ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-89837/2022

Дело № А40-29984/19

г. Москва

14 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Е.В.,  

судей Бальжинимаевой Ж.Ц., Головачевой Ю.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 от 08 декабря 2022 года, апелляционной жалобы ФИО3 от 09 декабря 2022 года 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25 ноября 2022 года по делу №А40-29984/19 о взыскании убытков в размере 40 730 613, 51 рублей с ФИО4, ФИО3, ФИО2 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью "Согласие 77" (111123, 

<

...> влд 33л, офис 223, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

при участии в судебном заседании:

от АО «КИФА» - ФИО5 по доверенности от 28 сентября 2022 года,

                                ФИО6 по доверенности от 28 сентября 2022 года;

от конкурсного управляющего – ФИО7 по доверенности от 06 февраля 2023 года;

от ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 19 ноября 2020 года;

от ФИО9 – ФИО10 по доверенности от 17 октября 2022 года. 

Иные лица не явились, извещены. 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16 декабря 2019 годаООО «Согласие 77» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО11.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" № 3 от 11 января 2020 года. 

В суд первой инстанции поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО11 о взыскании солидарно с ФИО2, ФИО12, ФИО13, ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Согласие 77» убытков в размере 40 730 613,51 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25 ноября 2022 года по делу №А40-29984/19 заявление конкурсного управляющего ООО «Согласие 77» ФИО11 о взыскании убытков удовлетворено в части. Взысканы убытки в размере 40 730 613, 51 рублей с ФИО4, ФИО3, ФИО2. В остальной части – отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят отменить судебный акт. 

В материалы дела поступили письменные пояснения АО «Кифа», в приобщении которых судом отказано в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

От конкурсного управляющего ООО «Согласие 77» поступил отзыв на жалобу.

Лица, явившиеся в судебное заседание, высказали позицию по заявленным доводам жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев и оценив все представленные по делу доказательства, полагает обжалуемый судебный акт Арбитражного суда города Москвы не подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как установлено судом первой инстанции, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Согласие 77» было зарегистрировано в качестве юридического лица 30 августа 2017 года. 

С 30 августа 2017 года до 14 февраля 2019 года генеральным директором и единственным участником ООО «Согласие 77» (100% доля в размере 100 000 рублей) являлся ФИО3 (далее - ФИО3). 

15 февраля 2019 года в состав учредителей ООО «Согласие 77» была включена ФИО4 (ФИО4), размер дополнительного взноса составил 10 000 рублей, величина уставного капитала тем самым выросла до 110 000 рублей. 

Учредителями ООО «Согласие 77» стали два физических лица: ФИО3 - номинальная стоимость доли 100 000 рублей, размер доли 90,9%; ФИО4 - номинальная стоимость доли 10 000 рублей, размер доли 9,1%. 

С 15 февраля 2019 года до 16 декабря 2019 года ФИО4 также исполняла обязанности генерального директора ООО «Согласие 77». 

03 марта 2019 года ФИО3 вышел из состава учредителей ООО «Согласие 77», а его доля была перераспределена в пользу самого Общества. 

С 04 марта 2019 года единственным участником ООО «Согласие 77» являлась ФИО4 с долей в размере 10 000 рублей (9,1%), доля в размере 100 000 рублей (90,9%) принадлежит самому обществу. 

Таким образом, ФИО3 и ФИО4 являются контролирующими ООО «Согласие 77».

В обоснование заявления, конкурсный управляющий указал, что по совокупности имеющихся доказательств, контролирующими должника лицами также являлись следующие граждане: ФИО2; ФИО12; ФИО13. О наличии возможности указанных лиц определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий свидетельствует, что в результате проверки наличия признаков преступления УВД по ВАО ГУ МВД России по г. Москве вынесено Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 03 марта 2020 года, которым установлено, что фактическим владельцем ООО «Согласие 77» являлась ФИО2, которая в свою очередь является единоличным исполнительным органом и учредителем ООО «ТК «Авенир», начиная с  25 июня 2014 года по настоящее время, и, соответственно, в 2018 году одновременно являлась законным представителем работодателя ФИО3 В ходе проверки были опрошены бывшие сотрудники ООО «Согласие 77», контрагенты, которые пояснили следующее. 

Бывшие сотрудницы Ш. Я.Е. и Х. М.В. пояснили, что фактическим владельцем ООО «Согласие 77» являлась ФИО2, которая в свою очередь является руководителем ООО «Авенир». Офисы компаний ООО «Согласие 77» и ООО «Авенир» располагались по одному и тому же адресу: 

<

...>. Генеральный директор ООО «Согласие 77» ФИО3 фактически руководство фирмой не осуществлял, а выполнял лишь указания ФИО2, которая в свою очередь, выполняла управленческие функции ООО«Согласие 77». 

ФИО3 также числился юристом в ГК «Авенир», где учредителем являлась ФИО2 Фактически ФИО3 осуществлял свою трудовую деятельность в ООО «Согласие 77», а также в ГК «Авенир» в должности юриста. 

Объяснения также были даны Ш. М.Ю., из которых следует, что с 2016 года он работает в ООО «Корбут» (ИНН 

<

***>) в должности главного менеджера ООО «Корбут» осуществляет свою предпринимательскую деятельность по оптовой продаже обувной продукции. В его должностные обязанности входит: переговорная деятельность, подготовка коллекций. В 2017 году их организацию пригласили на встречу, где присутствовали поставщики обувной продукции, которые ранее работали с ТД «ЦентрОбувь». На данную встречу их пригласила ФИО2 и С. Дмитрий. В ходе состоявшейся встречи ФИО14 пояснили им, что в связи с банкротством ТД «ЦентрОбувь» у них появилась возможность вернуть деньги поставщиков, в связи с чем, ими был предложен выход из ситуации, а именно создать новую торговую сеть под названием «Согласие». ФИО14 сообщили, что у ТД «ЦентрОбувь» и ООО «Фэшншуз» остались порядка 100 магазинов с рентабельностью и чтобы все не потерять, им нужно забирать данные магазины в кратчайшие сроки. ФИО2 создала чат в мессенджере, где шло обсуждение поставщиков и назначение встреч. 

В ходе одной из встреч ФИО2 пояснила, что все обязательства по созданию новой организации и всех затрат она берет на себя, так как с ее слов от банкротства вышеуказанных организаций она пострадала больше всех; а чтобы вернуть былой оборот всем поставщикам, необходимо поставлять обувную продукцию в магазины ООО «Согласие 77» на сумму не менее 1 000 000 000 руб. 

Затем С. Д. распределил процент поставок на каждого поставщика, общая сумма поставок на их организацию составила примерно 14 000 000 руб. до 15 000 000 руб. 

ООО «Корбут» в свою очередь выполнили свою задачу поставили обувную продукции на вышеуказанную сумму в магазины ООО «Согласие 77».

В ходе мониторинга магазинов ООО «Согласие 77» они часто обнаруживали несоответствие остатков и, соответственно, продаж по их марке; на полках магазина некоторые марки поставщиков отсутствовали, хотя данные поставщики присутствовали на встречах. 

До декабря 2017 года оплата ООО «Согласие 77» перед ООО «Корбут» была регулярна, однако другие поставщики, с которыми они поддерживали связь, жаловались на нерегулярность оплат. В январе-феврале 2018 года оплаты поступали частично, после февраля 2018 года вовсе прекратились, после чего представителями ООО «Корбут», были предприняты неоднократные меры по возврату денежных средств, принадлежащих их организации, однако представители ООО «Согласие 77» в лице Г. Ю., ФИО14 от контактов и от принятых на себя обязательств всячески уклонялись. 

Согласно представленным в рамках проверки показаниям ФИО3, учредителем и генеральным директором ООО «Согласие 77» он являлся номинально и руководство ООО «Согласие 77» фактически не осуществлял, передав возможность осуществлять от его имени финансово-экономическую и организационно-распорядительную деятельность ООО «Согласие 77» ФИО2 

Согласно показаниям ФИО3 фактически Банк-клиент ООО «Согласие 77» находился у ФИО2, в связи с чем операции по переводу денежных средств ООО «Согласие 77» осуществлялись на усмотрение ФИО2 

С учетом изложенного, генеральный директор ООО «Согласие 77» ФИО3 имел прямую финансовую зависимость от ООО «ТК «Авенир» и непосредственно подчинялся ФИО2 

Отношения связанности между ООО «Согласие 77» и ООО «ТК «Авенир» подтверждаются также тем, что в ООО «Согласие 77» в 2018 году был трудоустроен и получал заработную плату ФИО15, приходящийся родным сыном генеральному директору ООО «ТК «Авенир» ФИО2 

Также конкурсным управляющим установлено, что на протяжении долгого времени ФИО3 являлся представителем группы компаний «Авенир» в арбитражных судах, а именно: согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2013 года по делу № А40-51579/2013 ФИО3 являлся представителем ООО «Авенир»; согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 09 июня 2015 года по делу № А40-22708/15 ФИО3 являлся представителем ООО «ТД «Авенир» при рассмотрении дела; согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 02 июля 2015 года по делу № А40-79056/2015 ФИО3 являлся представителем ООО «ТК «Авенир» при рассмотрении дела; согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 02 июля 2015 года по делу №А40-79056/2015 ФИО3 являлся представителем ООО «ТК «Авенир» при рассмотрении дела; согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 28 января 2016 года по делу № А40-171351/15 ФИО3 являлся представителем ООО «Авенир» при рассмотрении дела; согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 13 июня 2017 года по делу № А40-50945/2017 ФИО3 являлся представителем ООО «ТФ «Авенир» при рассмотрении дела; согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 11 декабря 2017 года по делу № А40-61202/2015 ФИО3 являлся представителем ООО ТД «Авенир» при рассмотрении дела о банкротстве ООО «МАТТИНО ЭксИм». 

ФИО3 также участвовал в собраниях кредиторов в рамках указанного дела о банкротстве, что подтверждается соответствующими протоколами собраний кредиторов. 

Генеральный директор ООО «Согласие 77» ФИО3, был трудоустроен в ООО «ТК «Авенир» и получал заработную плату, о чем свидетельствуют данные налоговой отчетности - общая сумма дохода в 2018 году составила 280 345,85 руб., облагаемая сумма дохода - 280 345,85 руб., удержанная сумма налога - 36 445 руб. (НДФЛ - 13%). 

Изложенные обстоятельства указывают на то, что ФИО3 не являлся самостоятельной фигурой при принятии решений по поводу хозяйственной деятельности ООО «Согласие 77», а являлся простым сотрудником группы компаний «Авенир», руководство которой осуществлялось следующими лицами: ФИО2 - генеральным директор ООО «ТК «Авенир» в период с 06 ноября 2019 года по настоящее время и учредителем ООО «ТК «Авенир» с долей участия в размере 4 500 руб. (45%) в период с 25 июня 2014 года по 19 января 2020 года, а с 20 января 2020 года по настоящее время; ФИО12 - учредителем ООО «ТК «Авенир» с долей участия в размере 4 500 руб. (45%) в период с 25 июня 2014 года по 19 января 2020 года; ФИО13 - генеральным директор ООО «ТК «Авенир» в период с 25 июня 2014 года по 05 ноября 2019 года и учредителем ООО «ТК «Авенир» с долей участия в размере 1 000 руб. (10%) в период с 25 июня 2014 года по 19 января 2020 года.

Фактически ООО «Согласие 77» входило в группу копаний «Авенир» и было полностью подотчетно ФИО2, ФИО12, ФИО13, все хозяйственные решения принимались ей, согласно показаниям самого ФИО3 доступ к банковскому счету ООО «Согласие 77» имела исключительно ФИО2. 

С учетом изложенных обстоятельств и представленных доказательств, по мнению конкурсного управляющего, контролирующими должника лицами при рассмотрении настоящего дела признаются: ФИО2; ФИО12; ФИО13; ФИО3; ФИО4. 

Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно объяснениям опрошенных лиц, изложенных в Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела УВД по ВАО ГУ МВД России по г. Москве от 03 марта 2020 года переговоры с контрагентами о создании ООО «Согласие 77», об объемах и стоимости поставок производились контрагентами не с генеральным директором ООО «Согласие 77» ФИО3, а с ФИО2, ФИО3 фактически работал юристом в ООО «ТК «Авенир», контрагентами никогда не воспринимался в качестве руководителя ООО «Согласие 77». 

Более того, самим ФИО3 были даны показания о том, что доступ к интернет-банку Должника был непосредственно у ФИО2 

Согласно данным из выписок ПАО Сбербанк по выплате заработной платы сотрудникам ООО «Согласие 77», заработная плата ФИО3 состояла из суммы, отличавшаяся в меньшую сторону от остальных сотрудников, не являлась рыночной, сумма перечислений в пользу ФИО3 не превышало 18 000 руб. ежемесячно. 

Учитывая налог на доходы в размере 13%, общая сумма заработной платы генерального директора ООО «Согласие 77» равнялась прожиточному минимуму по городу Москве для трудоспособного населения. 

Таким образом, присутствуют все признаки того, что ФИО3 являлся генеральным директором ООО «Согласие 77» номинально, а реальное руководство ООО «Согласие 77» осуществлялось лицами, официально не трудоустроенными в ООО «Согласие 77». 

Согласно определения Арбитражного суда города Москвы от 25 декабря 2019 года по делу А40-29984/19 ФИО4 пояснила в судебном заседании, что она была номинально назначена на должность генерального директора Должника, в связи с чем не принимала участия в управлении Общества, не распоряжалась его имуществом, не хранила документацию, какие-либо документы при подписании акта приема-передачи от 18 февраля 2019 года от ФИО3 ей не передавались. 

Учитывая данные обстоятельства, судом первой инстанции сделан вывод о том, что ФИО4 являлась генеральным директором должника номинально, определение Арбитражного суда города Москвы от 25 декабря 2019 года по настоящему делу вступило в законную силу, обжаловано в данной части не было.

После факта назначения ФИО4 генеральным директором ООО «Согласие 77», должник деятельность фактически не осуществлял, карточка интернет-банка перерегистрирована на нее была, какие-либо операции по счетам ООО «Согласие 77» не производились. 

Также, согласно данным из базы данных СПАРК, ФИО4 является генеральным директором и учредителем более 10 юридических лиц и включена в реестр физических лиц, являющихся руководителями нескольких юридических лиц по данным налоговой службы.

Таким образом, присутствуют все признаки того, что ФИО4 являлась генеральным директором ООО «Согласие 77» номинально, а реальное руководство ООО «Согласие 77» осуществлялось лицами, официально не трудоустроенными в ООО «Согласие 77». 

В качестве оснований для взыскания убытков с контролирующих должника лиц конкурсный управляющий указывает на непередачу документов повлекшая невозможность взыскания дебиторской задолженности. 

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «Согласие 77», полученным конкурсным управляющим из ИФНС России № 20 по г. Москве, размер дебиторской задолженности должника ООО «Согласие 77» на конец 2017 года составляла 20 293 000 руб. 

Сведения об имуществе должника, а также первичная бухгалтерская и иная документация в адрес конкурсного управляющего от контролирующих должника лиц не поступили. 

Ввиду отсутствия первичной документации должника ООО «Согласие 77» конкурсный управляющий не может надлежащем образом принять меры по взысканию дебиторской задолженности перед контрагентами, а также реализовать дебиторскую задолженность путем проведения торгов в соответствии с требованиями Закона о банкротстве. 

Реализация дебиторской задолженности неподтверждённой первичной документацией невозможна, и является заведомо недобросовестным поведением конкурсного управляющего к потенциальным участникам торгов, так как реализуемая дебиторская задолженность будет невозможна к взысканию. 

Таким образом, действия контролирующих должника лиц по сокрытию первичной и бухгалтерской документации привели к убыткам ООО «Согласие 77» в размере 20 293 000 рублей.

Непередача сведений о запасах Должника, повлекшая невозможность установления места нахождения имущества и его последующую реализацию. 

Также контролирующими должника лицами не переданы конкурсному управляющему сведения о месте нахождения запасов ООО «Согласие 77» на общую сумму 8 538 000 руб., сведения о которых отражены в бухгалтерской отчетности ООО «Согласие 77» за 2017 год. 

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «Согласие 77», полученным конкурсным управляющим из ИФНС России № 20 по г. Москве, стоимость запасов Должника ООО «Согласие 77» на конец 2017 года составляла 8 538 000 руб. 

Как уже было изложено ранее, сведения об имуществе Должника, а также первичная бухгалтерская и иная документация в адрес конкурсного управляющего от контролирующих должника лиц не поступили. 

Ввиду отсутствия сведений о месте нахождения имущества должника ООО «Согласие 77», отраженного в строке бухгалтерского баланса «Запасы» за 2017 год, конкурсный управляющий не может надлежащем образом принять меры по реализации имущества Должника путем проведения открытых торгов в соответствии с требованиями Закона о банкротстве. Таким образом, действия контролирующих должника лиц по сокрытию сведений о месте нахождения имущества Должника привели к убыткам ООО «Согласие 77» в размере 8 538 000 руб. 

Контролирующими должника лицами не предприняты действия по обжалованию решения Домодедовской таможни по результатам таможенного контроля №10002000/210/030619/Т00048 от 03 июня 2019 года, что привело к аресту материальных ценностей, находящихся во владении должника и невозможность их реализации с открытых торгов. Согласно данным, полученными финансовым управляющим в ходе исполнения своих обязанностей, 03 июня 2019 года Домодедовской таможней было принято решение о признании товаров незаконно перемещенными через таможенную границу Евразийского экономического союза (решение по результатам таможенного контроля №10002000/210/030619/Т00048 от 03 июня 2019 года).

Факт признания товаров, указанных в решении таможенного органа, незаконно перемещенными через таможенную границу таможенного союза, привело к их последующему аресту и передаче на склад Центральной базовой таможни. 

Срок на обжалование решения таможенного органа истекал 03 сентября 2019 года. Сведения о вынесенном решении поступили конкурсному управляющему уже в 2020 году, то есть по истечении процессуального срока на обжалование решения таможенного органа, явившегося поводом для ареста имущества Должника и его перемещения на склад Центральной базовой таможни. 

На момент введения в отношении ООО «Согласие 77» процедуры конкурсного производства (16 декабря 2019 года) срок на обжалование решение таможенного органа истек. 

Факт нахождения имущества Должника под арестом на складе Центральной базовой таможни и невозможность обжалования решения таможенного органа, явившегося правовым основанием для ареста имущества Должника, привело к невозможности реализации имущества Должника на открытых торгах в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

Согласно решению таможенного органа, таможенная стоимость товара, признанного незаконно ввезенным, составляет 11 899 613,51 рублей. 

Таким образом, бездействие контролирующих Должника лиц, а также непередача сведений конкурсному управляющему повлекли невозможность возврата имущества Должника на общую сумму 11 899 613,51 руб. в конкурсную массу, что причинило убытки ООО «Согласие 77» в общем размере 11 899 613,51 руб.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, контролирующие Должника лица ФИО2, ФИО3, ФИО4, ввиду их недобросовестных действий по уклонению от передачи бухгалтерской и первичной документации ООО «Согласие 77», повлекшее невозможность обращения конкурсного управляющего за взысканием дебиторской задолженности и реализации активов Должника, а также по необжалованию решения Домодедовской таможни по результатам таможенного контроля №10002000/210/030619/Т00048 от 03 июня 2019 года, повлекло причинение убытков ООО «Согласие 77» в общем размере 40 730 613,51 руб. 

Отказывая в удовлетворении заявления о взыскании солидарно с ФИО12, ФИО13, убытков суд исходил из того, что истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств причинения убытков и не доказана вина в действиях указанных ответчиков; отсутствуют в деле доказательства, подтверждающие наличие причинной связи между действиями прежнего генерального директора и убытками Общества. 

Апелляционные жалобы не содержат возражений и самостоятельных доводов в части отказа в удовлетворении требований, а также в части удовлетворения требований к ФИО4

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. Вместе с тем следует принимать во внимание, что при наличии в пояснениях к жалобе доводов, касающихся обжалования судебного акта в иной части, чем та, которая указана в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в пределах, определяемых апелляционной жалобой и доводами, содержащимися в пояснениях.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило. Каких-либо доводов, касающихся обжалования судебного акта в иной части, материалы дела также не содержат.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части взыскания убытков с ФИО2, ФИО3 В остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, доводы жалоб считает необоснованными, в связи со следующим.

Вопреки позиции апеллянтов, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06 августа 2018 года № 308-ЭС17-6757 (2, 3). 

Такой иск точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве». 

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства.

Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика – пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д. 

В институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. 

Разница указанного коллективного иска от требования о возмещении убытков, завяленного на основании статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заключается в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. 

В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В данном случае совпадает лишь личность должника, тогда как состав возникновения обязательства не совпадает, что не исключает применение норм о солидаритете. 

В связи с чем, ссылки заявителей на судебный акт, в рамках которого установлена субсидиарная ответственность ответчиков, является несостоятельной.

Суд первой инстанции правомерно не учел акт приема – передачи документов от 18 февраля 2019 года, согласно которому документация должника была передана от ФИО3 ФИО4 

Согласно Определения Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-29984/2019 от 25 декабря 2019 года ФИО4 назначена на должность генерального директора должника номинально, не принимала участия в управлении Общества, не распоряжалась его имуществом, не хранила документацию, какие-либо документы при подписании акта приема-передачи от 18 февраля 2019 года от ФИО3 ей не передавались.

На основании чего суд пришел к выводу о том, что подлежит удовлетворению, поскольку ФИО3 не выполнил требования части 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве; сведений об уклонении временного управляющего в установленный срок от получения документов и информации, касающихся деятельности должника, не имеется.

Учитывая, что бывшим руководителем должника не переданы запасы должника, а также документация, судом первой инстанции правомерно признано обоснованным заявление конкурсного управляющего о взыскании указанной суммы в качестве убытков.

Кроме того, контролирующие должника лица не предприняли мер по оспариванию решения Домодедовской таможни от 03 июня 2019 года. Согласно данным, полученными управляющим в ходе исполнения своих обязанностей, 03 июня 2019 года Домодедовской таможней было принято решение о признании товаров незаконно перемещенными через таможенную границу Евразийского экономического союза. Согласно решению таможенного органа, таможенная стоимость товара, признанного незаконно ввезенным, составляет 11 899 613,51 рублей. 

Вопреки доводам ФИО2 и ФИО3, суд первой инстанции не оценивал законность принятого решения таможенным органом, так как данное обстоятельство не является предметом исследования при рассмотрении заявления о взыскании убытков с контролирующих лиц.

Бездействие и утрата интереса к имуществу должника также свидетельствуют о том, что контролирующие должника лица не предприняли достаточных мер для того, чтобы данное имущество осталось в распоряжении должника, то есть своим бездействием способствовали его утрате. 

Довод ФИО2 о том, что конкурсный управляющий вправе был восстановить срок на обжалование решения таможенного органа является голословным, поскольку конкурсный управляющий является лишь новым руководителем должника и для него не исчисляются сроки на обжалование каких – либо документов (действий/бездействий) с момента его назначения (кроме сделок в процедуре банкротства). 

Иные доводы апелляционной жалобы повторяют доводы заявления и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о законности и обоснованности определения суда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25 ноября 2022 года по делу №А40-29984/19 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Е.В. Иванова 

Судьи:                                                                                               Ж.Ц. Бальжинимаева 

                                                                                                           Ю.Л. Головачева