СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-17423/2021(1)-АК

Дело № А50-4383/2018

09 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2022 г года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 февраля 2022  года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                               Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И.,      

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от должника ФИО2 и ответчика ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 08.11.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 29 ноября 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления ФИО5 о признании недействительной договор дарения от 23.10.2014 к ответчику ФИО3

вынесенное в рамках дела № А50-4383/2018,

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

09.02.2018 от ФИО2 (далее - должник) в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление о признании его несостоятельным (банкротом), которое после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, определением суда от 06.03.2018 принято к производству и назначению к рассмотрению.

Определением суда от 28.03.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6; к участию в рассмотрении дела привлечен орган опеки и попечительства – Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по г. Перми.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 11.09.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

20.09.2021 кредитор ФИО5 (далее - заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной - договора дарения от 23.10.2014 3-х комнатной квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 107,3 кв.м, заключенного между должником и ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.11.2021 заявление кредитора ФИО5 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований. 

Заявитель в жалобе указывает на наличие совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной. Выражает несогласие с выводами суда о пропуске срок исковой давности кредитором, наличии у квартиры исполнительского иммунитета. По мнению кредитора, судом не учтено, что несовершеннолетние дети были зарегистрированы в спорной квартире только 25.10.2021, сам должник – с 2015 г., ссылается на наличие иной квартиры у матери должника, а также иного жилья у детей должника. Соответственно, спорная квартира является единственным жильем только для должника, поэтому, с учетом нормы предоставления жилой площади по договору социального найма в г. Перми ее площадь превышает норму предоставления жилья в 7 раз.  Кроме того, даже с учетом должника и всех членов его семьи, площадь квартиры имеет больший объем. С позиции кредитора, реализация спорной квартиры с торгов, в случае включения ее в конкурсную массу, будет иметь экономический смысл и позволит существенно погасить требования кредиторов.

Должник в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы.

От кредитора ФИО5 поступило заявление о рассмотрении дела без его участия.

В судебном заседании представитель должника и ответчика возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса  Российской  Федерации  (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов  дела,  в собственности должника находилась 3-комнатная квартира по адресу 

<

...> площадью 107,3 кв.м. 

23.10.2014 должник передал указанную квартиру по договору дарения своей матери ФИО3

Согласно выписке из единого реестра прав на недвижимое имущество, на момент совершения сделки и в настоящее время иных объектов недвижимости в собственности должника не было. Ранее должнику принадлежала квартира по адресу 

<

...> 84а-29, право собственности на данную квартиру было прекращено 20.07.2001. Иные записи о наличии у должника прав собственности в отношении объектов недвижимости в реестре отсутствуют.

Ссылаясь на то, что указанный выше договор дарения от 23.10.2014, совершенный с заинтересованным лицом, в условиях наличия у должника неисполненных денежных обязательств, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, привел к отчуждению должником ликвидного имущества безвозмездно, обладает признаками недействительности сделки применительно к положениям ст.ст. 10, 168,170 Гражданского кодекса РФ, кредитор обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. Кроме того, имеются основания для отказа от исполнительского иммунитета.

Должником заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, признал срок исковой давности для оспаривания сделки  кредитором пропущенным. При этом судом учтено, что спорное жилое помещение является единственным жилым помещением для должника и членов его семьи и не может рассматриваться в качестве роскошного жилья для проживания семьи из 4 человек.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав участника процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

В соответствии с абзацем 2 п. 7 ст. 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу п. 13 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.2015, абз. 2 п. 7 ст. 213.9 и п. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 Закона банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена гражданином-должником 23.10.2014, то есть до 01.10.2015, следовательно, может быть оспорена в рамках дела о банкротстве по общим основаниям.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В абз. 4 п. 4 постановление Пленума  ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам ст. 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). 

Кроме того, в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в п. 86 постановления Пленума ВС Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. 

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из материалов дела следует, что спорная квартира отчуждена должником в пользу его матери.

По мнению кредитора, у матери должника, в пользу которой была совершена оспариваемая сделка, имеется в собственности еще одна квартира, в которой, по мнению должника, может проживать должник со своей семьей, при этом квартира, отчужденная по оспариваемому договору дарения подлежит возвращению в конкурсную массу для целей ее реализации. Положения об исполнительском иммунитете не применимы в данном случае.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявленного требования в связи со следующими обстоятельствами.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Как указано в отзыве ответчика и подтверждено справками о составе семьи и о регистрации по месту жительства (л.д. 42-44), в спорной квартире продолжает проживать должник, его мать и двое несовершеннолетних детей. Таким образом, даже в случае возврата квартиры в конкурсную массу она будет защищена исполнительским иммунитетом. 

Доводы кредитора об обратном правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку они основаны на неверном толковании закона.

Обращение взыскания на имущество гражданина-должника регулируется нормами Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве), а также нормами Закона о банкротстве в случае, если в отношении гражданина-должника вводятся процедуры, применяемые в деле о его несостоятельности.

Положения части 1 статьи 79 Закона об исполнительном производстве и пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве отсылают к статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), согласно абзацу второму пункта 1 которой взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем ему помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности:

жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание;

земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором настоящей части, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

По смыслу указанных норм права, установленный абзацем 2 пункта 1 статьи 446 ГПК РФ запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания.

Конституционным Судом Российской Федерации по проблеме исполнительского иммунитета и, соответственно, так называемого «роскошного жилья» и «замещающего жилья» вынесено два постановления: постановление от 14.05.2012 №11-П, в котором Конституционный суд впервые подробно рассмотрел вышеуказанные вопросы (обозначил имеющуюся проблематику, основные подходы к разрешению возникшей ситуации и обязал федерального законодателя установить пределы действия исполнительского иммунитета, законодательно урегулировать порядок обращения взыскания на жилое помещение, явно превышающее по своим характеристикам соответствующий уровень обеспеченности жильем (роскошное жилье);

постановление от 26.04.2021 №15-П, в котором Конституционный суд констатировал на апрель 2021 отсутствие законодательного регулирования спорных вопросов и обозначил в связи с необходимостью решения данного вопроса до момента его законодательного регулирования - примерные критерии (условия) сохранения за единственным жильем должника исполнительского иммунитета, а также условия предоставления должнику замещающего жилья (под контролем суда).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 14.05.2012 № 11-П (далее – постановление № 11-П), имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении жилых помещений, установленный положением абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования (абзац первый пункта 4 мотивировочной части постановления).

Вместе с тем, принимая решение воздержаться от признания названного положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неконституционным, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении № 11-П руководствовался принципом разумной сдержанности, исходя из того, что в условиях отсутствия специального законодательного регулирования иное решение (о признании нормы неконституционной) повлекло бы риск неоднозначного и, следовательно, произвольного выбора соответствующих критериев правоприменителем, причем в отношениях, характеризующихся высокой степенью социальной уязвимости людей.

Поскольку доказательств  того,  у должника  имеется  иное пригодное для проживания  жилое  помещение, не представлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что спорное домовладение является единственно пригодным для проживания должника, в отношении которого распространяется исполнительский иммунитет.

Кредитор ссылался на правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 15-П о возможности преодоления исполнительского иммунитета единственного жилья. Указав при этом, что у матери должника, в пользу которой была совершена оспариваемая сделка, имеется в собственности еще одна квартира, в которой, по мнению должника, может проживать должник со своей семьей, при этом квартира, отчужденная по оспариваемому договору дарения подлежит возвращению в конкурсную массу для целей ее реализации.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в определении от 04.12.2003 N456-О, положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Верховным Судом РФ разъяснены существенные вопросы обращения взыскания на единственное жилое помещение гражданина-должника, не являющееся предметом залога, в рамках процедуры банкротства гражданина (Определение Верховного Суда РФ от 26.07.2021 N303-ЭС20-18761 по делу N А73-12816/2019).

Так, вопрос об обращении взыскания на указанное жилое помещение должен быть предварительно вынесен на обсуждение собрания кредиторов. Данное собрание созывается финансовым управляющим по собственной инициативе либо по требованию кредиторов (кредитора) или должника.

На собрании кредиторов должны быть обсуждены, в том числе, вопросы:

- о наличии у жилья, принадлежащего должнику, признаков излишнего;

- экономической целесообразности его реализации для погашения требований кредиторов;

- условиях, на которых должнику будет приобретено (предоставлено) замещающее жилье и требования, которым такое жилое помещение должно соответствовать.

Замещающее жилое помещение, предоставляемое должнику, должно находиться в пределах населенного пункта, в котором он проживает. Площадь предоставляемого жилого помещения не может быть меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма на должника и членов его семьи.

Собранием кредиторов могут быть определены и иные критерии, которым должно соответствовать замещающее жилое помещение (например, год постройки жилого дома, требования к коммуникациям и т.д.).

Замещающее жилое помещение вместо реализуемого в счет погашения обязательств должника может быть предоставлено (приобретено):

- кредитором должника в порядке, который установит суд. При этом кредитор, покупая замещающее жилье для должника, принимает на себя риски того, что выручка от продажи имеющегося у банкрота жилого помещения не покроет его расходы на приобретение замещающего, например вследствие изменения конъюнктуры рынка недвижимости;

- финансовым управляющим, за счет выручки от продажи имущества должника, находящегося в наличии. В этом случае условия сделок купли-продажи должны быть сформулированы таким образом, чтобы право собственности должника на имеющееся у него жилое помещение прекращалось не ранее возникновения права собственности на замещающее жилье, а также допускать возможность прекращения торгов по продаже излишнего жилья при падении цены ниже той, при которой не произойдет эффективное пополнение конкурсной массы (с учетом затрат на покупку замещающего жилья).

После принятия собранием кредиторов решения об обращении взыскания на единственное жилое помещение гражданина-должника указанный вопрос передается финансовым управляющим, кредитором или должником на рассмотрение арбитражного суда, в производстве которого находится дело о банкротстве.

Помимо прочего, в  определении Верховного Суда РФ от 26.07.2021 N303-ЭС20-18761 изложена правовая позиция о том, что для оценки рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего, необходимо и предпочтительно проведение судебной экспертизы. Кроме того, судебной оценке подлежит стоимость замещающего жилья и издержки конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого.

Как было указано выше, в спорной квартире продолжает проживать должник, его мать и двое несовершеннолетних детей.

Из пояснений представителя должника и ответчика в суде апелляционной инстанции следует, что регистрация несовершеннолетних детей должника в спорной квартире лишь 25.10.2021 обусловлена тем, что ранее они были зарегистрированы по месту жительства матери бывшей супруги должника в целях поступления в определенную школу. Смена адреса регистрации произведена в связи с продажей указанной квартиры после смерти бабушки детей. При этом, дети фактически всегда проживали в спорной квартире и не меняли место жительства.  

Ввиду вышеизложенного не принимаются доводы заявителя о наличии у детей иного жилого помещения, пригодного для проживания.

Доводы о недобросовестном поведении должника, направленном на придание спорной квартире статуса единственного жилья, не принимаются апелляционным судом, поскольку спорная квартира  является единственным для проживания помещением, иные жилые помещения у него отсутствуют. Должником не совершались действия направленные на искусственное придание спорному жилому помещения статуса единственного пригодного для постоянного проживания жилого дома, а совершенные действия не привели к ситуации, при которой жилое помещение, ранее не являвшееся единственным пригодным для проживания должника формально стало таковым.

Доводы кредитора о возможности оспаривания сделки на том основании, что у ответчика ФИО3 имеется в собственности еще одна квартира, также правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку основаны на неверном толковании закона. Целью конкурсного оспаривания является возвращение в конкурсную массу должника тех отчужденных активов, на которые кредиторы правомерно рассчитывали как на гарантию исполнения обязательств перед ними. Поскольку ФИО3 не являлась стороной по обязательствам ее сына - ФИО2 – кредиторы не вправе были рассчитывать на обращение взыскания на принадлежащее ей имущество в целях погашения задолженности перед ними. При этом, вступая с должником в правоотношения, заключая с ним договор цессии, правопредшественник должника мог удостовериться в том, что имевшаяся у него в собственности квартира на тот момент являлась единственным пригодным для проживания жильем и была защищена исполнительским иммунитетом. Претендуя на обращение взыскания на данную квартиру, кредитор мог настоять на передаче ее в залог. Не сделав этого, кредитор утратил возможность обращения взыскания.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что срок исковой давности для оспаривания сделки кредитором пропущен.

Суд апелляционной инстанции находит такой вывод суда первой инстанции ошибочным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

По смыслу вышеприведенных статьей, пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований; законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права; при этом перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Как следует из материалов дела, с рассматриваемым заявлением кредитор обратился в суд 20.09.2021, направив соответствующее заявление посредством почты 06.09.2021.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО5 приобрел статус кредитора в материальном правоотношении с 31.03.2011, а в процессуальном – 27.05.2021.

Вместе с тем, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего спора, правопреемство кредитора, суд апелляционной инстанции считает, что правопредшественник кредитора (банк) мог узнать о совершении спорной сделки не ранее, чем управляющим был подготовлен и представлен суду анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, представленный по итогам процедуры реструктуризации долгов гражданина, то есть не ранее 11.09.2018 (решение суда о него введении процедура реализации имущества гражданина).

Таким образом, срок исковой давности истек 11.09.2021, а заявление об оспаривании сделки было направлено по почте 06.09.2021, т. е. в пределах 3-летнего срока.

В рамках указанного анализа финансовым управляющим была получена выписка из ЕГРН о правах должника на недвижимое имущество от 04.09.2018, в которой имеются сведения о приобретении и отчуждении спорной квартиры.

При этом даже в случае отсчета срока исковой давности от даты получения финансовым управляющим информации о спорной сделке (т. е. от 04.09.2018), срок исковой давности не пропущен.

Поскольку последний день срока является 04.09.2021 и приходится на субботу, которая является нерабочим днем, то последним днем срока будет считаться понедельник 06.09.2021, в который и было направлено заявление об оспаривании сделки. Соответственно, срок исковой давности для оспаривания сделки кредитором не пропущен.

Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции в указанной части не привели к принятию судом неправильного решения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что спорная квартира является единственным жильем для должника и членов его семьи, при этом доказательств приобретения должником иного жилого помещения после совершения спорной сделки в материалы дела не представлено, принудительное обращение взыскания на квартиру не допустимо в соответствии с положениями ч. 1 ст. 79 Закона об исполнительном производстве, ст. 446 ГПК РФ.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены определения суда, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 29 ноября 2021 года по делу № А50-4383/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий                                                       М.А. Чухманцев

 

Судьи                                                                                    Т.С. Герасименко

 

                                                                                                      В.И. Мартемьянов