ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-5136/2019к34

г. Красноярск

31 января 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «24» января  2023  года.

Полный текст постановления изготовлен         «31» января  2023  года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей:  Инхиеевой М.Н.,  Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3  на определение Арбитражного суда Красноярского края  от 09 сентября 2022  года по делу №  А33-5136/2019к34,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "Красноярский завод Проппантов" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - должник), возбужденного на основании заявления общества с ограниченной ответственностью "Сибтермо-2" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), решением суда от 29.08.2019 призонного банкротом, определением Арбитражного суда Красноярского края от 09.09.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании стимулирующего вознаграждения отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, арбитражный управляющий ФИО3 обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить  определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, указав на то, что погашение требований ФНС РФ вызвано подачей заявления конкурсного управляющего ООО «КЗП» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ; погашение требований ФНС РФ позволяет ФИО4. и его подконтрольным лицам, привлекаемым к субсидиарной ответственности через внешне независимого, но фактически подконтрольного кредитора ФИО2 конкурировать с кредиторами, противодействовать арбитражному управляющему и влиять на юридическую судьбу банкротства, в т.ч. изменить состав лиц,  привлекаемых к субсидиарной ответственности; ФИО4. как лицо, контролирующее ЗАО «ЭКОС» и ФИО2 использует преимущества своего скрытого статуса для реализации общих с этими лицами интересов по отстранению ФИО3. от должности конкурсного управляющего ООО «КЗП», в целях противодействия по привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности, переложить бремя негативных последствий из-за налоговых правонарушений ООО «КЗП» на невиновных лиц;  неустранимые указанными недобросовестными лицами разумные сомнения относительно погашения требования уполномоченного органа по обязательным платежам (10 декабря 2021 года) вследствие (после) обращения ФИО3 (30.06.2020) с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц (ФИО5. и ФИО4.) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника должны толковаться в пользу независимого конкурсного управляющего ФИО3; отсутствие у ФИО2 финансовой возможности погашения требований уполномоченного органа за счет собственных средств, а представленные в материалы обособленного спора договоры займа прикрывают финансирование соответствующих платежей за счет средств ФИО4., который обладал достаточной финансовой возможностью для погашения требований Уполномоченного органа; суд первой инстанции нарушил абзац четвертый пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, предъявил высокий стандарт доказывания конкурсному управляющему ФИО3., не являющемуся стороной негласного сговора между ФИО4. и ФИО2, что привело к процессуальному неравенству и поставило в процессуальное преимущество ФИО2, который не лишен возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в принадлежности денег не ему ФИО2, а ФИО4., с обоснованием мотивов своего нерационального поведения, когда никто из адекватных участников гражданского оборота не станет подвергать себя не имеющему экономического смысла риску и принимать на себя бремя непосильных заемных обязательств, привести себя в «плачевное» состояние невозможности вернуть заемные деньги в установленный срок и нарастить такой размер задолженности, который очевидно и неизбежно порождает признаки объективного банкротства у ФИО2, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.6 Закона О банкротстве.

ФИО2 представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.

ФИО4 представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.

Конкурсный управляющий должника  ФИО6 (утвержден 13.01.2023) представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.

В судебном заседании ФИО2 поддержал возражения на доводы апелляционной жалобы, согласен с определением суда первой инстанции.

Судом установлено, что в материалы дела 08.12.2022 от ФИО3 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов в копиях, а именно:  протокола собрания кредиторов ООО «КЗП» от 15.11.2022;  заявления ФИО7. о согласии быть конкурсным управляющим ООО «КЗП»;  представления Ассоциации СРО АУЦФО от 25.11.2022;   постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 30.12.2020;  решения Арбитражного суда Тюменской области от 11.05.2017;  решения Арбитражного суда Тюменской области от 14.05.2018;  постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019;  постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 22 09 2009;  решения Арбитражного суда XMAO - Югры от 26.01.2012;  постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 31.10.2007;  постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.10.2017;  постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.05.2017;  постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 26.05.2010; определения Арбитражного суда XMAO от 13.03.2007; определения Арбитражного суда ХМ АО от 12.02.2007;  определение Арбитражного суда Красноярского края от 06.07.2020, определение Арбитражного суда Красноярского края от 27.10.2020, Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 31.08.2020, определение Арбитражного суда Красноярского края от 17.03.2022, определение Арбитражного суда Красноярского края от 31.03.2022, определение Арбитражного суда Красноярского края от 20.07.2022, гарантийное письмо от 24.10.2022; журнала регистрации участников собрания кредиторов от 15.11.2022, бюллетеня для голосования № 1 от 15.11.2022, бюллетеня для голосования № 2 от 15.11.2022, бюллетеня для голосования № 3 от 15.11.2022, доверенности ЗАО «ЭКОС» от 16.05.2022, решения единственного акционера ЗАО «ЭКОС» от 22.01.2018, заявления ФИО2 от 11.07.2022.

В силу положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции отказывает в приобщении к материалам дела указанных дополнительных доказательств, поскольку часть документов создана   после  вынесения  оспариваемого определения, по   иной  части документов не представлено обоснование невозможности их представления  в суд первой инстанции.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 АПК РФ (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу положений части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, рассматриваются арбитражным судом.

Как следует из материалов дела, 29.12.2021 в арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО3 поступило заявление о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО3 стимулирующего вознаграждения в размере 15690799,37 руб.

ФИО3, обращаясь в суд с заявленными требованиями ссылается на разъяснения, изложенные в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53) и указывает на причинно-следственную связь между заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и погашенными ФИО2 требованиями уполномоченного органа в порядке статьи 129.1 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве. Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов (пункт 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве).

Согласно положениям пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, если после подачи арбитражным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо или иное лицо удовлетворило требования кредитора (кредиторов) или предоставило должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения требований кредитора (кредиторов) в соответствии с реестром требований кредиторов в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьями 71.1, 85.1, 112.1. 113, 125. 129.1 Закона о банкротстве либо если после использования кредитором права, предусмотренного подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, данный кредитор получит денежные средства от исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, арбитражный управляющий имеет право на выплату суммы процентов, определяемой в соответствии с настоящим пунктом, если докажет, что такое удовлетворение требований кредитора (кредиторов) вызвано подачей указанного заявления арбитражным управляющим.

Сумма процентов, определяемая в соответствии с настоящим пунктом, подлежащая выплате арбитражному управляющему и лицам, привлеченным арбитражным управляющим для оказания услуг, способствовавших привлечению к субсидиарной ответственности и (или) исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, может быть снижена арбитражным судом или в выплате может быть отказано, если будет доказано, что привлечению к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и (или) исполнению судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности способствовали действия иных лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В пункте 65 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что отношения, связанные с установлением и выплатой стимулирующего вознаграждения при полном погашении требований кредиторов (статьи 113, 125 Закона о банкротстве) или при полном погашении задолженности по обязательным платежам (статьи 71.1, 85.1, 112.1 и 129.1 Закона о банкротстве) урегулированы абзацем четвертым пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

В этом случае арбитражный управляющий имеет право на получение стимулирующего вознаграждения, если докажет, что погашение требований кредиторов (уполномоченного органа) вызвано подачей им заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности.

Вопрос об установлении стимулирующего вознаграждения рассматривается судом одновременно с рассмотрением заявления о намерении удовлетворить все требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, или требования к должнику об уплате обязательных платежей, включенные в реестр требований кредиторов (далее - заявление о намерении).

Если будет установлено, что положительный результат в виде намерения погасить требования кредиторов (уполномоченного органа) обусловлен подачей арбитражным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в судебном акте об удовлетворении заявления о намерении, помимо прочего, суд указывает размер причитающегося управляющему стимулирующего вознаграждения, выплачиваемого лицом, погашающим требования, сверх суммы требований кредиторов (уполномоченного органа).

Определяя размер стимулирующего вознаграждения, суд учитывает, насколько действия арбитражного управляющего способствовали компенсации имущественных потерь кредиторов (уполномоченного органа) лицом, погашающим их требования.

По смыслу пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве и приведенных в пунктах 63 - 67 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснений, стимулирующее вознаграждение может быть установлено арбитражному управляющему исключительно в случае доказанности его вклада в виде действий, связанных с подачей заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности при достижении одного из следующих результатов: поступление от контролирующего или иного лица денежных средств в конкурсную массу и погашение за счет них требований кредиторов должника; погашение контролирующим или иным лицом требований кредиторов (уполномоченного органа) в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьями 71.1. 85.1. 112.1. 113, 125, 129.1 Закона о банкротстве; погашение контролирующим или иным лицом требований кредитора, выбравшего способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности в виде уступки ему части этого требования в размере его требования.

Поскольку по своей правовой природе процентное вознаграждение является мерой материального стимулирования арбитражного управляющего, зависящей от результатов его работы и реального вклада для достижения главной цели конкурсного производства - полное удовлетворение требований кредиторов, бремя доказывания вышеназванных фактов и обстоятельств возлагается непосредственно на арбитражного управляющего.

Смысл выплаты стимулирующего вознаграждения в случае погашения требований уполномоченного органа в порядке статьи 129.1 Закона о банкротстве, состоит в том, что арбитражный управляющий своими действиями создает для контролирующего должника лица такие негативные имущественные последствия, которые заставляют последнего предпринять меры к погашению задолженности должника-банкрота (то есть для контролирующего лица становится экономически выгоднее погасить требования уполномоченного органа, нежели быть должником в рамках привлечения его к субсидиарной ответственности).

Между тем, исследовав и оценив доводы заявителя и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции пришел к  правильному выводу о том, что конкурсным управляющим ФИО3 не представлено убедительных доказательств того, что именно его действия побудили ФИО2 удовлетворить требования уполномоченного органа, на основании следующего.

Действительно, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 12.01.2022 по делу №А33-5136-31/2019 признаны погашенными требования Федеральной налоговой службы к должнику об уплате обязательных платежей в размере 52302664,58 руб. Произведена замена Федеральной налоговой службы в реестре требований кредиторов ООО «Красноярский завод Проппантов» на ФИО2 по требованиям на сумму 52302664,58 руб., в том числе: 44951717,95 руб. – основной долг, 7350946,63 руб. – штрафные санкции.

В качестве доказательств, подтверждающих наличие у ФИО2 финансовой возможности удовлетворить требования уполномоченного органа в материалы дела представлены договоры займа и расписки за период с 20.04.2021 по 01.10.2021, заключенные между ФИО2 и третьими лицами. Финансовая возможность займодавцев подтверждается представленными в материалы дела налоговыми декларациями, справками по форме 2-НДФЛ, договорами купли-продажи. Данные обстоятельства не опровергнуты лицами, участвующими в деле, допустимыми доказательствами. Какие-либо доказательства, подтверждающие, что денежные средства, переданные ФИО2 в заём, принадлежат или имеют какое-либо отношение к контролирующим должника лицам, не представлены. Большая часть займодавцев является уроженцами г. Новосибирска и проживает в данном регионе, что совпадает с адресом регистрации самого ФИО2 В связи с чем, доводы конкурсного управляющего в данной части отклоняются судом.

ФИО3 в нарушении статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие, что погашение ФИО2 требований уполномоченного органа, осуществлено за счет средств контролирующих должника лиц. При этом из представленных в материалы дела банковских справок следует, что со счетов ФИО4 какие-либо перечисления в адрес ФИО2 не производились.

Сама по себе финансовая состоятельность ФИО4 не подтверждает волевого или финансового давления на ФИО2, т.к. у ФИО2 нет обязанности подчиниться такому давления. Кроме того, мотив для такого подчинения ФИО2 также не раскрыт конкурсным управляющим. Довод о финансовом благополучии ФИО2 из-за действий ФИО4 не основан на материалах дела и является предположительным.

Также конкурсным управляющим не доказано, что ФИО2 является аффилированным лицом по отношению к должнику или к ФИО4, ФИО8, ФИО5, ФИО9, ЗАО «ЭКОС», и что действия ФИО2, направленные на погашение требования уполномоченного органа, обусловлены защитой интересов контролирующих должника лиц.

Ссылки ФИО3 на синхронность участия ФИО2 и представителя ЗАО «ЭКОС» в судебных заседания, в собраниях кредиторов правомерно не принят судом первой  инстанции, поскольку такое участие не обязательно обусловлено только аффилированностью указанных лиц, т.к. это в большей степени присуще любым кредиторам, у которых тем или иным образом, могут совпадать интересы.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.09.2020 по делу №А33-5136-5/2019 установлен лишь круг контролирующих должника лиц и аффилированность с ними ЗАО «ЭКОС». При этом данный судебный акт не содержит каких-либо выводов о наличии аффилированности ФИО2 с названными лицами.

Исходя из пояснений ФИО2, его действия по погашению задолженности уполномоченного органа были осуществлены на основании его личного волеизъявления и не находятся в причинно-следственной связи с действиями конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц, а лишь обусловлены желанием выкупить имущество должника путем заключения отступного в целях последующего его использования для извлечения прибыли. При этом в рассматриваемом случае не имеет правового значения, что в настоящее время отступное не заключено, учитывая возможность его заключения в любой момент, учитывая, что имущество должника не реализовано на торгах. ФИО2 даны объяснения в отношении мотивов отказа в заключении в настоящее время соглашения об отступном: ненадлежащая оценка технологической линии, невозможность достоверно установить состав технологической линии и т.д.

Кроме того, одним из мотивов погашения задолженности перед уполномоченным органом выступает и тот факт, что уполномоченным органом также подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 по обязательствам должника. Определением суда от 07.04.2022 по делу №А33-5136-20/2019 произведена процессуальная замена заявителя и Федеральная налоговая служба заменена на её правопреемника – ФИО2 по требованию о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. В настоящее время данные требования рассматриваются в обособленном споре №А33-5136-40/2019 и ФИО2 занимает активную позицию при его рассмотрении, в связи с чем, нельзя сделать однозначный вывод о том, что погашение требований уполномоченного органа обусловлено последующим отказом от заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. В данной части доводы конкурсного управляющего о том, что погашение требований уполномоченного органа приведёт к освобождению контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности, являются голословными.

Довод конкурсного управляющего о том, что ФИО2 осуществил погашение задолженности по налогам с целью освобождения контролирующих должника лиц от уголовной ответственности, обоснованно  отклонен. Действительно постановлением  от 13.12.2021 возбуждено уголовное дело №12102040016000143. Постановлением от 14.02.2022 уголовное дело прекращено. Из указанного постановления следует, что: «Следствие приходит к выводу о причастности ФИО5 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ. Вместе с тем, согласно сведениям из Межрайонной ИФНС № 4 по Красноярскому краю, 10.12.2021 в адрес Межрайонной ИФНС № 4 по Красноярскому краю поступили платежи в сумме 39101707,63 руб. в счет уплаты доначисленных сумм ООО «КЗП», включая пени и штрафы в размере в размере 7350946,63 руб., из которых пени 6036460,33 руб., штрафы 1314486,3 руб. Таким образом, ущерб, причиненный ФИО5 совершенным преступлением, равно как и ФИО11 в период его руководства ООО «КЗП», возмещен в полном объеме. Учитывая изложенное, уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО5, впервые совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 199 УК РФ, добровольно возместившего причиненный им ущерб в полном объеме, подлежит прекращению». Соответственно, из содержания данных событий можно сделать вывод, что прекращение уголовного преследования это последствие, а не причина поведения ФИО2 Имея имущественный интерес, в том числе к контролирующим должника лицам, и погашая задолженность по налогам за должника, иного последствия данных действий не имелось.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с доводом конкурсного управляющего о том, что погашение ФИО2 налоговой задолженности в размере 52000000 руб. является очень рискованным экономическим решением, существенным предпринимательским риском. Однако ФИО2 объяснил это тем, что у должника в настоящее время имеется нереализованное имущество стоимостью не менее 100 млн руб. Также ФИО2 указал, что финансовая состоятельность контролирующих должника лиц не вызывает у него сомнений и в случае не получения удовлетворения своих требований от должника на выгодных для него условиях, он так или иначе не получит убытка от вложения денежных средств, поскольку настаивает на привлечении всех контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Оценив в совокупности мотивы ФИО2 по погашению требований уполномоченного органа в порядке статьи 129.1 Закона о банкротстве, суд  апелляционной  инстанции  соглашается с выводом суда первой инстанции, что в целом поведение ФИО2 не выходит за пределы обычного делового (предпринимательского) риска и соответствует обычному поведению в гражданском обороте, к которому применима правовая конструкция договора простого товарищества, учитывая дальнейшие цели ФИО2 по использованию имущества должника для извлечения прибыли. Доказательств обратного не представлено.

Довод ФИО3 том, что ФИО2 вместе с ЗАО «ЭКОС» предпринимают попытки по отстранению конкурсного управляющего, правомерно отклонен судом первой  инстанции, поскольку реализация права обжалования действий управляющего допускается законом. Какая-либо причинно-следственная связь между таким поведением указанных лиц и контролирующими должника лицами не установлена.

Ссылки ФИО3 на проделанную им работу по истребованию у контролирующих должника лиц бухгалтерской документации, оспариванию сделок, взыскании убытков в рассматриваемом случае не имеют правового значения, поскольку само по себе раскрытые конкурсным управляющим объема собственных трудозатрат и стараний по пополнению конкурной массы, в отсутствие доказательств наличия между ФИО2 и контролирующими должника лицами признаков заинтересованности не свидетельствуют о том, что причиной погашения требований уполномоченного органа являлась подача заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО3 не представлено доказательств общности имущественной массы ФИО2 с имущественной массой лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ответчиков по оспариваемым сделкам, доказательств вхождения в единую группу лиц с общим экономическим интересом и др. При этом само по себе заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц не образует оснований для получения стимулирующей части вознаграждения.

Кроме того, проведенные конкурсным управляющим мероприятия входят в круг его основных обязанностей, установленных законодательством, и не могут быть поставлены в зависимость между наличием спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и намерением ФИО2 погасить требования уполномоченного органа.

Факт того, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 16.11.2020 по делу №А33-5136/2019 суд обязал бывших руководителей ООО «Красноярский завод Проппантов» передать конкурсному управляющему бухгалтерские и иные документы, не является безусловным доказательством наличия вины контролирующих должника лиц в доведении общества до объективного банкротства. Это опровержимая презумпция.

Также, определением Арбитражного суда Красноярского края от 02.06.2022 по делу №А33-5136-20/2019 суд отказал в удовлетворении заявления  ФИО3 о взыскании убытков с ФИО9 и ФИО5 В связи с чем, ссылки конкурсного управляющего на его действия по взысканию убытков отклоняются судом.

Кроме того, заявление ФИО2 о намерении погасить требования уполномоченного органа, включенные в реестр требований кредиторов, поступило в суд 23.04.2021, то есть намного позднее даты поступления в суд заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности (более одного года, заявление поступило 30.06.2020) и в настоящее время обособленный спор №А33-5136-40/2019 не рассмотрен судом, что свидетельствует об отсутствии юридически значимой причинно-следственной связи между погашением требований уполномоченного органа и результатами привлечения контролирующих должника лиц к ответственности на основании заявления арбитражного управляющего.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, учитывая, что в рассматриваемом случае конкурсный управляющий, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в обоснование своей позиции не представил суду достаточных и убедительных доказательств, подтверждающих погашение задолженности перед уполномоченным органом именно в результате действий ФИО3; аффилированность ФИО2 с кем-либо из лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, не доказана; заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности не рассмотрено, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы апеллянта о том, что требования уполномоченного органа в настоящем деле о банкротстве были погашены за счет денежных средств ФИО4 отклоняются судом апелляционной инстанции.

В определении суда  от 09.09.2022 суд первой инстанции в соответствии с представленными по делу письменными доказательствами на основе полного, непосредственного, объективного и всестороннего исследования представленных письменных доказательств правомерно пришел к выводу о том, что для ФИО2 рассматриваемое вложение денежных средств является высокорискованной инвестицией, но совершенной в пределах обычного делового риска, с достаточным обеспечением возврата вложенных денежных средств, в т.ч. за счет института привлечения контролирующих Должника лиц к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции правомерно были отклонены доводы апеллянта о синхронных действиях ЗАО «ЭКОС» и ФИО2, являющихся участниками одного гражданско-правового сообщества и объединенных одной целью, связанной с погашением задолженности перед этими кредиторами. При этом, факт подачи этими лицами жалоб на действия Конкурсного управляющего ФИО3 в данном случае не может свидетельствовать о достижении этими лицами какой-либо неправомерной цели, поскольку такое право установлено действующим законодательством о банкротстве, а ведение процедуры банкротства без нарушения действующего законодательства со стороны Конкурсного управляющего находится в сфере судебного контроля. Использование в этом случае кредиторами такого законного способа судебной защиты их нарушенных прав, при их действительном нарушении со стороны ФИО3., отстраненного от исполнения обязанностей Конкурсного управляющего ООО «КЗП» Определением АС Красноярского края от 24.10.2022, не может быть вменено кредиторам в вину в качестве неправомерного поведения с их стороны.

В определении от 09.09.2022 суд первой инстанции в достаточной степени исследовал вопрос об источниках денежных средств для погашения ФИО2 обязательств перед уполномоченным органом в порядке ст. 129.1 Закона О банкротстве и основания к переоценке соответствующих выводов суда в апелляционном порядке нет.

По смыслу ст. 129.1 Закона о банкротстве погашение требований уполномоченного органа может быть осуществлено любым лицом, а сам по себе механизм погашения требований уполномоченного органа предполагает движение денежных средств по банковским счетам и вопрос о правопреемстве по соответствующим обязательствам разрешается арбитражным судом по правилам ст. 129.1 Закона о банкротстве только после погашения требований уполномоченного органа, что имело место в настоящем деле и подтверждается определением суда  от 12.01.2022 по делу № A33-5136/2019.

Их материалов обособленного спора усматривается, что ФИО2 в достаточной степени раскрыл как источники финансовой возможности для погашения требований Уполномоченного органа, так и мотивы своих действий по погашению этой задолженности, связанных с осуществлением высоко рискованной инвестиции, в то время как доводы ФИО3 о погашении налоговых обязательств в настоящем деле о банкротстве через ФИО2 за счет денежных средств ФИО4 сводятся по существу только к наличию у последнего финансовой возможности осуществить такое погашение, но в отсутствие каких-либо других доказательств аффилированности ФИО4 и ФИО2, который не предпринимает каких-либо реальных действий, направленных на освобождение кого-либо из КДЛ от субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Апеллянт  выражает несогласие с вынесенным решением, но при этом, не приводит доводов и доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность решения суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 09 сентября 2022  года по делу №  А33-5136/2019к34.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с положениями АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 09 сентября 2022  года по делу №  А33-5136/2019к34 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного  месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, вынесший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

ФИО12

 

Н.А. Морозова