Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А58-3311/2015

г. Чита

09 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2020 года   

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2020 года    

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей  Е. В. Желтоухова, О. В. Монаковой, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 мая 2019 года по делу № А58-3311/2015  по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО2  к субсидиарной ответственности, 

в деле по заявлению Федеральной налоговой службы  в лице Управления Федеральной налоговой службы  по Республике Саха (Якутия) о признании общества с ограниченной ответственностью «Артель старателей «Тал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> юридический адрес: 678730, Республика Саха (Якутия), улус Оймяконский, поселок городского типа Усть-Нера, улица Цареградского, 17, 12 ) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд  30.09.2020 явился от УФНС России по Республике Саха (Якутия)  ФИО5 -  представитель по доверенности от 03.02.2020.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции объявлялся перерыв с 30 сентября 2020 года до 02 октября 2020 года. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда  (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.   

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства. 

Определением арбитражного суда от 25.09.2017 заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы  по Республике Саха (Якутия) признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Артель старателей «Тал» введена процедура наблюдения, временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Артель старателей «Тал» утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 21.05.2018 ООО «Артель старателей «Тал» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком до 15.11.2018. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3 

Конкурсный управляющий должника ФИО3, со ссылкой на пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17.05.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности, приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего ООО «Артель старателей «Тал» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2  обжаловал его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ФИО2  указывает на то, что ФИО2 суд вменил причинение вреда имущественным правам кредиторов должника через действия ФИО2 как единственного участника ООО «Артель старателей «ТАЛ»:

по передаче 100% доли участия в ООО  ГК «ТАЛ» ФИО6; и через принятие 28.01.2016 единственным учредителем Должника в лице ФИО2 решения № 8 согласно которому все решения по ведению хозяйственной, финансовой и иной деятельности ООО «ГК «ТАЛ» производятся с письменного согласия ООО «АС «ТАЛ».

Считает данное определение незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют действительности и противоречат материалам дела, что в соответствии со ст.270 АПК РФ является основанием для отмены такого судебного акта.

ФИО2 указывает, что заявление конкурсного управляющего должника и приложенные к нему документы не получал, о дате и времени рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении его и ФИО4 к субсидиарной ответственности извещен не был, поэтому был лишен возможности представить свои возражения и документы, свидетельствующие о том, что ФИО2 не мог совершать и не совершал никаких действий, которые могли бы причинить имущественный вред интересам должника.

Полагает, что в материалах дела отсутствует документ, подтверждающий факт передачи ФИО2 100% доли участия в ООО ГК «ТАЛ» ФИО6, такого документа просто не существует и не может существовать.

Более того, ФИО2 как участник ООО «Артель старателей «ТАЛ» согласно ст.8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» вообще не мог заключить договор купли-продажи (передать) 100 % долю в ООО ГК «ТАЛ».

От имени ООО «Артель старателей «ТАЛ»  право  заключить сделку по отчуждению доли дочерней компании  имел право  только единоличный исполнительный орган, каковым на момент совершения сделки по продаже ООО «Артель старателей «ТАЛ» 100% доли участия в ООО ГК «ТАЛ» ФИО6 являлся председатель ООО «Артель старателей «ТАЛ» ФИО4, который и заключил договор от 13.11.2016 купли-продажи указанной выше доли, что следует из копии договора и решения единственного участника ООО ГК «ТАЛ» ООО «Артель старателей «ТАЛ» в лице председателя ООО «Артель старателей «ТАЛ» ФИО4.

С учетом указанных обстоятельств ФИО2 просит определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 мая 2019 года по делу № А58-3311/2015 отменить,  перейти к рассмотрению по правилам суда первой инстанции, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции оспаривается только в части выводов суда в отношении ответчика  ФИО2.

Поскольку определение суда обжаловано в части, принимая во внимание отсутствие соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», пересматривает определение в обжалуемой части.

Определением апелляционной инстанции от 24.09.2020 суд истребовал из налогового органа заверенные копий договора купли-продажи 100% доли ООО «Артель старателей Тал» в уставном капитале ООО «Горная компания Тал» от 30.11.2016 № 1134311 и решение единственного участника ООО «Горная компания Тал» - ООО «Артель старателей Тал» от 22.11.2016 об одобрении указанной сделки.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от конкурсного управляющего ООО «Артель старателей «ТАЛ», в котором конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от уполномоченного органа, в котором он просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Отмечает, что согласно статьи 11 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, которая является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий.

Таким образом, лицензия является ключевым активом для организации, занимающейся добычей полезных ископаемых.

Судом первой инстанции, с учетом доказательств, представленных уполномоченным органом, установлено, что ООО «ГК «ТАЛ» на участках, подпадающих под действие лицензий, переоформленных от должника, добыто 1 784,50 кг. золота, в том числе: за 2016 по лицензии ЯКУ 04693БР - 1 338,80 кг золота, за 2017 год по лицензии ЯКУ 04693БР - 405,7 кг золота.

По данным налоговых деклараций должника по налогу на добычу полезных ископаемых за 2016 г. выручка от реализации добытого золота составила 2 700 645 707,73 руб., за 2017 г.  - 897 296 691,81 рублей.

При этом, как указано выше, безвозмездное переоформление лицензий на дочернее общество и его последующее отчуждение в пользу третьего лица происходило в период рассмотрения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом. Отчуждение лицензий привело к утрате должника осуществлять хозяйственную деятельность и возможности восстановить платежеспособность должника.

В силу положений части 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу положений части 2 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества.

Таким образом, право на отчуждение доли участия должника в уставном капитале другого общества принадлежало исключительно ФИО2, доводы апелляционной жалобы ФИО2 об отсутствии у него правомочий на совершение сделки по отчуждению 100 % доли в уставном капитале ООО ГК «ТАЛ» не состоятельны и опровергаются материалами настоящего дела.

Доказательства, что сделка по отчуждению доли в уставном капитале ООО ГК «ТАЛ» совершена помимо воли ФИО2, в материалы дела не представлены.

В судебном заседании апелляционного суда представитель уполномоченного органа поддержал правовую позицию по делу. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции правильно определена редакция  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закона  банкротстве), подлежащая применению в настоящем деле. 

Согласно статье 4 Федерального закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" от 14 июня 1994 года № 5-ФЗ официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" или первое размещение (опубликование) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Учитывая вышеизложенное, в настоящем деле подлежат применению положения Закона о банкротстве без учета изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, в части материально-правовых оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности,  поскольку рассматриваются  действия (бездействие) ответчика, относящиеся к периодам 2016 года.  

Вместе с тем, применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи Закона о банкротстве в приведенной выше редакции, о чем правильно указал суд первой инстанции. 

Полагая, что имеются основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением, из которого следует, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков по обязательствам должника является  совершение ответчиками сделок, причинивших существенный вред имущественным интересам должника, и, как следствие, повлекших невозможность погашения требований его кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Конкурсный управляющий указал, что на дату принятия арбитражным судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) - 18.06.2015 должнику принадлежали права пользования недрами, оформленные следующими лицензиями: 

1) ЯКУ 3426 БР целевое назначение - геологическое изучение, включающее поиски и оценку месторождений полезных ископаемых, разведка и добыча полезных ископаемых, в том числе использование отходов горнодобывающего и связанных с ним перерабатывающих производств на месторождение Хангалас, Республика Саха (Якутия), Оймяконский муниципальный район, срок действия до 01.01.2039. 

28.01.2016 руководителем (председателем) должника в лице ФИО4 дано письменное согласие (исх. № 29 от 28.01.2016 г.) о переоформлении вышеуказанной лицензии должника в пользу ООО ГК «ТАЛ» (678730, Республика Саха (Якутия), Оймяконский район, шт. Усть-Нера, ул. Коммунистическая, д. 21, кв. 7), ИНН 

<

***>. 

Приказом территориального органа Роснедра № 120 от 24.05.2016 лицензия ЯКУ 3426 БР переоформлена за № ЯКУ 04694 БР на ООО Горная компания Тал (ГК Тал); 678730, PC (Я), Оймяконский улус, шт. Усть-Нера, ул. Коммунистическая, д. 21. 

Впоследствии лицензия за № ЯКУ 04694 БР переоформлена за № ЯКУ 05151 БР на ООО «Оймяконская золоторудная компания Хангалас» («ОЗРК Хангалас); 678730, PC (Я), Оймяконский улус, нос. Усть-Нера, улица Цареградского, дом 3, квартира 17- А ИНН 

<

***>. 

2) ЯКУ03421БР - целевое назначение геологическое изучение, разведка и добыча россыпного золота на участках недр месторождения месторождение руч.Левый Хангалас с притоками Зимний, Узкий, Республика Саха (Якутия), МО Оймяконский район (улус) со сроком действия лицензии до 01.12.2020 года. Переоформлена приказом территориального органа Роснедра № 49 от 11.03.2016 на ООО «ГК «ТАЛ» (лицензия ЯКУ04608БР). 

3) ЯКУ 3272 БЭ целевое назначение геологическое изучение разведка и добыча россыпного золота на месторождение руч.Берендей с притоками, прав.прит.р.Иньяли, Республика Саха (Якутия), МО Оймяконский район (улус), срок действия до 01.08.2032 г. 28.01.2016 руководителем (председателем) должника в лице ФИО4 дано письменное согласие (исх. № 25 от 28.01.2016 г.) о переоформлении вышеуказанной  лицензии должника в пользу ООО ГК «ТАЛ» (678730, Республика Саха (Якутия), Оймяконский район, гат. Усть-Нера, ул. Коммунистическая, д. 21, кв. 7) ИНН 

<

***>. 

Приказом территориального органа Роснедра № 119 от 24.05.2016 лицензия ЯКУ 3272 БЭ переоформлена за № ЯКУ 04693 БЭ на ООО Горная компания Тал (ГК Тал); 678730, PC (Я), Оймяконский улус, гат. Усть-Нера, ул. Коммунистическая, д. 21. 

Впоследствии доля должника снижена до 0%, по состоянию на текущую дату учредителем ООО ГК «ТАЛ» является ФИО6, доля участия 100%, подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. ООО «Артель старателей «ТАЛ» являлось участником ООО ГК «ТАЛ» (ответчик с долей участия в размере 100 % уставного капитала. 

Единственный участник ООО «Артель старателей «ТАЛ» ФИО2 № 01.12.2016 передал 100% доли участия в ООО ГК «ТАЛ» ФИО6. Налоговым органом 08.12.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена регистрационная запись № 2161447533729. 

Таким образом, конкурсный управляющий считает, что дача согласия руководителя должника в лице ФИО4 о переоформлении лицензий должника (ЯКУ 3272 БЭ, ЯКУ 3426 БР, ЯКУ 3421 БР) в пользу ООО «ГК «ТАЛ» привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции  удовлетворил заявления, отметив, что  имеются  основания  для привлечения бывшего директора и учредителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, поскольку получив лицензии и трудовые ресурсы (перевод работников) должника, а также возможность использовать в производственно - хозяйственной деятельности имущество должника, по данным отчета 5-ГР за 2016 - 2017 ООО «ГК «ТАЛ» за год добыло золото в объеме 1784,50 кг., в том числе: за 2016 год по лицензии ЖУ 04608БР добыто 40 кг золота, по лицензии ЯКУ 04693БР - 1 338,80 кг золота; за 2017 год по лицензии ЯКУ 04693БР - 405,7 кг золота. - по данным налоговых деклараций по НДПИ за 2016 год общее количество добытого золота составило 1 179,5 кг., реализовано золота в количестве 973,8 кг., выручка от реализации добытого золота составила - 2 700 645 707,73 рублей. По данным налоговых деклараций по НДПИ за 2017 год общее количество добытого золота составило 454,5 кг, количество реализованного 442,2 кг, выручка от реализации составила 897 296 691,81 рублей.

Суд также указал, что в результате вышеуказанных действий бывшего руководителя ООО «АС «ТАЛ» ФИО4 и единоличного учредителя ФИО2, должник был полностью лишен возможности осуществлять уставную деятельность и, как следствие, исполнить обязательства по погашению кредиторской задолженности. Такие последствия, по мнению суда первой инстанции, наступили именно вследствие совершения сделок по отчуждению трех вышеперечисленных лицензии и по отчуждению доли должника в дочернем обществе – ООО «ГК «ТАЛ».

Как установил суд и следует из материалов дела, контролирующими должника лицами являются: 

- руководитель Должника ФИО4, период действия с 18.12.2013 по 14.05.2018, ИНН 

<

***>, зарегистрирован по адресу: 678730, Республика Саха (Якутия), пгт. Усть-Нера, ул. Цареградского, 18, 6; 

-учредитель Должника ФИО2, период действия с 18.10.2011 по 27.10.2017, ИНН 

<

***>, зарегистрирован по адресу: 443081, 

<

...>.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом (в его пользу) либо одобрения им одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по его указанию), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. 

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход 

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке (правовая позиция, приведенная  в пункте  23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В отношении сделок по отчуждению лицензий апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции о том, что данные действия ответчика ФИО2 являются основанием  для привлечения его к субсидиарной ответственности ошибочным ввиду следующих обстоятельств.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании сделок в виде выраженного согласия руководителя от 28.01.2016 № 29 и № 25 на переоформление лицензий в пользу ООО ГК «Тал» недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 27 ноября 2018 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 марта 2020 года, в удовлетворении заявления отказано.

ФНС России, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилась в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просила определение от 27 ноября 2018 года и постановление суда апелляционной инстанции от 10 марта 2020 года отменить.

Постановлением Арбитражного суда Восточно – Сибирского округа  от 23 июня 2020 года  определение от 27 ноября 2018 года и постановление суда апелляционной инстанции от 10 марта 2020 года оставлены без изменения. 

Из постановления суда кассационной инстанции от 23.06.2020 следует, что судами установлено, что стороны оспариваемой сделки (действий) на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку должник являлся учредителем ООО ГК «Тал» с долей в уставном капитале организации 100%, следовательно, ООО ГК «Тал» в момент совершения сделок (действий) должно было быть осведомлено о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Вместе с тем, суды двух инстанций пришли к правильному выводу о том, что оснований считать, что оспариваемые сделки совершены должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате ее совершения такой вред им был причинен, не имеется, поскольку должник являлся 100% владельцем доли ООО ГК «Тал», в силу требований Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью имел право давать ему обязательные для него указания, имел право на получение прибыли подконтрольного общества, а также сама стоимость доли участия в зависимом обществе имело имущественную стоимость для активов должника. При этом стоимость активов вновь созданного единственным учредителем общества и, как следствие, рыночная стоимость доли такого общества определяются не произведенной учредителем денежной оценкой имущества, вносимого им в оплату уставного капитала при учреждении, а действительной рыночной стоимостью имущества, внесенного в уставный капитал.

Следовательно, единственный учредитель при оплате 100% доли уставного капитала получает эквивалентный актив - 100-процентный пакет акций образованного им общества и приобретает корпоративные полномочия высшего органа управления нового общества.

Как указал суд кассационной инстанции, само по себе совершение сделки по внесению единственным учредителем имущества в уставный капитал не влечет причинения вреда имущественным интересам кредиторов учредителя вне зависимости от номинальной стоимости доли при создании дочернего общества и оценки вклада в уставный капитал, поскольку требования кредиторов учредителя гарантируются размещенным при создании нового общества 100-процентным пакетом долей уставного капитала.  

Кроме того, факт признания должника несостоятельным (банкротом) и как следствие, комплекс направленных мер по продаже имущества должника необходимого для производства работ, поскольку реализация имущества должника является основным мероприятием на стадии конкурсного производства, направленным на получение средств для погашения требований кредиторов должника, определяет невозможность продолжения производственной деятельности должника по разработке месторождения непосредственно самим должником в течение срока действий лицензий (до 2032, 2039гг.).

Отсутствие разработки месторождения лицензиатом в силу требований статьи 20 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 395-1 (ред. от 30.09.2017) «О недрах» (далее - Закон о недрах) является основанием для досрочного прекращения права пользования недрами.

Кроме того, суд кассационной инстанции указал, что право на лицензию не подлежит включению в конкурсную массу как самостоятельное имущество, но в силу положений статьей 110, 139 Закона о банкротстве в процедуре конкурсного производства собранием кредиторов может быть принято решение о продаже предприятия должника.

В данном случае, возможность полностью контролировать сделки ООО ГК «Тал» у должника, не исключает возможность принятия решения должником о переоформлении лицензии обратно на должника в случае принятия решения по продаже должника как имущественного комплекса или в порядке замещения активов.

Поскольку доводы конкурсного управляющего о том, что в результате совершения оспариваемых сделок (действий) должник лишился возможности осуществлять деятельность по недропользованию соответствующих месторождение в связи с чем, причинил вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику признан арбитражными судами недоказанным в рамках другого обособленного спора по настоящему делу,  выводы суда первой инстанции о том, что действиями ответчика по отчуждению лицензий причинен существенный ущерб должнику и кредиторам, является ошибочным, а определение суда первой инстанции в указанной части – подлежащим отмене. При этом, несмотря на то, что выводы судов по сделкам приведены только по двум лицензиям, подобный подход должен быть применен и к третьей лицензии, отчужденной ответчиками на аналогичных основаниях. 

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 мая 2019 года по делу № А58-3311/2015 надлежит изменить в части выводов суда о доказанности наличия оснований для привлечения   ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по отчуждению лицензий № ЯКУ 3426 БР сроком действия до 01.01.2039, №  ЯКУ03421БР  сроком действия лицензии до 01.12.2020, № ЯКУ 3272 БЭ  сроком действия до 01.08.2032,  в указанной части отказать в признании   доказанным наличия оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем выводы суда первой инстанции в части отчуждения доли в уставном капитале ООО ГК «ТАЛ» являются обоснованными. 

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Артель старателей «ТАЛ» являлось участником ООО ГК «ТАЛ» с долей участия в размере 100 % уставного капитала.

Единственный участник ООО «Артель старателей «ТАЛ» ФИО2   01.12.2016 передал 100% доли участия в ООО ГК «ТАЛ» ФИО6.

Налоговым органом 08.12.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена регистрационная запись № 2161447533729.

Суд первой инстанции указал, что получив лицензии и трудовые ресурсы (перевод работников) должника, а также возможность использовать в производственно - хозяйственной деятельности имущество должника, по данным отчета 5-ГР за 2016 - 2017 ООО «ГК «ТАЛ» за год добыло золото в объеме 1784,50 кг., в том числе: 

- за 2016 год по лицензии ЖУ 04608БР добыто 40 кг золота, по лицензии ЯКУ 04693БР - 1 338,80 кг золота; 

- за 2017 год по лицензии ЯКУ 04693БР - 405,7 кг золота.

ФНС России представила сведения о том, что по данным налоговых деклараций по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ) за 2016 год общее количество добытого золота составило 1 179,5 кг., реализовано золота в количестве 973,8 кг., выручка от реализации добытого золота составила - 2 700 645 707,73 рублей;   по данным налоговых деклараций по НДПИ за 2017 год общее количество добытого золота составило 454,5 кг, количество реализованного 442,2 кг, выручка от реализации составила 897 296 691,81 рублей; 

Дополнительно  факт того, что переданные лицензионные участки недр приносили доход, также  подтверждается выпиской с расчетного счета ООО «ГК «Тал», где отражено, что  за период с 19.08.2016 по 14.09.2016 на счет ООО «ГК «Тал» в качестве оплаты за продажу золота поступило 897 760 000 рублей.

28.01.2016 единственным учредителем Должника в лице ФИО2 принято решение № 8 согласно которому все решения по ведению хозяйственной, финансовой и иной деятельности ООО «ГК «ТАЛ» производятся с письменного согласия ООО «АС «ТАЛ», вследствие чего суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 был полностью осведомлён о проводимых мероприятиях по переводу бизнеса (ресурсов) на вновь созданное предприятие ООО «ГК «ТАЛ» (по меньшей мере, должен был быть осведомлен, действуя разумно и осмотрительно). 

При таких обстоятельствах, очевидно, что факт выведения 08.12.2016 ООО «АС «ТАЛ» из состава учредителей ООО «ГК «ТАЛ» (100% доля  была переоформлена на ФИО6) привели к утрате должником корпоративного контроля над ООО «ГК «ТАЛ»,  и к убыткам кредиторов в виде невозможности получить удовлетворение своих требований  за счет реализации золота, связанного с добычей полезных ископаемых на участках недр, переданных должником, а также реализации (продажи) 100% доли ООО «ГК «ТАЛ».

С учетом указанных доказательств, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что произошло   снижение активов общества в 2016 году по сравнению с 2015 годом. 

Суд первой инстанции, правильно определив предмет доказывания, исходил из того, что в рассматриваемом случае к  спорным правоотношениям необходимо применить презумпцию, о которой указано в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

В частности, в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» приведена правовая позиция о том, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

С учетом указанных разъяснений  отклоняются доводы ответчика о том, что он никакого личного участия в отчуждении доли не принимал. 

Действительно,  сделку по продаже ООО «Артель старателей «ТАЛ» 100% доли участия в ООО ГК «ТАЛ» ФИО6 совершил  ФИО4, который и заключил договор от 13.11.2016 купли-продажи указанной выше доли, что следует из копии договора и решения единственного участника ООО ГК «ТАЛ» ООО «Артель старателей «ТАЛ» в лице председателя ООО «Артель старателей «ТАЛ» ФИО4.

Вместе с тем ФИО2 как учредитель общества, действуя с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, должен  осуществлять должный контроль за деятельностью директора.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

В рамках настоящего спора не представлено доказательств того, что ФИО2 как учредитель  участвовал в определении приоритетных направлений его деятельности,  утверждал какие-либо  стратегии  и бизнес-планы общества, имеющие экономическое и правовое обоснование, должным образом контролировал деятельность директора в подконтрольном ему юридическом лице. 

В этой связи  учредитель, действуя с разумной степенью осмотрительности, должен  был осуществлять своевременный и эффективный  контроль за движением активов в подконтрольном ему  обществе. Между тем учредитель сам допустил бездействие   по предотвращению роста кредиторской задолженности должника, на протяжении длительного периода времени допускал наличие неэффективного финансового менеджмента должника, устранился от контроля за деятельностью директора,  поэтому  несет риск наступления неблагоприятных последствий наряду с руководителем должника в силу вышеприведенных правовых позиций. 

В настоящее время в реестр требований кредиторов ООО «АС «ТАЛ» включены требования в размере в размере - 2 709 326 556,94 руб., в том числе во вторую очередь - 45 898 288,98 руб.; в третью очередь, обеспеченную залогом - 19 160 594,01 руб.; в третью очередь, не обеспеченную залогом - 2 644 267 673,95 рублей. 

Поскольку  мероприятия по формированию конкурсной массы ООО «АС «ТАЛ» не завершены, суд, установив наличие правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, правомерно счел необходимым приостановить производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

Отклоняются апелляционным судом как не имеющие правового значения доводы о том, что заявление конкурсного управляющего должника и приложенные к нему документы ответчик не получал, о дате и времени рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении его и ФИО4 к субсидиарной ответственности извещен не был, поэтому был лишен возможности представить свои возражения и документы. Эти доводы не имеют значения, поскольку  на стадии апелляционного рассмотрения ответчик в полном объеме использовал принадлежащие ему права.  Кроме того, доводы о неизвещении не подтверждаются материалами спора. 

С учетом изложенного, в силу  положений пункта 3  части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела) определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 мая 2019 года по делу № А58-3311/2015 надлежит изменить в части выводов суда о доказанности наличия оснований для привлечения   ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по отчуждению лицензий № ЯКУ 3426 БР сроком действия до 01.01.2039, №  ЯКУ03421БР  сроком действия лицензии до 01.12.2020, № ЯКУ 3272 БЭ  сроком действия до 01.08.2032,  в указанной части отказать в признании   доказанным наличия оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В остальной части определение суда первой инстанции подлежит оставлению  без изменения. 

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 мая 2019 года по делу № А58-3311/2015 изменить в части выводов суда о доказанности наличия оснований для привлечения   ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по отчуждению лицензий № ЯКУ 3426 БР сроком действия до 01.01.2039, №  ЯКУ03421БР  сроком действия лицензии до 01.12.2020, № ЯКУ 3272 БЭ  сроком действия до 01.08.2032,  в указанной части отказать в признании   доказанным наличия оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В остальной части определение суда первой инстанции оставить без изменения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья          Н.А. Корзова

Судьи          О.В. Монакова

           Е.В. Желтоухов