ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

15.09.2020

Дело № А40-122232/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09.09.2020

Полный текст постановления изготовлен  15.09.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Михайловой Л.В., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт;

от конкурсного управляющего АО Банк «РСКБ» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО2, по доверенности от 29 декабря 2019 года;

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 14 мая 2019 года;

рассмотрев 09.09.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего АО Банк «РСКБ» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение от 20 февраля 2020 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 10 июля 2020 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего АО Банк «РСКБ» о принятии обеспечительных мер,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21 августа 2015 года  Банк «Республиканский социальный коммерческий банк» (акционерное общество) (АО Банк «РСКБ») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

В Арбитражный суд города Москвы в рамках дела о банкротстве Банка поступило заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО3, ФИО5, ФИО1 на сумму  3 092 816 696 руб. 36 коп.

19.02.2020 от конкурсного управляющего поступило ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество (включая денежные средства) ФИО3, ФИО5, ФИО1, а также в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве совершать любые регистрационные действия с недвижимым имуществом ответчиков согласно перечню, указанному в заявлении.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 февраля 2020 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 июля 2020 года, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО Банк «РСКБ» о принятии обеспечительных мер отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий АО Банк «РСКБ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции от 20 февраля 2020 года и постановление суда апелляционной инстанции от 10 июля 2020 года и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

03 сентября 2020 года и 07 сентября 2020 года в адрес суда поступили отзывы ФИО3 и ФИО1 на кассационную жалобу, которые судом округа приобщены к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

В обоснование заявления о принятии обеспечительных мер конкурсный управляющий сослался на то, что в ходе конкурсного производства установлены виновные действия заинтересованных лиц (ответчиков), выразившиеся в одобрении и совершении сделок по выдаче технических кредитов юридическим и физическим лицам, а также бездействие Председателя Правления, выразившееся в неосуществлении мер по предупреждению банкротства.

Заявитель считает, что указанные действия и бездействие заинтересованных лиц, противоречащие интересам Банка, а также значительный размер имущественных требований, свидетельствуют о наличии признаков недобросовестности и неразумности в поведении ответчиков и, как следствие, о высокой вероятности совершения ими действий по сокрытию своего имущества.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды исходили из того, что заявителем не представлены доказательства наличия реальной угрозы неисполнения судебных актов и необходимости принятия обеспечительных мер. 

Суды пришли к выводу, что доводы заявителя о том, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, носят предположительный характер, при этом доказательств, что ФИО3, ФИО5, ФИО1 осуществляются действия по сокрытию имущества, отчуждению имущества в пользу третьих лиц, выводу его за пределы Российской Федерации, не представлено.

Как указали суды, конкурсным управляющим не приведено достаточных оснований, свидетельствующих о возможном злоупотреблении правом со стороны указанных лиц путем сокрытия и/или отчуждения имущества.

Также суды указали, что сам по себе предполагаемый значительный размер имущественных требований не может являться основанием для принятия обеспечительных мер.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что обоснованность требований заявителя о принятии обеспечительных мер объективно следует из значительного размера заявленных имущественных требований, при этом вероятность причинения заявителю значительного ущерба следует из недобросовестного поведения ответчиков.

Заявитель указал, что ответчики, являясь контролирующими Банк лицами, уже действовали недобросовестно и неразумно, причинив Банку ущерб в результате выдачи технических кредитов, в результате чего Банк признан банкротом, что свидетельствует о наличии обоснованных подозрений в возможном совершении контролирующими Банк лицами действий по отчуждению имущества и неисполнению судебного акта.

Заявитель кассационной жалобы указал, что эффективность судебной защиты в максимальной степени проявляется только при фактическом восстановлении нарушенных прав, при этом для реализации этого принципа суд располагает действенным процессуальным механизмом в виде института обеспечительных мер, которые являются ускоренным и предварительным средством защиты, а, следовательно, для их принятия достаточно подтвердить разумные подозрения наличия предусмотренных ч. 2 ст. 90 АПК РФ оснований.

Кроме того, конкурсный управляющий указал, что истребуемые обеспечительные меры связаны с предметом заявленного требования, соразмерны ему и обеспечат фактическую реализацию целей обеспечительных мер, обусловленных основаниями, предусмотренными ч. 2 ст. 90 АПК РФ, при этом, по мнению заявителя, судебные акты не содержат мотивированных оснований для отказа в удовлетворении ходатайства, а также сведений, в связи с чем не подлежит учету позиция Верховного Суда РФ, изложенная в определении N 305-ЭС17-4004(2) от 27.12.2018 и в определении от 16.01.2020 №305-ЭС19-16954.

Также заявитель кассационной жалобы сослался на то, суды не учли, что в отношении ФИО3 и ФИО5 уже вынесен судебный акт о взыскании убытков, при этом наложение ареста на имущество контролирующих должника лиц предусмотрено п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Представитель конкурсного управляющего АО Банк «РСКБ» в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО3 и ФИО1 в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу части 1 статьи 46 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле о банкротстве, вправе принять меры по обеспечению заявленных требований в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле, а в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, и иного лица, может принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска или имущественных интересов заявителя (обеспечительные меры).

Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе, если исполнение судебного акта предполагается за пределами Российской Федерации, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.

В связи с этим при оценке доводов заявителя в соответствии с частью 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судам следует, в частности, иметь в виду разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер; вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращение нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 92 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель должен обосновать причины обращения с требованием о применении обеспечительных мер.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, данных в пункте 10 Постановления от 12.10.2006 N 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер", следует, что критериями оценки доводов заявителя о принятии обеспечительных мер являются разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер; вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон, а также оценка того обстоятельства, насколько истребуемая заявителем конкретная обеспечительная мера связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечит фактическую реализацию целей обеспечительных мер, обусловленных основаниями, предусмотренными частью 2 статьи 90 Кодекса.

Обеспечительные меры являются ускоренным и предварительным средством защиты, поэтому правила доказывания их оснований не аналогичны тем, что применяются при доказывании обстоятельств по существу судебного спора, когда от стороны требуется представить ясные и убедительные доказательства обстоятельств дела либо доказательства, преобладающие над доказательствами процессуального противника.

Для применения обеспечительных мер достаточно подтвердить разумные подозрения наличия предусмотренных частью 2 статьи 90 АПК РФ оснований.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о принятии обеспечительных мер, суды первой и апелляционной инстанций сочли, что конкурсный управляющий не доказал, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта о взыскании убытков, а также не подтвердил, что ответчиками по соответствующему обособленному спору принимаются меры по реализации принадлежащего им имущества.

Между тем, судами при разрешении спора не учтено следующее.

В силу части 1 статьи 2 Кодекса основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение судебного акта следует рассматривать как элемент судебной защиты (постановления от 15.01.2002 N 1-П, от 14.05.2003 N 8-П, от 14.07.2005 N 8-П, от 12.07.2007 N 10-П, от 26.02.2010 N 4-П, от 14.05.2012 N 11-П, от 10.03.2016 N 7-П, от 23.07.2018 N 35-П и др.).

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека по смыслу статей 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод право на судебную защиту стало бы иллюзорным, если бы правовая система государства позволяла, чтобы обязательное судебное решение оставалось недействующим к ущербу одной из сторон, и что исполнение решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть судебной защиты (постановление от 19.03.1997 по делу "Хорнсби (Hornsby) против Греции" и др.).

Судебная защита прав кредиторов может быть признана эффективной лишь в случае обеспечения судом действительных гарантий возврата кредиторам денежных средств, на которые они справедливо рассчитывали.

Ситуация, при которой в ходе судебного разбирательства недобросовестные контролирующие лица имеют возможность скрыть свое имущество, избежав обращения взыскания на него, а кредиторы лишены реального доступа к правовым средствам противодействия такому поведению ответчиков, является недопустимой.

В настоящее время одним из способов обеспечения защиты прав кредиторов в подобной ситуации, признаваемым правопорядком, является институт обеспечительных мер, своевременное и разумное применение которого устраняет препятствия к исполнению судебного определения в будущем, достигая тем самым цели правосудия.

Обеспечительные меры являются ускоренным предварительным средством защиты, поэтому для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора (абзац второй пункта 10 постановления N 55).

Для применения обеспечительных мер истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, указанных в части 2 статьи 90 Кодекса, при этом законодатель, предусмотрев упрощенную процедуру разрешения вопроса о применении обеспечительных мер, установил механизм, обеспечивающий соблюдение прав и законных интересов ответчика.

Так, в частности, по ходатайству ответчика обеспечительная мера может быть отменена судом (статья 95 Кодекса, пункт 22 постановления N 55).

Поскольку при разрешении заявления о принятии обеспечительных мер суд выясняет, какова вероятность затруднительности исполнения судебного акта, возникновения значительного ущерба на стороне заявителя, отказ судов в применении названных мер со ссылкой лишь на то, что доводы конкурсного управляющего носят предположительный характер, ошибочен.

В силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вероятность наступления событий, являющихся основанием обеспечительных мер, может подтверждаться, в том числе объяснениями участвующего в деле лица.

Следует заметить, что оперативность решения вопроса о применении обеспечительных мер при невысоком стандарте доказывания соответствующих обстоятельств не нарушает права ответчика, поскольку помимо требования о судебной проверке обоснованности и соразмерности этих мер законодательством установлены и иные гарантии соблюдения его интересов.

В рассматриваемом случае, отказав конкурсному управляющему в принятии обеспечительных мер, суды, по сути, признали необходимым подтверждение с высокой степенью достоверности фактов совершения ответчиками действий, направленных на отчуждение принадлежащего им имущества, или приготовления к совершению такого рода действий.

Однако обеспечительные меры являются ускоренным предварительным средством защиты, поэтому для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора (абзац второй пункта 10 Постановления N 55). Для применения обеспечительных мер истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, указанных в части 2 статьи 90 Кодекса.

При этом законодатель, предусмотрев упрощенную процедуру разрешения вопроса о применении обеспечительных мер, установил механизм, обеспечивающий соблюдение прав и законных интересов ответчика. Так, в частности, по ходатайству ответчика обеспечительная мера может быть отменена судом (статья 95 Кодекса, пункт 22 Постановления N 55).

Поскольку при разрешении заявления о принятии обеспечительных мер суд выясняет, какова вероятность затруднительности исполнения судебного акта, возникновения значительного ущерба на стороне заявителя, отказ судов в применении названных мер со ссылкой лишь на то, что доводы заявителя носят предположительный характер, ошибочен.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника указывал, что ФИО3 и ФИО5 привлечены к ответственности как контролирующие должника лица в виде взыскания с них убытков за выдачу технических кредитов.

В удовлетворении требований к ФИО1 судом отказано.

Ответчики не представили доказательств, что начали принимать меры к добровольному возмещению вреда, сотрудничать с конкурсным управляющим, в связи с чем доводы конкурсного управляющего о недобросовестности вышеуказанных ответчиков являются обоснованными.

Оснований полагать, что направленность поведения ответчиков в настоящее время изменилась, не имеется.

При таких обстоятельствах суд округа полагает, что существует высокая вероятность того, что в дальнейшем ФИО3 и ФИО5 продолжат действовать недобросовестно и по этой причине без принятия испрашиваемых обеспечительных мер взыскание сумм возмещения вреда будет существенно затруднено, что причинит ущерб кредиторам банка.

Аналогичный правовой подход содержится в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.01.2020 N 305-ЭС19-16954 по делу N А40-168999/2015.

С учетом изложенного, исходя из принципа разумности, в целях обеспечения баланса интересов лиц, вовлеченных в процесс банкротства банка, суд округа считает, что суды необоснованно отказали в удовлетворении ходатайства о принятии обеспечительных мер в отношении ФИО6 и ФИО5

Суд кассационной инстанции принимает по внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации изложенную в определении от 16.01.2020 N 305-ЭС19-16954, а также то обстоятельство, что определением, в соответствии с которым с ответчиков были взысканы убытки, установлено недобросовестное поведение сторон, направленное на вывод из Банка денежных средств в значительном размере путем выдачи заведомо невозвратных кредитов в ущерб интересам клиентов кредитной организации.

Вместе с тем, суд округа считает, что в данном конкретном случае отмена состоявшихся судебных актов лишена процессуального смысла и не приведет к восстановлению нарушенного права, поскольку, как следует из открытых сведений картотеки арбитражных дел, в настоящее время может быть выдан исполнительный лист в отношении ФИО3 и ФИО5 на основании определения о взыскании с последних убытков, то есть в рамках исполнительного производства Банк может реализовать свое право на арест имущества заинтересованных лиц.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для  отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд    

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20 февраля 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 июля 2020 года по делу № А40-122232/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Л.В. Михайлова

 

Е.Н. Короткова