ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17677/2019

г. Челябинск

30 декабря 2019 года

Дело № А07-37249/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 23 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 декабря 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Румянцева А.А., 

судей Журавлева Ю.А., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Кравиц Марианны Александровны на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.10.2019 по делу № А07-37249/2017 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. 

В заседании приняли участие: 

представитель ФИО2 – ФИО3 (паспорт, диплом, доверенность от 16.08.2017);

ФИО4 (паспорт);

представитель ФИО5, ФИО6, ФИО7 – ФИО4 (паспорт, диплом, доверенности от 17.09.2018, от 24.09.2018, от 30.07.2014).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.08.2018 ФИО2 (до смены имени Минибаева Марьям Рифовна, далее – ФИО2, должник, податель жалобы) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев.

Финансовым управляющим имущества должника утверждена ФИО8 (далее – ФИО8, заявитель, податель жалобы).

Сообщение    о    признаниидолжника    несостоятельным    (банкротом)    и введении в отношении него процедуры реализации имущества должника, опубликовано в официальном издании газете «Коммерсант» 18.08.2018, в ЕФРСБ 08.08.18.

Определениями суда от 19.10.2018 в третью очередь реестра требований кредиторов гражданки ФИО2 включены требования ФИО5 в сумме 4 000 000 руб., ФИО6 в сумме 3 000 000 руб., ФИО9 в сумме 5 629 200 руб., ФИО4 (далее – ФИО4, истец, кредитор) в сумме 3 000 000 руб.

 ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением, с учетом уточнений, о признании недействительным договора дарения 1/2 квартиры № 52 по ул. Менделеева, д. 211 в г. Уфе от 13.03.2014, заключенного между должником – ФИО2 и матерью должника ФИО10 (далее – ФИО10, ответчик, применении последствий недействительности сделки в виде включения 1/2 квартиры № 52 по ул. Менделеева, д. 211 в г. Уфе в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.10.2019 заявление удовлетворено в полном объеме (т.2, л.д.66-76).

Не согласившись с принятым определением суда ФИО2 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение отменить, ссылаясь на то, что спорная сделка заключена до принятия заявления о признании должника банкротом, и не может быть признана недействительной по нормам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве). В то же время, не представлена необходимая совокупность оснований для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве. Факт родства должника и ответчика не влияет на недействительность сделки, поскольку на момент заключения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении сторонами гражданским правом, не представлено.

Податель жалобы указал на отсутствие у ФИО4 права на подачу иска, так как собрание кредиторов не сформировало в установленном порядке комитет кредиторов, следовательно, он не может уполномочить кого-либо их кредиторов на конкретные действия.

От ФИО5, ФИО6, ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением копии протокола собрания кредиторов от 05.12.2018.

На основании ст. 159, 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела; в приобщении копии протокола собрания кредиторов от 05.12.2018 отказано, поскольку имеется в материалах дела.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель подателя апелляционной жалобы с определением суда не согласился, считает его незаконным и необоснованным. Просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

ФИО4, как истец и как представитель кредиторов, с доводами апелляционной жалобы не согласилась. Просила определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом, 13.03.2014 между ФИО2 (Даритель) и ФИО10 (Одаряемый)  заключен договор дарения 1/2 доли квартиры № 52 по ул. Менделеева, д. 211 в г. Уфе.

Согласно предмету указанного договора, Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемого 1/2 долю квартиры № 52 по ул. Менделеева, д. 211 в г. Уфе, кадастровый номер 02:55:020706:1175.

Переход права собственности на спорные объекты недвижимого имущества не оспаривается сторонами.

Полагая, что спорная сделка совершена со злоупотреблением правом, во вред интересов кредиторов, ссылаясь на ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО4 обратилась в суд с настоящим требованием.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции указал, что спорная сделка совершена 13.03.2014, то есть до 01.10.2015, и может быть оспорена кредитором по общегражданским основаниям, предусмотренным ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд установил, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, признал ответчика заинтересованным лицом по отношению к должнику, указал, что сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам - вывода имущества из конкурсной массы. Указал на отсутствие оснований для применения срока исковой давности.

Выводы суда первой инстанции в части отказа в применении срока исковой давности на подачу настоящего заявления, сторонами не обжалуются, что в силу требований ч. 5 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исключает необходимость проверки законности и обоснованности судебного акта в указанной части.  

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.  

В соответствии со ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями  61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу п. 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

При установлении права конкурсного кредитора на оспаривание сделок должника во внимание принимается процент его требований на дату обращения с соответствующим заявлением. Изменение процентного соотношения после принятия судом заявления конкурсного кредитора (в связи с дальнейшим формирование реестра) не может влиять на это право, учитывая содержание    п. 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве, где завершение формирования реестра требований кредиторов должника не названо в качестве условия реализации соответствующего права.

Положения Закона о банкротстве, предусматривающие право оспаривания сделок должника конкурсными кредиторами, обладающимиотносительно небольшим размером требований к должнику, направлены насамостоятельную защиту последними своих законных интересов, в том числе в случае недобросовестного поведения конкурсного управляющего, уклоняющегося от совершения таких действий.

Поскольку на дату подачи заявления о признании спорной сделки недействительной ФИО4 обладала более чем 10% голосов от всей суммы реестра требований кредиторов (определение суда от 19.10.2018) ФИО4 предоставлено право на подачу заявления об оспаривании сделок, совершенных должником. 

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 ст.  213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, поскольку сделка должника совершена 13.03.2014, то есть до 01.10.2015, спорный договор не может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

По смыслу Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010 для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.

Из разъяснений, изложенных в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В ст. 2 Закона о банкротстве даны понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности должника: недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Должником совершена сделка, направленная на отчуждение имущества без получения встречного предоставления, то есть, безвозмездно, что свидетельствует о том, что оспариваемый договор является договором дарения по смыслу ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку договор дарения оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из материалов дела следует, что решением Кировского районного суда г. Уфы от 27.11.2013 по делу № 2-8787/2013 ФИО2 была признана солидарным должником по долгам ФИО11 – своего супруга перед взыскателями  ФИО4 на сумму 3 000 000 руб.,  ФИО9 - 629 200 руб. и ФИО6 - 3 000 000 руб., который был признан судом совместным долгом супругов, решение вступило в законную силу 13.12.2013. 

Ленинским районным судом 07.11.2013 выданы исполнительные листы на взыскание с должника 6 820 600 руб. в пользу взыскателя ФИО12 и 6 820 600 руб. в пользу взыскателя ФИО13, которые являются реестровыми кредиторами ФИО2 

Таким образом, при наличии задолженности в размере 25 270 400 руб.  13.03.2014 ФИО2 произвела отчуждение принадлежащей ей на праве собственности 1/2 доли в квартире № 52 по ул. Менделеева дом 211 в г. Уфе ФИО10 путем заключения спорного договора дарения. 

Судом установлена родственная связь между ФИО2 и ФИО10, последняя является матерью должника, то есть заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве.

Также из материалов дела следует, что в спорной квартире должник была зарегистрирована и снята с регистрационного учета 11.03.2014, то есть непосредственно перед заключением спорного договора.

На основании изложенного, выводы суда о том, что спорная сделка является договором дарения, поскольку направлена на безвозмездное отчуждение имущества, и, на момент совершения сделки должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, отвечал признакам неплатежеспособности, о чем ответчик не мог не знать в силу родства с должником, являются верными, а доводы апелляционной жалобы об обратном несостоятельными.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Надлежащих доказательств, которые бы опровергали вывод о том, что ФИО10 обладала сведениями о наличии притязаний финансового характера к ФИО2, суду не представлено. К доводам ответчика об обратном, суд первой инстанции отнесся критически, поскольку из материалов дела следует, что при сдаче на регистрацию документов 13.03.2014 стороны приложили определение Верховного суда Республики Башкортостан от 29.01.2014, которым были отменены обеспечительные мера на спорную квартиру. Соответственно ФИО10 должна была знать о судебных спорах  в отношении ФИО2

В результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника без встречного предоставления выбыло ликвидное имущество, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Также суд приходит к выводу о том, что установление факта совершения сделки с заинтересованным лицом является достаточным для признания того, что другая сторона сделки, в данном случае ФИО10 должна была знать о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника.

Оценив представленные в дело обстоятельства суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спорный договор дарения отражает злоупотребление правом со стороны должника и его матери – ФИО10, которые сознавали, что следствием их злонамеренного поведения будет являться ущемление интересов кредиторов ФИО2, и такое умаление интересов кредиторов вследствие совершенной сделки имеет место в действительности.

При таких обстоятельствах имеются основания для признания договора дарения от 13.03.2014 недействительным как завершенным со злоупотреблением права на основании ст. 10, п. 2 ст. 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

В виду изложенного, отклоняются доводы жалобы о том, что спорная сделка заключена до принятия заявления о признании должника банкротом, и не может быть признана недействительной по нормам Закона о банкротстве.

Ссылка апелляционной жалобы на отсутствие необходимой совокупности оснований для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, также не принимается во внимание, поскольку спорная сделка совершена со злоупотреблением правом, во вред интересов кредиторов, и в силу ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной.

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

 Так как оспариваемая сделка признана недействительной, а недействительная сделка не несет юридических последствий, суд применяет последствия недействительности сделки (ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве) в виде взыскания стоимости имущества в конкурсную массу должника.

В соответствии с п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РоссийскойФедерации при недействительности сделки каждая из сторон обязанавозвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможностивозвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученноевыражаетсявпользованииимуществом,выполненнойработе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяемые судом последствия признания сделки должника-банкрота недействительным по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, по смыслу данного закона должны способствовать достижению целей конкурсного производства, то есть увеличивать конкурсную массу должника для дальнейшего восстановления имущественных прав кредиторов должника-банкрота.

Поскольку судом установлено, что спорное недвижимое имущество не выбыло из владения ответчика, суд в качестве последствий недействительности договора дарения применил последствия в виде возврата спорного недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствие у ФИО4 права на подачу иска, так как собрание кредиторов не сформировало в установленном порядке комитет кредиторов, подлежат отклонению, поскольку судом установлено, что на дату подачи настоящего иска ФИО4 обладала более чем 10% голосов от всей суммы реестра требований кредиторов (определение суда от 19.10.2018), что в силу п. 2 ст. 61.9. Закона о банкротстве дает ей право на подачу заявления об оспаривании сделок, совершенных должником. 

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что квартира всегда являлась фактически собственностью ФИО10 и оспариваемой сделкой стороны лишь привели фактические отношения в соответствии с законом, ФИО2 никогда не проживала в спорной квартире, отклоняются судом апелляционной инстанции поскольку из материалов  следует, что право на спорную долю ФИО2 приобрела в результате договора мены. В свою очередь из объяснений представителя ФИО2, данных в суде апелляционной инстанции следует, что право на обмениваемое жилое помещение ФИО2 приобрела в результате приватизации. Соответственно, независимо от возраста совершения сделок, ФИО2 являлась собственником жилых помещений и соответственно собственником спорной доли.

Также у суда апелляционной инстанции отсутствуют достаточные основания полагать, что для ФИО2 спорное жилое помещение является единственным пригодным для проживания. Как указывалось выше, представитель ФИО2 пояснил, что в спорном жилом помещении ФИО2 не проживала.  Иных доказательств того, что спорное жилое помещение является единственным пригодным для проживания суду не представлено, Кроме того, данный вопрос может является предметом доказывания при обращении с соответствующим заявлением при наличии к тому оснований.

Таким образом, оценив представленные доказательства  в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о признании оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Доводы подателя жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.10.2019 по делу № А07-37249/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяА.А. Румянцев

Судьи:Ю.А. Журавлев 

М.Н. Хоронеко