение площадью 871,55 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, а также право собственности на земельный участок с  кад. №47:01:0601001:10. занятый этим помещением, стоимость договора определена в разделе 2 и составила 12 000 000 руб.

По акту приема-передачи от 01.04.2016 объекты купли-продажи переданы покупателю. Переход права зарегистрирован  в установленном законом порядке 17.05.2016.

Между ФИО2 и ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 (покупатели) заключен договор купли продажи нежилого помещения  от 01.07.2016 № 02/2016, согласно которого ФИО2 продает, а покупатели покупают в общую равнодолевую собственность по 1/4 доли каждому в праве на нежилое помещение площадью 871,55 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>. Цена помещения определена в размере 16 800 000  руб.  (по 4 200 000,00 рублей за долю). 

 По актам  приема передачи  от 15.07.2016 доли (по 1/4) переданы покупателям. 

Впоследствии  сообщением от 05.12.2016 №47/015/013/2016-3249 отказано в государственной регистрации.

Между ФИО2 и с ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 в отдельности заключаются договоры от 01.07.2016 купли-продажи нежилого помещения и земельного участка в долях по 1/4 доли нежилого помещения и по 142,5/1057 земельного участка расположенных по адресу: 

<

...> (соответственно 02/2016, 05/2016, 03/2016, 04/2016).

  Впоследствии между ФИО2 и ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 (покупатели) заключен договор   от 03.03.2017  №47 БА 227866-2278683 купли продажи     оставшихся долей  570/1057 долей в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок и нежилое помещение. Покупатели купили долю земельного участка и нежилого помещения в общую долевую собственность в равных долях (пункт 1.5 договора).

Полагая, что имеются основания для признания указанной цепочки сделок по отчуждению нежилого помещения и земельного участка недействительной в соответствии с положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим  заявлением.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32   Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, ссылается на то, что оспариваемые договоры купли-продажи следует рассматривать как цепочку взаимосвязанных сделок, целью которой является причинение вреда кредиторам путем вывода ликвидных активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда РФ от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230 само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как притворных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающих собой сделку между первым и последним контрагентом.

Для квалификации ряда оспариваемых сделок как прикрывающих фактическую сделку по отчуждению имущества должника с целью его передачи заинтересованному лицу необходимо доказать их объективную и субъективную взаимосвязь, а именно наличие единой цели и взаимную обусловленность.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» о взаимосвязанности сделок могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества в собственности одного лица, непродолжительный период времени между совершением нескольких сделок.

В любом случае признаки взаимосвязанности носят субъективный характер и устанавливаются только при рассмотрении конкретного дела, при этом ни один из выделяемых судами признаков не имеет абсолютного значения и может свидетельствовать о взаимосвязанности договоров только с учетом других обстоятельств дела. Главным является не время совершения (дата сделки), а экономически единая хозяйственная операция, направленная на достижение одной цели.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу о том, что  участники оспариваемых сделок  являются аффилированными  лицами с должником, который на момент оспариваемых сделок отвечал признакам неплатежеспособности

Оснований для переоценки данных выводов у апелляционного суда не имеется.

В силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

При этом, аффилированность сторон сделок презюмирует их осведомленность о фактической неплатежеспособности должника на дату их совершения и совершение сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, участниками Общества являлись: ФИО6 - доля в размере 20%; ФИО14 - доля в размере 10%; ФИО15 доля в размере 10%; ФИО16 - доля в размере 20%; ФИО12 - доля в размере 10 %; ФИО17 (Образцова) Любовь Васильевна – доля в размере 10%; ФИО18 - доля в размере 20%.

ФИО4 является дочерью  ФИО15; ФИО7 -   дочерью ФИО14; ФИО5 -   дочерью ФИО16; ФИО3 -   дочечрью ФИО6, о чем свидетельствует ответ из Архива ЗАГС по Ленинградской области.

После заключения договора купли продажи от 01.04.2016 ФИО2 заключил  с ООО Гарант», учредителями которого являются ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3)  договор  доверительного управления от 15.06.2016 №01/06, по условиям которого спорное имущество было передано в доверительное управление ООО «Гарант».

Дополнительным соглашением  от 14.05.2018№ 1 в договоре доверительного управления № 01/2016 от 15.06.2016 в связи с сменой собственника имущества со ФИО2 на ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 изложен в иной редакции, с указанием вышеуказанных физических лиц как учредителей управления.

Кроме того, доверенность от 04.07.2016 выдана ФИО2 на имя участника и директора ООО «Галатея» ФИО6, доверенность от 09.07.2016 от ООО «Гарант» так же выдана на ее имя, как и заявления от 03.03.2017 от ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО3 на получение документов по договору купли-продажи на недвижимое имущество, расположенное по адресу: Ленинградская обл., Выборгский район, Советское городское поседение, гп Советский, ул. Садовая, уч. 46а, и дом 46. То есть, ФИО6 являясь участником и директором ООО «Галатея», представляет интересы всех участников сделок.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии между сторонами оспариваемых сделок заинтересованности является правильным, соответствующим материалам дела.

При этом, аффилированность сторон сделок презюмирует их осведомленность о фактической неплатежеспособности должника на дату их совершения и совершение сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем свидетельствуют следующие обстоятельства.

ФИО12 и ФИО19 21.05.2013 участниками ООО «Галатея» поданы заявления о выходе из ООО «Галатея».

ООО «Галатея» 13.08.2013 произведена выплата каждому из истцов денежных средств в сумме 288 786 руб. 58 коп. в качестве действительной стоимости доли в уставном капитале.

Не согласившись с размером выплаты, ФИО12 и ФИО9 обратились арбитражный суд.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2015 по делу № А56-80444/2014 с ООО «Галатея» в пользу каждого из истцов взыскано  по 3 393 380 руб. 42 коп. долга, 299 500 руб. 68 коп. процентов, 47 957 руб. 73 коп. расходов по уплате государственной пошлины и 95 000 руб. судебных издержек.

Также конкурсный управляющий указал, что валюта  баланса на 2016 год составила 00 рублей, на 31.12.2015 года 448 тысяч рублей, следовательно сделка по отчуждению имущества стоимостью в 12 000 000 рублей превышает активы баланса.

Таким образом, на момент совершения первой сделки из цепочки должник уже обладал признаками неплатежеспособности, и после её заключения также приобрел признак недостаточности имущества для расчетов с кредиторами

В условиях банкротства должника возможны ситуации, когда "дружественное" с должником лицо и сам должник, создают формальные условия наличия правоотношений по оспариваемой сделке.

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы "дружественного" лица и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", следует, что при оценке достоверности факта передачи должнику наличных денежных средств    должны учитываться среди прочего следующие обстоятельства:

- позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства;

- имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником.

Вместе с тем, сторонами оспариваемых сделок такие доказательства не представлены, в отсутствие которых нельзя считать доказанным наличие встречного предоставления по оспариваемым сделкам.

Доказательства реальной передачи денежных средств с раскрытием информации где, когда и при каких обстоятельствах состоялась передача денежных средств сторонами сделок  не представлены, как и не обоснована экономическая целесообразность осуществления расчетов между юридическим лицом и гражданином посредством наличного расчета.

Квитанции к приходным кассовым  ордерам  от 01.04.2016, 08.04.2016, 12.04.2016 не является надлежащими и достаточным доказательством, подтверждающим факт оплаты по договору от 01.04.2016 в отсутствие документов, свидетельствующих о наличии денежных средств в кассе общества,  об их поступлении на расчетные счета должника.

Также судом первой инстанции  дана надлежащая оценка недоказанности осуществления оплаты по последующим   оспариваемым сделкам, учитывая, что требования суда по представлению доказательств наличия у ответчиков финансовой возможности уплатить выкупную стоимость  спорных объектов не исполнены.

При таких обстоятельствах спорное имущество выбыло из активов   должника фактически безвозмездно.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Все вышеуказанные действия и обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении сторон оспариваемых сделок, указывают на общность экономических интересов (совпадение представителей, выступающих от их имени при совершении сделок) то есть фактическую аффилированность сторон, и, в данном случае имеет место вывод активов через последовательность сделок на дочерей учредителей и передача выбывшего из собственности имущества ООО «Галатея» в доверительное управление ООО «Гарант», созданное теми же заинтересованными лицами.

Поименованные пороки выходят за пределы презюмируемой добросовестности участников гражданского оборота, а их поведение направлено исключительно на причинение имущественного вреда конкурсным кредиторам, в частности ФИО9, и ФИО12

В настоящем случае исходя из установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств апелляционный суд полагает правильным вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок, воля сторон которой направлена на создание лишь видимости возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, с целью вывода ликвидного имущества должника.

Квалификация нескольких сделок в качестве единой, прикрывающей вывод имущества из конкурсной массы (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), допускается, о чем Верховным Судом Российской Федерации в определении от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230 сформулирована соответствующая правовая позиция.

Таким образом, оспариваемые конкурсным управляющим сделки подпадают под признаки недействительности по статьям 10, 168, 170 ГК РФ, в том числе наличие между сторонами противоправного сговора с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы   должника безвозмездно  в ущерб кредиторам.

С учетом общих и специальных последствий недействительности сделок, предусмотренных в пункте 2 статьи 167 ГК РФ и пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в качестве применения последствий недействительности оспариваемых сделок  суд первой инстанции правомерно   обязал сторон оспариваемых сделок возвратить полученное имущество в конкурсную массу должника.

Указанный вывод согласуется с правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2017 N 305-ЭС15-11230, от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, от 28.02.2017 N 310-ЭС17-16, от 10.07.2019 N 305-ЭС18-16319(5), согласно которой последовательно совершенные сделки по передаче недвижимого имущества от должника к ответчику, а впоследствии к третьим лицам, имеющим дружественные отношения с должником, объединены единой целью вывода имущества, чтобы не допустить обращения взыскания на него со стороны добросовестных кредиторов, являются мнимыми (ничтожными).

Вопреки доводам  жалоб обстоятельства, выводы арбитражного суда не противоречат  обстоятельствам, установленным вступившим в законную силу судебным актам по делу №2-1897/2017,  учитывая, что в рамках настоящего  обособленного спора подлежат  оценке иные обстоятельства совершения оспариваемых сделок с учетом  открытия в отношении должника процедуры банкротства.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка доводам ответчиков о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 года N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

 Учитывая, что определением   от 20.11.2019   в отношении должника введена процедура наблюдения, конкурсное производство в отношении Общества открыто 05.10.2020, а  с настоящим заявлением конкурсный    управляющий обратился  02.06.2021,  срок исковой давности   по заявленным требованиям не является пропущенным.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что доводы  апелляционных жалоб  не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 31.01.2022 по делу №  А56-90402/2019   оставить без изменения. апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

О.А. Рычагова

 И.В. Сотов