СУД ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ ПРАВАМ

Огородный проезд, д. 5 стр. 2, Москва, 127254

http://ipc.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

4 июля 2017 года

Дело № А56-48300/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 4 июля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 4 июля 2017 года. 

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Снегура А.А.,

судей Силаева Р.В., Химичева В.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Векта Инжиниринг» (ул. Полевая Сабировская, д. 46, оф. 207, Санкт-Петербург, 109183, ОГРН 

<

***>) на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2016 по делу № А56-48300/2015 (судья Рагузина П.Н.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2017 по тому же делу (судьи Горбачева О.В., Будылева М.В., Лущаев С.В.) 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Тунгалой Рус» (Харьковский пер-к, д. 36 «д», 

<

...>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Векта Инжиниринг»

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Завод «Двигатель» (Пироговская наб., д. 13, Санкт-Петербург, 194044, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Компания ЭкоБел» (Славгородское ш., д. 114, г. Могилев, 

<

...>) и компания Tungaloy Corporation (Fukushima, 11-1 Yoshima-Kogyodanchi Iwaki-city, 970-1144, Japan / Япония).

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Тунгалой Рус» – ФИО1 (по доверенности от 10.01.2017);

от общества с ограниченной ответственностью «Векта Инжиниринг» – ФИО2 (по доверенности от 30.06.2017 № 03) и ФИО3 (по доверенности от 23.01.2017 № 01).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Тунгалой Рус» (далее – общество «Тунгалой Рус») обратилось в Арбитражный суд города СанктПетербурга и Ленинградской области с иском к обществу с  ограниченной ответственностью «Векта Инжиниринг» (далее – общество «Векта Инжиниринг») со следующими требованиями:

о запрете ответчику совершать любые действия по использованию товарного знака «Tungaloy» по свидетельству Российской Федерации № 440313 без согласия истца, в том числе вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации товары с размещенным на них (этикетке, упаковке товаров) указанным товарным знаком, хранить товары с размещенным на них (этикетке, упаковке товаров) указанным товарным знаком, использовать в документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, в сети Интернет;

о взыскании с ответчика компенсации за незаконное использование товарного знака «Tungaloy» по свидетельству Российской Федерации № 440313 в размере 1 000 000 рублей;

об обязании ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет товары «Tungaloy», указанные в техническом задании к закупке, размещенном на сайте http://www.zakupki.gov.ru  № 31502248699 лот № 20 и спецификации к договору поставки от 28.04.2015 № ВИ-15/062-01-47, заключенному между ответчиком и акционерным обществом «Завод Двигатель» (далее – общество «Завод «Двигатель»). 

В порядке, предусмотренном статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, определениями Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.07.2015 и от 17.02.2016 привлечены общество «Завод «Двигатель», общество с ограниченной ответственностью «Компания ЭкоБел» (далее – общество «Компания ЭкоБел») и компания Tungaloy Corporation (далее – компания). 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2016 принят отказ от иска в части требования об обязании ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет товары «Tungaloy», указанные в техническом задании к закупке, размещенной на сайте http://www.zakupki.gov.ru № 31502248699 лот № 20 и спецификации к договору поставки от 28.04.2015 № ВИ-15/062-01-47, заключенному между ответчиком и акционерным обществом «Завод Двигатель», производство по делу в указанной части прекращено.

Исковые требования в оставшейся части удовлетворены частично:

ответчику запрещено совершать любые действия по использованию товарного знака «Tungaloy» по свидетельству Российской Федерации № 440313 без согласия истца, в том числе вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации товары с размещенным на них (этикетке, упаковке товаров) указанным товарным знаком, хранить товары с размещенным на них (этикетке, упаковке товаров) указанным товарным знаком, использовать в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг;

с ответчика взыскана компенсация за незаконное использование товарного знака «Tungaloy» по свидетельству Российской Федерации № 440313 в размере 500 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, по уплате государственной пошлины в размере 17 500 рублей.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2017 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2016 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Суд по интеллектуальным правам, общество «Векта Инжиниринг», ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Общество «Векта Инжиниринг» указывает на неполное исследование судами всех фактических обстоятельств и отсутствие оценки представленных в материалы дела письменных доказательств.

Заявитель кассационной жалобы считает, что статья 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пункт 16 раздела V Приложения № 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе, подписанному в г. Астане 29.05.2014 (далее – Договор о Евразийском экономическом союзе), не устанавливают конкретных требований к форме согласия правообладателя товарного знака на введение товара в гражданский оборот на территории государств-членов Евразийского экономического союза, в связи с чем полагает, что такое согласие может быть выражено в любой письменной форме.

В обоснование данного довода общество «Векта Инжиниринг» ссылается на достаточную совокупность доказательств, подтверждающих согласие правообладателя спорного товарного знака на осуществление поставки товара, маркированного этим товарным знаком, на территорию Республики Беларусь (запросы и ответы на них, деловая переписка). При этом указывает на отсутствие возражений правообладателя против осуществления этих действий.

Кроме того, общество «Векта Инжиниринг» полагает, что представленная в материалы дела деловая переписка является достаточным доказательством согласия правообладателя спорного товарного знака на ввод в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, маркированного этим товарным знаком, поскольку данный товар был поставлен из Федеративной Республики Германии. При этом обращает внимание на то, что поставка спорных товаров прослеживается из товаросопроводительных документов, специальное согласие правообладателя на вывоз товара, маркированного товарным знаком, законодательством Федеративной Республики Германии не предусмотрено, поскольку такое согласие может быть выражено путем соблюдения и исполнения условий поставки товара.

По мнению общества «Векта Инжиниринг», сам факт выпуска товара по таможенной процедуре на территории Республики Беларусь означает, что этот товар прошел контроль со стороны таможенных органов Республики Беларусь и соответствует всем требованиям, предъявляемым таможенным законодательством Евразийского экономического союза.

Лицами, участвующими в деле, отзывы на кассационную жалобу не представлены.

В судебном заседании представители ответчика поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель истца возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», при наличии в материалах дела уведомления о вручении лицу, участвующему в деле, либо иному участнику арбитражного процесса копии первого судебного акта по рассматриваемому делу либо сведений, указанных в части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, такое лицо считается надлежаще извещенным при рассмотрении дела судом апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, при рассмотрении судом первой инстанции заявления по вопросу о судебных расходах, если судом, рассматривающим дело, выполняются обязанности по размещению информации о времени и месте судебных заседаний, совершении отдельных процессуальных действий на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в соответствии с требованиями абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих получение лицами, участвующими в деле, названных документов, не может расцениваться как несоблюдение арбитражным судом правил Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о надлежащем извещении.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, компания является правообладателем комбинированного товарного знака со словесным элементом «Tungaloy» по  свидетельству Российской Федерации № 440313 (дата приоритета товарного знака – 18.02.2010, дата истечения срока регистрации – 18.02.2020), зарегистрированного, в том числе, в отношении товаров 7-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ) «металлообрабатывающие машины, станки и инструменты».

В соответствии с эксклюзивным дистрибьюторским соглашением от 01.07.2009, заключенным между компанией и обществом «Тунгалой Рус», истец является единственным дистрибьютором компании по сбыту продукции на территории Российской Федерации.

Также между компанией (Лицензиар) и истцом (Лицензиат) заключен лицензионный договор от 01.02.2013 № 1 о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 440313 (далее – лицензионный договор) на срок действия исключительного права на этот товарный знак (дополнительное соглашение от 02.02.2013).

Согласно пункту 2.6 лицензионного договора, если третьи лица нарушают права, предоставленные по договору Лицензиату на территории Российской Федерации, то Лицензиат предъявляет иск к таким лицам и самостоятельно несет соответствующие расходы и принимает денежные поступления, полученные в результате судебного решения или соглашения между истцом и ответчиком. Стороны договорились о том, что Лицензиат вправе применять иные не запрещенные законом меры в отношении лиц, нарушающих права Лицензиата по лицензионному договору.

Общество «Векта Инжиниринг» приняло участие в запросе предложений цены на закупку металлорежущего инструмента на сайте http://www.zakupki.gov.ru за № 31502248699 (лот № 20) для нужд общества «Завод «Двигатель».

В техническом задании к указанном запросу значилось 47 наименований продукции, маркированной спорным товарным знаком. Согласно сведениям по заявке общества «Векта Инжиниринг» указанное лицо предложило осуществить поставку товара по цене 934 646 рублей 10 копеек, в связи с чем было признано победителем по данному запросу. Между обществом «Векта Инжиниринг» и обществом «Завод «Двигатель» был заключен договор на поставку, в том числе 47 наименований продукции, маркированной спорным товарным знаком.

Ответчик также участвовал в запросе предложений цены на закупку твердосплавного инструмента на сайте http://www.zakupki.gov.ru за № 31502373612 (лот № 28) для нужд общества «Завод «Двигатель» и предложил осуществить поставку товара за вознаграждение в размере 1 030 013 рублей 74 копейки, однако победителем признан не был.

Общество «Тунгалой Рус», полагая, что ответчиком нарушено исключительное право на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 440313 путем использования этого товарного знака при введении в гражданский оборот без согласия правообладателя продукции (твердосплавного инструмента), обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Суды первой и апелляционной инстанций, частично удовлетворяя заявленные исковые требования, исходили из наличия у истца права на обращение с иском в защиту исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 440313; доказанности факта предложения ответчиком к продаже и реализации инструмента, маркированного названным товарным знаком; отсутствия доказательств исчерпания исключительного права на товарный знак.

При этом суды признали недоказанным факт использования ответчиком спорного товарного знака путем его нанесения на документацию, связанную с введением товара в гражданский оборот, в объявлениях, на вывесках, в рекламе и в сети Интернет, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Снижая размер заявленной компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, суды приняли во внимание цену поставки товара, установленную ответчиком при проведении запросов предложений цены на закупку твердосплавного инструмента, и пришли к выводу о том, что сумма компенсации в размере 500 000 рублей соответствует вероятным убыткам истца от действий ответчика.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав явившихся в судебное заседание представителей сторон, проверив в соответствии со статьями  286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 данной статьи).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Факт наличия у общества «Тунгалой Рус» права на обращение в суд в защиту исключительного права на спорный товарный знак правомерно установлен судами и обществом «Векта Инжиниринг» не оспаривается.

Суд кассационной инстанции отклоняет довод общества «Векта Инжиниринг» относительно введения в гражданский оборот товара, маркированного спорным товарным знаком на территории Евразийского экономического союза (Республики Беларусь) с согласия правообладателя по следующим основаниям.

Действительно, исключительное право на товарный знак ограничено принципом его исчерпания, предусмотренным статьей 1487 ГК РФ, согласно которому не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Пунктом 16 раздела V Приложения № 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе установлен региональный принцип исчерпания права, при котором право правообладателя на товарный знак в Российской Федерации считается исчерпанным с момента введения товара с нанесенным на него товарным знаком в гражданский оборот на территориях государств-членов непосредственно правообладателем товарного знака или другими лицами с его согласия.

С учетом положений статей 1484 и 1487 ГК РФ, а также правовой позиции, изложенной в пункте 15 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, маркированных товарным знаком компании, без ее согласия, является незаконным. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Поскольку ответчик ссылается на принцип исчерпания права, то именно на него возложено бремя доказывания соответствующих обстоятельств и представления в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих введение товаров в гражданский оборот с согласия правообладателя товарного знака.

Вместе с тем суды установили, что надлежащих доказательств введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации или на территории стран-участниц Договора о Евразийском экономическом союзе непосредственно правообладателем или с его согласия иным лицом товаров, маркированных спорным товарным знаком, и затем реализованных ответчиком  обществу «Завод «Двигатель», обществом «Векта Инжиниринг» в материалы дела не представлено.

Довод общества «Векта Инжиниринг» о том, что компании (правообладателю) было известно об осуществлении ввоза товара, маркированного спорным товарным знаком, на территорию Республики Беларусь и об отсутствии возражений компании против такого ввоза отклоняется как противоречащий пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, в соответствии с которым отсутствие запрета правообладателя не считается согласием (разрешением).

Утверждение общества «Векта Инжиниринг» о том, что согласие правообладателя на использование спорного товарного знака было выражено в деловой переписке лиц, осуществляющих последовательную перепродажу спорного товара, не может быть признано соответствующим представленным в материалы дела доказательствам. 

Статья 1487 ГК РФ действительно не содержит указания на то, в какой форме должно быть оформлено согласие правообладателя на использование товарного знака, нанесенного на товар, вводимый в гражданский оборот третьим лицом на территорию Российской Федерации (либо стран-участниц Договора о Евразийском экономическом союзе).

Однако это не означает, что право использования товарного знака без заключения договора может быть оформлено в произвольном виде. Соответствующая правовая позиция выражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2016 № 304-ЭС16-8563.

Кроме того, для целей объективации порождаемого согласием правового эффекта, согласие на использование товарного знака должно быть выражено в форме, которая позволяет достоверно установить адресанта согласия, способна быть воспринятой адресатом и позволит ему в случае возникновения спора доказать выдачу такого согласия.

В случае импорта оригинального товара и его дальнейшей реализации воля правообладателя на использование товарного знака конкретным лицом может следовать, в частности, из документов, подтверждающих обращение правообладателя в таможенный орган для внесения товарного знака в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности с определением уполномоченных импортеров, в число которых входит конкретное лицо, фактически использующее товарный знак на территории Российской Федерации.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 27.06.2015 по делу № СИП-193/2013.

Вместе с тем из представленных в материалы дела ответчиком доказательств, в том числе деловой переписки, не следует, что компания осуществила действия по внесению спорного товарного знака в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности Республики Беларусь либо Российской Федерации с определением в качестве уполномоченного импортера общества «Векта Инжиниринг» либо его поставщика – общества «Компания ЭкоБел».

При этом, как правильно установили суды первой и апелляционной инстанций, из представленной в материалы дела переписки не следует факт дачи компанией согласия  обществу «Компания ЭкоБел» на ввоз спорных товаров на территорию Республики Беларусь, поскольку в составе этой переписки отсутствует какой-либо письменный документ, исходящий от компании либо от ее официального дистрибьютора на территории Федеративной Республики Германии. Имеющиеся же в деле письма иных лиц, участвовавших в реализации товара, содержат лишь голословное утверждение о наличии такого согласия. 

При этом, как ранее отмечалось, единственным дистрибьютором компании по сбыту ее продукции на территории Российской Федерации и исключительным лицензиатом является общество «Тунгалой Рус», что само по себе предопределяет невозможность дачи компанией разрешения на введение товаров, маркированных принадлежащим ей товарным знаком, в гражданский оборот на территории Российской Федерации иным лицом.

Судом кассационной инстанции не принимается довод заявителя кассационной жалобы о том, что прохождение спорным товаром таможенного контроля при ввозе его на территорию Республики Беларусь свидетельствует о  правомерности использования товарного знака компании, поскольку данное обстоятельство не исключает необходимости доказывания ответчиком факта получения согласия правообладателя на использование товарного знака.

Ссылка общества «Векта Инжиниринг» на неприменение судами первой и апелляционной инстанций положений части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации и пункта 16 раздела V Приложения № 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе противоречит содержанию обжалуемых судебных актов. В частности, суд апелляционной инстанции, сославшись на положения пункта 16 раздела V Приложения № 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе, правомерно указал на отсутствие в материалах дела достаточных доказательств, подтверждающих наличие у общества «Векта Инжиниринг» права использования спорного товарного знака. 

Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно признали общество «Векта Инжиниринг» лицом, нарушившим исключительное право компании на спорный товарный знак.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из разъяснений, содержащихся абзаце втором пункта 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к правомерному выводу об обоснованности требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на спорный товарный знак. Вместе с тем, снижая заявленный истцом размер компенсации, суды исходили из назначения компенсации как способа восстановления нарушенного права, оценив при этом вероятные убытки истца, которые могут возникнуть в результате  действий ответчика.

Судебные акты в этой части заявителем кассационной жалобы не обжалуются.

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, направлены в основном на переоценку доказательств, что в силу части 2 статьи 278 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не допускается в суде кассационной инстанции. 

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального права и норм процессуального права.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами судов первой и апелляционной инстанций связано с неверным толкованием им норм материального права, что не свидетельствует о судебной ошибке.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, судом кассационной инстанции не установлено.

Исходя из этого, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2016 по делу № А56-48300/2015 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Векта Инжиниринг» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судьяА.А. Снегур

Судья         Р.В. Силаев

СудьяВ.А. Химичев