АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 февраля 2025 года

Дело №

А52-3298/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Лущаева С.В., судей Журавлевой О.Р., Соколовой С.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Строительная Компания «НИК» ФИО1 (доверенность от 05.07.2023), от Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области ФИО2 (доверенность от 25.10.202 № 30-13/10861),

рассмотрев 03.02.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительная Компания «НИК» на решение Арбитражного суда Псковской области от 03.05.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024 по делу № А52-3298/2023,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Строительная Компания «НИК», адрес: 180024, Псковская обл., Псковский р-н, Завеличенская волость, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд Псковской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуально кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным решения Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области, адрес: 180017, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Управление), от 29.12.2022 № 1874 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в редакции решений Управления от 22.12.2023 № 30-09/32391 и от 10.04.2023 № 31-11/10669.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальные предприниматели ФИО3, адрес: 180024, Псковская обл., ОРГНИП 318602700010217, ИНН 

<

***>, и ФИО4, адрес: 180024, Псковская обл., ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, деятельность прекращена 29.12.2021 (далее – предприниматели).

Решением суда от 03.05.2024, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024, заявление оставлено без удовлетворения. 

В кассационной жалобе Общество, указывая на неправильное применение судами норм материального права и нарушение ими норм процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам, просит отменить обжалуемые решение и постановление, принять по делу новый судебный акт.

Податель кассационной жалобы считает необоснованным вывод судов о создании и использовании Обществом схемы «формального дробления бизнеса», поскольку оно и названные предприниматели осуществляли самостоятельную деятельность, при этом их основные виды деятельности полностью не совпадали, а дополнительные виды деятельности были разными, необходимые для выполнения работ основные средства и товарно-материальные ценности приобретались как налогоплательщиком, так и предпринимателями; Общество не несло всех затрат и расходов за всех участников; регистрация в качестве предпринимателей носило деловую цель – расширение бизнеса за счет притока клиентов.

В отзыве на кассационную жалобу Управление, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель Управления возражал против ее удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам проведенной выездной налоговой проверки Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020 Управлением составлен акт от 19.08.2022 № 13-10/5454 и принято решение от 29.12.2022 № 1874.

Указанным решением Управления Обществу доначислено и предложено уплатить 12 960 479 руб. налога на добавленную стоимость (далее – НДС), 9 513 037 руб. налога на прибыль организаций (далее – налог на прибыль), начислено в общей сумме 8 518 525,82 руб. пеней по этим налогам, в общей сумме 938 901 руб. штрафа по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) (с учетом сроков давности и снижения в 8 раз в связи с применением ответчиком смягчающих ответственность обстоятельств), 2550 руб. штрафа по пункту 1 статьи 126 НК РФ. 

Основанием для начисления указанных сумм послужил, в том числе вывод налогового органа о нарушении Обществом пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившегося в умышленном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете в результате применения налогоплательщиком схемы «дробления бизнеса» с привлечением взаимозависимых предпринимателей. Управление установило, что Общество, единственным учредителем и директором которого является ФИО3, и аффилированные лица - предприниматели ФИО3 и ФИО4, у которых отсутствовали признаки самостоятельной деятельности, вели единый бизнес - выполняли работы по устройству песчано-цементной стяжки и оштукатуриванию стен и полов с целью перераспределения полученных доходов между всеми участниками схемы и выведения части доходов из-под налогообложения.

Дополнительным решением от 10.04.2023 № 31-11/10669 Управлением отменено решение от 29.12.2022 № 1874 в части привлечения Общества к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 126 НК РФ, в виде штрафа в сумме 2550 руб.

Решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Северо-Западному федеральному округу от 10.04.2023 № 08.19/1494@ апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

В ходе рассмотрения в связи с введением моратория на начисление пеней и неустоек за неисполнение денежных обязательств, установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», Управлением осуществлен перерасчет пени (уменьшение) за период с 01.04.2022 по 01.10.2022. Сумма пени по НДС уменьшена на 883 904,68 руб., сумма пени по налогу на прибыль уменьшена на 648 789,12 руб.

Решением Управления от 22.12.2023 № 30-09/32391 внесены указанные изменения в резолютивную часть решения Управления от 29.12.2022 № 1874.

Считая незаконным решение Управления от 29.12.2022 № 1874 (в редакции решений Управления от 22.12.2023 № 30-09/32391, от 10.04.2023 № 31-11/10669), Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, изучив обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, придя к выводу об отсутствии самостоятельности у взаимозависимых с Обществом предпринимателей ФИО3 и ФИО4 в ведении предпринимательской деятельности, наличии связанных с налогообложением причин для соответствующей формы ведения бизнеса, отказали в удовлетворении заявленного требования.

 Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие их выводов представленным доказательствам, не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

На основании положений пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

В силу статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Исходя из положений статьи 54.1 НК РФ, превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2).

Налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26.03.2020 № 544-О, от 04.07.2017 № 1440-О).

Таким образом, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), полученная в связи с этим налоговая выгода может быть признана необоснованной, объем прав и обязанностей налогоплательщика должен определяться исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции или совокупности операций в их взаимосвязи, что следует из правовой позиции, выраженной в пунктах 3 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Аналогичные разъяснения относительно оценки налоговых последствий финансово-хозяйственных операций изложены в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Под «дроблением бизнеса» понимается уменьшение налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, в которой видимость деятельности нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При такой ситуации получение необоснованной налоговой выгоды происходит в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих требованиям действующего законодательства.

Из приведенных положений законодательства и разъяснений следует, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов, подконтрольности нескольких контрагентов одному лицу не может являться основанием для консолидации их доходов и, соответственно, не свидетельствует о наличии достаточных оснований для вывода о создании схемы «дробления бизнеса», если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности.

Установив, что имело место распределение доходов от реализации товаров (работ, услуг) между несколькими лицами, которыми прикрывалась фактическая деятельность другого (одного) хозяйствующего субъекта, были организованы формальные взаимоотношения лица, применяющего общий режим налогообложения (далее – ОСН), с зависимыми лицами, находящимися на специальном налоговом режиме, с целью вывода из-под налогообложения (перевода на специальный режим налогообложения) доходов, полученных от производства и (или) реализации товаров (работ, услуг), налоговый орган вправе консолидировать доходы и исчислить налоги соответствующему плательщику по ОСН, на что обращено внимание в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее – Обзор).

Суды установили, что в проверенный период Общество применяло ОСН, основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.29 «Производство прочих строительно-монтажных работ».

Единственным учредителем и руководителем Общества является ФИО3, который 13.04.2018 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, применяющего упрощенную систему налогообложения (далее – УСН) с объектом «доходы». Основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.33 «Работы по устройству покрытий полов и облицовке стен».

Супруга ФИО3 – ФИО4 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 31.07.2019, также применяла УСН с объектом «доходы»; основной вид деятельности по ОКВЭД - 43.33 «Работы по устройству покрытий полов и облицовке стен». Деятельность в качестве предпринимателя ФИО4 29.12.2021.

При этом в поверенный период указанные предприниматели на основании Закона Псковской области от 29.11.2010 № 1022-оз «О дифференцированных ставках налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения» с учетом внесенных в него изменений Законом Псковской области от 12.05.2015 № 1521-ОЗ исчисляли налог по УСН по льготной налоговой ставке 0%, пользуясь «налоговыми каникулами».

Приведенные обстоятельства подтверждают факт взаимозависимости Общества и названных предпринимателей.

Из пункта 4 Обзора следует, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и третьих лиц не является основанием для консолидации их доходов, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность. Взаимозависимость сама по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, а может иметь юридическое значение в целях налогового контроля только если установлено, что такая взаимозависимость используется как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

В рассматриваемом случае, оценив представленные в материалы дела доказательства, учтя показания свидетелей, полученные в ходе проведения мероприятий налогового контроля, суды установили, что предприниматели фактически не осуществляли самостоятельную хозяйственную деятельность. Контрагенты воспринимали деятельность Общества и предпринимателей как единую.

В ходе налоговой проверки установлено, что при выполнении строительных работ (по устройству песчано-цементной стяжки и оштукатуриванию стен и полов) Общество и предприниматели действовали фактически как единая организация, при этом закупка материалов (песка, цемента, штукатурки и т.д.), наем работников, несение иных сопутствующих хозяйственной деятельности расходов осуществлялась только за счет средств Общества.

Также установлено, что заказчиками Общества и предпринимателей на выполнение идентичных работ выступали одни и те же лица, при этом Общество заключало договоры с контрагентами, применяющими ОСН, а предприниматели – с заказчиками, применяющими УСН; в договорах (идентичных по своему содержанию) был указан один и тот же контактный номер телефона и адрес электронной почты; расчетные счета Общества и предпринимателей были открыты в одном и том же банке; в банковских документах указан единый контактный телефон и одно уполномоченное лицо – бухгалтер Общества ФИО5; телефонные номера, указанные предпринимателями для контакта, закреплены за Обществом; для управления расчетными счетами использовались единые IP-адреса, абонентом которых являлось Общество.

Свидетельскими показаниями подтверждается, что оборудование и строительные материалы для выполнения работы доставлялись на объекты на автомобиле Газель, находящемся в собственности у ФИО3 до 08.12.2018, а с 08.12.2018 по 07.12.2021 - в собственности Общества; также для выполнения работ применяли принадлежащие Обществу растворосмеситель и затирочную машину; для получения товарно-материальных ценностей предпринимателями фактически привлекались сотрудники Общества. Собственные необходимые для выполнения работ оборудование, материалы, трудовые ресурсы у предпринимателей ФИО3 и ФИО4 отсутствовали; оплата расходов, связанных с заявленными видами деятельности, у предпринимателей отсутствует.

Доказательств привлечения предпринимателями работников по найму либо по договорам аутсорсинга или субподряда, вопреки доводам кассационной жалобы, в материалах дела отсутствуют и налогоплательщиком не представлено. Напротив, как установлено Управлением, по расчетным счетам предпринимателей отсутствуют какие-либо платежи на выплату заработной платы, за наем работников по договорам гражданско-правового характера, на оплату по договорам аутсорсинга и договорам субподряда.

Достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих выполнение спорных работ непосредственно самими (лично) предпринимателями ФИО3 или ФИО4, также не представлено. Напротив, показаниями свидетелей подтверждается, что непосредственно работы на объектах выполняли бригады рабочих.

Необходимыми материально-техническими и трудовыми ресурсами (в 2018 году 8 человек, в 2019 году 19 человек, в 2020 году 20 человек) для выполнения спорных работ, как установлено налоговой проверкой, обладало только Общество. Такая численность сотрудников фактически позволяла выполнить работы на всех объектах силами только Общества.

В ходе проверки также установлено, что на расчетные счета предпринимателей поступали денежные средства только по договорам строительного подряда за работы по устройству стяжки, тогда как расходы, связанные с заявленным основным видом деятельности, по расчетным счетам названных предпринимателей отсутствовали. При этом поступившие денежные средства списывались на приобретение спортивного и стоматологического, медицинского оборудования и принадлежностей к ним, косметическую продукцию, содержание помещений и товары для хозяйственных нужд (приобретение мебели, воды, услуга связи, аренда кофе-машины, приобретение буклетов и т.д.), а также на свои личные нужды (продукты питания, одежда, содержание жилья, услуги связи, интернета и т.д.), а также частично выводились на личные счета ФИО3 и ФИО4

Суды пришли к выводам о том, что указанные обстоятельства в совокупности подтверждают взаимозависимость предпринимателей с Обществом и умышленное формальное создание видимости отдельной деятельности данных лиц в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

При указанных обстоятельствах следует признать правильным вывод судов о правомерности доначисления Управлением Обществу соответствующих сумм налога на прибыль, НДС, пеней и штрафов.

Установленные судами первой и апелляционной инстанций фактические обстоятельства и сделанные на их основе выводы соответствуют материалам дела, им не противоречат. 

Приведенные в кассационной жалобе доводы об ином свидетельствуют о несогласии с выводами налогового органа и судов, что само по себе не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования. Правовые основания для иной оценки доказательств, ставших предметом исследования суда апелляционной инстанции, у кассационной инстанции отсутствуют (статьи 286 и 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Довод кассационной жалобы о ненадлежащей оценки судами ряда доказательств не принимается судом кассационной инстанции в качестве основания для отмены обжалуемых судебных актов. Вопрос достоверности, относимости, допустимости и взаимной связи доказательств разрешается судом в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела, при этом определение круга допустимых и относимых доказательств не входит в число вопросов, рассмотрение которых относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства. Каких-либо нарушений требований статьи 71 АПК РФ при оценке доказательств судами не допущено.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам дела и (или) нарушении требований процессуального законодательства.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Псковской области от 03.05.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024 по делу № А52-3298/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительная Компания «НИК» - без удовлетворения.

Председательствующий

С.В. Лущаев

Судьи

О.Р. Журавлева

С.В. Соколова