ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-14161/2021

16 января 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  11 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме  16 января 2024 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Дубок О. В., Целых М. П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11795/2023) общества с ограниченной ответственностью  «Новая Сибирь-Агро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 644555, 

<

...>, далее – ООО «НСА») на определение от 16.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-14161/2021 (судья Сорокина И. В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3 к ФИО4 о признании недействительной сделки, применении последствий её недействительности, при привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее также – должник),

при участии в судебном заседании представителей:

от ООО «НСА» – ФИО6 по доверенности от 24.06.2023, 

от ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 18.12.2023 № 55АА3189461, 

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением от 13.08.2021.

Определением суда от 20.10.2021 (резолютивная часть от 14.10.2021) вышеуказанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов сроком на пять месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО8.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в печатном издании «Коммерсантъ» от 23.10.2021 № 194.

На основании определения суда от 29.09.2022 (резолютивная часть) в рамках дела № А46-14161/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 произведена замена кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Трейдком» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>) на его правопреемника – ООО «НСА».

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника финансовый управляющий ФИО2 – ФИО8 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договор купли-продажи от 19.07.2019, заключённый между ФИО4 и должником, по продаже транспортного средства (полуприцепа) МАЗ 9919, 1998 г. в. (далее – спорное транспортное средство, полуприцеп), VIN 

<

***>, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного полуприцепа.

К участию в рассмотрении в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ФИО5

Определением от 01.02.2023 (резолютивная часть объявлена 31.01.2023) Арбитражного суда Омской области ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО2

На основании определения суда от 13.04.2023 (резолютивная часть) финансовым управляющим имуществом ФИО2 утверждён ФИО3 (далее – управляющий).

Определением от 16.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-14161/2021 в удовлетворении заявления управляющего отказано.

В апелляционной жалобе ООО «НСА» ставится вопрос об отмене определения суда и удовлетворении требований управляющего. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы: 

- в соответствии со справкой от 14.06.2023, оценщиком определена ориентировочная стоимость спорного полуприцепа по состоянию на 19.07.2019 – 270 000 руб. Согласно сведениям на сервисах по продаже автомобилей в сети Интернет, стоимость аналогичного транспортного средства значительно выше;

- спорный полуприцеп отчуждён ответчику по цене ниже реальной стоимости такого транспортного средства;

- о наличии признаков неплатёжеспособности могут свидетельствовать не только сведения из Банка данных исполнительных производств, но и иные обстоятельства. Определениями суда от 22.12.2021 и 25.04.2021 включены в реестр требований кредиторов должника требования Банка ВТБ по кредитным договорам, заключённым02.02.2019 и 27.05.2019 с должником. Также определением суда от 17.01.2022 включены в реестр требований кредиторов должника требования уполномоченного органа по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование за 2019 – 2020 гг.;

- суд не принял во внимание доводы самого должника о том, что он якобы ещё в 2017 году реализовал спорный полуприцеп путём продажи его ФИО5;

- по сведениям ЗАГСа, ФИО4 и ФИО5 являются близкими родственниками (мать и сын);

- судом не дана оценка доводам апеллянта, изложенным в дополнениях к отзыву от 21.08.2023 о том, что договор купли-продажи между должником и ФИО4 не заключался, создан лишь для вида, без целей реального изменения прав и обязанностей сторон (ничтожная сделка). Доказательства фактической оплаты по договору от 19.07.2019 отсутствуют;

- в определении от 16.10.2023 суд отметил позицию должника о том, что договор от 19.07.2019 он не заключал; кроме того, ФИО2 оспаривает свою подпись в договоре купли-продажи от 19.07.2019;

- доказательства владения ФИО4 спорным прицепом не предоставлены.

ФИО2 в представленном суду апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу (вх. 01.12.2023 в электронном виде) не согласился с доводами жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отмечает, что согласно представленным управляющим сведениям из Банка данных исполнительных производств, все исполнительные производства возбуждены лишь в 2021 году, а спорная сделка совершена в 2019 году. Доводы кредитора относительно аффилированности и заинтересованности ФИО9 и ФИО2 документально не подтверждены.

Управляющий в своём отзыве на жалобу (вх. 05.12.2023 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр») полагает жалобу кредитора подлежащей удовлетворению. Полагает, что при вынесении судебного акта судом не дана оценка доводам и представленным доказательствам относительно наличия возбужденных в отношении должника исполнительных производств; о реализации должником имущества по заниженной стоимости; относительно платёжеспособности ФИО4 и возможности приобретения ею имущества.

Определением от 25.12.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 11.01.2024; в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) участвующим в обособленном споре лицам предложено представить в апелляционный суд письменные мотивированные объяснения относительно фактического владельца спорного полуприцепа, начиная с 2017 года; экономическая целесообразность (мотивы) приобретения прицепа ФИО4, предполагаемая цель использования; раскрыть обстоятельства фактической оплаты (источник денежных средств, доказательства оплаты).

Информация о движении дела размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в Картотеке арбитражных дел, отчёты о публикации приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель ООО «НСА» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. 

Представитель ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции высказался согласно отзыву на апелляционную жалобу. 

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзывы на неё, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ФИО8 указала, что в соответствии со сведениями, предоставленными ОМВД России по Омскому району, между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключён договор купли-продажи транспортного средства от 19.07.2019, по условиям которого продавец передаёт, а покупатель покупает спорное транспортное средство по цене 250 000 руб.

Из заявления следует, что 28.11.2022 должником ФИО2 предоставлены пояснения относительно сделок с автотранспортными средствами, в том числе относительно спорного полуприцепа, с приложением копии договора купли-продажи транспортного средства от 04.12.2017, по условиям которого продавец (ФИО2) обязуется передать в собственность покупателя (ФИО5) спорный полуприцеп по цене 280 000 руб.

Как указывает финансовый управляющий в заявлении, ФИО2 оспаривает свою подпись в договоре купли-продажи от 19.07.2019.

Финансовый управляющий ФИО8 полагая, что договор купли-продажи от 19.07.2019 является недействительным, обратилась с заявлением об оспаривании сделки применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Кредитор ООО «НСА» в своём отзыве и дополнениях к нему поддержало требования управляющего; полагает ссылки должника на продажу спорного транспортного средства на основании договора от 04.12.2017 несостоятельными, поскольку фактически спорный полуприцеп из собственности ФИО2 не выбывал, что подтверждается сведениями о регистрации транспортного средства; доказательства фактического исполнения данного договора сторонами должником не представлены. С учётом наличия в деле двух договоров купли-продажи одного и того же полуприцепа, должник пытается вывести имущество из конкурсной массы; договоры заключены с близкими родственниками (ФИО9); в действительности договоры не заключались, а созданы лишь для вида в целях формального, а не реального переоформления спорного полуприцепа на иное лицо с целью недопущения включения такого имущества в состав конкурсной массы. 

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 2, 32, 61.1, 61.8, 61.9, статьёй 61.2, пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пунктах 5 – 7, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление № 63), материалами обособленного спора, не усмотрел правовых оснований для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве ввиду отсутствия неравноценности встречного исполнения, отмечая, что стоимость спорного транспортного средства соответствовала рыночной стоимости по состоянию на июль 2019 года. С учётом отсутствия доказательств наличия заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику, отсутствия у должника в период совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед кредиторами, равно как и доказательств фактического выбытия спорного полуприцепа в период с 01.09.2017 по 20.07.2019 из собственности должника, фактического исполнения сторонами договора купли-продажи от 04.12.2017, суд констатировал отсутствие состава недействительности оспариваемой сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершённых с нарушением настоящего Закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьёй 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учётом даты возбуждения производства по делу о банкротстве в отношении должника (13.08.2021) и даты совершения оспариваемой сделки 19.07.2019, к спорным правоотношениям подлежит применению пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также данная сделка может быть оспорена по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (пункт 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.22015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

При рассмотрении настоящего спора суд исходил из отсутствия неравноценности встречного исполнения.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создаёт возможность эффективного её применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Таким образом, квалификация осуществлённого предоставления, как неравноценного, определяется судом в каждом случае, исходя из конкретных характеристик отчуждаемого имущества.

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).

Само по себе отклонение стоимости автомобиля от цены, определённой в результате экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности, о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для покупателя было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения (определение ВС РФ от 05.05.2022 № 306-ЭС21-4742).

Как следует из договора от 19.07.20219, за транспортное средство ФИО2 получил денежные средства в сумме 250 000 руб.; доказательствами, свидетельствующими об обратном, суд не располагает. 

В соответствии с карточкой учёта транспортного средства, владельцем спорного полуприцепа с 20.07.2019 значится ФИО4, основание – договор в простой письменной форме от 19.07.2019, стоимость – 250 000 руб.

Действующие нормы законодательства допускают производить расчёт по договору купли-продажи, заключённому между физическими лицами в виде передачи наличных денежных средств; указанная практика является общепринятой. 

В материалы обособленного спора представлен отчёт об оценке движимого имущества от 14.06.2023 № 06/4, выполненный ООО «Престиж», по запросу финансового управляющего ФИО3, в соответствии с которым ориентировочная рыночная стоимость спорного полуприцепа на 19.07.2019 составляет округлённо 270 000 руб.

Вышеуказанный отчёт об оценке движимого имущества от 14.06.2023 № 06/4 не позволяет установить методику применённого исследования, не содержит расчёт рыночной стоимости спорного транспортного средства.

Между тем, при допустимости определённой в отчёте стоимости в качестве рыночной, незначительное отклонение согласованной сторонами цены договора не может быть квалифицировано в качестве неравноценности встречного предоставления. 

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 7 постановления № 63, следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному статьёй 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций. 

Презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате её совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения ВС РФ от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

При заинтересованности сторон сделки к ним должен быть применён ещё более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путём уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Статья 19 Закона о банкротстве признаёт заинтересованными по отношению к должнику лиц, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят в одну группу лиц с должником.

В соответствии со статьёй 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признаётся совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в названной статье.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сёстры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В определении ВС РФ от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 сформирована правовая позиция, согласно которой судам необходимо определять помимо формальных признаков, установленных в законодательстве, определяющих образование группы лиц и их заинтересованности, но также и фактическую аффилированность.

Заявителем не представлены доказательства, свидетельствующие о заинтересованности ФИО9 по отношению к должнику, их аффилированности, в связи с чем оснований для применения к ответчику повышенного стандарта доказывания факта оплаты приобретённого им автомобиля не имеется.

В материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре, и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам.

Как правильно отметил суд первой инстанции, на момент совершения сделки у должника не имелось признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества. Согласно сведениям из Банка данных исполнительных производств (л. д. 107), все исполнительные производства в отношении должника возбуждены в 2021 году, в то время как спорная сделка совершена в 2019 году.

Надлежит учесть, что наличие задолженности перед иными кредиторами само по себе не свидетельствует о том, что должник является неплатёжеспособным, а также об осведомлённости контрагента о наличии данного кредитора; размещение в открытом доступе информации о наличии задолженности должника перед иными кредиторами не свидетельствует о безусловной осведомлённости ответчика о неплатёжеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки.

Суд первой инстанции, отклоняя доводы должника о фактическом не заключении оспариваемого договора, учёл сведения, представленные УМВД России по Омской области от 28.02.2023 № 19-1/3104, согласно которым спорный полуприцеп в период с 01.09.2017 находился в собственности ФИО2; 20.07.2019 внесена запись о новом владельце – ФИО4

Более того, УМВД России по Омской области в материалы обособленного спора представлен оригинал заявления ФИО4 от 20.07.2019 № 43088839 с приложением оригинала договора купли-продажи от 19.07.2019 и копии чека по операции Сбербанк онлайн от 20.07.2019 об оплате 850 руб. за внесение изменений в регистрационные данные в связи с изменением собственника (владельца) спорного транспортного средства.

Должник о фальсификации вышеуказанных доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ, при наличии к тому объективной возможности, в суде первой инстанции не заявлял.

Риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий, ложится на лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доказательства фактического исполнения сторонами договора купли-продажи от 04.12.2017 в материалы обособленного спора не представлены; мотивы отчуждения в декабре 2017 года приобретённого должником в сентябре 2017 года имущества суду не обозначены.

Вопреки доводам апеллянта, доказательства владения должником спорным имуществом материалы дела не содержат.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства, коллегия суда не усматривает оснований для констатации недействительности оспариваемой сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Соответственно, не подлежит удовлетворению требование о применении последствий недействительности сделки.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 названного постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершённой в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления № 25).

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3., само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11, в упомянутых выше разъяснениях пункта 4 постановления № 63 речь идёт о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

В рассматриваемом случае в отсутствие доказательств того, что приведённые управляющим пороки сделки выходят за пределы подозрительности сделки, коллегия суда исходит из отсутствия оснований для применения положений статей 10, 168 ГК РФ для квалификации сделки, как совершённой при злоупотреблении правом.

Закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статей 10, 168, 170 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определения ВС РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (пункт 86 постановления № 25).

По общему правилу, мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц; мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент её совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых; обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию её действительного смысла. 

Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

По смыслу вышеприведённой нормы права исполнение сторонами сделки и достижение соответствующего ей результата исключает возможность признания её мнимой.

При данных обстоятельствах коллегия суда приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении требований управляющего, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 16.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-14161/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

 

Председательствующий

 

Е. В. Аристова

Судьи

 

О. В. Дубок

М. П. Целых