СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9476/2023(3)-АК

Дело № А60-21009/2023

19 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Даниловой И.П.,

судей                                  Нилоговой Т.С., Саликовой Л.В.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем Паршиной В.Г., 

при  участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»: 

от кредитора индивидуального предпринимателя ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 20.02.2023;

от  ФИО3: ФИО4,  паспорт, доверенность от 26.01.2024;

иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного кредитора ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 19 февраля 2024 года

о включении задолженности кредитора ИП ФИО1 в размере 1 760 374 руб. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А60-21009/2023 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью  «Грань-Экспо» (ИНН 

<

***>), 

 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 21.04.2023 поступило заявление ФИО5 (далее – ФИО5)  о признании  общества с ограниченной  ответственностью ООО «Грань-Экспо» (далее – ООО «Грань-Экспо», должник)  несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.07.2023 суд признал требования ФИО5   о признании ООО   «Грань-Экспо» несостоятельным (банкротом) обоснованными. В отношении  ООО «Грань-Экспо» введена  процедура  банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден  ФИО6, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.12.2023 в отношении должника открыто  конкурсное производство сроком на шесть  месяцев, конкурсным  управляющим  утвержден  ФИО7, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

В Арбитражный суд  Свердловской области 21.08.2023 индивидуального предпринимателя  ФИО1 (далее – ИП  ФИО1) поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов задолженности  в размере 1 323 000 руб. суммы основного долга по договору аренды нежилых помещений от 25.12.2020 за период с 01.01.2021 по 31.03.2023, а также 6 844 320  руб. суммы неустойки за просрочку платежа за период с 06.01.2021 по 06.07.2023.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024 года (резолютивная часть оглашена 05.02.2024) заявление   ИП ФИО1 )  о включении задолженности в реестр требований кредиторов удовлетворено частично. Включены требования кредитора  ИП ФИО1 в сумме 1 323 000 руб. основного долга, 437 374 руб. неустойки в третью очередь реестра  требований кредиторов  ООО «Грань – Экспо». В удовлетворении требования в остальной части отказано.

Не согласившись с определением суда, кредитор ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований ИП ФИО1  

В апелляционной жалобе апеллянт указывает на то, что выводы суда об отсутствии аффилированности между должником и ИП ФИО1 не соответствует обстоятельствам дела. Полагает, что ИП ФИО1 не опроверг аффилированность с должником через ФИО3 Помимо группы компаний ООО «Грань-Экспо», ООО «Грань» (ИНН 

<

***>) и «Самоцвет-2000» (ИНН 

<

***>) взаимосвязь прослеживается через ООО «ПАРГИ» (ИНН 

<

***>), ООО «Промгеология» (ИНН 

<

***>), а также ООО «Акцент» (ИНН 

<

***>). Сторонами по делу не даны пояснения в наличии взаимосвязей ООО «ПАРГИ» и ООО «Акцент». Само по себе наличие связи между указанными лицами в 7 организациях не является обычным условиям экономического оборота. Обращает внимание суда, что договор аренды хоть и заключен на обычных условиях договора, но дальнейшее поведение ИП ФИО1 не отвечает стандартной практике хозяйственного оборота на рыночных условиях. Так за 2,5 года должник ни разу не произвел оплату по договору аренды, тем самым образовалась задолженность в размере 1 568 000 руб.; не предпринял действий  по расторжению договора аренды; не предпринял действий по удержанию имущества, не взыскивал задолженность в судебном порядке. Такие действия кредитора являются неразумными, совершены в не условиях обычного делового оборота и хозяйственной деятельности. Кроме  того, в материалы дела ни должником, ни конкурсным управляющим не представлены доказательства фактического использования помещения в целях хранения имущества, то есть подтверждение достижения «экономических мотивов» заключения договора аренды судом не исследованы, в виду их отсутствия. Наличие аффилированности также подтверждается через заключения других «нестандартных» соглашений. Так 25.09.2023  определением Арбитражного суда Свердловской области были включены в реестр требований кредиторов ООО «Грань-Экспо» требования ФИО1 по договору займа № 2 от 09.05.2008  в размере 1 389 999 руб. 69 коп.,  по договору займа № 6 от 19.09.2008 в размере 1 596 000 руб., по договору займа № 7 от 03.10.2008  в размере 986 000 руб.; а также 28 060 руб. - возмещение расходов по оплате государственной пошлины. Основанием для включения в реестр требований кредиторов ООО «Грань-Экспо» требований ФИО1 явилось решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 19.01. 2023  по делу № 2-196/2023. Из указанного решения следует, что между должником и ФИО1 заключены дополнительные соглашения об изменения сроков возврата займа: по договору займа № 2 от 09.05.2008 года срок возврата займа сокращен на 10 месяцев, по договору займа № 6 от 19.09.2008 года срок возврата займа сокращен на 18 месяцев, по договору займа № 7 от 03.10. 2008 года срок возврата займа сокращен на 18 месяцев. Данные действия также не отвечают экономической целесообразности в виду того, что на момент заключения сделки должник обладал признаками банкротства (на момент заключения дополнительных соглашения у должника имелись не исполненные обязательства перед ФИО5 на сумму 3 535 000 руб.).  Таким  образом, материалами дела подтверждена фактическая аффилированность должника с ИП ФИО1 через связь ряда организаций и нестандартные сделки с отсутствием экономических мотивов.  Такие действия кредитора по настоящему обособленному спору должны расцениваться как компенсационное финансирование.

До судебного заседания в материалы дела от ИП ФИО1 поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Представители ФИО3 и кредитора ИП ФИО1 против доводов апелляционной жалобы возражают, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие,  письменных  отзывов  не  представили. 

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между  ИП ФИО1  и  ООО «Грань-Экспо» 25.12.2020 был заключен договор аренды нежилых помещений (далее – договор аренды).

Согласно пункту 1.1 договора аренды   ООО «Грань-Экспо» приняло от ИП ФИО1 во временное пользование нежилые помещения общей площадью 313 м2, находящиеся на первом этаже в здании, расположенном по адресу: Свердловская область, пгт. ФИО8, ул. Свободы, д. 9а - в соответствии с планом БТИ.

Срок аренды установлен в пункте 1.2 договора аренды: с 01.01.2021  на неопределенный срок, в настоящее время является действующим, ни одна из сторон не заявляла о его расторжении.

Пунктом 3.1 договора аренды  определен размер ежемесячной арендной платы за аренду помещений, указанных в пункте 1.1 договора аренды  - 49 000  руб.

По условиям договора аренды,  арендная плата подлежит внесению ООО «Грань-Экспо» на расчетный счет ежемесячно, не позднее пятого числа месяца за текущий месяц (пункт 3.3 договора займа).

В нарушение условий договора аренды  ООО «Грань-Экспо» арендную плату не уплачивало, в связи с чем, у должника имеется неисполненное денежное обязательство в размере 1 568 000 руб. по внесению арендной платы за период с января 2021 года по август 2023 года (включительно).

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции временным управляющии ФИО6, конкурсным управляющим ФИО7 и конкурсным кредитором ФИО5 были заявлены возражения со ссылкой на то, что требование ИП ФИО1  является требованием аффилированного лица и должно быть признано дофинансированием, имеются основания для субординирования данного требования.

Удовлетворяя заявленные требования и включая задолженность в реестр требований кредиторов должника,  суд первой инстанции исходил из того, что требования кредитора подтверждены представленными относимыми и допустимыми письменными доказательствами, должник обязательства не исполнил; оснований  для субординирования требований не имеется.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи  71 АПК РФ, заслушав лиц,  участвующих в судебном  заседании, арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения (отмены)  судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с положениями статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно статьей 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (пункт 2 вышеуказанной статьи).

В силу пунктов 3 и 4 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

Требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

Согласно абзацу 2 пункта 5 статьи 71 Закона о банкротстве определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов вступает в силу немедленно и может быть обжаловано. Определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов направляется арбитражным судом должнику, арбитражному управляющему, кредитору, предъявившему требования, и реестродержателю.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 №, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В развитие данной правовой позиции в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В силу статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 АПК РФ).

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Как следует из материалов дела и установлено судом, договор аренды нежилых помещений, на основании которого заявлено требование ИП ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Грань-Экспо», был заключен 25.12.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В материалы дела был представлен договор аренды нежилых помещений, заключенный между ООО «Грань-Экспо» (арендатор) и ИП ФИО1 (арендодатель) 25.12.2020, по условиям которого  арендодатель обязался предоставить, а арендатор принять во временное пользование нежилые помещения общей площадью 313 м2, находящиеся на первом этаже в здании, расположенном по адресу: Свердловская обл., шт. ФИО8, ул. Свободы, д. 9а  на неопределенный срок, с размером арендной платы в сумме   49 000 руб.  

В случае невнесения арендатором платежей в сроки, установленные договором, Арендатор уплачивает Арендодателю пени в размере 1 % от суммы месячной арендной платы за каждый день просрочки обязательства, (пункт 5.1. договора).

Как верно  указывает суд первой инстанции, что договор аренды заключен на обычных условиях, предполагающих плату за пользование арендованным имуществом, которая в свою очередь соответствует рыночным размерам, также договором предусмотрен срок внесения оплаты, неустойка за неисполнение обязательства по своевременному внесению оплаты.

ООО «Грань-Экспо» пояснило, что заключение данного договора было необходимо для размещения дорогостоящего крупногабаритного оборудования ООО «Грань-Экспо», предназначенного для обработки драгоценных, полудрагоценных, поделочных и синтетических камней, и перечисленного в акте приема-передачи от 24.11.2020. Указанное оборудование было передано бывшим собственником организации ФИО9 после реализации с торгов в рамках дела о его банкротстве (судебное дело в Арбитражном суде Свердловской области № А60-34944/2018, объединенное с делом №А60-11599/2019).

Ранее указанное оборудование размещалось в здании, площадью 217, 7 кв.м., расположенном также в р.п. ФИО8, арендованном по договору аренды недвижимого имущества № 58 от 30.12.2019 за 40 000 (сорок тысяч) рублей 00 копеек в месяц.

Основным видом деятельность ИП ФИО1 является  аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20).

С учетом вышеуказанного, рассматриваемая сделка по аренде нежилых помещений является реальной, была заключен между ИП ФИО1 и ООО «Грань-Экспо» в рамках стандартной практики хозяйственного оборота на рыночных условиях, при заключении договора каждый преследовал свои экономические мотивы.

Доказательства надлежащего исполнения должником своих обязательств перед ИП ФИО1, а также доказательства отсутствия задолженности в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования ФИО1 в размере 1 323 000 рублей подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, 16.01.2024 от ИП ФИО1 поступило  ходатайство о приобщении к материалам дела  расчета договорной неустойки с учетом действия моратория на возбуждении  дел о банкротстве в период с 01.04.2022 по 01.10.2022. Сумма процентов по всем задолженностям составляет 4 373 740 руб.

Конкурсным управляющим и кредитором ФИО5 заявлено о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции принял возражения  кредитора ФИО5 и конкурсного  управляющего  и снизил размер  неустойки по договору аренды  до суммы 437 374 руб., руководствуясь статьей 333 Гражданского кодекса  Российской  Федерации.  В данной  части  судебный акт ИП ФИО1 не обжалуется. Доводы  в отзыве о   неправомерном снижении  неустойки отсутствуют.

Также  из материалов дела следует, что при рассмотрении настоящего обособленного спора временным управляющим должника, конкурсным управляющим должника и конкурсным кредитором ФИО5 было заявлено о наличии аффилированности должника ООО «Грань-Экспо» и кредитора  ИП  ФИО1 через связь с ФИО3, который являлся контролирующим лицом в двух организациях совместно с ФИО1, а также являлся контролирующим лицом в одной организации совместно с родителями ФИО1 Партнерские отношения между ФИО3 и ФИО1 возникли, как минимум с момента учреждения ООО «Промгелогия» в 2005  и продолжались после приобретения долей в трех организациях ООО «Грань-Экспо», ООО «Грань», ООО «Самоцвет-2000». На основании указанного, к требованиям заявителя должен применяться повышенный стандарт доказывания, чем обычно предъявляется к требованиям кредитора в деле о банкротстве (определение Верховного суда РФ от 13.07.2018 г. № 308-ЭС18-2197 по делу А32-43610/2015). Действия заявителя не отвечают принципам добросовестности и разумности (статья 10 Гражданского кодекса  Российской  Федерации).

Кроме того, ФИО5 отмечал, что  2,5 года  должник ни разу не произвел оплату по договору аренды, тем самым образовалась задолженность в размере 1 568 000 руб. и кредитор  не предпринял действий по недопущению возникновению у него расходов, а именно: не расторг договор аренды после не оплаты аренды  должником более двух раз подряд, (когда такое право предусмотрено пункт 4.2.2. договора), не предпринял действий по удержанию имущества, не взыскивал задолженность в судебном порядке.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, требования аффилированного лица, возникшие из договора займа, заключенного без намерения создать реальные правоотношения, перечисление денежных средств по которому имело транзитный характер не включаются в реестр требований кредиторов.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Вместе с тем, судом на заявителя может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Сложившейся судебной практикой выработаны правовые подходы, согласно которым при включении в реестр требований кредиторов должника аффилированного к нему лица к последнему предъявляется повышенный стандарт доказывания.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Пунктом 2 названной статьи к заинтересованным лицам по отношению к должнику - юридическому лицу отнесены также руководитель должника, лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По смыслу названной нормы, к подобным обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Вместе   с тем, согласно правовой позиции, выраженной в Обзоре от 29.01.2020, сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не свидетельствует об отсутствии долгового обязательства и наличия злоупотребления права.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Сам по себе факт взаимозависимости кредитора и должника не может рассматриваться в качестве единственного обстоятельства, порочащего основания возникновения обязательства. При рассмотрении дел названной категории арбитражным судам надлежит исследовать характер возникновения денежного обязательства, его обоснованность представленными кредитором и должником документами, связь (формальную или фактическую) с корпоративными правоотношениями, наличие признаков злоупотребления правом в действиях кредитора и то, позволяют ли такие действия заведомо сформировать большее количество голосов на первом собрании кредиторов и, как следствие, в той или иной мере контролировать процедуру банкротства должника.

При этом в соответствии с принятым в судебной практике толкованием и целями законодательства о банкротстве из вышеуказанного общего правила есть ряд исключений, в том числе следующие.

Во-первых, при установлении фиктивности обязательств (отсутствие реальных обязательств) между аффилированным лицом и должником требование такого лица (как и требование любого иного, в том числе и неаффилированного лица) не может быть включено в реестр требований кредиторов (статья 170, 168 ГК РФ). При этом наличие аффилированности между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную массу, само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между аффилированными лицами.

Во-вторых, обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ).

В-третьих, при заявлении требований лицом, исполнившим перед внешним кредитором обязательство должника (по схеме поручительства, либо по статье 313 ГК РФ, либо через схему уступки), при вхождении исполнившего и должника в одну группу компаний правила о суброгации не применяются, если отношения между исполнившим и поручителем регулируются договором о покрытии (для этого надо исследовать внутригрупповые отношения; данные о перемещении внутри группы денежных потоков), даже если договор о покрытии надлежаще юридически не оформлен (пункт 5 Обзора от 29.01.2020).

В-четвертых, при предоставлении должнику аффилированным лицом компенсационного финансирования (предоставление в состоянии имущественного кризиса, то есть при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве либо неизбежности их наступления) - требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой (пункты 3.1, 6.2 Обзора). Основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очередности).

В силу пункта 3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Институт субординации требований кредиторов, являющихся контролирующими должника и аффилированными лицами, направлен на справедливое выравнивание положения внешних и внутренних кредиторов, пострадавших в результате финансовой несостоятельности должника, а также на создание условий сбалансированного управления рисками банкротства должника.

Судом первой инстанции  установлено, что  ООО «Промгеология» (ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>) зарегистрировано в качестве  юридического лица 05.09.2005; участниками  общества  являлись: ФИО1 (доля участия - 50%) и ФИО10 (доля участия - 50%), директором - ФИО3  На дату заключения договора аренды нежилых помещений от 25.12.2020 ООО «Промгеология» было ликвидировано  более 13 лет назад, следовательно, юридической связи между ФИО1 и ООО «Грань-Экспо» через участие ФИО3 и ФИО1 в юридическом лице не существовало. 

ООО «Грань» (ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>) зарегистрировано  в качестве  юридического  лица  26.01.2001;   участниками  общества  являлись ФИО3 (с 10 ноября 2020 года) и ФИО11 (с 28 августа 2023 года), директором - ФИО12 (с 13 июля 2021 года). 

ФИО1 являлся участником юридического лица с 03.08по 26.10.2016 года, его участие было прекращено за  четыре  года до того, как участником этого юридического лица стал ФИО3 

В связи с этим довод о юридической аффилированности должника и кредитора  через участие последнего и ФИО3 в этом юридическом лице не обоснован. 

Наличие у ООО «Грань-Экспо» задолженности перед ИП ФИО1 по договору аренды нежилых помещений от 25.12.2020 не означает, что сделка заключена и исполнялась на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, и не доказывает фактическую аффилированнось должника и заявителя.

ИП ФИО1 стал собственником нежилых помещений, впоследствии сданных в аренду (нежилые помещения на первом этаже по адресу: Свердловская область, пгт. ФИО8, ул. Свободы, д. 9А), в результате заключения мирового соглашения, утвержденного Арбитражным судом Свердловской области от 11.12.2020 по делу № А60-34944/2018 (о несостоятельности (банкротстве) граждан ФИО9 и ФИО13).

Представитель  ФИО3 пояснила, что  когда помещение принадлежало ФИО9, в указанном помещении  размещалось оборудование, принадлежащее ООО «Грань-ЭКСПО», поэтому  по факту передачи этого оборудования новому руководителю общества после смены его собственника, ООО «Грань-Экспо» сочло разумным снова разместить оборудование на тех площадях, что и раньше.  

Совокупность вышеприведенных обстоятельств стала причиной, по которой ИП ФИО1 согласился заключить с ООО «Грань-Экспо» договор аренды нежилых помещений от 25.12.2020. Эти же обстоятельства останавливали ИП ФИО1 расторгнуть договор в связи с неисполнением ООО «Грань-Экспо» обязательств и инициировать судебное разбирательство.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО3, бенефициара трех компаний  ООО «Грань», ООО «Грань-Экспо», ООО «Самоцвет- 2000» пояснила, что  группа компаний  имела цель  заниматься  добычей и  обработкой драгоценного  металла, в распоряжении имеется  соответствующее оборудование. Для достижения  данной цели  заключала  договоры займа  с ФИО1  ООО «Радуга+», ФИО5 и договор  аренды  с ФИО1,  оплата по которым  планировалась после   добычи,  обработки и реализации драгоценных камней.  Все кредиторы,  которые  в  настоящее  время включены  в реестр кредиторов   ООО «Грань-Экспо» так  или иначе  связаны с добычей  и  обработкой  драгоценных камней, поэтому  должны  находиться  в равном положении, последние способствовали   развитию  хозяйственной деятельности  должника. 

В отзыве на апелляционную жалобу  ИП ФИО1 сообщает, что  ФИО3 сообщил кредитору, что  ему как новому участнику необходимо время на налаживание бизнес-процессов в рамках предпринимательской деятельности ООО «Грань» и ООО «Грань-Экспо». Компании связаны между собой: ООО «Грань» занимается разведкой и добычей полезных ископаемых, а ООО «Грань-Экспо» - обработкой добытых полезных ископаемых. В связи с тем, что деятельность ООО «Грань» фактически была приостановлена из-за отсутствия необходимых документов для ведения разведки и добычи полезных ископаемых (прошлое руководство ООО «Грань» не передало документы, пришлось их делать заново, передавать материалы по результатам разведочных работ на государственную экспертизу запасов полезных ископаемых), оборудование ООО «Грань-Экспо» простаивало в нежилых помещениях, которые были арендованы у ИП ФИО1  Сведения из бухгалтерской отчетности должника, а также наличие дорогого производственного оборудования, размещенного в нежилых помещениях, доказывало отсутствие имущественного кризиса должника.

Данные  доводы  апеллянтом не опровергнуты, в судебное  заседание  ФИО5 не явился. 

На основании изложенного  суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований  для понижения  в очерёдности кредитора   ИП ФИО1 по  арендным  платежам.

С учетом вышеуказанного, доводы апеллянта о наличии оснований для субординирования требования ФИО1, отклоняются, как несостоятельные.

Судебная коллегия отмечает, что не существует законодательного запрета на заключение гражданско-правовых сделок между аффилированными лицами в своем собственном коммерческом интересе и без взаимного перераспределения активов и долгов.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.

Вопреки доводам апеллянта, сам по себе факт аффилированности должника и кредитора также не свидетельствует об отсутствии долгового обязательства и наличии злоупотребления правами, в связи с чем, основания для применения в данном случае положений статьи 10 Гражданского  кодекса  Российской  Федерации у суда первой инстанции отсутствовали.

Судом первой инстанции при рассмотрении спора установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Поскольку в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлиной ранее при обжаловании определения о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника не была предусмотрена, в соответствии с положениями статьи 104 АПК РФ, следует возвратить ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 150 рублей, уплаченную по чеку от 24.04.2024.

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19 февраля 2024 года по делу № А60-21009/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Возвратить ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 150 (сто пятьдесят) рублей, уплаченную по чеку от 24.04.2024.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

И.П. Данилова 

 

Судьи

 

Т.С. Нилогова 

 

Л.В. Саликова