ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-4174/2017

22 ноября 2017 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  16 ноября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 ноября 2017 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей  Семёновой  Т.П., Смольниковой  М.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11658/2017) общества с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» на решение Арбитражного суда Омской области от 17 июля 2017 года по делу № А46-4174/2017 (судья Глазков О.В.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания - Жилищное хозяйство» (ИНН 5503099901, ОГРН 1065503056453) к обществу с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» (ИНН 5501262503, ОГРН 1145543051169) о взыскании 324 260 руб. 18 коп. в счет оплаты услуг, оказанных по договору оказания услуг от 01.01.2015 № 2015/03-01,

при участии в судебном заседании представителей:  

от общества с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» - представитель ФИО2, по доверенности б/н от 19.09.2016, сроком действия до 31.12.2018;

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания - Жилищное хозяйство» - представитель ФИО3, по доверенности б/н от 10.08.2017, сроком действия по 09.08.2018; представитель ФИО4, по доверенности б/н от 06.09.2017, сроком действия по 06.09.2018,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания - Жилищное хозяйство» (далее - ООО «УК-ЖХ») обратилось в Арбитражный суд Омской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» (далее - ООО «Служба газа») о взыскании 324 260 руб. 18 коп. в счет оплаты услуг, оказанных по договору оказания услуг от 01.01.2015 № 2015/03-01.

Решением Арбитражного суда Омской области от 17 июля 2017 года по делу № А46-4174/2017 с ООО «Служба газа» в пользу ООО «УК-ЖХ» взыскана задолженность по договору возмездного оказания услуг № 2015/03-01 от 01.01.2015 за декабрь 2014 года, январь 2015 года - июнь 2015 года в сумме 324 260 руб. 13 коп., а так же 9 485 руб. расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении оставшейся части искового требования отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО «Служба газа» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило отменить решение суда первой инстанции, в удовлетворении требований ООО «УК-ЖХ»  отказать.

В своей жалобе ее податель настаивает на том, что  договор оказания услуг от 01.01.2015 № 2015/03-01 является мнимым, совершенным для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по договору оказания услуг. Как утверждает ответчик, никаких услуг по указанному договору истец ответчику не оказывал. Со ссылкой на пункт 1 статьи 39, статьи 154, 155 Жилищного кодекса РФ, пункт 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. № 491, подпункт «к» пункта 21 Правил поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21.07.2008 N 549, ответчик указывает, что обязанность по обеспечению сохранности внутридомового газового оборудования со стороны управляющей компании считается исполненной в случае, когда управляющая компания заключит со специализированной организацией (в данном случае - ООО «Служба газа») договор на техническое обслуживание и ремонт внутридомового газового оборудования, у которой есть соответствующие допуски и разрешения на осуществление данного вида деятельности. Именно специализированная организация производит осмотр данного оборудования с использованием специальной техники и устройств, ремонтирует его, т.е. обеспечивает его сохранность. При этом 25 декабря 2014г. между ООО «УК-ЖХ» (заказчик) и ООО «Служба газа» (исполнитель) заключен договор № 2015/03 на техническое обслуживание и ремонт внутригазового оборудования. Согласно пункту 2.2.4 этого договора обязанностью заказчика является: обеспечение доступа представителей исполнителя к внутридомовому и (или) внутриквартирному газовому оборудованию для проведения работ (оказанию услуг) по техническому обслуживанию и ремонту указанного оборудования, а также для приостановления подачи газа в случаях, предусмотренных настоящими Правилами. Даная обязанность не подразумевает встречного вознаграждения с ООО «Служба газа». Таким образом, услуга по обеспечению доступа к внутридомовому газовому оборудованию, которая якобы возмездно «оказывалась» ООО «УК-ЖХ» в рамках договора № 2015/03-01 от 01.01.2015, на самом деле является его обязанностью в силу условий договора №2015/03 от 24.12.2014.

От ООО «УК-ЖХ» поступило два письменных отзыва на апелляционную жалобу, в которых истец просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В отзыве на жалобу директор ООО «УК-ЖХ» ФИО5 настаивает на том, что договор № 2015/03-01 от 01.01.2015 сторонами исполнялся. Ссылается на то, что, подписывая акты сдачи-приемки оказанных услуг ООО «Служба газа», давало истцу основания полагаться на действительность спорной сделки (пункт 5 статьи 166, пункт 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса РФ). 

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Служба газа» поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель ООО «УК-ЖХ» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, подписанном директором ФИО5, просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, письменного отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, проверив законность и обоснованность обжалуемых решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, 01.01.2015 между ООО «УК-ЖХ» (исполнитель) и ООО «Служба газа» (заказчик) заключен договор возмездного оказания услуг № 2015/03-01, по условиям пункта 1.1 которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства оказать следующие услуги: 

- обеспечить беспрепятственный доступ для проведения обслуживания и ремонта внутридомового газового оборудования, в пределах границ эксплуатационной ответственности (границ обслуживания) от места соединения первого запорного устройства с внешней газораспределительной сетью по адресам согласно Приложению № 1; 

- обеспечить сохранность внутридомового газового оборудования согласно Приложению № 1. 

В соответствии с пунктами 2.1, 2.2, 2.3, 2.4 договора по факту оказания услуг исполнитель представляет заказчику на подписание акт сдачи-приемки оказанных услуг в двух экземплярах. В течение 5 рабочих дней после получения акта сдачи-приемки оказанных услуг заказчик обязан подписать его и направить один экземпляр исполнителю, либо, при наличии недостатков, представить исполнителю мотивированный отказ от его подписания. В случае наличия недостатков исполнитель обязуется устранить их в течение 10 рабочих дней со дня получения соответствующих претензий заказчика. Услуги считаются оказанными с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки оказанных услуг.

В пунктах 3.1, 3.2, 3.3, 3.4 договора предусмотрено, что стоимость услуг составляет 0,20 руб. в месяц за один метр квадратный общей площади жилых помещений многоквартирных жилых домов, без НДС. Заказчик оплачивает услуги в следующем порядке: расчетный период по настоящему договору принимается равный одному календарному месяцу. Исполнитель ежемесячно (не позднее 10 числа следующего месяца) направляет заказчику счет на оплату и акт выполненных работ. Заказчик в течение 5 банковских дней со дня получения счета осуществляет оплату на расчетный счет исполнителя. Все расчеты по договору производятся в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на указанный исполнителем расчетный счет. Обязательства заказчика по оплате считаются исполненными на дату зачисления денежных средств на корреспондентский счет банка исполнителя.

Договор вступает в силу с 25.12.2014 и действует до 31.12.2017 (пункт 6.1 договора).

Как указывает истец, ООО «УК-ЖХ» надлежащим образом исполнило обязательства по указанному договору, оказав ООО «Служба газа» в период декабрь 2014 года, январь 2015 года - июнь 2015 года услуги на сумму 324 260 руб. 18 коп., что подтверждается: актом от 31.12.2014 № 000800 и счетом от 31.12.2014 № 800 на сумму 15 170 руб. 04 коп.; актом от 31.01.2015 № 000144 и счетом от 29.01.2015 № 801 на сумму 67 181 руб. 62 коп.; актом от 28.02.2015 № 000161 и счетом от 28.02.2015 № 161 на сумму 67 181 руб. 62 коп.; актом от 31.03.2015 № 000289 и счетом от 31.03.20.2015 № 289 на сумму 66 069 руб. 94 коп.; актом от 30.04.2015 № 000290 и счетом от 30.04.2015 № 290 на сумму 49 977 руб. 83 коп.; актом от 29.05.2015 № 000340 и счетом от 29.05.2015 № 332 на сумму 29 339 руб. 54 коп.; актом от 30.06.2015 № 000368 и счетом от 04.07.2015 № 368 на сумму 29 339 руб. 54 коп.

Однако оказанные услуги ответчик не оплатил.

Истцом в материалы дела представлен акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.06.2015, согласно которому задолженность в пользу ООО «УК-ЖХ» по состоянию на 30.06.2015 составила 324 260 руб. 13 коп.

Истец правил в адрес ООО «Служба газа» претензию с требованиями погасить образовавшуюся задолженность в сумме 324 260 руб. 18 коп. Претензия получена ответчиком 20.02.2017, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления.

Неисполнение ответчиком обязательства по оплате оказанных услуг явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Оценив обстоятельства настоящего дела и имеющиеся в материалах дела доказательства, установив факт оказания истцом ответчику услуг и наличие задолженности в размере 324 260 руб. 13 коп., руководствуясь нормами статей  309, 310, пункта 1 статьи 779, пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца 324 260 руб. 13 коп. задолженности по договору от 01.01.2015 № 2015/03-01. Требование истца в части взыскания задолженности в сумме, превышающей 324 260 руб. 13 коп. и составляющей 00 руб. 05 коп., оставлено без удовлетворения как не подтвержденное материалами дела.

Доводы ответчика о том, что договор возмездного оказания услуг № 2015/03-01 от 01.01.2015 является мнимой сделкой, судом первой инстанции отклонены.

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на неправильном применении норм материального права.

Суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В суде первой инстанции ООО «Служба газа» настаивало на ничтожности договора возмездного оказания услуг № 2015/03-01 от 01.01.2015 как мнимой сделки.

Аналогичные доводы приведены ответчиком в апелляционной жалобе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснено, что арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Согласно пункту 2  статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В силу этой нормы притворная сделка ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы, притворность прикрывающей сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 86 Постановление от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Это верно и для притворной прикрывающей сделки, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия для создания видимости исполнения.

В Определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, А41-48518/2014 указано, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Это также верно и для притворной прикрывающей сделки.

В подтверждение факта исполнения сделки истец ссылается на то, что акты сдачи-приемки оказанных услуг за исковой период подписаны сторонами без каких-либо замечаний по объему и качеству оказанных услуг.

Между тем, как указывалось выше, правильное оформление всех документов не исключает признание сделки ничтожной в случае, если установлено отсутствие реальных намерений сторон на исполнение сделки.

Таким образом, в настоящем деле при оценке доводов о мнимости договора от 01.01.2015 № 2015/03-01 следует установить наличие реального намерения сторон на фактическое исполнение сделки по оказанию услуг и принятию этих услуг, а также ее реальное исполнение или отсутствие таковых.

Как указывало выше, согласно пункту 1.1 договора возмездного оказания услуг от 01.01.2015 № 2015/03-01 ООО «Служба газа» (заказчик) поручает, а ООО «УК-ЖХ» (исполнитель) принимает на себя обязательства оказать следующие услуги: 

- обеспечить беспрепятственный доступ для проведения обслуживания и ремонта внутридомового газового оборудования, в пределах границ эксплуатационной ответственности (границ обслуживания) от места соединения первого запорного устройства с внешней газораспределительной сетью по адресам согласно Приложению № 1; 

- обеспечить сохранность внутридомового газового оборудования согласно Приложению № 1. 

Суд апелляционной инстанции считает, что предмет договора от 01.01.2015 № 2015/03-01 в пользу ООО «Служба газа» в данном случае отсутствует в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 39 Жилищного кодекса РФ собственники помещений в многоквартирном доме несут бремя расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме.

В случае, когда собственниками помещений в качестве способа управления многоквартирным домом выбрано управление управляющей организацией, что имеет место в данном случае, управление общим имущество дома осуществляется управляющей компанией (статья 162 Жилищного кодекса РФ). 

В силу третьего абзаца пункта 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491, газопроводы многоквартирного дома до первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков относятся к внутридомовой инженерной системе газоснабжения и являются частью общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно пункту 3 Правил поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21.07.2008 N 549 (далее – Правила поставки газа в редакции на 01.01.2015), внутридомовое газовое оборудование в многоквартирном доме определено как являющиеся общим имуществом собственников помещений газопроводы, проложенные от источника газа (при использовании сжиженного углеводородного газа) или места присоединения указанных газопроводов к сети газораспределения до запорной арматуры (крана) включительно, расположенной на ответвлениях (опусках) к внутриквартирному газовому оборудованию, резервуарные и (или) групповые баллонные установки сжиженных углеводородных газов, предназначенные для подачи газа в один многоквартирный дом, газоиспользующее оборудование (за исключением газоиспользующего оборудования, входящего в состав внутриквартирного газового оборудования), технические устройства на газопроводах, в том числе регулирующая и предохранительная арматура, системы контроля загазованности помещений, коллективные (общедомовые) приборы учета газа, а также приборы учета газа, фиксирующие объем газа, используемого при производстве коммунальной услуги.

Таким образом, поскольку внутридомовое газовое оборудование является общим имуществом многоквартирного дома, бремя содержания внутридомового газового оборудования несут собственники помещений в многоквартирном доме. 

Управление таким имуществом осуществляет управляющая компания.

На основании подпункта «к» пункта 21 Правил поставки газа управляющая организация, приобретающая газ в качестве коммунального ресурса для предоставления гражданам коммунальной услуги по газоснабжению, как абонент обязана обеспечивать надлежащее техническое состояние внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, своевременно заключать договор о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования.

Исходя из изложенного, обязанность абонента - исполнителя коммунальной услуги газоснабжения по содержанию ВДГО, установленная подпунктом «к» пункта 21 Правил поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан, будет считаться исполненной надлежащим образом в случае заключения со специализированной организацией договора на техническое обслуживание и аварийно-диспетчерское обеспечение в отношении внутридомовой инженерной системы газоснабжения, являющейся частью общего имущества собственников помещений многоквартирного дома.

Соответствующие разъяснения приведены в  Письме Минрегиона РФ от 18.06.2009 N 18629-СК/14 «О разъяснении по вопросу ответственности за обслуживание внутридомового газового оборудования в многоквартирном доме».

С учетом изложенного, в силу прямого указания в Правилах поставки газа обязанность ООО «УК-ЖХ» по содержанию ВДГО исполняется путем заключения договора  на техническое обслуживание и аварийно-диспетчерское обеспечение со специализированной организацией.

Иных обязанностей по содержанию ВДГО управляющая организация не несет. Самостоятельно исполнять обязанности по содержанию ВДГО управляющая организация также не вправе.

В свою очередь, 25.12.2014 между ООО «Служба газа» (исполнитель) и ООО «УК-ЖХ» (заказчик) заключен договор № 2015/03 на техническое облуживание и ремонт внутридомового газового оборудования.

Согласно пункту 1.1 договора от 25.12.2014 № 2015/03 исполнитель обязался по заданию заказчика и за вознаграждение осуществлять техническое и аварийное обслуживание внутридомового газового оборудования, в том числе бытового газового оборудования, ведение эксплуатационно-технической документации внутридомового газового оборудования, относящегося к общему имуществу собственников помещений в многоквартирных домах, находящихся в управлении заказчика.

В пункте 1.2 договора от 25.12.2014 № 2015/03 указано, что при осуществлении деятельности по настоящему договору исполнитель руководствуется Постановлением Правительства РФ от 21.07.2008 № 549 «О порядке поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых   нужд   граждан»,   Приказом   Минрегиона   РФ   от  26.06.2009 № 239 «Об утверждении Порядка содержания и ремонта внутридомового газового оборудования в Российской Федерации», Постановлением Правительства РФ от 14.05.2013 N 410 «О мерах по обеспечению безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования» вместе с «Правилами пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению».

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что, являясь специализированной организацией по техническому обслуживанию и аварийно-диспетчерскому обеспечению в отношении внутридомовой инженерной системы газоснабжения, именно ответчик обеспечивает обслуживание ВДГО. Иного из материалов дела не следует.

Поэтому у ответчика  отсутствует не только потребность в услугах истца, которые сам ответчик должен оказывать истцу, но и возможность их принять от истца, а у истца  отсутствует возможность их оказать.

Со своей стороны, суть оказываемых услуг по договору № 2015/03-01 от 01.01.2015 в части содержания и сохранности ВДГО  истцом не раскрыта.

При этом обеспечение сохранности ВДГО охватывается понятием бремени содержания общего имущества многоквартирного дома, которое несут собственники и по их поручению истец как управляющая организация.

Пояснений относительно того, какие услуги, выходящие за пределы исполнения ответчиком  обязательств по договору на техническое и аварийное обслуживание внутридомового газового оборудования, а также обязательств самого истца перед собственниками помещений в МКД, может реально оказывать истец для ответчика, не дано. Потребительская ценность таких услуг не раскрыта.

Доказательств реального оказания услуг в материалы дела не представлено.

В дело, по сути, представлены доказательства встречного заказа истцом и ответчиком услуг одного и того же характера,  что противоречит разумной экономической цели заключения договоров и разумному поведению контрагентов в сделке.

Являясь специализированной организаций в части технического обслуживания ВДГО, ответчик не может быть заинтересован в получении от истца  услуги, входящей в сферу своей специализированной деятельности, в целях предоставления этой же услуги самому же истцу. То есть ответчик  не может быть заинтересован в оплате истцу услуги, которую он сам ему оказывает и которая не может быть отказана силами истца.

При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что  обеспечение доступа представителей исполнителя к внутридомовому и (или) внутриквартирному газовому оборудованию для проведения работ (оказанию услуг) по техническому обслуживанию и ремонту указанного оборудования, а также для приостановления подачи газа в случаях, предусмотренных Правилами, является обязанностью ООО «УК-ЖХ» как заказчика по пункту 2.2.4 договора №2015/03 от 24.12.2014.

Поэтом исполнение этой обязанности не может считаться предоставлением со стороны истца в пользу ООО «Служба газа», за которое истец вправе требовать оплаты. 

Подписание сторонами актов сдачи-приемки оказанных услуг, а также акта сверки расчетов не может считаться достаточным подтверждением фактического оказания услуг. Выводы суда первой инстанции в этой части являются ошибочными.

Оснований считать, что договор № 2015/03-01 от 01.01.2015 исполнялся, у суда апелляционной инстанции нет.

Из пояснений представителя ООО «Служба газа», данных суду апелляционной инстанции, следует, что  подписание договора № 2015/03-01 от 01.01.2015 явилось условием  заключения между сторонами договора от 25.12.2014 № 2015/03 на техническое облуживание и ремонт внутридомового газового оборудования. 

По утверждению ответчика, без заключения договора № 2015/03-01 от 01.01.2015 договор на техническое обслуживание не был бы заключен, поэтому спорный договор был заключен в целях обоснования выплаты комиссионных за выбор исполнителя услуг по обслуживанию ВДГО.

Данное обстоятельство истцом не опровергнуто.

Разумную экономическую цель в заключении рассматриваемого договора в ситуации, когда предмет договора никакой потребительской ценности для ответчика не имеет, истец не обосновал и не раскрыл.

При этом заключение договора № 2015/03-01 от 01.01.2015 в целях получения незаконных комиссионных за выбор ответчика в качестве специализированной организации, является  недобросовестным поведением, нарушающим  интересы не только ответчика и его возможных кредиторов, но и собственников помещений в многоквартирном доме, на которых в конечном итоге ложится бремя завышенных расходов на содержание ВДГО, в то время как обязанностью истца является рачительное ведение дел по содержанию общего имущества.

К тому же таким образом  может фактически завышаться утвержденный собственниками тариф за услуги по управлению, поскольку незаконный доход от управления таким способом прячется в расходах на содержание.

В такой ситуации суд не должен стимулировать недобросовестное поведение истца.     

Таким образом, прикрывающая сделка - договор № 2015/03-01 от 01.01.2015 – является ничтожной, поскольку стороны не имели реальных намерений его исполнять, а были намерены прикрыть ею сделку о выплате комиссионных (отступного) за выбор контрагента. Однако прикрываемая сделка также ничтожна, поскольку она противоречит требованиям закона к добросовестному поведению (статья 1, 10, 168 ГК РФ) и нарушает права третьих лиц (собственников помещений МКД).

Доводы ООО «УК-ЖХ» о том, что, подписывая акты сдачи-приемки оказанных услуг ООО «Служба газа», давало истцу основания полагаться на действительность спорной сделки (пункт 5 статьи 166, пункт 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса РФ), судом апелляционной инстанции отклоняются. 

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности,  если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Толкование этой нормы содержится  в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Однако, названная норма, во-первых, защищает добросовестных лиц, а не контрагентов в сделке, точно знавших о  ее недействительности, и заключивших сделку с противоправной целью, а, во-вторых, указанная норма не применяется к мнимым (притворным) сделкам, которые не подлежат исполнению.

В такой ситуации норма пункта 5 статьи 166 ГК РФ по заявлению истца в данном случае применению не подлежит.

По этой причине не подлежит применению и пункт 2 статьи 431.1 ГК РФ, согласно которому сторона, принявшая от контрагента исполнение по договору и не исполнившая свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным.

Реальное намерение сторон на исполнение обязательств, с учетом согласованного предмета договора, полностью относящегося к специализированной деятельности ответчика, не нашло подтверждение в материалах дела.

Как разъяснено в пятом абзаце пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Факт исполнения договора № 2015/03-01 от 01.01.2015 со стороны ООО «УК-ЖХ» отсутствует. Со своей стороны обязательство по договору ответчик также не исполнял.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает договор № 2015/03-01 от 01.01.2015 притворной сделкой  (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) и отказывает в защите истцу в связи с его недобросовестным поведением при заключении договора.

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При таких обстоятельствах требование ООО «УК-ЖХ» о взыскании задолженности по договору № 2015/03-01 от 01.01.2015 удовлетворению не подлежит.

В связи с чем решение Арбитражного суда Омской области от 17 июля 2017 года по делу № А46-4174/2017 подлежит отмене, апелляционная жалоба ООО «Служба газа» - удовлетворению.

Расходы по оплате государственной пошлины в связи с подачей иска и апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктами 3, 4 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11658/2017) общества с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» удовлетворить.

решение Арбитражного суда Омской области от 17 июля 2017 года по делу № А46-4174/2017 (судья Глазков О.В.) отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания - Жилищное хозяйство» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу  общества с ограниченной ответственностью «Городская газовая служба» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) расходы по оплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

Т.П. Семёнова

 М.В. Смольникова