ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

20.07.2020                                                                         Дело № А40-102911/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13.07.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 20.07.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зверевой Е.А. и Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от ПАО «Промсвязьбанк» – ФИО1 по дов. № 314705 от 13.12.2019;

от Промсвязь Капитал Б.В. – ФИО2 по дов. от 24.10.2019;

рассмотрев в судебном заседании  13.07.2020 кассационную жалобу Промсвязь Капитал Б.В.

на постановление от 18.03.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое по заявлению кредитора ПАО «Промсвязьбанк» о признании недействительными сделками договоров займа от 21.04.2016 № б/н и от 25.11.2016 № б/н, заключенных между должником и компанией «Промсвязь Капитал Б.В.» (Promsvyaz Capital B.V.), и о применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «ПромСвязьКапитал»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.08.2018 акционерное общество «ПромСвязьКапитал» (далее – АО «ПромСвязьКапитал», должник) было признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о признании должника банкротом было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 148 от 18.08.2018.

Конкурсный кредитор - публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – ПАО «Промсвязьбанк», кредитор) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделками договора займа от 21.04.2016 и договора займа от 25.11.2016, заключенных между должником и компанией «Промсвязь Капитал Б.В.» (Promsvyaz Capital B.V.) (далее - ответчик), и о применении последствий недействительности сделок.

В обоснование заявления кредитор, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указывал, что оспариваемые сделки были заключены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку были совершены в период неплатежеспособности должника между заинтересованными лицами, при этом заем был предоставлен за счет средств владельцев облигаций должника как эмитента, требования по которым были включены в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2019 в удовлетворении заявленных требований было отказано в полном объеме.

Суд установил, что между АО «ПромСвязьКапитал» (заимодавец) и Компанией «Промсвязь Капитал Б.В.» (Promsvyaz Capital B.V.) (заемщик) были заключены следующие договоры займа:

- договор займа от 21.04.2016 и дополнительное соглашение к нему от 25.10.2017,

- договор займа от 25.11.2016 и дополнительное соглашение к нему от 25.10.2017.

Согласно договору займа от 21.04.2016 и дополнительному соглашению к нему от 25.10.2017 заимодавец обязался передать заемщику денежные средства в размере, не превышающем 10 000 000 000 руб., а заемщик в свою очередь обязался возвратить полученную сумму займа до 10.04.2026, а также уплатить проценты в размере ключевой ставки ЦБ РФ, действующей по состоянию на 5-ый (пятый) рабочий день, предшествующий дате начала процентного периода плюс 2 (два) процента годовых.

Согласно пункту 4.2 договора займа от 21.04.2016 количество процентных периодов принимается равным двадцати.

Каждый процентный период составляет 182 дня.

Проценты начисляются заемщиком за каждый процентный период исходя из расчетного количества календарных дней в году, принимаемого равным 365 дней, и уплачиваются заемщиком заимодавцу не позднее, чем за 10 рабочих дней до даты истечения каждого процентного периода. Заемщик прекратил выплату процентов за пользование займом с 09.04.2018.

Суд установил, что на дату обращения в суд задолженность по основному долгу составляет 10 000 000 000 руб., по процентам - 1 468 465 753. 43 руб.

Согласно договору займа от 25.11.2016 и дополнительному соглашению к нему от 25.10.2017 заимодавец обязался передать заемщику денежные средства в размере, не превышающем 10 000 000 000 руб., а заемщик в свою очередь обязался возвратить полученную сумму займа до 10.04.2026, а также уплатить проценты в размере ключевой ставки ЦБ РФ, действующей по состоянию на 5-ый (пятый) рабочий день, предшествующий дате начала процентного периода плюс 2, 2 (два 2/100) процента годовых.

Согласно пункту 4.2 договора займа № б/н от 21.04.2016 количество процентных периодов принимается равным двадцати.

Каждый процентный период составляет 182 дня.

Проценты начисляются заемщиком за каждый процентный период исходя из расчетного количества календарных дней в году, принимаемого равным 365 дней, и уплачиваются заемщиком займодавцу не позднее чем за 10 рабочих дней до даты истечения каждого процентного года.

Суд установил, что заемщик перестал выплачивать проценты за пользование заемными средствами, начиная с 11.05.2018. На дату обращения в суд задолженность по процентам составляет 1 475 945 205.48 руб., по основному долгу - 10 000 000 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал на недоказанность недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок, а также того, что в результате совершения сделок размер денежных обязательств превысил стоимость имущества должника.

Суд указал, что с момента заключения договора займа от 21.04.2016  до принятия решения о ликвидации должника прошел 1 год 11 месяцев 27 дней, а  с момента заключения договора займа от 25.11.2016 до принятия решения о ликвидации должника прошел 1 год 4 месяца 23 дня.

Суд установил, что в указанные периоды должник продолжал исполнять принятые на себя обязательства, не прекращал исполнение денежных обязательств, в том числе по выплате купонного дохода.

В соответствии с Проспектом ценных бумаг, утвержденным 15.02.2016 и зарегистрированным ЦБ РФ 14.04.2016 под номером 4-01-44790-Н, должник является эмитентом облигаций в количестве 10 000,00 штук, номинальной стоимостью 10 000 000 000 рублей, датой погашения 10.04.2026, имеющими 20 купонных периодов длительностью 182 дня каждый (далее Первый выпуск облигаций).

В соответствии с условиями выпуска биржевых облигаций (утверждены 16.11.201 рег. № 4В-02-01-44790-Н-001Р, допущены к торгам ММВБ 22.11.2016) в рамках Программы биржевых облигаций, утвержденной 15.06.2016, была осуществлена дополнительная эмиссия (выпуск/размещение) облигаций в количестве 10 000 000 штук номинальной стоимостью 10 000 000 000 рублей, номинал 1 облигации - 1 000,00 рублей, датой погашен 13.11.2026 (далее - Второй выпуск облигаций).

Согласно условиям Первого выпуска облигаций должник полностью осуществил выплаты по первому, второму и третьему купонным периодам (сведения являются общедоступными, https://www.rusbonds.ru/ank obl.asp?tool=124228, дата обращения 30.10.2019): дата исполнения должником обязательств по первому периоду - 20.10.2016 в размер 648 200 000 рублей; дата исполнения должником обязательств по второму периоду - 20.04.2017 в размер 598 400 000 рублей; дата исполнения должником обязательств по третьему периоду - 19.10.2017 в размер 585 900 000,00 рублей.

После совершения договора займа от 21.04.2016, а также заключения дополнительного соглашения от 25.10.2017, должник еще 1 год 11 месяцев 27 дней исполняет обязательства по выплате купонного дохода. Должник допустил просрочку только по четвертому купонному периоду - 20.04.2018, но уже после заключения оспариваемых договоров.

Согласно условиям второго выпуска облигаций должник полностью осуществил выплаты по первому и второму купонным периодам (сведения являются общедоступными, https://www.rusbonds.ru/ank obl.asp?tool=128305, дата обращения 30.10.2019): дата исполнения должником обязательств по первому периоду - 25.05.2017 в размер 598 400 000 рублей; дата исполнения должником обязательств по второму периоду - 23.11.2017 в размер 561 000 000,00 рублей. После совершения договора займа б/н от 25.11.2016, а также заключения дополнительного соглашения от 25.10.2017, должник еще 1 год 4 месяца 23 дня исполнял обязательства по выплате купонного дохода. Должник допустил просрочку только по третьему купонному периоду - 25.05.2018., но уже после заключения оспариваемых договоров.

Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу недоказанности факта наступления неплатежеспособности в результате совершения оспариваемых сделок заявителем, поскольку фактические обстоятельства свидетельствуют об отсутствии признака неплатежеспособности у должника в рассматриваемый период, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления кредитора о признании оспариваемых сделок недействительными и о применении последствий их недействительности.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020 определение суда первой инстанции от 11.11.2019 было отменено, заявление кредитора было удовлетворено, признаны недействительными сделками заключенные между АО «ПромСвязьКапитал» и Promsvyaz Capital B.V. (Промсвязь Капитал Б.В.) договор займа от 21.04.2016 и дополнительное соглашение от 25.10.2017, договор займа от 25.11.2016 и дополнительное соглашение от 25.10.2017, применены последствия недействительности сделок в виде взыскании с ответчика денежных средств в размере 20 000 000 000 рублей.

Отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя заявление кредитора о признании недействительными сделок должника и о применении последствий недействительности сделок, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО4 «ПромСвязьКапитал» на дату создания являлись: ФИО5 - 9000 руб. (90%); ФИО6 - 400 руб. (4%); ФИО7 - 300 руб. (3%); ФИО8 - 300 руб. (3%).

Единоличным исполнительным органом АО «ПромСвязьКапитал» до признания его банкротом являлись:

- президент Жупанов А.В. - с 20.03.2014;

- президент Багрянова Екатерина Вячеславовна - с 14.07.2015;

- президент Плиев Батраз Тамерланович - с 02.03.2016;

- президент Трусов Андрей Викторович - с 10.02.2017;

- ликвидатор ФИО9 - с 16.05.2018.

Держателем реестра акционеров является ЗАО «РДЦ ПАРИТЕТ».

С 08.10.2014 уставный капитал АО «ПромСвязьКапитал» был разделен на 10000 шт. обыкновенных акций номинальной стоимостью 1 руб. за 1 акцию. Величина уставного капитала составляет 10000 руб.

Акционерами АО «ПромСвязьКапитал» в 2015 году являлись:

1) Промсвязь Капитал лимитет/Promsvyaz Capital Limited - 6600 акций (66%)

2) ФИО5 - 3000 акций (30%)

3) ФИО6 - 400 акций (4%).

Акционерами АО «ПромСвязьКапитал» с 12.02.2016 являлись:

1) Промсвязь Капитал Б.В./Promsvyaz Capital B.V. - 9180 акций (91,8%)

2) ФИО6 - 400 акций (4%)

3) Ленсетимио Консалтинг Лтд/Lensetimio consulting LTD - 420 акций (4,2%). 

По состоянию на 21.09.2018 акционерами АО «ПромСвязьКапитал» являются:

1) Промсвязь Капитал Б.В./Promsvyaz Capital B.V. - 9180 акций (91,8%)

2) ФИО6 - 400 акций (4%)

3) Ленсетимио Консалтинг Лтд/Lensetimio consulting LTD - 420 акций (4,2%)

Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что Промсвязь Капитал Б.В./Promsvyaz Capital B.V., являясь мажоритарным акционером должника, в силу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом и знало, что оспариваемые договоры займа заключались с намерением причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции установил, что суммы займов, которые были перечислены заемщику по оспариваемым договорам займа, поступили в ведение должника в результате размещения им облигационных займов от 14.04.2016 под № 4-01-44790-Н на сумму 10 000 000 000  рублей и от 16.11.2016, рег. N 4B02-01-44790-H-001P на аналогичную сумму, т.е. должник перечислил заинтересованному в сделке мажоритарному акционеру должника не свои денежные средства, а полученные от кредиторов, купивших эмитированные должником облигации.

Суд апелляционной инстанции указал, что данные облигационные займы не были обеспечены каким-либо имуществом, а все владельцы облигаций на сумму основного долга, равную 20 000 000 000 рублей были включены в реестр требований кредиторов АО «ПромСвязьКапитал».

Также суд установил, что согласно сведениям, опубликованным в Вестнике Государственной Регистрации часть 1 № 21 (686) от 30.05.2018/1323 внеочередным общим собранием акционеров АО «ПромСвязьКапитал» (протокол б/н от 17.04.2018) было принято решение о ликвидации АО «ПромСвязьКапитал».

Сообщением от 18.04.2018 3114614, опубликованным на сайте Единого федерального реестра юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, АО «ПромСвязьКапитал» сообщило о намерении обратиться с заявлением о банкротстве.

14.05.2018 ликвидатор АО «ПромСвязьКапитал» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о банкротстве должника, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 04.06.2018 было принято к производству

Суд отметил, что в заявлении должника о банкротстве было указано на то, что основанием невозможности удовлетворения требований кредиторов должника явилось неисполнение заемщиком обязательств по договору займа от 21.04.2016 Промсвязь Капитал Б.В., являющегося мажоритарным акционером АО «ПромСвязьКапитал», которому принадлежит 91,8% акций компании.

Указанные сделки привели к невозможности рассчитаться по текущим обязательствам должника по выплате купонного дохода по привлеченным облигационным займам в связи со значительной отсрочкой возврата займов, предоставленных аффилированному лицу и, как следствие, к подаче заявления о банкротстве.

Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что суд первой инстанции не учел, что именно в связи с предоставлением ничем не обеспеченных займов, и перечисление полученных по ним денежных средств в пользу взаимозависимого лица - ответчика, наступили объективные признаки неплатежеспособности должника, что означает, что спорные сделки отвечают признакам недействительности, закрепленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции указал, что в связи с заключением спорных сделок в отсутствие разумного экономического обоснования со взаимозависимым лицом, кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы в результате выбытия в преддверии банкротства ликвидного актива в пользу заинтересованного лица.

Применяя последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную  массу должника денежных средств в размере 20 000 000 000 рублей, суд апелляционной инстанции исходил из доказанности кредитором факта недействительности договоров на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также учел невозможность возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге).

Не согласившись с принятым по заявлению кредитора судебным актом, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на недоказанность кредитором цели причинения вреда оспариваемыми сделками, а также считает, что судом не было учтено, что за счет процентов за пользование займами платились купонные доходы владельцам облигаций.

Также ответчик отмечает, что объективное банкротство на момент совершения оспариваемых сделок отсутствовало, ссылается на нормы статьи 61.7 Закона о банкротства, согласно которой в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника должно быть отказано, если стоимость приобретенного превышает стоимость того, что может быть возвращено по недействительной сделке, в связи с чем считает, что заявление о признании сделки недействительной было неразумно, не отвечало интересам должника и его кредиторов.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы кассационной жалобы, просил постановление суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции; отвечая на вопрос судебной коллегии о применении статьи 61.7 Закона о банкротстве и о намерении ответчика возвратить заемные средства добровольно, уплатив проценты за пользование займом, указал на то, что в настоящее время существует неопределенность по поводу условий, по которым заемные средства могут быть возвращены должнику, в связи с чем ответчик пока не планирует осуществлять возврат займа. 

Представитель ПАО «Промсвязьбанк» возражала против удовлетворения кассационной жалобы, полагала обжалуемое постановление законным и обоснованным, настаивала на том, что именно оспоренные сделки привели к неплатежеспособности должника. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

08.07.2020 посредством системы «Мой арбитр» в Арбитражный суд Московского округа от ПАО «Промсвязьбанк» поступили письменные объяснения на кассационную жалобу, которые не могут быть приобщены к материалам дела и подлежат возврату на основании части 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку ПАО «Промсвязьбанк» не представлено доказательств заблаговременного направления пояснений лицам, участвующим в деле. Так как пояснения поданы в электронном виде, то на бумажном носителе они не возвращаются.

09.07.2020 в Арбитражный суд Московского округа от конкурсного управляющего должника поступили пояснения на кассационную жалобу ответчика, в которых управляющий возражает против удовлетворения кассационной жалобы, считает постановление законным и обоснованным.

Изучив материалы дела, выслушав представителей ответчика и ПАО «Промсвязьбанк», обсудив доводы кассационной жалобы, письменных пояснений конкурсного управляющего и устных возражений кредитора на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебного акта по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судом доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судом апелляционной инстанции норм материального права суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником

Установив, что Промсвязь Капитал Б.В./Promsvyaz Capital B.V. являлся мажоритарным акционером должника, суд апелляционной инстанции,  применив положения статьи 19 Закона о банкротстве, пришел к выводу, что ответчик, являясь заинтересованным лицом, знал, что оспариваемые сделки были совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Установив, что оспариваемые сделки привели к невозможности рассчитаться по текущим обязательствам должника по выплате купонного дохода по привлеченным облигационным займам в связи со значительной отсрочкой возврата займов, предоставленных аффилированному лицу и, как следствие, к подаче заявления о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что  именно в связи с предоставлением ничем не обеспеченных займов, и перечислением полученных по ним денежных средств в пользу взаимозависимого лица - ответчика, наступили объективные признаки неплатежеспособности должника, что означает, что спорные сделки отвечают признакам недействительности, закрепленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы кассационной жалобы о недоказанности кредитором цели причинения вреда оспариваемыми сделками, об отсутствии признаков объективного банкротства на момент совершения оспариваемых сделок заявлены ответчиком без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 №274-О, согласно которой статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Также судебная коллегия суда кассационной инстанции принимает во внимание правовую позицию высшей судебной инстанции относительно полномочий суда кассационной инстанции, выраженную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2017 № 305-КГ16-10901, согласно которой суд кассационной инстанции не вправе переоценивать выводы суда апелляционной инстанции, сформированные по результатам исследования и оценки доказательств.

Доводы кассационной жалобы о применении в настоящем случае норм статьи 61.7 Закона о банкротстве отклоняются судебной коллегией суда кассационной инстанции в связи со следующим.

Согласно статье 61.7 Закона о банкротстве арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если стоимость имущества, приобретенного должником в результате оспариваемой сделки, превышает стоимость того, что может быть возвращено в конкурсную массу в результате оспаривания сделки, или если приобретатель по недействительной сделке вернул все исполненное в конкурсную массу.

В связи с этим, если лицо приобрело имущество по сделке и полагает, что она подпадает под основания недействительности сделок, установленные статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, то после введения в отношении должника любой процедуры банкротства такое лицо вправе вернуть должнику полученное имущество либо уплатить его стоимость, сообщив ему о таком возврате со ссылкой на статью 61.7 Закона. В данном случае вернувшее имущество лицо вправе предъявить свое требование по правилам пунктов 3 и 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве (при этом пункт 2 этой статьи не применяется), но с учетом того, что для него применяются общие правила статей 71 и 100 Закона о начале течения сроков для заявления требований.

Кроме того, если приобретатель имущества по соответствующей сделке в разумный срок после того, как узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, сообщил должнику о том, что он готов добровольно вернуть это имущество (его стоимость) должнику в случае введения в отношении должника процедуры банкротства в порядке статьи 61.7 Закона о банкротстве, то при последующем таком возврате с учетом правил настоящего пункта проценты, указанные в предыдущем пункте данного постановления, начисляются не ранее даты публикации сведений о введении первой процедуры банкротства (пункт 29.2 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

Однако в настоящем случае ответчиком никаких мер по возврату должнику процентов по договорам займа не предпринималось, сами заемные средства к добровольному возврату не планируются (что пояснил в заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика), в связи с чем ссылка ответчика на необходимость применения в настоящем случае норм статьи 61.7 Закона о банкротстве не состоятельна и не основана на правильном толковании норм закона.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судами первой и апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает, что судом апелляционной инстанции были установлены все имеющие значение для разрешения спора обстоятельства, исследованы все доказательства, которым дана оценка в совокупности, в судебном акте приведены подробные мотивы, по которым суд пришел к выводам о наличии достаточных доказательств, подтверждающих обоснованность требований кредитора.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судом апелляционной инстанции не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебного акта при проверке его законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020 по делу № А40-102911/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий – судья                                                      Е.А. Петрова 

Судьи:          Е.А. Зверева

          Д.В. Каменецкий