АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-1830/25  

Екатеринбург 

19 июня 2025 г. Дело № А76-40574/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 19 июня 2025 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Черкезова Е.О., судей Лукьянова В.А., Ященок Т.П. 

при ведении протокола помощником судьи Молокановым А.Э., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Прокуратуры Челябинской области (далее – прокуратура, истец) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 21.11.2024 по делу № А76-40574/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик Би.Ай.Ди Групп» (далее – общество «СЗ Би.Ай.Ди Групп»): ФИО1 (доверенность от 31.01.2024, диплом).  

Иные лица явку не обеспечили. 

Прокуратура, действуя в интересах Российской Федерации, обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Специализированный застройщик Трест Уралавтострой» (далее – общество «СЗ Трест Уралавтострой»), обществу «СЗ Би.Ай.Ди Групп» (далее совместно – ответчики) о:  

1) признании недействительной (ничтожной) сделки – картель (ограничивающее конкуренцию соглашение), совершенную между обществом «СЗ Трест Уралавтострой» и обществом «СЗ Би.Ай.Ди Групп», в результате которой общество «СЗ Трест Уралавтострой» признано победителем электронного аукциона № 0169300003318000346;  

2) применении последствий недействительности указанной ничтожной сделки и взыскании в доход Российской Федерации солидарно с общества «СЗ  

Трест Уралавтострой» и общества «СЗ Би.Ай.Ди Групп» сумму незаконного дохода, полученного в результате реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения – картеля, в размере 69 102 993 руб. 28 коп.  

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Управление Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – управление, антимонопольный орган), муниципальное бюджетное учреждение «Капитальное строительство» (далее – учреждение «КС»), Администрация Златоустовского городского округа (далее – администрация).  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 21.11.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе прокуратура просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме.  

В обоснование кассационной жалобы приведены доводы о том, что обжалуемые судебные акты являются незаконными и необоснованными, принятыми с нарушением норм процессуального права и неверным истолкованием норм действующего законодательства.  

Прокуратура утверждает, что является ошибочным указание судов на то, что картельное соглашение не является сделкой, на несоответствие требуемой прокуратурой в качестве применения последствий недействительности сделки меры положениям статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), на отсутствие оснований для применения положений о солидарной ответственности, на пропуск прокуратурой срока исковой давности.  

Истец считает, что действия участников картельного соглашения, их договоренность действовать тем или иным образом на торгах с целью устранения конкуренции и извлечения сверхприбыли носят сделочный характер, направлены на установление взаимных прав и обязанностей.  

Прокуратура указывает, что отраслевое законодательство содержит норму прямого действия применительно к рассматриваемому спору о возможности взыскания дохода, полученного от незаконной деятельности в казну государства, которая соотносится с положениями статьи 169 ГК РФ, предусматривающими изъятие в пользу государства незаконного дохода. В рассматриваемом случае ответчики своими совместными согласованными противоправными действиями причинили ущерб экономическим интересам общества и государства. Следовательно, они должны нести солидарную ответственность.  

Также истец заявляет, что в рамках настоящего спора преследуется цель защиты публичных интересов Российской Федерации и неопределенного круга лиц, на которые не распространяется исковая давность. Кроме того  

уведомление прокурора в порядке части 2 статьи 145 Уголовного кодекса Российской Федерации о принятых решениях по уголовному делу, равно как и факт направления в прокуратуру области постановления о возбуждении уголовного дела и поручении предварительного расследования нельзя признать обстоятельствами, доказывающими осведомленность о наличии оснований для предъявления настоящего иска. Прокуратуре стало известно о факте заключения ответчиками антиконкурентного соглашения 10.05.2023 – после поступления письма управления от 04.05.2023 № АК/5707/23.  

В целом заявленные доводы, подробно приведенные в кассационной жалобе, повторяют ранее заявленные доводы.  

В отзывах на кассационную жалобу общество «СЗ Трест Уралавтострой» и общество «СЗ Би.Ай.Ди Групп» просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, управлением принято решение от 19.02.2020 по делу № 074/01/16-691/2019, согласно которому действия администрации, учреждения «КС», общества «СЗ Трест Уралавтострой» по заключению соглашения, которое привело к устранению конкуренции при проведении электронных аукционов (извещения № 0169300003318000253, № 0169300003318000346), признаны нарушающими положения части 4 статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ), а действия общества «СЗ Трест Уралавтострой» и общества «СЗ Би.Ай.Ди Групп», выразившиеся в заключении соглашения – картеля, направленного на поддержание цены на аукционах (извещения № 0169300003318000253, 0169300003318000346), признаны нарушающими положения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ.  

Администрации, учреждению «КС», обществу «СЗ Трест Уралавтострой», обществу «СЗ Би.Ай.Ди Групп» предписание, предусмотренное пунктом 3 части 1 статьи 23 Закона № 135-ФЗ, решено не выдавать.  

Материалы дела № 074/01/16-691/2019 переданы должностному лицу управления для рассмотрения вопроса о привлечении виновных в нарушении антимонопольного законодательства лиц к административной ответственности, а также направлены в правоохранительные органы для рассмотрения вопроса о возбуждении уголовного дела по признакам статей 178, 285 Уголовного кодекса Российской Федерации.  

Решение УФАС по Челябинской области от 19.02.2020 № 074/01/16-691/2019 являлось предметом судебной проверки в рамках дела № А76-17733/2020.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 16.10.2020 по указанному делу, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021, Арбитражного суда Уральского округа от 03.06.2021, решение  

антимонопольного органа признано законным и обоснованным.  

Постановлениями управления от 18.02.2021, вступившими в законную силу, общество «СЗ Би.Ай.Ди Групп» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 1 232 880 руб.; ранее исполнявший обязанности заместителя Главы Златоустовского городского округа ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 7 статьи 14.32 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 20 000 руб.; ранее исполнявшая обязанности руководителя учреждения «КС» ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 7 статьи 14.32 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 20 000 руб.  

По данным Единой информационной системы, в результате исполнения указанного контракта учреждением «КС» в адрес общества «СЗ Трест Уралавтострой» уплачено 69 102 993 руб. 28 коп., акт приема-передачи жилых помещений между сторонами контракта подписан 26.03.2019.  

При этом общество «СЗ Трест Уралавтострой» нарушены сроки передачи объекта долевого строительства учреждению «КС» более чем на 90 дней.  

По мнению прокуратуры установленные обстоятельства в своей совокупности с очевидностью свидетельствуют о недобросовестности, системности и устойчивости модели незаконного поведения хозяйствующих субъектов при проведении электронных аукционов, едином умысле и целевой направленности общего нарушающего правопорядок интереса, наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и минимальным снижением цены на аукционе.  

Вступив в картельный сговор, общество «СЗ Трест Уралавтострой» и общество «СЗ Би.Ай.Ди Групп» заключили устную антисоциальную сделку, в результате которой ограничили доступ иным хозяйствующим субъектам к выполнению работ для муниципальных нужд, а общество «СЗ Трест Уралавтострой» получило доступ к бюджетным средствам в нарушение антимонопольного законодательства. Доход общества «СЗ Трест Уралавтострой» от реализации антиконкурентного соглашения составил 69 102 993 руб. 28 коп.  

Истец считает, что поскольку действия ответчиков являлись самостоятельными этапами единого правонарушения, объединенного общей целью получения незаконного дохода, они подлежат привлечению к солидарной ответственности по правилам статей 322, 1080 ГК РФ.  

Ссылаясь на положения статей 168, 169 ГК РФ прокуратура обратилась в суд с настоящим иском о признании недействительной (ничтожной) сделки – картель, совершенную между обществом «СЗ Трест Уралавтострой» и обществом «СЗ Би.Ай.Ди Групп», в результате которой общество «СЗ Трест Уралавтострой» признано победителем электронного  

аукциона № 0169300003318000346, а также о применении последствий недействительности указанной ничтожной сделки и взыскании в доход Российской Федерации солидарно с общества «СЗ Трест Уралавтострой» и общества «СЗ Би.Ай.Ди Групп» суммы незаконного дохода, полученного в результате реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения – картеля, в размере 69 102 993 руб. 28 коп.  

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, указав на недопустимость взыскания в доход государства дохода, полученного в результате недобросовестной конкуренции в случае привлечения виновных лиц к административной ответственности (ввиду альтернативности указанных мер принуждения), на отсутствие у ответчиков дохода по оспоренной сделке, на пропуск прокуратурой срока исковой давности.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы суд округа не находит оснований для их отмены либо изменения.  

Доводы истца о том, что действия ответчиков как участников картельного соглашения носят характер сделки и эта сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, является ничтожной, что влечет последствия в соответствии с положениями статьи 169 ГК РФ, являются несостоятельными.  

Судами верно учтена правовая позиция Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации изложенная в определении от 30.07.2024 № 9-КГ24-7-К1.  

Вместе с тем в соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.  

Под неправомерным действием понимается волевое поведение, которое не соответствует правовым предписаниям, ущемляет субъективные права, не согласуется с возложенными на лиц юридическими обязанностями. Неправомерные действия подразделяются на преступления и проступки, к которым относятся и картельные соглашения.  

Недействительной сделкой признается лишь действие, совершенное в виде сделки, в котором законом или судом установлено нарушение хотя бы одного условия действительности последней, не способное породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали бы ее стороны.  

Нельзя признать недействительной сделкой то, что не является сделкой по сути. Установление понятия картеля в публичном праве для привлечения к административной или уголовной ответственности не влечет его признания гражданско-правовой сделкой.  

Таким образом, картельное соглашение – неправомерное действие, но не сделка, т.е. юридический факт совсем иной правовой природы.  

В соответствии с частью 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ под картелем понимаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, т.е. между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке.  

Вместе с тем пунктом 18 статьи 4 Закона № 135-ФЗ предусмотрено, что под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.  

Как следует из разъяснений Президиума ФАС России «Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах» № 3, утвержденных протоколом Президиума ФАС России от 17.02.2016 № 3, Закон № 135-ФЗ содержит более широкое понятие соглашения, не ограниченное формой гражданско-правового договора. Поэтому антиконкурентные соглашения не подлежат оценке с точки зрения соответствия требованиям, которые предъявляются гражданско-правовым законодательством к форме договоров (сделок). Кроме того в разъяснениях напрямую указывается, что антиконкурентные соглашения являются правонарушением.  

Также соглашение по смыслу антимонопольного законодательства не равнозначно понятию гражданско-правового договора, и для разрешения тех или иных вопросов, связанных с соглашением, пользоваться нормами ГК РФ недопустимо. Это подтверждает, что картель – разновидность правонарушения, а не сделка.  

Аналогичную позицию изложил Президиум Высшего арбитражного суда Российской Федерации в постановлении от 21.12.2010 № 9966/10 по делу № А27-12323/2009, в соответствии с которой при оценке факта правонарушения в сфере антимонопольного законодательства в форме антиконкурентного соглашения статьи 154, 160, 432, 434 ГК РФ применению не подлежат.  

С учетом изложенного суды правомерно установили, что заключенное между ответчиками устное антиконкурентное (картельное) соглашение не является сделкой.  

Соответственно, судами также обоснованно определено, что требуемая прокуратурой в качестве применения последствий недействительности сделки мера в виде взыскания всего полученного от картеля в доход федерального бюджета, не соответствует положениям статьи 169 ГК РФ. Требования о признании такого соглашения недействительной сделкой и о применении последствий недействительности сделки в порядке статьи 169 ГК РФ является ненадлежащим способом защиты нарушенных прав.  

В равной степени являются необоснованными доводы прокуратуры о том, что ответчики должны нести солидарную ответственность.  

Согласно пункту 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная ответственность возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности  

при неделимости предмета обязательства.  

При этом Законом о защите конкуренции не установлена солидарная ответственность, а предмет обязательства неделимым не является.  

Таким образом, в случае применения последствий недействительности сделки взыскание должно осуществляться с каждого из субъектов антимонопольного нарушения пропорционально незаконно полученному по каждому из муниципальных контрактов.  

Изложенное также соответствует правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2024 № 9-КГ24-7-К1.  

Из материалов дела следует, что доход получен исключительно обществом «СЗ Трест Уралавтострой».  

Соответственно, суды сделали верный вывод, что оснований для применения положений о солидарной ответственности не имеется.  

Доводы истца о том, что на обстоятельства настоящего спора не распространяется исковая давность, так как в данном случае преследуется цель защиты публичных интересов Российской Федерации, ранее мотивированно отклонены судами.  

Как верно указал суд апелляционной инстанции рассматриваемые исковые требования по существу являются требованиями об оспаривании сделки ввиду ее ничтожности, а также о применении последствий недействительности сделки.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.11.2017 № 305-ЭС16-18231 по делу № А41-86210/2015 указано, что как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.  

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».  

Из материалов дела следует, что не позднее 01.06.2020 органы прокуратуры должны были узнать об обстоятельствах заключения спорного картельного соглашения.  

Судами верно определено, что именно с этой даты следует исчислять установленный законом срок исковой давности.  

Следовательно, трехлетний срок исковой давности истекает 01.06.2023. Исковое заявление направлено посредством почтовой связи 12.12.2023.  

Соответственно, судами верно заключено, что прокуратурой пропущен срок исковой давности применительно в обстоятельствам рассматриваемого  

дела.  

Таким образом, приведенные в кассационной жалобе доводы прокуратуры не опровергают выводы, изложенные в обжалуемых судебных актах, и направлены на переоценку выводов судов относительно обстоятельств, установленных по делу.  

Между тем из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286 – 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.  

В обжалуемых судебных актах суды в полной мере исполнили процессуальные требования, изложенные в части 1 статьи 168, пункте 2 части 4 статьи 170 и пункте 12 части 2 статьи 271 АПК РФ  

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 АПК РФ, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 АПК РФ.  

Отсутствие в мотивировочной части судебных актов выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства и доводов, не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судами не исследованы и не оценены, и не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки, поскольку заявляемые участвующими в деле лицами доводы, а также представляемые ими доказательства оцениваются судом в их взаимосвязи и совокупности.. Оценка какого-либо доказательства, сделанная судами не в пользу стороны, представившей эти доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со  

стороны судов, само по себе не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены или изменения обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 21.11.2024 по делу № А76-40574/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Прокуратуры Челябинской области – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.О. Черкезов  

Судьи В.А. Лукьянов  

 Т.П. Ященок