ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А72-731/2021

г. Самара

14 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 6 апреля 2022 года 

Постановление в полном объеме изготовлено 14 апреля 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Морозова В.А., 

судей Барковской О.В., Кузнецова С.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от истца – ФИО2, представитель (доверенность № 3 от 01.12.2021, диплом №11/4868 от 30.06.2011); 

от ответчика – ФИО3, представитель (доверенность от 10.12.2021, диплом №9243 от 06.07.2017), ФИО4, представитель (доверенность от 01.09.2020, диплом №195 от 28.06.2008),

рассмотрев в открытом судебном заседании 6 апреля 2022 года в зале № 4 помещения суда апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сплав» на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 31 января 2022 года по делу №А72-731/2021 (судья Слепенкова О.А.)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Сплав» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва,

к обществу с ограниченной ответственностью «Т1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Ульяновская область, Чердаклинский м. район, Мирновское с.п.,

о взыскании 2655218235 руб. 90 коп.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Сплав» (далее – ООО «Сплав», истец) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Т1» (далее – ООО «Т1», ответчик) о взыскании 148400968 руб. 34 коп. упущенной выгоды (с учетом принятого судом уменьшения размера исковых требований). 

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.01.2022 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Истец с решением суда не согласился и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и нарушение судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал и просил ее удовлетворить.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу и в судебном заседании с доводами жалобы не согласился и просил обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверяется в соответствии со статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе истца, отзыве ответчика на апелляционную жалобу, заслушав выступления присутствующих в судебном заседании представителей сторон, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2020 по делу №А40-33746/20 удовлетворены исковые требования ООО «Сплав» к ООО «Т1» о понуждении возвратить товар согласно указанному в списке количеству.

В рамках указанного дела судами установлено, что между ООО «Сплав» и ООО «Т1» заключен договор оказания складских услуг от 06.12.2018 № 7У/18, в соответствии с условиями которого ответчик в целях обеспечения приемки, хранения и выдачи грузов  товаров истца обязался предоставить истцу услуги по ответственному хранению и терминальной обработке имущества заказчика в здании складского комплекса в портовой ОЭЗ на установленный договором срок, а истец обязался своевременно уплачивать соответствующую плату.

В ходе исполнения сторонами своих обязательств по договору ответчик направил в адрес истца письмо-уведомление от 18.10.2019 о расторжении договора оказания складских услуг со ссылкой на систематические нарушения истцом договора в части оплаты услуг, а также с указанием на непредусмотренные договором расходы, в связи с исполнением договора. Дата расторжения определена ответчиком 07.12.2019.

В ответ на письмо-уведомление от 18.10.2019 истец письмом от 11.11.2019 просил пролонгировать договор на 6 месяцев с 07.12.2019 на предложенных условиях, однако, предложение истца ответчиком оставлено без рассмотрения и ответа.

Письмом-уведомлением от 04.11.2019 ответчик известил истца об истечении срока действия договора и просил в срок до 07.12.2019 вывезти товар со склада ответчика, а также предупредил о последствиях неисполнения обязанности по освобождению помещений в виде вынужденного оказания услуг хранения стоимостью 3 170 000 руб. в месяц, которая должна быть перечислена авансовым платежом до 5-го числа месяца, в котором будут оказываться услуги хранения.

Как установлено решением суда, факт расторжения договора с 07.12.2019 сторонами не опровергнут.

В день истечения срока действия договора ответчик посредством электронной почты уведомил истца об аннулировании пропусков на склад с 07.12.2019 на основании приказа генерального директора общества от 06.12.2019.

Истец письмом от 18.12.2019 просил ответчика подтвердить полномочия истца на подачу уведомления на вывоз товара от своего имени, что обусловлено пунктом 34 Порядка и технологий совершения таможенных операций в отношении товаров, включая транспортные средства, утвержденного приказом Минфина России от 31.08.2016 № 147н, и выдать разрешение на вывоз товара и временный пропуск на вывоз.

Данное письмо истца оставлено ответчиком без рассмотрения и ответа, в связи с чем Симбирский таможенный пост Ульяновской таможни неоднократно отказывал истцу в вывозе и в совершении сопутствующих таможенных операций с товаром для вывоза со склада ответчика.

Письмом от 16.01.2020 истец повторно обратился к ответчику с соответствующими требованиями с указанием на обстоятельства отказа таможенного органа в вывозе товаров.

В письме от 24.01.2020 в адрес начальника Самарской таможни истец просил разъяснить порядок осуществления перевозки товара на территории ПОЭЗ с пояснениями о расторжении договора и поиске нового склада на данной территории, в ответ на которое Самарская таможня в письме от 31.01.2020 указала, что в ПОЭЗ «Ульяновск» резидентом ответчика Симбирский таможенный пост 07.12.2019 был уведомлен о расторжении договора с истцом, в связи с чем товары последнего находятся под таможенным контролем в течение существования данной территории, поскольку указанные товары были размещены на территории ПОЭЗ в рамках договора оказания услуг и помещены под таможенную процедуру СТЗ. Также указано на то, что вывоз товаров возможен только с разрешения Симбирского таможенного поста и после завершения процедуры СТЗ.

Поскольку ответчик, как резидент ПОЭЗ «Ульяновск», является уполномоченным по отношению к товару истца в части подтверждения полномочий истца на подачу уведомления на вывоз товара от своего имени в таможенный пост и последующие процедуры, не осуществил соответствующие действия, истец обратился в арбитражный суд и его требования были удовлетворены.

Однако, как указал истец, ООО «Т1» не исполняет решение Арбитражного суда г.Москвы от 20.07.2020 по делу №А40-33746/20 о возврате товара.

Таким образом, как полагает истец, ООО «Т1» намеренно осуществляет действия по удержанию чужого имущества, что также влечет убытки (упущенную выгоду) для ООО «Сплав».

По мнению истца, удержание ответчиком товара истца повлекло для него убытки из-за отсутствия товара для реализации в магазинах сети MINISO, что в дальнейшем сказалось на падении выручки. ООО «Сплав» использовало только склад ответчика для целей ввоза, осуществления таможенных процедур и хранения товаров, поскольку только ООО «Т1» оказывало складские услуги на территории ПОЭЗ «Ульяновск». В этой связи фактически весь товар истца, собственником которого он является и который должен был быть реализован на рынке, оказался незаконно удержан ответчиком. В соответствии с внутренними планами и графиками, с учетом заключенных договоров поставки, ООО «Сплав» планировало поставлять товар, хранившийся на складе ООО «Т1», своим контрагентам на постоянной основе. Однако блокирование доступа ООО «Сплав» к товару в течение длительного периода стало причиной вынужденных сбоев и срывов ООО «Сплав» по организации поставки товаров своим покупателям, срывов планов по открытию ООО «Сплав» новых магазинов сети, и как следствие - недополученной прибыли. В последующем из-за ненадлежащего исполнения ООО «Сплав» своих обязанностей, оно было лишено генеральной лицензии на использование товарного знака MINISO, 23.06.2020 было зарегистрировано расторжение лицензионного договора в Роспатенте.

В обоснование своих доводов истец привел перечень контрагентов, с которыми ООО «Сплав» заключило сублицензионные договоры и договоры поставки, однако из-за удержания ООО «Т1» всего товара ООО «Сплав» не смогло исполнять свои обязательства по регулярным поставкам продукции в магазины. Открытие новых магазинов и заключение договоров было сорвано также из-за отсутствия достаточного количества товара у ООО «Сплав», поскольку они были удержаны ООО «Т1». В обоснование упущенной выгоды истцом представлен график с количеством действующих магазинов и планом открытия новых магазинов с динамикой увеличения их числа в течение предстоящих лет.

ООО «Сплав» направило в адрес ООО «Т1» претензию с требованием выплатить возмещение причиненных убытков. 

Однако претензия осталась без ответа и удовлетворения, что и послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик считает, что доводы истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку в течение периода времени с даты уведомления ООО «Сплав» о расторжении договора и в последующем истец имел возможность вывоза товара, вместе с тем, каких-либо действенных мер (увеличенное количество поданных деклараций, заявлений и обращений в таможенный пост) к тому не предпринял. При этом ООО «Т1» неоднократно уведомляло письмами ООО «Сплав» о необходимости вывоза товара до даты расторжения договора.

Ответчик указал, что в доступе на территорию складского комплекса ООО «Т1» истцу никто не отказывал, напротив, имеются копии пропусков и журнал учета выдачи пропусков, согласно которым сотрудникам ООО «Сплав» выдавались все необходимые пропуска по запросам. За весь период с даты уведомления о расторжении договора было вывезено лишь незначительное количество хранящихся товаров.

Со стороны ООО «Сплав» отсутствовали какие-либо достаточные действия, направленные на вывоз всей партии товара со склада ООО «Т1», а именно, не оплачивались таможенные пошлины, не велись работы по сертификации товара, не погашалась задолженность за услуги вынужденного хранения перед ООО «Т1».

Кроме того, уже в 2019 году, когда действовал договор между истцом и ответчиком, ООО «Сплав» начало испытывать значительные финансовые трудности, являлось убыточной компаний, что подтверждается данными бухгалтерского баланса, 2020 год характеризовался распространением коронавирусной инфекции по РФ,  введением режима самоизоляции и запретом на осуществление торговли в розничных точках продажи непродовольственных товаров (а именно к такой отрасли относится деятельность истца). Согласно выписке из реестра товарных знаков с записями о регистрации прекращения права использования товарных знаков MINISO 23.06.2020 следует, что государственная регистрация расторжения генерального лицензионного договора от 23.11.2018 произведена на основании «взаимное согласие».

Таким образом, ООО «Сплав» расторг генеральный лицензионный договор от 23.11.2018 по своей инициативе, а не в результате одностороннего отказа от договора со стороны правообладателя MINISO HONG KONG LIMITED, что свидетельствует об отсутствии факта причинения убытков истцу ответчиком.

Как указал ответчик, истец рассчитывает упущенную выгоду в предположении, что весь товар должен был быть реализован на рынке, однако заявления на вывоз всего товара ООО «Сплав» никогда не подавало, кроме того, расчет ведется также исходя из количества магазинов, которые только планировались к открытию.

Относительно таможенной процедуры выпуска товара ответчик пояснил следующее.

ООО «Т1» является резидентом портовой особой экономической зоны (ОЭЗ) на территории муниципального образования «Чердаклинский район» Ульяновской области в соответствии с соглашением от 04.10.2012. Территория складского комплекса ООО «Т1» является зоной постоянного таможенного контроля. На территории складского комплекса работают представители таможенного органа - Таможенного поста «Симбирский» Самарской таможни.

Деятельность ОЭЗ в РФ регламентируется Федеральным законом от 22.07.2005 №116-ФЗ «Об особых экономических зонах в Российской Федерации» (далее – Закон об ОЭЗ). Решение о создании ОЭЗ утверждается Правительством Российской Федерации на основе заявки, подготовленной высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации. ОЭЗ создаются на 49 лет.

В соответствии с Законом об ОЭЗ, «особая экономическая зона - часть территории Российской Федерации, которая определяется Правительством Российской Федерации и на которой действует особый режим осуществления предпринимательской деятельности, а также может применяться таможенная процедура свободной таможенной зоны».

В соответствии с Таможенным кодексом ЕАЭС (глава 27), таможенная процедура свободной таможенной зоны - таможенная процедура, применяемая в отношении иностранных товаров и товаров Союза, в соответствии с которой такие товары размещаются и используются в пределах территории СЭЗ или ее части без уплаты таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин при соблюдении условий помещения товаров под эту таможенную процедуру и их использования в соответствии с такой таможенной процедурой.

Под таможенную процедуру свободной таможенной зоны помещаются товары, предназначенные для размещения и (или) использования резидентами (участниками, субъектами) СЭЗ на территории СЭЗ в целях осуществления резидентами (участниками, субъектами) СЭЗ предпринимательской и иной деятельности в соответствии с соглашением (договором) об осуществлении (ведении) деятельности на территории СЭЗ (договором об условиях деятельности в СЭЗ, инвестиционной декларацией, предпринимательской программой), если иное не установлено законодательством государства-члена в отношении товаров, помещаемых под таможенную процедуру свободной таможенной зоны для размещения и (или) использования на территориях отдельных СЭЗ, созданных на территории такого государства-члена.

Таким образом, режим свободной таможенной зоны (СТЗ), под который помещен товар ООО «Сплав» в складском комплексе ООО «Т1», представляет собой таможенную процедуру, при которой товары размещаются и используются в пределах территории свободной экономической зоны (СЭЗ) или ее части без уплаты таможенных пошлин, налогов, а также без применения мер нетарифного регулирования в отношении иностранных товаров и без применения запретов и ограничений в отношении товаров таможенного союза (ст. 201 ТК ЕАЭС).

Территория СЭЗ является зоной таможенного контроля (ст. 203 ТК ЕАЭС).

В соответствии со ст. 206 ТК ЕАЭС необходимо производить идентификацию иностранных товаров, помещенных под таможенную процедуру свободной таможенной зоны.

Для вывоза товаров с территории СЭЗ на остальную часть таможенной территории Союза действие таможенной процедуры свободной таможенной зоны завершается помещением под таможенные процедуры в соответствии со ст. 207 ТК ЕАЭС.

В частности, товар должен быть помещен под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления.

При этом, как указал ответчик, для вывоза товара с территории складского комплекса ООО «Т1», ООО «Сплав» должно было произвести следующие действия:

1. Пройти процедуру «таможенной очистки» товара, включая:

- проведение сертификации товаров, включая следующие действия: 

1) подать заявку на вывоз конкретных образцов товаров; 

2) привлечь специалиста специализированной сертификационной организации, который в присутствии сотрудника таможенного органа проведет отбор образцов товаров для вывоза и оформлении сертификатов; 

3) обеспечить получение сертификатов на планируемую к вывозу партию товара;

- уплатить таможенные платежи и обязательные сборы в бюджет. Обеспечить наличие таможенного обеспечения;

- подать в таможенный орган уведомление о вывозе подготовленной партии товара, предоставив в таможенный орган полный пакет документов на данную партию товаров, включая таможенные декларации по выпуску товаров для внутреннего потребления (таможенная процедура ИМ40), сертификаты соответствия, таможенные декларации на помещение товара под таможенную процедуру

2. Получить разрешение таможенного органа на вывоз товара.

3. Осуществить непосредственный физический вывоз товара.

Ответчик подчеркнул, что ООО «Сплав» не предпринимало действий по пунктам 1 и 2 обязательной процедуры - ни осенью 2019 года (после получения уведомления о расторжении договора), ни в ноябре 2020 года, после получения доверенности-поручения на вывоз товара согласно решению суда.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 1, 2, 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности истцом совокупности условий, необходимых для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде возмещения упущенной выгоды, и правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истцом не представлены надлежащие доказательства того, что при обычных условиях гражданского оборота истец получил бы в спорный период прибыль именно в указанном им размере, и что истец принял какие-либо меры для получения этой прибыли.

Документальное подтверждение того, что товар утрачен и истец лишен возможности его возвратить, в материалах дела отсутствует (довод ответчика о наличии товара на складе и возможности его возвращения истцу при соблюдении условий выпуска для внутреннего потребления и оплаты услуг складского хранения истцом не опровергнут).

Доводы истца о расторжении лицензионного договора и неоткрытии магазинов исключительно по вине ответчика материалами дела не подтверждаются.

Неоткрытие магазинов и соответствующую возможную прибыль следует отнести к предпринимательским рискам истца.

Как следует из материалов дела, а также установлено судебными актами по делу №А72-1772/2021, доказательств принятия самим ООО «Сплав» мер, необходимых и достаточных для вывоза товара со склада: наличие сертификатов на весь товар, подача соответствующих заявок и деклараций в таможенные органы, оплата таможенных пошлин и сборов, обеспечение транспорта для вывоза товара, не представлено.

Однако указанные действия необходимы для вывоза товара и не зависят от волеизъявления заявителя.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены доказательствами и не опровергают установленные по делу обстоятельства. По существу доводы жалобы сводятся к несогласию истца с выводами суда о фактических обстоятельствах дела и иной оценке представленных доказательств, что не может служить основанием для отмены судебного акта. Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, истец не представил.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое истцом решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 31 января 2022 года по делу №А72-731/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сплав» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа. 

Председательствующий судья

Судьи

В.А. Морозов

О.В. Барковская

С.А. Кузнецов