ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-12826/2017

30 января 2020 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  23 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 января 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Бодунковой С.А.,

судей Смольниковой М.В., Брежневой О.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16235/2019) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03 октября 2019 года по делу № А75-12826/2017, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника в размере 45 937 268 рублей 48 копеек, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A»,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» ФИО2 – представитель ФИО4 (по доверенности № 55 АА 1783729 от 21.11.2017, сроком действия три года).

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5, заявитель) обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» (далее по тексту - ООО «СТЕП-А», должник).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 21.09.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» введена процедура наблюдения, временным управляющий утверждена ФИО6 (адрес для направления корреспонденции: 644024, г. Омск, а/я 9405).

Сведения о введении в отношении него процедуры банкротства - наблюдение, опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.09.2017.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 16.04.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» (далее – ООО «СТЕП-А», должник) открыто конкурсное производство. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6 (далее – ФИО6).

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 21.04.2018.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17.05.2018 конкурсным управляющим ООО «СTEП-A» утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

24.05.2019 года в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры поступило заявление конкурсного управляющего ООО «СTEП-A» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника в размере 45 937 268 руб. 48 коп.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СTEП-A» ФИО2 отказано.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «СTEП-A» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт, которым привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СTEП-A».

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что в ходе проведения проверки обстоятельств банкротства должника конкурсным управляющим установлено, что в условиях прогрессирующей неплатежеспособности был заключен ряд сомнительных договоров, экономическая целесообразность которых была не обоснована, а именно: договор купли-продажи от 07.10.2016 по продаже полуприцепа 2012 г.в., договор купли-продажи от 07.10.2016 по продаже грузового тягача седельного 2012 г.в. Полагает, что совершение сделок, причинивших вред кредиторам и повлиявших на финансовое состояние должника, свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СTEП-A». По мнению подателя жалобы, убыточность оспоренных сделок, совершенных заинтересованным лицом, доказана определениями Арбитражного суда ХМАО- Югры о признании данных сделок недействительными, при этом, по мнению апеллянта, контролирующее лицо ФИО3 знала об их заведомой убыточности для общества.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2019 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 16.01.2020.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ФИО3 предоставила письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. Также заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Инвестпроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по состоянию на 15.01.2020; выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СТЭП-А» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по состоянию на 15.01.2020; копия определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.01.2018 по делу № А75-12826/2017) и ходатайство об объявлении перерыва для формирования правовой позиции по делу.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 16.01.2020, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 23.01.20.2020 для подготовки правовой позиции конкурсного управляющего ООО «СTEП-A» ФИО2 (указания когда доводы, излагаемые в обоснование жалобы, заявлялись суду первой инстанции), после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

22.01.2019 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения по доводам апелляционной жалобы, в которых указано, что по состоянию на 07.10.2016 должник осуществлял строительство жилого дома и капитальный ремонт инженерных сетей жилого дома по договору подряда № 332/СП, в силу чего реализованные контролирующим должника лицом автотранспортные средства представляли собой основу производственной деятельности должника. Отмечает, что вне зависимостям соотношения балансовой стоимости основных средств должника, автотранспортные средства представляли собой одно из ключевых звеньев производственной цепи предприятия, единственное свободное от прав третьих лиц и иных обязательств должника. Полагает, что указанные автотранспортные средства представляли неоспоримую ценность для должника, иначе оспоренные сделки от 07.10.2016 не состоялись бы, учитывая факт регистрации ФИО3 по адресу должника через месяц после вынесения судом решения по иск бывшего руководителя ФИО7 нового предприятия с аналогичными должнику видами деятельности. Полагает, что указанное подтверждает намерение ФИО3 продолжать деятельность должника уже в новом качестве, то есть единственного учредителя предприятия без прежних финансово-экономических обязательств с использование автотранспортных средств.

После перерыва в судебном заседании в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена в составе суда в связи с нахождением судьи Шаровой Н.А. в очередном отпуске, вместо судьи Шаровой Н.А. в рассмотрении жалобы принимает участие судья Брежнева О.Ю. В связи с заменой состава суда рассмотрение жалобы начато с самого начала.

В судебном заседании, продолженном после перерыва 23.01.2020, представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

В отношении представленных конкурсным управляющим дополнительных доказательств, апелляционный суд указывает следующее.

В соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Между тем, податель жалобы не доказал уважительных причин невозможности представления дополнительных документов суду первой инстанции. Обстоятельств, препятствующих заявителю представить дополнительные доказательства при рассмотрении дела в суде первой инстанции, применительно к вышеуказанным разъяснениям, судом апелляционной инстанции из материалов дела не установлено. Невозможность представления дополнительных доказательств суду первой инстанции заявителем жалобы не обоснована и не доказана. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности пор обязательствам должника было принято к производству суда определением от 28.05.2019, поэтому с указанной даты конкурсный управляющий не только имел право, но был обязан приводить свои доводы и представлять доказательства в обоснование своей процессуальной позиции.

Кроме того, представленные дополнительные документы представлены в обоснование доводов, которые наравне с изначальными требованиями, не были раскрыты суду первой инстанции.

Таким образом, суд апелляционной инстанции отказывает в приобщении к материалам дела представленных конкурсным управляющим ФИО2 дополнительных доказательств (выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Инвестпроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по состоянию на 15.01.2020; выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СТЕП-А» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по состоянию на 15.01.2020; копия определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.01.2018 по делу № А75-12826/2017).

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, дополнительные пояснения, заслушав представителя подателя жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03.10.2019 по настоящему делу.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку конкурсный управляющий посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» обратился в арбитражный суд с заявлением 24.05.2019, следовательно, при рассмотрении данного спора судами правильно применены процессуальные нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Закона № 266-ФЗ, вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017.

Пунктом 14 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017, Закон о банкротстве дополнен новой главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные указанные в редакции Закона № 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве и подпункт 2 пункта 1 статьи 50.10 Закона о банкротстве банков) подлежат применению судами после вступления в силу Закона № 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности на дату обращения конкурсного управляющего с соответствующим заявлением были установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 23.12.2016 № 488-ФЗ. были внесены изменения.

Как следует из абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ, действовавшей на дату возбуждения дела о банкротстве ООО «СТЕП-А» контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, либо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; либо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывает конкурсный управляющий, привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо являлась контролирующими должника лицами, а именно:

с 01.06.2012 являлась генеральным директором ООО «СТЕП-А»,

с 31.12.2013 – единственным участником ООО «СТЕП-А».

Следовательно, ответчик является контролирующим должника лицом по смыслу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве и абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на статью 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсный управляющий должника в заявленных требованиях указывает на то, что ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспоренные сделки не относились к крупным сделкам, так как они не превышали указанный в статье 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» критерий, действия (бездействие) ответчика не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившим банкротством (тем более оспоренные сделки, указанные конкурсным управляющим), заявителем не предоставлены доказательства существенности причиненного вреда или наличие вреда кредиторам должника.

Повторно исследовав материалы дела, апелляционная коллегия судей приходит к следующим выводам.

В соответствии с приведенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснениями для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Пунктом 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующей нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

Поэтому суд апелляционной инстанции считает возможным применение разъяснений статьи 61.11 Закона о банкротстве, данных в Постановлении № 53 к спорным правоотношениям.

Из анализа вышеназванных норм права и разъяснений следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В абзаце 2 статьи 2 Закона о банкротстве определено, что банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, а неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472 по делу № А33-1677/13, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) от 06.07.2016).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеназванном Определении от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472 по делу № А33-1677/13, суд должен проверить каким образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.

Как следует из материалов дела и пояснений конкурсного управляющего, в ходе проведения проверки обстоятельств банкротства должника, конкурсным управляющим установлено, что в условиях прогрессирующей неплатежеспособности был заключен ряд сомнительных договоров, экономическая целесообразность которых была не обоснована.

Так, на основании договора купли продажи б/н от 07.10.2016 произошло отчуждение транспортного средства: ПОЛУПРИЦЕП 2012г изготовления ГГГС 77 УА № 896697 oт 23.10.2012 МАЗ 975830-3025000, тип двигателя отсутствует, кузов № отсутствует, цвет серый.

В порядке статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) конкурсный управляющий ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи б/н от 07.10.2016.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 10.07.2018 по делу № А75-12826/2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. С ООО «СTEП-A» в доход федерального бюджета взысканы расходы по уплате госпошлины в размере 6 000 руб.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда города Омска от 06.10.2018 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 10.07.2018 по делу № А75-12826/2017 отменено. Заявление конкурсного управляющего ООО «СТЕП-А» ФИО6 к ФИО3 о признании договора купли-продажи б/н от 07.10.2016 (полуприцеп марки МАЗ 975830-3025-000, 2012 г.в. ПТС № 77 УВ896679 от 23.10.2012) недействительным удовлетворено.

Признан недействительным договор купли-продажи б/н от 07.10.2016, заключенный между ФИО3 и ООО «СТЕП-А» о продаже полуприцепа марки МАЗ 975830-3025-000, 2012 года выпуска, IITC № 77 УВ896679 от 23.10.2012.

Суд обязал ФИО3 возвратить ООО «СТЕП-А» (в конкурсную массу) полуприцеп марки МАЗ 975830- 3025-000, 2012 года выпуска, ПТС № 77 УВ896679 от 23.10.2012.

Конкурсный управляющий направил ФИО3 требование от 09.11.2018 о передаче имущества в конкурсную массу. Однако, данное имущество не передано до настоящего времени, по имеющейся информации данное имущество у заинтересованного лица выбыло.

Также конкурсный управляющий ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи б/н от 07.10.2016 (грузовой тягач седельный, 2012 г.в., ПТС 77 УА № 845058 от 30.08.2012, МАЗ 5450А5-330-031, тип двигателя дизельный, цвет белый).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 10.07.2018 по делу № А75-12826/2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. С ООО «СTEП-A» в доход федерального бюджета взысканы расходы по уплате госпошлины в размере 6 000 руб.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда города Омска от 10.10.2018 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 10.07.2018 по делу № А75-12826/2017 отменено.

Заявление конкурсного управляющего ООО «СТЕП-А» ФИО6 к ФИО3 о признании договора купли-продажи б/н от 07.10.2016 (грузовой тягач седельный 2012г изготовления ПТС 77 УА № 845058 от 30.08.2012 МАЗ 5450А5-330-031, тип двигателя дизельный, цвет белый) недействительным удовлетворено.

Признан недействительным договор купли-продажи б/н от 07.10.2016, заключенный между ФИО3 и ООО «СТЕП-А» о продаже: грузовой тягач седельный 2012 года  изготовления ПТС 77 У А № 845058 от 30.08.2012 МАЗ 5450А5-330-031 , тип двигателя дизельный, цвет белый.

Суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную ООО «СТЕП-А» грузовой тягач седельный 2012г изготовления ПТС 77 У А № 845058 от 30.08.2012 МАЗ 5450А5-330-031, тип двигателя дизельный, цвет белый.

Конкурсный управляющий направил ФИО3 требование от 09.11.2018 о передаче имущества в конкурсную массу. Данное имущество не передано до настоящего времени, по имеющейся информации данное имущество у заинтересованного лица выбыло.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.01.2019 на основании заявления конкурсного управляющего ООО «СТЕП- А» ФИО2 изменен способ исполнения постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2018 по делу № А75-12826/2017. С ответчика ФИО3 в пользу ООО «СТЕП-А» взыскана действительная стоимость полуприцепа марки МАЗ 975830- 3025-000, 2012 года выпуска, I1TC № 77 УВ896679 от 23.10.2012 в размере 348 000 руб.

Также, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.01.2019 на основании заявления конкурсного управляющего ООО «СТЕП-А» ФИО2, изменен способ исполнения постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2018 по делу № А75-12826/2017. С ФИО3 в ползу ООО «СТЕП-А» взыскана действительная стоимость транспортного средства грузовой тягач седельного 2012 года выпуска, ПТС 77 У А № 845058 от 30.08.2012 МАЗ 5450А5-330-031, тип двигателя дизельный, цвет белый в размере 679 000 руб.

В связи с совершением сделок, причинивших вред кредиторам и повлиявшим на финансовое состояние должника, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности, указывая, что на момент обращения с требованием о привлечении контролирующего лица к ответственности размер неудовлетворенных требований составил:

Общая сумма признанных требований составляет - 45 937 268 руб. 48 коп, в том числе:

- первой очереди - 0 руб.;

- второй очереди – 2 938 277 руб. 83 коп.;

- третьей очереди - 42 998 990 руб. 65 коп. и 1 части - 2 358 698 руб. 23 коп.; 2 части 39 630 788 руб. 05 коп; 3 части 0 руб; 4 части 1 009 504 руб. 37 коп.

Полагая, что вышеуказанные сделки повлекли банкротство должника, а также причинили вред его кредиторам, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

С указанными доводами апелляционная коллегия не соглашается по следующим причинам.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующей нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

Поэтому суд апелляционной инстанции считает возможным применение разъяснений статьи 61.11 Закона о банкротстве, данных в Постановлении № 53 к спорным правоотношениям.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как верно отмечено подателем жалобы, известные суду апелляционной инстанции обстоятельства совершения должником сделок продаже имущества (2 единицы транспортных средств) в пользу ФИО3 послужили основанием для признания указанных сделок недействительными и взыскания соответствующей суммы денежных средств в конкурсную массу должника, в порядке изменения способа исполнения судебного акта по причине выбытия указанного имущества из собственности ответчика.

Вместе с тем, в настоящем случае конкурсным управляющим не представлено доказательств, очевидно свидетельствующих о том, что продажа двух единиц транспортных средств в совокупности повлекли объективное банкротство должника.

Ориентировочный (указываемый управляющим) объем имущественного вреда, причиненного должнику в денежном выражении в результате продажи транспортных средств, составил не более 1 027 000 руб. (взысканная стоимость транспортных средств с ФИО3), то есть около 2,2 % от включенной в реестр требований кредиторов задолженности (45 937 268 руб. 48 коп.).

При этом приведенные судебные акты о признании сделок недействительными имеют указание на то, что на момент совершения сделки имелась лишь одна кредиторская задолженность - перед ООО «Пластдизайн». Следовательно, наличие задолженности перед кредиторами установлено как до даты совершения сделок, так и непосредственно после их совершения.

Таким образом, указанные сделки, сами по себе, не могли повлечь объективное банкротство должника, равно как и причинить вред иным кредиторам ООО «СТЕП-А», в отсутствии иных заслуживающих внимание обстоятельств.

С ФИО3 взысканы денежные средства, расходование которых должником повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, в силу чего основания для ее повторного привлечения к гражданско-правовой ответственности в форме субсидиарной ответственности по обязательствам должника на меньшую сумму за причинение того же самого вреда имущественным правам кредиторов отсутствуют.

Следовательно, в рассматриваемом случае факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника по причине убыточности сделок (например, вывод ликвидных активов должника в отсутствие равноценного встречного предоставления или со злоупотреблением правом) заявителем не доказан. Более того, в материалы дела не представлено доказательств использования реализованного имущества в виде транспортных средств в деятельности должника.

Указанные обстоятельства, установленные вступившими в силу судебными актами, в совокупности свидетельствуют об отсутствии причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения вышеуказанных сделок и опровергают доводы заявителя о факте причинения вреда имущественным правам кредиторов и его существенном размере.

Доказательств того, что сделки между должником и кредитором совершены в целях создания искусственной задолженности должника, со злоупотреблением правом, а также факт совершения кредиторами либо должником умышленных действий, направленных исключительно на причинение вреда кредиторам должника, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Таким образом, материалами настоящего обособленного спора не подтверждается, что в результате совершения указанных сделок под влиянием контролирующих должника лиц кредиторам был причинен существенный вред.

При этом в материалы дела ФИО3 представлен анализ деятельности должника в спорный период.

Так, согласно сведениям бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2016:

1) Активы предприятия:

- дебиторская задолженность в размере 11 895 058 руб.;

- основные средства в размере 6 600 683 руб.;

- товарные запасы, материалы на сумму 4 772 880 руб.;

- вложения в строительство жилого дома (незавершенное строительство) на сумму 13 640 081 руб.;

- денежные средства в размере 13 768 руб.;

Всего: 36 908 729 руб.

2) Пассивы предприятия:

- кредиторская задолженности перед поставщиками и подрядчиками в размере 19 779 895 руб.;

- текущая задолженность по страховым взносам ПФР и ФСС на сумму 1 674 804 руб.;

Всего: 21 454 699 руб.

Чистая прибыль за 2016 год составила 49 тыс. руб., что подтверждается данными бухгалтерского учета.

Кроме того, согласно пояснениям ответчика, 01.07.2016 было получено разрешение на строительство на строительство 30 квартирного жилого дома площадью 730 кв.м., активно привлекались участники долевого строительства.

23.05.2016 был заключен договор по итогам тендера с оператором Югорского фонда по капитальному ремонту на ремонт жилого фонда на общую сумму 9 млн руб. В октябре 2016 года все материалы для выполнения договорных обязательств были закуплены.

Должником работы были частично  выполнены, понесены значительные расходы, однако Фонд отказался от оплаты выполненных работ, расторгнув 11.10.2017 договор в одностороннем порядке.

Решением  по делу № А75-6366/2018 с Фонда в пользу должника взысканы основной долг в размере 3 481 705 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 425 411 руб. 88 коп., а также расходы по судебной экспертизе в сумме 196 277 руб. 49 коп.

Кроме того, в указанный период имел место корпоративный спор с бывшим учредителем.

Так, 18.10.2016 арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу №А75-13971/2015 по иску бывшего учредителя должника о взыскании действительной рыночной стоимости доли в уставном капитале в размере 8 538 029 руб. вынесено решение о взыскании с ООО «СТЕП-А» в пользу ФИО7 сумму основного долга в размере 9 596 501 руб. 17 коп., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб. и уплате государственной пошлины в размере 70 982 руб. 99 коп.

После вступления решения в силу ФИО7 получены исполнительные листы, в июле 2017 года возбуждены исполнительные производства, счета должника на длительный срок были арестованы, прекратились расчеты с поставщиками и кредиторами, стала нарастать кредиторская задолженность.

На момент оспоренных договоров купли-продажи, на которые указывает конкурсный управляющий, предприятие вело деятельность по направлениям:

- управление и эксплуатация жилого фонда,

- строительство многоквартирного дома 14,

- капитальный ремонт инженерных сетей жилого дома Парковая д.7.

Вышеуказанные обстоятельства не опровергнуты конкурсным управляющим и в суде апелляционной инстанции. Подателем жалобы не представлено объективных и достаточных доказательств в обоснование даты наступления объективного банкротства и его причин.

При таких обстоятельствах и в отсутствие оснований полагать иное отказ в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение вышеуказанных сделок, учитывая размер сделок, дату  их совершения, размер требований, включенных в реестр требований кредиторов,   не может быть признан необоснованным.

Однако  в письменных пояснениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий также ссылается на следующие обстоятельства.

Основным видом деятельности ООО «СТЕП-А» является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе. Иными видами деятельности должника являются, в том числе, строительство жилых и нежилых зданий, подготовка строительной площадки, производство прочих строительно-монтажных работ.

При оценке сделок, в ходе которых произошло выбытие автотранспортных средств (договоры б/н от 07.10.2016), необходимо принять во внимание сложившуюся в тот период ситуацию для должника.

В период выбытия автотранспортных средств по договорам купли-продажи б/н от 07.10.2016 в отношении деятельности должника прослеживается ситуация, при которой:

- заканчивалось рассмотрение судом иска бывшего учредителя ФИО7 (к 07.10.2016 были окончены назначенные по делу экспертизы в целях определения действительной стоимости доли бывшего учредителя);

- основные средства в виде помещения № 2001 по ул. Романтиков, 13 в г. Лангепас переданы в ипотеку в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору № 5000058680 поставки с отсрочкой платежа в пользу ООО «Строительный двор»;

- основные средства в виде автотранспортных средств (МАЗ и прицеп) обеспечивали работы по строительству жилого дома (в указанный период принадлежали на праве собственности должнику, правами третьих лиц не обременены);

- незавершенное строительство обременено правами третьих лиц (участников долевого строительства);

- с Югорским фондом капитального ремонта многоквартирных домов (заказчик) заключен договор подряда № 332/СП от 23.05.2016 на выполнение работ по капитальному ремонту жилого дома на сумму 9 615 986 руб. 57 коп.;

Иная деятельность должника в указанный период не установлена.

Таким образом, по состоянию на 07.10.2016 должник осуществлял:

- строительство жилого дома;

- капитальный ремонт инженерных сетей жилого дома (договор подряда № 332/СП).

Поясняет, что через месяц после вынесения судом решения по иску бывшего учредителя ФИО7 ФИО3 осуществила регистрацию нового предприятия (ООО «Инвестпроект») с аналогичными должнику видами деятельности.

Согласно позиции конкурсного управляющего, указанное подтверждает намерение ФИО3 продолжать деятельность должника уже в новом качестве, т.е. единственного учредителя предприятия без прежних финансово-экономических обязательств с использованием автотранспортных средств.

Между тем, в соответствии с частью 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции, в том числе, не применяются правила об изменении предмета или основания иска.

При рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело (часть 1 статьи 268 АПК РФ).

Новые требования, которые не были предметом рассмотрения в арбитражном суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции (часть 7 статьи 268 АПК РФ).

В силу специфики споров по рассмотрению заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках которых правом на участие в рассмотрении жалобы обладает также конкурсный управляющий, при обжаловании судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения таких споров, с апелляционной жалобой могут обратиться не только заявитель и сам арбитражный управляющий, а также лицо, полагающее, что оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются его права или обязанности.

При этом в силу части 3 статьи 257 АПК РФ в апелляционной жалобе не могут быть заявлены новые требования, которые не были предметом рассмотрения в арбитражном суде первой инстанции.

Обращаясь с апелляционной жалобой, конкурсный управляющий ФИО2, по сути, помимо ранее заявленных кредитором суду первой инстанции, приводит новые доводы в обоснование наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности указывая новые основания и фактические обстоятельства для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности (совершение действий по созданию нового предприятия с аналогичными должнику видами деятельности, который фактически начал дублировать деятельность должника, вследствие неправомерных действий руководителя/учредителя должник прекратил производственную деятельность в целях уклонения от выплаты действительной стоимости доли вышедшему участнику), однако указанные доводы не заявлялись суду первой инстанции, вследствие чего последним не проводился анализ причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и наступлением признаков объективного банкротства должника, не устанавливалась вина ФИО3 в совершении указанных действий с учетом приведенных только в пояснениях  обстоятельств и хронологии развития событий., и, как следствие, не формулировались выводы относительно указанных доводов с указанием мотивов их удовлетворения или отклонения. 

Данные доводы не были изложены и в тексте апелляционной жалобы.

Указание соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности осуществлено представителем арбитражного управляющего  уже при рассмотрении дела апелляционным судом в целях опровержения выводов суда первой инстанции, что  фактически свидетельствует о заявлении подателем жалобы новых ранее не исследованных судом оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,  что по смыслу части 3 статьи 257 и части 7 статьи 268 АПК РФ исключает возможность их принятия и рассмотрения апелляционным судом.

Соответственно, требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц по умышленному прекращению хозяйственной деятельности и переводу бизнеса (хозяйственной деятельности)  на другое юридическое лицо специально созданное контролирующим должника лицом,  заявлено только в апелляционной жалобе, является новым, в связи с чем не подлежит рассмотрению судом апелляционной инстанции. 

Вместе с тем, указанные обстоятельства не препятствуют конкурсному управляющему вновь обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица по указанным выше основаниям (ранее не являвшимся предметом рассмотрения)  с приведением достоверных и досточтимых доказательств наступления объективного банкротства должника в результате соответствующих противоправных действий контролирующих должника лиц.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03 октября 2019 года по делу № А75-12826/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-16235/2019) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СTEП-A» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

С.А. Бодункова

Судьи

О.Ю. Брежнева

М.В. Смольникова