АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4841/17 

Екатеринбург

03 марта 2025 г.

Дело № А50-20115/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 марта 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Столяренко Г. М., Новиковой О. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.07.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено путем использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания).

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли участие представители:

акционерного общества «Дехканабадский калийный завод»: ФИО1 (паспорт, доверенность от 21.10.2024), ФИО2 (паспорт, доверенность от 21.10.2024), ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.10.2024), ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.10.2024);

Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю: ФИО5 (паспорт, доверенность от 13.01.2025 № 2).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» Метла А.С. – ФИО6 (паспорт, доверенность от 09.01.2025);

председатель комитета кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» – ФИО7 (паспорт, доверенность от 25.11.2022), заявивший ходатайство об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции.

представители акционерного общества «Росэксимбанк»: ФИО8 (паспорт, доверенность от 28.12.2024 № 101-Д/РЭБ), ФИО9 (паспорт, доверенность от 12.12.2024 № 90-Д/РЭБ).

Представители акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» ФИО10, ФИО11, заявившие ходатайства об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции, не подключились к онлайн-заседанию по причинам, не зависящим от суда.

Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео - и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, лицам, участвующим в деле обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, суд округа посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие представителей, сохранив возможность подключения в ходе всего судебного заседания.

          Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.07.2018 общество с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» (далее – общество «ЗУМК-Инжиниринг», должник)  признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Определением от 11.10.2018 конкурсным управляющим общества «ЗУМК-Инжиниринг» утверждена ФИО12.

Акционерное общество «Дехканабадский калийный завод» (далее – общество «ДКЗ») 16.02.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, в котором общество «ДКЗ» просило признать его требования к обществу «ЗУМК-Инжиниринг» в размере 10 814 437 828 руб. 53 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

Определением от 27.03.2023 производство по обособленному спору по заявлению общества «ДКЗ» об установлении требования кредитора приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-175502/2022. 

Протокольным определением суда от 14.09.2023 в порядке статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) производство по обособленному спору возобновлено.

Определением от 19.04.2024 выделены в отдельное производство требования: 

– о возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США; 

– о возмещении расходов, понесенных на проведение опытно-промышленных работ (далее – ОПР), в размере 9,67 млн. долларов США (настоящий обособленный спор); 

– о взыскании реального ущерба, причиненного неполным выполнением работ и недопоставкой оборудования, в размере 7,258 млн. долларов США; 

– об оплате услуг и материалов общества «ДКЗ», использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США; 

– о взыскании переплаты за невыполненные СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США; 

– о взыскании переплаты за горнопроходческие работы по контракту в размере 2 617 706,5 долларов США; 

– о взыскании упущенной выгоды (в размере 144,586 млн долларов США) и реального ущерба (в размере 6,404 млн. долларов США) в связи с невыходом комбината на проектную мощность; 

– о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн. долларов США.

Обществу «ДКЗ» предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов.

В материалы настоящего спора от общества «ДКЗ» поступило уточненное заявление, кредитор просил квалифицировать требование о возмещении затрат общества «ДКЗ» на материалы, оборудование, прочие ресурсы и персонал при проведении опытно-промышленных работ в размере 9,67 млн. долларов США в качестве требования, возникшего из причинения вреда (деликтные требования), к которому субсидиарно применяются нормы о неосновательном обогащении; признать требование общества «ДКЗ» о возмещении затрат на материалы, оборудование, прочие ресурсы и персонал при проведении опытно-промышленных работ в размере 9,67 млн. долларов США к обществу «ЗУМК - Инжиниринг» обоснованным; применить в деле о банкротстве общества «ЗУМК-Инжиниринг» правила сальдирования встречных обязательств и произвести сальдирование на сумму 8 391 590,37 долларов США по взаимным обязательствам общества «ЗУМК - Инжиниринг» перед обществом «ДКЗ».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.07.2024 в удовлетворении заявления кредитора по данному требованию отказано.

 Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 определение Арбитражного суда Пермского края от 26.07.2024  оставлено без изменения.

         Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество «ДКЗ» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. Заявитель кассационной жалобы считает, что суды ошибочно квалифицировали  требования о возмещении расходов, понесенных на проведение опытно – промышленных работ (далее – требование по ОПР. ОПР) в качестве договорного, вред возник в результате исполнения должником ОПР в рамках контракта, между тем расходы, связанные с их выполнением, возложены на общество «ДКЗ», что, по мнению кассатора, являлось частью сговора между бывшими руководителями обществ «ЗУМК - Инжиниринг» и «ДКЗ» с целью хищения средств, предоставленных обществом «ДКЗ» для реализации проекта по расширению мощностей калийного предприятия. Таким образом, требование по ОПР является деликтным и основано на факте причинения вреда преступлением. Неправильно квалифицировав требование, суды неверно определили применимое к нему право. По мнению кассатора, требование по ОПР как требование, возникшее из причинения вреда, на территории Республики Узбекистан, регулируется узбекским правом, согласно положениям которого исковая давность к подобным требованиям не применима, между тем суды необоснованно применили российское право, на основании которого сделан ошибочный вывод о пропуске срока давности. Кассатор обращает внимание суда на то, что даже в случае применения положений норм Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), судами допущено их неверное применение, так на требование кредитора, которое по существу является требованием о сальдировании, необоснованно распространен запрет на зачет встречных требований с истекшим сроком исковой давности, а также неверно применены положения статьи 200 ГК РФ, поскольку не учтено, что для требования по ОПР срок исковой давности исчисляется с момента расторжения контракта при сальдировании всей совокупности взаимных обязательств сторон. Помимо изложенного кассатор также ссылается на нарушение судами правил оценки доказательств и уклонение от установления обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, так как судами не приняты во внимание преюдициальные выводы приговора и заключения эксперта ФИО15 («Заключение PwC»), кроме того, суды уклонились от оценки более 600 листов первичной и бухгалтерской документации, представленной общество «ДКЗ» в подтверждение требования по ОПР; безосновательно отказали в проведении оценочной экспертизы и истребовании доказательств, тем самым нарушив принцип состязательности.

Обществом «ДКЗ» также заявлены возражения в отношении определения суда от 19.04.2024, которым требования кредитора выделены в отдельное производство. Кредитор указывает, что все требования основаны на одном договоре с должником, направлены на определение совокупного сальдо по нему, вместе с тем, указанным определением суд необоснованно увеличил размер требовании общества «ДКЗ», подлежащего включению в реестр требований кредиторов должника, чем нарушил права кредитора, установленные частью 1 статьи 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), тогда как требования кредитора касались вопроса сальдирования взаимных обязательств. 

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий общества «ЗУМК-Инжиниринг», прокуратура Пермского края, акционерное общество «Росэксимбанк» (далее – общество «Росэксимбанк») против доводов общества «ДКЗ» возражают, просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представители общества «ДКЗ» доводы кассационной жалобы поддержали, на ее удовлетворении настаивали, иные участники процесса, напротив,  просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Дирекцией строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений Государственной акционерной компании «Узкимёсаноат» (в настоящее время – общество «ДКЗ», заказчик) и обществом «ЗУМК-Инжиниринг» (подрядчик) заключен контракт от 26.06.2011 № 041/11, в соответствии с условиями  пункта 2.1 которого подрядчик обязался выполнить работы на условиях «под ключ» по расширению производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан (II этап), включая проектирование, строительно-монтажные и пусконаладочные работы, поставку оборудования и материалов, а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их и производить своевременную оплату всех этапов работ.

Общая стоимость контракта составляет 122 300 000 долларов США, является окончательной, изменению не подлежит, кроме случае, оговоренных в контракте, включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемые заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ. В случае если данные ресурсы предоставлены заказчиком, подрядчик оплачивает указанные расходы заказчику по отдельным договорам, заключенным через обособленное подразделение постоянное учреждение подрядчика в Республике Узбекистан (пункты 3.1, 3.4). 

На основании разрабатываемой и получаемой проектной документации стороны вправе перераспределить статьи затрат контракта (стоимость проектирования, оборудования и материалов, строитель-монтажных работ), при этом общая стоимость контракта изменению не подлежит (пункт 3.7).

Согласно пунктам 4.1.1, 5.1.1 контракта подрядчик обязуется выполнить своими либо привлеченными силами все работы в объемах и сроки, предусмотренные приложением № 1 («Техническое задание))), приложением № 2 («Техническое задание Г1ЖД») и приложением № 4 («Календарный график производства работ») к Контракту в соответствии с разработанной проектной документацией. В случае производственной необходимости подрядчик имеет право обратиться к заказчику с заявкой о предоставлении во временное безвозмездное пользование технологического либо иного оборудования заказчика.

В соответствии с условиями контракта к обязанностям заказчика относится выполнение своего объема работ и услуг, предусмотренных Контрактом, под свою ответственность, за собственные средства и в установленные сроки, позволяющие подрядчику выполнить работы по Контракту (пункт 5.1.1 Контракта); по заявке подрядчика передать ему по акту приема-передачи, для временного безвозмездного использования необходимое технологическое оборудование в рабочем состоянии для проведения работ по Контракту (пункт 5.1.3 Контракта); на безвозмездной основе оказывать содействие в оформлении регистрации для въезда и пребывания персонала подрядчика (пункт 5.1.18 Контракта); за свой счет заключить договор на услуги ВГСЧ на период выполнения подрядчиком работ на объекте (п. 5.1.20 Контракта); на безвозмездной основе предоставить подрядчику необходимые складские, производственные и иные запрашиваемые помещения, специализированные жилые помещения для проживания персонала подрядчика, на период выполнения работ по Контракту (пункт 5.1.21 Контракта).

Порядок разрешения споров определен разделом 17 контракта.

Согласно пунктам 17.1, 17.3, 17.4 контракт регулируется и толкуется в соответствии с российским материальным правом. В случае если стороны не придут к взаимному согласию, спор передается сторонами на рассмотрение в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово - промышленной палате Российской Федерации. Стороны согласны, что в арбитражном производстве будут применяться нормы процессуального права Российской Федерации.

В соответствии с условиями контракта независимой международно - признанной компанией SGS Societe Generale de Surveillance SA (Швейцария), аккредитованной Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, была проведена экспертиза и выдано заключение от 01.08.2011 № UZ02/29072011/0002568119. 

Министерство внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан 29.11.2011 направило в адрес общества «ДКЗ» предложения о внесении изменений в контракт, указав, что цены на оборудование, планируемые к поставкам по контракту, должны соответствовать предложению названного Министерства. При этом по части оборудования Министерство определило цены на основании цен поставки по договору, заключенному между обществом «ДКЗ» и обществом «ЗУМК - Инжиниринг» от 2007 года. Кроме этого, Министерство настаивало на смене рассмотрения споров по контракту с Российской Федерации на Республику Узбекистан.

 В переписке с ГАК «Узкимёсаноат», Узпромстройбанк, обществом «ДКЗ», а также в ходе совместных переговоров с Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, должник обозначил свою позицию по всем пунктам указанных выше предложений, представил справку Пермской торгово-промышленной палаты от 06.12.2011 касательно определения индекса инфляции (индекса цен) на горно-шахтное оборудование (комбайн проходческо-очистной, бункер перегружатель, самоходный вагон и т.д.) за период с 2007 по 2011 год. 

 Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан 26.12.2011 выдано заключение по контракту. Контракт прошел регистрацию в SGS Societe Generale de Surveillance SA, Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, уполномоченном банке Республики Узбекистан и ГТК Республики Узбекистан, о чем свидетельствуют соответствующие штампы в контракте. Контроль за платежами по контракту возложен на Акционерный коммерческий банк «Узбекский промышленно-строительный банк», платежи по контракту производились на основании писем общества «ДКЗ». 

Впоследствии общество «ЗУМК-Инжиниринг» на основании третейской оговорки (пункт 17.3 контракта № 041/11 от 26.06.2011), обратилось в третейский суд с иском к обществу «ДКЗ» о взыскании задолженности за выполненные работы по ликвидации аварии на руднике ответчика, за выполненные опытно-промышленные работы в 2012 и 2014 годах, за выполненные текущие работы, а также по возврату гарантийного удержания. 

Общество «ДКЗ» заявило в третейский суд встречный иск о взыскании с общества «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017, по расходам на проведение экспертизы и расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, процентов за пользование чужими денежными средствами, признании контракта расторгнутым в одностороннем порядке в связи с допущенными нарушениями; признании задолженности отсутствующей. Общество «ДКЗ» полагало, что у него отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку требования общества «ЗУМК - Инжиниринг» подлежат сальдированию с обязательствами общества «ДКЗ». При этом размер требований общества «ДКЗ» к должнику превышает размер его обязательств перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг». 

Решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019 с общества «ДКЗ» в пользу общества «ЗУМК-Инжиниринг» взыскана задолженность по оплате работ по ликвидации аварии в сумме 4 273 372,73 долларов США; задолженность по оплате ОПР за 2012 и 2014 годы в сумме 13 438 010,94 долларов США; задолженность по текущим строительно - монтажным и проектным работам в сумме 255 576,20 долларов США по контракту № 041/11 от 26.06.2011; задолженность по уплате неустойки в сумме 12 778,81 долларов США, а также расходы по уплате регистрационного и арбитражного сборов в сумме 4 923 701,50 рублей. Удовлетворено требование общества «ДКЗ» о признании контракта № 041/11 от 26.06.2011 надлежащим образом расторгнутым обществом «ДКЗ» в одностороннем порядке в связи с допущенными обществом «ЗУМКИнжиниринг» нарушениями. Прекращено арбитражное разбирательство по требованиям общества «ДКЗ» о взыскании с общества «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по основному долгу по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017 в сумме 441 041 000 узбекских сумов (42 111,39 долларов США), а также 7 6667250_1643471 процентов за пользование чужими средствами в сумме 107 931 926 узбекских сумов (10 305,53 долларов США), задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника в сумме 195 358 407 узбекских сумов (18 653,17 долларов США), а также процентов за пользование чужими средствами, подлежащих начислению на сумму 195 358 407 узбекских сумов; о признании того, что у общества «ДКЗ» отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку итоговое сальдо по взаимным обязанностям из прекращенного контракта № 041/11 от 26.06.2011 сложилось в пользу общества «ДКЗ»; о признании того, что требования общества «ДКЗ» о взыскании задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17, о взыскании задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, о взыскании арбитражных расходов и начисляемых на эти суммы процентов за пользование чужими средствами, обеспечены удержанием оборудования общества «ЗУМК-Инжиниринг». Коллегия арбитров пришла к выводу о том, что указанные требования не подлежат рассмотрению в третейском суде, поскольку в отношении общества «ЗУМК-Инжиниринг» введена процедура банкротства. 

Приведенные обстоятельства установлены в определении Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-175502/2022, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2023. Данными судебными актами отказано в удовлетворении заявления общества «ДКЗ» об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019. Производство по заявлению общества «ЗУМК-Инжиниринг» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение указанного решения третейского суда прекращено по мотиву того, что общество «ДКЗ» не имеет связи с территорией Российской Федерации, является юридическим лицом, зарегистрированным в Республике Узбекистан, имеет там адрес фактического места нахождения, имущество и счета в банках, на территории Российской Федерации активы, филиалы или представительства у него отсутствуют, в связи с чем, Арбитражный суд г. Москвы не является компетентным судом по рассмотрению заявления о приведении в исполнение решения третейского суда.

Кроме того, указанные обстоятельства нашли отражение в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 31.01.2025, вынесенном в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) общества «ЗУМК – Инжиниринг». 

Общество «ДКЗ» (с учетом уточнения заявленных требований от 05.06.2024, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ) в рамках дела о банкротстве общества  «ЗУМК – Инжиниринг» просило квалифицировать требование о возмещении затрат общества «ДКЗ» на материалы, оборудование, прочие ресурсы и персонал при проведении опытно-промышленных работ в размере 9,67 млн. долларов США в качестве требования, возникшего из причинения вреда (деликтные требования), к которому субсидиарно применяются нормы о неосновательном обогащении; признать требование общества «ДКЗ» о возмещении затрат на материалы, оборудование, прочие ресурсы и персонал при проведении опытно-промышленных работ в размере 9,67 млн. долларов США к обществу «ЗУМК - Инжиниринг» обоснованным; применить в деле о банкротстве общества «ЗУМК-Инжиниринг» правила сальдирования встречных обязательств и произвести сальдирование на сумму 8 391 590,37 долларов США по взаимным обязательствам общества «ЗУМК - Инжиниринг» перед обществом «ДКЗ».

          Заявитель основывает свое требование на приговоре суда по уголовным делам г. Ташкента по делу №1-561/2013 от 25.11.2013, которым, согласно позиции заявителя, установлен преступный сговор бывшего директора общества «ДКЗ» ФИО13 и бывшего генерального директора должника ФИО14, в результате которого должник при проведении ОПР использовал материалы, оборудование, сырье, персонал и прочие ресурсы общества «ДКЗ»; по мнению заявителя, должник выполнял ОПР иждивением общества «ДКЗ», а должник, в свою очередь, оказывал лишь услуги по управлению ОПР; с учетом изложенных обстоятельств, заявитель полагал, что общество «ДКЗ» переплатило должнику за проведение ОПР в размере 9,67 миллиона долларов США. 

Должник, возражая против заявленных требований, сослался на  пропуск заявителем срока исковой давности; полагал, что кредитором не доказаны основания и размер его задолженности, пояснял, что все ОПР с 2010 по 2014 годы выполнялись без какого-либо иждивения со стороны общества «ДКЗ», размер затрат последнего на производство ОПР не доказан;  при этом должник обращал внимание суда на то, что вопрос объема и стоимости ОПР был предметом рассмотрения МКАС при ТПП РФ;  отмечал, что уголовная ответственность ФИО14, противоправность поведения должника приговором не установлены, кроме того, приговор не подлежит признанию на территории России. 

 Акционерное общество «Росэксимбанк» также просило отказать в удовлетворении требований обществу «ДКЗ», ссылаясь на то, что должник не может являться обязанным лицом по требованиям о возмещении ущерба, вытекающим из приговора; требование заявителя, по его мнению, является недоказанным и  не основано на положениях контракта, также полагает, что заявителем пропущен срок исковой давности для обращения в суд с рассматриваемым требованием. Кроме того, акционерное общество «Росэксимбанк» отмечало, что заключение ФИО15, положенное в основу определения размера требования, не имеет доказательственного значения; заявитель не привел правовых аргументов относительно использования заявленного способа защиты права, не подтвердил наличие у должника обязанности возвратить денежные средства в связи с какой-либо переплатой.

            Уполномоченный орган поддерживал позицию должника и акционерного общества «Росэксимбанк», указывая на пропуск заявителем срока исковой давности, а также на то, что в нарушение условий контракта не представлены доказательства наличия правоотношений между должником и кредитором по заявленному требованию с учетом того, что данное требование не вытекает из основного контракта. 

          Общество с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инвест» возражая против заявленных требований ссылалось на то, что условиями контракта предполагается лишь безвозмездный вариант использования технологического оборудования заказчика, а при необходимости использования должником ресурсов акционерного общества «ДКЗ» необходимо было заключить договор(ы) в валюте Республике Узбекистан – сумм; общество подчеркивало, что должник выполнял работы с использованием собственных работников, трудоустроенных как в Российской Федерации, так и в постоянное учреждение стройплощадка Дехканабад ЗУМК-Инжиниринг; считает требования  акционерного общества «ДКЗ» документально не подтвержденными, полагает, что расшифровки  бухгалтерской базы 1С акционерного общества «ДКЗ» не могут являться надлежащим доказательством.

           Отказывая в удовлетворении заявленных требований суды исходили из необоснованности требований кредитора  по существу и истечения срок а исковой давности для обращения с данным требованием.

          Суд округа, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284 – 286 АПК РФ, оснований для их отмены не усмотрел.

 Как следует из положений статей 63, 94, 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с даты введения в отношении должника процедуры банкротства все требования кредиторов по денежным обязательствам, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены должнику только в порядке, установленном законодательством о банкротстве. 

Установление требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьями 71, 100 Закона о банкротстве. При применении указанных положений суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Возражения относительно требований кредитора могут быть заявлены лицами, участвующими в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве. 

Указанные лица вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (пункт 10 статьи 16, пункт 3 статьи 71, пункт 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве). Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, должны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (статья 65 АПК РФ). 

Следовательно, при рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. 

Общество «ДКЗ» (с учетом уточнений) настаивало на том, что его требования к обществу «ЗУМК-Инжиниринг» являются требованиями о возмещении ущерба, причиненного преступлением, ссылаясь на наличие приговора суда по уголовным делам г. Ташкента по делу № 1-561/2013 от 25.11.2013 в отношении бывшего директора общества «ДКЗ» ФИО13 

Вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика по таким требованиям привлекается обвиняемый. В случаях, когда законом обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, не являющееся причинителем вреда, в качестве гражданского ответчика привлекается такое лицо, в том числе юридическое. Виновность конкретного лица в совершении преступления должна быть установлена вступившим в законную силу приговором суда в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 1399/13, если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям заключенного договора.

         Согласно пояснениям со стороны должника, ФИО14 подвергался аресту на территории Республики Узбекистан, однако был освобожден из-под стражи, дальнейшего уголовного преследования и судебного разбирательства в отношении него не последовало. Учитывая изложенное, исследовав доводы лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, установив, что указанный кредитором приговор был вынесен в отношении ФИО13, ФИО14 и общество «ЗУМК-Инжиниринг» каким-либо процессуальным статусом в рамках уголовного дела не обладали, обвинения в их адрес в установленном порядке не выдвигались, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для квалификации требования общества «ДКЗ», предъявленного обществу «ЗУМК-Инжиниринг», в качестве требования о возмещении вреда, причиненного преступлением. 

         При этом апелляционный суд, поддерживая указанные доводы, отметил, что гражданский иск ни к ФИО14, ни к должнику в рамках уголовного дела и после вынесения приговора не предъявлялся.         

        Судами также принято во внимание, что в рамках иных уголовных дел вина ФИО14 в совершении преступления против общества «ДКЗ» либо Республики Узбекистан не устанавливалась, приговором Кировского районного суда г. Перми от 02.08.2021 по делу № 1-1/2021, на который также ссылается кредитор, ФИО14 обвинен в совершении преступления, предусмотренного статьей 199 Уголовного кодекса Российской Федерации (уклонение от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией, и (или) страховых взносов, подлежащих уплате организацией - плательщиком страховых взносов), каких-либо иных преступных деяний ФИО14 указанным приговором не вменено. 

         Оснований не согласиться с приведенными выводами суд округа  не усмотрел. 

          Суды, проанализировав обстоятельства дела, характер предъявленных заявителем требований, исходя из положений пунктов 3, 4 статьи 1219 ГК РФ и пункта 17.1 названного контракта, пришли к выводу, что рассматриваемые правоотношения регулируются нормами российского законодательства, применив положения российского права.

Судами отмечено, что как следует из пояснений общества «ДКЗ» задолженность по возмещению расходов, понесенных на проведение ОПР, составляет 9,67 млн. долларов США, в том числе: - сырье и вспомогательные материалы в размере 1 504 тыс. долларов США; - затраты на электроэнергию в размере 516 тыс. долларов США; - зарплата производственных рабочих и отчисления на социальное страхование в размере 1 393 тыс. долларов США; - прочие производственные затраты, включая амортизационные отчисления в размере 6 257 тыс. долларов США. 

В обоснование заявленных требований заявителем в материалы спора представлены, в том числе: выдержки из бухгалтерской системы 1С АО «ДКЗ»; счет-фактуры, накладные, грузовые таможенные декларации и акты приемки выполненных работ по поставкам, услугам и работам, документы о передаче материалов должнику, маркшейдерский замер за апрель 2012 года, подписанный сторонами (Заключение PwC, Приложение PwC-039), акт о списании использованных ТМЦ за февраль 2014 года (Заключение PwC, Приложение PwC- 040), ведомости затрат АО «ДКЗ» на электроэнергию за 2012 год и 1-ый квартал 2014 года, акты израсходованной электроэнергии за период с 2010 года по февраль 2014 года (Заключение PwC, Приложение PwC-006), расчетные ведомости по заработной плате за апрель 2012 года и февраль 2014 года (Заключение PwC, Приложение PwC-004). При этом, как следует из материалов спора, отдельные договоры между сторонами по заявленным требованиям не оформлялись.

По мнению кредитора, несение дополнительных затрат со стороны АО «ДКЗ» подтверждается экспертным заключением партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО15, подготовленным в рамках спора между кредитором и должником, рассматриваемом Международным коммерческим арбитражным судом при торгово-промышленной палате Российской Федерации (дело №М223/2019) от 15.06.2021 (заключение PwC). АО «ДКЗ» просит учесть затраты на проведение ОПР и уменьшить размер своей задолженности перед должником на 9,67 млн. долларов США. 

Судами изучены и отклонены ссылки кредитора на заключение партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО15 от 15.06.2021, подготовленное в рамках спора между кредитором и должником, рассмотренного третейским судом (дело № М223/2019), поскольку из содержания заключения следует, что ФИО15 фактически не исследовал размер понесенных заказчиком затрат; кроме того, суды указали, что размер в данном случае определен исходя из данных бухгалтерского учета общества «ДКЗ» в системе 1С без исследования первичных документов, которые бы подтверждали предоставление ресурсов непосредственно должнику сверх предусмотренных контрактом.

Проанализировав представленные обществом «ДКЗ» документы в обоснование заявленных требований суды заключили, что они достоверно не подтверждают наличие обязательств должника по указанным основаниям, в том числе заявленный кредитором размер.

Представленные кредитором справки по анализу понесенных затрат и справки по услугам сторонних организаций за 2010-2014 годы составлены работниками самого кредитора в одностороннем порядке, должником данные документы не подписаны, суммы затрат, указанные в них, с должником не согласовывались, ему не предъявлялись, кроме того, часть документов не относится к заявленным кредитором периодам (2012 года – 1 квартал 2014 года), а касается 2010, 2011 и 2013 годов. 

Исходя из наименований документов суды указали, что в данные справки включены затраты по различным направлением деятельности общества «ДКЗ», а именно в одном случае «Материальные затраты, услуги сторонних организаций по РУДНИК (Сильвинит)», в других случаях «Материальные затраты, услуги сторонних организаций по добыче сильвинита».

Судами отмечено, что сами по себе документы не являются первичными и не отражают обстоятельства несения затрат со стороны кредитора.

Анализ данных справок не позволил судам установить точный размер затрат и соотнести их с иными документами, представленными обществом «ДКЗ» в материалы спора – карточками счета 23 и ОСВ по этому счету, представленным в формате Excel, счетами-фактурами и актами о приобретении сырья, материалов, услуг у третьих лиц, документами из неидентифицированного уголовного дела о передаче материалов, сырья, услуг в пользу должника. 

Судами также отмечено, что кредитором также не представлен понятный, детализированный помесячный расчет затрат, соотносимый с представленными им первичными документами о несении соответствующих затрат. 

Сведения из карточки счета 23 и ОСВ по этому счету, которые представлены в формате Excel, судами не приняты в качестве доказательств, поскольку не являются первичными документами и не отражают обстоятельства несения затрат со стороны кредитора по следующим причинам: часть документов не относится к заявленным кредитором периодам (2012 года, 1 квартал 2014 года), а касается 2010, 2011 и 2013 годов, наименование и форма документов не позволяет достоверно установить природу данных документов, источник их происхождения.

Кроме того, судами установлено, что документы представлены в формате Excel, их относимость к базе 1С или иной бухгалтерской программе общества «ДКЗ» установить не представляется возможным, представленные документы никем не подписаны и не заверены. 

Относительно представленных кредитором счет-фактур и актов о приобретении сырья, материалов, услуг у третьих лиц судами сделан вывод о том, что материалы, товары, услуги приобретались для собственного потребления, так как доказательств их передачи должнику, приобретения по поручению должника не представлено.

Что касается документов из неидентифицированного уголовного дела о передаче материалов, сырья, услуг в пользу должника, судами отмечено, что кредитор не поясняет и не раскрывает источник происхождения данных документов, только 15 документов (накладные и акты) из 94 представленных относятся к спорному периоду времени 2012 году, остальные датированы и относятся к 2011 году, часть документов представлена в нечитаемом виде, в связи с чем установить их содержание не представляется возможным, также части документов отсутствуют подписи сторон. 

Представленные кредитором документы, а также его дополнительные пояснения, как указано судами, не опровергают позицию конкурсного управляющего об отсутствии оснований для оплаты электроэнергии, поскольку представленные акты (за 2012 год, за 1 квартал 2014 года) сами по себе, с учетом буквального их толкования, в отсутствии иных подтверждающих документов, не свидетельствуют о том, что именно должник при проведении ОПР потребил указанные объемы электроэнергии. 

В отношении представленных актов, счета-фактур судами отмечено, что они свидетельствуют об объеме потребленной в конкретном месяце обществом «ДКЗ» электроэнергии и сами по себе не порождают у должника обязательства по оплате; надлежащих доказательств потребления, передачи должнику спорных объемов электроэнергии не представлено, с учетом того, что общество «ДКЗ» также осуществляло хозяйственную деятельность в заявленный им период времени, то есть сам потреблял электроэнергию на площадке Дехканабадского калийного завода, а должником и кредитором не разграничивались и отдельно не учитывались взаимные объемы потребления и их назначение.

Проанализировав представленные кредитором документы, в том числе переведенные с узбекского на русский язык, суды пришли к выводу, что обществом «ДКЗ» не представлены доказательства, подтверждающие использование основных средств кредитора должником при проведении ОПР в 2012, 2014 годах, что свидетельствует об отсутствии у должника каких-либо обязательств по оплате амортизационных отчислений. Кроме того, судами отмечено, что часть представленных документов не относится к спорному периоду, а касается 2013 года (справка Амортизационные затраты по РУДНИК (сильвинит) за 2013 год), общество «ДКЗ» также не указывает в силу каких норм российского или узбекского законодательства, условий правоотношений сторон у ЗУМК возникло обязательство по оплате амортизационных отчислений, произведенных обществом «ДКЗ» в отношении принадлежащего ему имущества.

Судами также приняты во внимание  представленные должником доказательства наличия в своем штате работников, задействованных в проведении ОПР на стройплощадке общества «ДКЗ» в Узбекистане в спорный период времени, в частности, из письма общества «ЗУМК-Инжиниринг» в ГНИ Дехканабадского района Кашкадарьинской области №9 от 25.03.2012 следует, что среднесписочное количество работников должника в Узбекистане в 2011 году составляло 233 человека, что позволяло должнику выполнять ОПР собственными силами, кроме того, из приложенных документов по судебным трудовым спорам с бывшими работниками ЗУМК в Узбекистане следует, что в спорный период времени в штате должника были трудоустроены работники: машинисты самоходных вагонов, мотористы, водители, диспетчеры, нормировщики, кладовщики, горные мастера, плотники-бетонщики, горнорабочие на подземных работах и т.д., квалификация и должности которых свидетельствуют о возможности проведения ОПР силами ЗУМК. 

Правовое обоснование отнесения на должника расходов кредитора, связанных с зарплатой производственных рабочих и отчисления на социальное страхование, заявителем не представлено. 

Как  отражено судами, указанные документы опровергают довод кредитора об иждивении заказчика и несении им каких-либо затрат на персонал при проведении ОПР.

Исследовав представленные обществом «ДКЗ» документы, принимая во внимание отсутствие в материалах дела какие-либо платежных документов за иные периоды выполнения ОПР, которые бы подтверждали оплату соответствующих услуг, товаров, материалов, электроэнергии произведенных обществом «ДКЗ» в пользу третьих лиц, учитывая, что кредитором не представлены убедительные доказательства в отношении обоснованности предъявленных к должнику требований, а представленные кредитором документы не образуют связанность указанных обществом «ДКЗ» затрат, расходов на ОПР, выполненных должником в 2012, 2014 годах, суды пришли к выводу, что представленные обществом «ДКЗ» документы не доказывают наличие у общества «ЗУМК-Инжиниринг» обязательств перед обществом «ДКЗ», в связи с чем, не усмотрели оснований для признания обоснованным заявленного кредитором требования по приведенным в заявлении доводам.

 В данном случае должником, уполномоченным органом, обществом «Росэксимбанк» заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности по рассматриваемому в рамках настоящего обособленного спора требованию.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судами  отмечено, что возражая против доводов о пропуске срока исковой давности, общество «ДКЗ» связывает начало течения срока исковой давности с датой расторжения Контракта (02.03.2020). 

Исследовав приведенные доводы и возражения по вопросу применения исковой давности, суды заключили, что поскольку в обоснование заявленного требования общество «ДКЗ» ссылается на обстоятельства, отраженные в приговоре суда по уголовным делам г. Ташкента по делу № 1-561/2013 от 25.11.2013, общество «ДКЗ» уже с момента вынесения указанного приговора знало о нарушении своих прав, вместе с тем, до даты обращения в суд с настоящим заявлением 16.02.2023, никаких мер по взысканию переплаты за поставленное оборудование, по признанию условий контракта о цене оборудования либо контракта в целом, а также до даты предъявления встречного иска в Международный коммерческий арбитражный суд при торгово-промышленной палате Российской Федерации в рамках дела №М-223/2019 (15.01.2021), никаких мер по взысканию задолженности, не предпринимало. Несмотря на то, что общество «ДКЗ» с конца 2013 года уже знало о нарушении своего права, и принимая во внимание, что отдельные договоры между сторонами по заявленным требованиям не оформлялись, соответственно срок исполнения обязательств не определен, суды отметили, что срок исковой давности в данном случае необходимо исчислять с момента, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Судами принято во внимание представленное в материалы настоящего спора письмо общества «ДКЗ» №01-08/1540 от 18.04.2017, направленное в адрес должника с указанием на наличие у должника задолженности перед обществом «ДКЗ» по ОПР за 2012-2014 года в размере 651 304,06 долл. США, по ОПР за 2010, 2011, 2013 годы в размере 2 144 795,56 долл. США, в котором общество «ДКЗ» подтвердил свою готовность оформить соответствующие документы по выполненным ОПР за период 2012 и 2014 годы на основе указанных расчетов и протоколе от 23-24 декабря 2014 года.

Кроме того, обращено внимание на наличие задолженности общества «ЗУМК-Инжиниринг» перед УП «ДЗКУ» по полученным коммунальным и другим услугам на сумму 1 525 989 091,54 сумм, что составляет 568 608,32 долларов США по курсам на дату выставления счетов-фактур; общество «ДКЗ» сообщило, что общая сумма задолженности общества «ЗУМК-Инжиниринг» перед УП «ДЗКУ» (ОПР, коммунальные и другие услуги) составляет 3 364 707,94 долл. США.

Таким образом, как установлено судами, из представленного письма следует, что по состоянию на 18.04.2017, обществом «ДКЗ» определен и востребован размер образовавшейся, по его мнению, задолженности. Поскольку указанный в письме вопрос об объеме и размере завершающего обязательства остался неурегулированным, размер задолженности подлежал самостоятельному разрешению в судебном порядке.

На основании изложенного суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае срок исковой давности начал течь не позднее 18.05.2017, учитывая время для предоставления ответа на письмо, и в данном случае истек.

Также следует отметить, что к требованиям о причинении вреда, не являющегося ущербом, причиненным преступлением (равно как и к требованиям о возврате неосновательно полученного), исковая давность подлежит применению, как по нормам российского права, так и по нормам узбекского права. 

Ссылки кредитора на начало течения срока исковой давности с момента расторжения контракта обществом «ДКЗ» в одностороннем порядке 02.03.2020 правомерно отклонены судами. Подобный подход, при котором течение срока исковой давности для истца (в данном случае – кредитора) начинается с момента совершения им определенных действий (в частности, направления им другой стороне уведомления об отказе от договора), то есть обусловлено его волеизъявлением, не может быть признан правомерным.

Принимая во внимание изложенное, проанализировав в совокупности с учетом положений статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, рассмотрев все заявленные лицами, участвующими в деле доводы и возражения, руководствуясь приведенными положениями действующего законодательства и их разъяснениями, суды пришли к выводу об  отказе в удовлетворении заявленных требований. 

Доводы заявителя кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили правовую оценку, о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов не свидетельствуют. 

Довод общества «ДКЗ» о нарушении судами норм процессуального права, в частности, отклонения ходатайства о назначении судебной финансово-экономической экспертизы, судом округа отклоняется, поскольку являлся предметом рассмотрения судов и был отклонен. Суды, руководствуясь частью 1 статьи 82 АПК РФ, принимая во внимание мнение участников процесса и документы, представленные в обоснование заявленных требований, обоснованно исходили из отсутствия необходимость при рассмотрении настоящего обособленного спора привлечения специалистов, обладающих специальными познаниями по вопросам, сформулированным кредитором.

Суд округа также отмечает, что вывод судов о пропуске кредитором срока исковой давности по заявленному требованию является самостоятельным основанием для отказа в иске, в связи с чем назначение в данном случае судебной экспертизы повлекло бы затягивание судебного разбирательства и возникновение дополнительных судебных расходов для лиц, участвующих в споре, при этом не могло бы привести суд к иному решению.

Судом апелляционной инстанции также был рассмотрен и отклонен довод общества «ДКЗ» относительно неправомерности выделения требований в отдельное производство.

Руководствуясь частью 3 статьи 130 АПК РФ, рассмотрев ходатайства участвующих в деле лиц о разделении заявленных требований, в том числе, ходатайство, поступившее от кредитора, учитывая большое количество объединенных обществом «ДКЗ» материально-правовых требований, разность обстоятельств, положенных в их основание, различный характер подлежащих исследованию доказательств, суд первой инстанции признал целесообразным раздельное рассмотрение заявленных требований в целях обеспечения эффективности правосудия, то есть реализации права на судебную защиту для каждой из сторон спора. 

При этом судом апелляционной инстанции указано, что несогласие кредитора с тем, что суд не принял предлагаемые варианты выделения требований (без специальных познаний и экспертной оценки; рассмотрение которых требует специальных познаний и экспертной оценки) не свидетельствует о неправомерности определения суда от 19.04.2024, поскольку вопрос о назначении экспертизы не может служить критерием для выделения требований в отдельные производства.

Ссылка общества «ДКЗ» на то, что судом не рассмотрено его требование о сальдировании обязательств сторон, обоснованно  отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку в нарушение положений статьи 65 АПК РФ кредитором не доказано наличие встречной задолженности, кроме того, рассматриваемое в настоящем споре требование не признано судами обоснованным.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы заявителя являлись предметом исследования судов и получили правовую оценку, выводы судов не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов, при этом заявленные доводы не затрагивают вопросов правильности применения судами при рассмотрении спора норм права к установленным по делу фактическим обстоятельствам, а сводятся к несогласию с произведенной оценкой данных обстоятельств и имеющейся по делу доказательственной базы.

 В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ суду округа и не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26.07.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.   

Председательствующий                                             Е.А. Павлова 

Судьи                                                                          Г.М. Столяренко 

                                                                                      О.Н. Новикова