№ 09АП-43689/2020

Дело № А40-326121/19

г. Москва

23 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 23 сентября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи              Т.Б.Красновой, 

судей:

ФИО1, ФИО2, 

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

ООО «Брик Хаус», ООО «Инжспецстрой»

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 30.06.2020 по делу №А40-326121/19 (72-2323)

по заявлению ООО «Брик Хаус», ООО «Инжспецстрой»

к Московскому УФАС России

об обжаловании решения,

при участии:

от заявителей:

1) ФИО4 по дов. от 10.12.2019; 2) ФИО5 по дов. от 24.04.2019

от ответчика:

ФИО6 по дов. от 11.09.2020

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Брик Хаус» (далее – заявитель 1) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по городу Москве (далее – Московское УФАС России, антимонопольный орган) об оспаривании решения от 25.09.2019 по делу № 077/01/11-1041/2019.

Общество с ограниченной ответственностью «Инжспецстрой» (далее – заявитель 2) в рамках дела № А40-339564/19-148-1845 обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московскому УФАС России об оспаривании решения и предписания от 25.09.2019 по делу № 077/01/11-1041/2019.

Определением от 06.02.2020 объединены в одно производство дела № А40- 326121/19-72-2323 и № А40-339564/19-148-1845, с присвоением номера дела № А40- 326121/19-72-2323.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Заявители обратились с апелляционными жалобами, в которых просят решение суда отменить. По мнению ООО «Брик Хаус» и ООО «Инжспецстрой» при вынесении обжалуемого решения арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Рассмотрев дело в порядке статей 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения решения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, оспариваемым решением от 25.09.2019 по делу № 077/01/11-1041/2019 (далее – Решение) ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» признаны нарушившими пункт 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции).

Также заявителям выдано предписание от 25.09.2019 № 077/01/11-1041/2019 (далее – Предписание), которым на ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» возложена обязанность прекратить выявленное нарушение.

Не согласившись с Решением и Предписанием, посчитав их незаконными, необоснованными и нарушающими права заявителей в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» обратились в Арбитражный суд города Москвы.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, действий (бездействия) государственных органов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

При этом согласно части 5 статьи 200 АПК РФ с учетом части 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действие (бездействие).

Арбитражный суд, всесторонне исследовав обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, не установил совокупности условий, необходимых для признания недействительными Решения и Предписания антимонопольного органа.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами арбитражного суда первой инстанции и не усматривает оснований для их переоценки.

В силу части 1 статьи 14.32 КоАП РФ заключение хозяйствующим субъектом соглашения, признаваемого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации картелем, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, либо участие в нем, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц – от трех сотых до пятнадцати сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, либо размера суммы расходов правонарушителя на приобретение товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение, но не менее ста тысяч рублей.

Объективной стороной данного правонарушения является заключение соглашения или совершение действий, отвечающих любому из признаков, перечисленных в статье 11 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести, в частности, к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 21.12.2010 № 9966/10 разъяснил, что Закон о защите конкуренции содержит специальное определение понятия соглашения для целей применения антимонопольного законодательства. Нормы статей 154, 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации применению в данном случае не подлежат.

Аналогичное разъяснение Закона о защите конкуренции дано Верховным Судом Российской Федерации, который в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суд Российской Федерации от 16.03.2016, указал, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности, фактического поведения.

Антиконкурентное соглашение является моделью группового поведения хозяйствующих субъектов, состоящего из повторяющихся (аналогичных) действий, не обусловленных внешними условиями функционирования соответствующего товарного рынка, которая замещает конкурентные отношения между ними сознательной кооперацией, наносящей ущерб гражданам и государству.

В соответствии с частью 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В части 17 статьи 4 названного закона раскрыты признаки ограничения конкуренции: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции, соглашение – договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме. 

По смыслу приведенных норм квалификация действий хозяйствующих субъектов как противоправных применительно к пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции предполагает установление антимонопольным органом таких фактов, как намеренное поведение каждого хозяйствующего субъекта определенным образом для достижения заранее оговоренной участниками торгов (аукционов) цели, причинно-следственная связь между действиями участников аукциона и поддержанием цены на торгах, соответствие результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, а также взаимная обусловленность действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка.

В ходе рассмотрения дела № 077/01/11-1041/2019 о нарушении антимонопольного законодательства, Московским УФАС России установлено следующее. 

В сведениях, полученных от АО «Единая электронная торговая площадка» (запрос от 07.03.2019 исх. № ЕП/10500/19) и ЗАО «Сбербанк-АСТ» (запрос от 07.03.2019 исх. № ЕП/10496/19) (далее – Торговые площадки), выявлены признаки нарушения ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции в ходе проведения 15 аукционов и 1 открытого конкурса в электронной форме (далее – закупки, торги).

В ходе анализа поступивших сведений антимонопольным органом установлено, что на официальном сайте Российской Федерации для размещения заказов zakupki.gov.ru в период с 29.07.2016 по 31.10.2018 опубликованы закупки в электронной форме, предметами которых являлось выполнение работ на объектах Государственного казенного учреждения города Москвы «Администратор Московского парковочного пространства» и Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования Российский государственный университет физической культуры, спорта, молодёжи и туризма.

По результатам проведенных закупочных процедур ООО «Инжспецстрой» заключило контракты на общую сумму 19 088 079,93 рублей, а по итогам проведения 9 торгов ООО «Брик Хаус» заключило контракты на общую сумму 113 352 498,16 рублей.

Материалами дела подтверждается, что заявители, подав в ходе аукционов по одному или несколько ценовых предложений, отказывались от дальнейшей конкурентной борьбы друг с другом, что позволило им заключить контракты по ценам, сформированным неконкурентным способом.

Вместе с тем, торговой площадкой представлены сведения, что подача заявок и ценовых предложений от заявителей, а также подписание контрактов осуществлялись с одного IP-адреса – 195.16.63.90. 

Также антимонопольным органом установлено, что заявки ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» для участия в торгах №№ 0873200008716000164, 0873200008716000166, 0873200008716000278, 0873200008716000333, 0873200008717000189, 0873200008717000326, 0873200008718000245 поданы в один день с разницей во времени от нескольких минут до одного часа, при том, что для подачи заявок на указанные торги заказчиком для участников было предоставлено значительное количество времени.

Также, согласно сведениям с сайта Федеральной налоговой службы России, информации Торговых площадок, а также выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц, поданным ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» для участия в вышеуказанных торгах, местом нахождения заявителей на даты проведения рассматриваемых закупок являлось соответственно: 111141, 

<

...> (ООО «Инжспецстрой»); 111141, 

<

...> (ООО «Брик Хаус»).

Кроме того, на момент принятия оспариваемых актов ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» также находятся по одному адресу: 125424, 

<

...>, эт. 4, оф. 414 и оф. 417.

В связи с этим суд пришел к правомерному выводу о том, что нахождение заявителей по одному адресу могло создать предпосылки для заключения устного соглашения по совместному участию в торгах.

В то же время, интернет-провайдером ПАО «ВымпелКом» (вх. № 25289-ДСП/19 от 08.05.2019) представлена информация о принадлежности IP-адреса 195.16.63.90, используемого заявителями в ходе рассматриваемых торгов, с 2014 года ООО «Брик Хаус» по адресу: 

<

...>, корп. Г.

Таким образом, антимонопольным органом и судом сделан обоснованный вывод о том, что ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» в ходе торгов использовали единую инфраструктуру с IP-адресом, выделенным ООО «Брик Хаус».

Предоставление одного и того же IP-адреса по разным фактическим адресам, в том числе одним и тем же провайдером, невозможно, в силу того что действующие стандарты DHCP (англ. Dynamic Host Configuration Protocol – протокол динамической настройки узла – сетевой протокол, позволяющий компьютерам получать IP-адрес и другие параметры, необходимые для работы в сети TCP/IP) не позволяют организовывать повторяющуюся IP-адресацию, как для статических, так и для динамических адресов. При попытке искусственного создания повторяющегося IP-адреса происходит блокировка отправителей с последующей блокировкой IP-адреса.

Кроме того, согласно информации торговой площадки ЗАО «Сбербанк-АСТ», ООО «Инжспецстрой» использовало логин «romaolarl8» для участия в торгах, а ООО «Брик Хаус» – логин «romaolarbh». По сведениям торговой площадки АО «ЕЭТП» ООО «Инжспецстрой» использовало логин «romaolar» для участия в торгах, а ООО «Брик Хаус» – логин «olarroman».

В то же время, в числе файлов заявок, поданных ООО «Инжспецстрой» на торги № 0873200008716000164, проведенные 12.08.2016, заявителем направлена учетная карточка – файл с наименованием «Карточка _(реквизиты)_ИСС», в которой содержалась следующая информация: ответственный за проведение конкурсных процедур – ФИО7.

Кроме того, согласно сведениям сайта Федеральной налоговой службы России, с 08.09.2016 генеральным директором ООО «Инжспецстрой» являлся ФИО7. Указанное лицо в период с 08.09.2016 по 11.09.2017 обладало 49% уставного капитала заявителя, а с 12.09.2017 – 100% уставного капитала.

Таким образом, наименования логинов, использованных заявителями в ходе торгов на Торговых площадках, состоят из фамилии и имени (с использованием при написании букв латинского алфавита) сотрудника ООО «Инжспецстрой», а впоследствии – генерального директора и учредителя указанного общества – ФИО7.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности заявителей относительно действий обоих компаний в торгах, а также об оказании друг другу содействия в ходе таких торгов.

При этом в результате анализа свойств файлов, полученных Торговыми площадками от ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус», в большинстве случаев установлено совпадение учетных записей создания/изменения файлов заявок, дат и времени создания/изменения таких файлов, а также в некоторых случаях – наименований и объемов.

При этом файлы в некоторых случаях были изменены заявителями в один день с разницей в несколько минут.

Совпадение учетных записей, на которых заявителями создавались и изменялись файлы поданных заявок, а также совпадение дат создания и изменения таких файлов заявок, свидетельствует о том, что заявители координировали свои действия при подготовке файлов заявок, преобразовывали и сохраняли такие файлы на одних и тех же электронно-вычислительных устройствах, а также обменивались файлами заявок между собой.

Тот факт, что заказчиками ни одна заявка не отклонена, косвенно свидетельствует о том, что обмен информацией между заявителями, осуществлялся в целях их допуска к участию в электронных аукционах.

Коллегия соглашается с выводом суда о том, что вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют об использовании конкурентам единой инфраструктуры и совместной подготовке к торгам. 

Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры и совместная подготовка к электронным аукционам возможна только в случае кооперации и консолидации; при этом, такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели. Однако, вопреки позиции заявителей, коммерческие организации в аналогичных ситуациях, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга. Следовательно, такие действия возможны исключительно в результате достигнутых договоренностей.

Довод апелляционной жалобы ООО «Брик Хаус» об отсутствии прямых доказательств подтверждения факта заключения антиконкурентных соглашений судом апелляционной инстанции отклоняется.

Диспозиция части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции является альтернативной, поскольку в качестве квалифицирующего признака антиконкурентного соглашения названная норма предусматривает как реальную возможность, так и угрозу наступления последствий, предусмотренных в пунктах 1-5 данной нормы Закона.

В свою очередь отличительной особенностью согласованных действий, запрет на которые установлен статьей 11.1 Закона о защите конкуренции, является лишь реальное наступление негативных последствий, описанных в пунктах 1-5 части 1 названной статьи Закона.

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что разграничение упомянутых антиконкурентных составов возлагает на антимонопольный орган различный объем публично-правовых обязанностей по доказыванию их последствий: необходимость подтверждения таких последствий в случае квалификации антиконкурентного поведения в качестве согласованных действий с одной стороны, и наличие угрозы их наступления – при квалификации поведения на основании части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции (заключении соглашения).

В настоящем случае, на антимонопольный орган не возложено обязанности по установлению фактов, квалифицирующих согласованные действия хозяйствующих субъектов на торгах.

Квалификация поведения хозяйствующих субъектов как противоправных действий (противоправного соглашения) по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции предполагает установление антимонопольным органом намеренного поведения каждого хозяйствующего субъекта для достижения заранее оговоренной участниками аукциона цели, причинно-следственной связи между действиями участников аукциона и снижением цены на торгах, соответствием результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомой осведомленностью о будущих действиях друг друга. 

При этом правовое значение придается также взаимной обусловленности действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные оговоренные действия.

Таким обстоятельствам, как совпадение IP-адреса и учетных записей, идентичность координат и контактных телефонов, Московским УФАС России дана оценка наряду с другими, в том числе косвенными, доказательствами в их взаимосвязи и совокупности. 

В силу части 7 статьи 11 Закона о защите конкуренции положения названной статьи не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Под контролем в упомянутой статье 11 названного закона понимается возможность физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий: 

1) распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица; 

2) осуществление функций исполнительного органа юридического лица (часть 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции). 

Заявители в апелляционных жалобах настаивают на том, что они входят в одну группу лиц в понимании указанного Закона.

Между тем, данный довод судом апелляционной инстанции не принимается.

Материалами дела подтверждается, что при рассмотрении дела в антимонопольном органе ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» не ссылались на то обстоятельство, что до 08.09.2016 они составляли одну группу лиц, соответствующие доказательства, в нарушение статьи 65 АПК РФ, заявители не представляли.

При этом ссылка на данное обстоятельство непосредственно при рассмотрении дела в суде, о незаконности оспариваемых Решения и Предписания не свидетельствует, поскольку наличие картельного сговора, в том числе, после вышеуказанной даты – 08.09.2016 -  не опровергает.

Следовательно, условия о допустимости антиконкурентных соглашений, установленных в частях 7, 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, на ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус» не распространяются, и при осуществлении своей деятельности в проверенный антимонопольным органом период они должны были соблюдать требования пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции. 

Учитывая вышеизложенное, довод апелляционных жалоб о наличии в рассматриваемом деле группы лиц по указанным признакам, апелляционной коллегией отклоняется.

Довод апелляционной жалобы ООО «Брик Хаус» о нарушении Решением и Предписанием прав и законных интересов заявителей, апелляционной коллегией отклоняется.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Таким образом, предъявление любого иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Заявители не представили надлежащих достаточных доказательств того, что оспариваемые Решение и Предписание не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту, а также доказательств того, что они нарушают права и законные интересы заявителей в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В настоящем случае, учитывая законность и обоснованность Решения и Предписания антимонопольного органа, права заявителей не признаются апелляционным судом нарушенными.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб об обратном, установленные Московским УФАС России факты свидетельствуют о наличии договоренностей (устного картельного соглашения) между ООО «Инжспецстрой» и ООО «Брик Хаус».

Учитывая изложенное, проанализировав обстоятельства спора и материалы дела, суд пришел к правомерному выводу о том, что Московским УФАС России доказано наличие в действиях заявителей нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, в связи с чем им приняты законные Решение и Предписание от 25.09.2019 № 077/01/11-1041/2019. 

В силу положений статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Довод апелляционной жалобы ООО «Брик Хаус» о том, что при принятии обжалуемого судебного акта суд не принял во внимание и не учел все доводы подателя жалобы не принимаются апелляционной коллегией, поскольку суд, рассматривая дело, дает оценку всем доказательствам в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства, не свидетельствует о том, что оно не оценивалось судом. 

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда. Существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке, апелляционной коллегией не усматривается.

Ссылки на судебную практику применительно к обстоятельствам настоящего дела не являются ни тождественными, ни преюдициально значимыми.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда г.Москвы от 30.06.2020 по делу №А40-326121/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы- без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Т.ФИО8 

 

Судьи:В.ФИО9

          ФИО1