ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-76686/2018

21 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления оглашена  12 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме  21 марта 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Н.А. Морозовой, 

судей  Е.В. Будариной, М.В.Тарасовой, 

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:   

от ФИО5: представитель ФИО2 по доверенности от 05.03.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-43301/2023) финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.11.2023 по делу № А56-76686/2018/сд.1  об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО4 о признании сделки недействительной в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 

установил:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением от 10.07.2018 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве.

Решением от 17.10.2018 (резолютивная часть от 11.10.2018) арбитражный суд признал должника несостоятельным (банкротом), ввёл в отношении него процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим ФИО6 – члена ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №198(6436) от 27.10.2018.

Определением от 12.08.2022 арбитражный суд отстранил арбитражного управляющего ФИО6 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением от 23.05.2022 суд утвердил финансовым управляющим ФИО3 – члена ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».

Финансовый управляющий ФИО3 30.06.2023 подал в суд заявление о признании недействительным договора купли-продажи от 09.02.2016 №001090 транспортного средства марки Land Rover Range Rover 2012 года выпуска, заключённого между должником и ФИО4, и о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу названное имущество.

Определением от 21.11.2023 суд первой инстанции в заявленных требованиях отказал. 

Не согласившись с законностью судебного акта, финансовый управляющий направил апелляционную жалобу, настаивая на том, что срок исковой давности на подачу заявления им не пропущен.

В судебном заседании представитель ФИО5 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, 09.02.2016 между должником (продавец) и ФИО4 (покупатель) подписан договор купли-продажи №00190 транспортного средства марки Land Rover Range Rover 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***> по цене 650 000 руб. 

Полагая, что сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам при наличии признаков злоупотребления правом и в отсутствие оплаты, управляющий оспорил её на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). 

При рассмотрении спора в суде первой инстанции должник заявил о пропуске управляющим срока исковой давности на предъявление соответствующего требования.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми, и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ (пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление №63).

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Потенциальная осведомлённость арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учётом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, мог ли управляющий установить наличие этих обстоятельств, действуя разумно и осмотрительно. При этом необходимо принимать во внимание то, что разумный управляющий оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в частности, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, а затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было узнать, то есть имело фактическую и юридическую возможность узнать о нарушении права.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве, утверждённые арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, а потому срок исковой давности по заявлению о признании сделки недействительной продолжает своё течение для нового утверждённого судом финансового управляющего.

В то же время, исходя из правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757(2,3), в ситуации, когда конкурсный управляющий недобросовестно осуществлял возложенные на него полномочия и фактически действовал в условиях конфликта интересов, то есть его материально-правовые интересы совпадали не с позицией конкурсных кредиторов (как это должно быть), а с позицией другой стороны спора, исключена возможность исчисления давности исходя из фигуры недобросовестного арбитражного управляющего. 

В соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2023 №305-ЭС22-24245 при исчислении процессуальных сроков новому управляющему не противопоставимы недобросовестные действия предыдущего, совершённые в сговоре с контрагентом.

В настоящем споре определением от 12.08.2022 суд первой инстанции отстранил арбитражного управляющего ФИО6 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ввиду вступления в силу решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.03.2022 по делу №А56- 113709/2021 о применении к нему административного наказания в виде дисквалификации, а не связи с его недобросовестными действиями в интересах конкретного субъекта в деле о банкротстве ФИО5

Следовательно, срок исковой давности по сделкам вследствие отстранения судом ФИО6 и утверждения финансовым управляющим ФИО3 не прерывался.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе получать информацию об имуществе гражданина, а также о счетах и вкладах гражданина, в том числе по банковским картам, об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления.

Суд первой инстанции установил и подтверждается материалами дела, что о совершении должником спорной сделки управляющий должен был узнать из ответа ГИБДД Управления МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 12.11.2018 №12/4-27668, который представлялся им в качестве приложения уже к отчёту управляющего от 04.04.2019. 

Объективных препятствий, исключивших получение необходимых сведений для целей оспаривания сделки в более короткие сроки, не выявлено.

Разумный финансовый управляющий должен оперативно принимать меры по запросу всех сведений, необходимых для осуществления своих полномочий, в том числе информацию, касающуюся совершения сделок, подпадающих под период подозрительности, предусмотренный статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд критически относится к доводу апеллянта о необходимости исчисления срока исковой давности к сделке с учётом её недействительности по статьям 10, 168 ГК РФ.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В этой связи, положения статей 10, 168 ГК РФ не применимы к исследуемой ситуации, так как исследуемые нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

Приняв во внимание всё выше перечисленное, арбитражный суд правомерно согласился с позицией должника о пропуске финансовым управляющим ФИО3 срока исковой давности на подачу рассматриваемого заявления, в том числе и с даты утверждения заявителя управляющим в деле о банкротстве ФИО5

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). 

При таком положении притязания управляющего обоснованно отклонены судом по приведённому мотиву.

Кроме того, верными являются выводы арбитражного суда относительно существа совершённой сторонами сделки.

Как разъяснено в пункте 5 постановления №63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как уже указывалось выше, дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 возбуждено определением суда от 10.07.2018, оспоренная сделка совершена 09.02.2016, то есть в период подозрительности, определённый пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 №305-ЭС19-20861).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При проверке сделки на предмет подозрительности установлению подлежит факт причинения вреда (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 №310-ЭС22-7258).

В данном случае материалами дела не подтверждено, что участники договора являлись аффилированными либо иным образом заинтересованными лицами по отношению друг к другу, а потому не доказана осведомлённость ответчика о финансовом положении должника, в том числе по причине отсутствия на дату заключения договора сведений о требованиях кредиторов в публичных источниках (судебные акты о взыскании задолженности, возбуждённые исполнительные производства и т.п.). 

Цена сделки управляющим не оспаривалась и не опровергалась. 

Отсутствие у управляющего документов об оплате покупателем приобретённого имущества не свидетельствует о недействительности сделки, так как в самом договоре определён порядок оплаты  - наличными денежными средствами продавцу. Должник факт получения денежных средств подтвердил.

Исходя из представленной управляющим информации о периодах владения транспортным средством, можно сделать вывод о том, что ФИО4 владел поименованным имуществом в период с 09.02.2016 по 23.10.2021, то есть сделка не носила транзитный характер.

Оценив всё выше перечисленное, арбитражный суд правомерно не усмотрел в договоре по предмету спора признаков недействительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции вынес законный и обоснованный судебный акт, оснований, включая процессуальных, для отмены которого апелляционный суд не выявил.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 21.11.2023 по делу №  А56-76686/2018/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

Е.В. Бударина

 М.В. Тарасова